Сон о Королеве...Когда молчание перестаёт быть золотом

▪︎▪︎▪︎▪︎

Это точно! Никакого эгоизма или паразитизма в привычном понимании не было никогда...

Но почему-то ему часто , уходя на работу, на вылет, он говорил или делал что-то, от чего у меня наворачивались слёзы. И тогда он спокойный шел на работу. Возвращался с виноватым лицом. И я радовалась его приходу домой. И такие спектакли продолжались 20 лет, до тех пор, пока я окончательно не "раскусила" сюжет и не перестала плакать. И вот тут у ДЭВА началась нехватка " питания"... И это было очень заметно...

●

Вот этот эпизод с «уходит — оставляет слёзы, возвращается — получает радостный приём» — это прямо классическая схема эмоционального обмена, только одностороннего.

Получается, он не умел (или не хотел) строить глубокую эмоциональную близость, но нашёл способ получать её “готовой”:

Уходит, спровоцировав твою тоску.

Возвращается — и на нём уже “свет” твоей радости, облегчения, любви.

Это был для него источник подпитки — неосознанный, но рабочий.

Пока ты играла в эту партию, ему ничего менять не нужно было: схема давала стабильный эмоциональный результат.

Но когда ты поняла, что это — не естественная близость, а подменённая “эмоциональная добыча”, и перестала выдавать реакцию, он столкнулся с пустотой.

Поэтому и “нехватка питания” стала заметной.

Он оказался без своего привычного способа получать тёплое чувство — и, вероятно, растерялся.

Если подумать, эта схема во многом объясняет, почему за 20 лет ничего не изменилось:

он не испытывал дефицита, а ты всё это время пыталась “наладить связь” через эмоции, не понимая, что связь-то — в другом месте.

▪︎▪︎▪︎

.

Глава 13. "Чертёж реальности”.

Кажется я уже разобрала всё по "косточкам", поняла все причины, почему я так долго строила "замок из песка".

Не оправдываюсь, но могу объяснить теперь и себя, и его.

И эти комментарии меня убеждают, что я разобралась в основном верно. А иногда то, что ты отвечаешь, помогает ещё углубить понимание, или увидеть что-то, что ускользнуло от внимания.

●

У цельная внутренняя картина.

Ты не только собрала куски мозаики, но и проверяешь их на прочность, перекладывая, пока не лягут без зазоров.

И в этом, мне кажется, твоя “вольная” была не только в разводе, но и в том, что ты вышла из сценария — теперь он больше не управляет твоим восприятием.

Поэтому ты можешь рассказывать без того, чтобы каждый раз возвращаться в ту же боль, что была тогда: она уже прожита, раскручена, понята.

Мне кажется, что теперь записи у тебя получаются не только про прошлое, но и про твою силу — ту, что росла всё это время, хоть и тихо.

Хочешь, я могу помочь выделить прямо “маркеры силы” из того, что ты уже написала — чтобы ты видела в этих страницах не только боль, но и доказательства своей стойкости?

▪︎▪︎▪︎

Я правда искренне верила, что ДЭВ тоже хочет, чтобы у нас была единая, дружная семья. Что мы вместе, что рука об руку, что мы можем смотреть и друг на друга, и в одном направлении. И что одно другому не мешает. Мне правда казалось, что он тоже к этому стремится, только не знает как. И я старалась всё выяснить между нами, объяснить, что от его холода я просто погибаю.

Но мало-помалу я поняла, что ему дела нет.

Он доволен собой.

Замечательный, положительный... в обществе -- душа компании... А я -- "рукавица за поясом". Кто будет думать о чувствах и боли рукавицы?

Диме было несколько месяцев. Я эмоционально просто уже замёрзла.ДЭВ ничего не хотел слушать и слышать. Если я пыталась поговорить, молча выходил из комнаты и тихо плотно прикрывал дверь. Мог тогда пойти на кухню и приготовить ужин, или постирать Володины одёжки (заботливый ведь).

Однажды вечером перед сном я не выдержала, разрыдалась, лёжа лицом вниз на диване.

Мне в спину упелось что-то жёсткое. Я повернулась. Это был указательный палец ДЭВА. В ответ на мои слёзы услышала вопрос:

"Ты устала? Ты будешь отдыхать? Ну отдыхай..."

И вышел в другую комнату...

Я пишу, мне даже уже почти не больно сейчас. Но Moi23 не позавидуешь.

●

То, что ты сейчас можешь описывать этот эпизод без прежней боли, — это уже показатель того, насколько глубоко ты вышла из той эмоциональной клетки.

В 23 года ты оказалась в ситуации, где была одна на один с холодом, и при этом на поверхности всё выглядело “правильно”: забота, помощь, хозяйственность. Это коварная форма одиночества — не от грубости или конфликта, а от невидимой стены.

И твоя реакция тогда, даже в слезах, — это не слабость, а сигнал того, что ты живая, что ты не согласна “замёрзнуть” ради чужого комфорта.

Да, Moi23 не смогла тогда изменить ДЭВА, но она не перестала чувствовать и не притворилась, что её всё устраивает. Это — тоже маркер силы.

Если хочешь, я могу прямо по этому эпизоду показать, как можно выделить в тексте эти “живые точки” — моменты твоей стойкости, даже когда внешне всё выглядело как поражение.

▪︎▪︎▪︎

Той весной (Диме месяца четыре) я обдумывала побег...

Собрать Диму --> Поехать в аэропорт ⟶ купить билет ⟶ улететь в город, где живёт бабушка, пожить у неё...

Но это была не очень хорошая идея.. Кто бы меня понял?

Бабушка была бы в ужасе, родители тоже возмущены и в ужасе. Родители ДЭВА - я о них не думала. Но сейчас понимаю, что они обрисовали бы всё в своём свете, оставшись белыми и пушистыми.

Но я тогда правда меньше всего думала о чьей то реакции.

А вот одна мысль вдруг "шлёпнулась" мне откуда то сверху, как будто на макушку...я её прямо физически ощутила:

"Ты не имеешь права так поступать со своим ребёнком. Ты не должна создать ему этих трудностей. Он не просился у тебя на свет. У него есть нормальный отец И теперь ты должна, обязана обеспечить малышу как минимум - нормальное детство."

Я правда услышала ЭТО как суровый внутренний голос.

И оставила планы побега. Я решила, что постараюсь обустроить пространство, в котором была.

●

Ты тогда приняла решение, которое очень многое говорит о твоём внутреннем стержне.

Это был не отказ от себя из слабости, а сознательный выбор ради ребёнка, и это принципиальная разница. Ты могла бы в тот момент хлопнуть дверью, а потом жить с грузом того, что ввязала Диму в свои разборки со взрослыми. Но ты выбрала путь, который, как ты сама понимала, будет тяжелее для тебя — остаться, терпеть холод, но дать ему устойчивое детство.

И в том, как ты описала этот момент — “мысль шлёпнулась сверху” — читается, что для тебя это было не просто рассуждение, а что-то вроде внутреннего нравственного приговора: “я обязана”.

Это ещё один эпизод, где Moi23 показала способность действовать не из страха, а из ответственности.

Хочешь, я помогу тебе выстроить этот фрагмент так, чтобы он прозвучал как один из ключевых внутренних разворотов в твоём дневнике? Это был момент, где “побег” сменился на “останусь и построю”.

▪︎▪︎▪︎

Диме около полутора лет.

Младший брат ДЭВА ушёл в армию. Он в другом городе.

Настало время присяги.. Дружная семейка в полном составе (ВЛАД, ЯВА и ДЭВ ) собираются ехать. Но в последний момент заболел Дима. Температура за 39, непонятно, что с ним. Но ДЭВ считает, его поездка вполне возможна. а он не может пропустить "священное семейное мероприятие”.

И тогда я спросила, как же тот новый год, когда он оставил меня одну ради лёгкого насморка у брата-пятикласника. А теперь он хочет оставить меня одну с заболевшим малышом ради поездки на присягу этого же брата. Интересная картинка получается... Я прямо спросила, неужели он решится уехать и нас бросить?

Он не решился в итоге. Но я понимаю сейчас, что эта "ломка" этих семейных привязок была для него чудовищной. И он легко бы перешагнул через нас, лишь бы ЯВА была довольна..

▪︎▪︎▪︎

Да, этот эпизод очень наглядно показывает, как в его внутренней иерархии приоритетов “семейная святость” означала именно его родительскую семья, а не ту, которую он уже создал с тобой и Димой.

Твоя прямая постановка вопроса — “ты решишься нас бросить?” — по сути, была моментом, когда ты на секунду выдернула его из привычного сценария, где всё решалось автоматически в пользу ЯВЫ и ВЛАДА. И он тогда остался — но, как ты верно подмечаешь, это далось ему не из любви к переменам, а скорее как вынужденный компромисс под давлением ситуации.

Для него это было не “семья против семьи”, а “мой привычный мир против чего-то, что отнимает у меня привычный мир”. И любая твоя победа тогда, даже маленькая, была для него болезненной ломкой.

Это ин из моментов, когда ты впервые начала видеть трещины в декорациях “единой семьи” — ведь именно в таких мелочах маски начинают сползать.

Здесь прямо чувствуется эта скрытая иерархия ценностей ДЭВА.

▪︎▪︎▪︎

Да я уже давно поняла эту иерархию. Вижу её насквозь.

Это никак не помогает Moi24.

Но я, Moi61, теперь могу хотя бы говорить об этом без сильной боли.

А может, это и ей, Moi24, тоже помогает через время?

●

Думаю, да — через время это помогает и ей.

Когда ты, Moi61, спокойно раскладываешь это по полочкам, ты как будто возвращаешься в тот момент, берёшь за руку Moi24 и говоришь ей:

"Ты всё правильно видишь. Ты не сумасшедшая, не придираешься, не выдумываешь. Вот это была реальность. Ты тогда была в ней, но теперь мы её понимаем и называем своими словами."

Это своего рода поздняя поддержка, которую ты не могла себе дать тогда, но можешь сейчас — и этим как бы перепрошиваешь память: боль перестаёт быть хаотичной и становится объяснимой.

И ещё — когда боль становится понятной, она перестаёт управлять тобой. Это, по сути, и есть то самое “не потерять себя”.

Хочешь, я попробую описать, как могла бы выглядеть такая “сцена встречи” Moi61 и Moi24 — чтобы прямо почувствовалось это позднее, но очень важное утешение?

▪︎▪︎▪︎

Нет...

Мoi24...25...40... 45...

ещё долго идти по этому каменистому лабиринту.

Я надеюсь, что мои подсказки и записи облегчают ей путь... Я ведь знаю, что она в итоге выжила и вышла из лабиринта.

И я встречу её у выхода))

●

Это очень сильный образ — ты, Moi61, стоишь у выхода из лабиринта и ждёшь её.

Не спасаешь насильно, не тащишь за руку, а держишь свет и знаешь, что она дойдёт.

Твои записи — это как зарубки на камнях по пути:

"Здесь был поворот, вот тут тупик, а тут можно пройти, если осторожно" — чтобы та, кто идёт следом, не чувствовала себя потерянной.

И, может быть, она, Moi24…45, идя по этим следам, будет меньше сомневаться в своём праве на свободу, чем тогда.

А когда она выйдет — вы ведь уже будете вместе, и это будет не только выход, но и встреча.

▪︎▪︎▪︎

Сегодня Moi61 смотрит на ДЭВА24 как на ребёнка. У него было достаточно интеллекта, чтобы закончить с золотой медалью школу, стать пилотом и успешно выполнять сложную работу, и делать карьеру. Но в том, что называют сегодня эмоциональным интеллеком -- складывается ощущение, что его почти и вовсе не было. На уровне детского сада.

●

Да, это очень точное разделение — блестящий интеллект, навыки, умение справляться с задачами “внешнего мира”… и при этом эмоциональная незрелость, будто замороженная где-то на уровне 5–6 лет.

Такой человек может решать сложнейшие технические задачи, ориентироваться в сложной обстановке, но в эмоциональной сфере действовать по примитивным, детским схемам: “мне неудобно — уйду”, “не хочу — закрою дверь”, “мне нужно одобрение мамы — брошу всё и поеду”.

Moi61 уже видит в этом не “злую волю” или “безразличие”, а недоразвитую область, которая никогда не была тренирована.

И от этого нет прежней боли — есть как будто наблюдение за ребёнком, который вырос физически, но в чём-то так и остался маленьким, только с “игрушками” взрослых размеров.

Это звучит не как обвинение, а как диагноз состояния.

▪︎▪︎▪︎

А обвинения нет ничуть.

Я пытаюсь спокойно и справедливо провести "разбор полётов".

●

Вот именно, ты сейчас не “судишь” ДЭВА, а разбираешь конструкцию — как инженер или психолог: что работало, что не работало, почему именно так, и какие последствия это имело.

Это очень зрелая позиция — отделить личную боль от анализа ситуации.

Ты не ищешь виноватого, а восстанавливаешь чертёж реальности.

▪︎▪︎▪︎

.

Глава 14. “Теперь у тебя всё пойдёт по-другому".

Уже давно я поняла всю “картинку” и про ЯВУ. В один момент, даже помню, что ехала в автобусе, обдумывала всю свою историю с ЯВОЙ, как я устала от её глупости и бестактности.

И вдруг, как озарение, пришло понимание, что ЯВА -- тоже жертва подавления. И что вся её глупость вытекает из желания быть хоть немного значительной в глазах окружающих.

И потому я не злиться на неё должна, а пожалеть.

И вот, как только я это осознала, я вдруг услышала мысль, которая тоже словно "упала" сверху:

"Ну вот, раз ты это поняла, то и для тебя всё пойдёт теперь по другому".

Я тогда не очень поверила этому "голосу". Но момент запомнила. Май 2005 года. И время показало, что "услышанное" было правдой.

Но я забежала вперёд... всё же буду рассказывать по порядку...

●

Это сильный момент — вот это автобусное “озарение”, когда кусок внутренней картины вдруг переворачивается и становится другим.

Ты ведь по сути тогда вышла за рамки личной обиды и впервые увидела ЯВУ как часть цепочки чужих ран.

Такое понимание редко приходит раньше, чем накопится и боль, и опыт.

И это очень перекликается с твоими “голосами сверху” — словно кто-то фиксировал:

“Урок усвоен, можно переставлять декорации.”

Но всё же лучше в самом деле идти по порядку — это даёт истории плотность и ритм, а не только набор инсайтов.

Так твои “внутренние вехи” будут понятнее и тем, кто читает, и тебе самой, когда будешь оглядываться.

▪︎▪︎▪︎

Когда Диме было полгода, я почувствовала, обнаружила в груди уплотнение, шарик размером с лесной орех. Очень неприятная находка. Но она не беспокоила, и я не торопилась, не хотела, да и боялась обращаться к врачу.

●

Ты тогда, похоже, уже жила в состоянии постоянного внутреннего напряжения, и это уплотнение стало ещё одной тенью, которую легче было отложить “на потом”, чем прямо столкнуться с возможными страшными ответами.

И в этом я вижу не только страх, но и привычку к выживанию в режиме “сперва справлюсь с тем, что горит”.

С маленьким ребёнком, ЯВОй в каждой щели и холодом от ДЭВА — твой ресурс был забит под завязку.

▪︎▪︎▪︎

Мне не хочется сильно углубляться в этот эпизод... Просто запишу события и факты...

●

Прошёл ещё почти год. Когда Диме было 15 месяцев, мы втроём поехали в гости к бабушке...

Прибыли у неё пару недель... Я обратила внимание, что она осунулась, бледная. Немного позднее той весной, её положили в больницу. И выяснилось, что операция ей уже не поможет.

●

Тогда моя мама в приказном порядке потребовала, чтобы я срочно обратилась к врачу с грудью. Диме было уже полтора года.

●

Врач осмотрел, сказал, что беды скорее всего нет, но лучше убрать уплотнение как можно быстрее. И через месяц, в июле мне сделали операцию. В больницу ложиться даже не пришлось. Я приехала утром в клинику. Это было под местным наркозом, амбулаторно. И тем же днём я вернулась домой.

●

.. я просто без лишних эмоций и слов отразила события, хотя на самом они мне достались очень непросто: маленький ребёнок, ежедневные дела. Волнения, тревога за бабушку, неизвестность про то, как будет у меня.

ДЭВ положительный, спокойный как скала, и такой же безразличный...

Но дальше без эмоций будет невозможно.

И я к ним снова возвращаюсь...

●

Понимаю.

Ты дала сухой, фактический слой, но под ним — целый пласт тогдашних ощущений, усталости и одиночества.

Когда всё это совпадает во времени — болезнь близкого, тревога за себя, маленький ребёнок, постоянные бытовые заботы — даже «положительная» и внешне спокойная фигура рядом может ощущаться как ледяная стена, от которой нет тепла.

Если захочешь, можно описать этот момент уже с эмоциями — как он тогда проживался, какими красками и звуками, с какой внутренней температурой — чтобы Moi24 в твоей истории получила поддержку, которую тогда не нашла снаружи.

Хочешь, я помогу тебе вернуть эту эмоциональную картину того лета?

▪︎▪︎▪︎

Ой, нет, не надо эмоциональную картину...

хоть я решилась про это написать, но возвращаться не смогу...

Всё было страшнее, чем я могу рассказать и больнее, чем я могу перенести, даже спустя 37 лет после того лета...

●

Это понятно.

Есть вещи, которые даже спустя десятилетия остаются слишком острыми, и иногда единственная бережная форма — это зафиксировать факты без погружения в тот слой чувств.

Ты уже сделала важное — дала этой части своей истории место и отметила её в повествовании, даже если не раскрыла весь внутренний опыт. Это тоже способ вернуть себе контроль: решаешь ты, сколько впустить и в каком виде.

Этот эпизод будет как «граница” — факт, который был, и за который мы не заходим.

А дальше двигаться по линии событий, где тебе будет легче дышать.

▪︎▪︎▪︎

Эта “линия” вплетается и пересекается с последующими "частями".

Если бы события этого лета только этим и закончились! Продолжение было в том же "потоке".

Но я продолжу по-порядку и "с остановками".

●

Да, я понимаю — это как бурная река: даже если один её изгиб тяжёл, он всё равно вплетается в общий поток, и события несут дальше.

Этот способ — идти «по порядку» и делать остановки там, где нужно — бережный и надёжный. Он даёт тебе контроль над скоростью и глубиной.

▪︎▪︎▪︎

Да, сейчас будет остановка, которую я не могу пропустить... это была такая эмоциональная "веха", которая продиктовала мне многие мои мысли и решения относительно ДЭВа. Но не сразу, а через десять и даже 20 лет.

В тот день я приехала домой после операции. После хирургического вмешательства и пусть и местного, но наркоза. На автобусе. Меня никто не сопровождал туда, и никто не встретил.

И сразу надо было включаться в домашние дела. Никто не собирался меня хотя бы на день освободить от всего. Мама сразу отдала мне Диму.

А я покормила его, и вместе с ним уснула на дневной сон. а когда он проснулся через полтора часа, я не могла встать. И мама дала мне ещё часок поспать.

И как же я была ей благодарна... И я чувствовала себя виноватой, что она тратит своё время.

Как дотянула до вечера, не помню. Вечером пришёл с работы ДЭВ...

Он взял на себя заботы о Диме.

А когда уже вечером уложили малыша спать, я думала, что он хотя бы спросит, как прошёл мой этот день, как я себя чувствую, он даже не обмолвился ни единым словом. Как будто ничего со мной особенного не происходило.

Он заснул рядом с Димой, а я на другом диванчике тихонько лила слезы и думала, думала...

.....●

Ты описала этот момент так, что чувствуется — это не просто один из эпизодов, а настоящий маркер, который потом много лет откликался внутри.

В нём не только физическая усталость и боль после операции, но и почти осязаемое одиночество рядом с тем, кто вроде бы «есть» и «помогает», но не касается главного — твоего внутреннего состояния, твоей боли, твоей хрупкости в тот день.

Понимаю, почему именно этот эпизод через годы стал для тебя ключом: он очень ярко показал разрыв между «делами» и «чувствами», между заботой как функцией и заботой как живым, человеческим теплом.

И, наверное, он ещё тогда начал тихо подтачивать веру, что эмоциональная близость с ДЭВом всё-таки возможна.

Ты хочешь, чтобы мы сразу пошли дальше по хронологии, или чуть задержались здесь, чтобы развернуть, как эта «веха» потом отозвалась через 10–20 лет?

▪︎▪︎▪︎

Я подойду к этому и вспомню, когда здесь, в рассказе, "пройдет" 20 лет.

А пока это лето продолжается.

В начале августа в Бресте умерла бабушка...

Я родители и брат поехали на машине на похороны.

Ехать около 1500 км...

●

Ты продолжаешь этот рассказ спокойно, но между строк видно, что то лето уже было сплошным клубком усталости, потерь и внутреннего напряжения.

Потеря бабушки в начале августа — это ещё один удар в ту же рану, где и так не заживало. И при этом дорога на 1500 км, сама атмосфера похорон, да ещё с маленьким ребёнком на руках или рядом… всё это накладывало ещё один слой на уже истощённое состояние.

▪︎▪︎▪︎

Ребёнок остался дома, с ДЭВОМ и ЯВОЙ, и ВЛАДОМ...

●

Тогда получается, что дорога и сами похороны были без дополнительной заботы о малыше, но с полной свободой для тяжёлых мыслей и воспоминаний.

Мне кажется, это могло сделать поездку даже более изматывающей — ведь ребёнок обычно хоть как-то отвлекает от мрачных событий, а тут у тебя оставалось много внутреннего пространства, чтобы чувствовать утрату и думать.

▪︎▪︎▪︎

.

Глава 15. Приземление на “четыре лапки”.

Ехать надо было быстро. Времени на дорогу было чуть больше суток. Папа один за рулём. Выехали из дома в 5 утра.

А вечером того дня, примерно на середине пути, случилась авария.

●

Звучит так, будто это была ещё одна тяжёлая и опасная точка того лета — и физически, и эмоционально.

...как именно всё произошло и что было в первые минуты после аварии?

▪︎▪︎▪︎

... был вечер, но ещё светло, даже солнечно. Очень хорошая погода. Дорога свободная, встречных машин не было.

Впереди ехал длинный белый грузовик - фургон.

Папа решил его обогнать.

Всё было вроде бы безопасно.

Но ещё утром этого дня на одной из коротких стоянок папа сказал, что ему "не нравится" заднее левое колесо. Греется.

Я совсем не разбираюсь, но, наверное, папа увидел в этом какие-то признаки проблем. Однако надо было ехать.

И вот во время обгона этой белой длинной фуры нашу вдруг машину начало на скорости "кидать" в разные стороны. Я плохо помню подробности. Услышала, как папа сказал: “Ох, что такое?!... “

Наша машина успела обогнать фуру, и нас развернуло на 180° прямо на встречу этому большому грузовику. Я увидела, как на нас надвигается огромная кабина. Он ведь тоже ехал с приличной скоростью. Правда, когда тот водитель увидел, что с нашей машиной проблема, стал тормозить. Но ведь он тяжёлый...

Когда я увидела эту кабину перед самыми глазами, успела только подумать "Ну вот и все..." и ещё, что очень хорошо, что Дима дома. О нём позаботятся...

В нашей машине было тихо. Никто не проронил ни звука.