Начало и Конец Тайвасти. Терпение - это оружие

Фарк медленно устроился в кресле, опершись локтем о подлокотник, а затем указал Гвиздо на стул напротив. Тот сел, но не в силах совладать с неотступающей дрожью в коленях.

«Кто ты?» — спросил Гвиздо, собрав всю храбрость в голосе, однако предательский скрип стула выдал его с головой.

Фарк чуть наклонил голову, словно вовсе не услышал вопроса. Гвиздо неуверенно сжал руки, будто пытаясь унять дрожь, и задумался — хочет ли вообще услышать ответ. Он поджал губу. Он убежал в тех трущобах. Просто убежал, как и много раз до этого. Неужели он даже не попытается? Гвиздо поднял голову.

«Та тайная встреча, этот... человек в костюме, — он сглотнул, но продолжил. — Сам Маршал Гвардии у порога, который тебя почему-то не арестовал. А ещё ты сказал, что идёшь выдвигаться в Лорды, а сам рыскаешь по трущобам!»

Фарк внимательно посмотрел на него, будто оценивая, сколько правды можно ему открыть.

«Я обеспечиваю себе тылы, — отчеканил карлик. — А тот человек, о котором ты сказал, — его имя Леонид. Летописец из Коалиции. Анонимное интервью. Я предоставил ему одну версию событий, недавно произошедших на окраине ПР на стройке».

«Коалиция? — Гвиздо наморщил лоб. — Те, кто записывает на бумаге всю историю Тайвасти?»

«Именно».

Гвиздо провёл пальцами по горячему лбу, массируя виски.

«Что ещё за события? Я об этом ничего не слышал. И ты... Так, ладно. А зачем ты сделал это интервью?»

«Коалиция щедро платит за информацию. Особенно от первых лиц. Когда придёт время, эта информация сыграет мне на руку. Оружие бывает разным, как ты понимаешь. Не только стальным».

Капля пота скользнула по щеке Гвиздо.

«Я начинаю тебя понимать. Месть, справедливость, политика... Но тогда... кто ты?» — в отчаянии развёл руками Гвиздо.

Фарк не ответил. Вместо этого он обвёл взглядом обшарпанные стены.

«А кто ты, Гвиздо?» — Гвиздо дёрнулся, будто его ударило током. — «Эта гостиница — не твоя. Она в запустении, а ты... ты не трактирщик. В тебе нет ни капли услужливости, лишь предпринимательская жилка и сноровка человека, который привык выживать. Ты прячешься здесь от чего-то...»

Фарк посмотрел на Гвиздо. Тот смотрел в пол, не в силах поднять взгляд. Фарк улыбнулся: Гвиздо сам выдал себя.

«Или от кого-то. Не так ли?»

Гвиздо замер. Проницательность карлика была пугающей. Он вытирал друг о друга вспотевшие ладони и кивнул, так и не проронив ни звука. Признать это вслух было равносильно тому, чтобы снова оказаться в том кошмаре, из которого он когда-то едва унёс ноги.

Фарк кивнул и поднял ладони.

«Мы все что-то скрываем. И это нормально. Мы можем быть полезны друг другу. В этом мире доверие — роскошь. Подумай об этом», — завершил карлик, отодвигаясь на стуле.

Фарк поднялся, но вместо того чтобы сразу уйти, задержался. Его пальцы скользнули по грубой ткани старого плаща, и на губах мелькнула едва заметная усмешка. Он засунул руку во внутренний карман.

«Оружие?» — мелькнуло в голове Гвиздо.

Но Фарк достал нечто иное — то, что зашуршало и поместилось в кулаке. Сложенный лист плотной бумаги. Развернув его, он молча положил перед Гвиздо.

«Деньги сейчас не менее важны. Знать им цену — мало. Нужно знать им меру. И понимать, на что их стоит тратить», — дополнил карлик, поправляя бумагу перед Гвиздо.

На бумаге был карандашный набросок, почти стёртый до дыр, но всё ещё читаемый. Это был эскиз костюма, кричащий о власти и статусе, которых Гвиздо никогда не видел в своих стенах. Ярко-красный плащ, ниспадающий драматичными складками. Красные перчатки и такие же элегантные сапоги. Чёрный ремень, резко контрастирующий с основным цветом и подчёркивающий строгость силуэта. И главный акцент — красная шляпа с белым верхом, венчающая весь образ, делая его одновременно элегантным и вызывающим.

Это был не просто наряд. Это была униформа для той роли, о которой Фарк говорил, — роли, претендующей на трон.

Гвиздо с недоверием скользнул взглядом по бумаге, и рука сама потянулась к ней в жажде провести пальцами по линиям. На мгновение ему показалось, что рисунок горячий. Его собственный страх, бизнес, тайны — всё это вдруг показалось мелким и незначительным рядом с маниакальным размахом планов, умещавшихся на одном листе. Парень всматривался в эскиз, где в углу было нарисовано лицо Фарка в красной шляпе, — эти глаза смотрели ему прямо в душу. Гвиздо заикнулся. Кто этот карлик, который в подполье пачкает руки грязными сделками, а в мечтах уже облачается в багрянец лордов?

«Это ты?» — Гвиздо едва успел указать пальцем на нарисованное лицо.

Фарк тут же ловко свернул эскиз, и его пальцы сами нашли в складках плаща истрепанную карту Дюловка. Он бросил на неё беглый взгляд, словно сверяясь с маршрутом, хотя Гвиздо заметил, что на карте не было ни одной метки. Тогда он перевёл взгляд на Фарка, набрал воздуха в грудь, и губы его едва двигались. Неужели карлик уже всё продумал? И сколько этот план существовал в его голове?

«Умей тратить, Гвиздо, — Фарк положил ладонь на карту, будто заряжая её энергией. — И вкладываться в правильные активы. Я даю тебе время подумать, Гвиздо безжалостный. И решить — по-настоящему», — бросил он на прощание и, не оборачиваясь, вышел из гостиницы, оставив парня в полной тишине.

Гвиздо остался сидеть, и в ушах у него звенело. Образ залатанного, неприметного карлика сливался с тем роскошным силуэтом с эскиза. И самое страшное было в том, что хозяин гостиницы уже не сомневался: этот человек не просто мечтает — он воплощает свои планы в жизнь, аккуратно и методично. Гвиздо вцепился рукой в грудь, пытаясь унять бешеный стук. Тишина после ухода Фарка была громче любого топота. Она давила мыслью, что он теперь, сам того не желая, стал одним из этих «активов».