Садист. Соблазнение юной соседки – 3

– Брось, конечно же, сможешь! И это даже весело – вылезать из окна, чтобы встретиться с любовником. Так по-молодёжному!

Рита сразу же нахмурилась и низко опустила голову. Подумала, что это было бы по-молодёжному и действительно было бы романтично, если бы она лезла через окно, чтобы встретиться со своим настоящим любовником. Тем, кого хочет, кто ей нравится. И это точно не он и даже не Саша… Саша, конечно, ей нравится, но всё-таки он тот, кто просто подвернулся на её жизненном пути. Она его не выбирала. Он сам навязался, и она позволила, так как он ничего и уж лучше, чем Дима. Но Рита надеялась, что когда-нибудь встретит свою настоящую любовь… она размечталась и загрустила.

– Чтобы тебе не было страшно, я поставлю пенёк под твоё окошко. Так что вылезти сможешь 100%.

Она уже представила, как не спит, чтобы пойти к нему. Сбегает из дома, чтобы он смог изнасиловать её, поиздеваться над ней… что может быть унизительнее? И что самое ужасное, он хочет этого уже сегодня. Только что кончил, и ещё заставляет прийти сегодня. «Тварь ненасытная» ― нервно подумала Рита, а сама писклявым голосочком начала снова умолять его:

– Ну, пожалуйста, можно только не сегодня?

Дима прильнул носиком к её шее и начал игриво тереться.

– А я хочу сегодня. Я ещё не насладился тобой в полной мере, а сейчас тебе нужно уходить…

В этот миг она хотела сказать, чтобы он сделал это сейчас, взял её полноценно, лишь бы только ночью сегодня не приходить… но она быстро передумала. Постоянное желание отложить соитие с ним не покидала её.

– Это слишком часто… я не хочу так часто, мне итак больно, ― пискляво пожаловалась Рита.

Дима с хитрой улыбкой прильнул к её ушку и прошептал:

– А ты не вытаскивай игрушку. Дождись меня прямо с ней в попке, и тогда не будет её больно вставлять.

Это была его самая большая развратная мечта на сегодня.

– Нет! ― чуть ли не вскрикнула Рита. Дима усмехнулся, а потом игриво спросил:

– Почему это нет?

– Я не буду ходить с этой штукой в попе, издеваешься что ли? Максимум до дома донесу в попе. И только потому, что иначе папа может увидеть эту гадость.

Ему не понравился её тон. Он сразу же схватил её за волосы, заставил откинуть голову назад и деловито сказал:

– Ты донесёшь её в попе, потому что я так хочу. Уяснила?

– А… а… отпусти, ― вымученным голосом произнесла Рита. Снова он груб. Снова она чувствует, как её волосы обрываются в произвольных местах.

– Отвечай, ― потребовал Дима.

– А… ладно, отпусти, ― быстро ответила Рита.

– Чтобы к полуночи была у меня, ― строго приказал Дима. ― А если не придёшь, пеняй на себя. Будут последствия.

Она хотела спросить какие, но не решилась. Хотела как можно скорее прекратить этот разговор и уйти. От страха её сразу же бросило в жар, а к горлу подкатил ком обиды. Она до жути хотела расплакаться, но сдерживалась из последних сил. Начала вставать с его колен, и удивилась тому, что он позволил это сделать. Сам тоже встал и сказал:

– Погоди, я тоже оденусь, и пойдёшь.

Оделся он быстро и проводил её к выходу. Когда они уже вышли в коридор, Дима приблизился к ней и на ушко прошептал:

– Зайди в нашу ванную и причешись, а то выглядишь потрепанной.

Она и сама собиралась так сделать, но слышать это было неприятно. Она действительно потрепанная и телом, и душой, а его слова вызвали у неё очередную волну злости. Сам же растрепал её, а теперь называет растрёпанной. Желание расплакаться мигом её отпустило. Теперь она только злилась, но постаралась этого не показывать.

– Ладно, – коротко ответила Рита и ускорилась. Хотела поскорее причесаться и уйти.

Уже через минуту она скрылась в ванной комнате, еще раз вымыла лицо и руки. На этот раз уже с мылом, и только потом причесалась.

Рита сделала себе высокий хвостик, чтобы казаться веселой. Раньше она всегда делала высокий хвостик, когда у неё было хорошее настроение, и теперь такой хвостик ассоциировался у неё с радостью. Но после всего, что было, она никак не могла радоваться, не могла заставить себя улыбнуться. Встала перед зеркалом и долго на себя смотрела, разглядывая хвостик и своё личико, которое выглядело чуть розовым. Потом она закрыла глаза и вздохнула, как бы сказала себе:

– Все нормально… нормально, ты это переживешь. Уже пережила.

Однако она боялась не того, что произошло, а того, что будет. Рита понимала, что на этом всё не закончится, и он продолжит над ней издеваться. Что ей делать, чтобы избежать этого? Но Рита не знала, что делать, и это её угнетало. Неожиданно она нахмурилась и начала мотать головой.

– Нет, всё ненормально… всё ужасно, – повторила она то, что говорила ему лично. Но Рита не видела решения. Стояла так какое-то время у зеркала, а потом вышла из ванной комнаты.

Глава 139. Разговор с Максимом

Как только Рита вышла из ванной комнаты, увидела Максима. Кажется, он тоже шёл в ванную, но мигом об этом забыл. Улыбнулся и восторженным голосом протянул:

– Рита! Ты здесь!

– Ну да, заглянула ненадолго, забыла кое-что… ― ответила Рита. Она не знала, как ещё объяснить своё присутствие здесь, ляпнула это машинально. Максим тут же спросил.

– Что забыла? Нашла?

– Да, нашла… ― ответила Рита и чуточку заволновалась, растерялась. Она и не знала, как соврать дальше? Что ему ответить, и что она могла забыть? Но тут как тут подошёл Дима и ответил за неё.

– Резинку она забыла. Видимо, очень дорогая была, раз решила её отыскать.

Максим поведение отца не поддерживал. Он считал, что это нормально хотеть вернуть то, что потерял. Особенно, если знаешь, где может быть эта вещичка. И пусть даже речь идёт о дешёвенькой резинке, Максим не находил в этом ничего смешного. И ему не понравилось, что его отец пришёл и сразу же начал язвить. Он уже начинал думать, что отец просто недолюбливает Риту. Всякий раз при ней он ведёт себя так: говорит всякие колкости или пытается принизить её. И он запретил ему заглядываться на Риту. Объяснил это тем, что отец Риты будет против, но Максим с самого начала знал, что причина не только в этом. Может, он считает её не ровней ему? Максиму казалось, что отец думает так и он нисколечко не догадывался о том, что он может быть с ней в отношениях. Совсем нисколечко не догадывался…

– А причём тут стоимость резинки? Может, у неё нет других резинок, ― тут же вступился за неё Максим.

– Вот именно, у меня не так уж и много резинок, чтобы ими разбрасываться, ― недовольным голосом сказала Рита. Дима придумал за неё ответ, якобы она потеряла резинку и пришла её искать, а теперь он сам же и высмеивает её. Намекает на то, что она глупенькая или мелочная, раз пришла искать дешёвую резинку? Рита была зла, но постаралась этого не показывать.

– И почему бы не прийти за ней, если она знает, где оставила свою резинку? Или ты против, чтобы она к нам приходила? ― деловито спросил Максим, кинув внимательный взгляд на отца. Никак он не мог его раскусить… вроде бы он заботится о Рите. Не позволяет ей гулять одной по деревне, чтобы не пропала. И в то же время он постоянно груб с ней.

– Конечно, не против! Пусть хоть поселится у нас, ― хихикнул Дима. ― Но если уж так, тогда я хочу ужин вкусный и домашний.

Он уже соскучился по её стряпне, хотя Рита не готовила им ещё только сутки. Что же будет дальше? Учитывая происходящее, Рита подозревала, что Дима вряд ли смирится с тем, что она не будет им готовить. Но ведь он сам сказал, что она может приходить к нему ночью и тогда не придётся ходить днём. И не придётся готовить…

Риту бросило в жар от волнения. Разговор становился напряжённым.

– Простите, но сегодня не получится. Мне сейчас нужно идти коров доить.

– Тогда завтра, ― тут же вставил Дима, внимательно глядя в её глаза. Ну, вот как так? Они же только недавно договорились, что она придёт к нему ночью. Тогда почему он настаивает на том, чтобы она пришла к ним готовить? Да ещё затеял этот разговор при Максиме. Или он надеется, что она Максиму не сможет отказать? Рита была в недоумении, но поддаваться на его уловки не собиралась. Подумала, что Дима действительно хитрит. Сейчас она обещает прийти, чтобы приготовить для них чего-нибудь. Потом будет обязана и готовить им, и ночью ещё приходить…

– Я не уверена, что смогу… ― пробормотала Рита, глядя Диме в глаза. Максим видел, что Рите неловко, а его отец продолжает давить на неё. И он снова вступился за неё.

– Пап, хватит уже приставать к ней с готовкой, К ней же папа приехал.

– Вот именно, ― подхватила Рита. ― И я боюсь, он не одобрит, если я буду проводить у вас много времени.

– Вот я тоже об этом подумал, ― подхватил Максим. ― Я боялся, что твой папа вообще не будет отпускать тебя к нам.

Рита посмотрела на него и пожала плечами. Не знала, что ответить.

– Конечно же, будет пускать. С чего это ему не пускать её к нам? ― вмешался в разговор Дима.

– А вот ты мне и скажи? ― деловито сказал Максим, взглянув на отца. ― Ты же дрался с её папой.

– Не утрируй, мы не дрались! Старик был просто не в себе после поездки, вот и всё. Устал, наверное.

– Из-за усталости кулаками не машут. Так и не рассказал, из-за чего сцепились, ― пожаловался Максим.

Рита улыбнулась, когда поняла, что они ссорятся. Она даже удивилась этому, ведь обычно они всегда так ладили. Впрочем, это всё потому, что Дима постоянно пытается угодить Максиму. Кажется, это не изменилось. Дима спорит с сыном, но только для того, чтобы оправдаться.

– Говорю же, старик был не в себе после поездки, что тут рассказывать? Претензии у него! Мол, Рита ему редко звонила, а я не всегда трубку брал.

Максим решил прекратить этот разговор. Понимал, что сейчас не время спорить об этом, ведь Рита рядом. К тому же он был уверен, что отец что-то недоговаривает. Да и какая уже теперь разница? Его отец подрался с её отцом, это факт. Стало быть, отношения у них в любом случае будут напряженными. И Максим был уверен, что её папа теперь не особо захочет отпускать к ним Риту. Возможно, она пришла без разрешения, без ведома папы.

Неважно, почему Рита пришла. Главное, что она здесь. Максим был рад и хотел пообщаться с ней хоть немного. Подумал, вот бы его папа свалил сейчас ненадолго, чтобы он мог побыть с ней наедине. Впрочем, это были только его мечты. Он бы никогда не попросил отца уйти, чтобы он спокойно мог общаться с Ритой. К тому же он уже прекрасно знает его мнение. Он строго-настрого запретил ему даже дружить с ней… только вот Максим не был с этим согласен. Он замер, внимательно глядя на Риту, и заметил, что её щёки немного розовые. Они уже почти пришли в себя после пощечин Димы, однако лёгкая розовинка всё-таки осталась.

Рита стыдливо потёрла щеку и взволнованно выдохнула:

– Не знаю, может, на солнце загорела.

– Опять на грядках работала? И без меня? ― игриво пожаловался Максим.

Дима так и продолжал стоять рядом и, конечно же, видел, что происходит: сын пытается заигрывать с Ритой. И делает это прямо на его глазах. Дима был возмущён и сразу язвительно сказал:

– Она что, тебя должна с собой брать каждый раз? Она и сама справится со своими сорняками.

– Пап, ― с недовольством произнёс Максим и кинул на отца упрекающий взгляд. И Рита снова почувствовала между ними напряжение.

– Всё нормально, твой папа прав, ― тут же сказала Рита.

– Я бы всё равно хотел помогать тебе. Дел-то у меня особых нет, а тебе нужна помощь, ― деловито рассудил Максим.

– Ну, пока не нужна, спасибо большое, ― сказала Рита, а потом улыбнулась и добавила: ― Ладно, я пойду.

– В смысле, пойдёшь? Ты же только что пришла. Я думал, поужинаешь с нами, ― с огорчением сказал Максим.

– Прости, не могу. Я ведь уже говорила, надо коров доить, уже седьмой час… ― объяснила Рита. ― Они уже минут двадцать назад как пришли. Папа начнёт возмущаться. К тому же я уже нашла то, зачем пришла.

Рита улыбнулась и пальчиком указала на свою резинку.

– А может всё-таки… ― начал было говорить Максим, но Дима тут же перебил его:

– Не задерживай её, ― строго сказал Дима. ― Как ты уже заметил, мы с её отцом итак не в ладах. Не хватало ещё, чтобы примчался с вопросами.

Максим опять сердито посмотрел на отца.

– Пап, такое ощущение, как будто ты пытаешься выгнать её поскорее.

– Я тебе уже объяснил почему.

– Мальчики, не ссорьтесь, пожалуйста. Мне, правда, пора, ― сказала Рита, а потом отвернулась и направилась к выходу. Уже поняла, что стоять и болтать тут с ними может сколько угодно. И они всегда найдут, что обсудить.

Максим больше не стал её задерживать, хотя очень хотел. И, конечно же, он мигом последовал за ней.

– А ты ещё куда собрался? ― возмутился Дима.

– Провожу её, ― громко ответил Максим, даже не оборачиваясь в сторону отца. Он был очень на него зол за то, что он вмешался, и теперь Рита уходит, даже не поужинала с ними. А ведь он надеялся, что они посидят, поболтают… он надеялся уговорить остаться Риту на ужин, а отец даже попытаться ему не позволил.

– Ну да, проводи её прямо до дома! ― язвительно вставил Дима. ― Может, потом её папочка и тебе захочет врезать!

Он язвительно усмехнулся, а потом пошел на кухню, чтобы перекусить чем-нибудь. Немного был зол из-за того, что Рита теперь не готовит им, и кроме бутерброда перекусить нечем. Досадно, но он ничего поделать не может. И настаивать не хочет на том, чтобы Рита приходила готовить им. Он ещё раз задумался об этом и решил, что всё-таки не стоит настаивать. Плохая это идея. Она ведь объяснила, что её папа в любом случае это не одобрит. Дима и сам это знает. Пётр пытался его избить и теперь точно ему не доверяет, не разрешит дочке тусоваться в их доме, тем более каждый день…

Максиму было стыдно за отца. Его в жар бросило, потому что говорил Дима громко, да ещё с таким тоном. Он чувствовал себя так, будто его отец рассказал Рите о его чувствах. Сказал «проводи её до дома». И он хотел проводить, как раз шёл за Ритой…

– Не обращай на него внимания, ― сказал Максим. ― Он со вчерашнего дня не в себе. Видимо, из-за того, что подрался с твоим папой.

– Ну, не то, чтобы подрался, но… но они слегка повздорили. Всё уже нормально, ― сказала Рита.

– Уверена, что нормально? Они уже типа помирились? ― поинтересовался Максим. Рита пожала плечами.

– Не уверена, но папа вроде больше не злится на него.

– Понятно. Значит, он не будет возражать, если ты начнёшь приходить к нам почаще?

Рита простодушно усмехнулась. Она была бы рада ходить к нему играть, как раньше, даже была бы рада приготовить ему что-нибудь вкусненькое, чтобы порадовать. Рите нравилось готовить Максиму хотя бы потому, что он всегда её благодарил, нахваливал. Но она не понимала, почему он нахваливает её блюда? Причём все, даже каши. Она не хотела замечать очевидного…

– Не знаю, пока лучше не тревожить папу, он итак на меня сильно зол, ― сказала Рита.

– Почему зол? Из-за того, что ты редко ему звонила?

Дима ведь сказал, что поэтому они подрались, потому что она редко звонила отцу. Вот поэтому Максим задал ей такой вопрос.

– Ну, можно сказать и так.

– Думает, что ты плохо вела себя в его отсутствие?

– Типа того, ― улыбнулась Рита.

– А ты скажи ему, что всё не так. Скажи, что ты была хорошей! ― весело сказал Максим.

– Он уже всё знает.

– Что именно? ― поинтересовался Максим и весьма верно предположил: ― произошло что-то ещё, о чём я не знаю?

– Неважно, ― быстро ответила Рита.

– Не хочешь рассказывать?

Они уже вышли за дверь и разговаривали на крыльце. Но Рита действительно не хотела рассказывать о Виталии. Подумала, что Диме это не понравится, да и зачем Максиму узнавать о нём? Ну, был у неё ухажёр, которого быстро не стало. И зачем о нём теперь вспоминать? Ей, наоборот, от этого становилось не по себе.

Рита мечтала забыть о том, что Виталий похоронен у неё в саду под бочкой, однако у неё это плохо получается. Всё время приходится обсуждать Виталия, думать о нём. Даже когда он был жив, о нём реже разговаривали. Точнее сказать, они вообще не разговаривали о нём, не замечали его. Он был неким невидимкой, с которым здоровались почти каждый день, но которого не замечали. И почему после его смерти столько внимания его персоне? Иногда Риту это злило.

Её недолгие отношения с Виталием никак Максима не касаются, и он не должен совать нос в её прошлое. Рита так думала, но обижать Максима не хотела. Но и рассказывать ему про Виталия не собиралась. И не только потому, что это не его дело. Она могла бы рассказать, но было целых две причины этого не делать. Во-первых, это Диме не понравится, а во-вторых ― Максим будет думать, что ею попользовались и бросили. Возможно, начнёт считать её испорченной. А так Максим не в курсе, был ли у неё парень вообще. Возможно, считает, что она ещё девственница, и это же хорошо. Они почти ровесники, могут дружить…

Рита хотела именно дружить с ним. У неё и в мыслях не было встречаться с Максимом, ведь он сын Димы. Но даже если бы это было не так, она думала, что как парень он ей совершенно не подходит, и смотрела на него как на маленького. Но не из-за возраста, а из-за его телосложения. Максим был даже выше неё, но был худощавый, и она воспринимала его просто как маленького в прямом смысле. Рите нравились парни покрупнее…

Хоть Рита и не планировала с Максимом ничего кроме дружбы, она хотела выглядеть порядочной в его глазах.

– Ну да, не хочу рассказывать, – сказала Рита, сжимая губы с наигранной улыбкой.

– Значит, что-то серьёзное произошло, поэтому твой папа набросился на моего, – предположил Максим, а потом обиженно подметил: – он тоже ничего мне не рассказывает! Я вчера весь вечер пытался добиться от него хоть каких-то объяснений. Всё впустую!

– Прости, Макс, – протянула Рита. – Но это, правда, неважно… ну, или не так важно, как ты можешь думать.

– Ну, тогда расскажи. Мы же друзья, – сказал Максим, а потом неожиданно взял её за руку, жадно смотрел в её глаза.

Рита с улыбкой выдохнула и не знала, что делать. Но понимала, что нужно сказать хоть что-нибудь. Его явно мучает любопытство.

– Ну, просто один парень приставал ко мне, и твой папа спугнул его. Только не говори ему, что я рассказала тебе… никому не говори.

– Ну, так это же хорошо, что спугнул, – подметил Максим, мигом представив эту ситуацию.

– Типа да, хорошо, только тот парнишка исчез.

– И что с того? Получается, твой папа из-за этого разозлился? – в недоумении спросил Максим, уже ничего не понимая.

– Нет, он разозлился, что твой папа позволил мне дружить с тем парнем… как-то так. Но я сказала, что он неправ. Твой папа не мог этому помешать, – объяснила Рита. Самой себе она казалась весьма убедительной. И Максим, конечно же, поверил в её объяснение.

– Ну, пожалуй, да, наверное, не смог бы. Но всё равно странно, что они подрались. Получается, мой папа всё-таки пытался помешать вам дружить… или у вас там было больше, чем дружба?

Максим сразу же смекнул: наверняка дело не только в том, что этот парень приставал к Рите. Раз её папа набросился на его отца, наверняка у Риты что-то было с тем парнем. Наверняка Пётр Михайлович обвинил его отца в том, что он не доглядел за его дочерью. Это казалось логичным. Максим просто не сдержался и попытался как можно более деликатно расспросить её об этом.

Риту бросило в жар от волнения. Она ведь не собиралась рассказывать Максиму о Виталии. Твердо решила этого не делать, а тут вдруг слово за слово, и пошло-поехало. Максим даже не знает его имени, так как она не сказала, но уже спрашивает, занималась она с ним сексом или нет?

– Это неважно, я не хочу об этом говорить, – резко сказала Рита. – Просто папа узнал об этом и разозлился. Разозлился, потому что считал, что твой папа должен был помешать. Но я объяснила ему, что он не мог помешать… зря он вообще набросился на твоего отца, мне очень стыдно за это. Но теперь уже всё в порядке, они вроде как помирились. Снова друзья.

Максим и сам понял, что лезет не в своё дело, и Рита не готова рассказывать ему о таком. Да и какая разница, был у неё кто-то или нет? Она всё равно не перестанет ему нравиться. Он так подумал, но любопытство всё равно не давало ему покоя. Он заревновал, хотя и сам не разобрался в этих своих чувствах.

– Ну ладно, я всё понял. Прости, если задаю неудобные вопросы, – сказал Максим.

– Ничего, всё в порядке.

Наступило молчание. Рита смотрела на Максима и не спешила уходить. Было некое ощущение недоговорённости. Она немного удивилась тому, что он отстал с расспросами, несмотря на то, что она не дала ему полноценного ответа. Впрочем, или дала?

Молчание становилось неловким, и Рита неожиданно сказала:

– Ну, ладно, я пойду…

Максим смотрел на неё и всё не решался спросить, пойдёт она с ним сегодня гулять или нет? И разрешит ли её папа гулять с ним? Он волновался, а когда Рита сказала, что пойдёт, немного даже растерялся, на автомате сказал:

– Ладно, давай…

Она уже отдалялась, и он понимал, что лишается возможности задать ей свой вопрос. А ему очень-очень сильно хотелось, чтобы они с ней погуляли, чтобы она снова показала ему их деревню. Показала новые места, в которых они не были. Ему очень сильно понравилось с ней гулять. Особенно, когда они были только наедине, без её назойливой подружки Люси, которая только мешала.

Он вдохнул, набрался смелости и произнёс:

– Слушай, Рита, а может быть, прогуляемся сегодня вечерком?

Рита сразу же застыла и вынужденно повернулась в его сторону. Нужно было что-то ответить. Не может же она просто проигнорировать его вопрос. Но только вот она не знала, что ответить. Ей хотелось погулять с ним, однако она не была уверена, что папа её отпустит, особенно теперь, когда считает её распутной. Ей теперь нет доверия… но с другой стороны, её папа не может постоянно злиться на неё и держать взаперти. Дима смог бы, это само собой, но не её папа, он не такой.

– Слушай, я не знаю, если папа отпустит… – весьма честно сказала Рита, а потом вдруг замолчала. Вспомнила, что Дима запрещает ей тесно общаться с его сыном. Он же ревнует и будет злиться, и неважно, что она видит в Максиме только друга. У него там свои фантазии, видимо. Но что самое досадное, это же правда. Максим ей нужен только как друг, с которым хорошо гулять, отвлекаясь от повседневных забот.

– А ты спроси разрешение, думаю, отпустит.

Рита наигранно улыбнулась.

– Я в этом не уверена.

– Напишешь мне? – спросил Максим.

Она уже и забыла, что они обменялись контактами. Добавили друг друга в друзья в сети, но ещё ни разу не общались.

– А, ну да, напишу… – сказала Рита, вспомнив об этом.

– А давай пораньше пойдем гулять? Если твой папа отпустит нас, конечно, – весело предложил Максим. ― И если пойдём пораньше, есть шанс, что он отпустит.

– Не знаю, – протянула Рита, пожимая плечами.

– Буду ждать от тебя новостей.

– Хорошо! ― протянула Рита. Она мило ему улыбнулась и направилась домой. Максим не стал её задерживать. Он был невероятно доволен, восторженно улыбался и не мог поверить, что всё так прекрасно. Он всё-таки пригласил её на прогулку, и Рита не сказала «нет». Стало быть, у него есть шанс… Максим действительно так думал. Она ведь собирается спрашивать у отца разрешение, чтобы пойти гулять с ним. Значит, и сама этого хочет. Интересно, кем она его представит? Другом или парнем, который ей нравится?

Рита тем временем уже думала, что зря ему обещала. Она не готова сейчас просить у отца разрешение на прогулку. Они ещё только недавно ругались из-за того, что она ведёт себя якобы непорядочно. И что получается? Она сейчас пойдёт и будет спрашивать разрешение погулять ещё с одним парнем? Она даже была уверена, что её папа сразу же начнёт фантазировать, что она теперь переключилась на Максима, раз уж её пастух исчез. А ей совершенно не хотелось, чтобы её папа так думал. А ещё она не знала, как доказать папе, что Максим не может быть её парнем, если вдруг он вобьёт себе это в голову.

Рита подумала об этом и предосудительно помотала головой. Она уже была почти дома, но прежде чем пойти внутрь, ей нужно было сделать кое-что. Она сразу же свернула в туалет, приподняла юбочку, спустила трусики и начала вынимать пробку. Она всё ещё была в ней, толстая, неудобная.

– Чёрт! Чёрт! Ненавижу его, ― нервно произнесла Рита, хлопая игрушкой по краю тумбочки. Но она понимала, что злиться на эту игрушку бесполезно. Можно сколько угодно бить её и даже порвать, но потом ей ещё больше достанется от Димы. И всё же ей немножечко стало легче, только вот она не знала, куда теперь девать эту игрушку? Оставить здесь? Но ведь он сказал, чтобы она пришла к нему, вставив эту игрушку в попу. Вставлять ей было бы удобнее у себя в комнате, лёжа на кроватке и не спеша. Она об этом не сразу подумала. Хотела как можно скорее освободить свою попку и поэтому, не заходя в дом, свернула в туалет. Но как ей теперь занести эту игрушку домой, и чтобы папа не заметил? Рита представила, как засовывает его в пакет и несёт. Но если папа увидит её с пакетом, он обязательно спросит, что внутри. Подумает, что она в магазин ходила. Тем более её долго не было. А если она откажется показывать или говорить, что внутри, возникнет ещё больше вопросов.