Похищение во благо

Святые угодники, неужели я случайно попала в яблочко?!

— Какую… какую чушь ты несёшь… — хрипло выдавленный голос Селестиана едва поспевал за его пылающими щеками, но взгляда он так и не отвёл. В его глазах растерянность мешалась с подступающим гневом.

— Ну-ну, а почему тогда покраснел как маков цвет? — я не удержалась от ехидного укола, чувствуя, как ситуация становится всё более абсурдной.

— Потому что ты несёшь несусветную пошлость! — резко бросил он, сокращая дистанцию одним широким шагом. Теперь мы стояли почти вплотную. — Мне не нравятся парни.

Я инстинктивно отступила, чувствуя, как пространство между нами наэлектризовалось. Голос Селестиана стал тише, приобретая ту самую опасную глубину, которая заставила мои внутренности сжаться от нехорошего предчувствия:

— Я знаю, что ты девушка.

…Что.

Мир на мгновение замер. Сердце пропустило удар, а потом заколотилось так яростно, что я почувствовала его в горле. Кровь отхлынула от лица, в ушах зазвенело.

— Можешь даже не пытаться отрицать, — продолжал он, внимательно отслеживая мою реакцию. — Я понял это почти сразу. С того самого дня, как ты поступил… поступила в академию. Мне стало любопытно, что за фрукт этот «Эл Араи», и я решил проследить за тобой.

Он чуть склонил голову набок, и в сгущающихся сумерках его глаза блеснули торжеством охотника, поймавшего добычу.

— В этом самом лесу ты снимаешь кольцо. И становишься собой.

Вот же… гадёныш.

Значит, всё это время я была у него как на ладони. Слежка. Планомерная, скрытная, терпеливая. Главный вопрос обжигал язык: успел ли он разнести эту весть по округе? Селестиан словно прочитал мой немой вопрос и медленно, почти наслаждаясь моментом, покачал головой.

— Я никому не проболтался. Пока что.

«Пока что». От этого короткого допущения явственно потянуло гнилым запахом шантажа. Отрицать очевидное и дальше затевать игру в кошки-мышки было бессмысленно — я проиграла этот раунд. Но вместо страха внутри шевельнулось любопытство: какую же ставку этот избалованный мальчишка решит выставить на кон? Я вызывающе прищурилась, расправляя плечи и принимая его правила. Нападать, так нападать.

— Сомневаюсь, что ты сохранишь мою тайну просто так, — язвительно бросила я. — Чего ты хочешь, Рейнхарт?

Он выдержал эффектную, чисто театральную паузу, явно наслаждаясь моим мнимым поражением. А затем выдал с убийственным, обезоруживающим спокойствием:

— Я хочу, чтобы ты пришла на ежегодный бал моего зимнего дома. В качестве моей официальной спутницы.

Я едва не поперхнулась воздухом. Сбрендил совсем? Я женатая дама… Или он не знает?.. Но даже если не знает, что я замужем, то как же то, что для него я простолюдинка?

— И как ты себе это представляешь? — я скептически окинула его взглядом с головы до ног, не скрывая сарказма. — Безродная девица с сомнительным прошлым под ручку с наследником герцогства заявляется на главный бал сезона? Ты хоть понимаешь, какой скандал это вызовет?

Селестиан усмехнулся — медленно, уверенно, с видом стратега, который убеждён, что просчитал все мои ходы на десять шагов вперёд. Он сделал ещё полшага, почти вторгаясь в моё личное пространство, и слегка склонил голову, изучая мою реакцию с откровенным удовольствием.

— Я видел тебя в городе, Эл. В окружении гвардейцев и личной прислуги, — в его голосе проскользнула лукавая нотка. — Сильно сомневаюсь, что обычная простолюдинка может позволить себе столь внушительную свиту.

— Так ты… не знаешь, кто я? — я изумлённо вскинула бровь, едва сдерживая порыв протереть глаза, как будто это могло прояснить картину. Он серьёзно?

— Знаю, разумеется, — Селестиан беспечно качнул головой, убирая руки в карманы брюк с самым непринуждённым видом. — Ты — баронесса Блан.

В этот момент мне стоило колоссальных усилий, чтобы не расхохотаться ему в лицо. Баронесса? Святые угодники, этот парень будто последние полгода провёл в глухой пещере без связи с внешним миром. Я уже добрых четыре месяца как законная графиня Варн!

— И раз уж мне известно, что ты не безродная нищенка, а вполне благородная баронесса, — Селестиан сделал паузу, его голубой взгляд скользнул по моему лицу, оценивая реакцию, — то, полагаю, светское общество переживёт твой выход. Ты почерпнёшь немало пользы, если почтишь мой семейный бал своим присутствием.

Я скрестила руки на груди, глядя на него с нескрываемым скепсисом.

— А если я отвечу отказом?

Я уже практически видела его следующий ход, но втайне надеялась: а вдруг этот павлин окажется изобретательнее, чем банальный мелкий шантажист?

Селестиан сделал стремительный шаг вперёд, его фигура почти полностью перекрыла мне обзор на тропинку. Он буквально лучился превосходством хищника, который загнал добычу на край обрыва и смакует её панику:

— Если ты ответишь отказом, Эл, я буду вынужден пойти прямиком к нашему многоуважаемому ректору. И доложить графу Варну, что под носом у его преподавателей, в рядах будущих рыцарей «ЩИТа», затесалась прелестная лгунья. А судя по слухам, наш директор — человек крайне суровых правил и фальши не выносит.

Ах, вот оно что. Классика.

Мне до смерти захотелось рассмеяться, но вместо этого я разыграла проверенный спектакль:

Испуганно опустила ресницы, слегка ссутулила плечи и, добавив в голос лёгкую, едва уловимую дрожь, прошептала:

— Нет… только не директор. Молю, Селестиан. Если он узнает правду, он вышвырнет меня из академии в тот же миг.

Рейнхарт вальяжно кивнул, упиваясь собственной властью и моим отчаянием. Он выпрямился, задрав подбородок.

— Именно так, — протянул он со снисходительной улыбкой. — А такому редкому, выдающемуся таланту, как твой, было бы грешно пропадать в безвестности. Так что… благоразумно соглашайся, «баронесса». И обещаю: твоя тайна умрёт вместе со мной.

Бедный, наивный дурачок. Прояви ты свою смекалку парой месяцев раньше — и, возможно, этот капкан захлопнулся бы на моих запястьях. Но теперь…

У меня больше нет секретов от Каэля. Я знаю главное: меня никто не выгонит.

Ситуация становилась всё более абсурдной, и играть в эту игру оказалось неожиданно… забавно. Я вскинула на него взгляд, старательно изображая покорность и лёгкий испуг.

— Хорошо… — я обречённо сглотнула, заламывая пальцы. — Я принимаю твоё условие, Рейнхарт. Но объясни, зачем тебе нужен весь этот цирк? Почему из сотен благородных девиц столицы ты выбрал именно меня?

Селестиан улыбнулся — тонко, изящно, с той самой невыносимой кастовой гордостью, которая всегда отличала высшую аристократию.

— Мне нравится выделяться, — просто обронил он, явно любуясь моим замешательством. — С такой спутницей, как ты, мы затмим всех присутствующих на этом балу. — Он выдержал эффектную паузу, а потом добавил вкрадчиво, почти шёпотом: — К тому же я планирую пригласить самого графа Варна. Так что тебе придётся быть очень хорошей и послушной девочкой. Иначе… я лично расскажу ему всё.

Моё сердце пропустило удар, но вовсе не от страха. Каэль… Ох, мальчишка, ты даже не представляешь, с каким огнём заигрываешь. Ты подливаешь масло в костёр, в котором сам же и сгоришь.

— Не логичнее ли в таком случае пригласить леди Вивьен Ванстен? — как бы между прочим спросила я, осторожно прощупывая почву. — Она куда эффектнее, да и, насколько мне известно, вы когда-то были… помолвлены.

Он отмахнулся от этого имени, как от назойливой мухи.

— О, Вивьен — несомненно, броский выбор. Но видишь ли, теперь она пребывает в неописуемом восторге от графа Варна. Он ведь «спас» её из лап похитителя, если верить светским сплетням. С тех пор она только о нём и грезит, не закрывая рта.

Я удивлённо вскинула бровь, едва сдерживая рвущийся наружу смешок. В груди разливалось странное, почти злорадное веселье.

— Неужели весь этот маскарад — только ради того, чтобы заставить Вивьен ревновать?

Он наклонился ко мне почти вплотную, обдавая жаром своего дыхания и лёгким ароматом дорогого парфюма.

— Не только. Я хочу поставить её на место. Хочу, чтобы она осознала: в этом королевстве появилась та, кто способен сокрушить её величие… ты. Ты будешь блистать под руку со мной, а она пускай наблюдает из стороны. Пусть отчаянно пытается штурмовать крепость недоступного графа Варна, и не смеет прибегать ко мне, когда наконец убедится, что её потуги бесполезны.

— Чувствую себя лишь пешкой в чужой партии, — я опустила взгляд, доигрывая роль жертвы до конца. — Но, похоже, выбора у меня нет… Я слишком дорожу своим местом в академии, чтобы позволить тебе донести директору. Поэтому… я согласна.

Селестиан удовлетворённо выпрямился.

— Прекрасно. Бал состоится послезавтра. Я пришлю за тобой карету, баронесса. Постарайся не опаздывать.

Он круто развернулся на каблуках и, негромко напевая под нос какой-то бравурный победный марш, зашагал прочь по лесной тропинке.

Я подождала, пока его силуэт окончательно скроется за деревьями, и только тогда позволила себе глубоко вздохнуть. Развернувшись, я медленно побрела в сторону дома, разрываясь между диким желанием расхохотаться в голос прямо посреди леса и панической мыслью схватиться за голову от абсурдности ситуации.

Оставалась самая «малость»: придумать, как преподнести эту потрясающую новость мужу. Сомневаюсь, что Дракон придёт в восторг от идеи, что его жена собирается дефилировать под ручку с наследным герцогом на глазах у всей высшей знати. Однако мысль о том, как вытянется и побледнеет лицо Селестиана, когда он узнает, что «грозный директор», которым он меня шантажировал, делит со мной один дом… Боги, это было слишком заманчиво, чтобы отказываться.