Земля – Мараас

Кира же над своим внешним видом особенно не старался: он не изменил черным джинсам, черному худи и куртке. Но и он во всём черном выглядел стильно.

Они заказали еду и напитки. Кира предложил Маше выпить что-нибудь алкогольное, но раз он был за рулём и даже не думал пить алкоголь, она тоже от него отказалась.

И они продолжили своё знакомство. Они болтали обо всём, что только приходило в голову. Рассказывали истории из детства, обсуждали любимые фильмы, узнали, что они оба единственные дети в семье, и что у обоих осталось по одному родителю. Отец Маши бросил их, когда ей было два года, а у Киры мамы не стало, когда ему было пять. При этом оба сильно любили тех, кто остался с ними.

– А сколько тебе лет? Я хотела спросить ещё тогда, месяц назад, но не успела.

– Двадцать семь, – Кира смотрел на неё и ждал, что она скажет.

– А сколько мне лет, как думаешь? – Маша улыбнулась и лукаво прищурилась.

– Ты меня младше, лет двадцать пять.

Маша продолжила смотреть на него, всё также улыбаясь и не меняя лукавого взгляда, пыталась сбить его с толку, чтобы он засомневался в своём ответе. Но он продолжил смотреть на неё и молчать.

– Угадал, – наконец сказала она.

– Эх, надо было гадать на желание, – улыбнулся он.

– А что бы ты загадал?

– Увидеться снова?

– Ну, на это и желание тратить не надо.

Они ещё долго общались, вскользь упомянули последние свои отношения, посмеялись над последним концертом известного комика и находили всё больше общих взглядов, мыслей и целей. Маше было хорошо. Кира был… действительно классный. С ним было спокойно, интересно и весело. И с ним было очень легко. Она ловила каждый его взгляд, каждую улыбку. Ей нравилась его уверенность, она видела каждый раз, что он внимательно её слушает, когда они обсуждали что-то серьёзное. Он высказывал своё мнение тактично, ничуть не принижая её. И ещё часто спрашивал, что она думает по разным вопросам. Маше было приятно, что он хочет узнать её.

Она рассказывала ему о поездке на Байкал с Катькой два года назад, восторгалась красотой природы, когда заметила, что Кира перестал её слушать. Он уже некоторое время бросал взгляды то в сторону барной стойки, то в сторону входа. Не глядя на Машу, Кира взял куртку, достал бумажник, вытащил несколько купюр и положил под тарелку. Маша замолчала, а Кира наклонился к ней и сказал:

– Маш, пойдём на улицу, мне нужно выйти.

– Что-то случилось?

– Нет, всё хорошо, просто давай выйдем.

Маша ничего не поняла, но спорить не стала. Она взяла пиджак и сумочку и пошла за Кирой, держа его за предплечье. Но он пошёл не в сторону выхода, а вглубь бара. Он перехватил по дороге официанта, и она услышала, как он сказал, что оставил деньги на столе, попросил рассчитать и что сдачи не нужно.

– Кир, мы цветы оставили, – Маша приостановилась.

– Ничего страшного, – он обернулся к ней, взял её за руку и чуть сжав ладонь произнёс, – иди со мной.

Но Маше очень хотелось забрать букет, он был такой красивый, что сердце сжалось при мысли о том, чтобы оставить его. Она осторожно высвободила свою ладонь из пальцев Киры и попросила у него буквально минуту, она пообещала мигом их забрать, уже делая шаг назад. Кира посмотрел на неё с непонятной растерянностью в глазах, но за доли секунды она исчезла, и он стал серьёзен. Он быстро шагнул к ней и оказался очень близко, положил ладонь на талию и почти прижал её к себе.

– Маш, – зашептал он ей на ухо, – пойдём, я подарю тебе другой букет, ещё красивее, только пойдём, – и посмотрел ей в глаза.

Маша поняла, что сейчас не стоит спорить, и кивнула, чувствуя замешательство. Кира взял её за руку и повёл за собой. Они уходили всё дальше от входа и подошли к двери, ведущей на кухню бара. Маше захотелось сказать, что на кухню посетителям не стоит идти, но смолчала, Кира и сам это наверняка понимал.

Они вошли в дверь, и комментарии от персонала не заставили себя ждать, они озвучивали то, о чем ещё мгновение назад думала Маша. Но Кира, не слушая их, пошёл вглубь кухни и обратился к девочке повару, которая попалась на их пути. Маша обратила внимание, что Кира взял девушку за руку, когда попросил показать запасной выход для персонала. Девушка, не сказав ни слова, кивнула и провела их через коридор к выходу. Кира поблагодарил её, и они вышли на улицу.

Сразу на улице на них уставились двое работников, у которых был перекур. Но Кира их даже не заметил, он оглядел двор, где они оказались, и повёл Машу прочь. Здание, в котором находился бар, было бизнес центром, но дома вокруг были жилыми девятиэтажками старого фонда. Время близилось к полуночи, в большинстве окон горел свет, и на улице практически не было людей. Они отошли подальше от работников бара, и Кира остановился, достал телефон и кому-то позвонил. Хотя он делал это всё абсолютно спокойно, Маша всё равно испытывала тревогу, хотя тут и так было понятно, будь всё в порядке они бы не сорвались из бара через запасной выход, бросив на столе букет.

Маша оглядывалась по сторонам, темнота её напрягала, но в этот момент Кира заговорил по телефону, и всё напряжение из-за темноты как ветром сдуло, потому что язык, на котором он говорил, она не то что не знала, он был ей совершенно не знаком. Она даже не могла сказать, с каким языком он созвучен. Точно не азиатский, не европейская языковая группа. Что-то восточное?

– Да!

– Меня выследили.

– Чего?! Как, блять?!

– Не знаю.

– Ты на квартире?

– Нет, в центре.

– Че ты там делал?

– На свидании был.

– Нашёл время. Возвращайся. У тебя порт с собой?

– С собой. Не могу, я не один.

– Бросай девчонку и уходи.

– Не могу, они видели меня с ней.

– Ну и что с того? Найдёшь другую, девок в мире мало что ли.

Кира молчал и смотрел на Машу.

– Кир, не стоит рисковать. Возвращайся, я тоже перехожу, позвони как будешь у нас.

Кира убрал телефон, всё так же глядя на Машу.

– Кир, что случилось? На каком языке ты говорил? – обеспокоенно спросила Маша.

Он немного покачал головой и слабо улыбнулся:

– Всё в порядке, Маш. Давай дойдём до машины, и я отвезу тебя домой.

– Обманываешь ведь.

Он в ответ улыбнулся чуть шире, взял её за руку и повёл вдоль здания. Дома здесь примыкали друг к другу, поэтому на проезжую часть можно было попасть только через арки. Они свернули в неё, и уже прошли почти до середины, когда навстречу им вышли три парня. Маша не сразу обратила на них внимание, она шла, погрузившись в свои мысли, расстроилась оттого, что он хочет увезти её домой, а ей так хотелось ещё провести время с ним. Кира сразу, как только увидел мужчин, остановился и обернулся. Это уже выдернуло Машу из своих мыслей, и она обернулась вместе с ним. Позади них появился еще один парень. Она поняла, что эти четверо ждали их, а не просто домой возвращались, и тут то у неё душа в пятки и ушла. Кира крепко сжал руку Маши и утянул девушку себе за спину, повернулся, чтобы можно было легче осматривать оба выхода и чуть отшагнул к стене. Парни подошли ближе к ним. Все были крепкого телосложения, это единственное, что можно было увидеть в том свете что лился со двора и улицы. Маша быстро глянула вправо и влево, но, как назло, не было видно ни одного человека. Но если закричать, наверняка кто-нибудь из жилых домов услышит и поможет. Поможет ведь?

– Отпустите девушку, и я спокойно пойду с вами, – заговорил Кира. Его голос звучал как обычно ровно, без страха или каких-либо других эмоций.

– Ты и так пойдёшь с нами. И она пойдёт с нами, будет для тебя стимулом не делать глупостей.

– Я её знаю пару часов, в баре подцепил, так что не будет.

Тот же парень хмыкнул:

– Неужели в тебе не осталось никакого сострадания? Хотя после всего что ты сделал, наверное, не осталось.

Кира ничего не ответил.

– Давай, – заговорил всё тот же тип, похоже он был у них за главного, – подними руки, чтобы я их видел, и повернись спиной. Дашь нам спокойно надеть наручники, и мы отпустим девчонку.

Маша судорожно дышала, сердце колотилось как бешеное. До неё через мгновение дошёл смысл слов парня. Ей придётся отпустить руку Киры и уйти, оставив его с этими явно опасными типами. Хотя, с другой стороны, чем она могла помочь ему в этой ситуации она понятия не имела. Кира всё ещё сжимал её ладонь за своей спиной, и она шагнула чуть ближе к нему, схватилась за его руку второй рукой и крепко сжала. И тут другой голос произнёс с похабной интонацией:

– А может и не отпустим…

Дальше всё произошло слишком быстро. Кира резко оттолкнул Машу к стене и бросился на одного из парней. Он не рассчитал силу, и Машу хорошо так припечатало спиной и затылком. Она зажмурилась от боли и сползла по стене. Сквозь темноту доносились звуки борьбы, кто-то вскрикнул, кто-то упал на землю. Ей потребовалась буквально минута, чтобы прийти в себя и открыть глаза. Один из парней лежал на земле и не шевелился, другой сидел, привалившись к стене, и держался за голову. Кира схватил третий. Он держал его руки со спины. Последний стоял перед ним. В руке у него блестел нож, отражавший слабый свет из переулка. Маша повертела головой, увидела валяющуюся стеклянную бутылку рядом, схватила её, собрала все силы, что у неё остались, и бросилась на парня с ножом. Он стоял к ней спиной и не ожидал удара. Из бутылки на Машу что-то пролилось, но это не помешало ей прицелиться парню точно в голову. Тот согнулся и завалился в перед, но сознание не потерял. В этот же момент Кира ударил парня, что его держал, высвободился из хватки и, схватив Машу за руку, бросился в сторону дворов.

Маша была так рада, что настояла на том, чтобы надеть лоферы вместо туфель, что пыталась ей навязать Катя. Бежать пришлось очень быстро, Кира просто тянул её за собой, не давая ей замедлить бег. Они перебежали из одного двора в другой, он начал замедляться, и завернув за угол дома, остановился, притянул Машу и прижал её спиной к стене. Здесь было темно, они оба тяжело дышали. Кира выглянул из-за угла, грубо выругался, достал что-то из кармана и вдруг прижался к Маше всем телом, обхватив её рукой за талию и вдавив спиной в стену. Она вцепилась в его куртку и почувствовала его дыхание у виска.

– Извини, что втянул тебя в это, – прошептал он ей на ухо и свободной рукой ударил по стене над головой Маши.

Девушка не успела даже осмыслить, что он сказал, как стена за её спиной как будто исчезла. Она от давления Киры шагнула назад, но тут же за что-то запнулась и начала падать, но он резко крутанулся на месте. Маша не устояла на ногах и уже стала заваливаться на него, а он падал назад спиной. Она зажмурилась от страха, уткнулась головой в его шею и через мгновение почувствовала удар.

Глава 4

Она распахнула глаза, когда Кира тяжело застонал от удара и выпустил Машу из рук. Девушка тут же слезла с него и села рядом, тревожно вглядываясь в его лицо. У него была разбита губа, подбородок испачкан в крови, на скуле красовалась обширная ссадина, которая потом наверняка окрасится в яркий синяк. Но вопрос о его состоянии так и остался не озвученным. Маша с изумлением начала оглядываться вокруг. Они больше не были в московской подворотне.

– Какого черта?

Они оказались в лесу. Не парк, не сквер. Высокие мощные деревья с пожелтевшей листвой. И вокруг ни одного дома, ни одного признака присутствия человека. На лес уже опустились сумерки, но было явно светлее, чем было в Москве. И прохладнее.

– Кира, где мы? Как мы здесь оказались?

Машу начала охватывать паника, мозг отказывался верить в то, что видят глаза. Она вертела головой и уже подумала, что у нее галлюцинации. Но под коленками была прохладная земля, укрытая осыпавшейся листвой, и Маша сжала горсть листьев в руке. Она быстро поднялась и подошла к ближайшему дереву, провела пальцами по его стволу, ощущая шероховатую кору под рукой и убеждаясь, что ей это не мерещится, потом сразу отошла к другому дереву и сорвала с него лист. Она снова покрутила головой, сильно зажмурилась, вновь открыла глаза, но ничего не изменилось. Как такое возможно? Телепортация? Это выдумки. Такое только в фантастических фильмах и бывает. Это явно галлюцинация, только очень реалистичная. Или сон. Да, наверное, она спит, и никакого свидания не было. Ей это приснилось на фоне прошлых переживаний. И звонка никакого не было. До Киры просто не ушло сообщение. А Маша спит, ей с утра на работу нужно будет, а это просто необычайный сон.

Кира лежал на спине, закрыв глаза, и тяжело дышал, но пытался выровнять дыхание. Он попробовал повернуться на бок, но снова застонал. А если это всё-таки всё взаправду? Маша очнулась от оцепенения, подошла к нему и присела рядом. Она склонилась над ним и ощупала его затылок.

– Как ты? Головой не ударился?

Кира открыл глаза, посмотрел на нее и покачал головой. Маша облегченно выдохнула и снова отстранилась от него. Он с трудом, сжав зубы, повернулся на бок и, опираясь рукой на землю, при помощи Маши медленно приподнялся и сел. Его дыхание стало тише, но всё еще оставалось неровным, и каждый вдох и выдох отдавались болью в спине. Он, как и Маша прежде, огляделся по сторонам и обреченно свесил голову. Маша наблюдала за ним и пока ничего не говорила.

Он просидел так не больше минуты, потом медленно поднялся на ноги. Кира стал рассматривать деревья, что-то прикидывая для себя. Наконец, выбрал одно и направился к нему. Маша встала и осталась на месте, наблюдая, что он будет делать дальше. Он взялся за самую нижнюю ветку и, прикладывая огромные усилия, начал забираться на дерево.

– Зачем ты лезешь на дерево? – Маша не надеялась, что он ответит, но всё равно задала вопрос.

– Осмотрюсь, надо понять, куда идти.

Он медленно поднимался всё выше, а Маша снова огляделась. От безделья рука потянулась в карман за телефоном. Геолокация должна работать, хоть посмотрит, где они находятся. Но карманы были пустые. Девушка вспомнила, что убирала телефон в сумочку, и осмотрела место, где они упали. Сумки нигде не было. Прекрасно. Она попыталась вспомнить, где ее потеряла. Из бара она вышла с ней, это определенно. Потом драка, потом они бежали, и сумка ей нисколько не мешала как раз-таки потому, что она осталась в той подворотне. Маша отчаянно застонала и закрыла лицо руками. Там был телефон, там были ключи от квартиры, там была основная банковская карта и там был паспорт, что самое ужасное паспорт с пропиской. Адрес квартиры, ключи от которой лежали в той же сумочке…

Ее постоянный метод психологической самопомощи не сработал. Принять ситуацию и решать проблемы по мере их поступления – всё полетело к чертям. И последней каплей стало то, что Маша почувствовала ужасную вонь от своих рук и пиджака. От нее пахло мочой. Рукав на правой руке был влажный и вонючий, она тут же вспомнила, как на нее что-то пролилось из бутылки, которую она разбила о голову того парня. Глаза тут же стали влажными, а из груди начали вырываться всхлипы, она перестала сдерживать себя и заплакала. Слезы застилали глаза, она по привычке начала вытирать их рукавом, снова почувствовала вонь, скривилась и заплакала еще сильнее.

Она стояла так уже несколько минут как вдруг услышала, что Кира уже спускается. Не хватало еще, чтобы он нашел ее здесь зареванную, поэтому она быстро отошла от дерева в другую сторону и сняла рукав пиджака с левой руки. Рукав кофты был сухим и неприятного запаха не было, она вытерла им слезы и постаралась успокоиться. Сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

– Маш?

Маша обернулась к нему, Кира уже спустился с дерева и смотрел на нее.

– Понял, куда нам идти?

– Да, пойдем, скоро совсем стемнеет.

– Сначала расскажи, что происходит, – Маша сказала это решительно и осталась стоять на месте.

Кира помолчал, глядя на нее, громко выдохнул, опустил голову и снова посмотрел на нее. Маше почудилась в его взгляде невероятная досада от свалившейся на него обузы. Она почувствовала себя одинокой как никогда. Она испугалась, что он сейчас развернется, бросит ей «ну и оставайся тут» и уйдет в лес, и она останется совершенно одна. Ведь если так посудить, она ему никто, едва знакомый человек. Но вместо этого он пошел к ней и, чуть замявшись, будто хотел подойти еще ближе, остановился в двух шагах от нее и, глядя ей в глаза, сказал успокаивающе тихо:

– Маш, пожалуйста, давай сначала доберемся до безопасного места, и я обещаю, я всё тебе расскажу и отвечу на все твои вопросы, хорошо?

Ну он хотя бы бросать ее не собирался, это уже радовало. Маша поняла, что спорить и ругаться никакого смысла нет и согласно кивнула.

Кира сощурился и что-то увидел на ее лице:

– Ты плакала? – он сделал еще один небольшой шаг ближе к ней.

Маша отвернулась от него, не зная, что сказать. Показывать свою слабость не хотелось, но скрывать уже и так очевидное смысла нет, поэтому она призналась:

– Я сумку потеряла в том переулке. А там всё. Телефон, банковская карта, паспорт и ключи от квартиры, адрес которой есть в паспорте, – она договорила и не выдержала, губы затряслись, и она снова всхлипнула, потом сделала глубокий вздох и подавила очередной всхлип в себе.

Кира ничего не ответил. Она не смотрела на него и не увидела, как он раздосадовано закрыл глаза, будто осознал нечто непоправимое. Он осторожно взял ее руку в свою, и Маша вздрогнула.

– Иди за мной. Мы со всем разберемся.

Маша мечтала услышать такие слова от своего парня. Но в реальности, столкнувшись с серьезной проблемой, слышать их не хотелось, хотелось просто, чтобы этой проблемы не было.

Она сосредоточила своё внимание на тепле его руки, поняла, что начала успокаиваться от его тепла. И всё так же не глядя на него, сплела их пальцы и постояла так секунд десять и только потом двинулась вперед.

Пейзаж вокруг был однообразный. Они шли молча, говорить в тихом лесу совсем не хотелось. Быстро темнело и становилось прохладнее. Машу начала одолевать усталость и сонливость. В конце концов, сколько уже было времени по Москве? Перевалило за полночь или еще нет?

Она осторожно высвободила свою руку из его, Кира сделал вид, что не заметил, запахнула пиджак, скрестила руки на груди, спрятав кисти от холода.

– Замерзла? – он приостановился.

– Нет, – соврала Маша, и не замедляя шага, пошла вперед.

Она прошла еще немного, когда почувствовала, как на плечи легла куртка. Маша посмотрела на Кира:

– А ты?

– В кофте не холодно.

– Спасибо.

В куртке стало гораздо теплее. А еще она пахла его парфюмом. И этот запах выводил ее из себя. То, что она безропотно согласилась пойти с ним и не стала настаивать на незамедлительных ответах на ее вопросы, было голосом разума. Но чувства в ней кипели как взбушевавшийся вулкан. Она так сильно злилась на него. Он затащил ее черти куда, не говорит ей ни слова, подверг ее опасности, связавшись с какими-то упырями. Самое удивительное, что это были не случайные подонки, решившие повеселиться на гуляющей парочке. Эти ребята целенаправленно искали именно его. Он их знал, знал, что им нужно. Возможно, знал, что его ищут, и всё равно потащил ее на свидание. Она, конечно, разгоняла свои размышления больше в негативном ключе просто потому, что она устала, ей было холодно, страшно и безумно хотелось домой, и провались он пропадом этот прекрасный принц. И она совсем не желала думать о том, что он позвал ее в бар потому, что действительно хотел с ней увидеться, потому что она ему понравилась настолько, что даже спустя месяц отсутствия, он про нее не забыл. От этих мыслей она отмахивалась, как от надоедливых мошек. И вот эта вся злость сталкивалась с ароматом парфюма, который заставлял ее тело таять, сердце трепетать, а легкие делать более глубокие вдохи.

А еще ей становилось смешно от мысли, что буквально час-два назад, она не хотела с ним расставаться, хотела еще провести с ним время. Вот, пожалуйста, ваше желание исполнено.

В лесу совсем стемнело, идти стало труднее. Маша плохо различала на земле корни деревьев и упавшие ветки, и когда она во второй раз споткнулась, Кира, не сказав ни слова, снова взял её за руку.

– Долго нам ещё идти?

– Нет, до дороги недалеко. Слышишь машины?

– Нет, ничего не слышу.

Они прошли ещё минут десять, и впереди, действительно, стало слышно дорожное движение, а ещё немного времени спустя среди деревьев можно было различить дорогу и освещавшие её фонари.

Когда они подошли к краю леса, Кира остановился и сказал:

– Маша, мне нужна твоя помощь. Нужно, чтобы ты одна вышла на край дороги и остановила попутку.

– Почему одна? Хотя, я понимаю, почему тебе не стоит показываться сразу. Только ты посмотри на нас! Кто нас согласится куда-то везти? От меня мочой несёт, а у тебя лицо разбито, кровь на подбородке. Даже если какой-то водитель и клюнет на меня и остановится, то при виде тебя он вмиг вдарит по газам, – нервно выпалила свою речь Маша.

– Почему от тебя несёт мочой? – недоуменно переспросил Кира.

Маша зло сверкнула на него глазами и пробурчала:

– Потому что какой-то мудила нассал в бутылку, которой я ударила того парня.

Кира замолчал и закусил губу, едва сдерживая смех, но так и не смог спрятать улыбку.

– Тебе это кажется смешным? – чуть не взорвалась Маша.

– Нет, Маш! Мне смешно оттого, что он теперь воняет как бомж, чувак, которого ты ударила, – поспешно ответил Кира.

– Так я что, воняю как бомж? – ещё злее переспросила Маша.

– Нет! Я вообще не чувствую, чем именно от тебя воняет.

– Так всё-таки чем-то воняет?

– Ааа! – в отчаянии застонал Кира, – лучше бы вообще молчал. Так. Запах не проблема, и моё лицо тоже. Главное, останови машину и подойди к водителю с его стороны. Нужно чтобы он опустил окно рядом с собой.

– Зачем? Ты что, собираешься выкинуть его из машины?

– Нет, я всего лишь попрошу нас довезти.

– А он так просто согласится? – скептически фыркнула Маша.

– Маша, прошу тебя, просто поверь мне! – чуть ли не в отчаянии сказал Кира.

Маша замолчала. Она отвернулась от него, и смотрела на дорогу. Там изредка проезжали машины, и она только сейчас заметила, что машины какие-то… не такие, какие она привыкла видеть. Только разницу она пока понять не может.

Она вновь взглянула на Кира и спросила:

– А я вообще могу тебе доверять?

Кира немного помолчал, глядя на неё.

– Да. Ты можешь мне доверять, – серьёзно и уверенно ответил он, – всё будет хорошо.

Маша снова недовольно фыркнула, сняла его куртку, впихнула ему в руки и пошла к дороге. Без куртки стало ощутимо прохладнее. Она встала у края проезжей части и стала ждать машину. Она ни разу в жизни до этого не ловила попутку, слишком большой трусихой она была, садиться в тачку к незнакомым людям было всегда страшно. Но сейчас она не боялась.

Вдалеке появился свет фар. Маша подняла руку и стала ждать. Она когда-то читала, что в разных странах попутку ловят разными жестами. И иногда неверный жест не в той стране может аукнуться проблемами. Поэтому она просто подняла руку и надеялась, что никого ничем не оскорбит, где бы она ни оказалась. Машина приближалась и уже начала останавливаться, когда Маша вспомнила слова Кира, что надо подойти со стороны водителя. Она прикрыла глаза рукой, чтобы рассмотреть, с какой стороны сидит человек. Машина остановилась, Маша оказалась прямо в свете фар и ей стало некомфортно с её короткими шортами и завитыми локонами. А если вспомнить, что она успела поплакать, а потом размазать тушь, то ещё и стыдно за свой внешний вид.

Она увидела водителя справа. Вообще, он странно так остановился. Обычно, подбирая попутчиков, люди проезжают чуть вперёд человека, чтобы не слепить его фарами. А тут мужик остановился прямо перед ней, чтобы хорошо её рассмотреть? Может у неё уже паранойя от страхов развилась, и она сама себя накручивает? Хорошо хоть, что он был один в машине.

Она подошла к его двери, и водитель опустил стекло. Маша чуть согнулась и поторопилась выпалить:

– Добрый вечер! Довезите до города, пожалуйста.

Он посмотрел на неё в недоумении и что-то начал говорить на незнакомом языке, который она сразу вспомнила: на нем сегодня уже говорил Кира по телефону.

Тут он и появился как из-под земли, Маша испугалась. Она даже не заметила, как он обошёл машину и оказался рядом, но он резко схватил за руку водителя, тот вздрогнул от неожиданности, но не успел вырваться, как Кира что-то ему сказал. Мужчина сразу успокоился. Кира вновь с ним заговорил, тот кивнул, и парень подошёл к двери позади водителя, открыл её и предложил Маше сесть. Закрыл за ней дверь, обошёл машину и сел с обратной стороны.

Маша всё это время находилась в изумлении, как это так легко Кире удалось уговорить незнакомого человека их довезти. Вопросов становилось всё больше.

Машина поехала, и тут Маша поняла, что было с ней не так. Она работала очень тихо. Не было характерного двигателю шума. Электромобиль? В России их было так мало, что они считались редкостью. Здесь она не вспомнила ни одну проезжавшую машину, которая бы шумела так, как привыкла Маша.