ПО НАЙМУ

Вернувшись в свой номер Джордж положил в пустой рюкзак часть вещей из дорожной сумки и кейса. Немного подумав он взял один пистолет. Застегнув рюкзак Джордж вышел из номера, сел в машину и отправился на одну стоянку возле стрип-мола. Находилась она в десяти минутах езды от казино “Золотые Пальмы”. Он оставил пистолет в бардачке автомобиля, забрал рюкзак и пять минут шёл пешком. Затем он вызвал такси, и через семь минут его подвезли к казино. Милый, дружелюбный постоялец Картэр Хэммонд вернулся. Он тут же зашёл в парфюмерный магазинчик где купил флакон Шанель №5 и выбрал подарочную картонную сумочку фиолетово-зелёного цвета, пояснив, что его подружка обожает фиолетовый и зелёный. Затем он отправился к себе на пятнадцатый этаж. Номер пятнадцать двадцать семь. Он лёг на кровать, включил телевизор, и отправил Грэгори сообщение:

“?А?”

Грэгори набором символов ответил что пока он ждёт информацию, и что она вот-вот должна поступить. Джордж распаковал шоколадку, съел её и запил водой. Его метаболизм позволял ему есть любую гадость. Он активно занимался спортом по привычке, но брось он это дело, и максимум что пострадало бы – его мускулатура. Но Джордж никогда не превратился бы в толстяка. Это не значит что он предпочитал есть гадости которые вкусны, но невероятно вредны: здоровую пищу он поглощал с не меньшим удовольствием, хотя бы просто для того чтобы не испортить желудок. Но, сидя и ожидая информации, он любил побаловать себя шоколадными батончиками. В конце-концов, на кой чёрт зарабатывать кучу денег с риском для жизни, если ты этой жизнью как следует не наслаждаешься?

Джордж лежал на кровати, жевал шоколадку и смотрел новости. Грэгори просигналил ему 49 минут спустя. Сообщение гласило:

“1937-70”

Номер 1937 на девятнадцатом этаже. И через семьдесят минут они будут на месте.

Джордж ответил:

“227”

Вызов принят. Он встал, извлёк из рюкзака электронный отпиратель замков, две посадки с сонным газом и футляр с микроскопической видеокамерой. Рассовав всё это по карманам, Джордж отправил Грэгори смайлик с чёрными очками. Грэгори тут же прислал ответ с поднятым большим пальцем, подтверждая что он уже позаботился о камерах слежения. Джордж, вышел из номера, повесил табличку “НЕ БЕСПОКОИТЬ” и отправился на девятнадцатый этаж. Камеры во всех коридорах и на всех лестничных пролётах, с первого этажа отеля до последнего уже не работали. Вместо этого на экраны службы безопасности выводилась картинка пяти минут единовременно записанных по всему отелю несколько минут назад. То же самое Грэгори проделал с камерами на гостевых лифтах. Конечно, подмена изображения такого масштаба имела больше шансов не пройти незамеченной. Заметить могли, и в этом случае, конечно, начали бы суетиться, поняв, что их взломали. Но Джорджу требовалось всего полторы минуты. Максимум две. Конечно, в принципе всегда нужно ожидать что что-нибудь пойдёт не так. Собственно, вся прелесть его работы заключалась именно в том, что могла возникнуть какая-нибудь непредвиденная проблема, и что проблему придётся в срочном порядке ликвидировать. На всякий случай в заднем кармане брюк у него лежал пузырёк со снотворным: если наткнётся на горничную убивать её ножом нельзя, ибо её, в отличие от постояльцев тут же хватятся. Но он мог надавить куда надо, чтобы имитировать смерть в результате спонтанного кровоизлияния в мозг. Иногда приходилось делать и это. Иные люди молятся богу всю жизнь, но всё равно нелепо гибнут потому, что всевышний позволяет им оказаться не в то время и не в том месте. А чудовищами потом называют таких, как Джордж.

Джордж дошёл до лифта за двадцать секунд. Ждать его пришлось чуть меньше минуты. Ещё через пятнадцать секунд двери плавно раскрылись на девятнадцатом этаже. Джордж уверенно направился к номеру 1937. Дальше по коридору горничная мексиканка вышла из одного из номеров и принялась толкать тележку с бельём. Джордж принялся сосредоточенно разглядывать свой телефон, водя пальцем по экрану и делая вид будто получил сообщение в чате или письмо, немного сбавив шаг, но продолжая идти вперёд. Если бы она не ушла, Джордж сымитировал бы разговор по телефону, в котором он даёт жёсткие указания своему секретарю, и всё-равно зашёл бы в номер. Но горничная скрылась за очередной дверью, и Джордж немедленно приложил отпирающее устройство к сканеру и вошёл. Две с половиной минуты. Не всё и не всегда идёт ровно. Он мысленно пожал плечами. Важно, чем всё в итоге заканчивается.

Он отправил Грэгори сообщение:

“227”

Грэгори ответил...

“:)”

...и вернул трансляцию изображения на камеры в коридорах и лифтах. Джордж принялся за дело. Номер был как у него четырьмя этажами ниже: одна комната с двуспальной кроватью, большой телевизор, рядом ванная. В первую очередь Джордж установил скрытую камеру. Разместил её над кроватью так, что была видна дверь. Потом встал на колени, сунул руку под кровать и прилепил к её днищу посадку с сонным газом. Вторую посадку он разместил под креслом возле окна. Джордж побрызгал раствором МТ-62 всё к чему он мог так или иначе прикоснуться, встал у двери и напечатал сообщение:

“как самочувствие?”

Это означало что он закончил, и что фокус с камерами нужно повторить.

Грэгори ответил смайликом через пять секунд. Если бы в этот момент в коридоре была горничная или кто-нибудь из охраны, Грэгори ответил бы знаком минус.

Джордж вышел. Пока он шёл, где-то за его спиной снова открылась дверь одного из номеров. Но всё это было уже не важно. Он вернулся к себе на пятнадцатый этаж и написал Грэгори, что он у себя. Сразу достал из чемодана второй мобильник, на который было загружено всего два приложения. Одно из них было связано с камерой только что установленной в номере наверху. Джордж лёг на кровать и набрал пароль, и номер на девятнадцатом этаже появился на его экране. Включив телевизор, Джордж щёлкал с канала на канал, и параллельно поглядывал на трансляцию с девятнадцатого этажа. Рядом, на тумбочке, лежал маленький пульт с зелёной кнопкой.

В 17:09 поступил сигнал о том, что команда А появилась в отеле. Джордж как раз уничтожил очередную шоколадку. Он выключил телевизор и семь минут смотрел в телефон, глядя на пустую комнату номера 1937. Вскоре дверь на экране издала электронный звук и в помещение зашли трое. Один был чёрным, в кремовом костюме без галстука, с кейсом в руках. Он был лысым, довольно тощим, в солнечных очках и с изящной испанской бородкой. Двое других были белыми, тоже в костюмах – явно охранники. Оба здоровенные, широкоплечие, с неподвижными лицами. Один тоже лысый, второй – брюнет, с короткими волосами. Охранники бегло осмотрели номер: как Джордж и предполагал, они не искали шпионского оборудования, и не имели при себе инструментов для поиска жучков и микрофонов, а просто охраняли парня с кейсом от возможного нападения.

Чернокожего джентльмена звали Рузвельт Пьер. Он продавал коммерческие секреты крупной калифорнийской фирмы. Сам он в ней не работал, но сумел наладить связь с человеком внутри, которого звали Гарри Корбин. Мистер Корбин проработал на организацию более двадцати лет, его несколько раз обходили с повышением, и он считал себя обделённым. А потому охотно стал добывать Пьеру коммерческую информацию. Не только ради пухлых конвертов, но и чтобы отомстить.

Пару месяцев назад служба безопасности компании вычислила Корбина, и с этого момента Рузвельт Пьер уже трижды получил от Корбина дезинформацию, которую затем продал конкурирующей организации из Далласа. Конечно, долго так продолжаться не могло. Сейчас в кейсе у Рузвельта Пьера находился конверт с копиями документов и флеш-карта, и мистер Пьер искренне считал что эта информация представляет ценность.

Как и любой другой крупной конторой, компанией в Лос-Анджелесе руководили беспринципные люди, готовые проливать кровь ради дела. Как только они решили, что дезинформировать конкурентов они больше не станут, было принято решение завершить всё казнью.

Мистер Рузвельт Пьер сидел на кровати и смотрел в телефон. Был шестой час, и вряд ли мистер Пьер мог предположить что до шести вечера он не доживёт. Один из охранников опустился на колени и заглянул под кровать. Если бы парень был достаточно хорош, и обнаружил посадку с сонным газом, Джордж активировал бы механизм немедленно, и ни один из них не успел бы добежать до двери. Если бы нашёл камеру слежения на раме картины, Джордж сделал бы то же самое.

Рузвельт Пьер набрал чей-то номер. Ему ответили сразу.

– Мы на месте, – сказал Пьер. У него был сильный гаитянский акцент. – В течение часа я пришлю к вам человека с конвертом. Да, хорошо. Ждите.

Он прервал связь, встал достал из кейса конверт и вручил его лысому охраннику.

– Коуди, всё как обычно. Лично в руки Джуду Фишеру – больше никому. Никому из его охраны, даже если ты их знаешь и видел раньше. Только Джуду, ясно?

Коуди кивнул, беря конверт.

Джордж нажал на кнопку пульта, активировав посадки с сонным газом. Коуди пошёл было к двери, но его ноги уже заплетались, и он рухнул на пол не дойдя несколько шагов. Рузвельт Пьер уже лежал на кровати без сознания. Третий охранник, которого звали Эллис Белл, стоял у окна, прямо рядом с креслом, под которым находилась вторая посадка. Не то чтобы это имело значение – той, что под кроватью хватило бы на всех троих. Эллис схватился за стекло и соскользнул вниз, ткнувшись лицом в пол.

– Вот такие мы весёлые парни, – пробормотал Джордж.

Напечатав Грэгори смайлик в чёрных очках он через несколько секунд получил ответ, что всё чисто. Перекинув рюкзак через плечо Джордж снова отправился на девятнадцатый.

Там он прошёл мимо очередной горничной и она на него даже не взглянула, хотя он ей учтиво кивнул. Она всё ещё маячила в конце коридора, ближе к лифтам, стоя к нему спиной, когда он приложил отпирающее устройство к замку и нырнул в номер 1937.

– Привет, ребята, как вы здесь? – громко сказал Джордж, так, чтобы его было слышно в коридоре. – Сразу пойдём играть, или сперва перекусим?

Он повесил снаружи табличку “НЕ БЕСПОКОИТЬ”, запер дверь, надел перчатки и принялся за дело.

Хоть мистер Рузвельт Пьер и являлся мозгом операции, сначала необходимо было прикончить тех, кто мог представлять наибольшую опасность. Джордж поставил рюкзак рядом с мистером Пьером. Мистер Пьер не возражал. Джордж достал оттуда рулон больших мусорных пакетов и нож. Коуди Луна, лысый охранник, лежал в двух шагах от двери. Джордж оторвал один пакет, подошёл к Коуди, аккуратно сунул мешок под голову спящего и, поочерёдно заваливая Коуди на правый и левый бок дотянул пакет примерно до уровня рёбер. Теперь голова Коуди покоилась аккурат посредине пакета.

Джордж взял выкидной нож, щёлкнул лезвием, повернул голову Коуди набок и ввёл клинок в его правое ухо. Коуди дёрнулся, раскрыл было глаза, но тут же обмяк. Джордж осторожно извлёк нож из его мозга, вытер лезвие о плечо Коуди, подошёл к кровати, оторвал ещё один пакет, и направился к окну. Здесь было больше пространства. Он расстелил пакет во всю ширину, рядом с Эллисом Беллом, и дважды перевернул мужчину, пока тот не оказался на спине, посреди пакета. Джордж упёрся в щёку мистера Белла своей перчаткой, повернул его голову набок, и ввёл лезвие в левое ухо. Эллис Белл дёрнулся дважды и издал короткий удивлённый стон, вроде тех, который в бреду издают больные менингитом. Потом он затих. Джордж вытер лезвие о его рукав, поднялся и вернулся к кровати.

– Здравствуйте, мистер Пьер, – пробормотал Джордж, отрывая мусорный мешок. Разместив на нём спящего гаитянца Джордж ввёл лезвие ему в мозг. Последовала короткая судорога, глаза Рузвельта Пьера широко распахнулись, затем всё как обычно. Сердце некоторое время ещё билось, ибо информация о смерти головы доходит до него не сразу. Джордж вытер лезвие о рукав мистера Пьера, глядя на маленький бассейн крови в его ухе. Он положил нож на пакет, рядом с трупом, извлёк из кармана убитого маленький кнопочный телефон, по которому тот созванивался с командой Б, и убрал к себе в нагрудный карман. Из рюкзака Джордж достал зелёный плоский контейнер. Он поместил туда нож в открытом виде, побрызгал клинок и рукоять раствором МТ-62 и, закупорив ёмкость, убрал обратно. Потом достал и открыл белый контейнер. Опустившись на колени он извлёк использованную посадку из под днища кровати. Потом достал вторую из под кресла. Обе посадки отправились в белый контейнер. Джордж ещё раз прошёлся по номеру, побрызгав на одежду каждого из мужчин и на все те участки пола по которым он ходил и над которыми наклонялся.

Рюкзак Джордж поставил за креслом, у окна. Он ещё немного побрызгал на кровать и пошёл к двери, отправляя Грэгори смайлик в чёрных очках. Грэгори подтвердил что всё чисто, и Джордж вышел из номера.

– Ладно, ребята, я ещё зайду, – сказал он закрывая дверь.

Табличку “НЕ ВХОДИТЬ” он оставил на ручке. На этот раз до своего номера он добрался за 74 секунды. Фактически компенсировал предыдущую неудачу. Он отправил Грэгори смайлик, и Грэгори вернул прямую трансляцию на мониторы службы безопасности.

Джордж глянул на часы. Без девяти шесть. За окнами уже вечернее, но ещё светлое небо. Команда Б из мотеля Блу Сансет созванивалась с Пьером меньше получаса назад, и Пьер обещал им что Коуди подъедет в течение часа. Поэтому вероятно, что минут через тридцать они снова позвонят. Возможно раньше. Телефон Пьера был новый, явно купленный на один раз. Джордж просмотрел историю сообщений – они отсутствовали. Переписку они не вели. В истории звонков было всего четыре вызова, включая последний.

Свой мобильник, на который поступал сигнал со скрытой камеры, Джордж сунул в тумбочку. Потом он написал Грэгори:

“Пойду, прогуляюсь.”

Грэгори сразу ответил:

“Погода сейчас что надо! :)”

Джордж вышел и отправился вниз. В лифте с ним ехали две дамы и один лысый мужчина в шортах, красной майке и чёрных очках. Джордж набрал номер того мобильника, который остался наверху. На нём была установлена программа автоматического ответа на вызовы. Постояв несколько секунд с телефоном у уха и пялясь на себя в зеркально отполированной двери, Джордж начал говорить.

– Да, привет. Слушай, здесь есть отличный ресторан... Называется “Лагуна”. Я там сегодня обедал. Вы с Рейчел когда-нибудь были там?

Двери открылись на первом. Джордж вышел.

– Я о том и говорю. Ей нужно развеяться и забыть этого урода. По мне, так роскошное место. Просто я знаю что она не любит мясо, а у них отличные морепродукты. Нет, стейки там тоже есть. Я, кстати, попробовал. Они потрясающие. В общем, я к тому что ей нужно отвлечься. Можешь ей сейчас позвонить?

Джордж прошёл мимо охранника, вежливо ему кивнув.

– Ладно, давай так: звони ей, и через пару часов я за тобой заеду, и мы потом вместе заедем за ней. Договорились?

Он сделал паузу выходя из казино.

– Всё, отлично. Через два часа увидимся. Мне ещё нужно быстро встретиться с Райли, потом заскачу в гостиницу, приму душ и поеду к тебе. Да, счастливо, дорогая.

Джордж представлял себя парнем влюблённым в девушку, подруга которой впала в депрессию и переживает тяжёлый разрыв со своим бывшим. Влюблённый парень всеми силами старался показать, какой он хороший и заботливый, в том смысле, что подруга его невесты это его подруга, и он готов таскать её по дорогим ресторанам дабы она вновь обрела смысл жизни. Хороший телефонный сценарий. У него их было несколько. Иногда он был сыном, разговаривающим с выживающей из ума престарелой матерью. Иногда – глупым отцом, которому дочка объясняла по телефону, что именно ему нужно купить, а он долго задавал ей разные безумные уточняющие вопросы. Чтобы слиться с муравейником нужно казаться одним из муравьёв. Делать вид будто живёшь заботами муравейника. Именно так тебя НЕ замечают. Джордж сел в такси и вышел в пяти минутах ходьбы от той стоянки, где он оставил свой джип. Вечер вступал в свои законные права, и Джорджу Дэккеру суждено было провести его отнюдь не в ресторане “Лагуна”.

Операция в Вегасе - Глава 14

Шагая к стоянке Джордж сбавил шаг, чтобы якобы заглянуть в телефон. На самом деле он бросил быстрый но внимательный взгляд на дождевой слив в бордюре. Потом пригодится. Пару минут спустя Джордж сел за руль своей тачки, но не сразу поехал в мотель “Блу Сансет”: сначала он заглянул в ближайший Макдональдс, купил себе гамбургер, картошку и болькую колу. Вернувшись в машину он, потягивая газировку, глянул на часы. Восемнадцать двенадцать. Он поставил еду на пассажирское сиденье а газировку на подлокотник, и вырулил на дорогу. К мотелю Блу Сансет он подъехал через пять минут.

Ещё не заглушив мотора Джордж заметил что занавеска номера 122 пошевелилась. Кто-то там внутри надеялся, что это приехал Коуди Луна. Джордж взял свой ланч, колу и ключ-карту от номера 117, и пошёл к своей двери. Боковым зрением он снова уловил движение занавески в 122-м: ребята явно начинали терять терпение. Закрыв за собой дверь Джордж тут же отправил Грэгори сообщение:

“Как скоро вы сможете выполнить заказ?”

Грэгори ответил:

“ровно через три дня”

Это было подтверждением: в двенадцатом номере сейчас находилось три человека.

Джордж напечатал:

“:)”

Команде из 122-го номера было сказано, что Коуди приедет в течение часа, но они знали что отель-казино “Золотые Пальмы” намного ближе и, вероятно, удивлялись, что Коуди ещё не на месте. Джордж поставил газировку на тумбочку и рядом поставил ланч. Кейс и дорожнуая сумка были под кроватью, где он их оставил. Он достал ещё один нож и второй пульт, для тех посадок с сонным газом, которые ждали сигнала в двенадцатом номере. Как раз в этот момент в его кармане заиграл американский гимн. Телефон Пьера. Терпение команды Б лопнуло, и они хотели знать, где, чёрт возьми, Коуди Луна. Джордж активировал пульт, и на нём несколько секунд горела маленькая красная лампочка. Телефон Пьера продолжал звонить. Джордж поднёс его к уху.

– Слушаю вас, – проговорил Джордж, имитируя гаитянский акцент.

На другом конце провода не ответили, но кое-какие звуки всё же доносились: судя по ним, обитатели 122-го номера как-раз теряли сознание. Джордж прервал связь, положил телефон Пьера на тумбочку и стал перекладывать всё необходимое в дорожную сумку. Нож он сунул в карман, сменил перчатки, и отправил Грэгори смайлик с чёрными очками. Грэгори почти сразу прислал ему ответ, подтверждая что все ближайшие камеры на улице слепы, и что он может идти. Джордж взял сумку и вышел за дверь.

Номер 122 был двухместным. На кровати стоявшей ближе к двери развалился и спал массивный, крепкого вида итальянец по имени Энтони Триджилло. Когда-то служил в морском флоте, а затем выучился на телохранителя и с тех пор работал по контракту. Мутный тип, как и большинство его клиентов. Несколько раз, в разные годы, его задерживала полиция, но в тюрьме никогда не сидел: слишком мощную имел поддержку. Регулярно занимался заказными убийствами. Джордж поставил сумку на соседнюю кровать, нащупал в кабуре у Энтони девятимилиметровую Беретту, достал её и передёрнул затвор. Он опустил жалюзи.

Коллегу и давнего приятеля Энтони Триджилло звали Тэрри Брюс. Он был рыжеволосым тридцативосьмилетним мужчиной с немного детским лицом, которое могло ввести в заблуждение своим наивным видом: на счету у этого парня было как минимум два десятка жизней, и это не считая тех, кого он убил проходя военную службу в горячих точках. Тэрри Брюс немного не дотянул до кровати и валялся у её подножья.

Дверь в ванную комнату была открыта. Там, на полу, виднелась нога. Джордж зашёл и увидел спящего Джуда Фишера. Фишер, в отличие от своих подручных, был не в костюме, а в цветной гавайской рубашке. В разжатой ладони лежал мобильник: экран ещё светился после вызова, на который Джордж пусть не сразу, но ответил. Джордж вернулся в комнату и достал пистолет из поясной кобуры Тэрри Брюса. У него был Глок. Джордж убрал оба ствола в тумбочку. Затем он расстегнул сумку и разложил её содержимое на кровати и принялся за дело. Сунув пакет под голову Энтони Триджилло, Джордж достал из кармана выкидной нож и ввёл лезвие в ухо мистера Триджилло. Мистер Триджилло дёрнулся, напрягся всем телом а затем расслабился. Джордж плавно вынул лезвие, вытер его о плечо убитого, взял второй пакет, расстелил его рядом с Тэрри Брюсом, перекатил Тэрри Брюса на пакет, и ввёл лезвие в ухо Терри. Глаза Тэрри Брюса распахнулись и он тихо застонал, пару раз непроизвольно дёрнувшись. Джордж вытер нож о рукав Терри, взял ещё один пакет и с ним отправился в ванную, где в той же манере прикончил Джуда Фишера.

Джордж просунул руку за спинку кровати и снял опустевшую газовую посадку. Затем снял вторую из-под тумбочки. Он положил их в белый плоский контейнер. Использованный нож он положил в зелёный контейнер. Побрызгал всё раствором МТ-62 и закупорил. Среди разложенных на кровати вещей был серебристый ящичек. Увесистый, с хромированной поверхностью и плавными покатыми углами. Точно такой же сейчас находился в рюкзаке в отеле “Золотые пальмы”, в номере 1937. Джордж открыл его. Внутри ящичка находилось устройство под названием “петельный секатор”. Оно представляло собой небольшую металлическую коробочку с пистолетной рукоятью и курком, как у электродрели. Два часа бесперебойной работы. Полная подзарядка максимум за час, если аккумулятор новый. В жёлтом пластиковом футляре у Джорджа лежали стальные нити разной длины: как правило он брал с собой ста и стапятидесяти сантиметровые. И те и другие продевались в машинку образуя петлю. И те и другие, при нажатии на спуск, немедленно затягивались, уменьшаясь в размерах под сильнейшим давлением, пока петля полносью не исчезала. Любой не металлический и не каменный объект находящийся внутри петли немедленно разрезался нитью. Например, человеческая плоть. Мышечная ткань... Кости...

Джордж уже знал что здесь он провозится часа два. Может, чуть дольше. Потом то же самое в гостинице. Там будет немного иначе, потому что те ребята уже успеют окачанеть. Но, в целом, ничего особо трудного. К девяти он всё закончит здесь, максимум к двенадцати завершит начатое в “Золотых Пальмах”. А потом можно будет немного развлечься. В конце-концов, он же в Вегасе.

Джордж принялся за дело. Он расстелил большую квадратную клеёнку посреди комнаты, и сначала перекатил на неё Тэрри Брюса. Затем аккуратно спихнул с кровати Энтони Триджилло, и положил его рядом. Передвигая убитых он придерживал им головы, чтобы кровь не стекала из ущей. Ещё одну клеенку Джордж постелил в ванной, и аккауратно перекатил на неё Джуда Фишера. Он достал ещё один мусорный мешок: в него отправились те первые три пакета которые он только что использовал в качестве подкладок для трупов. Потом он стал раздевать убитых, и туда же сложил всю одежду – костюмы, рубашки, нижнее бельё, носки.... Джордж побрызгал в мешок раствором МТ-62 и завязал его. Кошельки и документы он положил в ящик тумбочки, рядом с оружием.

Теперь перед ним лежало три голых мёртвых мужика. Их нужно было срочно расчленить. Сделать так, чтобы они испарились. Таково задание.

Во многих современных мотелях в ванных комнатах уже давно нет ванн. Им на смену пришли душевые кабинки. Если бы так было в мотеле Блу Сансет, то это не намного, но усложнило бы дело. Джорджу пришлось бы захватить с собой большой пластиковый таз. Растворять всё в нём, а затем аккуратно, порционно, сливать содержимое в душевой слив. Но “Блу Сансет” оставался верен традициям, и ванны в нём имелись. Одной проблемой меньше. Джордж быстро одел защитый костюм, застегнул его и надел маску. Затем он взял петельный секатор, продел в него стасантиметровую нить и, сделав петлю, принялся за дело. Ближе всех к нему лежал Энтони Триджилло. Джордж одел петлю на его левую ногу, довёл петлю до колена и нажал на спуск. Стальная петля тут же сомкнулась, прорезав плоть. Нить слегка задержалась внутри, пока резала край надколенника, но в течение примерно десяти секунд она почти беззвучно прошла между бедренной и большеберцовой костью и, издав мягкий стальной лязг вытянулась внутри машинки. Джордж попридержал отрезанную часть ноги Энтони Триджилло, сунул её в небольшой мусорный пакет и понёс в ванную комнату. Там он достал ногу из пакета и положил её в ванну. Он заткнул слив и включил холодную воду чтобы кровь вымылась из отрезанной конечности. Оставив слабую струю он вернулся в комнату и принялся за правую ногу Энтони. Для каждого похода в ванную он использовал свежий небольшой пакет; использованные аккуратно складывал в мусорный мешок возле ванной. Когда от мистера Триджилло остались только обезглавленный торс и верхняя часть ног, Джордж сменил нить на стапятидесятисантиметровую, и сначала разобрался с ногами – бедренные кости отделил от копчика, а затем каждую ляжку разрезал пополам. Нить слегка тормозила на бедренной кости, но секунд за двенадцать разрезала её целиком. После этого Джордж разрезал само туловище на две равные части. Нить выполняла эту задачу секунд за 30-40, в завимимости от тела. В общем, на то, чтобы Энтони Триджилло очутился в ванне в разобранном виде, у Джорджа ушло чуть меньше пятнадцати минут. Пора было переходить к следующему этапу.