Золотой конвой

Золотой конвой

Алексей Супруненко

© Алексей Супруненко, 2026

ISBN 978-5-0069-0018-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Капитан Баранов ничего хорошего от вызова к начальнику УНКВД по Смоленской области майору Клепову не ожидал. Он по привычке показал часовому у входа в управление свое удостоверение, хотя парень с винтовкой на плече, наверняка прекрасно знал кто он такой. Но, таков порядок и его нарушать капитан не собирался. В трехэтажном здании народного комиссариата внутренних дел царила суматоха. Сотрудники таскали во внутренний двор какие-то документы и сжигали их в металлической бочке. Он поднялся на второй этаж и вошел в приемную. Секретарь перекладывал в шкафу папки с делами. Увидев Баранова, он отложил свое занятие и указал капитану на дверь в кабинет начальника.

– Сергей Алексеевич ждет вас.

Приглашенный на разговор сотрудник ударил по деревянной поверхности двери костяшками пальцев и, не дожидаясь ответа, толкнул ее от себя.

– Разрешите войти? – остановился Баранов у входа. Хозяин кабинета, что-то писал за рабочим столом. Услышав голос гостя, он поднял голову.

– Проходите, Иван Семенович.

Клепов встал, направляясь к вошедшему мужчине.

– Вызывали, товарищ майор? – стоял по стойке смирно прибывший гость. Начальник управления доверительно полу обнял Баранова за плечи.

– Тут такое дело Иван Семенович, поступило распоряжение вывезти все активы Смоленского государственного банка в Москву.

В голове Баранова сразу же возник вопрос, почему так поздно? В слух он предпочел отмолчаться.

– Это дело я решил поручить тебе. Тебе будет выделено семь грузовиков, «Эмка» из резерва управления и отделение конвойных войск НКВД и два сотрудника. Оба молодые лейтенанты. Спросишь, почему конвойные войска НКВД, а не наши сотрудники? Все банально просто. В нашем гараже осталось две поврежденные при бомбежке полуторки. Остальные на выезде. Горько признать, но даже машин на выполнение важного правительственного поручения найти не смогли. Пришлось обращаться за помощью к товарищам из смежного управления. Они с радостью пошли нам навстречу, не без помощи Москвы, – криво усмехнулся Сергей Алексеевич.

– Видать им в столице крепко наступили на хвост, что не только грузовики выделили, но и свой конвой. Ты понятное дело, будешь старшим и с тебя спрос, – обрисовал ситуацию хозяин кабинета.

– Моя задача? – четко поинтересовался капитан.

– Да ты присаживайся, – указал Клепов на место за столом.

– Задача простая и в тоже время сложная. В банке хранятся золотые и серебряные монеты, слитки драгоценных металлов, ассигнации, векселя. Сам понимаешь, как они важны для государства. Сейчас каждая копейка на счету, а тут явно не копейка. Твоя задача получить груз и доставить его в Москву. Осложняется все тем, что Смоленск почти в кольце. Дороги забиты беженцами и войсками. В области активизировалась вражеская агентура и диверсионные группы. Наши спецы запеленговали несколько радиопередач. Пока расшифровать не удалось, но это плохой знак. Враг многое отдаст, чтобы заполучить такой груз. Такое задание, я мог поручить только опытному сотруднику.

– Может, стоит увеличить охрану? – поинтересовался Баранов.

– Я и так отдал тебе все, что смог. Видишь какая ситуация на фронте? Враг вот- вот ворвется в город. Здесь каждый боец дорог.

– Я понимаю вас, – ничего не оставалось капитану, как согласиться с начальником управления.

– Отправишься по старой Смоленской дороге. Так безопасней. В Дорогобуже заправишься. Я позвонил начальнику милиции, и он обеспечит тебя горючим. Вот тебе сопроводительные документы. Запомни самое главное, груз ни при каких обстоятельствах не должен достаться врагу.

– Я сделаю все, что в моих силах, – заверил начальника капитан.

– Вот и отлично. Зайдешь к начальнику третьего отдела Бобченко, и он проинструктирует тебя насчет машин и личного состава, – закончил разговор Сергей Алексеевич. Баранов поднялся, козырнул и поспешил выполнять приказ. Бобченко от своего имени обрисовал Ивану Семеновичу сложившуюся ситуацию, и дал четкие инструкции где, с кем и как. От управления он поехал в сторону банка на выделенной ему в распоряжение «эмке». Здесь уже стояли грузовики и два молодых лейтенанта препирались с сотрудником банка, который не хотел начинать погрузку без надлежащих на то документов. Иван Семенович предоставил все необходимое и процесс начался. Лейтенанты хоть и молодые, но шустрые. Они быстро организовали погрузку, заполненных имуществом банка ящиков в грузовики, привлекая при этом к работе не только красноармейцев, но и самих сотрудников банка. Директор строго вел учет всех коробок и ящиков, что-то отмечая у себя в документах. Иван Семенович подошел к нему поближе, интересуясь результатами учета.

– Первыми идут золотые и серебряные слитки и монетная чеканка. Затем будут денежные знаки, векселя и ценные бумаги, – пояснил сотрудник учреждения специфику погрузки. Судя по тому, как тихонько матерились бойцы, груз был не легким. Баранов прошелся вдоль машин, заглядывая в тентованные кузова.

– Товарищ капитан, разрешите обратиться! – появился перед ним военный.

– Кто такой? – строго спросил Баранов.

– Красноармеец Митюшин, водитель ЗИС-5, – представился военный.

– Чего тебе?

– Товарищ капитан, перегруз идет, – кивнул парень на колеса грузовика.

– Потеряем скорость и не ровен час, скат стрельнет. Замена время заберет, а останавливаться в пути не желательно. У фрица авиация лютует. Может накрыть колонну.

– Молодец! – похлопал его по плечу начальник конвоя.

– Лейтенант Карпов, – подозвал Иван Семенович к себе младшего по званию командира.

– Проверьте все транспортные средства на предмет отклонения от заявленной грузоподъемности. Допускаю отклонения в большую сторону, но не критические, – отдал распоряжение капитан. Следующим, кто попался ему на глаза, был старшина Борисенко.

– Что у нас по ГСМ?

– Полные баки. Взяли дополнительные емкости. Погрузили в третью полуторку. У всех комплект боеприпасов. Выбил у интендантов и харчей в дорогу, – доложил о подготовке к движению старшина. Баранов остался доволен. Красноармейцы, попавшие под его командование с виду бывалые. Старшина на своем месте и лейтенанты смышленые. Один только факт того, что Карпов и Храпач имели при себе автоматы, говорил о многом. Такое оружие пока было редкостью, а тут сразу два ППД. Он отошел в сторонку и закурил. Канонада не утихала. Немец уже вовсю бил по городу и с погрузкой стоило поторопиться, чтобы самим не попасть под артналет. По улице нестройными рядами двигалась рота ополченцев. Одеты мужики, кто, во что горазд и оружие далеко не у всех. Ветер гнал им под ноги ворох каких-то бумаг. Сейчас многие учреждения уничтожали рабочую документацию и не все утруждали себя сделать это с помощью огня. Баранова привлек текст, набранный крупным шрифтом на одном из листков. Капитан подобрал бумажку. Оказалась фашистской листовкой, призывающей сдаваться доблестному вермахту. Семенович с омерзением скомкал листовку и выбросил подальше. Грохоча по мостовой деревянными колесами, промчалась мимо телега, в которой сидели женщины и дети. Детишки из-за спин матерей, с любопытством рассматривали военных, занятых погрузкой ящиков. Одинокие прохожие, прижимаясь ближе к стенам домов, быстрым шагом спешили проскочить подальше от скопления машин. Из ближайшей верхней улочки вынырнул легковой ГАЗ-М-1 и медленно стал спускаться к банку. Даже через-чур медленно, для такой обстановки. В нем сидело несколько человек одетых в штатское.

– Наверное, какие-то сотрудники одного из многочисленных учреждений Смоленска, спешили покинуть город, – подумал капитан, провожая взглядом машину. Мужчины в шляпах с широкими полями, закрывающие их лица внимательно смотрели на военную колонну, стоящую у банка. Этот нездоровый интерес, а еще странным образом замазанные номера легковушки, показались Баранову подозрительными. Не зря ему в третьем отделе говорили о диверсантах. Проверить бы этих мужиков, так времени нет. Тут еще начал верещать директор финансового учреждения. Карпов отказался забивать кузов грузовика мешками с облигациями.

– Все хватит! Куда тут еще грузить? Нам столько километров ехать, а вы забиваете фургон под завязку, – ругался он с толстяком из банка.

– Позвольте, а что мне с ними делать? Вас для чего прислали? Чтобы вывести все ценности? Тогда потрудитесь не перечить, – наезжал начальничек на молодого сотрудника органов.

– Что тут такое? – подошел к ним Иван Семенович.

– Гражданин капитан, ваш подчиненный отказывается грузить мешки с деньгами, – пожаловался мужчина.

– Не куда их грузить, – стоял на своем Карпов.

– А, что прикажете мне делать? У меня задача вывезти ценности.

– Я не знаю, что вам с ними делать, но лишнего я брать не собираюсь. Машины и так перегружены, – вступил в полемику Иван Семенович.

– Тогда пусть вам дадут еще автомобили, – не сдавался банковский работник. Его простой взгляд на сложные вопросы начинал бесить Баранова.

– Почему вы раньше этим не занимались? Чего ждали? Когда немец в город войдет? – выразил свое неудовольствие капитан.

– Я такой – же, как и вы, и действую по разнарядке. Почему об этой проблеме забыли старшие товарищи, мне неизвестно.

– Привыкли жить по указаниям. Ни какой инициативы, – сетовал Иван Семенович.

– Инициатива бывает, наказуема, – напомнил ему директор банка прописную истину.

– В том то и оно, – вздохнул особист.

– Товарищ капитан, сюда едет лимузин и грузовик, – доложил один конвойный. Машину первого секретаря обкома он и банковский чинуша, узнали сразу. Приметная машина.

– Будет, кому пожаловаться, – довольно потер руки служащий государственного учреждения. Автомобили остановились напротив них. Из легковушки вышел первый секретарь Смоленского обкома ВКП (б) Дмитрий Иванович Попов.

– Хорошо, что тебя застал, – пожал руку партийный работник капитану и директору банка. Баранов собирался взять под козырек, но понял, что это ни к чему.

– Сергей Алексеевич сказал, что поручил эвакуацию ценностей проверенному человеку. Коль он так тебя ценит, то и я решил просить об услуге, – высоко оценил морально-деловые качества Баранова первый секретарь. Иван Семенович ждал продолжения. Какая еще услуга понадобилась партийному руководителю области?

– Немец уже на окраинах Смоленска, а мы полностью не успели вывезти областной архив ВКП (б). Кое-что отправили в Москву, что-то просто сожгли, но остались еще документы, которые следует передать в ЦК.

Баранов посмотрел в сторону нового грузовика.

– Правильно мыслишь, – перехватил этот взгляд Дмитрий Иванович.

– Я думаю, мой грузовик будет тебе не помехой. Одним больше, одним меньше. Документы важные и нельзя допустить, чтобы враг их захватил.

Что тут скажешь? Не станет же перечить Баранов первому секретарю обкома?

– А я вот, как раз и хотел поговорить насчет грузовика, – встрял в разговор директор банка.

– Что ты хотел сказать Петр Ильич? – повернулся в его сторону секретарь.

– Ваш капитан отказывается брать векселя и денежные знаки. Мне нужна еще машина.

Попов ждал, что ответит начальник конвоя.

– Машины уже перегружены. Мы потеряем ход и станем легкой добычей для «юнкерсов». Наше преимущество скорость и маневр. Если будем перегружены, то потеряем, то и другое. Машины не новые, могут не выдержать нагрузки, – настаивал на своем Иван Семенович.

– Но не оставлю же я в банке наличность? – возмущался Петр Ильич.

– И много ее у тебя? – размышлял над решением проблемы Попов.

– Прилично. Вся упакована в мешки. Описи, печати, как полагается.

– Сожги, – неожиданно распорядился первый секретарь.

– Как сжечь? – опешил директор.

– Это же деньги!

– Я понимаю. Только капитан прав. Золото и серебро важнее. Бери капитан по максимуму, а остальное уничтожьте, – приказал Попов.

– Но так нельзя! – не понимал Петр Ильич такого решения.

– Не оставлять же деньги врагу? Составишь акт, и я подпишу. Только поторопись. Немец со дня на день будет в городе. Поспеши капитан. Вот тебе бумага для Москвы. Здесь все сказано, кому и что надлежит передать, – отдал Дмитрий Иванович красную папку Баранову в руки. Больше задерживаться не стал. У него была еще масса неотложных дел.

– Закончить погрузку! – приказал Баранов и эту команду повторили лейтенанты.

– Кто со мной ехать будет? Или тоже красную папочку передашь? – иронично спросил он у Петра Ильича. Тот недовольно фыркнул.

– Поедет мой заместитель. У него будут все описи ценностей.

– По машинам! – зычно крикнул капитан. Военные засуетились.

– Эй, сержант! – подозвал Баранов к себе мужчину со знаками различия, соответствовавшие сержантскому званию.

– Сержант Петренко! – представился мужчина.

– Петренко, бери под свой контроль обкомовскую полуторку, – распорядился Иван Семенович. Сержант козырнул и побежал к нужному автомобилю. Начальник конвоя подозвал к «эмке» своих младших командиров.

– Здесь, – он показал красную папку, переданную ему первым секретарем обкома.

– Сопроводительные документы к партийному архиву, находящемуся в полуторке. Машина идет с нами. Груз считать таким же важным, как и золото. При угрозе захвата, уничтожить. Маршрут следования по старой Смоленской дороге до Вязьмы. Дальше по минскому шоссе до Москвы.

Он достал планшет с картой и показал командирам направление движения.

– Почему по старой Смоленской дороге, а не по Минскому шоссе, так ведь быстрее? – поинтересовался Храпач.

– По нашим данным шоссе уже перерезано. Остается только эта дорога. В Дорогобуже заправка. Ее обеспечит начальник милиции. Он уже предупрежден. В Вязьме, возможно, будут дополнительные инструкции.

– Товарищ капитан, а зачем вы нам это рассказываете, вы ведь начальник конвоя, – не понял такого откровения Храпач.

– Каждый в нашей группе должен знать свою задачу. Наша с вами задача, довести колонну до Москвы и не допустить попадания груза в руки врага. В случае если со мной что-то случиться, вы должны продолжить ее выполнение. Старшим после себя назначаю лейтенанта Карпова.

– Есть! – отдал честь Сергей.

– Хочу предупредить, что по сведениям разведки в области работают несколько диверсионных групп и имеется агентурная сеть противника. Лишнего нигде не болтать и быть предельно внимательными. Если они пронюхают о нашем конвое, то мы можем стать предметом охоты. Я возглавляю колонну. Со мной старшина и представитель банка. В первой машине идет лейтенант Карпов, замыкает лейтенант Храпач. Обкомовскую машину поставьте в середину колонны. Все понятно?

– Так точно! – хором ответили лейтенанты. Появился и обещанный заместитель. Невзрачный человечек, чертами лица напоминающий крысеныша. Он держал в руках коричневый портфельчик и заискивающе улыбался. Улыбочка натянутая, не искренняя. Банковский клерк забрался на заднее сидение авто и вел себя словно мышка. «Эмка» пустив из выхлопной трубы сизый дымок, рванулась вперед, увлекая за собой всю колонну грузовиков.

Директор банка едко улыбнулся удаляющимся грузовикам, а затем повернулся к своим рабочим.

– Три мешка бросьте в мой автомобиль, а остальные сжечь! – прикрикнул мужчина на своих подчиненных. Пора и ему бежать из этого города, пока еще не поздно.

Из Смоленска выскочили, когда начинало смеркаться. На дороге все еще попадались беженцы, желающие вырваться из городской ловушки. Передвигались остатки каких-то воинских подразделений и санитарные машины. Колонна, с включенными фарами покинув окраины областного центра, выехала на старую смоленскую дорогу. Встречного транспорта почти ноль. Обогнали парочку повозок и втянулись в лесной массив. Здесь стало по понятным причинам еще темнее. Фары «эмки» прощупывали лучами света передний путь для всей колонны. И тут в свете фар появились военные с красными повязками на руках.

– Комендантский патруль? Так далеко? – удивился Баранов. Красноармейцы стояли возле легковушки с замазанными грязью номерами. От группы военных отделился мужчина с петлицами старшего лейтенанта на форме, и подал знак рукой на остановку транспортных средств. Водитель Баранова притормозил. Капитан открыл дверцу и, выйдя из машины, зашагал в сторону неизвестных. Старшина Борисенко достал из кобуры револьвер, будто-бы почувствовав что-то неладное. В этот момент в глубине остановившейся колонны в ЗИСу Митюшина, копошился боец конвойной роты Хабибулин. Он шарил по кабине в поисках одному ему известной вещи.

– Что ты потерял? – недовольно спросил Константин.

– Звездочку с пилотки, – пожаловался парень.

– Брось. Потом найдешь. Лучше посмотри, в чем заминка, – попросил водитель. Боец внутренних войск недовольно засопел и шагнул на подножку. Тут и грохнул выстрел, а за ним второй, третий. Митюшин моментально вылетел из кабины и от страха залег за колесо. Его карабин, так и остался в ЗИСу. Перестрелка быстро набирала обороты. Бойцы сопровождения груза, палили в темноту ночи. По вспышкам из-за деревьев можно было определить, что нападавшие устроили им засаду, разместившись по обе стороны дороги. Когда в дело вступили автоматы Дегтярева, ситуация поменялась в пользу парней из народного комиссариата внутренних дел. ППД прошлись свинцовыми струями по ближайшим кустам. В ответ пальнули пару раз и все стихло. Машины, урча моторами, стояли одна за другой, освещая своим светом часть безлюдной дороги. Самое время забрать из кабины карабин. Он придал Митюшину некоторой уверенности.

– Сержант Петренко, возьмите двух бойцов и проверьте правую обочину, – послышался командирский голос Карпова.

– Есть, – раздалось у Константина за спиной. Митюшин обернулся и увидел сержанта.

– Пойдешь со мной, – приказал Петренко.

– Так, я же водитель, – хотел избежать такой роли Костик, но Петренко ничего не хотел слышать. С опаской Митюшин вышел из-за капота машины следом за сержантом. Карабин держал наизготовку. Справа от его грузовика в луже крови лежал Хабибулин. Костя переступил через труп и побежал к лесу, стараясь выйти из полосы света. Среди деревьев стало не по себе. Мало ли откуда могли пальнуть. Прикрываясь стволами деревьев, провели разведку. Нашли в кустах одного убитого и больше никого. Когда вернулись, лейтенант Карпов стоял возле их легкового ГАЗ М-1. «Эмка» была изрешечена пулями, и в ее салоне уткнувшись головой в руль, сидел убитый водитель и на заднем сидении распластался с револьвером в руке старшина Борисенко. От места, где стоял фиктивный комендантский патруль, возвращался Храпач с несколькими красноармейцами.

– Что там? – коротко спросил Карпов.

– Два трупа. Документов нет. Машина сумела скрыться. Капитан Баранов мертв.

Андрей Храпач протянул Карпову планшет капитана.

– Что будем делать? – немного растерянно задал вопрос лейтенант.

– Командование беру на себя, – уверенно ответил Карпов. С этим никто не перечил. Все ждали четких указаний.

– Задача остается прежней. Трупы убрать с дороги. Личные документы изъять.

– Мы, что бросим их здесь? – удивился Андрей.

– Что ты предлагаешь? – резко спросил молодой лейтенант, принявший на себя командование.

– Надо в управление сообщить и похоронить погибших, – не совсем уверенно заявил Храпач.

– Может нам вернуться? – с издевкой произнес Сергей.

– Если мы попали в засаду к бандитам, то полбеды, а если это диверсионная группа Абвера? Баранов нас об этом предупреждал. У нас нет времени на захоронение. Пусть капитан нас простит. Он бы и сам так поступил. Тела оставить на обочине. Продолжаем движение. Андрей, сантименты в сторону, это война. Теперь мы с тобой ответственные за груз. Остаешься замыкающим. Я еду в головной машине. Понятно?

– Понятно, – процедил сквозь зубы Храпач.

– Что будем делать с банковским работником? В машине его не оказалось, а все сопроводительные документы к грузу у него, – обозначил еще одну проблему Храпач. Его товарищ долго думать не стал.

– Искать мне его не когда. Кому надо, примут по факту. Наша задача добраться до Москвы. По машинам! Продолжить движение!

Митюшин лично оттащил с дороги Хабибулина, забрав его документы и оружие. Колонна, оставив у расстрелянной «эмки» тела погибших воинов, продолжила свой путь.

Глава 2

Причину своей головной боли Владимир узнал из включенного в машине радиоприемника. Оказывается, метеорологи предупреждали о магнитной буре, которая возможно продлится в течение нескольких дней. Его организм всегда реагировал на подобные природные изменения и теперь ничего хорошего ждать не приходилось. Ему повезло, что эта напасть приключилась в конце рабочего дня. Он припарковал своего старенького «Опеля» напротив цветочной клумбы в их дворе. Это место он отвоевал у соседа из первого этажа, после долгих споров, и теперь нигде, кроме, как у клумбы, не парковался. Прихватил с собой портфель, в котором Владимир носил канцелярские принадлежности, иногда деловые бумаги и тормозок, приготовленный заботливой женой. В офисе своей фирмы Кузнецов предпочитал обедать не в кафе, как зачастую делали молодые сотрудники, а в специально отведенной для этого комнате, и только продуктами, которые ежедневно готовила для него Ольга. Контейнеры с разными блюдами, Оля, как и полагается женщине из Донбасса, называла тормозком, чем всегда вызывала добродушную улыбку у Владимира. Сколько они живут в Смоленске, а Олька все переиначивала на донецкий лад. Тещины гены, и с этим ничего не поделать. Едва он переступил порог квартиры, как жена сразу-же поняла, что с мужем, что-то не так.

– Проблемы на работе? – поинтересовалась Ольга, забирая из его рук портфель.

– Да, нет, – поспешил заверить ее Владимир, снимая туфли, и надевая домашние тапочки.

– Гидрометцентр предупредил о магнитных бурях и у меня просто раскалывается голова, – признался Кузнецов. Не успел он выйти из ванной, как жена стояла с таблеткой цитрамона и стаканом воды. Какая она у него все-таки обходительная! Никогда не жалел, что судьба свела его с Оленькой. Пока женушка возилась на кухне, готовя ужин, Владимир устроился на диване и включил телевизор. Первый канал предоставил его вниманию художественный фильм «Обоз», о команде девушек во главе со старшиной, которые доставляли во время войны спирт на передовую.

– Что это тебя на военную тематику потянуло? – прощебетала жена, заметив, что смотрин Володька.

– Люблю фильмы о войне и актеры здесь ничего, – ответил, не оборачиваясь Кузнецов.

– Говоришь, голова болит, а сам на девок пялишься, – пошутила Олька.

– Иди ужинать, – пригласили мужчину. Владимир досмотрел фильм, ровно до второй рекламы. За столом Олька, как обычно, рассказала парочку сплетен, со своей работы и Володя поделился новостями из офиса. Потом он досмотрел фильм и поплелся в спальню. Цитрамон помог, но ненадолго. Мужчина рассчитывал пораньше лечь спать, пока головная боль не вернулась с новой силой. Натянул пижаму и умостился на кровати спиной к жене, чтобы свет от торшера, который горел у ее изголовья, не мешал ему заснуть. Оля любила перед сном почитать книгу, и сегодня тоже соблюдала сложившуюся традицию. Владимир немного поворочался и закрыл глаза.

Из приятной неги его вывел сильный удар. Такое чувство, словно автомобиль влетел в глубокую яму. Весь вопрос, какой автомобиль? Глаза автоматически открылись. Кругом ночь и он сидит в какой-то деревянной коробке со стеклянными бортами. Нет, это даже не коробка, а кабина. Кабина машины. Это можно понять по гулу мотора и узкому лучу света от фар. Лоб зудел от удара. Он приложился головой в лобовое стекло, если его так можно было назвать. Скорее оно было похоже на раму в каком-то курятнике, чем на лобовуху. Все сделано из дерева, наспех окрашенного в зеленый цвет. Сидение жесткое и неудобное. Обескураженный Володя повернул голову влево и встретился взглядом с перепуганным водителем, одетым в армейскую гимнастерку старого образца, с красными петлицами на вороте. Сон настолько реалистичен, что он чувствовал одним местом каждую ухабину на дороге, под колесами этого грузовика. С рессорами у машины были явно нелады. Водила, заорал, что-то нечленораздельное и нажал на тормоза. Кузнецов вторично совершил таран головой, благо оба удара пришлись на деревянную раму, и стекло осталось целым. Военный метнулся в кювет. Сзади засигналили. Теперь Владимир догадался, что его машина находилась в составе колонны. Впереди идущий грузовик, задний борт которого находился в свете их фар, сбавил ход. Таких реалистических снов Володька не видел никогда. Сквозь брошенную открытой дверцу кабины, мужчина видел водителя, орущего благим матом и тыкающего пальцем в его сторону. В свете их фар появился военный в фуражке с синей тульей и малиновым околышем. Через плечо портупея, а на правом боку кобура с пистолетом, а в руках автомат с дисковым магазином.