Хозяин моего виноградника, или Тугая лоза

– У меня все есть.

Вода в душе лилась прямо с потолка из многочисленных отверстий. Кажется, в моем мире такой душ называется тропическим, но мне в тот момент прекрасно сгодился и он.

Вот, кажется, я уже и сама поверила в этот бред насчет параллельного мира.

А что, если это не бред?

Я намочила голову, с удовольствием смывая с лица пот и грязь. А моей спины коснулась мужская рука. Только на мгновение, но его оказалось достаточно, чтобы вдоль моего позвоночника словно пустили электричество. Впрочем, Джодавин руку сразу убрал, заменив ее мыльной мочалкой, и принялся осторожно мыть мою спину. Начал он с лопаток, бережно натирая ложбинку между ними, оглаживая плечи, руки, но не смея опуститься ниже талии. Хотя, могу поспорить, что разглядеть он все успел в мельчайших подробностях.

А я стояла под струями воды, чувствуя ласковые заботливые прикосновения к своей спине и прекрасно понимая, что мое предложение «просто помыться» может выйти мне боком. Не потому что мужчина сделает что-то непристойное, а потому что я сама сейчас потеряю контроль над своим телом…

Джодавин чуть сильнее сдавил губку пальцами, и поток мыльной воды потек по моей спине – мягкий и щекотливый. Без стеснения добежал до ягодиц, просочился в щелочку между ними.

Я чисто на автомате сунула руку между ног, намереваясь помыть там, спохватилась, что в глазах мужчины этот жест будет выглядеть даже не двусмысленно, а вполне себе однозначно.

– После такого вы просто обязаны на мне жениться, – думала пошутить, но Джодавин, похоже, моей шутки не понял. Он сразу же убрал мочалку, и отшагнул от меня.

Я поспешила успокоить мужчину:

– Шучу. В моем мире к этим вопросам относятся достаточно просто. Подумаешь, просто помылись ведь. Мы с вами, вон, виноградник вместе спасали, а это ведь куда серьезнее…

Я решила перевести все в шутку, но шутка оказалась неудачной. Мужчина промолчал, быстро молча домылся и, замотавшись в большое полотенце, выскользнул вон из душевой. А я осталась, расстроено вздыхая и досадливо кусая губы. Ошибся дядя Слава. Дело было вовсе не в том, что я работала по выходным, а в том, что я была непробиваемая дура в вопросах отношений.

То и дело сокрушенно вздыхая, я отыскала кусок ароматного мыла темно-фиолетового цвета и с его помощью постирала свои трусики с вишенками и носочки, без стеснения развесив их на сушке. Мыло великолепно пенилось, приятно пахло виноградом и отстирало мои белые носочки, чудовищно испачканные во время спасения виноградника, до первозданной чистоты.

Чуть подумав, этим же мылом я помыла волосы, и оказалась приятно удивлена результатом. Мало того, что при нанесении на голову аромат мыла изменился, приобретя легкий мускусный оттенок, приятный, хоть и немного беспокойный, так еще и мои волосы, обычно тонкие и необъемные, вдруг легли вокруг головы аккуратным влажным облаком.

Закончив с банными процедурами, я обтерлась пушистым мягким полотенцем, которое оставил мне Джодавин, и облачилась в пижаму с рисунком в мелкий голубой цветочек.

Весьма довольная собой, я навела в душевой порядок. Убрала на место все, чем пользовалась, закинула одежду и полотенце в корзинку для белья, протерла лишнюю влагу, которую мы расплескали на пару с Джодавином, и даже натерла до блеска ручки кранов и смыла разводы с кафельных стен. Не знаю, но почему-то мне очень захотелось оставить в ванной после себя чистоту и порядок. Да, и вообще, этот дом явно давно не знал хозяйственной женской руки.

Я нахмурилась от своих мыслей – еще только убираться здесь мне и не хватало. Достаточно уже того, что я помогала Джодавину спасать его виноградник от града, вся перепачкалась, несколько раз упала…. Или все-таки это он помогал мне спасать мой виноградник?

Продолжая хмуриться, я попыталась разобраться с местной стиральной машинкой. Она представляла собой весьма любопытное приспособление, чем-то напоминая древний стиральный агрегат, который жил у нас с мамой на балконе еще со времен до моего рождения. Небольшой круглый бак, внутри которого располагался явно подвижный барабан.

Я сложила внутрь все грязные вещи, закрыла крышку, вот только никаких кнопок, которые могли бы включить сей шедевр бытовой техники, я не нашла. Облазила машинку со всех сторон, даже под днище заглянула и уже собралась запихнуть гордость подальше и позвать на помощь Джодавина. В расстроенных чувствах я махнула рукой на все это магическое безобразие, а в следующее мгновение изнутри машинки послышался характерный шум набирающейся воды.

Гордая тем, что справилась даже с техникой из другого мира, я собралась уже идти хвастаться этим хозяину, но в следующее мгновение поток воды хлынул из стиральной машинки прямо мне под ноги.

***

– Джоди! – с диким воплем я выскочила из душевой. – Там потоп!

Мне навстречу в облаках аппетитных ароматов и в милом кухонном переднике с оборками выскочил Джодавин:

– Что случилось? Что вы сделали?

– Ничего! Просто сложила вещи в стиральную машинку!

Хозяин дома влетел в моечную, чуть не поскользнувшись на солидной луже, уже успевшей вылиться из стиралки.

– Проклятье! Руками махали? – он строго зыркнул на меня.

Я обескуражено пожала плечами:

– Ну-у-у… да. Вот, так, – и снова махнула рукой на машинку, а она взвыла от этого жеста с новой силой, и из-под ее днища вылилась еще порция воды. – Ой!

– Вот, вам и «ой»! – мужчина бросился к агрегату и с силой пнул его ногой, машинка аж подпрыгнула, но выть перестала. – У меня нужно было разрешения спросить, прежде чем что-то трогать в моем доме. Она сломана!

И мужчина принялся исполнять руками какие-то замысловатые пассы. Я смотрела на его руки, как завороженная. Это было красиво и одновременно странно. Мне даже казалось, что между его пальцами время от времени проскакивали разноцветные искорки и натягивались светящиеся ниточки, словно паутинки. А стиральная машинка, подвластная своему хозяину, затихла и перестала выплевывать новые порции воды.

Мы так и стояли в душевой по щиколотку в мыльной воде.

– Простите, я не нарочно, – я принялась было оправдываться. – Я кнопки искала и собиралась уже за вами идти…

Но Джодавин меня не слушал. Он продолжал свое незатейливое бытовое колдовство. На мокрый пол шмякнулись несколько тряпок и принялись шустро собирать лишнюю влагу, отжимая ее в ведерко.

– Нашли? – Джодавин следил за работой тряпок, не отводя взгляда.

– Что? – я опешила от вопроса, потому что следила за тряпками с не меньшим вниманием, чем сам чародей.

– Нашли, говорю, кнопки? – мужчина хмыкнул, сморгнул и устало потер виски, а тряпочки бессильно свалились прямо в лужу.

– Нет, – я выдохнула, покосилась на Джодавина. Мужчина выглядел уставшим. Шутка ли, в одиночку укрывать целый виноградник под дождем. Впрочем, не совсем в одиночку… Еще и ссадина эта на виске. Ее бы врачу показать, а ну как там сотрясение.

И только я собралась озвучить эти мысли мужчине, как до моего носа донесся запах гари.

– Проклятие! Шницель! – Джодавин опрометью бросился обратно в кухню.

А я смерила хмурым взглядом учиненный мной в душевой раздор, и принялась собирать воду руками и тряпками, то и дело вздыхая, что не умею, подобно хозяину, уговаривать шустрые тряпочки прийти мне на помощь.

***

С потопом я справилась довольно быстро. Гораздо хуже было то, что неисправная стиральная машинка сотворила с теми вещами, которые я в нее засунула. Особенно с моей шифоновой юбочкой. Юбка была разодрана в клочья, от подола до самого пояса. Словно нарочно. Мне что теперь, возвращаться домой в пижаме? Или…

Или можно было попросту остаться.

Я недовольно нахмурилась таким мыслям, дотерла последнюю лужицу, развесила тряпочки на сушке рядом со своими трусиками и направилась туда, откуда доносились смешанные ароматы: аппетитный готовой пищи и тревожный – чего-то пригоревшего.

Меня встретил хмурый донельзя хозяин домика. На сей раз вместо рабочего комбинезона на нем были мягкие домашние брюки и рубашка с коротким рукавом.

В ответ на мой вопросительный взгляд он пробурчал:

– Ужин пригорел, пока я с вами там возился.

Я, готовая уже пожалеть Джодавина за все случившиеся с ним неприятности, разом вскинулась:

– Вы возились не со мной, а с вашей сломанной стиралкой! Была бы она исправна, не было бы никаких проблем!

– Если бы вы спросили разрешение у хозяина, то проблем бы и так не было, – мужчина процедил сквозь зубы.

– У хозяина? – я тоже завелась. – А где здесь хозяин? Хозя-я-яи-и-ин! – принялась показательно вертеть головой по сторонам.

– Хватит уже, – Джодавин недовольно буркнул и со стуком поставил на стол две тарелки. – Давайте есть.

Я с подозрением оглядела свою тарелку. На ней лежало нечто, напоминающее излишне поджаристую котлету, горка картофельного пюре и нарезанные ломтиками овощи, тоже с избытком поджаренные. Но, несмотря на слегка пригоревшие бочка, смотрелась вся эта композиция весьма аппетитно.

– Ого, когда вы успели столько всего приготовить? – я не успела прикусить язык, прежде чем с него слетала похвала. – Выглядит очень вкусно.

– Действительно? – от этих слов смурной хозяин, казалось, приободрился. Принялся показательно оправдываться, – Вообще оно слегка только пригорело. Не то, чтобы сильно… Но вообще я люблю готовить…