Золотой конвой

– Фриц, Гюнтер, давайте этих двоих в кузов! – приказал командир. Дюжие парни забросили тела убитых в грузовик, и машина продолжила движение. Они свернули в лес, где их ждали остальные члены группы. Тела советских воинов бросили в овражек и прикрыли еловым лапником. Получив в свое распоряжение транспортное средство, группа Абвера отправилась по шоссе в сторону Михайловки, тщательно подбирая себе место для обустройства наблюдательного поста за дорогой. Спрятав автомобиль в лесу, немецкие солдаты позволили себе краткосрочный отдых. Охрана выставлена, наблюдатель контролирует дорогу с помощью бинокля. Если колонна не появится в течение двух дней, придется сниматься с этого места и подключать к поискам агентуру. Только Ганс чувствовал, что, конвой не успел их проскочить и находится где-то рядом. Разведчик с биноклем подал условный сигнал. Сердечко у обер-лейтенанта учащенно забилось. Он перехватил бинокль. Машины тентованные.

– Раз, два, три, четыре – насчитал Шнайдер. По данным разведки их должно быть больше. Может, отстали? Или попали под артиллерийский удар? Такого тоже исключать нельзя.

– Приготовились! – скомандовал старший группы. Его люди завели ЗИС и готовы были выехать из леса, когда наблюдатель снова стал подавать сигналы.

– Что такое? – нервничал Ганс, перехватывая из рук подчиненного бинокль. В головной машине явно ехал кто-то из командного состава, только форма больше смахивала на обмундирование РККА. Расстояние приличное, можно и ошибиться, да и мало ли что могло произойти в дороге? Хотя постой! Он переместил взгляд на второй грузовик и выругался. На брезенте просматривался красный крест.

– Тьху! Генрих, будь внимательней! Это же санитарные машины. Смотри на борта, – передал он обратно бинокль.

И вновь мучительное ожидание. Солнце перевалило полдень, когда Генрих позвал Шнайдера вновь. Теперь колонна насчитывала шесть грузовиков. Никаких красных крестов и впереди военный в фуражке с малиновым околышем. Больше смахивает именно на их конвой. Обер-лейтенант быстро вернулся во временный лагерь.

– Внимание, парни! Появилась наша колонна. Работаем по стандартной схеме проверки документов. Рядом со мной Фриц и Гюнтер, остальным разместиться так, чтобы сразу охватить всю колонну. Живыми никого не брать, разве, что водителей. Охрану уничтожаем. Смотрите не повредите автомобили. Они должны быть все на ходу. Я возглавляю колонну. При первом удобном случае сворачиваем в лес и маскируем транспорт. По прибытию можно будет избавиться от шоферов. Огонь открывать после моего выстрела. С Богом! – дал отмашку Ганс. ЗИС зарычал и с солдатами в кузове вынырнул из леса на обочину. Шнайдер требовательно жестикулируя руками, двинулся навстречу колонне. К счастью обер-лейтенанта шоссе было пустынным. Он еще не знал, что люфтваффе повредило переправу в Соловьево и на время прервало движение транспорта с правого берега Днепра. Неожиданно из-за колонны выскочил ГАЗ М-1 и сам остановился возле немецкого офицера. Такого поворота событий Ганс не ожидал. Из «эмки» вылез майор НКВД и два автоматчика, которые взяли под прицел Шнайдера. Майор махнул рукой колонне и та, промчавшись без остановок, продолжила свой путь. Руководитель диверсионной группы с тоской посмотрел вслед машинам. Он был так близок к своей цели.

– Товарищ старший лейтенант, ко мне! – скомандовал старший по званию. Немцы переглянулись, держа пальцы на спусковых крючках. Ганс одернул гимнастерку и приблизился к незнакомому офицеру.

– Старший лейтенант Смирнов, особый отдел 20 армии, – представился Шнайдер и протянул майору свои документы.

– 20 армия? Какого черта? – возмутился незнакомец. Такой поворот событий не смутил обер-лейтенанта.

– Товарищ майор, хотелось бы взглянуть и на ваше удостоверение, – подчеркнуто вежливо попросил диверсант.

– Не забывайтесь старший лейтенант! Не видите, с кем разговариваете?

– Как раз и не вижу, – поднял он руку, и его подчиненные направили оружие на троицу.

– Что это значит? – воскликнул майор.

– Меня отправили сюда для противодействия недавно замеченной диверсионной группе. Кто вы такие, я не знаю. Документов своих вы не показываете. В военное время это можно расценить как…

– Хватит лейтенант. Я понял, – оборвал его речь майор.

– Вот мои документы. О какой диверсионной группе идет речь? – хотел уточнить старший по званию.

– Харитонов Николай Яковлевич, начальник особого отдела, – Шнайдер прочитал вслух номер дивизии.

– Все верно, – подтвердил Харитонов.

– Вы находитесь в зоне действия моей дивизии, и ни о каких диверсионных группах мне не сообщали.

– Не могу знать, – спокойно ответил Ганс.

– Линии связи повреждены, а на радиочастотах сидят немецкие радисты и вносят еще большую сумятицу. Возможно, поэтому вам ничего неизвестно.

– Зато смотрю 20 армии Ершакова все известно. У себя они диверсантов ловить не хотят, а ко мне лезут. Это вас Иван Степанович направил? – спросил Харитонов. Его солдаты напряглись, и это Шнайдер сразу же заметил. Майор явно проверял его, и этот вопрос с Иваном Степановичем был провокационным. Возможно, и не существовало ни какого Ивана Степановича.

– Кто это? – состроив наивное выражение лица, спросил немец.

– Как кто? Ваш начальник особого отдела армии, – ответил Харитонов.

– А, Иван Степанович! Так нет у нас такого. Решили проверку устроить товарищ майор?

– Если догадался, то свой. Сейчас диверсанты в кого только не рядятся, – миролюбиво заметил особист, а сам при этом старался незаметно открыть кобуру с табельным оружием.

– Нас об этом тоже предупреждали, – улыбнулся Шнайдер. Его кобура была расстегнута до того, как он вышел на дорогу. Он повернулся к своим парням и подмигнул им.

– Уберите оружие! – громко сказал Шнайдер, опуская руку к пистолету.

– Так, как же зовут вашего начальника особого отдела? – прилетел ему в спину очередной вопрос майора. Ганс вытаскивая из кобуры «ТТ» быстро повернулся в его сторону.

– А это уже не важно! – прогремел выстрел, а за ним еще несколько. Его ребята правильно расценили полученный сигнал и действовали по обстановке. Майор и один из автоматчиков моментально осели на землю. А вот второй военный, все же успел полоснуть автоматной очередью в их сторону, прежде чем пуля оборвала его жизнь. Фриц воскликнул от боли, хватаясь за руку. Красноармеец оказался проворным парнем. Держа перед собой пистолет, Шнайдер двинулся к легковушке, в которой, обхватив руль руками, с широко раскрытыми глазами сидел водитель.

– Вышел из машины! – заорал обер-лейтенант.

– Не стреляйте! Я простой шофер! У меня дома трое детишек, – причитал мужчина.

– Выходи. Никто тебя стрелять не собирается, – успокоил его Ганс. Боец покинул ГАЗ М-1. Диверсант приставил ствол к его голове.

– Хочешь жить?

– Да, да, – пролепетал солдат.

– Я сделаю все, что скажете, только не убивайте! – молил мужчина.

– Сядешь за руль и поведешь машину. Ты знаешь, где здесь КПП?

– Конечно. Контрольно пропускной пункт ближайший в Михайловке, – сообщил водитель.

– Проведешь нас через него, – потребовал обер-лейтенант. Водитель утвердительно закивал головой.

– Как тебя зовут? – поинтересовался руководитель диверсионной группы.

– Ваня, – пискнул пленный.

– Запомни Ваня, если, что-нибудь будет не так, твои дети никогда не увидят своего отца.

Тот понимающе кивнул головой.

Главный диверсант спрятал пистолет.

– Шульц, сядешь за руль грузовика. Я и Гюнтер в головной машине. Остальные в кузове. Трупы сбросить в кювет.

Диверсанты обыскали покойников и, забрав документы и оружие, сбросили тела с дороги в ближайшие кусты.

– Ваня, поднажми. Мы должны догнать «золотой конвой», – попросил водителя Шнайдер. «Эмка» рванула с места, а за ней и ЗИС. Шансы догнать колонну у них были.

Они вырулили из-за поворота и тут Гюнтер доложил: « – Господин обер-лейтенант, самолеты!»

Ганс склонился к лобовому стеклу. В небе появились силуэты Ю-87. Эти самолеты невозможно было спутать с другими из-за неубирающихся шасси.

– Давай к лесу! – скомандовал Шнайдер. Легковушка насколько могла, прижалась к деревьям. На грузовике догадались о причине такого маневра и тоже приняли вправо.

– Все из машин! – закричал офицер, убегая под защиту сосен.

– Как не вовремя! – досадовал диверсант. «Штуки» обрабатывали кого-то впереди. Душераздирающий вой, и взрывы наполнили тишину леса. Группе Шнайдера повезло, что летчики не обратили своего внимания на новые цели. Дождавшись окончания налета, немцы хотели продолжить движение, но на пути их следования оказалась военная колонна, попавшая под бомбежку. Горящие остовы машин перегородили всю дорогу. Кругом трупы убитых военных, да плюс «Лаптежники» наделали воронок, так, что их движение явно задерживалось. Преследуемые сотрудники органов ГБ, получили реальный шанс оторваться от погони. Ганс выругался. Придется подождать, пока ему освободят дорогу.

Глава 5

Костик выжимал из своего ЗИСа все, что мог. Он пригнул голову и, держась за руль двумя руками, гнал машину по мосту. Бомбы падали в воду, обдавая всех тысячами мелких брызг. Сначала парень протаранил телегу, и теперь уже на самом мосту, умудрился столкнуть в воду брошенный хозяевами кабриолет. За ним явно охотились, потому-что фонтанчики пыли от пулеметных очередей самолета бежали следом за грузовиком уже после того, как он преодолел водную преграду. Он бросал автомобиль то в одну, то в другую стороны, чтобы хоть как-то не дать возможности вражескому летчику получше прицелиться. «Юнкерсы» истратив боезапас, ушли за облака. Его товарищи из конвойной бригады вырвались вперед, и теперь он пытался их догнать. Когда авианалет прекратился, Карпов приказал водителям остановиться. Лейтенант вышел из грузовика и устремил свой взгляд на реку. Мост разбомбили и теперь по обе стороны реки стояли горящие грузовики. Пять машин было вместе с ним, шестая под управлением Митюшина, догоняла колонну. А вот где остальные две, непонятно. Бойцы внутренних войск тоже покинули свои транспортные средства и смотрели в сторону Днепра. Костик остановился рядом с ними и спрыгнул на подножку ЗИСа.

– Молодец, Митюшин! – похвалил его лейтенант.

– Берите пример с красноармейца Митюшина. Боец не дрогнул в трудную минуту, и смог вывести автомобиль из-под вражеского обстрела.

– Только Митька Силаев не смог, – вытирая пот со лба, произнес Константин.

– Бомба попала прямо в машину, – пояснил водитель.

– А где же машина Храпача? – поинтересовался сержант Петренко.

– За мной шла, – признался Митюшин, возгордившись от похвалы Карпова.

– Так, где же она делась? – все внимательно смотрели в сторону переправы.

– Я ее последний раз на мосту видел, а потом, как жахнет! Сам не знаю, как вырулил. Пришел в себя уже на дороге, – оправдывался шофер, будто-бы он был виноват в исчезновении грузовика.

– Петренко, поезжайте и поищите лейтенанта. Если машина утонула, то может он сам в живых остался, – приказал Карпов. Сержант вернулся на полуторке к реке. Костик присел на подножку ЗИСа и, достав кисет с табаком, принялся крутить самокрутку. Табачный дым немного успокоил нервы. До второй дело не дошло, как вернулся сержант. Все ждали, что он скажет.

– Лейтенанта и водителя не обнаружил. Машина, скорее всего, ушла под воду. Может, конечно, кто и спасся, но я никого не встретил. Полуторка Силаева догорает на том берегу, – сообщил военный. Карпов снял пилотку, поминая погибших.

– По машинам! – последовала команда.

– Товарищ старший лейтенант, нам бы пожрать и выспаться, как следует. Сколько без нормального отдыха едем, – пожаловался один из парней. Остальные его тоже поддержали.

– Знаю, знаю, – отмахнулся лейтенант.

– В Михайловке отдохнем, – обещал офицер.

– Сколько до этой Михайловки еще пилить? – бурчали ребята. Карпов слушать никого не стал. Побурчали и разошлись. После того, как переправу подорвали, машин на дороге резко уменьшилось. После Соловьево начались леса. Шоссе петляло среди многолетних сосен и елок. Вот тут и решил сделать привал младший командир. Машины съехали в кювет и прижались к лесу, чтобы в случае появления авиации противника их невозможно было сразу обнаружить. Парни из внутренних войск покинули машины, чтобы размять ноги.

– Петренко, организуйте дозаправку автомобилей и выдайте бойцам сухой паек, – командным голосом приказал лейтенант. Сержант остался стоять на месте. Карпову пришлось повторить приказ.

– Товарищ лейтенант, – кашлянул Петренко в кулак.

– Провизия была в машине Храпача, а бензин у Силаева. Храпач утонул, а Силаева разбомбили, – озвучил неприятную новость сержант.

– Так, что получается, что у нас нет ни провизии, ни топлива? – дошло до лейтенанта.

– Так точно, – согласился военный. Водители навострили уши.

– Так, что теперь мы остались без жратвы? – недовольно загудели мужики.

– Я, что-нибудь придумаю, – отчаявшись, ответил начальник конвоя и достал карту местности.

– Отдыхайте пока, – не то попросил, не то приказал Карпов. Митюшин сплюнул под ноги.

– Если не дают жрать, то хоть посрать можно?

Сержант неодобрительно посмотрел в его сторону.

– Кто тебе мешает или леса мало?

Злой водитель отошел подальше и умостился под березкой. Сделав свое нехитрое дело, он вдруг заметил свежесрубленные лапы ели, которыми было что-то накрыто. Любопытство взяло верх. Костя поднял ветки и от страха отпрянул в сторону. В овражке лежало два тела убитых мужчин в армейском обмундировании.

– Сержант, сюда! – закричал Митюшин осипшим голосом. На его зов прибежали почти все ребята конвоя. Они обступили страшную находку. Петренко по-деловому, без всякого страха, перевернул тела. Ребята кавказской национальности, без каких-либо документов. Костику показалось даже знакомым лицо одного из них.

– Что это с ними?

– А ты не видишь? – жестко ответил сержант.

– Не было времени похоронить? – выдвинул версию Митюшин.

– Это другое, – уверенно ответил Петренко.

– Их зарезали.

После этих слов образовалась гнетущая тишина. Для тех, кто что-то не понял, Карпов пояснил: « Их убили диверсанты».

Водители переглянулись.

– Давайте по машинам. Уезжать отсюда надо, – сказал офицер, и никто с ним не спорил, даже о еде забыли. Конвой снова выскочил на шоссе.

Лейтенант высунулся в окно, чтобы свежий ветерок обдувал его голову. Он равнодушно смотрел на стену леса, когда заметил на обочине легковушку, возле которой толпились парни в форме народного комиссариата внутренних дел. Они ни как не отреагировали на грузовики, заглядывая под открытую крышку капота.

– Притормози! – попросил Карпов. Красноармейцы подняли головы в сторону остановившихся машин. Лейтенант закинул автомат за плечо и зашагал в сторону незнакомцев.

– Помощь нужна?

Из «эмки» вылез майор и с интересом посмотрел на тентованные грузовики и бойцов конвойных войск.

– Здравия желаю! – отдал честь лейтенант старшему по званию.

– Откуда ты такой взялся? – поинтересовался майор и показал парню свое удостоверение.

– Начальник особого отдела дивизии Харитонов.

– Лейтенант Карпов, – в ответ показал и свои документы Сергей.

– Из Смоленска мы.

– Успели, значит выскочить? Взяли немцы Смоленск, – констатировал факт начальник особого отдела.

– Что-то ценное везешь? – ради интереса спросил Харитонов. Лейтенант на какое-то мгновение задумался, а потом ответил: « Провожу эвакуацию активов Смоленского банка».

– Во как? Деньги везешь что ли?

– Всего понемногу. Деньги, золото, серебро.

– Хм. Ответственный груз. А почему охраны маловато?