Сферотехник-4. Свет в конце

– Ты как? Всё хорошо? Вот и умница. Погоди, не реви, сейчас…

Он отстранился и полез во внутренний карман тёмно-серой форменной куртки. Кеара зажмурилась, поморгала, пытаясь спрятать слёзы, и украдкой вытерла каплю со щеки.

– Во-о-от, держи. Там, конечно, больше рисунков, его на пинках не заставишь более-менее связный текст изобразить…

На свет показался толстый конверт из плотной сероватой бумаги. С левого края остались отпечатки чьих-то пальцев, справа уголок был чуть надорван. Кеара взяла его в руки – тёплым он был потому, что прятался под курткой, а пульсация ей совершенно точно почудилась, но она целую секунду готова была поверить, что письмо живое. Хотелось открыть его немедленно, но правила вежливости требовали хотя бы поздороваться. К тому же, конверт останется, а люди уйдут – а ведь нужно успеть с ними поговорить!

– Д-добрый день.

Майор Муэрро даже с букетом роз выглядел суровым и, пожалуй, страшным – хотя верить всему, что рассказала о нём Джания, Кеара не собиралась. Строгий взгляд странно светлых глаз, казалось, просканировал её от макушки до пяток, а потом плотно сжатые губы дрогнули, выпуская улыбку, вежливую и будто бы усталую.

– Добрый день, дана Кеара. Вы позволите?..

Он кивнул на что-то за её спиной. Обернуться Кеара не успела – Фин поймал её за локоть и аккуратно отодвинул с прохода.

– Не будем мешать. Кир, мы вон там, ладно?

Не дожидаясь ответа, он подхватил корзину с сорняками и поволок Кеару по тропе. Она сунула конверт в карман и обернулась на ходу – майор стоял над плитой, опустив голову, и в пришедших от Джании эмоциях раздражение мешалось с сочувствием.

Фин, не останавливаясь, продрался сквозь узенький проход между кустами боярышника к небольшой полянке с единственной скамейкой. Кеара едва успевала прикрывать лицо от веток, одна всё же вцепилась в косу и больно дёрнула.

– Эй! Да стой ты уже!

– Стою, – Фин действительно остановился, развернулся и уронил корзину. – Но ты не представляешь, какой у Кира слух. Вот если бы дана ведьма пожелала, чтобы мы могли говорить свободно…

Джания серебристо рассмеялась – судя по тому, как Фин скривился, он тоже её слышал. Кеара передёрнула плечами, села на край скамьи и принялась выпутывать из волос обломок ветки.

– Змей с ней. Рассказывай.

– Вообще-то, я хотел сперва узнать, как тут у тебя дела. Мне же, как ты понимаешь, по возвращении отчитываться, и если я не предоставлю достаточно полной информации, меня и побить могут…

– Хочешь, побью прямо сейчас?

Он хмыкнул, огляделся и сел рядом.

– Ладно. Государственный тайны я выдавать не уполномочен, это Кир расскажет, но если коротко…

Даже в кратком изложении история экспедиции выглядела жутковато. Монстры, призраки, останки айринга, дикая магия… Воспоминания о зимнем путешествии ожили с новой яркостью, а при упоминании Магистра Кеара поймала себя на том, что дрожит и безостановочно перебирает порядком растрепавшуюся косу. Собственные страхи отражались в эмоциях Джании – раздражение, злость и тоже страх…

– Он всё-таки жив.

– Похоже на то. Кира он хорошо так потрепал, его вообще чудом сюда отпустили, нас такая охрана на выходе ждёт… – Фин поджал губы, вздохнул и признался: – Ильнар хотел приехать, правда. Но его скорее всего не выпустили бы оттуда – или, что вероятнее, не отпустили бы потом туда. Заперли бы снова и дело с концом. Император вроде как одобрил эту его затею, но те, кто предпочёл бы под шумок избавиться от проблем, всегда найдутся.

– Затею? Какую?

Фин ухмыльнулся и прихватил её за плечи.

– Тебе понравится. Но с этим, пожалуй, тоже к Киру, а то наболтаю лишнего. К тебе-то вопросов нет, а вот дана ведьма…

– Дана ведьма, разумеется, самое злостное зло в этом мире, – усмехнулась Джания, проявляясь в проходе между кустами. – В этом почему-то уверены даже те, кому ведьма спасла жизнь, причём три раза. – Она в одно мгновение переместилась ближе, наклонилась, нажала Фину на нос кончиком пальца. – Не нарывайся, мальчик.

Тот не отшатнулся, но Кеара ощутила, как дрогнула лежащая на плече рука. Фин прижал её к себе чуть крепче, поймал взгляд, быстро улыбнулся, замер, продолжая вглядываться ей в глаза…

…У него глаза цвета крепкого чая, радужка вспыхивает янтарными искрами в глубине и темнеет к краю, а ресницы короткие и густые, чёрные-чёрные, и губы чуть приоткрыты, и почему-то ужасно сложно отвести от них взгляд, и они всё ближе…

Она первой сообразила, в чём дело, и с силой отпихнула Фина от себя. На его лице сперва отразилось недоумение, потом – понимание. Он поспешно вскочил, запнулся о корзину, едва не полетев на землю, Кеара вцепилась обеими ладонями в край скамейки и уставилась в землю, пытаясь выровнять дыхание. Щеки горели, губы вздрагивали, хотелось не то материться, не то визжать без слов.

Змеева ведьма, ну зачем такое делать?!

– Это… – Фин глубоко вздохнул, дрожаще выдохнул, – было подло. Я уже говорил, дана ведьма, что я не предатель. Оно, конечно, за двести лет можно и склерозом обзавестись, но уж вам-то должно быть стыдно пытаться сводить девушку с человеком, которого она не любит.

Джания снова засмеялась, по полянке прошла волна холода.

– Так-таки не любит? Знаешь, Таро тоже говорил, что Лейро интереснее и моложе, – голос ведьмы звучал певуче, игриво, но Кеаре стало страшно. – Говорил, что любит брата и желает ему счастья. Говорил, что делить одну женщину на двоих нечестно и неправильно, что он готов уступить и отойти… А целовал он меня молча. И не только целовал. И не надо врать, будто она тебе совсем не нравится – иначе никакое воздействие не сработало бы.

Кеара глянула на ведьму исподлобья – Фин успел отвернуться, но поймать выражение досады и растерянности на его лице она успела.

Вот значит как… А впрочем, неважно.

– Если тебе не повезло с мужиками, – пробормотала она, – это не значит, что все такие.

– Я подозреваю, что не повезло как раз мужикам, – в тон отозвался Фин. – И даже начинаю немного сочувствовать Лейро – это как же она должна была его достать… Так, ладно, что там было, сначала цвета, потом звуки… Запахи…

– Тактильные ощущения, – машинально подсказала Кеара, вспомнив порядок выполнения упражнения на энергетический баланс. Фин фыркнул.

– Тактильные ощущения – это да, важно… Но всё равно подло. И нет, дана ведьма, она мне совсем не нравится. У неё веснушки. И косметикой она пользоваться не умеет, и одеваться тоже. И коса растрепалась. И дура она, раз связывается со всякими стервами, сразу ведь было ясно, чем всё это закончится.

– Сам дурак, – огрызнулась Кеара, старательно воображая голубых и белых бабочек. Пальцы снова взялись за косу – не переплести, так распустить окончательно. Дура, конечно – но ведь именно Джания их спасла зимой. Фин без неё не добрался бы до усадьбы мага, а Ильнар… Нет, не думать. – И шуточки у тебя дурацкие, и побриться как следует не мешало бы, и длинные волосы у мужчин мне не нравятся.

– Значит, буду отращивать дальше. И бороду. Чтоб с гарантией отпугнуть.

Он опустился на корточки, заглянул в лицо снизу вверх, поймал за руки – Кеара вздрогнула и попыталась вырваться, но Фин держал крепко.

– Забей, – велел он. – Ильнар тебя любит, ты любишь его. Ему, чтоб ты знала, привезли кучу документов по клятвам и аурам, он работает едва ли не круглыми сутками. Он решит эту проблему, будь уверена. Нужно только подождать. Хорошо?

Кеара только молча кивнула. Его руки казались горячими, и цвет глаз действительно красивый, и причёска, если уж честно, ему шла – но хотя игнорировать воздействие ведьмы теперь было проще и лишние эмоции быстро сошли на нет, сам факт того, что Джании удалось так легко заворожить обоих, пугал почти до дрожи.

А что если ей захочется вызвать чувства к Тео?..

– Скажи ему, – непослушными губами проговорила Кеара, – что если он знает способ усилить эту самую магическую связь, я согласна. Даже, пожалуй, согласна на приворот. Чтоб понадёжнее.

Фин рассмеялся, встал и потянул её за собой.

– Сейчас я тебя обниму, – предупредил он. – По-дружески. И не вздумай от меня шарахаться. Вот так, замри, можешь голову мне на плечо положить. Три, два, один – всё. Сейчас мы идём к Киру, и он расскажет всякого интересного, а привороты, между прочим, незаконны… Хотя, знаешь что? Открой письмо.

Кеара вытянула из конверта сперва стопку рисунков, потом сложенный вчетверо листок, исписанный знакомым почерком. Взгляд выхватил из текста «соскучился страшно», в груди стало тепло-тепло, и она даже не успела возразить, когда Фин нетерпеливо отобрал у неё рисунки и быстро пролистал стопку.

– Он не хотел рисовать, я его заставлял улыбаться в зеркало и не выпускал из-за стола. Похож, правда?

С небрежного карандашного наброска смотрел Ильнар. Действительно весьма узнаваемый – настолько, что теплота в груди запульсировала, и дыхание перехватило.

– Спасибо. Ты… правда хороший друг.

Фин ухмыльнулся и поддел пальцем её подбородок.

– Я идеальный друг. А если кто-то будет утверждать обратное – не верь.

Ответить Кеара не успела – на тропе за кустами неслышно возник майор. Фин обернулся и нахмурился.

– Что, нам уже пора?

– Пока нет. Ваша наставница, дана Кеара, уже должна нас ждать, но я рад, что встретил вас здесь. Думаю, не ошибусь, если предположу, что вы специально пришли сюда сегодня?

Он едва заметно улыбался, и Кеара несмело улыбнулась в ответ. Майор кивнул и взглянул на коммуникатор.

– Дана Алтина упоминала в отчёте, что вас интересует работа с Тайной канцелярией. Не удивляйтесь, вы слишком ценны для нашего проекта, чтобы оставлять вас без присмотра… Так вот, к вам есть небольшая просьба – если угодно, задание.

Кеара на миг задержала дыхание. Она знала, что за ней следят – присматривают, да, – и была уверена, что дело в связи с Ильнаром. В конце концов, должен ведь кто-то наблюдать, чтобы императорский маг не зачах от тоски, если с ней что-то случится. Но майор сказал «для проекта». Какого ещё проекта?

– Ваша работа с Ильнаром, – проговорил тем временем Кир, – принесла отличные результаты. Не смущайтесь, ваш вклад в его становление как мага достаточно велик, я две недели работал с ним и могу оценить прогресс. Многого он добился сам, и готов передавать опыт. Однако в той ситуации, о которой идёт речь, использовать в качестве наставника именно его невозможно. Тайная канцелярия в моём лице выражает надежду…

– Командир, – скорбно вздохнул Фин, – ты кошмарный зануда. Кеа, он хочет сказать, что нужно обучить вашим методам одну тётку. Тащить её в Дикие земли пока нельзя, и тебя нельзя, мы там ещё толком не обустроились… Не надо на меня так смотреть, Кир, это было в планах, ты обещал ей рассказать. Так вот, раз уж вы обе тут, тебя хотели попросить с нею позаниматься. Там вроде интуит десятого уровня, её обещали скоро привезти, и если ты не согласишься, то ею займётся твоя наставница, но она сказала…

– Фин. Заткнись.

Майор почти не повысил голос, но замолчали, кажется, даже воробьи. Выждав воспитательную паузу, Кир взглянул на Кеару, и та попыталась улыбнуться.

– Ну… После боевого мага интуит десятого уровня – это не так уж страшно, правда? Я готова попробовать.

Во всяком случае, это будет поинтереснее сорняков. А оговорка насчёт Диких земель очень интересна, выходит, Ильнар остался там? Но что там можно делать? Хотя Фин сказал про передачу опыта… неужели они собрались учить других магов?!

– Вы не поинтересовались её именем.

Тон майора был ровным. Кеара сперва хотела пошутить, что после целого монастыря она не боится вообще никаких тёток – жаль, что нельзя упомянуть Джанию, вышло бы выразительнее. Но Фин вдруг перестал улыбаться и шёпотом выругался, а потом и сама она вспомнила женщину-интуита десятого уровня, которой совершенно точно нельзя общаться с Ильнаром.

– Кариса, – проговорила она внезапно охрипшим голосом. – Вы хотите, чтобы я учила Карису.

Майор медленно кивнул. Фин выругался громче.

«Зато у неё бывают видения про Ильнара, – жёстко усмехнулась Джания. – Сможешь узнавать новости быстрее – правда, удобно?»

Видимо, лицо её изменилось слишком резко. Майор слегка нахмурился и глянул в сторону.

– Я понимаю, что это не самое приятное задание, и вы вольны отказаться…

«И если здесь бедную девочку совсем некому будет учить, её всё-таки отправят к Ильнару».

Кеара зло тряхнула растрёпанной косой – некстати подумалось, что переодеться и привести себя в порядок перед встречей с дочерью наместника она вряд ли успеет. И, конечно, можно отказаться. Но она ведь действительно хотела продолжать работу – и с магами, и с интуитами. Хотела приносить пользу. Хотела, хотя и сама себе до конца в этом не признавалась, быть с Ильнаром.

И если для этого придётся ехать в Дикие земли или выполнять неприятные задания…

Она глубоко вздохнула, посмотрела майору в глаза и повторила:

– Я готова.

Глава 2. Никогда больше

Переодеться она так и не успела, только расчесаться и возблагодарить небеса, что работала в перчатках, спасших ногти от грязи. Фин, правда, пытался ворчать на тему злобного и нечуткого начальства, которое не хочет понимать, что девушке нужно время на приведение себя в порядок. В другое время Кеара не обратила бы внимания, но прямо сейчас все его слова про причёску, веснушки и косметику казались особенно обидными.

Да, он говорил это для Джании.

Да, ведьма пыталась на него воздействовать, и он растерялся.

Да, совершенно не факт, что он действительно считает её такой уж некрасивой – и какая вообще разница, что считает конкретно он, если стопка акварельных портретов говорит сама за себя?

Но когда Кир в приказном тоне велел ему умолкнуть, Кеара была искренне благодарна.

Кладбище занимало небольшой остров в северо-восточной части озера. Кеаре позволили приходить сюда через короткий подземный ход, пользуясь перстнем Джании для открывания тайных дверей, но сегодня она была рада, что гостей полагалось вести долгой дорогой через мосты и галереи. Надолго оттянуть встречу с Карисой не удалось бы, зато получилось немного собраться с мыслями, и она ещё раз похвалила себя за идею встретить майора на кладбище.

По дороге ей кратко объяснили суть задания. Десятый уровень – это почти магия, и интуиты, замершие на грани, иногда получали дополнительные способности помимо эмпатии и Истинного зрения. Предыдущий провидец Магистра почувствовал в Карисе схожий дар, он же пытался обучить её основам предвидения. Уровень ей поднимали амулетом, резко и грубо, а приворот усилил дар, сконцентрировав его на конкретном человеке. Но приворот сняли – и Тайная канцелярия хотела знать, возможно ли использование способностей провидицы в поисках кое-кого другого.

– Вам предоставят книги о провидцах, для общей информации. Но насколько я понял из отчётов, обучали её недолго и весьма хаотично, а проявления дара завязаны на спонтанные эмоциональные всплески.

Кеара перевела взгляд с сурового профиля майора на озеро – на воде лежала тень от моста, а дальше по поверхности скакали солнечные блики, заставившие её зажмуриться. Как выглядел упомянутый «всплеск» в Диких землях, она помнила прекрасно, как и то, сколько времени ушло на попытку хотя бы немного успокоить Карису. Захотелось ругаться – как тогда.

– И вы думаете, – медленно проговорила она, глядя мимо собеседника на макушки деревьев с едва распустившимися листочками, – что с этим можно что-то сделать?

– Как минимум, упорядочить. И подчинить управляющей воле. Проще говоря…

– Она должна видеть то, что вы хотите, тогда, когда хотите. Не так уж сильно отличается от желаний Магистра.

Боковым зрением она уловила движение – идущий рядом майор повернул голову. Но первым отреагировал Фин:

– Только не говори, что ты ей сочувствуешь.

Кеара поморщилась, но оборачиваться не стала.

– Да, сочувствую. Ей и так досталось. И Магистра она смертельно боится – а вы хотите, чтобы она нарочно его искала.

– Так, я не понял, что за образец женской логики? – Фин протиснулся между майором и перилами моста, развернулся и пошёл спиной вперёд, чтобы глядеть ей в лицо. – Из-за этой дряни Ильнар едва не погиб! Змеевы потроха, да мы все могли там сдохнуть, и ты тоже!

Она пожала плечами. Желание защищать Карису со стороны наверняка выглядело странно, но при воспоминании о рыдающей в снегу девушке внутри снова поднималась жалость. И как бы ни хотелось вслед за Фином говорить, что с магическим перстнем игрался вовсе не Лейро, а избалованная девица сама была виновата в своих проблемах, злиться на неё Кеара не могла.

– Не сдохли же. И потом, она ведь тоже была пленницей, как и мы. Только у нас забрали свободу – а у неё ещё и право выбора. Не думаю, что она действительно хотела того, что случилось.

Фин взмахнул руками, споткнулся и ухватился за перила моста, вынужденно пропустив майора вперёд.

– Вы отказываетесь?

– Нет. Просто объясняю, почему я ей сочувствую – и не хочу ненавидеть.

Майор немного помолчал. Повернув голову, Кеара увидела, что он тоже смотрит на деревья.

– Если бы вы её ненавидели, – проговорил он наконец, – работа не имела бы никакого смысла. Я рад, что вы не держите зла, и уверен, что Тайная канцелярия не ошиблась, поручив это дело именно вам.

Он взглянул на неё прямо – в уголках губ притаилась улыбка. Фин за его спиной шумно вздохнул.

– Спорим, Ильнар будет против? И Эл тоже.

Мысль о том, что ей снова могут попытаться что-то запретить, была неприятна, и на неё тут же отреагировала Джания.

«Не хмурься, от этого появляются морщины. И не позволяй этому милому мальчику тобой манипулировать, он сам не знает, чего хочет».

Чего хотела ведьма, было ясно без слов – идея работы с провидицей её заинтересовала. Кеара подумала, что было бы очень хорошо передать перстень Карисе – две обиженные ведьмы наверняка нашли бы общий язык. Джания отреагировала эмоциональной волной, в которой было что-то о наивных мечтах, но прямо не отказалась, задумалась. А если работа с аурой пойдёт хорошо – вдруг получится?..

– В данном вопросе меня в первую очередь интересует согласие даны Кеары, а не Ильнара и Эла, – уверенно произнёс майор. И, не дав Фину возразить, припечатал: – А тебя вообще никто не спрашивал. Уймись.

Мост перешёл в выложенную белой плиткой дорожку. Оба её спутника молчали – один обиженно, второй задумчиво, – и Кеара разрешила себе несколько минут не думать о проблемах и просто любоваться весенним садом. Незабудки здесь росли голубые, за ними тянулись к небу листья ирисов, пока ещё плотно сомкнутые лепестки потихоньку наливались синим. Вишнёвые деревья тоже демонстрировали грозди бутонов, и на маленьком острове с белым домом сейчас тоже всё цветёт…

Жаль, что Ильнар этого не видит.

Перед крыльцом главного здания резиденции майор замедлил шаг.

– Перед тем, как мы войдём, мне хотелось бы отметить ещё один момент. Вы не считаете врагом дану Альмеро, и это похвально. Однако не стоит забывать о событиях, которые привели к сегодняшней беседе – и о человеке, на котором лежит вина за эти события.

Кеара на миг прикрыла глаза, вызывая в памяти образ Магистра.

– Лейро.

– Да. Как вы понимаете, найти его жизненно важно. Мы побывали в Диких землях и сумели оттуда вернуться – то, что он тоже вернулся, не вызывает никаких сомнений. Я не призываю мстить, но и не хочу, чтобы жалость повлияла на вашу способность рассуждать трезво и разумно. Его необходимо найти, и мы будем его искать – и я, и Ильнар, и вот этот оболтус, – он кивнул на Фина, – и ещё десятки и сотни людей по всей стране. Он не сдастся добровольно, и вы знаете, на что он способен. Помощь провидицы нужна нам, чтобы минимизировать жертвы.

Кеара тряхнула головой, убирая упавшие на лицо пряди, и отвела взгляд. Конечно, он был прав – но она помнила взгляд Карисы в Диких землях. Да, её вроде бы лечили, но…

– Это мы – суровые и крутые мужики, – проворчал Фин. – Нам важно взять обидчика за горло, набить морду, оторвать яйца и в это самое горло запихнуть. А они – девчонки.

– Что же, вы считаете, что девчонки не способны отрывать яйца?

Кеара обернулась на голос. Алтина как раз вышла из-за угла с компанией новых гостей – незнакомым мужчиной в форме Тайной канцелярии и двумя девушками. Говорила та, что постарше, спортивного вида блондинка с дорожной сумкой через плечо. Почти белые волосы казались нарочно осветлёнными, но вблизи светлыми оказались и брови, и даже ресницы. А вот веснушки, напротив, были яркими и нахальными – как и улыбка.

Фин тоже ухмыльнулся, а потом перевёл взгляд на спутницу блондинки и его лицо неуловимо изменилось.

– Зависит от того, – медленно проговорил он, – в чём провинился их обладатель. Однако редкие девочки способны на прямой ответ. Некоторые предпочтут пакостить исподтишка, сломать человеку жизнь в ответ на выдуманную обиду, а потом прикинуться несчастной жертвой обстоятельств.

Строгий чёрный костюм, короткая стрижка, взгляд в землю – тем, кто привык к образу яркой светской красавицы, узнать во второй девушке Карису было непросто. Но Фин узнал и смотрел так, словно с прошлой встречи и не прошло почти полгода. Она, впрочем, на его слова не отреагировала, а вот блондинка шагнула вперёд, и Кеаре показалось, будто она нарочно заслоняет подругу.

– Если вы замените девочек на людей вообще, я с вами соглашусь. Или мужчины в вашем представлении не грешат подобным?

Фин глянул на неё – сверху вниз.

– Среди моих знакомых, во всяком случае, таких нет.

– То есть вас в жизни обижали только девочки? Бедняжка. Дана Алтина, нам сюда?..

Проходя мимо Кеары она подмигнула, и та с трудом удержалась от ответной улыбки. Кир придержал Фина за плечо, пропуская вновь прибывших, и негромко, но с явственным неудовольствием произнёс:

– Болтай поменьше.

– Так точно, – буркнул тот. – Личное время вышло, начинается работа, опасная, трудная, местами – грязная… Ильнар был прав – уж лучше монстры, чем бабы.

– Старший лейтенант Котара.

Тон майора почти не изменился, но Фин поджал губы, вскинул кулак к плечу в классическом воинском приветствии, чётко развернулся к двери и замер, пропуская Кеару. Та скользнула мимо, не поднимая головы, но чувствуя на себе взгляд.

«Бедняжка, – проговорила Джания, копируя сочувственно-насмешливую интонацию блондинки. – Всё-то ему злые бабы жизнь портят… А может, просто не дают?»

Кеара сперва тихонько фыркнула – а потом по сердитому сопению за спиной поняла, что ведьму слышала не только она. Тема была не самой подходящей для приличной девушки из древнего рода, но…

«Лейро тоже не давали бабы – и он устроил Катастрофу. Ещё разобраться надо, кто тут виноват, а кто, как там Фин сказал, несчастная жертва обстоятельств».

Ведьма оскорблённо умолкла – Кеара не сомневалась, что эти слова ей непременно припомнят.

Но иногда даже приличной девушке хочется побыть злой бабой.

***

Желание сочувствовать Карисе испарилось буквально через полчаса.

Для беседы Алтина выбрала небольшую светлую комнату с овальным столом в центре, вокруг которого стояло ровно семь стульев с высокими спинками. Кеара порадовалась, что зеркал в переговорной нет, и пока все рассаживались, потратила полминутки на стабилизацию эмоционального баланса. Если уж внешне её сложно принять за серьёзного специалиста, которому поручают важную работу, то нужно хотя бы попытаться себя таковым почувствовать.

Сперва встреча шла чинно и вежливо. Майор повторил всё то, что сказал по дороге, добавив несколько фраз насчёт государственной тайны и общей секретности. Далее на столе появились официальные бланки расписок о неразглашении этих самых тайн и секретов, прозвучало уточнение, что рассказывать о ходе работы нельзя даже близким родственникам, и на лице Карисы впервые проявились эмоции – глухое раздражение, даже обида. Подписанный бланк она отпихнула от себя так резко, что едва не разорвала, и подруга тут же поймала её за руку и успокаивающе сжала.

Блондинку звали Ярсана Ваори. Майор, представляя её, употребил слова «компаньон» и «тренер», и, судя по всему, она оставалась в резиденции вместе с Карисой. Бланки она подписала не глядя, а вот по сторонам смотрела с живым любопытством, и улыбка с лица не сходила ни на минуту – Кеаре она показалась насмешливой, но доброжелательной. В целом девушка вызывала симпатию, но первое впечатление могло оказаться и обманчивым.

Фина майор представил как своего помощника, и тот едва заметно поморщился. Алтина была отрекомендована как куратор новой образовательной программы для специалистов, планирующих работу с интуитами и инициироваными – Кеара знала, что наставница работает в том числе над изменением учебной программы колледжа и Ксантарского медицинского института, а с группой будущих врачей занимается лично.

Саму её представляли последней. Майор упомянул о работе с инициированными, не называя, впрочем, имён, о перспективной методике и её блестящих результатах, о дипломе колледжа – с отличием! – и об успешной учёбе в институте…