Закон притяжения

Глава 3. Первый вызов

Университет всегда кажется мне порталом в другой мир, где царят свои законы и правила. Мир знаний, амбиций и бессонных ночей над учебниками. Сегодня этот портал почему-то особенно мрачный, словно предчувствует бурю.

Я иду по коридору юридического факультета, как по минному полю. Каждый встречный взгляд казался оценивающим, каждый шёпот за спиной – обсуждением вчерашней драки. Да, новость о том, что Стас ввязался в драку из-за меня, распространилась по универу со скоростью лесного пожара.

– Лизок, привет!, – Даша, словно луч солнца, вынырнула из толпы студентов. – Ты как? Всё нормально?

Я натянуто улыбнулась.

– Да, всё хорошо, – ответила я, хотя на самом деле внутри всё дрожит.

– Слушай, ну ты даёшь!, – Даша толкнула меня в плечо. – У нас тут, оказывается, страсти кипят! А я-то думала, что всё самое интересное происходит только в сериалах!

– Даш, ну хватит, – поморщилась я. – Мне не до смеха.

– Я понимаю, – Даша изобразила грустное лицо. – Но ты же знаешь, как у нас любят сплетничать. Главное – не обращать внимания.

Как тут не обращать внимания, когда каждый второй студент бросает на меня любопытный взгляд, а преподаватели смотрят с укоризной? В юридическом мире, где репутация – это всё, вчерашняя потасовка была огромным пятном на моей безупречной репутации.

Первая пара – гражданское право. Преподаватель, строгий и принципиальный Пётр Сергеевич, окидывает меня ледяным взглядом. Чувствую себя школьницей, вызванной к доске за невыученный урок.

– Вишнёвская, – произносит он, словно выплевывает мою фамилию. – Сегодня вы отвечаете.

Я сглатываю. Кажется, эта пара будет особенно сложной.

Вопрос достается сложный – об особенностях виндикационного иска. Чувствую, как по спине бежит холодный пот. В голове -пустота.

Начинаю говорить, запинаясь и путаясь в терминах. Пётр Сергеевич смотрит на меня с неодобрением. Чувствую, как краснею.

– Садитесь, Вишневская, – обрывает он меня. – Неудовлетворительно.

Сердце обрывается в пропасть. Неудовлетворительно! Это первый провал за всё время моей учебы!

После пары Даша пытается меня утешить, но все её слова проходят мимо ушей. Я чувствую себя раздавленной. Всё из-за этой дурацкой вечеринки! Из-за Влада! Из-за парней!

– Лиз, ну не расстраивайся ты так, – говорит Даша. – Один раз – не показатель. Ты ещё докажешь Петру Сергеевичу, что чего-то стоишь.

– Как я ему докажу, если он меня теперь ненавидит?, – всхлипываю я.

– А ты возьми и выучи эту виндикацию назубок!, – энергично отвечает Даша. – Чтобы он понял, что ты не просто смазливая мордашка, а настоящий юрист!

В словах Даши есть смысл. Сдаваться нельзя. Я должна доказать, что я сильнее, чем все эти сплетни и предрассудки.

И тут я вспоминаю про Ольгу Валерьевну. Это моя соседка, одинокая старушка. Про её несправедливость, про её надежду на помощь. И понимаю, что у меня просто нет права опускать руки.

– Ты права, Даш, – говорю я, вытирая слезы. – Я ему ещё покажу!

Мы идём в библиотеку. Передо мной – гора учебников по гражданскому праву. Начинаю зубрить виндикационный иск, вникая в каждую деталь. Час за часом, страница за страницей. Я должна знать этот вопрос идеально.

К вечеру глаза слипаются, голова раскалывается. Но я не сдаюсь.

И тут звонит телефон. Номер незнакомый.

– Лиза? Это Алексей Петрович, – слышу в трубке знакомый голос. – У меня для вас есть новости по делу Ольги Валерьевны.

Сердце замирает в ожидании.

– Я провел предварительное расследование, – продолжает Алексей Петрович. – И выяснил кое-что интересное. Оказывается, у этих мошенников уже есть целая схема обмана пожилых людей. И они действуют не одни.

– Что вы имеете в виду?, – спрашиваю я, затаив дыхание.

– Я думаю, что за ними стоит кто-то очень влиятельный, – отвечает Алексей Петрович. – Кто-то, кто может прикрыть их в случае чего.

– И что нам делать? – спрашиваю я.

– Бороться, – отвечает Алексей Петрович. – Но это будет опасно. Вам могут угрожать. Вам могут попытаться помешать. Вы готовы к этому?

Я молчу. Готова ли я рисковать? Готова ли я противостоять тем, кто стоит за этими мошенниками?

Вспоминаю глаза Ольги Валерьевны, полные отчаяния и надежды. И понимаю, что у меня нет выбора.

– Я готова, – отвечаю я твердо. – Я не сдамся.

– Тогда будьте осторожны, Лиза, – предупреждает Алексей Петрович. – И доверяйте только самым близким. Потому что в этом деле вам придется столкнуться с настоящим злом.

После разговора с Алексеем Петровичем я чувствую, как меня охватывает тревога. Понимаю, что дело Ольги Валерьевны – это не просто защита одной пожилой женщины. Это борьба с целой системой, с теми, кто считает себя выше закона.

Но я не боюсь. Во мне просыпается азарт, желание доказать, что справедливость существует, что даже маленькая студентка юридического факультета может изменить мир к лучшему.

После библиотеки, я прилегла на кровать и провалилась в глубокий сон.

Мне снятся кошмары, в которых меня преследуют какие-то тёмные фигуры. Но под вечер я проснулась с чётким пониманием того, что нужно делать.

Выхожу на улицу. Мне нужно найти Стаса. Сейчас напишу ему. Мне нужно рассказать ему обо всем., потому что в этом деле я доверяю только ему почему-то. И Дашке, конечно. Без неё я бы точно не справилась.

Во дворе я сталкиваюсь с Владом. Он смотрит на меня с ненавистью.

– Ты пожалеешь об этом, Вишнёвская, – злобно шипит он. – Я тебе это обещаю.

Я поднимаю голову и смотрю ему прямо в глаза.

– Иди куда шёл, не мешай мне, – отвечаю я твёрдо.

И в этот момент я понимаю, что действительно ничего не боюсь. Потому что у меня есть цель. И я сделаю всё, чтобы её достичь.

Ляпин отвечает спустя пять минут. Мы договорились встретиться у фонтана.

Сообщение от Стаса высветилось на экране телефона как маяк надежды:

«Подъезжаю, как раз закончил с работой».

Рассказать Стасу, довериться ему – это был шаг в неизвестность, но почему-то я чувствую, что могу ему довериться.

В далеке я заметила тёмную фигуру.

Ляпин ждёт, облокотившись на капот своей машины. В свете фонарей его тёмные волосы кажутся почти черными, а глаза горят каким-то внутренним огнём.

– Привет, – выдохнула я, чувствуя, как предательски дрожат коленки.

– Привет, Лиза, – он улыбнулся, и от этой улыбки все волнение как рукой сняло. – Как ты? Выглядишь уставшей.

– Да, день был… насыщенным – я уклончиво отвечаю, не зная, с чего начать.

– Поехали, – Стас открыл дверцу машины. – Расскажешь всё по дороге. – Не стоять же нам на холоде.

Мы едем по ночному городу, под тихий шёпот радио. Я долго собираюсь с духом, подбирая слова. Наконец, выдыхаю и начинаю рассказывать про Ольгу Валерьевну, про мошенников, про Алексея Петровича и про его предупреждение. Голос немного дрожит, но Стас внимательно слушает, не перебивая, лишь изредка задаёт уточняющие вопросы.

– И что ты собираешься делать?, – спросил он, когда я закончила свой рассказ.

– Я не знаю, – призналась я. – Боюсь, что за этим и правда кто-то стоит… очень влиятельный. Но я не могу просто так всё бросить.

Стас остановил машину у обочины, недалеко от набережной. Выключил фары, и мы остались в полумраке, освещаемом лишь редкими фонарями и отражениями в воде.

– Тогда я с тобой, – сказал он, глядя мне прямо в глаза. – Что бы это ни было, я тебе помогу.

Я почувствовала, как к горлу подкатывает ком. Слёзы наворачиваются на глаза из-за переживаний.

– Спасибо, Стас, – прошептала я. – Я даже не знаю, что бы я без тебя делала. – Мы почти не знакомы, а ты мне помогаешь.

Он взял мою руку и крепко сжал её.

– Как бы это слащаво не звучало, но вместе справимся, Лиза. Мне не сложно, тем-более ты помогаешь другим, кто-то же должен помочь тебе.

В этот момент по крыше машины забарабанили первые капли дождя. Сначала тихо и робко, а потом всё сильнее и сильнее.

– Кажется, начинается ливень, – заметил Стас, глядя на небо и заглушил мотор. – Обсудим, что же могло их так заманить к этой пожилой женщине.

Кажется, я не знаю всей сути парней…

Глава 4. Дело на двоих

Он врывается в мою жизнь, как гром среди ясного неба. Врывается, даже не стучась, в священную тишину библиотеки юридического факультета. Одно его имя – вызов устоявшимся правилам, а уж его вид… Спортивная куртка, усмешка на губах, и глаза, в которых пляшут черти – всё кричит о протесте. Он – полная противоположность мне, прилежной студентке, активистке, чей мир расписан по минутам и регламентирован кодексами.

Я корплю над конспектом по гражданскому праву, Моцарт в наушниках помогает отгородиться от мира. Но Стас игнорирует мои усилия. Его голос, громкий, нарушает тишину, его присутствие – сама суть этого места. Он задевает стеллаж, и на пол с грохотом падает толстенный том. Раздражение волной захлестывает меня.

– Аккуратнее!, – шиплю я, но Стас лишь ухмыляется.

– Прости, засмотрелся на тебя, – говорит он, и в его взгляде проскальзывает что-то, чего я не ожидала увидеть. Насмешка, да, но ещё мне кажется… интерес?

Я отворачиваюсь, стараясь не выдать смущения. Мне не нравятся такие, как он. Бунтари, игнорирующие правила. Они создают хаос. А я ценю порядок в учёбе. Или я вас обманываю, ущипните меня!

– Мне нужно сосредоточиться, – цежу я, надеясь, что он уйдет.

– Ладно, ладно, ухожу, – отвечает Стас, но перед тем, как выйти, бросает:

– Но знай, ангел, даже среди кодексов есть место для хаоса. Ты просто это боишься признать.

И он уходит, оставляя меня наедине с разбушевавшимися мыслями. Он вызывает во мне бурю эмоций – раздражение, злость, но и… какое-то странное волнение. Будто он затронул что-то глубоко внутри меня, что-то, о чем я даже не подозревала.

~~~~

Неделю спустя, я в отчаянии сижу в университетской кофейне. Престижный конкурс по международному праву под угрозой. Мне нужна команда, но никто не хочет связываться. Тема сложная, времени мало, да и репутация у меня так себе – «слишком принципиальная».

– Проблемы?, – слышу я знакомый голос.

Я вздыхаю. Зачем он здесь?

– Я ищу команду для конкурса, – отвечаю, не глядя на него. Но никто не хочет связываться.

Стас усмехается.

– А что, если я предложу свои услуги?

Я смотрю на него с недоверием. Он? Работать со мной? Серьёзно?

– Ты? В команде? Да ещё и по международному праву? Ты же вроде только и делаешь, что оспариваешь всё подряд.

– Именно поэтому я тебе и нужен, – отвечает Стас. – Ты знаешь все правила, а я умею их ломать. Вместе мы найдём лазейки, о которых никто даже не подозревает.

Я колеблюсь. Работать со Стасом – это безумие. Но у меня нет выбора. Время поджимает.

– Ладно, – говорю я. – Попробуем. Но одно условие: никаких выходок.

Стас театрально прикладывает руку к груди.

– Клянусь кодексом чести юриста! (Которого у меня нет).

Я закатываю глаза.

– Отлично.

И вот, мы работаем вместе. Это адская смесь порядка и хаоса. Стас Ляпин постоянно спорит, предлагает безумные идеи, срывает дедлайны. Но, чёрт возьми, в его словах есть логика! Он видит проблему под другим углом, находит решения, которые мне бы никогда не пришли в голову.

Я, в свою очередь, поражаю его своей эрудицией. Я знаю каждую статью наизусть, умею строить аргументы, как карточный домик – логично и чётко.

Наши взгляды сталкиваются, искрят, рождают новые идеи. Мы спорим ночи напролет, копаемся в законах, изучаем прецеденты. И я начинаю замечать, что раздражает меня не только его бунтарский дух, но и его небрежная улыбка, его пронзительный взгляд. Он что-то во мне будит.

Я бросаю на него ироничный взгляд.

– Что ты можешь знать об авторском праве, Ляпин? Ты же только чужие правила нарушаешь.

– Зато я знаю, как их обходить, – ухмыляется Стас. – А это, знаешь ли, иногда полезнее, чем знать их наизусть.

Он подмигивает мне, и моей сердце снова пропускает удар. Почему он такой? Почему он так на меня действует?

– Если тебе есть что сказать по делу, говори, – произношу я, стараясь игнорировать его присутствие.

Стас встает и подходит к доске. Он берёт в руки маркер и начинает рисовать какую-то белиберду.

– Так вот смотри, – говорит он, обводя кружочком нарисованного человечка. – Есть автор. А есть те, кто на его творчестве наживается. И если ты хочешь защитить автора, ты должен не только знать закон, но и уметь думать, как преступник.

Он начинает объяснять свою идею – хитроумную схему, как обойти закон и вывести злоумышленников на чистую воду. Я слушаю его, затаив дыхание. Его логика безупречна, его аргументы убедительны. Даже я, закоренелый сторонник порядка, не могу не признать его гениальность.

– Ну что, Вишнёвка?, – спрашивает Стас, глядя мне прямо в глаза. – Убедил?

– Я Вишнёвская! И никак иначе.

Он возвращается на своё место, и я снова стою у доски, чувствуя себя немного растерянной. Он снова привлек к себе всё внимание, снова перевернул всё с ног на голову.

Я знаю, что должна это странно, он раздражает меня, не любить же мне его. За его выходки, за его наглость, за то, что он так легко выбивает меня из колеи.

Но я не могу.

Потому что за всей этой маской плохого парня скрывается умный, талантливый и, чёрт возьми, обаятельный человек. И я безумно боюсь, что однажды он увидит, как я реагирую на его слова и действия. Что под маской правильной и прилежной Лизы Вишнёвской скрывается девочка, мечтающая о приключениях и хаосе. О чем-то, что может дать только Стас Ляпин. Я посмотрела на него, он сидит в телефоне и листает ленту соцсетей и смеётся, а у меня всё внутри падает, кажется я попала.

А потом на следующий день случается конкурс.

~~~~

Мы представляем блестящий доклад, но жюри хмурится. Мы слишком радикальны, слишком смелы. Наши идеи не вписываются в рамки.

– Вы перешли границы, – говорит один из членов жюри. Ваши идеи нереалистичны.

Во мне поселяется разочарование. Но Стас не сдается.

– А разве не в этом смысл юриспруденции?, – спрашивает он. Искать новые пути, защищать тех, кто нуждается в защите, даже если это идёт вразрез с общественным мнением?

В зале тишина. И я смотрю на Стаса другими глазами. Впервые я вижу в его бунтарстве не просто протест, а искреннее желание бороться за справедливость.

Мы не выигрываем конкурс, но наш доклад вызывает бурю обсуждений. Многие поддерживают наши идеи. Мы становимся известны как команда кружке, которая не боится говорить правду.

Я учусь видеть красоту в хаосе. Стас – ценить порядок. Что-то в этом есть.

Сидя в библиотеке, я смотрю на Стаса и улыбаюсь.

– Знаешь, – говорю я. – Ты был прав. Даже среди кодексов есть место для хаоса.

Парень улыбается в ответ.

– А ты, ангел, доказала, что даже самый отъявленный бунтарь может полюбить правила, если рядом есть кто-то, кто в них верит.

Он берёт мою руку. Его прикосновение обжигает, но мне это нравится.

– Мне пора, – неохотой отрезаю я.

Глава 5. Украденная справедливость

# ЛИЗА

Просто произнесите это имя, и в воздухе загустеет статическое электричество. Она – моя личная моральная дилемма, затянутая в строгий костюм и увешанная значками протеста. Правильная, как учебник по уголовному кодексу. И, чёрт возьми, как же она меня бесит.

Сегодняшний день начинается как обычно: кофейный автомат в юрфаке, новости о бесчинствах власть имущих, и Лиза, спорящая с кем-то по поводу прав меньшинств. Она – центр любого праведного гнева в этом университете.

Город просыпается под аккомпанемент воющей сирены, а мой телефон – под жалобные стоны. Проклятье. Это утро явно не задалось. Сон оборвался на самом интересном моменте.

– Стас, ты проснулся?, – кричит он в трубку. Мою машину угнали. Всё пропало!

Матвей – тот ещё парень, вспыльчивый конечно. Но я знаю, что эта старая машина для него больше, чем просто кусок железа. Это его верный конь, его средство бегства от серых будней. Это… его способ казаться круче, чем он есть на самом деле, если честно.

– Успокойся, Матвей. Полицию вызвал?, – спрашиваю, протирая глаза.

– А толку? Они с такими угонами разбираются, как с насморком – посоветуют попить горячего чаю и ждать чуда!

Я вздыхаю. Полиции, конечно, плевать на одну украденную машину в этом городе. А Матвей без машины – как птица без крыльев.

В голове мгновенно всплывает её образ. Лиза. Ангел-хранитель местного юридического факультета. Активистка, зубрилка, и просто ходячая совесть. Она знает все законы наизусть, а про мои выходки наверняка пишет легенды в своем дневнике.

И именно поэтому она – мой единственный шанс.

Лиза знает всех. От студентов-ботаников до бывших уголовников. Она как Google с совестью – найдёт любую информацию, вывернет наизнанку любой закон, и обязательно сделает это во имя справедливости.

Вот только есть одна проблема. Лиза меня избегает. Словно я – заразная болезнь, которую нужно обходить за километр. И я знаю почему. Чувствует что-то. Эту дурацкую искру, которая проскакивает между нами. Она ей не нужна. Она слишком занята спасением мира, чтобы тратить время на «плохих парней» вроде меня.

– Ладно, Матвей, – говорю я, отбрасывая дурные мысли. Буду через полчаса. – Попробую что-нибудь придумать.

Приезжаю к Матвею, а он сидит на лавочке перед домом, убитый горем. Смотреть на него жалко. У меня тоже есть машина, но все в городе знают, что будет с ними, если я её не обнаружу на месте.

– Ты только не переживай. Найдем твою «ласточку», – пытаюсь его подбодрить.

– Легко сказать, – бурчит он. А как я теперь на работу буду добираться? Да как я вообще жить буду?!

Я фыркаю. Матвей, как всегда, раздувает из мухи слона. Но понимаю, что для него это действительно важно.

Надо действовать.

Нахожу Лизу в университетской библиотеке. Как и ожидалось, она сидит за столом, окруженная томами кодексов, в глазах – огонь праведного гнева. Наверняка, сейчас вычитывает какой-нибудь закон, ущемляющий права бабушек-пенсионерок. С той ситуации, она спасла свою соседку, но про поцелуй молчит, будто его не было.

Подхожу к ней, стараясь не привлекать лишнего внимания. Она меня замечает и вздрагивает. Лицо каменеет.

– Что тебе нужно, Стас?, – спрашивает она ледяным тоном. Словно я таракан, заползший на её идеально чистый стол.

– Лиз, у меня к тебе дело, —говорю прямо, без лишних прелюдий. У моего друга машину угнали.

В её глазах проскальзывает сочувствие, но она тут же прячет его за маской безразличия.

– Мне очень жаль его, но причём здесь я? Между прочим, я сейчас занята как ты мог заметить, – отвечает она, отворачиваясь к книге.

Вот же вредная! Я знаю, что ей не всё равно. Просто она боится признаться даже самой себе.

– Да ладно тебе, Лизка! Ты же у нас за справедливость во всём мире радеешь! Или Матвей недостаточно пострадал, чтобы ты оторвалась от своих книжек?, – в моём голосе звучит раздражение.

– Стас, не начинай, – шипит она, оглядываясь по сторонам. – Я тебе уже говорила, что у меня сейчас зачётная неделя. И вообще, это не моё дело.

– А чьё? Полиции? Им наплевать! Матвей для них – просто один из тысячи таких же пострадавших! А ты – наш последний шанс, – я повышаю голос, и несколько студентов оборачиваются в нашу сторону.

Лиза вздыхает и закрывает книгу. Смотрит на меня долгим, изучающим взглядом. Словно пытается прочитать мои мысли.

– Что ты хочешь, чтобы я сделала?, – спрашивает она, наконец.

– Просто помоги, – говорю я. Ты знаешь этот город, как свои пять пальцев. Просто пробей номера, узнай, кто последнее время крутился возле Матвея. Любая информация будет полезна.

Она молчит, словно взвешивает все «за» и «против». Я вижу, как ей сложно переступить через себя, как её разрывают противоречивые чувства.

Наконец, она сдаётся.

– Ладно, – говорит она, тяжело вздыхая. Я посмотрю, что можно сделать. Приходи ко мне сегодня вечером. Но не жди, что я буду тебе улыбаться и наливать чай. И на последок тебе не кажется, что это ты должен знать кто крутился возле твоего друга, а не девушка!

Я усмехаюсь.

– Чай не нужен. Главное – чтобы ты была рядом.

Она бросает на меня испепеляющий взгляд и отворачивается. Я знаю, что перешёл черту. Но мне плевать. Матвею нужна помощь, и я готов пойти на всё, чтобы ему помочь. Даже работать с Лизой. Даже видеть, как ей противно от моего присутствия.

Вечером, в квартире Лизы, я чувствую себя, как слон в посудной лавке. Всё здесь такое правильное, такое… стерильное. Даже воздух кажется каким-то другим, более чистым.

Лиза садится за компьютер и начинает колдовать. Она быстро и уверенно вводит какие-то команды, словно родилась с клавиатурой в руках. Я смотрю на неё и не перестаю удивляться. Как в этой хрупкой девушке может быть столько силы и знаний?

– Так, – говорит она, наконец. Номер угнанной машины засветился на камерах видеонаблюдения в районе автосервиса, который крышует Бульдог.

– Бульдог?, – переспрашиваю я, нахмурившись. – Роман Бульдог? Это же сын известного бандита!

– Именно. И если у Матвея с ним какие-то проблемы, то это очень плохо, – отвечает Лиза, глядя на меня с тревогой. Пару раз он являлся сюда ко мне, знакомиться, но когда я нажаловалась брату, он перестал приходить, не думаю что он и на этом остановится.

– У него точно были карточные долги, – вспоминаю я. – Он говорил, что проиграл крупную сумму каким-то ребятам…

Лиза вздыхает. Понятно. Значит, его машину угнали в качестве оплаты долга. Это уже не просто угон, Стас. Это вымогательство.

Я сжимаю кулаки. Бульдог – это гнида, до которой лучше не докапываться. Связываться с ним – это как играть с огнем. Но Матвея я не брошу.

– Что будем делать?, – спрашиваю Лизу. Чёрт, я уже девчонку прошу помочь.

Она смотрит на меня долгим, пронзительным взглядом. В её глазах я вижу страх, но вижу и решимость.

– Я помогу тебе найти его машину, – говорит она. Но ты должен пообещать, что будешь делать всё, что я скажу. Никакой самодеятельности, никаких безрассудных поступков. Ты понял?

Я ухмыляюсь.

– Ты будешь следить за мной? Держать на коротком поводке?

– Именно, – отвечает она, не отводя взгляда.

Я молчу. Понимаю, что выбора особо у меня нет. Если я хочу помочь Матвею, то придется играть по правилам Лизы, но никто не говорил, что я буду их придерживаться даже если это значит наступить на горло своей гордости.

– Договорились, – говорю я, протягивая ей руку.

Она смотрит на мою руку, словно на змею, и медлит. Но потом всё-таки сжимает мою ладонь. Её прикосновение обжигает меня, словно током. Я чувствую, как по телу пробегает дрожь.

– Только ради справедливости, – шепчет она, отпуская мою руку.

– Ради Матвея, – повторяю я, глядя ей в глаза.

И я понимаю, что это – только начало. Впереди нас ждёт опасная игра, в которой на кону не только машина Матвея, но и наши собственные жизни. И, кажется, моё сердце, которое отчаянно тянется к этой невозможной девушке, с её принципами, кодексами и ангельской душой. Но я готов рискнуть. Потому что знаю, что вместе с Лизой мы сможем свернуть горы. И, может быть, даже… найти любовь там, где её совсем не ждешь.

– Пока, Вишнёвка!, – бросаю я и ухожу.

– Я Елизавета Вишнёвская! Вот же блин!

Глава 6. Долг чести

Звук: скрежет металла, громкая музыка, грубые голоса

Район, в котором находится автосервис «Бульдозер», вызывает у меня отвращение. Грязные улицы, обшарпанные здания, и лица, на которых написаны все грехи этого города. Лиза, идущая рядом со мной, выглядит здесь словно инопланетянка. Её обычно безупречный вид сегодня немного поблек, но решимости в глазах от этого не убавилось.

Мы проникаем на территорию сервиса через дыру в заборе – Лиза настояла на том, чтобы действовать скрытно. Я бы просто вышиб ворота, но решил не спорить. Сегодня она – мой командир.