Барон Баранов. Книга 3

– Этот самый Георг Просека, которого вы привезли?

– Да нет же. Это – обычный нагибатор, причем – из вашего мира и по рождению совершенно не породистый. Не буду вас интриговать, скажу сама. Прекрасная Розалия смогла бы вернуть меч в ножны. В ножнах он не опасен.

– Как? Значит, де ла Спок тоже…

– Нет, нет, она ему не дочь – падчерица. Известная вам Рода Лая де ла Спок была замужем за славным капитаном, пропавшим без вести вместе с командой и самим кораблем. Ну, это в ее версии.

– И это значит, что…

– А вот выводы делайте сами. Правда, меня очень удивляет факт, что вы совершенно не удивлены своим происхождением. Другой бы вопить от радости начал: «Я кровный барон! Я потомок самого адмирала!!!» А этот идет, сопли размазывает: «Могла вернуть меч, не могла»… Отсюда и вопрос про происхождение, который я уже задавала. Кто ваш отец, Борис?

Я остановился, задумался, посмотрел на гобелен, висевший на стене с арочным окном. На гобелене двухмачтовый корабль с высокой кормой отважно сражался с волнами. На корме офицер в широкополой шляпе крепко держит штурвал и правит в сторону острова, едва видневшегося на горизонте. Умно ли? В шторм капитанам лучше держаться подальше от прибрежных скал.

И действительно, может завопить от радости? И добровольно сдаться в дурдом? Мой неизвестный отец – потомок героического адмирала из Запределья, из странного мира по ту сторону реальности? Из компьютерной игры? Конечно, я задавал матери вопросы по поводу моего реального родителя. Она – Городцова, я – Баранов. И фамилию мне менять она не стала, хотя могла бы. В школе я только пересказывал рассказ матери про героически погибшего в дальнем походе капитана дальнего плавания. Учителя понимающе кивали. Одноклассники смеялись и дразнили. Дети бывают очень злы. Но в наше время капитаны дальнего не плавания не пропадают бесследно и не гибнут героически у неизведанных островов. Потому как таковых почти не осталось. И все-таки непонятно. Очень напоминает авантюрный роман.

– Вас удовлетворит ответ, что я не знал своего отца? – спросил я.

Система ничего не ответила, только нахмурилась.

Покои были так себе. Комната с камином, широкая деревянная кровать, застеленная пледом, дурацкого вида тумбочка. Хотя имелось большое зеркало. Да, и еще ковер на стене с пестрым и не очень симметричным рисунком. При дверях имелась стойка для оружия с дядькиным арбалетом и моей шпагой. Арбалет-то он зачем приволок. Я хотел поставить рядом со шпагой меч, но герцогиня вдруг сказала:

– А не хотите все-таки узнать, что написано на лезвии?

Я осторожно обнажил клинок чтобы еще раз убедиться, что эти письмена мне совершенно не знакомы.

– Ах, вынуждаете меня на должностное нарушение!

Система улыбнулась и сделала мне подарок.

«Знание гномьих рун».

Жирные буквы запрыгали под потолком, я едва до них дотянулся, чтобы сбросить в дневник. Теперь надпись на лезвии читалась в полной мере: «Не достойному – не взять»! Спасибо, очень познавательно. Я повернул лезвие и прочел надпись на другой стороне. «Взявши – помни о долге!» И тоже очень информативно. Хотя я, если честно, ожидал чего-то большего.

Но герцогиня, как мне показалась, была по поводу надписи иного мнения. Она вслух произнесла оба изречения, от чего в камине загудело, а остывшие угли вдруг покраснели.

– Ну вот, вы познакомились с мечом, теперь вы должны дать ему имя, – сказала она.

– Имя?

– Ну да, такое чудо определенно имеет право на собственное имя, которое может дать только его законный владелец. То есть вы.

– Погодите, но ведь у него уже есть имя. То есть – было. Звал ведь его как-то прежний хозяин?

– О да! Имен у него было несколько, – согласилась герцогиня. – Их кстати, тоже можно почитать на лезвии, если поднести к огню и хорошенько нагреть. Но для каждого нового владельца у этого клинка было свое назначение, а, следовательно, и имя. Что, какой смысл хотите вложить в его назначение вы?

– Я? Да я час назад знать не знал ни про какой меч. И уж подавно не ждал никаких подарков от этого неврастеника Сидра. Сам дурак и имя себе придумал дурацкое. Ну если уж так надо…

– А как его звали в последний раз?

– Позвольте, – герцогиня сделала движение ладонью, меч вдруг выскользнул из моей руки и завис в воздухе около камина.

– Вот этот знак – Знак крови, – указала герцогиня на волнистую руну. – Вашей крови. Я бы советовала ее запомнить. Что касается имени…

Она снова сделала движение ладонью, меч повернулся, едва не коснувшись раскаленных углей.

– Миротворец, – прочитала герцогиня на лезвии. – Да, его звали Миротворец и с ним доблестный капитан Э.Сэйс покорял Соляные острова. Кстати, тоже один из ваших предков. Он очень успешно отбил у соляных орков три соляных источника и целое соляное озеро.

– Соляные? – сказал я несколько разочаровано.

Герцогиня опять залилась смехом.

– Вот так всегда! Почему-то все мечтают о золотых горах, алмазных, рубиновых или, в крайнем случае – серебряных. Меж тем торговля солью приносит гораздо больший доход нежели погоня за мифическими золотыми копями. Тот замок на горе у вашего поместья, он построен исключительно на соляные деньги! Кстати, и этот замок тоже. Старый де Барсу знал толк в торговле солью. И был в этом деле хорошим помощником Э. Сэйсам.

– Если снова про «кстати». Кстати, а что с ним случилось, с этим Сэйсом? Меч не помог ему сокрушить врагов? Он тоже пропал без вести в экспедиции или героически погиб в походе?

– О нет! Этот Э. Сэйс был отважен и много воевал, но умер в преклонных летах, в достатке и покое. Что совершенно не свойственно выходцам из вашего рода. Он даже не играл в зернь! Он скопил на торговле солью огромное состояние и выкупил у туземцев довольно милый островок в теплом море. Да выкупил, хотя мог просто завоевать. Но честно купил, щедро заплатил и вообще очень облагодетельствовал тамошний народ. Вам понравится. На острове он построил очень милый замок с видом на море. Жил долго, скончался в достатке, в своей постели, окруженный любящей семьей. При замке и был похоронен в саркофаге из каменной соли. Вместе с любимым мечом. И если снова «кстати», то кстати, он избавил островитян от довольно мерзкого и кровожадного чудища, веками наводившего на них страх. Этакий островной шмурх. Поразил его вот этим самым Клинком Миротворцем.

– Миротворец. А что, хорошее имя, – сказал я. – Я тоже за мир. Пусть так и остается.

Система кивнула, меч вдруг вонзился в угли и стал быстро накаляться, краснея. Две красных руны его нового старого имени засветились под самой рукояткой.

– Можете забрать его, – сказала герцогиня, когда меч перестал светиться и опять обрел свое обычное состояние. Не бойтесь, он совсем не горячий.

– Я и не боюсь. Но как Миротворец попал к Сидру? – спросил я, забирая оружие из камина. – Хотя я сам видел, что Сидр отправился в портал с почти пустыми руками. Вряд ли оставил бы такую ценную и смертоносную вещь здесь. Хотя, с другой стороны, а на хрена он ему? Он же не из потомков адмирала, то есть, владеть мечом не мог. Скажу иначе, как он попал в лапы орку Руху? Орк – расхититель соляных гробниц?

Система не ответила. Она внимательно меня слушала, словно запоминая сюжет.

– А почему бы вам самому орка не расспросить? – предложила она.

Тут и не поспоришь. Я осторожно вложил клинок обратно в ножны и установил меч в соседнюю со шпагой нишу, посмотрел на герцогиню.

– Может, стоит оставить его обнаженным? Тогда точно никто не сопрет.

– Резонно, но тогда и ваши слуги не смогут сюда войти.

Кстати о слугах. В коридоре раздался знакомый звук – стук деревянной ноги. Дядька Готлиб вошел в комнату и замер, явно смущенный нашим присутствием. Волосы его были еще влажные, видимо, он только что отмылся от крови несчастного герольда, из всей одежды на нем была только белая рубаха.

– Простите, ваша милость, я хотел только забрать свое старое платье, – пробормотал он, кланяясь герцогине. – Свой камзол я отдал чистить. Он весь в крови.

– Да, конечно, – сказал я поспешно. – Послушай, Готлиб, твое старое платье вряд ли подойдет для здешнего общества. Ты можешь надеть мой старый камзол.

– Но нет, – вдруг подала голос герцогиня. – Если сегодня – день подарков, то примите кое-что и от меня.

Она взмахнула рукой. Готлиб в мгновение ока преобразился. Теперь на нем был добротный зеленый камзол с широкими лацканами и обшлагами, на уцелевшей ноге – лакированный башмак с серебряной пряжкой.

– Носи на здоровье, – предложила Система.

– Но помни, что ровно в полночь камзол превратится в бомжарское тряпье, башмак – в коровью лепеху, а карета – в тыкву, – невесело сказал я.

– Что? – подняла брови Система. – Какая карета?

– Так, ничего, шутка юмора, – сказал я. – Будем считать, меч я пристроил. Что у нас дальше по программе?

– Бал, – просто ответила Система.

Глава 3. Средь шумного бала

Дядька Готлиб снова благодарственно поклонился герцогине, выпрямился и с явным удовольствием посмотрел на свое отражение в зеркале. По всему новый камзол ему очень нравился. А я подумал, что если ему еще треуголку на голову, да попугая попросить взаймы у Герасима и на плечо ему посадить, то дядьку можно смело запускать на соискание роли Сильвера в «Остров сокровищ».

А тот прошелся перед зеркалом туда-обратно, но вдруг с опаской посмотрел в сторону стойки, где покоился опасный меч. Мне тоже показалось, что ножны пошевелились сами собой.

– Не обращайте внимания, – посоветовала Система. – Он еще долго будет привыкать к вам, и к вашему окружению.

Я и не обращал, прикидывая, что рубаху следовало бы поменять. Шелк, конечно, ценный материал, но запарился я в этой рубахе уже изрядно. Я снял лиловый камзол, бросил его на кровать. Из шкафа вытащил суму, снаряженную матушкой.

– Вы не против, если я переоденусь? – спросил я герцогиню, доставая из сумы сверток, в котором хранилась запасная рубаха.

– Пожалуйста, пожалуйста, – кивнула она, внимательно рассматривая мою фигуру.

– А может вы… – я кивнул в сторону двери.

– Вы о чем? – нахмурилась было Система и опять рассмеялась. – Это вы про то, что я женщина, да? И вам неудобно показать мне свое обнаженное тело? Ах, Борис, вы упорно хотите видеть только то, что видят ваши глаза, и не хотите заглянуть глубже. В суть.

– И в чем же эта суть? – не понял я.

– Что все это – условности. И внешний вид, и все прочее. Ну вот скажите, это что-то изменит?

Герцогиня сказала и… вдруг оказалась обнаженной. Совершенно голой! Я даже разглядел рыжеватый пушок у нее на лобке. Ну, не молода. Однако, хороша. Вот той созревшей красотой и мягкой округлостью форм, что отличает солидную даму от юных девиц. И грудь не обвислая, а совсем даже наоборот.

Дядька ойкнул и прикрыл глаза ладонью, как Гафт в фильме про тетю. Я тоже поспешно отвел взгляд. Ну не привык я еще к такой сути, уж простите великодушно. Только интересно, со мной она тоже так может? Раздеть одним щелчком пальцев? Тогда уж чего стесняться?

Я стянул рубаху через голову и бросил ее на постель. Герцогиня смотрела на меня с каким-то бытовым интересом и вдруг указала пальцем на мое запястье.

– Что это?

– Браслет, – ответил я, отыскивая в свертке рубаху.

– И откуда он у тебя?

Ага! Мы снова перешли на ты! Ну да, немного странно ожидать от совсем голой тетеньки уважительного выканья. Впрочем, Система очень быстро «оделась», теперь уже в темно-синее бархатное платье с высоким кружевным воротником.

Я кратко поведал историю обретения артефакта, Система слушала мня очень внимательно, не перебивая.

– Значит, голубой камень сам встал на место и засветился? – уточнила она.

Я кивнул.

– Да, умеете вы удивлять, Борис, – сказала Система снова. – Браслет Попутного Ветра – редкая вещь даже среди мореходов. И по этой причине хочу признаться, что теперь и моя уверенность в предполагаемых действиях не имеет той твердости, что была совсем недавно. Не понятно? Да и мне тоже не совсем. Хорошо! Пусть все решат бал и турнир! Аж самой интересно!!!

Герцогиня потерла руки, как азартный игрок, и вышла из комнаты. Так что закончил переодевание я относительно спокойно. А дядька посмотрел вслед вышедшей даме и емко охарактеризовал:

– Глыбища!

Мы снова шли замковыми коридорами, герцогиня держала меня под руку и то и дело останавливалась около картин и гобеленов, привлекших ее внимание. Около одной картины, на котором девушка в сверкающем доспехе держала за волосы отрубленную голову бородатого мужика. Не просто держала, но и смотрела ему в глаза.

Написано было довольно прилично, если я вообще чего-то понимаю в живописи. Особенно удался взгляд. В нем было что-то личное. Ну удивлюсь, если окажется, что девушка была с этим бородатым мужиком знакома. Когда он был еще целым.

– Знаете, барон, когда мы все это начинали, – она сделала рукой вращательное движение, – то совершенно не заморачивались по части культуры. Какая уж тут культура, когда нашествия и осады замков с повсеместным сжиганием посевов. Но вдруг обнаружилось, что многие из тех, что не могли выразить и реализовать себя в эмоциональном плане там, за порталом, вдруг нашли себя здесь. И достигли заметных успехов! Вот, к примеру, очередной шедевр графини Элизии. Не слышали про такую? Удивительно плодовитый автор, не уверена, что в Серединном королевстве найдется один такой замок, где не висела бы хотя бы одна ее картина. Жаль в сюжетных линиях несколько ограничена.

– Везде девы с отрубленными головами?

– Ну да, что-то типа этого. Казненные разными способами мужчины и гордые, красивые девы. Здесь принцесса Люция изображена после казни своего возлюбленного герцога Э.Грифа. Тот ослушался воли короля и, нарушив довольно длительное перемирие, вторгся в земли пригорных орков. И даже занял в честь любимой пару пограничных замков. Что интересно, король и не думал герцога казнить, все могло бы вообще обойтись домашним арестом. Но Люция настояла…

Тем временем в коридоре раздался звук хлопающих крыльев. Маленький зеленый дракончик спланировал из-под потолка прямо на плечо герцогине. Крепко вцепившись когтями в синий бархат, он по терся головкой о щеку хозяйки и начал что-то наговаривать ей на ухо.

Герцогиня слушала внимательно, иногда кивая. Когда наушник закончил, погладила его по гребню на головке и повернулась ко мне.

– Очень полезный помощник. Кстати, приходило сообщение, что и вы обзавелись летающим другом. Почему он не с вами?

– Он только недавно вылупился, – ответил я, вспомнив о маленьком драконе Дроне, оставленном на попечение обитателей усадьбы и деда Жу-Жу в частности.

– Ну, возраст для драконов-проводников понятие относительное. Впрочем, мы отвлеклись, кажется, пора начаться балу, что без нашего присутствия невозможно. Идемте, барон. Кажется, дворецкий нас уже заждался.

Дворецкий стоял в коридоре, опирался на свой посох и… громко плакал. Даже – рыдал. Мы с герцогиней остановились, кажется, она была удивлена не меньше моего. Черт! Не помню, чтобы здесь, в этом мире кто-то плакал. Ну, не считая баронессы, конечно. У матушки это вообще в порядке вещей. Но слезы совершенно не шли этому солидному господину. С чего это он? А, понятно. Он стоял на том самом месте, где совсем недавно лежали два свежих трупа. В руках он сжимал платок в красных пятнах.

– Что происходит? – суровым голосом спросила герцогиня.

– Сын, – громко всхлипнул дворецкий. – Мой бедный мальчик…

Ясно, тот самый герольд с хитрющей мордой был сыном дворецкого. Что ж, бывает. И тут уж не поможешь. Знать бы только, по своей воле герольд решил «посмотреть» Клинок, или кто научил? Или приказал?

Но Система неожиданно помогла. Герцогиня махнула ладонью перед лицом дворецкого, тот сразу перестал всхлипывать, недоуменно посмотрел на заляпанный кровью платок, брезгливо отбросил его. Тут же низко поклонился Системе.

– Герцогиня, все ждали только вас с бароном. Вас можно объявить, чтобы начался бал?

– Пожалуй, – сказала Система, протягивая мне руку. Посмотрела не меня, спросила: – Что не так?

– Так просто… Вы лишили его скорби о сыне? Но это же его сын…

– Но что хорошего в скорби?

– Ничего. Но это по-человечески…

Система ничего не ответила. А дворецкий кивнул, подбежал к дверям, распахнул их. Сам встал на пороге и трижды ударил в пол своим посохом:

– Герцогиня Этна О.Соба и его милость барон де Баран. Да будет бал! Парадный выход!

Сразу грянула музыка. Мы с герцогиней вошли в зал, держась вытянутыми вперед руками, и я сразу посмотрел в сторону оркестра. Вот бы никогда не подумал, что один единственный маг может издавать столько звуков одновременно. Ну, не сам, конечно, а с помощью дюжины диковинных щипковых, струнных, духовых и ударных инструментов. Они как-то разместились в углу зала и играли довольно слаженно, повинуясь взмахам рук седого мага. Пожалуй, лишь волынка слегка фальшивила, и барабан грохал громковато.

Э! Мне что, придется танцевать? Точно придется! Система вывела меня в середину зала, а вокруг нас уже выстраивались другие пары. И что мне делать? Я и так-то в танцах был не мастак, а тут надо танцевать что-то средневековое.

– Ну что же вы, барон? – лукаво глянула на меня Система, протягивая вторую руку.

– Я не умею танцевать, – признался я шепотом.

– Конечно умеете! – решительно заявила Система. – Знание танцев, верховую езду и умение играть в шахматы вы получили с баронскими настройками. Так, внимание, со следующего такта начали!

– Но я не хочу танцевать! – уточнил я.

– А вот это зря. Именно в танце можно услышать то, что при обычных обстоятельствах услышать весьма затруднительно.

И мы начали танец. Действительно, танцевать я умел. Тем более, это оказалось не так сложно, надо было просто слушать барабан и попадать в такт. И еще стараться не отдавить ног партнерше. Да и весь танец заключался в том, что нужно было с величавым видом переходить с места на место, отвешивать учтивые поклоны другим танцующим и иногда касаться своими ладонями ладоней партнерши. В финале дамы, в том числе и герцогиня поблагодарил своих партнеров глубокими книксенами.

Более всего меня удивило, что в танце участвует и орк Рух. Он танцевал с невестой Розой, и получалось у него на редкость ловко. Во время танца он никого не зашиб своей тушей, не отдавил никому ног, хотя цокот его когтей по полу и скрежет во время пируэтов несколько напрягал.

Забавно, но как-то скучновато. Я с завистью глянул в сторону дальнего стола, за которым сидели кавалеры, которым не хватило пар. Они, не особо стесняясь, прибухивали, и кажется, начали играть в кости.

Тем временем дворецкий трижды стукнул своим посохом и объявил:

Танец «Ромашка»!

Музыка изменилась, стала чуть веселее. Но опять пришлось переходить и кланяться, и соприкасаться ладонями уже с другими дамами. И в таком вот виде кружиться. Все очень чинно и целомудренно. Чем-то напоминало детскую игру «Ручеек». Однако, герцогиня была права. Трижды во время этих самых «ладушек» я услышал быстрое: «Милорд, нам срочно надо поговорить». Это сказали прекрасная Розалия, ее матушка Рода Лая и милая графиня Эйна, спутница да Шталя. Мама с дочкой назначили мне свидание у оранжереи сразу после бала. А Эйна успела добавить, что Алпалю нужна помощь.

Я быстро посмотрел в сторону юного кавалера. Ничего такого с ним не происходило, но вдруг я заметил, как он обменялся короткими фразами с Георгом, танцевавшим со старшей дочкой Ла Валетов Астрой. Рослая девица всячески пыталась привлечь внимание своего кавалера, но тот смотрел больше на да Шталя. И во время очередной перемены парами, толкнул юношу, как мне показалось, намерено. Алпаль остановился, но Эйна чуть ли не силком оттащила его в сторону, продолжая танец.

Я посмотрел в глаза герцогине. Понятно, Система уже все решила. Сейчас этот нагибаор сотворит еще какую-то гадость, состоится ссора, поединок, и не видать юному штурману любимой, как своих ушей. Надо было его выручать.

– Послушай, Рух, – сказал я быстро орку, когда после очередной перемены нам выпало с ним раскланиваться. – Ты не мог бы мне помочь, прикрыть вот того парня.

Я кивнул в сторону Алпаля. Орк глянул в его сторону, потом перевел взгляд на нагибатора и кивнул.

– Танец «Галоп»! – стукнул своим посохом дворецкий.

Музыка стала быстрой и энергичной. Теперь пришлось скакать по кругу и подпрыгивать. И опять, блин, кланяться почти на бегу. Я очень посочувствовал дамам, которым приходилось исполнять все это в длинных зашнурованных платьях. Я заметил, как Георг резко ускорил ход, явно намереваясь задеть плечом да Шталя, но в этот момент громоздкий и неуклюжий орк.буквально врезался в стройного нагибатора. Тот отлетел и грохнулся на пол.

Оркестр издал какую-то какофонию и стих.

Орк буквально взревел в наступившей тишине:

– О, прошу простить меня, достойный кавалер. Я такой неуклюжий! Но стихии – свидетели, этот зам слишком мал для меня!

Этот орк начинал мне нравиться. Такое сказать! А он еще изобразил мордой такую жалобную гримасу, что все в зале разом рассмеялись. Ну что может быть смешнее, чем жалобный орк. И громче всех смеялась Система, погрозившая мне пальчиком.

Орк протянул лапу нагибатору, тот ее принял, поднялся, поправил на себе камзол.

– Принимаю ваши извинения, понимаю, что вы сделали это ненамеренно.

Орк снова скорчил гримасу и тайком мне подмигнул.

– Прикажете продолжить танец? – подскочил дворецкий герцогине.

– Пожалуй, что нет, – позвала герцогиня жестом мальчика с опахалом. – Я устала и предпочту посидеть за игрой. А вы…

Герцогиня посмотрела на меня, провела ладонью перед лицом дворецкого:

– Вам следует приготовиться к похоронам. Идите и примите скорбь. Танцев сегодня больше не будет.

Я повел герцогиню к нашим местам и облегченно выдохнул, заметив, как девушка Эйна уводит Алпаля из зала. Георг тоже проводил их взглядом, сердито посмотрел на орка, но ничего ему не сказал. Вот и славно!

Новый герольд принес толстую колоду карт, в правила я врубился довольно быстро. Что-то вроде «Марьяжа», где надо было «поженить» своего короля с дамой. Ну и бить своими «солдатами» чужих «солдат» младшего номинала. Я бросил на кон золотую монету, особо не рисковал, наблюдая за другими игроками. Старик де Барсу играл рассеянно, кажется, мыслями был где-то еще. Приглашенный к партии как отец невесты де ла Спок тоже особо не предавался азарту. Над каждым ходом долго думал, но ходил часто не лучшим образом. Я же пока не освоил всех правил и тонкостей, так что первую партию легко выиграла герцогиня. Она побила своими валетами Споковских «десяток» и выложила поверх карт короля с дамой одной масти.

– Так на когда назначена свадьба наших милых голубков? – спросила герцогиня как бы между прочим.

– Сидр обещал, что поход займет не больше трех месяцев, – не сразу сказал старик.

– Так зачем было торопиться с помолвкой? – поинтересовалась Система.

– Мой хитромудрый внук, видимо, решил не затягивать с женитьбой, надеясь, что старшие успеют за это время решить вопрос о приданном, – старик посмотрел в сторону де ла Спока.

Де ла Спок нова приобрел вид побитой собаки и жалобно сказал:

– Право же, запросы уважаемого Арахора явно превосходят возможности нашего семейства. Мы не так богаты.

– Разве? – пожал плечами де Барсу. – Но в предложенном вам договоре нет ни слова про деньги. Мы сами достаточно богаты, тем более, Сидр привезет такой груз, что обеспечит семейство на многие годы.

– И что же такого везет ваш внук? – спросила Система.

– Шелк! Большую партию шелка! А это много значит! Но что шелк, ткань рано или поздно кончится. Сидр обещал привезти гораздо более ценное. Он привезет сюда само то, что делает шелк! – сказал де Барсу с гордостью в голосе.

Де ла Спок пораженный выронил карты. Я же совсем не удивился. Ну, где-то читал, или по телику видел, что шелк делают из нитей коконов тутового шелкопряда. Это гусеница, которая жрет тутовик. То есть, получается, задолбались плыть в опасные моря и решили перенести производство прямо сюда? Резонно. Только я точно знал, что ни в какой морской поход Сидр не отправился, а рванул через портал в мир асфальта и интернета, и теперь балдеет себе в собственном бунгало где-то на Бали. Или на Гоа. В общем, где тепло, богато и безопасно.

Но и Система вдруг сделала удивленное лицо. Она что, не в курсе, что один из крутых попаданцев решил рвануть отсюда до хаты. С неслабым, кстати, хабаром?!

– А всем известно, что лучший тутовик растет как раз в ваших лесах, кавалер. А именно – в Синем лесу, – продолжил де Барсу и вдруг поклонился в мою сторону. – Кстати, на границе с вашими землями, барон. Не хотите ли продать небольшой участок с тутовиком для счастья молодых?