Древний мир (нуб с опытом)

Получена временная связь с фракцией Земли (низкая сила). Доступно: 5 условных единиц элемента.

Теперь – эксперимент. У него была небольшая, но свежая царапина на предплечье от работы с обломками. Идеальный тестовый полигон. Он приложил палец к царапине, сосредоточившись не на боли, а на самой ткани: на разорванных капиллярах, плазме, клетках кожи, которые уже начали процесс деления. Он вызвал интерфейс и мысленно сформулировал запрос-команду, как когда-то создавал «Тихий износ»:

Использовать энергию Земли как катализатор. Ускорить естественный процесс регенерации в целевой области согласно биологическому шаблону субъекта. Минимизировать расход. Сфокусировать эффект.

Внутри что-то щёлкнуло. Тягучая энергия Земли из его каналов устремилась к предплечью. Он не видел света, не чувствовал тепла. Был лишь странный, почти зубящий зуд глубоко в ткани, как будто миллионы невидимых муравьев быстро-быстро латали повреждение. Через десять секунд зуд прекратился.

Виктор открыл глаза и убрал палец. Царапина была… не совсем зажившей. Но края сошлись, воспаление исчезло, осталась лишь тонкая розовая полоска молодой кожи, как после недели заживления. Видение подтвердило: Тканевая регенерация ускорена в 240 раз. Расход: 2 единицы фракции Земли.

Уведомление интерфейса возникло беззвучно:

На основе понимания принципов биологии, анализа жизненных процессов и практического эксперимента создано новое заклинание.

Название: Простейшая активизация регенерации (Земля).

Ранг: F (зачаточный).

Эффект: Ускоряет естественное заживление неглубоких ран, ссадин, мелких порезов у себя или другого биологического существа при прямом физическом контакте. Не лечит болезни, переломы, внутренние повреждения, не восполняет кровопотерю.

Стоимость: 2-5 MP + 2-5 единиц фракции Земли (зависит от площади и сложности повреждения).

Развитие пути: Усиление регенерации – Лечение болезней – Стимуляция роста – Биоманипуляция.

Виктор выдохнул. Это было не эпическое «исцеление ран светом», а скучная, прикладная, инженерная процедура. Именно то, что ему было нужно. Он посмотрел на свои ладони. Одна могла нести тихую смерть материи. Другая – теперь могла слегка подтолкнуть жизнь. Жутковатая симметрия.

– Ну что, – сказал он «Тени», которая наблюдала за всем процессом, пригнув уши и внимательно вглядываясь своими фосфоресцирующими глазами. – Похоже, я теперь и повар, и слесарь, и… санитар. Многопрофильный специалист, блин.

«Тень» подошла и ткнулась носом в его зажившую царапину, обнюхала. Затем издала короткое, одобрительное мурлыканье и легла, подставив ему бок. На боку, сквозь черную шерсть, проступал старый, уже заживший, но всё ещё заметный шрам – след от когтей какого-то крупного зверя.

Предлагает испытать на ней? Или просто показывает, что доверяет?

– Это пока только для царапин, пушистик, – отозвался Виктор, но всё же приложил ладонь к шраму. Он сконцентрировался, активировал новое заклинание, но с минимальным вливанием – всего 1 единицу фракции Земли и пару MP.

Эффект был почти незаметен. Шрам не исчез, но кожа под его ладонью стала чуть мягче, чуть эластичнее. Старая ткань слегка «ожила». «Тень» вздохнула глубже, выражение её морды стало более расслабленным. Очевидно, даже такой мизерный эффект принёс облегчение от старой, ноющей боли.

Навык «Простейшая активизация регенерации» повысил понимание до 12%. Установлена эмоциональная связь с объектом «Тень».

Эмоциональная связь. Отлично. Теперь у меня в системе есть котик, с которым у меня «эмоциональная связь». Мысль была окрашена привычным чёрным юмором, но где-то глубоко внутри шевельнулось что-то тёплое, почти забытое. Не ответственность, как за Лоренца, а что-то более простое. Товарищество.

Этот успех дал новый импульс. Если он смог вывести простейшее «исцеление» из понимания биологии и фракции Земли, что ещё можно сделать? Он посмотрел на керамические трубки, найденные ранее. Проводники? Изоляторы?

Он взял одну трубку и короткую пластину сплава. Приложил их к трещине с фракцией. Ничего. Тогда он попробовал направить в трубку через свои руки крошечный поток энергии Земли. Трубка слабо засветилась изнутри, а когда он убрал руку, свет медленно угас, как в светлячке.

Накопитель? Но очень неэффективный. Скорее… индикатор. Или стабилизатор.

Ещё один эксперимент. Он попробовал провести через трубку свою личную, чистую ману. Эффект был иным. Трубка не светилась, но… направляла. Энергия выходила с другого конца более сфокусированным, узким пучком. Как линза для света.

Оружие? Мысль была очевидной. Но он отбросил её. Слишком шумно, слишком заметно. Нет, это инструмент. Может, для тонкой работы. Для «пайки» тех же каменных схем? Или… для передачи сигнала?

Он оглядел комнату с новым интересом. Теперь это была не просто пещера, а лаборатория. У него были:

Источник энергии (слабый, но стабильный).

Инструменты (трубки, сплавы, его собственные навыки).

Подопытный объект (он сам, с осторожностью).

И… ассистент. Четырёхлапый, с когтями.

– Ладно, Тень, – сказал он, почесав зверя за ухом (тот блаженно прикрыл глаза). – Пора систематизировать знания. У нас есть цели:

Найти больше источников энергии в развалинах.

Изучить эти трубки – могут ли они помочь собрать что-то вроде… концентратора или усилителя для доступа к тому архиву.

Тренироваться. Тебе – охотиться, маскироваться. Мне – разобраться с этой магией Природы и понять, как не дать Тьме съесть мозг. И, возможно, – он взглянул на карту, спроецированную в его сознании навигационным маркером, – разведать окрестности на предмет других «маяков».

«Тень» встала, потянулась, её поза выражала готовность к действию. Она явно соскучилась по делу.

Первую задачу они начали решать вместе. «Тень» своим острым нюхом искала места, где «пахнет силой» – не обязательно маной, но аномалиями. Виктор шёл за ней, сканируя всё Видением.

Так они нашли ещё два места. Одно – заваленный проход, ведущий, судя по схеме в интерфейсе Виктора (которая теперь немного дополнилась данными из узла), к энергораспределителю. Разбирать завал вручную – дело на несколько дней. Второе место было интереснее: небольшой, нетронутый комнатушка, очевидно, склад расходников. Там, в герметичных керамических капсулах, лежали высохшие, но сохранившие слабый энергетический след порошки. Видение определяло их как «остатки фракционных реагентов (смешанные, инертные)». Бесполезный мусор. Почти.

Но для человека с поварским складом ума и опытом химика (пусть и на уровне тюменской ТЭЦ) даже мусор мог стать ингредиентом. Он аккуратно собрал несколько капсул. Может, при смешивании с чем-то дадут реакцию. Или смогут абсорбировать энергию из трещины иначе.

Вечером, сидя у костра (теперь разведённого в специально очищенном от мусора углублении), Виктор чинил лук, укрепляя тетиву, и думал. Он чувствовал, как медленно, но верно перестаёт быть жертвой обстоятельств. Он становился исследователем. Экспериментатором. Пусть в подпольной, полуразрушенной лаборатории. Пусть с единственным союзником в виде большой кошки.

Система была не игрой, а сложным, плохо изученным механизмом. Магия – не волшебство, а прикладная энергетика. А он… он был тем, кто привык разбираться в механизмах. Даже если механизм этот был вшит в реальность и в его собственную душу.

Он посмотрел на свои ладони. Левая – чуть теплее после экспериментов с Землёй. Правая – всегда прохладная, будто в ней дремала вечная осень. Баланс. Контроль. Понимание.

– Завтра, – тихо пообещал он себе и мурлыкающей «Тени», – займёмся инженерией. Попробуем собрать из этих трубок что-то, что сможет сфокусировать энергию и пробить ту панель. Ну, или хотя бы получить от неё больше данных, чем несчастный домашний кинотеатр про чужое горе.

Он потушил костер, устроился на своей подстилке. «Тень» легла у входа, превратившись в чёрную, почти невидимую тень, сливающуюся с камнем. Ночная стража была на посту.

Впервые за долгое время Виктор Бобырёв заснул не со страхом, а с планом. И это было куда лучше.

Глава 11: Сборная солянка по-лабораторному

Утро началось с бытового конфуза. Виктор проснулся от того, что его лицо засыпало чем-то мелким и сыпучим. Он чихнул, сел и увидел «Тень», которая сидела в двух шагах и с деловым видом… закапывала в песок на полу что-то крайне пахучее.

– Эй! – рявкнул Виктор, отпрянув. – Туалет – снаружи! Условия антисанитарии! Или у тебя в навыках нет «Гигиена»?

«Тень» посмотрела на него с немым укором, будто говоря: «Я – величественный зверь-мутант, наследница Ушедших, а ты мне про какой-то туалет». Но делать нечего – подчинившись его негодующему жесту, она неохотно вышла наружу, оставив после себя аромат, который «Видение сути» тактично определило как «Биологическое отходы высокой концентрации. Рекомендация: удаление и дезинфекция».

Отлично. Теперь я ещё и кошатник-уборщик, – с горькой усмешкой подумал Виктор, принимаясь за неприятную работу лопатой-обломком. – Хоть бы система навык «Уборка помещений» открыла.

Навык, конечно, не открылся. Но зато открылась другая возможность. Пока он убирал, его взгляд упал на керамические трубки и пластины сплава. Идея созрела быстро, как голод после физического труда.

– Знаешь что, мохнатый санитарный нарушитель? – обратился он к вернувшейся и теперь вылизывающей лапу «Тени». – Нам нужна плита. Нормальная. Не костёр на полу. Эффективность, понимаешь? КПД.

Он взял несколько плоских камней и с помощью «Тихого износа» (на который потратил последние 2 единицы MP, накопившиеся за ночь) аккуратно выровнял их поверхность, сделав подобие столешницы. Затем, используя найденные обломки и глину из-под источника (она оказалась отличной по качеству), начал лепить подобие печурки с дымоходом. Дымоходом служила та самая длинная керамическая трубка, вмурованная в стену из камней и глины.

– Смотри, – пояснял он «Тени», которая наблюдала с неподдельным интересом, положив голову на лапы. – Трубка керамическая, держит температуру, не треснет. Тяга будет отличная. И главное – можно будет готовить две вещи сразу: тут – варить, тут – жарить. Это же прогресс!

Сам процесс возни с глиной, камнями и странными артефактами ради создания простой печки был до абсурда мирным и бытовым на фоне их общего положения беглых носителей запретных знаний. В этом был свой чёрный юмор.

Печка получилась на редкость удачной. Когда он развёл в ней небольшой огонь, дым действительно потянулся в трубку и выходил наружу через щель в стене, почти не наполняя комнату. «Видение» отметило: «Импровизированная печь. Эффективность теплопередачи: 68% (выше среднего для примитивных конструкций). Безопасность: удовлетворительно».

– Ну вот, – с гордостью сказал Виктор, вытирая пот со лба и оставляя грязную полосу. – Теперь мы цивилизованные люди. Вернее, я – цивилизованный, а ты – пока на испытательном сроке.

Он решил отметить новоселье достойным завтраком. Из запасов была оставшаяся с прошлого вечера козлятина, пара корешков, похожих на дикую морковь, и горсть ягод, которые «Тень» принесла утром и которые «Видение» признало условно-съедобными. Но главный эксперимент ждал впереди.

Он взял один из высохших порошков из капсул – тот, что пах слабо щелочью и светился в «Видении» тусклым голубым. Это был «реагент-стабилизатор», согласно скупой подсказке системы. Рискованно. Но… он же повар. Повара пробуют.

– Надеюсь, это не цианистый калий в средневековой упаковке, – пробормотал он, отсыпав крошечную щепотку порошка в глиняную чашку с водой.

Вода слегка зашипела и приобрела слабый голубоватый оттенок. Затем шипение прекратилось. Он капнул этой водой на кусочек сырого мяса. Никакой бурной реакции. Мясо не растворилось. Тогда он рискнул лизнуть каплю с пальца. Вкус… странный. Металлический, с горчинкой, но не отвратительный. И главное – через минуту он почувствовал прилив бодрости. SP, который был на 20, подполз до 22.

– Бинго! – воскликнул Виктор. – Электролит! Или тонизирующая хрень! Энергетик для выживальщика!

Он добавил несколько капель раствора в котелок, где варилась похлёбка из мяса и кореньев. Аромат стал чуть ярче, прянее. Когда он снял пробу, интерфейс выдал: «Приём пищи. Восстановление SP +8 (вместо стандартных +5). Лёгкий эффект повышенной концентрации (длительность: приблизительно 1 час)».

– Видишь? – он похлопал «Тень» по могучему загривку. – Наука, брат. Наука и кулинария. Теперь ты будешь есть не просто сырое мясо, а мясо с… с био-добавкой.

Зверь, учуяв новый запах, с явным любопытством обнюхал котелок. Виктор вылил ей в миску-половинку скорлупы немного бульона с кусочками. «Тень» осторожно лизнула, затем принялась есть с явным удовольствием, громко чавкая. Её хвост медленно вилял – высший знак кошачьего одобрения.

Пока завтрак готовился, Виктор решил заняться стрелами. Простые деревянные палочки с обожжённым наконечником были ненадёжны. Он взял прямые, тонкие ветки, принёсенные «Тенем» (зверь, похоже, понял, что ему нужны ровные прутья), и начал обрабатывать. Наконечники он решил сделать из осколков сплава – материала прочного и хорошо держащего заточку. Используя «Тихий износ» (очень осторожно, с микродозами Тьмы) и камень в качестве точила, он придал нескольким осколкам форму грубых, но острых наконечников.

Затем встал вопрос о креплении. Нужен клей. Или связующий материал. Он вспомнил про застывающую на воздухе глину. Но она хрупкая. Тогда он экспериментировал: смешал глину с мелко истолчённым в порошок тем самым «стабилизатором» и каплей воды. Получилась пластичная, быстро твердеющая паста. Он нанёс её на конец стрелы, вставил наконечник и оставил сохнуть у печки.

Через полчаса наконечник сидел намертво. Виктор попробовал сорвать его – не поддавался. «Видение» подтвердило: «Соединение: прочное. Материал: примитивная керамика с магическим стабилизатором. Прочность выше ожидаемой».

– ТехноКлей «Сделано в Развалинах», – с удовлетворением констатировал он, делая ещё пять стрел.

«Тень» наблюдала за этим процессом, лёжа на животе и следя за движениями его рук, как котёнок за солнечным зайчиком. Когда он закончил и отложил стрелы, она подошла, обнюхала их и… чихнула, видимо, из-за пыли от стабилизатора.

– На здоровье, – фыркнул Виктор.

После завтрака, который действительно придал сил, они приступили к главной задаче – попытке создать «усилитель». Виктор расположил на полу несколько трубок разной длины, пластины сплава и те самые «заряженные» от трещины камни с фракцией Земли (он аккуратно отколол несколько маленьких кусочков).

Его идея была проста: если трубка может фокусировать поток маны, а камень с фракцией – служить источником, то, правильно их скомпоновав, можно создать подобие конденсатора или усилителя, который накопит и выдаст более мощный импульс к той панели.

Это было похоже на попытку собрать транзистор из булыжников и глиняных горшков, имея лишь смутное представление об электронике. Но он упрямо экспериментировал, подключая камни к трубкам, пытаясь направить через них свою ману, наблюдая за реакцией в «Видении».

Большинство комбинаций не работало. Энергия рассеивалась, уходила впустую. «Тень», устав наблюдать, устроилась спать рядом, похрапывая.

И вот, когда Виктор почти махнул рукой, одна схема сработала. Он выложил камни по кругу, соединив их короткими трубками, а в центр положил самую длинную трубку, направленную в сторону стены с панелью. Когда он подал в систему свою ману, произошло неожиданное: камни засветились, энергия пошла по кругу, нарастая, как в резонансе, и вырвалась из центральной трубки тонким, сфокусированным лучом жёлтого света. Луч ударил в стену, но не в панель, а рядом. Камень в месте попаления… не разрушился. Он на мгновение стал полупрозрачным, и внутри Виктор увидел сложную сеть проводящих каналов, словно нервную систему здания.

Эффект длился секунду и погас. Камни-источники потухли, исчерпаны. Но это был успех!

На основе экспериментов с артефактами Ушедших и понимания принципов резонанса создан прототип устройства.

Название: Резонансный концентратор фракционной энергии (Земля) (одноразовый).

Ранг: F (нестабильный, низкая эффективность).

Эффект: Позволяет на короткое время сфокусировать и усилить поток энергии определённой фракции (в данном случае – Земли) в 3-5 раз. Требует точной настройки и расходует источник.

Развитие пути: Стабильный концентратор – Энергетический резонатор – Устройство взаимодействия с интерфейсами Ушедших.

– Ха! – торжествующе воскликнул Виктор, заставляя «Тень» вздрогнуть и недовольно уткнуть морду в лапы. – Работает! Примитивно, неэффективно, но работает! Мы можем «просвечивать» стены. Искать скрытые камеры, проводку!

Он был так доволен, что решил сделать перерыв и заняться чем-то приземлённым. Например, починкой своей одежды. Куртка и штаны были порваны в нескольких местах. Иголки не было. Зато были тонкие, прочные «волокна», которые он нашёл, разобрав одну из пластин сплава – она оказалась многослойной, с внутренней углеродной прослойкой.

Используя заострённый осколок в качестве шила и эти волокна в качестве ниток, он принялся за штопку. Получалось коряво, но надёжно. «Видение» сухо сообщило: «Навык «Примитивный ремонт одежды» сформирован. Уровень: 1».

– Теперь я и портной, – констатировал он, примеряя залатанную куртку. – Универсальный солдат-ремонтник.

К вечеру, уставший, но довольный, он готовил ужин на своей новой печи. Аромат тушёного мяса с лесными травами (которые он рискнул добавить, проверив через «Видение») заполнил комнату. «Тень» сладко дремала, пригретая теплом от плиты, её бока равномерно вздымались.

Виктор сидел, обхватив чашку с горячим бульоном, и смотрел на свои руки. На левую, которая сегодня лепила печь, клеила стрелы и пыталась собрать энергетическую пушку из хлама. На правую, которая тихо ждала своего часа.

Он чувствовал, как медленно, день за днём, он не просто выживает. Он обживается. Он изучает. Он создаёт свой маленький, абсурдный мирок на краю чужого, враждебного мира. С печкой, котом-мутантом и ящиком с магическими инструментами.

– Завтра, – сказал он вслух, обращаясь больше к себе, – попробуем «просветить» стену у панели этим концентратором. Узнаем, что за ней. А ещё… надо тебя, пушистик, чему-нибудь полезному научить. Приносить не просто ветки, а… например, блестящие камни. Или грибы. Съедобные. Без отравы.

«Тень» во сне подёргала лапой, издав тихое урчание. Возможно, ей снилась охота. Или она уже мысленно собирала грибную корзину.

Виктор Бобырёв, специалист широкого профиля, улыбнулся самому себе. Пусть всё это было безумием. Но это было его безумие. И оно потихоньку начинало приносить плоды. Пусть и в виде самодельной печки и стрел с волшебным клеем.

Глава 12: Грибная охота и системный глюк

План «грибная корзина» провалился с треском. Наутро «Тень» гордо притащила и бросила к его ногам не гриб, а дохлую, гигантскую, похожую на крысу тварь с ядовито-фиолетовыми полосками на шкуре.

Видение сути тут же выдало тревожную справку: «Туннельный пасюк (мутировавший). Уровень: 3. Причина смерти: сломан позвоночник (следы удушающего захвата). Предупреждение: мясо содержит нейротоксин низкой концентрации. Шкура и железы могут быть использованы при должной обработке».

– Спасибо, конечно, – вздохнул Виктор, осторожно пиная тушку палкой. – Но я просил «съедобное». Это, если неправильно приготовить, превратит нас в дергающихся кукол. Хотя… – он прищурился, – шкура… и железы. Это уже ресурс.

Он заставил «Тень» оттащить тушку подальше от жилья, к месту, которое мысленно обозначил как «промзону». Там, с помощью ржавого клинка и отточенного «Внимания к деталям», он провел первичный «вскрытие». Ядовитые железы аккуратно извлек и упаковал в пустую керамическую капсулу, пометив её условным знаком (нацарапал на глине палкой). Шкуру, хоть и дурно пахнущую, очистил от мяса и растянул на рамке из веток для просушки. Может, потом выделку сделать. Или на тетиву пустить.

– Видишь? – сказал он «Тени», моя руки в ледяной воде источника. – Надо не просто убивать, а извлекать пользу. Экономика, пушистик. Безотходное производство.

«Тень» смотрела на него так, будто он говорил на древнем языке Ушедших, но кивнула – чисто автоматически. Её больше интересовал запах яда, от которого она воротила нос.

Пока шкура сохла, Виктор вернулся к своему главному проекту – резонансному концентратору. Вчерашний успех вдохновлял, но одноразовость устройства и необходимость тратить драгоценные камни-фракции были непозволительной роскошью. Нужен был перезаряжаемый вариант.

Он разобрал вчерашнюю конструкцию и начал экспериментировать с другой компоновкой. Вместо круга – спираль из трубок, намотанная на центральный стержень из сплава. Идея: создать не резонанс, а подобие катушки, накапливающей энергию. В качестве «сердечника» он использовал не камень с фракцией, а пустой манонакопитель, поместив его в центр спирали.

Потребовалось несколько часов возни, подгонки и крепления всё тем же «ТехноКлеем». «Тень», устав наблюдать за непонятной деятельностью, ушла по своим делам – патрулировать окрестности.

Когда устройство было готово, оно напоминало странную курительную трубку или примитивный магический жезл, собранный из хлама. Виктор подключил его к трещине с фракцией Земли через одну из трубок-проводников. Процесс пошёл. Энергия медленно, со скрипом (буквально – керамика поскрипывала от напряжения), начала заполнять манонакопитель внутри конструкции.

«Видение» показывало: «Устройство: Энергоаккумулятор с фракционным фильтром (Земля). Эффективность зарядки: 45%. Текущий заряд: 4/30 MP (фракция Земли). Предел прочности конструкции: низкий».

Сорок пять процентов – не ахти, но уже лучше, чем одноразовые камни. И запас больше, – с удовлетворением отметил про себя Виктор. Он оставил устройство заряжаться и отправился на разведку с новой целью – найти грибы или другие безопасные растительные компоненты. С ним пошла и «Тень», теперь понимавшая, что «съедобное» – это приоритет.

Лес у подножия холмов был другим – более влажным, с буреломом. Идеальное место для грибов. И для опасностей. Через полчаса «Видение» выделило первые аномалии: слабое свечение у корней старой ели. Под слоем хвои и мха росли бледно-голубые, почти прозрачные грибы с тонкими, волосистыми ножками.

«Синий древесный огник. Свойства: слабый источник маны воздуха/воды (смешанная фракция). Употребление в сыром виде вызывает галлюцинации и временный паралич дыхания. При правильной термообработке (сухой нагрев) может быть использован как реагент для временного увеличения MP или стабилизации воздушных потоков».

– Вот! – обрадовался Виктор. – Почти то, что нужно. Не еда, но ингредиент.

Он осторожно срезал несколько грибов, завернул в большой лист. «Тень» обнюхала пакет и фыркнула, явно не понимая энтузиазма.

Дальше им повезло больше: на опушке они нашли целую полянку съедобных лисичек. Жёлтые, крепкие, пахнущие лесом. Виктор чуть не прослезился от умиления. Нормальная, земная, безопасная еда! Он набрал полную сумку (сшитую им же из просушенной и грубо выделанной шкуры того самого пасюка – получался мерзкий, но функциональный рюкзак).

Возвращаясь, они наткнулись на ручей. Вода была чистой, а на мелководье «Видение» отметило скопление мелких ракушек, содержащих микроскопические фракции воды. Ничего мощного, но как источник для будущих экспериментов – сгодится. Он набрал и их.

Вечер в лаборатории-пещере был посвящён кулинарии и алхимии. На новой печке зашипели лисички, тушёные с остатками козлятины и диким луком (его он тоже нашёл, ориентируясь на запах). Аромат стоял умопомрачительный. Даже «Тень», обычно предпочитающая сырое, пускала слюни.

Параллельно Виктор экспериментировал с «огниками». Он аккуратно отломил шляпку одного гриба и положил её на плоский камень, раскалённый на краю печи (сделал импровизированную сковородку). Гриб не жарился, а скорее, высыхал, испуская едва видимое голубоватое сияние и запах озона. Когда процесс завершился, от него остался лёгкий, хрустящий лепесток, похожий на чип.