Вильям и Синтия

Леопард не захотел высказаться по этому поводу.

Спросил о другом:

– И никто не может этого Дракона победить до сих пор?

Синтия рассказала продолжение:

– Нашёлся отважный богатырь из княжества восточнее нашего королевства. Он одолел супостата хитростью: зимой заманил его на глубокое-преглубокое озеро, и тот провалился под лёд. Тяжёлым был. С тех пор принцесс никто не похищал. А на месте битвы с летучим Змеем построили город Белокаменный. Тот, кто видел его хоть раз, не мог забыть. Всегда возвращался к нему. Но уже с ратью несметной. С мыслью завоевать. Однако никогда никому это не удавалось. Так и повелось: город пытаются захватить, а он не сдаётся. Это вошло в традицию. Традицию не одолеть.

Рыбка тяжело вздохнула и развела плавниками:

ничего не поделаешь.

Поражённый рассказом, Вильям поинтересовался:

– И что? Всё равно до сих пор пытаются?

Рыбке нравилось разговаривать с Леопардом Вильямом.

Она ответила кратко:

– Неустанно.

Синтии нисколько не хотелось прекращать разговор с её Вильямом. Да-да, она уже была уверена, что Вильям принадлежал ей. Он ведь не уходил по делам или под каким-нибудь другим предлогом. Вот она и не прекратила  рассуждать вслух.

– Так уж повелось и потом вошло в привычку. Тот, кто хочет прослыть отважным и считаться повелителем мира, должен хотя бы попытаться город тот одолеть. А для этого вступить с ним в бой. Если повелитель какого-то королевства отважится на противостояние с Белокаменным городом, он уже – Владыка всех государств.

Вильям недоверчиво заулыбался.

– Это же смешно и совсем не умно, – поддержал

разговор Леопард. – С ним, с тем отважным городом, дружить надо, а не воевать его.

Синтия возразила:

– Пусть не умно, зато дальновидно. И он, вояка тот, и народ его надолго будут в почёте оставаться среди всех королей и шахов мира. Ему даже подарят ковёр-

самолёт.

Вильям привстал.

– И никто его даже не осудит, повелителя того?

– Никогда.

Синтия и сама была не согласна с этим. Но это было так, и возразить чем-либо против этого она не могла. Поэтому произнесла:

– Наоборот, будут к себе зазывать, с оркестрами его встречать в своих государствах. А те, кто не захотят его привечать, будут преданы огню.

Тут уж Леопард не выдержал и встал на все четыре лапы.

– Так получается, – посмотрел он пытливо на Рыбку, – богатырь тот геройский Змея-то того, огнемёта, в древние времена до конца не одолел…

Синтия не ожидала, что разговор зайдёт так далеко и придётся ворошить не совсем приятные истории. Но она всё равно была довольна – Вильям рядом.

– Змей – он потому и называется Змеем, что

хитрый и изворотливый, – не останавливалась она. – Оказывается, он чудом спасся. Затаился. Стал изменяться по своему хотению. Много разных личин с коварной лихостью и проворством принимает. Но в какой бы личине он ни предстал перед миром и кем бы ни назвался – всегда якобы за народ ратует и от имени народа орудует. Не придерёшься. Так мне бабушка рассказывала. А она сказочница-былинница в прошлом. Но благодаря сказкам своим до сих пор на весь мир морской – известность-знаменитость.

Синтия улыбнулась. Долго и пристально смотрела

на Леопарда. Обдумывала что-то. Решительности набиралась. И после молчания торжественно произнесла:

– Я назначаю вас королём нашего небольшого, но прекрасного королевства. Теперь вы －король Вильгельм!

Да-да, в те времена вот так просто можно было

стать королём.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

На следующее утро, после ночной охоты, Вильям на ветке вдруг очнулся от громких всплесков воды. На поверхности заводи происходила настоящая суматоха. Рыбка отчаянно металась по затону взад-вперёд, туда-сюда, а за ней гонялась чудовищных размеров рыбина с острыми зубами. Она широко распахивала пасть, когда оказывалась близко к Рыбке, и резко захлопывала её. Преследовательница пыталась ухватить жертву, той удавалось пока ускользать. Всякий раз, когда монстр с размаху захлопывал пасть в надежде сцапать Рыбку, раздавался резкий металлический звук. Леопард всполошился, оттолкнулся и прыгнул с ветки в воду. Когтями зацепил зубастую охотницу за хвост и с размаху метнул её на

берег.

– Больше она не будет беспокоить вас, о прекрасная Синтия, – произнёс отважный пловец и глянул прямо в глаза перепуганной Рыбки. – Вы

позволите так называть вас?

– Как вам так удалось? – удивилась Синтия. – Вы точно угадали моё имя, о бесстрашный король Вильгельм.

Синтия с благодарностью смотрела на своего спасителя. Она вся дрожала. Внезапное нападение напугало её. Вильям смутился.

– Сначала я не знал, как обращаться к вам. Стеснялся спросить напрямую. Мне почему-то подумалось, что я буду глупо выглядеть с вопросом «а как вас зовут?». Тогда я решил назвать ваше имя наугад. Подумал: назову самое подходящее и, если ошибусь, вы поправите меня, а я наконец буду знать его. Если же угадаю, то вы обрадуетесь. Вот, я угадал.

Тут следует заметить, что в те времена обезьяны селились рядом с пятнистыми красавцами, не сторонились их и нисколько не считали ниже своего достоинства общаться с ними.

А вот одна Обезьяна – её звали Моника – каждый день в один и тот же час даже появлялась в Леопардовом лесу. С верхушки самого высокого дерева она сообщала жителям саванны обо всех событиях, что происходили в округе.

Моника рассказывала о новостях обитателям леса всегда, даже в плохую погоду. И не было никогда, как показалось бы всем зверям, странного деления: в хорошую погоду рассказывать только о хороших новостях – зачем портить настроение обывателя плохими; а в скверную погоду оповещать всех о неприятных происшествиях – настроение у всех и без того уже испорчено, и не надо опасаться новостями о недобром навредить обывателю. Мнение, что в плохую погоду любая нехорошая новость могла бы показаться не такой уж и дурной, не рассматривалось и даже во внимание не бралось. Новость есть новость, а погода – сама по себе.

Появляется Моника со своей свитой.

Моника. Я, Моника Трескуччи, и телекомпания «Ничего мимо…» рады приветствовать вас. Сначала о главном. Сегодня учёные непобедимого Белокаменного города, нашего ближайшего соседа, что располагается восточнее нашего королевства, получили результат скрещивания трёх пальцев. Только что появившаяся на свет фигура, результат многолетних исследований и испытаний, не заставила себя долго ждать: через проём главных ворот высунулась за стены Белокаменного города, места своего рождения, и продемонстрировала себя стоящему под стенами города врагу. Враг до появления фигуры дерзко потребовал, чтобы город сдался, но после того, как увидел грозное оружие, в смятении бежал. Король врага провозгласил себя Владыкой мира. Учёные вечно несдающейся Белокаменной постройки, наученные опытом, что в следующий раз такая конфигурация из трёх пальцев может не сработать и не возымеет былого эффекта, принялись за скрещивание других частей человеческого тела. Названия этих частей тела пока не озвучиваются из стратегических соображений. Мир, затаив дыхание, замер в ожидании итога нового симбиоза. Результат обещает быть совершенно непредсказуемым. Правительство нашего королевства пока воздерживается от комментариев по поводу происходящего .