Стеклянная Лилия

— Я исполнял приказ своего капо, в отличие от тебя. — выплюнул мне в лицо Калисто, тяжело дыша.

Чёрт… ослабил хват на его шее, дав возможность ему нормально дышать.

— Если ты ещё раз подойдёшь к Джульетте, если тронешь её хоть пальцем, то я сравняю тебя с землёй, Калисто Конте. Обещаю тебе это. — и его улыбка стала ещё шире, мужчина сильно оттолкнул меня от себя, и теперь он навис надо мной.

— То же самое касается и тебя, Марко. Увижу тебя рядом с Амандой, и ты — труп. Советую больше никогда не угрожать мне, ты не видел, на что я способен, на самом деле. — заявил мне Калисто, затем прошёл мимо меня, задев своим плечом. Но я схватил его за локоть, развернул к себе и со всей мощи ударил кулаком по лицу парня. Он пошатнулся, но не упал. Стойкий ублюдок.

Из его губы начала капать кровь. Калисто быстро вытер её, облизав свой палец, и усмехнулся.

— Хороший удар, Мясник. — он специально назвал меня так. Ублюдок хотел, чтобы я помнил о том, кем я являлся, перед тем, как спущусь к Джульетте.

Брат Армандо быстро развернулся и ушёл, оставив меня одного в полупустой гостиной. Калисто был опасен и очень скрыт, он многое держал в себе. И это было чистой правдой: что никто не знал о том, на что именно он способен. Мужчина всегда казался тихим, спокойным, но я ни разу не видел, чтобы он убивал кого-то при мне или при своих братьях. Однако он убивал, это точно, но делал это Калисто за нашими спинами, когда никто не мог увидеть его. На самом деле это настораживало, средний Конте буквально был похож на какого-то маньяка, о котором никто ничего не знал, и которого никто не мог найти.

Я быстро направился вниз, к одной из подвальных камер, где должна была находиться Джульетта. Достигнув и открыв нужную дверь, увидел испуганную девушку, которая прижалась к холодной серой стене подвала. Она не плакала, не дрожала, и она даже не вздрогнула, когда поняла, что кто-то зашёл. Джульетта лишь медленно открыла глаза и с отвращением посмотрела на меня.

А мои глаза продолжали путешествовать по её стройному телу, покрытому синяками и ссадинами. Нужно, чтобы её срочно осмотрел врач.

— Это Калисто сделал с тобой? — шагнул ближе к ней, но она поставила передо мной руку, и тогда остановился.

— Не подходи ко мне. — сказала тихо она, но я услышал. Это фраза причинила мне какую-то непонятную и необъяснимую боль.

Она выглядела плохо: её волосы были в полном беспорядке, губа и нос разбиты, и они продолжали кровоточить. На её щеке остался красный отпечаток от руки Калисто.

Я, на хрен, убью его. Разорву на кусочки за это.

Но её тело... стройное, великолепное, но покрытое синяками. Они не могли появиться так быстро, они уже имели фиолетовый оттенок, который появлялся по прошествии двух-трёх дней. Здесь было что-то не так.

— Это сделал Калисто? — повторил, кивая в сторону ран на её теле. Она же сжалась ещё больше, прижимая колени к своей груди и пытаясь скрыть свою наготу от меня.

— Уходи! — прошептала девушка. — Уходи, чёрт возьми! Оставь меня одну! — перешла Джульетта уже на крик, и я видел, что она еле-еле сдерживала свои слёзы. — Этого ты хотел, Марко Бенедетти? Хотел, чтобы меня пытали? Ты получил это. Радуйся!

Каждое её слово отдавалось болью в моей груди, мне было тяжело смотреть ей даже в глаза.

— Я ненавижу тебя, Марко Бенедетти. — выплюнула она мне, и по её щеке скатилась одинокая слеза. — Ты мне противен.

И сглотнул. Слова моей младшей сестры отдавались эхом в голове прямо сейчас.

«— Я ненавижу тебя! Ненавижу! Я никогда не прощу тебя! — крикнула моя девятилетняя сестра, перед тем, как её закрыли в машине».

Но я чувствовал такую же боль, как в тот день, когда мне кричала эту же фразу моя сестра.

Заметил, что кровь начала стекать с её носа, окрашивая подбородок и шею Джульетты в алый цвет. Её нужно было показать врачу, прямо сейчас.

Быстро подошёл к ней, и несмотря на её возмущения и брыкания, подхватил на руки, прижимая к своей груди, и вынес из этого чёртового подвала.

— Отпусти! — кричала она, пытаясь всеми силами, что у неё ещё остались, вырваться из моих рук. Джульетта даже укусила меня за руку, но я не чувствовал никакой боли, продолжая нести её наверх. Поставив девушку посередине гостиной, я подошёл к небольшому шкафу, кинул ей свою большую футболку и спортивные трико, которые были здесь. Она недоверчиво посмотрела на меня, но прижала одежду к своей груди.

Её тело было идеальным, не мог не обратить внимание на большую упругую грудь Джульетты, на длинные, стройные ноги, на тонкую талию, на этот грёбаный шрам на её бедре, а также на её маленькие белые кружевные трусики, которые еле-еле прикрывали киску девушки, чёрт возьми.

Я выколю Калисто глаза. Он видел то, что принадлежит мне. Только я мог смотреть на её тело, только я.

— Отвернись! — крикнула Джульетта, вернув меня из мыслей, и начала быстро натягивать на себя футболку, которая доходила ей до бёдер. А потом она заметила кровь, которая капала из её носа, и начала судорожно вытирать её своими руками. С каждым разом движения девушки становились все резче и грубее. Мне казалось, что она сейчас сама причинит себе боль. Поэтому я подошёл к ней и схватил за запястья, пытаясь остановить её, но она уже впала в истерику.

Чёрт. Лилия начала вырываться из моих рук и судорожно плакать.

— Он убьёт моих братьев. Он убьёт моих братьев. — начала повторять она, продолжая плакать. Я быстро прижал её к себе и почувствовал, как она вся дрожит. — Он убьёт моих братьев. — повторила Джульетта, прежде чем отключилась.

Я взял её бессознательное тело на руки, вынес из дома и аккуратно опустил на задние кресла машины. А сам сел за руль.

Кто убьёт её братьев? Она говорила про Армандо? Что, чёрт возьми, ей наговорил Калисто? То видео, которое мне показывал капо, было без звука. И я не мог знать, о чём именно они говорили до или после тех кадров, которые увидел на экране ноутбука.

Но знал одно. Я точно не хотел отпускать эту девушку.

Возможно, она и ненавидела меня…

Но теперь она — моя. Только моя.

Моя Лилия.

ГЛАВА 9 — Ненависть

США, Лас-Вегас

ДЖУЛЬЕТТА ЛОМБАРДИ, 18

Как вы представляли свою жизнь, когда вам только-только исполнилось восемнадцать?

Я никогда не думала, что меня постигнет такая судьба. Казалось, что такое бывает только в каких-то глупых фильмах или сериалах, но нет, это была моя жизнь, и она сыграла со мной в злую шутку.

Не могла подумать, что мой отец, каким бы жестоким он ни был, решит выдать меня замуж за старика, чёрт побери. Я не думала, что соглашусь на предложение своего брата, что смогу оставить дорогих для себя людей и просто сбежать. Не думала, что смогу, но я сделала это. И даже это получилось у меня не так, как планировалось изначально.

Когда упала на руки к человеку, который, как я думала, стал для меня спасением, когда заглянула в его необычные карие глаза цвета дорогого виски, когда прижалась к его твёрдому телу и вдохнула в себя приятный, такой завораживающий, мужской аромат, я и подумать не могла, что он был моим похитителем.

Я и подумать не могла, что этот человек погубит меня и разрушит меня изнутри.

Когда увидела густой лес, по которому мы ехали, лавируя между высокими деревьями, то напряглась, взглянув на другого своего мучителя.

И почему все похитители должны выглядеть, как самые настоящие Боги? Кто даровал им такую внешность, твою мать?

Его серые, как сталь глаза, уставились прямо на меня. Мужчина изучал меня. Такое ощущение, что он хотел проникнуть мне в голову прямо сейчас и узнать, о чём я думала.

Его взгляд был холодным, отчуждённым, и, честно говоря, он пугал меня. До глубины души. Казалось, что этот человек, сидящей сейчас за рулём, был непредсказуем, от него можно было ожидать, что угодно.

Марко назвал его имя. Калисто. Оно было итальянским.

Хотя многие люди в мафии имели итальянские корни, что было совсем неудивительно.

Мне не позволяли влезать в дела мафии, поэтому я мало что знала. Но за исключением того, что случайно подслушивала из разговоров своих братьев с отцом, иногда Фредо мог случайно проговориться о чём-то в ходе нашего диалога. Но я не помнила никакого человека с именем Калисто...

— Кто ты? — набравшись смелости, спросила спустя минут двадцать молчания.

Он лишь наклонил голову, быстро взглянул на меня и продолжил наблюдать за дорогой.

— Хорошо, что ты не была знакома со мной. — лишь это ответил он своим холодным голосом, заставив покрыться моё тело мурашками. — Но теперь мы познакомимся поближе, Джульетта Ломбарди. — и сглотнула.

Мои руки начали дрожать, и я сцепила их в замок, чтобы мужчина не заметил того, какое он производил на меня впечатление.

— Ты знаешь, кто я, но я не знаю, кто ты. Тебе не кажется, что это нечестно? — как можно твёрже произнесла, удивившись, откуда во мне взялось столько смелости.

Этот человек вёз меня по лесу, возможно, он выстрелит мне здесь прямо в голову, а потом закапает моё тело глубоко под землёй? В моей голове появилось сотни исходов событий, и ни один из них не был благоприятным.

— Я — нечестный человек. И никогда им не был. — ответил мужчина.

А потом заметила, что он начал тормозить. Мои глаза тут же переместились к лобовому стеклу, и я увидела перед нами большой бетонный забор, за которым также скрывались деревьями и крыша какого-то небольшого дома.

Железные ворота распахнулись, и двое охранников кивнули мужчине головой. Страх начал одолевать всё моё тело и разум.

Ты не будешь бояться, Джульетта. Ты — сестра Риккардо Ломбарди, одного из самых сильнейших людей, которого только знала. Твой брат бы разочаровался в тебе, зная, как ты, на самом деле, боишься прямо сейчас.

«Держи свою голову всегда высоко, особенно перед врагами».

Услышала голос Ричи в своей голове.

Non ho paura. Non ho paura di niente.

Я не боюсь. Я ничего не боюсь.

Начала шептать себе под нос на итальянском.

И только сейчас поняла, как я быстро перешла на английский, когда мои истязатели говорили со мной на нём.

Они забрали у меня всё. Даже мой родной язык.

С самого детства я учила английский, так как этого хотел мой отец. Поэтому говорила на нём идеально, без какого-либо явного акцента, но дома мы всегда говорили только на итальянском.

Меня также привлекал французский, такой мелодичный, приятный и завораживающий язык, однако отец считал, что мне не к чему знать больше двух, позволенных им, языков. Я пыталась самостоятельно выучить французский через Интернет и книги, но мои познания в нём всё ещё были очень скудны.

Когда машина окончательно остановилась перед тёмным, довольно старым домом, который больше походил на хижину, Калисто обратился ко мне:

— Мы приехали. — твёрдо заявил он, как вдруг дверь рядом со мной открылась, и один из тех охранников грубо схватил меня за руку и вытащил из машины. Калисто же вышел вслед за мной.

— Отпусти меня, ублюдок! — прошипела я на огромного мужчину рядом с собой. Услышав это, он лишь сильнее сжал мою руку, явно оставив после себя заметные следы. А потом схватил за шею и начал душить так, что мои глаза широко расширились, воздух начал моментально покидать мои лёгкие.

— Спокойнее. — резко вмешался Калисто, подойдя к нам, и мужчина ослабил свою хватку. — Присмотрите за ней, но без рук. — предупредил двух здоровяков мой главный истязатель, встретился со мной взглядом и куда-то ушёл.

— Эта чёртова сука Ломбарди? — спросил один из мужчин, чьё лицо было покрыто уродливыми шрамами.

— Да. — ответил тот, кто крепко держал меня за руку, а теперь и за талию.

— Грёбаные Ломбарди. — начал говорить тот, что со шрамами. Он приблизился ко мне, грубо схватил своими противными пальцами меня за подбородок и до боли сжал его. — Жаль, что придётся погубить такую красоту. Я бы сам занялся ею, Отто. — обратился он к другому ублюдку.

— Убери свои руки. — попыталась вырваться из их лап, но тот, которого звали Отто, схватил меня за талию и прижал к своей груди. А потом его кулак неожиданно прилетел мне прямо в лицо, разбив нос.

Чёрт. Закрыла глаза, пытаясь прийти в себя от жуткой боли, которая пронзила всё моё тело, а потом поняла, что из моего носа что-то капало. Я распахнула глаза, но не могла сфокусироваться на чём-то. Медленно подняла свою руку, чтобы дотронуться до носа, но кто-то грубо её откинул в сторону, не давая мне этого сделать.

Как вдруг, кто-то из этих ублюдков крепко сжал мою шею и начал душить, а другой начал раздевать меня, чёрт возьми. Я сопротивлялась как могла, но у меня совершенно не было сил для того, чтобы сражаться с двумя огромными мужчинами.

— Твой отец. — начал шептать мне на ухо один из мудаков, и туман в моих глазах начал рассеиваться. — Убил моего брата. А теперь мы убьём его дочь. — и я громко закричала, когда поняла, что осталась лишь в одном нижнем белье, когда поняла, что они бросили меня на землю и один из них оказался сверху на мне прямо между ног, начав трогать моё тело своими грязными руками.

Но тут меня вновь ударили по лицу, заставив замолчать. Мои колени раздвинули шире, и тот, что со шрамами, навис прямо надо мной, начав снимать свои штаны. Его лицо было в нескольких сантиметрах от меня, противная улыбка появилась на его губах. Тогда я подняла руки и впилась своими ногтями в его глаза, он громко вскрикнул, схватил меня за шею и снова начал душить. Другой ублюдок грубо взял меня за волосы, заставив, тем самым, убрать свои руки от глаз его друга. А потом кулак прилетел в живот, и мне показалось, что у меня сломалось одно из рёбер, если вообще не больше. Жуткая боль охватила всё моё тело.

А потом осознала, что мужчины уже сняли штаны, и их члены были направлены прямо на меня. Казалось, что вся эта жуткая ситуация только заводила их ещё больше.

Слёзы скопились в уголках моих глаз.

— Ну всё, сука, ты за всё заплатишь... — сказал тот, что был между моих ног, а потом… раздался выстрел.

Я вскрикнула, когда кровь брызнула прямо на моё лицо, когда бездыханное тело мужчины, который собирался меня изнасиловать, упало прямо на меня. Ещё один выстрел, и я закрыла глаза. Меня так сильно трясло. Находилась на грани того, чтобы потерять сознание.

Тяжесть с моей груди исчезла, однако я всё ещё не могла открыть глаза, хоть и знала, что оба мужчины мертвы. Но я не могла взглянуть на их мёртвые тела.

— Вставай! — услышала голос Калисто, распахнула свои глаза и увидела, что он протягивал мне свою руку. Я ухватилась за неё, как за спасательный круг. Мужчина с лёгкостью поднял меня на ноги. А потом я заметила, что он держал в своей руке пистолет.

— Ты убил их? — прошептала дрожащим голосом, боясь оглянуться на трупы.

— Да. — так просто ответил он. — Они ослушались меня, чёрт возьми. — прорычал Калисто. — Они не должны были тронуть тебя. — пояснил мужчина более спокойным голосом. — Мы — ублюдки, Джульетта, но мы не насильники. В Каморре есть определённые правила и принципы, которым все должны следовать. Без исключения. — и он сделал паузу, осмотрев меня с головы до ног. — Мы не насилуем женщин, таково правило. А кто нарушает его, тот автоматически становится трупом. — мужчина потянулся своей рукой вперёд, чтобы дотронуться до меня, но я отпрянула от него, немного пошатнувшись. — Хорошо, пойдём в дом. — и он больше не попытался взять меня за руку, ожидая, что я пойду сама.

Я быстро обхватила себя руками, когда поняла, что стояла перед ним лишь в одном скудном нижнем бельё. Оно было довольно сексуальным, состоящим из белых кружевных стрингов и такого же лифчика, так как изначально предназначалось для моей брачной ночи.

Но заметила, что Калисто всегда смотрел мне в глаза, когда разговаривал со мной. Один раз он опустил свой взгляд, чтобы увидеть все мои синяки и прочие новые раны, которые я получила от его людей. На моём теле было также много старых синяков. Незадолго до дня свадьбы, отец снова набросился на меня, оставив на моём теле свои отпечатки.

Я сделала несколько неуверенных шагов и направилась к входу в хижину. Живот жутко болел, и каждый новый шаг отдавался болью мне прямо в рёбра.

— Что они сделали? — резко спросил Калисто за моей спиной. Когда мы зашли в дом, то я увидела перед собой большую старую гостиную, которая была скудно обставлена.

— Они не изнасиловали меня. — твёрдо ответила ему, и он встал прямо передо мной.

— Я спрашиваю не об этом. — тут же заявил мужчина, смотря мне прямо в глаза. — Я заметил, как ты морщилась при каждом шаге.

— Какая, чёрт возьми, разница? Разве тебя волнует то, что они сделали со мной? — зарычала на него, продолжая сжимать себя руками за плечи. — Вы собираетесь убить меня!

Он с интересом наклонил голову, сделал шаг ближе ко мне и навис надо мной.

— С чего ты решила, что мы собираемся тебя убить, девочка? — и я начала истерически смеяться.

— А разве нет? — задала вопрос, когда успокоилась. — Или вы собираетесь издеваться надо мной, сводя изо дня в день с ума, чтобы я сама покончила со своей жизнью?

Он медленно дотронулся своим пальцем до моей щеки, отчего я вздрогнула. Калисто отвёл палец в сторону и показал мне кровь. Мои глаза широко открылись, когда поняла, что всё моё лицо, шея и грудь были в крови.

Мужчина схватил меня за руку, отчего я вновь поморщилась, и когда он заметил это, то отстранился от меня, убрав свою руку.

— Ванная там. — Калисто указал пальцем на дальнюю дверь в гостиной. — Умойся.

Он подошёл к шкафу, быстро достал полотенце и бросил его мне в руки.

— Оставь дверь открытой. — предупредил он и прислонился своим плечом к стене возле двери душа.

Я сглотнула, быстро прошла мимо него, не желая спорить, и, наконец, увидела себя в зеркало.

Боже мой. Руки начали сильно трястись, когда увидела то, как я сейчас выглядела. Волосы были запутаны и покрыты капельками крови, мой нос продолжал кровоточить, покрывая своим алым цветом весь подбородок, шею и грудь, моя губа была разбита. И на шее остался ужасным отпечаток от руки того ублюдка. На моих руках также появились новые отметины, и всё моё тело было в синяках. Я выглядела ужасно. Кровь была абсолютно везде. На моих руках, шее, груди и на всём моём лице.

Открыла воду и начала нервно тереть своё лицо холодной водой, заметив, как она окрашивается в красный цвет. Мои руки не слушались меня, когда я буквально начала соскребать с себя свою и чужую кровь. Моё тело жутко трясло от всей этой картины. Не знаю, сколько там простояла, но я всё время пыталась смыть с себя кровь.

— Хватит! — услышала грубый голос Калисто за своей спиной, и резко остановилась. Он схватил полотенце, которое я, видимо, уронила на пол, и протянул его мне. — Крови больше нет.

Быстро приняла полотенце из его рук и начала судорожно вытирать своё лицо, как будто, не веря, что на мне больше не было крови. Но прямо сейчас, мне лишь казалось, что я пропиталась ею с ног до головы.

— Идём. — сказал он. Я прижала полотенце к своей груди, скрывая от его взора своё тело, точнее, только его верх, и просто последовала за ним. Моя голова кружилась, пространство передо мной не было чётким, мне казалось, что ещё чуть-чуть и я упаду в обморок.

Когда он подошёл к лестнице, которую ранее не заметила, и начал спускаться вниз, то я остановилась.

— Куда мы идём? — и он обернулся.

— Ты всё ещё пленница, не забывай об этом. — так просто ответил Калисто, ожидая, что я пойду за ним. — На этой территории куча других мужчин, и все они — убийцы, которые ненавидят Ломбарди. Как думаешь, что будет, если ты не пойдёшь со мной и попадёшь к одному из них в руки? — и я снова затряслась, тяжело сглотнув. — То, что было до этого, покажется тебе лишь цветочками, девочка. — он развернулся и последовал дальше вниз.

Мне не оставалась ничего иного, как следовать за ним. Когда я дотронулась до бетонной лестницы своими босыми ногами, то вздрогнула. Мой живот всё ещё сильно болел при каждом шаге, поэтому лестница оказалась очень сложным испытанием для меня.

С трудом спустившись вниз, увидела, что перед нами находилась огромная и слишком толстая железная дверь. Калисто что-то набрал на ней, и она распахнулась, показывая моему взору огромный длинный коридор с десятками различных железных дверей.

Мы достигли одной из дверей, Калисто распахнул её, и я увидела небольшой бетонный подвал. Здесь не было ничего. Абсолютно. Кроме кандалов, которые были прибиты к стене. Мои руки дрожали, когда я зашла внутрь.

Услышав звук закрывающейся двери, обернулась.

Калисто закрыл дверь за нами и прислонился к ней, скрестив руки на своей груди.

— Не думал, что ты будешь так спокойна.

— Что ты сделаешь со мной? — резко спросила у него, сжав сильнее полотенце, которое продолжала прижимать к своей груди.

— Видишь ли, мне абсолютно плевать на тебя, Джульетта Ломбарди. И мне совершенно не хочется возиться с тобой, но мой брат любезно попросил меня об этом.

Кровь продолжала капать из моего носа, поэтому я прижала полотенце к нему.

— Ты не ответил на вопрос. — напомнила мужчине. — Ты всегда уходишь от прямых вопросов. — заметила я, и он впервые усмехнулся.

— А ты неглупа. — и его лицо вновь стало каменным. — Хорошо, давай поговорим, девочка. Время у нас ещё есть. — мужчина посмотрел на свои часы. — Меня зовут Калисто Конте. — начал он, и мои глаза округлились. А Конте лишь продолжал наблюдать за моей реакцией. — Я — консильери Каморры, и у меня есть куча других дел, нежели возиться тут с тобой. — и сглотнула. — Если ты думаешь, что я или те два ублюдка, которые ослушались моего приказа, самое худшее и опасное зло, то ты ошибаешься. — он сделал паузу, продолжая наблюдать за мной. — Ты знаешь, что за человек — твой похититель?

— Марко Бенедетти — сын капо Нью-Йорка. — ответила быстро, и он приподнял свою бровь.

— Верно. — согласился со мной мужчина. — Однако он больше не принадлежит к Коза Ностре. Он — часть Каморры. И теперь все его знают, как Мясника, а не как сына этого ублюдка Франко. — с отвращением произнёс он. — Так вот, ты знаешь, почему его называют Мясником?

Меня сильно трясло, что нельзя было скрыть от глаз мужчины. Честно говоря, держалась на ногах из последних сил, слыша собственное громкое сердцебиение в своих ушах.

— Нет. — прошептала, и на губах Калисто появилась дерзкая ухмылка.

— Он — головорез Каморры. Он тот, кто занимается пытками, издевается над людьми и делает с ними худшие вещи, которые ты даже не можешь представить в своей миленькой, маленькой головке. — казалось, я вовсе перестала дышать. — И если надо, то он уничтожит тебя, Джульетта. Марко убьёт твоих братьев и твоего отца.

— У вас есть я! — крикнула. — Зачем вам ещё мои братья?

— Видишь ли, девочка, я не люблю возиться с женщинами. От вас нет никакого толка, а вот мужчины — это другое дело. Я бы с удовольствием распотрошил твоего старшего брата на кусочки. — спокойно сказал мне он, и мои глаза расширились до невозможных размеров. — Ты нужна моему капо только для того, чтобы заполучить Гаспаро и Риккардо в свои руки.