ЗАКУЛИСЬЕ

Верить – это всегда выбор. Мой выбор, твой выбор. Каждого человека. Каюсь, я продолжаю верить, даже, когда все разрушено, когда остаются одни руины и пепел. Это я. Другой не стану. Не выберу. Это мое сердце, оно мне нравится. Не всегда внешним поведением мне удается соответствовать этой вере, это правда. Но внутри, внутри я верю, что все мы придем к тому, что истинно наше, что обретем свое сердце во всем его великолепии, даже если наши пути разошлись. Идти вместе – зачастую не заложено в линиях нашей судьбы, а вот быть счастливыми, по-настоящему, там прописано с рождения и все ждет, пока мы найдем эту тропинку, блуждая в мудреных лесах нашей тьмы.

Но, кажется, я так и не ответила на поставленный вопрос выше – где эта грань?

Опишу на картинке.

Представь, что перед тобой стоит человек, а у него в руках закрытая коробка. Сейчас в твоей власти представить и персонажа и вид содержимого в его руках. И вот ты начинаешь изучать эту коробку, как она выглядит, каких она размеров, какого веса, какого запаха. Дальше, конечно, ты строишь догадки, что же там может быть? Вот и начинается твой выбор: ты ждешь, что там будет что-то плохое или то, что тебя порадует? У тебя уже есть некоторые характеристики этой коробки, ты уже можешь делать выводы. Перед тобой стоит человек со своей историей, и, вероятно, уже с рассказом, что вы успели вместе написать. Он может протянуть тебе эту коробку. Ты доверяешь ему? Начинается твой выбор своих чувств и действий. Он от себя сделал все: он пришел, показал и готов тебе раскрыть содержимое. Что выбираешь ты? Ты можем не смотреть, не брать ее в руки, ты можешь даже уйти. Понимаешь ? Предположим, что ты выбираешь остаться, взять эту коробку и узнать, что там. Ты выбираешь. Ты ждешь разочарования или оправдания надежд? Видишь этот контекст? Все это уже заложено изначально, вшито в корневую систему. Ты остаешься, значит – доверяешь, при любом раскладе, ведь в коробке может быть бомба или то, что тебя сломает. Ты открываешь коробку постепенно. И сейчас в тебе живет надежда. Зачастую мы уже заранее представляем содержимое. Повторюсь, зачастую.

Давай немного отойдем от обобщённой версии этой картины и представим, что перед тобой стоит любимый человек, а в этой коробке его чувства к тебе. И вот ты стоишь, доверяешь, надеешься и ждешь, что открыв ее, ты получишь счастье. Когда начнется грань иллюзии? Она начинается в тот момент, когда коробка до конца открыта и там, вместо благоухающего цветка лишь завядшее растение, которое, честно говоря, давно уже сгнило. И вот ты смотришь на него и все продолжаешь надеется, что он оживет, как по волшебству. Что ты сейчас закроешь – откроешь глаза и там будет другой цветок, тот самый, что ты так ждал. Однако, его нет. И вот пока ты ждешь магию – это иллюзии. Перед тобой реальность, человек с гнилью в коробке. Все. Ни больше, ни меньше.

Казалось бы, можно заканчивать. Но ты же помнишь, что я верю до последнего, и у этого «последнего» бессрочное действие? Поэтому я вижу несколько развитий этой ситуации:

–

ты можешь остаться и продолжить идти вместе с этим цветком дальше, надеясь на его волшебную реанимацию

–

ты можем его выбросить

–

можешь вернуть коробку обладателю и уйти

–

можешь подарить новый цветок и уйти или остаться

–

или ты можешь понять, что этот затухлый и погибший кусок грязи когда-то был цветущим растением, который украшал как его обладателя, так и мир вокруг. Просто с ним случилась жизнь. Кто-то забыл его полить, кто-то его перелил, кто-то его оставил на жаре, а кто-то – на морозе, кто-то изрядно на нем потоптался. Да и сам хозяин мог быть с ним довольно не мил. И с ним случилось то, что случилось. Но он все тот же цветок, только мертвый. И вы можете взять его вместе, сделать из него сухоцвет, что будет украшать ваш дом. Или унести его в какое-нибудь место и там похоронить, со всем уважением и благодарностью за жизнь, за опыт, за историю. Либо твой человек может сделать это самостоятельно, если пожелает. А далее, ты можешь подарить ему новый цветок или он может его принести к тебе, и вы будете выращивать его вместе. Порой тебе необходим

о будет оставить заботу об этом цветке исключительно его хозяину, но ты все равно можешь быть рядом, быть опорой, быть поддержкой, быть любовью и продолжать в него верить, что в этот раз у него получится.

Как видишь, грани всегда размываются об историю людских выборов. И историю можно писать по-разному. Безусловно, на последний вариант необходимо куда больше сил, как твоих, твоего сердца так и человека напротив тебя.

Нет четкого ответа, в иллюзии ты или в вере, как бы я не хотела тебе его дать. Все зависит от тебя, обстоятельств и людей. Мир – это иерархия тонких граней.

ЛОЖЬ

Скажу как есть, у меня не всегда получается действовать по последнему предложенному мной сценарию. На данный момент я пока все еще часто нахожусь в плену своих слабостей и страхов. Поэтому я и начала с них. На данный момент я только нахожусь на пути познания и веры в силу своего сердца.

Вот и в этой истории у меня не получилось до конца выбирать любовь. Я зачастую выбирала боль, выбирала обвинять, выбирала страх. И уйти – стало, в очередной раз, для меня средством спасения.

Как бы я не старалась, мне не удастся придать этой истории окрас обыкновенности. Для меня – это фильм покрытый множеством загадок, ибо мой мучитель остался для меня загадкой. Мне так и не удалось найти в нем спокойствие. Мне не удалось найти сочетание слов, поступков и моих ощущений. Внешнее всегда вело борьбу с моим внутренним. А, к слову сказать, я тот человек, который живет нутром, интуицией. Ей я доверяю больше, чем окружающему. Ибо по опыту моей жизни, мой внутренний отклик соответствовал реальности на 95%, тогда как внешние картины разбивались о скалы лжи и лицемерия, порой с молниеносной скоростью, а порой им требовалось время и мое терпение.

Я плохо реагирую на ложь. Как только я чувствую ложь, я начинаю настораживаться. Я даю время и начинаю наблюдать. Могу задать наводящие вопросы таким образом, чтобы не было никаких подозрений. Если с каждым разом я все больше убеждаюсь в правдивости своих ощущений, то начинаю выходить на более открытые вопросы. Я даю право объяснить мне, рассказать, описать, донести до меня. И открыта к тому, чтобы поверить в аргументы противоположной стороны. Ситуация усложняется, когда наступает внутренний конфликт: моя вера словам человека противоречит с моими ощущениями. Начинается катастрофа, у меня теряется реальность, порой кажется, что я схожу сума. Вот, здесь и сейчас мне рисуют одну реальность, а мне раз за разом видится другая. Кто прав? Чему верить? В нашей истории я выбирала верить своему карателю, ценой своего рассудка.

Ложь. Как бы люди не говорили, что больше всего в жизни любят простоту и честности, они выбирают их противоположность и улетают в своих круговоротах обмана куда-то очень глубоко. Их потеря начинается с себя, самообман исходит от наивный веры, что ложь им чужда. И я вместе с ними порой тону. Не забывай, что я тоже простой человек. Но моя ловушка в том, что я свой самообман чувствую с такой же силой, как и противоположный. Пытаясь ввести в заблуждение меня, человек лишь отчаянно хочет сам верить в то, что говорит. В таких моментах у меня есть два выбора: попытаться ему показать, что он смотрит в стену, либо ждать, пока он сам это примет.

Моя стена строилась из кирпичей надежды на силу человеческого сердца, которая сможет выбраться из тисков боли и перестанет нести разрушения и саморазрушения. Надежды, что однажды у него хватит сил отойти в сторону от своего пути и сменить маршрут. Однако, в сторону пришлось отойти мне. Сломать свою стену мне пришлось путем принятия, что он выбирает свою дорогу, что она полностью его устраивает, что он каждый день встает на ее полосы и продолжает движение. Принять, что эта полоса с моей – встречные. Принять, что на светофоре мне нужно развернуться и встать в свой ряд. Принять, что как бы я не хотела продолжать движение вместе, я не могу идти на красный свет, где езда для меня запрещена. Принять, что мое сопротивление бессмысленно и лишь истощает меня. Принять, что я тоже разрушаю из-за собственного разрушения. Принять, что это взаимное уничтожение, путем самоуничтожения. Принять, что все, что нужно было – сказано, что можно было – сделано, для двух сторон. Принять, что дальнейший отрезок пути нужно двигаться разными маршрутами без малейшего понимания о возможности пересечения в будущем.

Эта история началась со лжи. Все до банального просто: недавно закончились отношения, у человека, помимо боли и обиды от предательства остались чувства и куда хуже, для меня, надежда все вернуть. Я была лишь орудием отвлечением и привлечением внимания ушедшей стороны. Знала я это сразу? 50 на 50. Знала я это немного позже? Да. Результат? Я выбирала верить в навешанную мне иллюзию. На данный момент я не могу сказать, обманывал человек только меня или себя тоже. Но спустя два года этой истории наблюдается отрицание о правдивости моих слов и упреки в моем нежелании верить. Только все дело в том, что верить то как раз я очень сильно хочу, но больше не могу.

Как ты уже понимаешь, мое доверие – дело очень сложное, однако, чтобы его настолько выжечь – нужно очень сильно постараться. А когда все начинается с обмана, каковы шансы на успех? Шансы есть, только если однажды прийти к честности. Пришли ли мы к ней? Нет. И все же я верю в то, что в этой книге было место взаимной большой любви. Права я или нет, покажет только время. Каждый рассудит сам.

Жаль, что эта любовь была разменяна на борьбу. Кто за что боролся я так до конца и не поняла. За что боролись со мной – тоже осталось для меня загадкой. За что боролась я? За себя. За свое право жить и быть. За свое достоинство, за честность, за искренность, за свою свободу, за свои права, за свою любовь. Странно бороться с любовью за любовь.

«Я помню, как меня укусила наша дочь, ее клыки вонзились безжалостно мне в руку. Я помню твои глаза. Именно в тот момент я увидела, что ты действительно меня любишь. Твоя злость на Джесс и бессилие показали мне, как я тебе важна. Ни твой приезд с собаками через 2000 километров, ни твои видео и стихи, ни твои истерики и слезы, ни твои друзья и родственники, ни твои крики и громкие слова о любви. Ничего из этого. То, что ты меня по-настоящему любишь я увидела в тот момент. Помню, как тебя обескуражил этот факт, даже заставил негодовать. Это мне показало, что ты до сих пор не разбираешься, какой я человек, и что именно для меня важно. Но тогда я увидела, что ты меня любишь. И твои глаза в тот момент до сих пор передо мной.»

ДОВЕРИЕ

Считаю ли я, что у меня проблемы с доверием? Раньше, когда я обладала желанием доверять всем и не имела для этого внутренне возможности – да, это было большой проблемой. Сейчас настрой поменялся. Что такое вообще это ваше доверие? Задумывался ли ты о том, что ты базово доверяешь всем? Ты садишься в такси, доверяя, что водитель тебя привезет целым и невредимым. Ты доверяешь поставщикам и продавцам, покупая в магазине еду. Ты доверяешь начальнику, выходя каждый день на работу. Ты доверяешь застройщику и управляющей компании, живя в своем доме. И так по списку. Базово мы доверяем всем, в той или иной степени. Мы доверяем врачам, обращаясь к ним с болячками. Если не поверили одному, то идем на консультацию к другому. Кому-то мы доверяем больше, кому-то меньше. Кому-то всецело, кому-то не доверяем вовсе. Но базовое доверие как таковое в нас имеется. Где-то мы насторожены, где-то мы опасаемся. Однако, я считаю, что там где мы не доверяем совсем – нас и нет совсем, либо у нас есть выгода, и все же, даже для ее получения нам необходима часть доверия или веры во что-то или в кого-то.

Я раньше была убеждена, что нужно всем и всему безусловно доверять, поэтому и считала себя дефективной. Благо, сейчас это убеждение проходит. Нет необходимости доверять всем людям, даже себе порой доверять нужно 50 на 50. Доверять на всю силу необходимо лишь тому, что куда сильнее и могущественнее нас, что творит нашу жизнь, где-то там выше и повсюду вокруг.

Каждый человек и каждое событие в моей жизни имеет свойственный ему отклик. У этого отклика свой окрас и набор характеристик. Если мы говорим о таком показателе, как «доверие», то здесь можно представить диаграмму, в которой будет отображено в процентах где, как и насколько можно доверять каждому персонажу. Как я его считываю, как он себя ведет, как проявляет в разных ситуациях, каким кажется, что прячет, чего ожидать, что я о нем уже знаю, чего не знаю. Эта картина находится в постоянных изменениях, ведь я никогда не знаю человека на все 100%, сколько бы мы не были знакомы. Одно из условий жизни – всё и все находится в постоянных изменениях, прогрессе, либо регрессе. Полная перманентная неизменность в человеке для меня считывается как болото, в котором он тонет. И все же я считаю, что остановки бывают исключительно временные, после которых ты или наверх, или вниз. В каком-то смысле, можно жизнь сравнить с горками, или горами, тут уже на вкус каждого.

ОДИНОЧЕСТВО

Зачем мне надо было доверять всем? Одиночество, мой друг.

Все дело в том, что я стараюсь держаться подальше от всего того, чему доверяю меньше установленных внутри коэффициентов. Рубеж допустимого порога проходит очень мало людей, соответственно, если быть с собой честной, то от всего остального необходимо отказываться для собственного спокойствия. Но одиночество вынуждало меня постоянно занижать требуемый порог, дабы подпустить к себе как можно больше.

Ранилась ли я каждый раз, нарушая свое же правило? Да. Останавливало ли меня это? На время. А потом я набиралась сил, чтобы запустить порочный круг по-новой.

Да, одиночество – общий человеческий друг. И ты знаешь, чем больше я живу на этой земле, тем больше вижу и чувствую в мире увеличивающееся количество одиноких душ. И совсем не важно, сколько вокруг них людей, в чем они одеты, где и чем живут, сколько денег зарабатывают. Знаешь где больше всего одиноких? В толпе. Если ты однажды захочешь спрясться, то можешь оказаться в переполненном людьми месте, поверь мне – тебя никто не заметит, а кто заметит – не обратит внимания, ведь наша боль о нашем одиночестве застилает нам глаза и кроме нее мы больше никого и ничего не видим. Мы так жаждем от нее спасения, что не готовы посмотреть вокруг и протянуть первыми нашу руку такому же нуждающемуся.

Я – не исключение. Свое одиночество я чувствую еще с дошкольного времени. Мне не находилось места среди людей, домов и машин. Казалось, что его нет совсем. Порой, мне так кажется и до сих пор. Я потеряла семью в 4 года от своего рождения, и по ощущения, потерялась в этом мире в тот же момент. Мама погибла, а жизнь отца для меня остается закрытым занавесом по сей день. Всю свою жизнь я искала себя и маму одновременно, периодами путаясь, что стоит в приоритете. Хотя, наверное, второе выходило на первый план куда чаще. Я отчаянно надеялась, что найдя ее в толпе прохожих – я обрету себя. Однако, этого не случалось. Но я слишком настойчивая, даже если смотрю в свою стену, я смотрю в нее до самого конца, пока не начну взглядом испепелять кирпичи. Я так долго была в неведении того, что она все это время находилась рядом, что совсем запуталась и заблудилась в линиях своих троп. Если каждому лесу в нашей жизни давать название, мой бы назывался одноименно, «одиночество».

На смену одной семье пришла другая. Но и там мне не удалось занять желаемое мной место. Я смотрела в новую стену. С этой стеной я билась более десятка лет. Не скажу, что сейчас мне удалось разложить все кирпичи, но я не перестаю пытаться.

СТАВЛЮ ВСЕ НА ДРУЖБУ

Не найдя место в новой семье я пустилась на попытки создания своей. Я не искала возможности сотворить ее с партнером, я обратилась в дружбу. В какой-то момент я не заметила, как поставила все на слово «друг». Люди, что приходили в мою жизнь, не ведали о своей роли. Им требовалось стать для меня всем: мамой, папой, сестрой, братом, сватом, партнером и мной. Как ты понял, это тоже стало моей стеной. В нее я смотрела столько же, сколько и на стену выше.

Что сегодня я могу сказать о таком понятии как «дружба»?

Любое качественное взаимодействие людей – это работа в две стороны и начинается она всегда с тебя. Поначалу я лишь много требовала от человека, что рядом со мной, «ты должен»: меня слушать, быть рядом, меня поддерживать, быть честным, принимать меня, любить меня, оставаться со мной несмотря ни на что и так по списку. Конечно, я утопала в бездне боли и разочарования. Пока в один момент не поняла, что прежде чем получить то, что я ищу, мне самой нужно стать этим. Прежде чем, что-то просить от кого-то, мне нужно самой научиться это давать другому. И для себя. Сначала надо стать другом для себя. Как ты можешь научиться слушать и слышать другого, если ты не можешь услышать себя? Как ты можешь быть честным и искренним с другим, если ты находишься в вечном самообмане? Как ты можешь поддержать другого, если

постоянно обвиняешь и гнобишь себя в сложных ситуациях? Как? Никак. Поэтому все и начинается с себя. Пока ты не примешь себя – ты не примешь другого. На сколько процентов ты принимаешь себя – настолько другого. Насколько ты уважаешь себя – настолько другого. Казалось бы, это все такие заезженные правила, которые трубятся всеми подряд из каждой щели, и все же – это стабильное нерушимое правило. Но ты можешь попробовать опротестовать его, я тоже пробовала, у меня не получилось.

Поэтому, для начала, мне пришлось посмотреть в себя. К моменту, когда я пришла к этому осознанию, рядом со мной уже было несколько человек, которых я считала близкими. Мы были еще не очень зрелыми, не скажу, что мы достигли высшей точки зрелости и сейчас, однако тогда мы стояли только на пороге этого пути. Нам повезло друг с другом тем, что даже в этой незрелости мы выбирали друг друга. День за днем. После каждой ссоры и обиды. В каждую минуту времени мы видели и чувствовали ценность друг друга в жизни каждого и выбирали ее. Это нам помогло пронести нашу дружбу сквозь десятилетие, сохранить ее и развивать.

Я начала с принятия, а оно требовало честности. Мне пришлось смело посмотреть во все свои «изъяны», раны и «недочеты». Во все то, что я несу в мир, что есть во мне. Мне пришлось честно себе признаться – это все я. И только после этого я могла приступить ко второму пункту – работать с тем, что есть. Необходимо было разобраться: что из этого я оставляю, так как мне это нравится, что из этого нужно видоизменить, что улучшить, а от чего избавиться. Избавиться, не потому что меня это делает «плохой», а потому что больше я в этом не нуждаюсь, пусть когда-то мне это «что-то» служило верным помощником и как все остальное помогало добиться одного – счастья. Это тот путь, который я веду и по сей день, ведь как и других людей, я узнаю себя все больше с каждой минутой и каждую минуту может открываться что-то новое.

И да, к слову, раскрою еще один секрет: все мы в своих мыслях, поступках, словах и действиях направлены к одному ориентиру – счастью. Это еще одно правило нашей человеческой жизни, которое просто стоит принять: все, что мы делаем, мы делаем во имя своего счастья. Тебя, наверное, это удивило, ведь порой кажется, что наши поступки или любого другого человека ничего общего не имеют со счастьем. Отнюдь.

Просто загляни в себя и посмотри, что именно ты получаешь даже от самых дурных действий, а ты всегда что-то получаешь. Да, мы очень изобретательны и запутаны в своей изобретательности. Тут много глубинных вопросов : что для тебя счастье? Каким путем ты идешь к нему? И правда, порой, намеченный тобой путь ничего общего не имеет с твоей целью, но узнаешь ты это только тогда, когда встанешь на него. А из всех видимых нам дорог, мы изначально выбираем самую предпочтительную для нас.

Особенно сложно было принимать эту мысль, когда дело касалось моего мучителя, ведь я понимала, что так или иначе он выбирает этот путь, эти действия во имя его удовлетворения. Я не могу сказать, находил ли он его, но где-то внутри надеюсь, что да, иначе тогда все было зря. Хотя, отрицательный результат – тоже результат, который может показать, что путь намечен неверно.

Вернемся.

Я начала с принятия, потому что его я жаждала больше всего от этого мира, от этих людей. Еще с детства я понимала, что отличаюсь от тех, кто меня окружает: я подругому думаю, по-другому чувствую, по-другому ощущаю этот мир, у меня другие интересы/приоритеты и важности. В какой-то момент мне казалось, что у меня все другое и я другая. И когда я устала надевать на себя маски, дабы соответствовать – я встала на путь принятия.

Второй момент, когда ты отличаешься, ты очень хочешь, чтобы тебя поняли (хотя, рискну предположить, что понимая жаждут все, а если и не все, то большинство). Я очень хотела. Очень хотела увидеть понимание, хотела почувствовать, что меня услышали. Я кричала. Я замолкала. Я была всегда на виду и удалялась прочь от взора окружающих. Все эти манипуляции осуществлялись с целью «услышите и поймите меня, молю!». Положительного результата я не находила.

Формула была просто: я начала учиться давать себе сама все то, чего мне так не хватало от людей. Ну как не хватало, по ощущения – словно и не было этого вовсе. Одиночество не переставало мне пожирать все эти годы: садик, школа, колледж, универ и первая работа. Более десятка лет, а может и пятнадцати. Я жила в этой тьме, изредка ей делилась, когда она вот-вот и поглотит меня совсем. Внутри у меня была черная дыра, что, порой, была больше меня самой. Я пихала все, что возможно и нет в нее, дабы хоть как-то заткнуть эту засасывающую бездну. Но ничего не помогало. Ничего. До момента пока я не взялась за себя сама. В тот момент, когда я перестала надеяться и ждать, что кто-то меня спасет, кто-то мне поможет – в моих руках оказались нитки и иголка, чтобы зашивать, чтобы исцелять свою боль.

Чтобы вылечить одну боль, порой надо разворошить другую. Если все сделать правильно, то по итогу можно исцелить обе. Если ошибиться – можно создать третью. Есть чего бояться. Всегда есть чего бояться, если ты опытный сыщик. Однако, настаиваю, чтобы этот страх стал помощником и помог уберечь от ошибок, а не главным фактором бездействия. Оно всегда того стоит.

Собрав информацию о себе, честную информацию, поменяв внутренние настройки, обретя новое понимание, новые ориентиры, залатав некоторые свои пробоины, я снова вернулась на путь дружбы. И пусть, к тому времени у меня уже была заслуга хорошего друга, теперь мне стало легче быть этим хорошим другом. Теперь я могла еще больше дать и отдать, еще большим поделиться и разделить. Незаметным для меня образом жизнь скорректировала мой круг общения, произошел даже некий переворот: кто-то отпал, а кто-то пришел. И сейчас я понимаю, что по сей день мы все вместе выстраиваем нашу взаимосвязь. С каждым она своя, индивидуальная, своеобразная и наполненная определенными цветами. Теперь мы каждый день, уже осознанно, выбираем друг друга. Теперь о проблемах мы умеем разговаривать. Теперь все конфликты мы умеем решать вместе, находясь вдвоем против него, а не каждый против друг друга.

Я помню, как весной прошлого года мы поругались с одной из моих самых близких подруг. Честно признаться, ссора была из-за пустяка и решить ее – было дело двух минут. Однако, на тот промежуток времени я была не совсем «в строю» и отдавала себе отчет, что сейчас мне нужно выдохнуть. Я прекрасно осознавала, что мной руководит не тепло и любовь, а злость, раздражительность, усталость и боль. Вот только ни к ней, ни к этой ситуации мои чувства не имеют никакого отношения, но именно на ней я

могу «оторваться», если не отступлю, так как сил на то, чтобы выбрать любовь – не было. Мы не общались примерно недели три. Я переживала, конечно, мне было грустно, но мне нужно было время. И самое потрясающее в этой ситуации – спокойствие. Я была тотально спокойна от уверенности в нас. Я ощущала где-то на подкорке, что эта ссора не станет нашей развилкой, что мы до сих пор есть в жизни друг друга, все также ценны и важны. Я прекрасно понимала, что она просто ждет, когда я успокоюсь, чтобы мы смогли поговорить. Этого ждала и я. И в один солнечный день, вернувшись домой, я готова была покаяться и сделала это. Теперь это спокойствие стало для меня новым индикатором, показывающим наши отношения с любым человеком.

ОДНА ИЗ СТЕН

Однако моя стена продолжалась. Помнишь, я говорила, что мои друзья стали моей новой семьей? Это продолжалось. Безусловно, с возрастом, опытом, мудростью, все становилось на более менее правильные места. Но четкую картину своей иллюзорности касательного этого вопроса я увидела совсем недавно, когда в очередной сложный и ломающий момент оказалась одна.

Это случилось полтора месяца назад, когда я в четвертый раз ушла от своего мучителя.