Серый

На обложке две фигуры, они обнимались, растворяясь друг в друге. В голове всплыла поездка к Сергею. Их поцелуй. Я потянулся к ней сзади, чтобы обнять. Она вскочила резко, будто обожглась. Книга с глухим стуком упала на пол. На секунду в ее лице мелькнуло что-то чужое, напряженное — и тут же исчезло.

— Ты сегодня раньше. Сейчас разогрею ужин.

Она прошла мимо и скрылась в дверном проеме. Сердце тяжело билось в груди, словно я только что совершил ошибку.

Через пару минут раздался писк микроволновки и я прошел на кухню. Ангелины уже не было. Я не следил за временем. Сидел на стуле и ковырял ложкой пустую тарелку.

Когда вышел — увидел сына. Он сидел на полу, нахмурив брови. Собирал пазл. Детали разложены неровным кругом, он сосредоточенно перебирал кусочки, примеряя их друг к другу.

Я опустился рядом и взял в руки коробку, чтобы помочь. Мы работали слаженно, передавая друг другу детали, поворачивали, искали совпадения. Картина постепенно вырастала – фрагмент за фрагментом.

Я обнаружил, что кусочек в руках не подходил. Не вписывался: цвет не тот, линия ломала рисунок. Видел, но все равно с усилием вставил ее рядом. Картина поменялась. Продолжал собирать, несмотря на образец. Серые фрагменты переплетались, контур закручивался, орнамент складывался в спираль. Смотрел на результат с интересом. Будто в этой странной картине было что-то завораживающее. Я не мог оторвать глаз.

Сын посмотрел на упаковку и нахмурился.

— Неправильно.

Его голос дрожал. Во взгляде отражалась обида и непонимание. Он грубо пнул коробку и убежал к маме.

Я остался сидеть на полу. Руки застыли, не в силах разобрать абстрактный узор. Всматривался, будто надеясь, что исходная картинка изменится. Но все оставалось прежним.