Куча

P.S.

Увы, читатель, я не помню, чем завершилась та война. Быть может громкою победой, а может бегством от врага, но знаю точно лишь одно, что был лишён философ языка, чтоб больше мудрыми речами народ он в глупость не ввергал.

Август 2023 года

Желанное Зло

Эта давняя история приключилась в одном из больших городов герцогства Центральной, хотя возможно, что и в одном из малых посёлков баронства Южной Европы. Обстоятельства и герои тех событий были весьма обыденны для тех лет и встречались повсеместно, так что правильнее будет закрыть глаза и наугад тыкнуть в карту старой Европы, и вы наверняка попадёте в то место, где могли произойти эти события, если только ваш палец не уткнётся в морскую пучину. А дело было так.

В одной очень хорошей и приличной семье у многоуважаемого отца и известной своим благочестием матери родилась дочь. Она была не первым ребёнком, но и далеко не последним, как было принято в те годы, зато она оказалась в числе немногих, кому посчастливилось дожить до поры юности. Девушка она была статная, в меру красивая и, что самое главное, в высшей степени благовоспитанная и богобоязненная, полная смирения и уважения к старшим, как и подобало юным девушкам в те далёкие времена. Она всегда носила длинные платья, скрывавшие её длинные, стройные ноги, убирала густые, лоснящиеся золотые локоны под платок и стыдливо отводила взгляд в сторону, когда на неё с особой однозначностью смотрели мужчины, потому как её отец-настоятель твёрдо наказывал не вгонять в искушение ближних своих и не искушаться самой, не делая тем услугу Дьяволу, а разве найдётся на свете большее искушение, чем страсть искренней любви?

Следуя этим заветам, девушка жила строго, скоромно и была стойкой ко всякому соблазну, словно истинная святая, и некоторые соседи в серьёз поговаривали, что её ангелом-хранителем была никто иная, как сама дева Мария, так что, пожалуй, и мы будем её так называть. Однако даже она нет-нет, а иногда искоса и тайком поглядывала в сторону мужчин и при этом чувствовала, как её сердце начинало биться чаще, щёки наливались краской, по лону разливалось приятное тепло, а в голове возникали какие-то смутные, манящие образы, которые отнюдь не казались чем-то плохим, а очень даже напротив – чем-то в высшей мере правильным и непременно хорошим. В этом радостном, светлом чувстве она видела знак божьей благодати, который должен был указать ей на истинного, определённого самими Небесами суженного, с которым она непременно обретёт счастье на земле подобное тому, которое ожидало её после смерти в райских кущах. И с каждым днём Мария со всё большим нетерпением ждала того единственного, вожделенного часа, когда под сводами святой церкви ей наденут на палец заветное кольцо, и она наконец-то сможет вкусить всех таинственных и прежде запретных наслаждений, которые сулила ей первая брачная ночь, о которой до неё до ходили самые невероятные слухи. Что же до будущего супруга, то в её пылком юношеском воображении он всегда представлялся по-разному: то рыцарем, то трубадуром, то принцем, а иногда и разбойником, однако же он неизменно был молод, хорош лицом, приятен нравом, обходителен, силён, ну и в довесок всему богат, но это качество отнюдь не было сутью её томных фантазий, а лишь завершающим штрихом, призванным приукрасить всё прочие достоинства несуществующего кавалера.

В общем, мечтала Мария, что говориться, с размахом и без всякого стеснения и смирения, которое полагалась ей по вере, но редко когда пыльные догмы способны в полной мере задушить пыл бурной молодости. Однако, будем частных, на всём белом свете даже с Божьей помощью вряд ли отыщется хотя бы пара мужчин, которые бы могли потягаться с её грандиозными фантазиями. Да и то по единственно нерушимому на этом свете закону подлости при всей их кажущейся идеальности с этими сказочными женихами непременно оказалось бы что-нибудь не так, да в такой степени, то женитьба стала бы решительно невозможной. Так что девушке в любом случае пришлось бы довольствоваться меньшим, но и это меньшее всё равно было бы достаточно большим и принесло бы ей искомое счастье. И всё же… отправиться на поиски суженного и своего счастья ей так и не довелось.

Нынче об этом не слишком часто вспоминают, но в те полные рыцарского достоинства и христианского благочестия времена браки заключались отнюдь не по воле любящих сердец, но по воле старших членов семьи, исходивших исключительно из сухого расчёта, который правильнее бы было назвать корыстью, жадностью или же алчностью, в общем тем самым, чему покровительствует не светлый, любвеобильный и бескорыстный Яхве, но повелитель греха, мрачный князь Ада – Мамона.

В соответствии с этой древней традицией родители Марии, едва ей исполнилось четырнадцать лет, принялись подыскивать ей подходящего жениха, и в скором времени им попался достойный кандидат – почтенный граф, бывший крестоносец, заработавший несметные богатства и великую славу в Святой земле и водивший тесную дружбу как с королём, так и с папой римским. У него во владении был надёжный замок высоких стен и глубоких рвов, пара десятков деревень, возделывавших бескрайние поля пшеницы, ржи и проса, а в его угодьях паслись несметные табуны прекрасных жеребцов. Он был прекрасной партией для юной Марии за тем единственным исключением, что ему было уже далеко за семьдесят лет, и от былой стати и мощи не осталось и следа, как и от густой шевелюры на измятом вражескими булавами черепе.

Когда же девушка впервые увидела своего суженного, то она подумала, что это был прадед её молодого жениха, однако, когда она поняла, что это и был её будущий муж, то она тут же, к большому неудовольствию родителей лишилась чувств, за что им пришлось долго оправдываться за непочтительное почтение дочери, уверяя жениха, что это она от большой радости. С того самого дня Мария потеряла аппетит, сон и впала в глубокую меланхолию, не имея сил заниматься чем бы то ни было, и чем ближе была свадьба, тех хуже она себя чувствовала, и тем страшнее становилась серость её жизни.

В назначенный день её, бескровную и бледную словно смерть, провели под руки через наос к алтарю, где её уже ждал разодетый в золото и шелка скрюченный старикашка с гаденькой ухмылочкой на лице, после чего свершилась торжественная церемония в лучших христианских традициях. Граф, решивший оставить стяжательство в прошлом и провести свой последний десяток лет на земле с шиком, щедро потратился на украшения и на угощения, так что свадьба приобрела поистине королевский размах. Вино и пиво разливались полноводными реками, повара жарили диких туров в огромных жаровнях, музыканты и шуты развлекали достопочтимую публику, и все были счастливы на том празднике жизни. Все, кроме самой невесты, не проронившей за весь вечер ни единого слова.

Преисполненная ужаса и отчаяния она всё застолье снедалась заживо мыслями о том, что должно было последовать за пиршеством, но совершенно зря. Пускай старый мерзкий обрюзгший граф был похотлив, словно мифический сатир, однако он уже давно исчерпал весь огонь своей молодости, и сколько бы он не возился в постели, сколько бы он не пристраивался к невесте, но ему так и не удалось исполнить своё чёрное намерение.

Той ночью девичья честь осталась при Марии, но взамен неё она раз и навсегда потеряла кое-что другое – веру в Бога. Её уверяли, что Господь любит её больше всех на свете и желает ей одного только счастья, но именно в его доме и с его благословения её обручили с отвратительным стариком, чьи малейшие прикосновения вызывали у неё оторопь, слюнявые беззубые поцелуи отдавались в ней дрожью, а его неловкие попытки свершить супружеский долг внушали ей тошноту. Ей сказали, что по закону Божия отныне и вовек она должна быть верна нелюбимому мужу и что все прочие, даже самые искренние и нежные чувства к иным мужчинам были лишь происками дьявола, желавшим совратить её душу и забрать её к себе в адское пекло.

В ту ночь, лёжа подле храпящего мужа, Мария пришла к страшной и смелой мысли, что раз Бог заставил её делать то, что она всем сердцем считала неправильным, что вызывало у неё одно только отторжение, что привело её к страданиям, то разве он её любил? Разве любили её родители, думавшие прежде всего не о её благе и счастье, а о своём кошельке? Она чувствовала, и, более того, она знала, что нет. Что никто из них её не любил по-настоящему, и, вспомнив старую мудрость, что враг моего врага – мой друг, она обратила свои помысла и чувства от Яхве к Люциферу, и тот немедля дал ей ответ.

Всё, к чему стремились её чистая душа и её нежное сердце, он не запрещал, но поощрял и предлагал куда большее, и она немедля присягнула ему на верность. А чтобы закрепить свою клятву делом, она осторожно вылезла из-под одеяла и незаметно, благо, что пьяный муж спал мёртвым сном, сбежала из спальни и тут же наставила ему пару красивых и ветвистых рогов с подвернувшимся под руку молодым шутом, не сколько из любви к весельчакам, сколько из мести, и это блюдо показалось ей самым изысканным на свете.

С тех пор она так и жила. Днём благопристойная графиня, шившая для мужа гобелены и стоявшая на коленях в храме, а ночью похотливая развратница и богохульная ведьма, совращавшая юные христианские души на путь греха, а после торжествующе плясавшая нагишом в компании чертей на очередной чёрной мессе. Не имея возможности позволить себе большой и чистой любви, она жила мимолётными порывами страсти, дарившими ей краткий миг блаженства на одну ночь, исчезавший с первыми лучами рассвета. Но несмотря на всё это обилие земных удовольствий, ей так и не довелось познать истинного человеческого счастья, и всё же её судьба сложилась куда лучше, чем если бы изо дня в день, из года в год она бы покорно прозябала при старце, не имея к нему и капли тёплых чувств, единственно желая ему скорой смерти.

Так что если вы когда-нибудь задумаетесь, откуда же в богобоязненных средневековых королевствах было столько ведьм, то вспомните, скольких девушек выдали замуж против устремления их сердец, и задумайтесь о том, сколько благородных рогоносцев в ту пору растило чужих сыновей и дочерей.

Апрель 2024 года

Посвящается Оноре де Бальзаку и его «Озорным Рассказам»

Чукча не издатель

Представьте себе рабочий кабинет новомодного офиса. Он достаточно просторен, и обставлен преимущественно в коричневых и серых цветах, не слишком ярких, но и не слишком тусклых, что добавляет ему элегантной строгости и тихой роскошности. Перед огромным окном, растянувшимся во всю ширину стены, стоит такой же длинный стол на тонких металлических ножках, совершенно невидимыми спереди, отчего кажется, что массивная дубовая доска, покрытая толстым слоем чёрного лака, сквозь который проглядывается рисунок самого дерева, чудесным образом левитирует в воздухе. За столом в огромном кресле с мягкой кожаной обивкой, скрипящей при каждом движении, сидит невысокий мужчина лет сорока пяти, а может что уже и почтенных пятидесяти. Он лысоват, могуч в плечах, но ещё большее могущество заключено в его необъятной талии, которую кое-как скрывает дорогой, сшитый на заказ пиджачок, с которым он практически не расстаётся, будь то деловая встреча или же светский раут. Мужчина сосредоточен на работе, в линзах его круглых очков мелькают белёсые отражения окон программ, а цепкие, пронзительные глазки бегают от цифры к цифре, от графика к графику, пока великий ум производит молниеносные вычисления и столь же легко и непринуждённо принимает судьбоносные решения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

5$

2

100$

3

1$

4

10$

5

20$

6

50$