Тагир. Заберу твою любовь

– Надеюсь, у тебя есть средства для самозащиты, потому что это город очень опасен.

Ах, он оказывается, за мою безопасность переживал? Неужели?

– Это мой город. Я тут родилась. Для меня он не опасен.

– Я на это надеюсь, Саша.

Какой у него взгляд.

Тяжелый, и… И у меня опять мурашки. И всё сжимается внутри. Я его недооценила. То есть, я оценила его неправильно.

Тагир Амирханов, вот кто реально очень опасен.

И мне на самом деле не стоило ему дерзить.

Он протягивает мне черный прямоугольник с золотым тиснением. Визитка.

– Мой личный номер. Его знают только друзья.

– Я не ваша подруга. Мне он без надобности.

Собираюсь его обойти, но слышу следующие слова.

– Десять тысяч долларов.

– Что?

Эти слова меня словно в чан с кипятком окунают.

Что он сказал?

Серьёзно?

Я задыхаюсь от унижения, от гнева, ярости, ненависти.

Сволочь!

Шовинист!

Подонок!

Мерзавец!

– С тобой и за десять миллионов – нет! Ублюдок! Пошёл ты!

Говорю, и плюю в его сторону, плюю на землю, почти попадая на идеальные модные туфли.

Разворачиваюсь, чтобы забежать в подъезд и тут же сталкиваюсь с Лалой и Султаном.

Чёрт. Они слышали?

– Саша? – окликает меня Лала, я киваю ей и забегаю в подъезд, не оглядываясь.

Стыд, какой же стыд!

Глава 6

Противно так, ужасно.

Делаю себе смузи из банана, манго с семенами чиа, вроде блендер дрожит, а на самом деле меня трясёт.

Мерзость какая, мерзость, мерзость!

Если бы я знала, что брат Лалы такой… Такая сволочь, я бы ни за что…

Что бы я? Не стала бы с ней общаться? При чём тут это? Лала другая. Она скромная, умная, веселая, добрая. Мы с ней так здорово дополняем друг друга! У нас одинаковые вкусы в литературе, и кино мы любим одинаковое.

Нет, с Лалой прекращаться знакомство я не готова, если только…

Если только он запретит ей общаться со мной.

Он ведь может?

Лала рассказывала про суровые законы её семьи, её родины.

Она и рвалась поступить сюда, чтобы освободиться хоть немного.

– Выдадут меня замуж за того, за кого они захотят и всё, буду сидеть дома как курица-наседка, готовить им шурпу и хинкал, детей рожать и всё. А если получу образование, может быть хоть как-то иначе жизнь пойдёт.

Вот так она говорила, а я слушала и буквально задыхалась от несправедливости. Почему кто-то будет решать её судьбу? Как так? выдать за нелюбимого, которого она может и не увидеть до свадьбы! Лала смеялась, говорила, что с ней так не будет, её, конечно, познакомят с будущим мужем, но сейчас, увидев её братца я сильно сомневаюсь.

Какой же он… Негодяй!

Щеки обжигает жар, а в глазах слёзы.

Какой стыд!

Предложил мне деньги!

За что?

Ясно за что!

За секс!

Подонок!

Я между прочим… девочка! Не целованная, а он…

Наливаю смузи в стакан, иду в комнату, сажусь прямо на ковёр перед диваном и реву.

Нет, я не плакса, я сильная, не могу понять сама, почему меня так переклинило, но мне реально дико обидно. Самое противное, что я начинаю злиться на себя за то, что напялила эти идиотские шорты!

Дура!

То есть дура, потому, что на себя злюсь. Это неправильно! Я не виновата.

Это нормальная одежда. Сейчас это модно, многие девочки так ходят, кому фигура позволяет. На мне были плотные колготы, почти лосины! Ничего такого не видно. Ну да, ноги, и что?

Господи, почему я вообще переживаю из-за какого-то кавказского барана?

Мне нужно забить на него.

Я дружу с Лалой И всё.

Допиваю свой обед. Достаю конспекты, учебники, занимаюсь. Потом прохожу пару занятий по английскому. Я хорошо знаю язык, но нужна постоянная практика, чтобы не забыть. Еще беру французский, тоже занимаюсь.

На телефон падает сообщение, и почти сразу звонок – моя приятельница, коллега, модель, Алина приглашает в клуб.

– Сашок, у нас компания зашибенная, ребята из нашего агентства, еще продюсер, режиссёр, фотограф крутой. Приходи. Клуб «Безе», он только открылся, у нас вип-проход, идёшь без очереди, там на фейс-контроле стоит афроамериканец, Дали его зовут, скажешь ему кодовое слово «модамо» и проходишь, мы будем в випке на втором ярусе. Сбор, если что в десять там.

Я даже не успеваю вставить слово нет, так тараторит Алинка.

– Мы ждём, до встречи, дорогая!

– Алин…

– Нет, Не-ет! Розанова! Никаких «Алин, я не могу!» Ты забыла, у меня контракт с агентством новый, я проставляюсь, и день рождения был, так что всё! Жду-у-у!

А почему бы и нет?

Смотрю на часы – всего-то шесть вечера. Я успею позаниматься, поужинать, собраться…

Ехать от меня не такси полчаса и в десять двадцать я произношу заветное «модамо» брутальному высокому чернокожему парню и захожу в клуб.

На мне маленькое черное платье – беспроигрышный вариант, под ним плотные лосины, ботильоны на каблуке. Платье на тонких бретельках, поэтому сверху пиджак, но я знаю – в клубах обычно жара. Особенно, если ты на танцполе. А я планирую сегодня оторваться.

Алину и ребят нахожу быстро. Компания на самом деле приятная, девочки модели – Кира и Кара, парни, тоже модели Макс, Николя и Арс, с продюсером меня знакомят – Паша Полевой, слышала о таком, режиссёр Гоша Рассказов, тоже на слуху, ну и вишенка на торте, тот, с кем все мечтают работать, модный фотограф Гурам.

Он сразу даёт мне визитку и приглашает в студию, вижу, как прищурилась Кира – видимо, им не предложил.

Приносят шоты, коктейли, я не собираюсь пить, у меня всегда с собой бутылка воды. Наши знают – уговаривать меня бестолку.

Гоша пытается, но сразу сливается, услышав отказ.

Мы болтаем с Алинкой, я поздравляю её с прошедшим днём рождения, дарю сувенирчик – я сама делаю ловцов снов, все девчонки всегда с удовольствием их берут, ну и, конечно, небольшой перевод, чисто символически, три тысячи рублей, Алина машет рукой, типа не надо было, но я знаю, что ей всё равно приятно. Контракт у неё с новым косметическим брендом, реклама на ТВ и плакаты. Еще Алина снимается для журнала. Спрашивает, как у меня. У меня пока небольшой простой. Снялась для каталога, тоже новый бренд, молодёжная одежда. Они же обещали, что будут снимать рекламу, но пока тишина.

Предложений у меня достаточно, но я многим отказываю, во-первых, потому что держу уровень, во-вторых, хочу пока сосредоточится на учёбе.

Сейчас май, скоро летняя сессия, я почти всё сдаю автоматом, надо будет максимум на два экзамена сдать очно, потом летом поработаю.

Девчонки предлагают пойти на танцпол, мы спускаемся. Через полчаса я уже разогретая, жарко, весело, парни дергаются рядом с нами, поэтому чужие не лезут. Я расслабляюсь. Мне нравится тут. Хорошая не наглая публика. Отличный диджей, музыка – то, что надо для полного «отрыва», даже без алко мне вполне весело.

До того момента пока я не замечаю высокую мощную фигуру, и жадный взгляд, устремлённый на меня.

Тагир Амирханов.

Глава 7

Мне жарко, дико жарко. Я чувствую, как струйка горячего пота течёт по спине. Я хочу исчезнуть. Телепортироваться сразу домой, в мою уютную кроватку. Зачем я потащилась в этот клуб?

Так, нет стоп! Что значит зачем?

Это моя жизнь и я её живу!

И мне плевать на то, что какой-то непонятный мужик с Кавказа на меня пялится!

Он следил за мной?

Он тут случайно?

Он ведь должен быть с Лалой? Или Лала давно в кровати? Ну да, время же уже не детское.

Усмехаюсь собственным мыслям. Конечно, Лале никуда нельзя выходить по вечерам. Мы с ней один раз были на концерте и два раза в театре. И каждый раз она дрожала, объясняя родственникам куда и зачем идёт и почему возвращается так поздно.

Треш.

Как можно жить в такой косности? В такой ущербности?

Есть же свобода человека!

Что дурного в том, что девушка выйдет потанцевать? Или посмотрит кино поздно вечером? Она кому-то мешает?

Ах, да, они считают, что девушки провоцируют мужчин. Ага-ага! Только почему тогда насилие применяют и к тем, кто носит длинные юбки и закрытые платья? Нестыковочка! Не девушки провоцируют, а мужчины не могут сдержать свою похоть и мерзкие наклонности.

Амирханов не двигается. И не отводит глаз.

А я отворачиваюсь. Пусть пялится, мне-то что?

Если что, я могу обратиться к нашим мальчикам. Николя у нас спортсмен, просто будет рядом, чтобы все понимали, что я не одна.

– Можно пригласить вас на танец?

Что? Нет, нет! Чёрт.

Я пропустила начало медленной мелодии. Девчонки остались на танцполе, кто-то уже в паре.

– Извините, я не танцую.

– Потанцуйте со мной, Саша. – он говорит это тихо, таким низким голосом, у меня мурашки врассыпную, мне не по себе.

– Я не танцую.

– Что стоишь, красивая, иди сюда… – неожиданно какой-то придурок хватает меня за руку, тянет на себя.

Пьяный, совсем молодой парень, не видит Тагира что ли?

Я не успеваю ахнуть, как сильная рука отцепляет от меня нетрезвого малолетку, еще мгновение и я вся окутана аурой Амирханова, его жаром, его запахом. Он притягивает меня, слегка впечатывая в своё тело.

– Пустите, – шепчу тихо, не в силах справиться с дрожью и страхом.

– Один танец. Просто танец.

– Нет, я не хочу. Отпустите, или я позову охрану.

Он усмехается и качает головой, но не отпускает. А меня затапливает жар, я вся красная, мне невероятно стыдно, отвратительно, но я понимаю, что не буду кричать просто потому, что не хочу, чтобы у Лалы были проблемы. Не хочу, чтобы подруге запретили со мной общаться. А еще почему-то я уверена, что охрана мне вряд ли поможет.

– Пользоваться своей силой недостойно мужчины. – тихо сквозь зубы цежу, на него глядя. Не думаю, что он поймёт, обратит внимание на мои слова.

– Александра, у вас очень красивое имя.

Отвожу взгляд. Не хочу на него смотреть. И двигаться тоже не хочу. Но Амирханову плевать. Он тоже останавливается, держит меня. Смотрит.

– Танец закончится, и я отвезу вас домой, Саша.

– Что? – его наглость просто поражает!

– Я никуда с вами не поеду.

– Я отвезу вас домой. Здесь таким девушкам как вы нельзя без сопровождения.

– Это вы решаете? Что можно тут девушкам, а что нельзя? Я тут с друзьями и с моим молодым человеком.

– Неужели? Почему же ваш молодой человек сейчас не спасает вас от меня? – еще одна наглая ухмылка.

Тошно.

– Не нужно спорить, Саша. Иногда надо слушаться старших.

– У меня есть кого слушать. Я здесь с друзьями, у нас праздник, и еще тут люди, с которыми мне надо обсудить рабочие планы. – Не знаю, какого хрена я оправдываюсь, но я делаю это. Пусть не думает, что я его боюсь.

– Рабочие планы нужно обсуждать днём в офисе, а не ночью в клубе. Пойдём.

Медленная мелодия перебивается дерзким зарубежным треком, и Амирханов тянет меня с танцпола, обнимая за талию.

– Руки уберите! – шиплю я, почему-то всё еще опасаясь громкого скандала.

Минута, и мы оказываемся в коридоре, достаточно узком и тёмном, еще несколько шагов, я упираюсь, а он буквально волочёт меня, заворачивает за угол и резко прижимает к стене, наваливаясь всем телом.

Господи, почему я не орала?

Глава 8

– Пустите!

– А то что? Что ты сделаешь мне, а? Что ты сделаешь мужику, который вот так тебя схватит и потащит с собой? Что ты можешь ему противопоставить?

Дышу рвано, быстро, вспоминаю уроки самообороны, которые брала в Киото, и то, чему меня учили наши безопасники. Пытаюсь повторить. Носком ботинка ему в голень, чёрт, мазнула еле-еле, каблуком со всей дури по его ступне – тоже неудачно, он успевает среагировать и отодвинуться.

– Коленом в пах даже не думай, никогда. Ты сто процентов промахнёшься, и только еще больше разъяришь и раззадоришь мужика, который на тебя нападает. Ну, это всё, принцесса? Больше ничего?

Дрожу в его руках, выдыхаю со свистом, демонстрирую испуг и полную капитуляцию.

Он держит меня одной рукой за подбородок, поднимает моё лицо к себе, смотрит прямо в глаза. В этот момент я резким движением вытаскиваю крохотный баллончик из потайного кармана и направляю распылителем прямо ему в глаз.

– Если нажму – выжгу тебе роговицу, можешь остаться слепым.

– Ага, – он ухмыляется, словно ему ни капли не страшно. – А ты отправишься за решетку лет на восемь, да? Ок. Молодец. Только… если я не один, Саша? Если бы я тут был не один?

Он резко отталкивается, делает шаг назад, отпуская меня и опуская руки.

Меня трясёт. Я не могу опустить вниз руку с баллончиком.

– Что вам нужно от меня? Чего вы хотите? Я не буду с вами трахаться даже за миллион долларов, я вам сказала!

– Ты сказала десять миллионов. Ставки понизились? А если я соглашусь?

– Оставьте меня в покое! Вы… вы не мужчина, вы просто… урод моральный!

– А тот, кто сейчас лапал тебя на танцполе не урод? А те, в вашей випке, которые уговаривали одну из твоих подруг дать тебе сок с допингом? Не уроды?

– Что?

– Вещи твои где?

Я в ступоре. Кажется, сильнее покраснеть нельзя, но я краснею. Вспоминаю, что сумочку кинула на диван, пальто моё в гардеробе.

– Так, ясно.

Он достаёт телефон.

– Дали, отправь кого-нибудь из своих архаровцев во вторую випку, там сумочка девушки, да, маленькая, белая, модная сумка, он поймёт, пусть принесёт к гардеробу.

– Вы знаете охрану? – почему-то машинально спрашиваю.

– Я совладелец этого клуба.

Боже, какой стыд.

Мне стыдно. Хотя я же ничего такого не сделала, да?

Мы идём к гардеробу. Я не спорю, молчу. Не хочу с ним разговаривать. Вообще.

У гардероба тормозим. Через минуту парень в чёрном выносит мою «Жакмю», я достаю номерок, Тагир забирает его, потом подаёт мне пальто, как настоящий джентльмен.

Выходим на улицу. Телефон вибрирует. Алина. Интересуется, куда я пропала, говорит, что Гурам меня ищет, у него для меня предложение по работе. Хмурюсь, вообще все предложения принимает и отсматривает мой агент, и в принципе, Гурам не может этого не знать. Но возможно он просто хочет мне лично рассказать в чём плюшки, чтобы я уже сама сообщила агенту, что работа меня устраивает.

– В чём дело? – спокойно спрашивает Амирханов, видя, что я зависла.

– Мне нужно поговорить с фотографом, это касается работы.

– Сейчас час ночи, какая работа?

– Обыкновенная. Я работаю, и для меня это важно. Гурам фотограф с именем.

– Который рассказывал двум другим ушлёпкам как можно опоить модель и сделать серию обнажённых откровенных фото, а потом шантажировать девочек?

– Что? Откуда вы знаете?

– От верблюда. Ну, пусть выйдет сюда, поговоришь. При мне.

– Вы не понимаете.

– Это ты не понимаешь, глупая, ты как будто бессмертная, готова вляпаться в дерьмо. Или у тебя уже есть опыт?

– Что? Как вы смеете вообще вот так обо мне говорить и думать?

– Смею. Пять минут назад я мог тебя затащить в закрытый приват и трахнуть, и ты бы ничего не сделала.

– Я бы вам глаз выжгла!

– Неужели? Ты бы не смогла. Испугалась бы. Это как с пистолетом, если ты не готова выстрелить, не хер доставать пушку. Пиши фотографу, пусть идёт, я на него посмотрю.

Меня колотит. Я понимаю, что нельзя подставлять Гурама, я о нём слышала только положительные отзывы, но что делать?

– Я не буду никому писать.

– Хорошо.

Он достаёт свой телефон, пишет сам.

Проходит пять минут и из здания выходят продюсер вместе с фотографом. Видят Тагира. Тормозят.

– Сашенька, ты не одна? Всё хорошо?

– Нормально, вы хотели поговорить?

– Да нет, мы… мы свяжемся с агентством, есть задумка, если ты готова поработать летом.

– Я готова, да.

– Тогда окей, будем решать через агента, счастливо.

– До свидания.

Они отходят в сторону, достают вейпы, вижу, как ухмыляется Тагир.

– Пойдём, Александра.

Подъезжает «Гелик» – ну, естественно! На какой еще тачке может ездить такой как Амирханов? Это к сестре он приехал на «Бентли», а вечером, в клуб, девочек снимать…

Фу, какие у меня пошлые мысли – это ужасно.

Водитель выходит, передаёт Тагиру ключи, Тагир открывает дверь, приглашая меня.

– Я могу и на такси.

– Пожалуйста, Саша, поздно, на такси небезопасно.

– А с вами безопасно? По-моему, еще хуже. – бурчу про себя.

– Я умею держать себя в руках. И знаю границы.

– Что вы знаете? Границы? Серьёзно? – у меня нет слов, я просто в шоке! Человек нарушил все мыслимые границы сегодня и у него еще хватает наглости…

– Садись, Александра.

Забираюсь на переднее сиденье, игнорируя руку Амирханова, но он всё равно помогает мне, хватая за локоть.

– Я могу сама!

– Я вижу. Пристегнись.

– А волшебное слово? – смотрю на него зло, глаза бы выцарапала, а он неожиданно начинает смеяться, так по-простому, искренне.

Что я говорю? Этот мужлан и наглец может быть искренним? Это просто нонсенс!

Дверь закрывает, идёт на место водителя. Садится, поворачивается ко мне.

– Пожалуйста, Александра, пристегнись.

– Уже! – показываю ему на ремень и отворачиваюсь. А он стартует, усмехнувшись – я всё слышу!

Едем молча. Дороги свободны, я прикидываю, что добраться мы должны минут за пятнадцать. Уже выезжаем на проспект, когда я вдруг слышу какие-то голоса. Запись, потому что идут какие-то помехи.

– Слушай, да это самая простая схема, и рабочая. Эти модельки все жадные и все шлюшки, с неё не убудет.

Что? Я в шоке, ком к горлу подкатывает.

– Я слышал, что у Розановой всё строго, контракт, агент, её пасут.

– Накинь ей пару штук баксов сверху, и она даже не скажет агенту что пойдёт к тебе сниматься! Соврёт, что-то придумает.

– И дальше что?

– Дальше всё просто, закрытая съемка на студии, девочка на допинге, мы её раздеваем, снимаем, потом показываем ей снимки, если она не хочет всё потерять, то будет на нас работать как миленькая. Уверен, на Сашку спрос будет, у меня уже спрашивали, сколько будет стоить ночь с такой куклой.

У меня шок.

Поворачиваю голову к Тагиру. Чувствую, как слёзы катятся по щекам.

Как? Как они могут так?

Нет, я не первый год в модельном бизнесе, я многое знаю, о многом слышала, но чтобы вот так цинично? Известный фотограф, к которому очередь и продюсер, который рекламу с детьми снимает?

Я не могу ни слова сказать, просто ни слова.

– Напиши своей подруге Саша, с ней они хотят такую же схему провернуть.

– Я… – я не знаю, что ответить, просто не знаю.

– Дай сюда свой телефон. – сухо говорит он, мы стоим на светофоре. – Пожалуйста, Саша, дай телефон.

– Зачем? – спрашиваю, и машинально вкладываю в его руку свой гаджет.

– Разблокируй… Чёрт, пожалуйста.

Глава 9

Делаю всё, как он просит. Пальцы дрожат. Слёзы капают на платье.

– Успокойся, всё хорошо.

Да, всё хорошо! Всё было хорошо, пока я не встретила этого Тагира!

Если бы не столкновение с ним днём я бы никуда не потащилась ночью и всего этого ужаса не было бы.

Я не обращаю внимания на то, что делает брат моей подруги с моим гаджетом. Пытаюсь переварить то, что услышала и узнала.

Через несколько минут он вкладывает смартфон мне в руку.

– Я вбил в контакты мой номер. Он первый. АТагир, сразу найдёшь. И быстрый набор на единичку. Поняла? Если что – сразу звони.

– Зачем?

Усмехается, тормозит на светофоре, поворачивает голову, но я опускаю глаза. Не могу на него смотреть.

Мне стыдно.

И…

И я не знаю, что еще.

Он меня волнует. Каким-то странным, диким образом волнует.

Я не понимаю почему.

Он мужлан.

Он кавказец.

Я прекрасно знаю, что с восточными мужиками, тем более с парнями с Кавказа связываться нельзя.

Мы для них просто подстилки, шалавы. Игрушки.

Они не ценят русских женщин, белых женщин. Они только пользуются.

Трахают. Так будет вернее.

Почему я об этом думаю? Я же не собираюсь…? Не собираюсь заводить никаких отношений с Амирхановым? Конечно же нет! Боже упаси.

Я в принципе сейчас еду с ним только потому, что он брат моей близкой подруги.

Вот и всё.

И звонить я ему не собираюсь.

– Саша, я уже говорил сегодня. Если тебе понадобится помощь, если будут какие-то проблемы. Позвони.

– Зачем?

– Странные вопросы задаёшь, девочка.

– Я вам не девочка.

– Мальчик? – он смеётся своей дурацкой шутке сам.

– Спасибо, конечно, за заботу, но звонить и просить вас о помощи я точно не буду.

– Я буду рад, если тебе не придётся звонить и просить о помощи, правда. Но номер мой всё-таки не удаляй, ладно?

Молчу.

Удалю естественно.

Ну, может не сразу…

Подъезжаем к дому, плавно открывается шлагбаум. Он тормозит точно у подъезда.

– Спасибо.

– Подожди, я провожу.

– Не нужно.

– Александра, почему ты такая беспечная, а?

– Я не беспечная. Просто не понимаю смысла. У дома есть охрана, тут везде кодовые замки. Тут все свои.

– Свои иногда оказываются хуже чужих, ты знаешь это?

На самом деле я знала. Но говорить не хотелось.

Ладно, пусть провожает.

Амирханов ведёт себя корректно. Не хватает. Дверь открыл, руку подал. Такой джентльмен.

Почему же я всё время думаю о том, что будет, когда с него слетит весь этот налёт респектабельности?

Как там, в клубе, когда он прижал меня…

Вздрагиваю от воспоминаний, и сразу чувствую взгляд.

– Что случилось, Саша?

– Всё нормально.

Заходим в подъезд. Никого. Тишина. Светло.

Спокойно.

У нас на самом деле очень тихий, спокойный дом. Люди тут живут не бедные, заботятся об охране и о спокойствии.

В лифте мне не комфортно.

Кабина не маленькая, но и Амирханов… слишком большой.

Его энергетика давит.

Он стоит спокойно, что-то смотрит в своём телефоне и на меня ноль эмоций, а я чувствую, как все скручивается внутри.

И почему-то вспоминаю его дикое предложение.

Десять тысяч долларов.

Он серьёзно?

Серьёзно оценил меня вот так?

Как дешёвку?

Я знаю, что эскортницы в Дубае зарабатывают за ночь больше. Ну, это все знают, особенно в модельной среде.

Многие модели занимаются эскортом. Ну, хорошо, проституцией. Это ужасно, да, но я не хочу никого осуждать. Не дай бог оказаться в такой ситуации, когда это – единственная возможность заработать хоть какие-то деньги.

Десять тысяч…

Это даже смешно. Не могу сдержать ухмылку, на которую Тагир реагирует.

– Что тебя развеселило?

– Ничего.

Лифт останавливается, Тагир приглашает меня выйти первой.

– А если честно? Мне любопытно.

– Любопытно? Что ж…

Прохожу к двери тамбура, за ней двери в мою квартиру и квартиру Лалы.

– Смешно стало, что вы мне предложили всего десять тысяч.

– Мало? Извини, я расценок не знаю.

– А вы загуглите на досуге.

– Хорошо. А что, если бы больше дал согласилась бы?

Снова этот его нахальный прищур, оценивающий взгляд, от которого у меня мурашки.

– Не согласилась.

– Только потому что я предложил, да? Кавказец? Вы же нас чурками считаете?

– А вы нас шлюхами, что? Ничья, один-один?

Усмехается, голову опускает, качает ею…

– Смешная ты, Саша. Я не считаю русских девушек шлюхами.

– Но деньги мне предложили не задумываясь.

– Согласен. Предложил. Я просто хотел тебя проверить.

– Отличный способ проверки, браво. Спокойной ночи, Тагир. Надеюсь, больше мы с вами не будем пересекаться.

– Извини, но будем. Я приехал в столицу надолго, буду часто навещать сестру. Может даже поживу у неё.

Он говорит это и смотрит на меня. Прожигает. Обволакивает. Оценивает мою реакцию.

Её не должно быть, но она есть.

Мне страшно.

Я не хочу его видеть.

Я его боюсь.

И в то же время…

Почему-то мои щёки жаром опаляет.

Он будет приезжать? Будет тут жить? Совсем рядом? Боже…

Открываю дверь тамбура, потом свою.

– Спокойной ночи, Саша, и будь осторожна. Не общайся с дурными людьми.

– Спасибо за заботу.

Захожу, закрываю замок, прислоняюсь к дверному полотну.

Господи, какой странный день.

Зачем я напялила эти шорты утром?

Зачем потащилась в клуб?

Зачем встретила Тагира…

Господи…

Алина! Я же должна ей написать!

Пока я тут ловлю флешбэки её там могут…

Только бы успеть!

Открываю мессенджер, быстро печатаю, вижу, что Алина в сети, читает. Отправляет мне знак вопроса.

Я пишу, чтобы она была осторожнее с Гурамом, в двух словах пытаюсь объяснить схему.

Подруга молчит.

Я нервничаю.

Снимаю ботильоны, пальто, иду в ванную, чтобы смыть макияж, смотрю на себя в зеркало.

Глаза сверкают, щека алые, губы опухшие искусанные, ну и вид у меня. На самом деле выгляжу я очень классно. Просто чистый секс.