Благородный детектив из Токио

– М-моя курица…

Но спорить не стал – сам ведь велел.

– Какая тщательная проверка, – заметил Рихито.

И действительно, хозяин использовал собственные приборы, чтобы исключить возможность отравления даже при помощи посуды. Кроме того, он просил пробовать блюдо с разных сторон, чтобы защититься в случае, если яд сконцентрирован в какой-то конкретной части отбивной. Однако цена такой предосторожности – полпорции за каждую проверку, ведь пробовали два человека.

Итика, наблюдая за этим, подумала: «Не хотела бы я так жить, в постоянном страхе за свою жизнь. Ни за какие деньги». Обед уже не радовал. Царившая в столовой атмосфера напрочь отбивала аппетит. Девушка бросила взгляд на Рихито. Тот задумчиво смотрел куда-то в пустоту, почти не притрагиваясь к еде.

– Тебе не нравится, Рихито? – мягко спросил Сувано.

– Все нормально. Я просто… всегда так, – ответил он рассеянно.

– Он всегда ест так мало? – шепнула Итика Риндзо.

– Ну, скажем так… Да, и не без причин, – уклончиво ответил тот.

В это время подали десерт – нежную белую панна-котту. Украшенная листиком мяты и политая карамельным соусом, она выглядела совершенно восхитительно. Как и в прошлый раз, вся посуда Кибы была желтой: от десертной тарелки до кофейной чашки.

– Ну что, вкусно ведь? – самодовольно спросил хозяин, осматривая присутствующих. – Меню я лично утверждал.

На самом деле из-за слишком уж тяжелой атмосферы Итика толком и не распробовала блюд. Но она не могла не оценить безупречную подачу и сервировку.

Проработав в этом доме полгода, Итика хорошо знала предпочтения Кибы в еде. Он любил курицу и сасими из морского леща, а также крепкий кофе. В то же время, он ненавидел кислое. Цитрусовые, блюда с уксусом и слишком кислые вина были под запретом. По его словам, он не мог терпеть их вкуса настолько, что плевался всякий раз, когда они где-то ему попадались.

– Сувано, Сатоми. Проверьте!

Оба моментально подскочили. Сувано съел совсем чуть-чуть, а Мацуко с радостным «Вкусно!» зачерпнула полную ложку.

Киба, убедившись, что все в порядке, расслабился и тоже зачерпнул дрожащий десерт ложкой, использованной в дегустации.

И тут же по комнате прокатился глухой стон. Киба схватился за рот, лицо его исказилось от боли. Он попытался встать, но рухнул обратно на стул, опрокинув чашки.

– Босс! – Сувано кинулся к нему в отчаянной попытке подхватить грузного мужчину.

Итика замерла. Еще мгновение назад его лицо было румяным, теперь – мелово-бледное. Казалось, что жизнь быстро покидала его, и он мог умереть в любой момент.

Неужели… яд?!

Но в следующую секунду раздался сдавленный шепот:

– Кислое…

– Что?.. – растерялась Итика.

– КИСЛОЕ! – взревел Киба. – Этот десерт… КИСЛЫЙ!

Рихито уже наклонился над желтой тарелкой, внимательно изучая поверхность панна-котты.

– Похоже, только на этом десерте есть тонкий слой кислой жидкости. Почти незаметно, но если приглядеться… Видимо, кто-то что-то полил сверху.

– Господин Киба, держите, – Риндзо налил воду в стакан из графина, попробовал каплю на ладони и подал хозяину дома. Тот сделал глоток, отдышался и медленно поднялся.

– Что это значит?! – прорычал он. Его глаза-пуговицы метались от одного к другому. – Кто это сделал?! Тот, кто мне угрожает?! Я ведь просил проверить… Как!..

Издав протяжный крик, он рухнул прямо на пол, грохнувшись так, что дрогнули стены.

6

На всякий случай, ни Итика, ни остальные гости так и не притронулись к своим десертам, и обед подошел к концу.

Когда Рихито тщательно осмотрел все оставшиеся на столе тарелки, оказалось, что кислой жидкостью было полита только панна-котта, стоявшая перед Кибой. Эта жидкость не имела запаха, лишь отчетливый кислый вкус, и была безвредна. Относительно состава, Рихито предположил:

– Скорее всего, лимонная кислота, разведенная в воде.

Если это и правда она, то волноваться не о чем. Ее добавляют в домашние спортивные напитки, а еще ее можно использовать в качестве безопасного для детей чистящего средства.

Выходит, Киба мучился не потому, что кто-то пытался его отравить, а просто потому, что терпеть не мог кислое. Иными словами, если бы он сумел подавить отвращение – мог бы спокойно доесть десерт.

…Но если задуматься…

«Откажись от проекта торгового центра у станции S. Иначе твоя тайна станет достоянием общественности. Я не шучу. В ближайшее время с тобой кое-что случится, и тогда ты в этом убедишься».

И вот – с ним действительно кое-что случилось.

Хорошо еще, что жидкость оказалась безвредной. А если бы это был яд? К тому же кислота была только на десерте Кибы, в его любимой желтой тарелке. Значит, тот, кто подлил эту жидкость, целенаправленно метил именно в него. Но как он это провернул? Киба ведь даже заставил Сувано и Мацуко попробовать десерт первыми. Они абсолютно точно ели из той же тарелки и ничего не заметили. Особенно Мацуко: она с аппетитом умяла приличную порцию и даже отметила, что десерт «очень сладенький».

И все же, когда десерт дошел до Кибы – он внезапно стал кислым.

– Спасибо, что пришла на помощь, – беззаботный голос Мацуко с тряпкой в руке вырвал Итику из размышлений о произошедшем.

Они все еще были в той же столовой, где только что обедали. Киба, бледный как полотно, ушел в гостиную, опираясь на руку Сувано. Рихито и Риндзо пошли следом. Сидеть без дела в такой ситуации было неловко, и Итика решила помочь Мацуко с уборкой. Посуду, которой пользовался Киба, по просьбе Рихито она оставила нетронутой. Остальное они уже отнесли на кухню и вымыли. Оставалось только протереть стол и расставить стулья.

– Какой кошмар тут творится! – вздохнула Мацуко, проворачивая тряпку в руках. – Я и не знала, что господин-то наш, оказывается, под угрозой! Ну, неудивительно. Он вообще человек тяжелый. Зато Сувано, помощник его, просто золото! И, если присмотреться, еще и красавец! Я, пожалуй, дня через три сбежала бы отсюда, если б не он.

– Да-да! – горячо кивнула Итика. – Сувано и правда замечательный!

– Говорят, и в компании у него репутация отличная, – продолжила Мацуко с довольной улыбкой. – Он хорошо заботится о своих подчиненных. Может, потому что у него младшие в семье есть?

– Ах да, – вспомнила Итика. – Он рассказывал, что у него есть младший брат.

Она вспомнила, как однажды разговорилась с ним и рассказала ему о своей младшей сестре.

– Да, на три года младше, – кивнула Мацуко. – Он вроде как кондитерскую держит. Там полно десертов с редкими фруктами.

– Правда? Не знала, – удивилась Итика.

– Ага. Говорят, Сувано даже помог деньгами, когда тот открывался. Какой любящий брат! А еще он даже не ругает меня, когда я… ну… немного пробую блюда на вкус перед подачей. А иногда он и сам приносит вкусненькое! Вот сегодня, пока я готовила обед, он принес мне фруктов на кухню. Я не удержалась и съела их сразу же!

Мало ей было ростбифа, так еще и фруктами закусила… Пока Итика пыталась понять, чего в ней больше: удивления или раздражения, дверь столовой открылась. На пороге стояли благородный детектив и его дворецкий, повсюду следующий за ним, словно тень.

– Рихито! Риндзо! – Итика поднялась. – Как там господин Киба?

– Физически с ним все хорошо, – ответил Рихито. – Но, похоже, он пережил серьезное психологическое потрясение. Он собирается связаться с охранным агентством и вызвать телохранителя.

Итике это показалось вполне логичным решением с его стороны. В конце концов, в его еду кто-то что-то добавил, пусть и безвредное. Конечно, это могло оказаться случайностью, но исключать злой умысел пока нельзя. К тому же, Кибе угрожают, поэтому следует быть максимально осторожными.

– Он сказал, что дальше охраной займутся специалисты, а мы можем идти, – добавил Рихито, оборачиваясь к выходу. – Риндзо, поехали.

– Сию минуту, господин Рихито, – и дворецкий бесшумно выскользнул из комнаты.

Рихито собирался пойти за ним следом, но Итика поспешно остановила его:

– Подождите! Я еще не закончила прибираться…

Однако ее на полуслове прервал мягкий, но энергичный возглас Мацуко:

– Ой, какой вы красавчик! А подойти поближе, так и вовсе ослепнуть можно!

Она шагнула вперед и, не смущаясь, прикоснулась к Рихито. Тот едва заметно поморщился.

– Я слышала, – защебетала Мацуко, – что вы тот самый юный детектив, что раскрывает дела в домах богачей! Это же вы недавно помогли сестрам из южной части Аоямы, да? Просто чудо! Лучше любого частного сыщика!

Похоже, у благородного детектива был еще более впечатляющий послужной список, чем предполагала Итика.

– А еще господин Киба говорил, – продолжала Мацуко, сложив ладони, будто в молитве, – что вы и сами из богатой семьи. Красавец, умный, успешный, еще и с состоянием… Да вы просто небожитель! Разрешите хоть поклониться вам!

Итика, не удержавшись, мысленно сложила ладони вслед за ней и помолилась про себя: «Пусть когда-нибудь у меня тоже будет дом с ванной».

На часах – половина седьмого вечера. Алый закат мягко озарял просторный сад. Итика, Рихито и Риндзо вернулись домой в Сёто. Теперь они отдыхали вместе в просторной гостиной. Там стояли два небольших дивана, расположенных друг напротив друга. На дальнем сидел Рихито, а напротив него – Итика и Риндзо.

– Может быть… стоит сообщить в полицию о том, что произошло с господином Кибой? – робко прервала затянувшееся молчание Итика.

– В полицию, говоришь… – тяжело вздохнул Рихито, откинувшись на спинку дивана. – С точки зрения здравого смысла – это самое разумное решение. Но Кибу оно вряд ли устроит.

– Почему? – удивилась Итика.

В конце концов, его жизнь могла быть в опасности. Пусть произошедшее и выглядело как глупая шутка, не стоило забывать об угрозах в письмах. Так что Итике казалось вполне логичным обратиться в полицию.

– Полиция будет копать глубже, – покачал головой Рихито. – И тогда наверняка всплывут факты, которые он хотел бы скрыть. А у Кибы есть какое-то слабое место, о котором он не хочет говорить.

– Слабое место?..

– Помнишь, что было написано в письме? «Иначе твоя тайна станет достоянием общественности». Думаю, дело именно в этом. Может быть, ему и надо было пойти в полицию сразу, как начались письма с угрозами. Но тогда ему пришлось бы объяснять, что за тайны у него такие. А он этого не хотел. Вот почему Киба обратился ко мне, частному детективу, а не к государству.

Рихито цинично улыбнулся, аккуратным движением пригладил золотистые волосы и продолжил:

– Кроме меня, детективов полно, но богачи не доверяют тем, кто беднее их. Даже в случае беды они не готовы впустить в свой дом человека, который может украсть серебряную ложку.

– Но ведь не все они такие! – нахмурилась Итика. – Если бы я нанимала детектива, то смотрела бы на опыт, а не на кошелек.

– Опыт тоже важен, – спокойно кивнул Рихито. – Но если детектив живет от заказа до заказа и еле сводит концы с концами, богач подумает: вдруг тот что-нибудь стащит во время обыска?

– То есть богачи относятся к детективам как к потенциальным ворам?

– Не все, но среди них немало мнительных. Вот и выходит, что они заказывают расследования… только у себе подобных.

Он развел руками и с легкой усмешкой пожал плечами:

– Вот почему у меня есть работа. Им нужен такой, как я, детектив их уровня достатка, скажем так. А я, как видишь, живу вполне соответствующе.

И правда, вряд ли во всей Японии найдется еще один такой богатый детектив, как Рихито. Кроме того, судя по словам Мацуко, он уже успешно раскрыл целый ряд дел, так что и его послужной список также был безупречен.

– Да, глядя на этот дом, поверить, что вы богатый, совсем не трудно, – окинув взглядом просторную гостиную и дорогую мебель, отметила Итика.

На короткое мгновение в лице Рихито что-то изменилось.

– Этот дом… просто оболочка. Красивая клетка, в которую меня заперли. Чтобы избавиться от лишнего.

– Лишнего?.. – переспросила Итика, удивленно наклонив голову.

Риндзо, до этого молчавший, слегка дернул плечом.

– Господин Рихито, вы намерены рассказать Итике о вашей семье?

– Да. Хватит уже таиться, – спокойно ответил Рихито, и перевел свои ясные голубые глаза на Итику. – Я уже кратко описал ситуацию по дороге к дому Кибы, но теперь расскажу все. Мой отец – японец, владелец крупной компании. А мать… она не была его законной женой. Так что я внебрачный сын.

– Что?.. – невольно вырвалось у Итики. Раньше она такое только в книгах и сериалах видела. – Внебрачный?..

– Да, – спокойно продолжил он. – Когда мама забеременела, у отца уже была жена и сын. Будучи немкой, она мало что знала о японских традициях. Да и о том, что отец женат и что у него есть семья, не догадывалась. Когда она сказала ему, что ждет ребенка… он просто исчез.

– Какой ужас! – воскликнула Итика, сжав кулаки в бессильной ярости. Как типично для мужчины – зачал ребенка на стороне и трусливо сбежал.

– Мама растила меня одна. Ее родители умерли, но оставили в наследство дом и состояние, так что жить нам было не тяжело. Мы ни в чем не нуждались и жили счастливо. До тех пор, пока три года назад мама не погибла в аварии.

О том, кто его отец, Рихито узнал только после ее похорон. Тогда ему было всего четырнадцать. Юный, потерянный, он получил поддержку от одного адвоката, давнего друга матери. Тот разыскал отца мальчика и вынудил его официально признать своего отпрыска.

– Отец сказал, что возьмет на себя все обязанности родителя. Вот я и переехал в Японию. Но, разумеется, никто меня здесь не ждал. Они не собирались принимать меня как члена семьи, его законные жена и сын ненавидят меня. Так что отец дал мне этот дом, деньги… и потребовал держаться подальше от семьи. То есть он признал меня как своего сына и пообещал полностью обеспечивать, но в его дом для меня путь закрыт. Естественно, все его слова о родительских обязанностях были просто ложью.

Итика слушала, чувствуя, как на душе становится тяжело. Ей казалось бесчеловечным оттолкнуть собственного ребенка только потому, что он «не от той женщины». Судя по повадкам Рихито, в Германии он рос в богатом доме, но ради новой семьи он его оставил, а они…

– Не переживай так, Итика, – Рихито как будто понял направление мыслей девушки. – Не факт, что я мог бы жить, как мне хочется, если бы остался в семье. А так, я занимаюсь расследованиями, разгадываю загадки. Все не так уж плохо. Я доволен.

– Но все равно… – начала она, но осеклась.

Ее взгляд случайно упал на часы. Уже перевалило за семь. Итика внезапно поняла, что они до сих пор не ужинали. Сегодняшний обед в доме Кибы припозднился, поэтому она сама еще не проголодалась. Но Рихито почти ничего тогда не ел и, должно быть, он голоден.

– Эм… я, пожалуй, пойду готовить ужин! – с этими словами Итика вскочила на ноги.

Хотя сейчас она то и дело попадала в какие-то странные ситуации, она все еще оставалась домработницей на испытательном сроке, и готовка – ее прямая обязанность. Самое время показать, что она умеет.

– Риндзо, мне пора на кухню. Можно посмотреть, что есть в холодильнике?

– Конечно, – с легким кивком ответил дворецкий. – Правда… боюсь, вы удивитесь.

Наткнувшись на нетерпеливый взгляд Итики, он помедлил, после чего тихо добавил:

– Лучше я вам просто покажу.

Он поднялся и указал в дальний угол просторной гостиной:

– Холодильник вон там. Пройдемте.

В доме Киба были отдельные столовая, гостиная и кухня, а вот у хозяина особняка в Сёто эти три функции выполняла одна гостиная. У дальней стены была оборудована кухонная зона в стиле барной стойки. Там же стояла аккуратная, белая, безупречно чистая холодильная камера. Риндзо потянул дверцу своей загрубевшей от многих лет работы рукой и открыл ее. Поток прохладного воздуха ударил в лицо ему и новоиспеченной домработнице.

– Чего?.. Это что такое?.. – Итика застыла, ошеломленно глядя внутрь.

Все пространство холодильника было забито коробками. Одинаковыми, серыми, с надписями «Формула баланса» и спортивными батончиками внутри. Никаких овощей, мяса или яиц. Только коробки, пара пакетов молока и бутылка чая.

Риндзо достал две упаковки и показал Итике:

– Рацион господина Рихито состоит из этих батончиков. Поступают по подписке, обычно мы чередуем два вкуса из четырех.

– Вы же шутите? Не может же он питаться одними только сладкими батончиками три раза в день?

– Никаких шуток, – отрезал дворецкий.

Итика в неверии потрясла головой, да так, что у нее закружилась голова.

– У него что, аллергия? Или какие-то медицинские показания?

– Нет, ничего подобного, – пробормотал Риндзо.

– Я просто… не чувствую вкуса, – раздался за их спинами тихий голос.

Они обернулись. Рихито стоял в дверях, спокойно глядя на них, хотя еще несколько секунд назад он был на диване в дальнем углу гостиной.

– С какого-то момента мне стало безразлично, что есть. Аппетит пропал. Совсем. Приехав в Японию, я перепробовал все, что хвалят и считают деликатесом, но ничего меня не трогает. Все блюда кажутся одинаковыми. Не тем, что я ищу.

Тени длинных ресниц падали на его гладкие щеки. На кухне воцарилась атмосфера глубокой печали.

– Мама любила говорить: «После того, как разгадаешь сложную загадку, ужин покажется роскошным пиром». И правда, когда ты используешь мозг, тело начинает требовать питания. Пока только решение головоломок может пробудить мой аппетит, хотя бы ненадолго.

Теперь Итика поняла, почему он почти не ел в доме Кибы. Причина, которую упомянул тогда Риндзо, всплыла на поверхность. Рихито постоянно в поисках, как он говорит, вкусных загадок, ведь без них он не может заставить себя есть.

– Разгадывая чьи-то тайны, я получаю питательные вещества. Но что бы я ни ел, все это невкусно. И поэтому…

– Так нельзя! – закричала Итика, перебив тем самым бормотание Рихито, но он тут же с невозмутимым видом продолжил.

– Потому я питаюсь этим, – кивнул он на коробки. – А что, полностью сбалансированное питание. Шесть штук в день – и с голоду не умрешь.

– НЕЛЬЗЯ! – еще громче повторила Итика, шагнув вперед. – Это неправильно! Еда – это не только калории и витамины. Она для настроения! Для радости! Как можно питаться только этим?! Это же ужасно скучно!

Девушка вспомнила слова матери, повара по профессии: «Улыбка, немного фантазии, и даже из сои получаются блюда ничем не хуже стейка». Мама всегда умела создавать чудесные блюда даже из недорогих продуктов. Теплый ужин с ней и младшей сестренкой был для Итики лучшим моментом дня. И одна только мысль, что кто-то питается одними только спортивными батончиками, приводила девушку в ужас. Может быть, они и содержат весь нужный комплекс витаминов, но с точки зрения эмоций это совершенно нездорово! Как домработница Рихито, она не могла все так оставить.

– Рихито, давайте я приготовлю вам что-нибудь. У меня есть лицензия повара! Любое блюдо на выбор – скажите, и я сделаю.

– Не нужно, – нахмурился Рихито. – Все равно я не почувствую разницы.

– Но!.. Одним спортпитанием…

– Итика, – мягко вмешался Риндзо, – я понимаю ваши чувства, но, пожалуй, лучше не настаивать.

Она покачала головой, оттолкнула руку дворецкого и посмотрела прямо на Рихито:

– Вы же еще подросток, вам семнадцать! Организму нужно расти, питаться нормально!

При этих словах на его миловидном лице мелькнула злость. Рихито сократил расстояние между ними и медленно заговорил:

– Хорошо. Раз ты так уверена в своих силах, приготовь что-нибудь.

На мгновение он уставился на нее, скривив губы в холодной ухмылке. После чего резко захлопнул дверцу холодильника.

– Но! Только из того, что есть в доме. И если окажется невкусно – твой испытательный срок подойдет к концу. Не в пользу твоего постоянного назначения, естественно.

– Что?! – выдохнула Итика. – Это же… Несправедливо!

Но Рихито уже ушел, а ошеломленная Итика осталась стоять перед почти пустым холодильником, где, кроме батончиков для спортивного питания, не было ничего.

Ее испытание началось.

7

Только из того, что есть в доме?..

Итика лихорадочно рассматривала содержимое холодильника. Закрывала и открывала его раз за разом, а вдруг? Но содержимое магическим образом не менялось. Только коробки со спортивными батончиками, молоко и чай. Как ни крути, с такими ингредиентами даже образование повара не поможет.

– Что такое, Итика? – донесся из-за спины насмешливый голос Рихито. – Ну же, покажи, на что способна. Приготовь что-нибудь вкусное.

От этих слов по ее спине скользнула капля холодного пота. Хоть одно блюдо. Хоть что-нибудь! Нужно что-то придумать из того, что есть, иначе – прощай, испытательный срок. Прощай, работа. Мама и сестренка снова будут тянуть ее на себе. Девушка уже практически готова была опустить руки и сдаться.

В этот момент ее взгляд зацепился за нижнюю часть холодильника. Она и не обратила внимания на эту маленькую дверцу. Морозильник!

Может, там хоть что-то найдется?

Сердце забилось быстрее. Она потянула за ручку. Внутри стоял большой пластиковый контейнер со сливочным мороженым из одной знаменитой кондитерской.

– Мы подаем его гостям к чаю, – пояснил дворецкий. – Некоторые клиенты приходят к господину домой. В мае установилась жаркая погода, вот мы и запаслись холодным для угощения.

Итика взглянула на наполовину опустевший контейнер и вдруг ее осенило.

Вот оно!

Она резко обернулась.

– Рихито, вы сказали, можно использовать только то, что есть в доме? То есть… вообще все?

Он прищурился, удивленно, но с неизменной иронией на губах.

– Да, я не возражаю. Хотя, кроме содержимого этого холодильника, у нас, по-моему, ничего съестного больше и нет.

– Ошибаетесь! Есть еще кое-что!

Не теряя ни секунды, Итика подбежала к дивану, где осталась ее сумка. Вскоре из вороха мелочей, вроде кошелька, телефона или дешевого полотенца, она выудила маленький стеклянный флакончик с красноватым порошком.

– Нашла! Моя баночка «Семи пряностей»! – шепнула она с улыбкой.

Универсальная приправа на все случаи жизни, «Семь пряностей» вполне справедливо можно назвать гордостью Японии. Сжав флакон в руке, она вернулась на кухню, где ждали Рихито и Риндзо.

– Тогда я использую мороженое, – с этими словами девушка ловко зачерпнула немного кремовой массы большой ложкой и разложила по стеклянным пиалам. Когда края десерта чуть подтаяли, она подала одну порцию Рихито.

– Просто мороженое? – удивился он. – Пробовал как-то, из вежливости перед гостем. Самое обычное. Такому блюду я точно не обрадуюсь.

– А вот и не просто. Добавьте, – загадочно улыбнулась Итика и протянула Рихито свой флакончик.

– Перец? Ты предлагаешь мне посыпать мороженое… перцем?! Ты шутишь?

– Ни в коем случае, – отрезала она. – Если бы шутила, уже чихала бы.

– Невозможно! Мороженое с перцем? Кто вообще так ест?!

Рихито попятился, но Итика наступала. С флакончиком смеси пряностей в руках она выглядела почти угрожающе, загоняя хозяина дома в угол.

– Вы сами сказали: использовать то, что есть в доме. Вот я и приготовила блюдо. Так что попробуйте. Пока не растаяло!

– Отказываюсь. Это несъедобно.

– А вы попробуйте и решите, – упрямо сказала она. – Хотя бы ложечку.

Риндзо попытался встать между ними, но Итика оттолкнула его. Сейчас речь шла о ее будущем. Некогда ей было беспокоиться о том, как она выглядит.

Рихито тяжело вздохнул, но, видимо, сдался под просьбами или даже скорее напором девушки. Сел за стол, взял пиалу и неуклюже снял крышку флакончика. Осторожно посыпал поверхность красной пудрой.

– Еще немного, – подсказала Итика. – На одну порцию – примерно чайную ложку.

– Ты уверена, что это вообще съедобно?.. – метнул в ее сторону мрачный взгляд Рихито.

– Попробуйте.

Рихито сдался окончательно. Сыпанул от души, и мороженое покрылось алой вуалью. Осторожно зачерпнул ложкой, попробовал… и замер.

– Что… это?.. – прошептал он. В голубых глазах мелькнуло удивление. – Какое странное ощущение… Хрустит, будто крекеры добавили. Сначала сладко, потом – легкий укол остроты. Острый, но освежающий. И вкус ванили подчеркивает…

Рихито ел, не отрываясь. Ложка за ложкой, пока в пиале не осталось ни капли мороженого.

– Вкусно, – выдохнул он наконец.

Итика с облегчением выдохнула, хотя внутри она ликовала, едва не прыгала от счастья. Кажется, сегодня ее не уволят.

– Не могу поверить… – пробормотал Риндзо, растроганный до слез. – Господин Рихито съел что-то, кроме энергетических батончиков!

– Невероятно, – признался хозяин дома, глядя на пустую пиалу. – Я думал, это неъедобно, а получилось… вкусно.

Итика подняла флакончик.

– Смесь «Семь пряностей» – универсальная вещь. Стоит добавить чуть-чуть, и любое блюдо заиграет по-новому. Всегда ношу с собой.