Трамп под юбкой: гудбай, Америка!

На юго-западе Манхэттена расположены Battery Park и ансамбль национального монумента Castle Clinton. К северо-востоку, рядом с Wall Street, находится финансовый район – там размещаются Нью-Йоркская и Американская фондовые биржи, Федеральный резервный банк и головные офисы крупнейших банков страны и брокерских фирм. Севернее находится Folie Square, где сосредоточены здания муниципальных, штатных и федеральных учреждений. Несмотря на то, что, как мы знаем, США – страна молодая, исторические архитектурные памятники здесь все же есть. Хотя, конечно, и не такие древние, как в Старом Свете. В южном Манхаттене это здание таможни США в стиле неоренессанса (1907) на Bowling Green str.; национальный мемориал Federal Hall в неогреческом стиле (1842) (в нем ранее размещалось американское казначейство) на углу Wall Street и Nassau Street; две епископальные церкви – церковь Trinity (Троицы) в неоготическом стиле (1846) на углу Broadway и Wall Street, и часовня St. Paul (св. Павла) в георгианском стиле (1766) на углу Foulton str. Broadway; а также здание Ратуши (1811) в City Hall Park.

Восточный Мидтаун опережает остальные районы острова по количеству люкса: здесь красуются два самых эффектных в городе небоскреба – Empire State Building и Chrysler Building, самый дорогой отель континента отель Waldorf Astoria, комплекс зданий и штаб-квартира ООН. Через Midtown East проходит самый «гламурный» отрезок Fifth Avenue.

Отдельного внимания стоит небоскреб на углу Third Avenue и 52 str. Он похож овальной формы и похож на гигантскую трубу. Представьте себе: он жилой! Интересно, наверное, жить в таком загадочном доме. На 52 str., между 3rd и 2nd Avenue, еще остались домики постройки начала XX века – с кофейнями и картинными галереями. В Мидтауне взметнулся в небо 279-метровый Citicorp Center, с крышей, срезанной под углом в 45 градусов. На 42 str. – 145-метровoе здание газеты Daily News (Daily News Building). В фойе этого здания установлен вращающийся глобус высотой в два этажа (он, кстати, «играл» в фильме "Супермен" 1978 года.

Комплекс зданий ООН (United Nations Headquarters) был построен в 1947-1952 годах по эскизу знаменитого француза Ле Корбюзье, реализацией которого занялся местный архитектор Уоллес Харрисон, не раз выполнявший заказы для семьи Рокфеллеров. А именно Джон Рокфеллер-младший выкупил и подарил ООН этот участок земли на берегу Ист-Ривер. Поэтому территория комплекса не принадлежит США, это собственность Объединенных наций. Туда можно отправиться на экскурсию, посетить Генеральную Ассамблею и Секретариат.

Central Park – Центральный Парк. Идея разбить в центре Манхэттена парк родилась в сороковые годы XIX века, когда власти города поняли: такими темпами очень скоро в NY вообще не останется зеленых оазисов, так плотно идет городская застройка. Ландшафтные архитекторы Фредерик Ло Олмстед и Калверт Вокс с командой садовников, архитекторов и инженеров, работали над созданием парка целых 18 лет. Официально открыт он был в 1876 году. Но этот шедевр ландшафтного дизайна стоил стольких лет труда! Когда я впервые попала в Central Park, первой моей мыслью было: как среди мегаполиса сохранился этот кусок совершенно не городской природы? Как в промышленном городе он мог сохраниться в почти первозданном виде? Но это обманчивое ощущение. Центральный парк – полностью рукотворное чудо, до прихода сюда архитекторов и дизайнеров на этом участке Манхэттена были только болота. У юго-восточного входа, на пересечении 59-й улицы и Пятой авеню, вас непременно окликнут уличные художники. Не отказывайтесь: портреты получаются симпатичными. Слева от входа – забавный пруд странной формы. Это про него герой Сэлинджера из повести «Над пропастью во ржи» гадал: а куда же из него зимой деваются утки? К западу от пруда расположен каток (Wollman Memorial Rink), названный в честь семьи Уоллманов, пожертвовашей на него средства. Работает с октября по март, приятная музыка и хорошая компания, а иногда и звездная, обеспечены. К северо-востоку от катка – Zoo (зоопарк) – мультик «Мадагаскар» в условиях Центрального парка.

На улице 65-й улицы начинается Променад – аллея, усаженная огромными вязами – и их ветви сомкнутся у вас над головой, будто оберегая ваше уединение. Нью-йоркцы любят здесь прогуливаться за руку с любимым или в одиночестве, неторопливо размышляя о прекрасном и вечном. А если уж гуляете, значит, не так уж холодно и надо непременно прокатиться на венецианской гондоле по Озеру (The Lake), она курсирует от ресторана Boathouse Cafe.

К северу от Озера начинается Рэмбл (The Ramble) – "дикая" часть парка. Именно здесь возникает ощущение, что ландшафтные архитекторы которые так красиво обустроили все остальное пространство парка, сюда просто не добрались. Но не будьте наивными: в славном городе Нью-Йорке нет ни одного акра земли, до которого кто-нибудь «не добрался»! Вся местная «дикость», включая полуразрушенные лестницы и запущенные чащи, потребовала немало дизайнерских усилий и рабочих рук. Даже ручей (The Gill) работает от водопровода, поэтому можете из него попить. За Рэмбл вы увидите Иглу Клеопатры (Cleopatra's Needle) – египетский обелиск из розового гранита, воздвигнутый в XV веке до н.э. при фараоне Тутмосе III и привезенный в Нью-Йорк в 1879 году.

Напротив 72-й второй улицы, на западном краю Парка вы найдете легендарную Земляничную поляну (Strawberry Fields). Ее создала Йоко Оно в память о Джоне Ленноне, которого убили через улицу, у входа в "Дакоту". В центре поляны – мозаика со словом Imagine. Сюда битломаны со всего мира приносят цветы, медиаторы от гитар и записки, адресованные Битлам. Говорят, Йоко мечтала действительно посадить на поляне землянику, но она не прижилась. А в дни рождения и смерти Битлов на поляне проходят народные концерты: 25 февраля (день рождения Харрисона), 18 июня (день рождения Маккартни), 7 июля (день рождения Ринго Старра), 9 октября (день рождения Леннона), 29 ноября (день смерти Харрисона), 8 декабря (день смерти Леннона).

К югу от Земляничной поляны лежит Овечий луг (Sheep Meadow). Когда-то здесь правда паслись овцы, а в шестидесятые годы XX века овец сменили Дети Цветов – хиппи. Они устраивали на лугу пикники, пели, танцевали и выступали против войн во всем мире. А сейчас, судя по надписи у входа, Овечий луг предназначен для «тихих развлечений». Наверное, это означает, что и сейчас тут не возбраняется устроить небольшой пикник с видом на небоскребы Манхэттена, позагорать или поиграть в мяч – только не громко! На краю луга в бывшем овечьем загоне расположился ресторан Tavern on the Green (Таверна на лужайке). В этом месте заканчивается трасса Нью-Йоркского марафона (он проводится ежегодно в первое воскресенье ноября). Лучше всего сидеть в "Таверне» вечером, когда все деревья вокруг неожиданно вспыхивают мириадами огней. Это кажется чудом, потому что при свете дня гирлянды из четырехсот тысяч лампочек, которыми увиты деревья, совсем не видны.

Между 86-й и 96-й улицами расположен Резервуар (The Reservoir), названный в честь Джеки Кеннеди-Онассис. Вдова президента США и греческого мультимиллионера жила рядом на Пятой авеню и любила по утрам бегать вокруг водоема.

На главной улице Челси – Восьмой авеню (Eighth Avenue) обязательно зайдите в многочисленные магазинчики органической еды, а также в пуэрто-риканскую закусочную La Taza De Oro между 14 и 15 улицами. На 23-й улице между Седьмой и Восьмой авеню находится легендарный отель Chelsea. Как с момента его основания в 1905 году этот отель возлюбили люди творческих профессий, так они и верны ему по сей день. Наверное, поэтому история этой гостиницы изобилует драматическими сценами и громкими именами. Здесь жили и писали Марк Твен, Теннесси Уильямс и Дилан Томас. В 1966 году Энди Уорхол снял здесь фильм "Девушки из Челси". В здешних номерах тусовались и музицировали Дилан, Хендрикс, Заппа, Нико и Pink Floyd. А в 1978 году в измененном сознании Сид Вишес из группы Sex Pistols зарезал в одном из номеров свою подружку Нэнси. После этого номер, где разыгралась трагедия, был закрыт. Но сам отель работает, хоть и считается мемориальным. В нем по-прежнему можно остановиться – и по вполне сходной цене.

А если вы пройдете по 23-й до конца, то упретесь в берег Гудзона. Именно в это место должен был в 1912 году прибыть легендарный «Титаник». Для этого в 1910 году на Гудзоне были возведены специальные пирсы. «Титаник» не приплыл, а пирсы остались. И только в 1995 году их превратили в развлекательный центр Chelsea Piers. Один из пирсов превращен в поле для гольфа. А у пирса N63 пришвартован плавучий маяк Frying Pan. Теперь, правда, он служит не ориентиром для судов, а местом для званых вечеринок с танцами. А еще тут есть пляж Swim the Apple – для любителей поплавать в Гудзоне.

Трайбека – небольшой квартал, ограниченный Канал-стрит на севере, Бродвеем на востоке и Чэмберс-стрит на юге. До того, как риэлторы придумали сие хитрое название, этот блок назывался Вашингтон-маркет. Здесь на Хадсон-стрит находится одно из самых популярных в городе заведений – японский ресторан Nobu, одним из владельцев которого является Роберт Де Ниро. Ужин здесь надо заказывать как минимум за неделю, а еще лучше – делать это через знакомых или через ресепшн своего отеля. Это в том случае, если вам непреолдолимо хочется отужинать в компании богатых и знаменитых. А если ваша главная цель – все-таки отведать отменной японской еды в авторском исполнении шеф-повара, вам – в соседнюю дверь. Рядом с Nobu работает менее дорогой и пафосный, но не менее вкусный Next Door Nobu – в буквальном переводе «Следующая дверь от Nobu». Туда можно попасть, просто проходя мимо.

На Гринвич-стрит (Greenwich Street) можно неплохо откушать в заведениях Dylan Prime, The Harrison и Roc. А на углу с Франклин-стрит стоит заглянуть в «Tribeca Film Center» (Киноцентр Трайбеки»), там на первом этаже – принадлежащий Де Ниро ресторан Tribeca Grill. Завсегдатаи этого места, любители настоящей, добротной американской еды в виде гигантских бифштексов, называют его "Кафе Мирамакс". Очевидно, потому что офисы студии Miramax находятся в этом же здании. А на углу Седьмой авеню и Мур-стрит (Moore Street) стоит та самая пожарная часть №8, глее находился штаб охотников за привидениями в одноименном фильме.

Гринвич-Виллидж (нью-йоркцы как «Гринич») считается богемным, здесь полно самых продвинутых и культовых мест – клубов, кофеен и оригинальных авторских бутиков. Раньше здесь жила творческая молодежь, но потом цены на жилье подскочили и студентов сменила более обеспеченная богема. Среди местных жителей – Ума Турман, Деми Мур и Сара Джессика Паркер. Пожалуй, только в этом квартале Манхэттена сохранилась застройка первой половины XIX века. А в целом для Нью-Йорка нормально, что дома сносят в среднем каждые 20-30 лет и на их месте строят новые. В 60-е годы в клубах и кофейнях Гринвич-Виллиджа давали концерты об Дилан, Аллен Гинзберг, Джими Хендрикс, Дженис Джоплин, Джим Моррисон и т.д. С тех времен в квартале сохранились почти андеграундные кафешки, увешанные картинами авангардных художников. Там здорово посидеть с бокалом вина, послушать джаз и почувствовать себя причастной к некой субкультуре.

А окажетесь на улице МакДугал, не бойтесь заглянуть в полуподвальные ближневосточные кафе, хотя снаружи вам может показаться, что внутри обитают только выходцы с Ближнего востока. На самом деле, в эти заведения любят заглядывать все нью-йоркцы, ведь там угощают вкуснейшей фалафелью, шаурмой и свежевыжатыми экзотическими соками.

Обязательно сходите на пересечение Шестой авеню с Гринвич-авеню: тут в почти сказочном замке с бойницами и часовой башней – Библиотека Джефферсон-Маркет. Присмотритесь к скверу при библиотеке, и непременно узнаете в нем то самое место, где герои «Секса в Большом городе» Миранда и Стив устроили себе свадьбу.

Напротив библиотеки, на углу с Восьмой улицей – закусочная Gray's Papaya. Тут продаются невероятно вкусные хот-доги, некоторые кулинарные обозреватели называют их даже лучшими в городе. Несмотря на то, что Gray's Papaya – никакой не ресторан, а типичная закусочная, и хот-доги тут стоят всего 75 центов, здесь периодически перекусывают и банкиры, и кинозвезды. Уж больно вкусно!

На Бедфорд-стрит за дверью без вывески находится знаменитый Chumley's – подпольный бар, открытый в 1922 году, во времена сухого закона. Здесь тайком остограммливались и Фицджеральд, и Керуак, и многие другие «закононепослушные» таланты. Внутри заведения до сих пор царит какая-то буттлеггерская атмосфера. Сидишь, пьешь – и чувствуешь себя эдакой Мэрилин Монро в компании гангстеров, из-под полы разливающих виски в чайные чашки.

В Ист-Виллидже расположен Алфавитный город (Alphabet City). Называется он так, потому что авеню в этом квартале обозначены не цифрами, а буквами. До того как сюда пришла джентрификация (политика властей по «окультуриванию» неблагополучных районов), Алфавитный город был одним из самых опасных мест в городе. О нем в народе даже ходил такой стишок: "Avenue A, you're All right, Avenue B, you are Brave, Avenue C, you're Crazy, Avenue D, you are Dead". Как-то мне попался забавный, хотя и вольный перевод этих строк: «Авеню Эй – все о'кей, авеню Би – себя береги, авеню Си – святых выноси, авеню Ди – в гроб клади». Конечно, не буквально, но в целом отражает действительность. Хотя сегодня, пожалуй, этим «страшилкам» соответствует только авеню Ди – и то в ночное время. Она застроена одинаковыми безликими домами для малоимущих, и контингент здесь попадается всякий. Остальные же улицы Alphabet City выглядят вполне безопасными: на них множество суши-баров, французских бистро и магазинов молодежной моды. Кстати, в №230 по Четвертой улице Алфавитного городка в юности квартировала Мадонна.

В Ист-Виллидже также есть два стратегически важных места для будущего мировой литературы. В Nuyorican Poets Cafe на Третьей улице, между авеню Би и Си, проводятся конкурсы поэтов – молодых и не очень. А на Четвертой улице, между Второй авеню и Купер-сквер – знаменитый своими литературными чтениями бар KGB. Постоянными посетителями замечено: авторы, которые впервые зачитывают свою прозу в этом баре, через пару лет неизменно становятся знаменитыми.

В Нижнем Ист-Сайде на Хьюстон-стрит, на углу с Ладлоу-стрит (Ludlow Street) – закусочная Katz's Delicatessen, снимавшаяся в фильме «Когда Гарри встретил Салли». Огромными сэндвичами с копченым мясом здесь угощают аж с 1888 года! Семья нынешних владельцев по фамилии Кац приобрела закусочную в 1912 году и бережно сохранила все традиции – отменный вкус, соленые огурчики и талончики на выдачу как в рабочей столовой.

Вокруг Орчард-стрит, к югу от Хьюстон-стрит, расположился Bargain District или Дешевый район. Каждый уикэнд здесь разворачивается большой вещевой рынок, на котором можно купить все, что угодно – от футболки с портретом Трампа до изделий ведущих брендов. Все это торговцы-латиноамериканцы предложат вам раза в два дешевле, чем в магазинах Мидтауна. В районе рынка много карибских ресторанов, лучшим из которых считается El Castillo de Jagua на Ривингтон-стрит. Прямо напротив него находится любимое местечко всех нью-йоркских детей магазин Economy Candy («Экономичный леденец»). Это величайшее разнообразие ярких сладко-липучих изысков в одном месте.

На Орчард-стрит обязательно нужно заглянуть в Квартирный музей Нижнего Ист-Сайда (Lower East Side Tenement Museum). В нем демонстрируются не экспонаты, а подлинные интерьеры – приблизительно столетней давности. Это многоквартирный дом, квартиры в котором снимали в конце XIX – начале XX века итальянцы и евреи. По состоянию на тот момент, когда дом «законсервировали» и превратили в музей, он нуждался в капитальном ремонте и считался не соответствующим городским стандартам. Работники музея бережно сохранили все, как было. Теперь можно войти внутрь с экскурсией и посмотреть, что такое «коммуналка» в самом сердце эмигрантской «Мекки».

New Year в NY: яблоко на трезвую голову: новый год по-нью-йоркски

Народная нью-йоркская примета: если порномагазин «Empire Erotica» на 33-й улице стыдливо прикрылся гирляндами, на носу католическое Рождество, а там и до Нового года недалеко. И надо готовить… А что именно, мы расскажем вам по секрету, узнав о рождественских и новогодних гуляниях в NY изнутри.

Индюшка по-тихому

Первым делом надо готовить рождественскую индюшку – чтобы съесть ее в семейном кругу без лишнего шума, любуясь на праздничное убранство родного города в окошко. Под Рождество деревья на улицах Манхэттена и всех остальных «боро» – районов города по прозвищу Большое Яблоко – расцветают сотнями лампочек, а в итальянских районах Бруклина одноэтажные домики увиты ими аж целиком. Тротуары на Пятой авеню забиты людьми, к витринам дорогих магазинов не протолкнуться: там выставлены диорамы и волшебные картины. С целью привлечения покупателей магазины разыгрывают рождественские сюжеты из прошлого. Учитывая, что история Нью-Йорка, как и всего американского континента, намного короче и отнюдь не так богата, как у любого европейского города, горожане гордятся тем, что есть. В одной витрине – сцены из вышедшего в 1947 году фильма «Чудо на 34-й улице», в котором неопровержимо доказывается существование Санта-Клауса. В другой – целая улица викторианского Лондона, по которой едет набитая товаром повозка. Это 1842 год – доставка за океан первого в истории Америки тиража рождественских открыток. В окнах «Радио-Сити-мюзик-холла» скачут «Рокетки» «Rockets» – знаменитый кордебалет, открывший в 1933 году в этом знаменитом концертном зале первое рождественское представление. А за стеклом крупного магазина для детей – целый спектакль про красноносого оленя Рудольфа, который по преданию впрягается в сани Санта-Клауса. Предание Эта легенда была придумана в 1939 году рекламным агентом Робертом Мэем, хотя американцам хочется верить, что онао пришлао из древности. Другие олени глумились над Рудольфом за его огромный красный шнобель, но он покрыл себя славой, вывезя сани Санта-Клауса из снежной бури и доставив его и подарки людям.

На дверях всех без исключения нью-йоркских домов висят венки из еловых веточек с большим красным бантом – это признак добропорядочности и хорошего тона. За этими дверями сидят их хозяева и в узком семейном кругу грызут рождественскую индюшку, заедая яблоками и запивая калифорнийским вином. Собираться шумными компаниями, напиваться и заваливаться к кому-либо в гости без приглашения на Рождество тут не принято.

За 5 часов до падения Большого Яблока …

А вот в новогоднюю ночь, в отличие от Рождества, сидеть дома за столом и коротать ночь за выпивкой и просмотром праздничных телепрограмм у нью-йоркцев не принято, как, впрочем, и по всей Америке. Американцы в ночь наступления Нового года либо вообще, как ни в чем ни бывало, ложатся спать, либо идут гулять – поэтому к Новому году готовить надо теплую одежду.

Многие горожане считают доброй приметой встретить Новый год «у Рокфеллера». Здесь, в прогалине между громадами Рокфеллеровского центра, залит переливающийся огнями каток, окруженный белыми проволочными ангелами, дующими в золотые трубы. По идеальному льду под музыку неспешно скользят пары, огибая богато украшенную 27-метровую елку, привезенную с севера США. Традиции устанавливать здесь самую большую елку в городе уже почти век. И все сто лет самодеятельные конькобежцы и фигуристы собираются здесь предновогодним вечером – самые стойкие за 5 часов до полуночи, а менее холодоустойчивые – поближе к главному моменту. У нью-йоркцев в ходу поверье: если ровно в 12 ночи посмотреть на хрустальную звезду, венчающую макушку дерева, и загадать желание – в наступающем году оно непременно сбудется.

Тут же неподалеку от Рокфеллер-центра прямо в стену здания вмонтирована мраморная «доска почета» – с отпечатками ладоней голливудских звезд. Вложить с двенадцатым ударом часов в Новый год свою руку в ладонь какой-нибудь преуспевающей знаменитости тоже считается залогом удачи на будущий год.

И самая главная новогодняя примета Нью-Йорка: «падение самого большого яблока в мире» – так это называют сами американцы. За неделю до Нового года муниципальные монтажники начинают установку подвески хрустального яблока на 23-метровую мачту на здании № 1 на Таймс-сквер. Спуск шара, олицетворяющего Большое Яблоко, на центральной площади города – незыблемый символ новогодней ночи в Нью-Йорке аж с 1907 года. Согласно традиции, в минуту наступления Нового года шар медленно опускается, а толпы замерзших граждан радостно отсчитывают последние 12 секунд его падения и уходящего года. В этот раз точкой приземления шара станут огромные светящиеся цифры 2024. Горожане верят: тот, кому удастся увидеть своими глазами самый момент приземления новогоднего Яблока, в наступающем году будет здоров и счастлив.

А между тем это не так-то просто. Если наблюдать падение яблока можно и издали, то, чтобы своими глазами увидеть его приземление, необходимо заранее забить стоячие места поближе к месту действия. То есть прийти на Таймс-сквер часов эдак в шесть-семь вечера и стоять уж до следующего года. Потому что желающих поиметь счастье в новом году – великое множество. Граждане стоят так плотно, что отошедшему, например, по нужде, назад уже никак не попасть. При весьма низких фаренгейтах (я так и не освоила их исчисления) и «фирменном» нью-йоркском ветре с океана к полуночи уже не хочется ни Нового года, ни старого. Нью-йоркская фишка: туристы и гости города предпочитают любоваться на полет шара на больших мониторах, установленных в ночных клубах. А на Таймс-сквер, наворачивая на себя все новые и новые припасенные шарфы, часами стоят коренные нью-йоркцы, у которых неподалеку теплый кров и домашний уют – но родная городская примета им дороже.

Вот уже 25 лет, как меры безопасности во время новогоднего мероприятия на Таймс-сквер значительно усилились (введены после трагедии 11 сентября 2001). С тех пор на крышах окрестных небоскребов размещаются военные и полицейские снайперы, в небе непрерывно барражируют вертолеты, а всех входящих в зону празднования проверяют металлодетекторами. По всей округе установлены биологические и химические мониторы для слежения за состоянием воздуха. За поведением граждан бдительно наблюдает полиция, рассекая при помощи ограждений толпу на небольшие секции – для удобства слежения. Копы жуют пиццу, смеются и перебрасываются шуточками с гражданами – что не мешает им, однако, время от времени выводить нарушителей порядка из толпы и грузить в патрульные машины. Причем как хулиганство могут расцениваться чересчур громкие крики, нетрезвый вид и попытка влезть туда, «где вас не стояло».

Спиртное в любом его проявлении и даже в виде шампанских вин на новогоднее «стояние» приносить строго запрещено. Это мы с парой соотечественников узнали с опозданием – уже протащив на Таймс-сквер бутылку шампанского в непрозрачном пакете. Когда, в момент приземления шара, полумертвые от холода, мы по-русски «стрельнули» бутылкой, вокруг послышались завистливые возгласы: «How lucky you are! You’ve got champaign!» («Везет же, у вас шампанское!») Таким образом нас вынудили своей русской щедростью нарушить американский закон и налить ближайшим соседям по стоянию, пока они на свою трезвую голову вконец не отморозились. Хорошо, что полисмены не заметили. А может, и заметили, просто решили не портить людям праздник. Личное открытие: кто бы мог подумать, что ньюйоркцы – граждане настолько терпеливые, стойкие и патриотичные. А вы бы смогли в новогоднюю ночь несколько часов кряду неподвижно стоять на морозе, да еще и без песен и хлопушек и на трезвую голову, ради секундного падения с верхотуры символа вашего родного города?!

За пороки надо платить

Естественно, при желании в Нью-Йорке можно встретить Новый год и по-другому. В свете борьбы за здоровый образ жизни многие заведения в городе предлагают в новогоднюю ночь так называемые safe party – развлекательные программы без продажи алкогольных напитков. Например, Нью-йоркский клуб любителей бега не постеснялся предложить горожанам за их кровные 30 долларов в новогоднюю ночь поучаствовать… в оздоровительном костюмированном марафоне! Если бежать не хочется, можно присоединиться к новогоднему велопробегу с последующими трезвыми танцами в Центральном парке. Ну а за вредные привычки в Большом Яблоке приходится платить: новогодние вечеринки с алкоголем до самого утра в местных клубах стоят дорого и очень дорого.

Например, клуб «Webster Hall», выгодно находящийся в непосредственной близости от Таймс-сквер, заломил за пятиминутную трансляцию на мониторе падения шара и три часа дискотеки с неограниченным баром аж 250 американских рублей! А за 420 долларов можно примкнуть к новогодней вечеринке под устрашающим названием «Motherfucker’s After-Dark X-Rated New Year’s Eve Ball», которая обещает «грязный секс, свинскую попойку и худшие образчики попа, рока и диско 80-х». Видимо, чтобы не шокировать добропорядочных нью-йоркцев, действо проходит на плавающем по Гудзону корабле, загружают на который в 22.00, а покинуть его, если что, раньше 6 утра нового года не получится. Если только вплавь.