Макиато на крови

Поцелуй. Тот самый, который заставляет забыть обо всём, убеждал лучше, чем слух и зрение. Негодяй только кажется ей! Это не по-настоящему! На самом деле рядом он, её Матвей... Его запах, вкус губ и то, как бережно руки прижимали к себе.

Растаяла. Отвечала с такой откровенной страстью, но только приоткрыв глаза, вздрогнула отстранившись, и чуть помотала головой, отгоняя всё, что мерещится.

Бархатные, темно-карие скользили по ее коже и буквально пожирали. Как тогда, в полумраке грязного подвала.

Варвара не могла ответить. Хотела, но не могла.

- Варя... Скажешь мне хоть что-нибудь?

Молчала. Несмело подняла руки к линии пуговиц его белоснежного поло и медленно расстегнув, потянула за край, побуждая снять верх.

- Соскучилась? — изогнулась широкая тёмная бровь, пока хищная полуулыбка заиграла на губах охотника. Не реагируя на слова, девушка провела пальцами по выраженному рельефу этих каменных мышц, изучая детали татуировки. Крылья, стрелы, арбалет, украшенный вензелями. - Варюш, что ты там нашла?

- Ничего... — опустила она руку, всё так же боясь смотреть ему в лицо и не отрываясь рассматривала рисунок.

- Совсем ничего?

- Совсем. Спасибо за цветы! — натянула Варя улыбку, которая выглядела совершенно неестественно. - И платье... Хотя это слишком смело для меня...

- А мне нравится. Ты очень красивая!

«И сумасшедшая...» — дополнила девушка уже про себя.

Глава 12

Закрыто для посещений, но как отказать этому высокому широкоплечему красавцу? Стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, Всеволод шёл по длинному пустому коридору к палате матери и, приблизившись к двери, услышал, как та мило беседует с какой-то молодой женщиной.

Разговор их был дружеским, непринуждённым, и заглянув внутрь, он увидел медсестру, стоя́щую в центре комнаты.

- Добрый день!— уже хотел войти Сева, но сидящая в кровати мать, строго выставив указательный палец, нахмурилась и жестом попросила его подождать за дверью.

Тошнотворный запах лекарств, тишина, обязательная к соблюдению в тихий час... Чуткий слух охотника не мог пропустить эмоциональные ноты, которыми заиграл голос посетительницы:

-... мы не можем так рисковать. Намеченный прежде путь больше не подходит.

- Прошу Вас, дайте ещё один шанс и обещаю, всё изменится. — осторожно говорила Людмила — Я сейчас же поговорю с сыном!

- К чему усложнять? Операция — это слишком рискованно! Вас подключат к аппарату искусственного кровообращения, сердце остановят... А если оно не заведётся вновь?!

- На всё воля Божья. Простите, но я не могу принять такое предложение...

- Думайте, Людмила! Времени у нас не так много...

Дверь из палаты распахнулась, и медсестра, лицо которой было скрыто за медицинской маской, вышла. Даже не посмотрев в сторону Всеволода, она направилась к лестнице, и аромат чего-то очень знакомого фантомной болью окутал всё пространство, доминируя над больничным запахом.

- Мамуль, привет...

- Сядь! — прошипела Людмила, а гнев, отразившийся на её лице, предрекал очередной непростой разговор. - Что ты делал в храме, Всеволод?!

Сева молча смотрел на мать и не думал отвечать на этот вопрос. Всё ясно как два плюс два. Колдовской аромат, странные разговоры, яблоко... Мать держала в руке фрукт идеальной формы, а цвет этого плода был неестественно насыщенным, и даже бликующим.

- Это была Земская, мам?

- На вопрос мой отвечай! Что ты вытворяешь! Неужели так сложно хоть раз послушать и сделать, как тебе говорят?

- Как мне говорят?! Ты слушаешься ведьму?! Что с тобой? Что за больное поклонение этому отребью дьявола?

- Замолчи! — испуганно забегали глаза Людмилы и опустились на яблоко. Выбор, стоявший перед ней, был непростым, но верить в то, что один из её сыновей сделает так, как необходимо, хранительница уже не могла.

- Откуда у тебя... — не успел и договорить Сева, как мать быстро поднесла яблоко ко рту и с хрустом откусила кусок. Медленно пережёвывая, она подняла глаза, полные слёз, так, словно сейчас читала молитву. Содержимое руки выпало, укатившись с кровати, в то время как подключённые к женщине приборы стали сигнализировать о критичности инцидента, а сама Светлова пала на подушку замертво.

- Остановка! Адреналин, амиодарон быстро! Готовьте операционную! — крикнул прибежавший на сигнал дежурный врач, но как только приблизился к кровати пациентки, сам отлетел к стене. А поднявшись, не верил своим глазам. Как под мыльным куполом, находящимся под напряжением, женщина лежала в своей постели, и ни он, ни стоявшая в изумлении медсестра, не могли подойти, чтобы помочь.

Вопреки требованиям покинуть палату Сева сделал шаг и, дотронувшись до этого магического купола, сам ощутил мощный разряд.

- Ведьма! — бросился в погоню охотник, моля Бога — Только бы успеть...

Протоколы, списки, честь семьи и всё то нравственное, что годами вкладывалось в его голову, стало неважным. Успеть убить. Падут чары, врачи спасут! Обязательно спасут! Должны! Только бы скорее сдохла чёртова Земская...

Не смогла уйти далеко. Как только знойный летний воздух ударил в лицо, охотник увидел ведьму, потерявшую способность удерживать посторонний облик. Да и стойко держаться на ногах с учётом того, сколько жизненных сил вложила в заклинание для Людмилы, не получалось.

Держась за перила, Изабель пыталась спуститься и, сдёрнув медицинскую маску со своего лица, смотрела на кипевшего ненавистью охотника, страдающего жаждой крови.

- Всё не так... — только успела сказать Земская, как почувствовала оглушающий удар.

Не насмерть, но он обязательно исправит это. И без оружия, голыми руками, свернёт шею этой дряни, отлетевшей от его размашистой пощёчины через десяток бетонных ступеней.

Лёжа на асфальте и не понимая, какая именно часть её тела испытывает сейчас эту адскую боль, Изабель желала только быстрого и лёгкого конца.

- Ещё шаг и уже через день Людмила будет рыдать на твоей могиле! — послышался за спиной знакомый мужской голос, а к шее Севы был приставлен холодный клинок.

Один за другим, как из клубов пыли во дворике больницы возникали павшие охотники. Четверо братьев Омид, покойный сорокапятилетний Тернов и его сын, а также погибший совсем недавно Фирас Арс, вставший на колено перед ведьмой и аккуратно поднимающий её на руки.

- Вы мертвы... Или нет?! - прохрипел Всеволод под давлением холодного оружия.

- Мы — да! — явилась старуха Петра и сразу повернула голову на крик Людмилы, выскочившей на улицу в больничной сорочке:

- Нет! Боже мой, нет! — сбега́ла Светлова по ступенькам босиком.

Увидев старую знакомую, строгое лицо Петры сразу потеряло свою невозмутимость, и она, только успела дать команду Фирасу:

- Положи Изабель! Он передумает, увидев мать живой!

Не успел. Как и остальные мёртвые, растворившийся в воздухе Фирас, не мог удержать в своих руках ведьмы. Очередное падение об асфальт, темнота.

Мать подбежала и сев, приподняла голову Земской, чтобы положить на свои колени. А потом, так и удерживая нечисть, посмотрела на свою руку, испачканную алой кровью:

- Помогите! Кто-нибудь! Помогите мне! — истошно кричала Светлова, пока Сева не мог даже сдвинуться с места.

***Раздражающий звук прыгающей осциллограммы казался слишком громким. Уже три часа Людмила не отходила от девушки, так и не пришедшей в себя. Длинные пышные локоны местами были склеены засохшей кровью, а на бледном лице красный след от удара превращался в желто-фиолетовый.

- Ещё спит? — вошёл в палату интенсивной терапии главврач. - Думаю, кислород лучше пока оставить.

- Давай, Юрич, убей меня информацией... — грустно улыбнулась Людмила.

- Открытая черепно-мозговая травма, перелом с вывихом головки лучевой кости в левом локтевом суставе, травматическая перфорация барабанной перепонки правого уха. Ну а гематомы и ссадины сама видишь...

- Я не верю, что это всё происходит со мной... — побежали две дорожки слёз по щекам женщины.

- Камеры мы почистили... Давай поговорим о тебе? Это же чудо.

- Это не чудо, а колдовство. Я предала свою веру, пошла вопреки религии...

- Люда, твои забитые уже на 90% артерии чисты! Какая разница каким способом, если жизнь есть. Это она сделала? - кивнул Цирский на пострадавшую.

- Она. А мой сын отплатил ей... вон... Господи, ну почему всё так? Всё же должно было быть иначе!

- Сейчас жизни девушки ничего не угрожает. Можешь набросать в карточку, что тебе известно о ней?

- Нет. Никаких карточек. Иначе твоя больница превратится в поле боя.

- Уже, Людок! Пойду посмотрю, не убил ли твой муж Севку, они беседуют в моём кабинете.

***

Странное ночное дежурство, на котором Всеволода оставили в принудительном порядке, сильно напрягало. Складывалось впечатление, что мать специально приказала сторожить ведьму, чтобы дать возможность присмотреться к ней получше. Что Сева и делал, пока пострадавшая спала.

Изредка кончики густых, длинных ресниц подёргивались, а лицо было слегка нахмурено. Красивая, это бессмысленно отрицать! И сейчас, пока рядом никого нет, можно детально рассмотреть черты её лица. Прямой, чуть курносый носик, мягкая линия пухлых губ...

Десятки раз он подбирал в голове слова для извинений, но вот с момента инцидента прошло уже больше десяти часов, а в сознание Земская не приходила.

- Альбина, прошу Вас, проходите! — открыла дверь в реанимацию Людмила и впустила внутрь высокую рыжеволосую красавицу: холодная стервозная внешность, белый халат, наброшенный на синее облегающее платье, туфли на тонкой металлической шпильке.

- А этот что здесь делает?! - оскалилась бывшая ведьма, одарив охотника однозначным презрением — Люда, Вы оставили её наедине с агрессором?! Серьёзно?!

От разговоров, услышанных сквозь сон, девушка стала просыпаться и сначала подумала, что связана. Рука была надёжно зафиксирована в какое-то пластмассовое приспособление, и шевелить ей было совершенно невозможно.

- Аля... — еле произнесла Земская и, почувствовав тошноту от этого сильного головокружения, повернула голову набок.

- Я здесь! — присела на кровать Альбина и взяла пострадавшую за руку. - Где было это войско про́клятых, когда тебе так наваляли?! Всё? Прежние методы уже не работают?

- Зеркало... — шепнула Изабель — дай... мне... зеркало...

- Хер тебе собачий, а не зеркало! Не вздумай даже! Люда, а не желаете ли искупить вину перед Госпожей?! - повернулась стерва смотря на Светлову, и та чуть склонила свою голову — Мне нужна кровь трёх охотников, трёх разных династий, сможете оперативно решить?

- Нет! — категорично ответила хранительница — Я не так глупа, чтобы способствовать возвращению сил, которых Вы были лишены!

- Отлично! Тогда сама всё расхлёбывай! Разбирайся! И с сыночками своими, тупыми неучами! И с соглашением, которого не будет! А я пока передам письмецо любимой сестрёнке и расскажу, как оберегают в этом времени её дочь!

- Хорошо, —оставалась спокойной Людмила — давайте я подниму этот вопрос на ближайшем Совете, и мы постараемся...

- Мне нужны мои силы сейчас! Неужели ты не видишь, в каком Изабель состоянии? А из-за кого?

В гневную тираду Альбины вмешался слабый голос Земской, и в этой перепалке женщины не с первого раза расслышали, что именно говорит Бель:

-... не называй... не произноси моего имени...

- Глупая! —злобно рассмеялась рыжая, расхаживая по палате — Они и без того знают где ты!

- Вы сейчас об охотниках? — вмешался Всеволод, и Альбина посмотрела на него так, словно она барыня, а он холоп, подавший голос без разрешения.

- Ведьмы, Сева. — пояснила Людмила — От охотников её есть кому защищать... А мы защитим от ведьм.

- Кто?! ВЫ?! -громко рассмеялась Альбина — Да вы и от собственных сыновей защитить не можете! Один уже сутки бедную девчонку сношает как в дешёвой порнухе, второй всё руки распускает... Да-а-а! Вы, Людочка, точно знаете, как нужно воспитывать мужчин!

- Хватит, Аля. — приподнялась Земская и, свесив ноги с кровати, отдышалась от очередного приступа тошноты. - Сядь и помолчи.

- О-о-о... Госпожа!— села Альбина на стул, чинно сложив руки на колене — Пока ты была просто моей племянницей было попроще!

- Вы сейчас же принесёте мне зеркало! —уже требовала пострадавшая — Немедленно!

- И дружно просрём последний шанс на спасение... —болезненно усмехнулась рыжая — Давайте! Конечно! Кто меня и когда слушал?!

- Как же вы мне все надоели... — осуществила неловкую попытку встать Изабель и снова плюхнулась на кровать.

- Сева, найди зеркало. —скомандовала Людмила и тот, словно шут, сделав почтительный поклон, уточнил:

- А зеркало какого размера желает Госпожа?

- Не важно. — не поднимая своей забинтованной головы, ответила Земская.

Некоторое время спустя, охотник вернулся и внёс полуметровое квадратное зеркало, заимствованное в сестринской.

- Куда поставить?— подошёл он к ведьме, и та, поднявшись, показала свободной рукой на пол перед собой:

- Положи.

- Бель, это глупо! — снова прокомментировала тётка, в тот момент, как девушка ступила на своё отражение и провалилась вниз. Всё, что было на теле ведьмы, свалилось в кучу: больничная сорочка, бинты, пластиковый ортез наложенный на сломанную руку, и даже впитавшие в себя кровь лейкопластыри.

Отшвырнув ногой то, что закрывало обзор, Всеволод увидел не своё отражение, а ярко освещаемый пустой зал, украшенный мозаикой в арабском стиле. Ведьма рухнула на пол прямо в центре, словно чёрный лебедь. А когда полуобнажённая красавица стала плавно подниматься, удалось рассмотреть её откровенное восточное одеяние: тёмный лиф, расшитый ярким бисером, многоярусную, шифоновую юбку, с разрезом обнажающим длинные грациозные ноги. Но главным была не одежда, и не её волшебная красота. Ведьма была здорова! Ни припухлостей от его удара, ни ссадин от падения об асфальт - на ней не наблюдалось.

- Ну всё, это конец! Поздравляю вас, Светловы! — подошла Альбина к зеркалу и присев, обратилась к Земской — Скажи хоть в каком веке тебя искать, чокнутая Шахерезада?! Безопасней места не нашлось?!

- Это первое, что пришло в голову! — поднялась Изабель и восхищённо осматривала зал дворца, в котором оказалась.

- Бель, это вообще не шутки! — злилась тётка — Оставь координаты!

- Даже и не подумаю! — радостно, вприпрыжку подбежала босая ведьма к стоя́щему у стены столику. Взяв в руки золотой подсвечник, Изабель зашвырнула его в зеркало со своей стороны, и то, что лежало на полу реанимации, также разлетелось на мелкие осколки.

- По-о-олное фиаско! — поднялась Альбина и, цокая своими шпильками, направилась к выходу.

- Она же вернётся? — бросила в спину уходившей Людмила.

- Как?! Думаешь ей хватит ресурсов с учётом того, что сегодня произошло? Ведьмы воюют за эту землю, потому что именно она даёт им сил. Бель всего лишь глупая, взбалмошная девчонка! Да, она излечилась от увечий, нанесённых вами сегодня, но каким образом? Эта тупица шагнула в прошлое, да ещё и не на своей территории! А сможет ли выйти назад — большой вопрос!

***

Два дня неопределённости и вот поползли слухи о гибели 13-й. По крайней мере, в это искренне верили ведьмы.

Проснувшись посреди ночи, Всеволод смотрел в потолок и никак не мог понять мотивов дружбы матери и Земской. Хотя не заметить плюсов такого общения — было сложно.

Часы показали 3:45 когда он решил встать с постели и, натянув домашнее трико, направился в библиотеку, что располагалась в левом крыле на первом этаже.

Как и следовало ожидать, мать была именно там. Уставшие глаза, шуршание страниц, десятки книг, беспорядочно разложенных на столе в открытом виде.

- Ты ещё не ложилась? — прошёл Сева и встал за её плечом, смотря на указательный палец, которым она водит по строкам.

- Сынок, знаешь... даже человек с самым добрым сердцем может натворить таких дел... Мне страшно! Я не могу просто сидеть и ничего не делать!

- Я перестал понимать тебя, мам. И, кстати, не только я! И отец, и Макар, тоже очень обеспокоены...

- А эта шпана вообще трубку не берёт! — всплеснула руками Людмила. - Отцу отвечает, а мне нет! Растила, ночей не спала...

- Негодяй, однозначно! Утром доеду. Ему тоже несладко, поверь.

- Как там ваша Кузина?

- Он целенаправленно сводит её с ума. Прошлым вечером хотел признаться ей во всём. Кровь донора закончилась, и их лёгкое романтическое общение больше напоминает американский триллер.

- В смысле? Он что... Идиот... Бедная девочка! Я не удивлюсь, если её упекут в психбольницу!

- Макар не даст. Знаешь, его одержимость — настоящая проблема! Он даже на тренировку вчера не пришёл. Ребята спрашивали...

- Что?! - перебила мать — Тренировку?! Ты был в братстве?! Тебя же исключили?!

- И? Я вырос на испытаниях, в этом зале, на полосе препятствий. Кто меня оттуда выгонит?

- Я запрещаю тебе общаться с другими охотниками! — ткнула костлявым пальцем мать в его грудь, и Сева невольно рассмеялся.

- Мне как бы не семь... И давно!

Губы Людмилы поджались в обиде, и она снова отвернулась к своим книгам, страницы которых были заполнены рукописным содержимым. Сын не слушался тогда и сейчас тоже не будет!

- Прости. Мам, пожалуйста, не нервничай по пустякам.

- Для вас, охламонов, все пустяки... Нам нужна Изабель! Без неё ничего не получится.

- Была у меня одна мысль. Надо проверить!

- Не скажешь, да? — спросила Людмила уже в спину уходящего из библиотеки сына.

- Пока нет. Всё завтра.

Глава 13

Из ада в рай и так по кругу.

Любовь вида солнца, не ласкового и согревающего, а слишком близкого, сжигающего всё на своём пути. Первой, спалённой до самого тла, стала её воля. И сейчас, стоя в коридоре перед зеркалом, Варя собирала в хвост волосы, видя, что и пепла от её свободы не осталось.

- Мне не нравится твоё стремление вернуться в кофейню... — сказал Макар, находясь за её спиной и, взяв за кисть, заставил отпустить пряди, снова рассыпавшиеся по спине. Не вздрагивает, не дрожит, не отстраняется. Но и не смотрит в лицо. А это злило! И после кто-то смеет сказать, что внешность — это не важно?!

- А мне не нравится твоё стремление меня контролировать! — холодно, чуть вздёрнув нос, ответила Варвара и снова попыталась собрать волосы, когда он повторил прежнее действие, не позволив перехватить белокурую шевелюру резинкой.

- Не стремление, Варя, намерение. Оставь, пожалуйста, пусть будет так. — погладил он по распущенным волосам, и разозлившись, девушка прошла в кухню, к окну, на подоконнике которого оставила чашку своего кофе.

Да, наколдованный принц — восхитительный любовник... И на этом всё! Даже его щедрость не может компенсировать такого тираничного подхода к отношениям. Теперь понятно, почему он был одинок. А может, её агрессия только из-за того, что она постоянно видит в нём охотника? Рассудок расщеплён и та опасность, которую пережила тогда, сейчас ходит за ней по пятам и диктует правила жизни.

- Ты снова грустишь...

- Я злюсь! — взвизгнула Варя, щёки которой раскраснелись — Я просто в бешенстве! Чуть больше воздуха можно мне?!

- Чтобы ты и дальше стояла у стойки и улыбалась всяким левым мужикам в синих галстуках? — говорил он как с маленькой девочкой и совсем не ожидал её слёз в ответ. - Варя... Иди сюда, малышка...

- Тот клиент... Тот мужик, как ты говоришь, был моим боссом... Я не знаю, почему он не узнал меня! Он прекрасный человек и...

- Зато я ужасный... М-м-м как тебе не повезло! —заключил её в свои объятья Макар и только больше вскипел, когда попыталась освободиться:

- Хватит! Всё, Матвей! Достаточно! Тебе что не надо на работу? Ты тунеядец?

- Нет, зайка. Я киллер на фрилансе. Пока заказов не поступало!

- Не смешно! Придурок! — совсем осмелела Варя и освободившись вернулась в коридор. Маленькие ножки прыгнули в кеды, сумочка повисла через плечо...

- Ла-а-адно, я отвезу тебя! — стал обуваться и Макар — А может, по магазинам пройдёмся? Хочешь туфли? Вчерашний шопинг очень благополучно повлиял на твоё настроение!

- Хочу поскучать по тебе пару дней! Организуешь?!

Ярость, захват одной рукой за тонкую талию и вот уже она парит, пытаясь коснуться пола носами белых кед.

- Слышь, грубиянка! Ты у меня сейчас не то что из квартиры, из кровати не вылезешь! А потом ещё два дня ходить не сможешь. Это понятно?!

Вновь задохнувшись от возмущения, не смогла найти слов, чтобы ответить. Дисгармония силы его объятий и нежности поцелуя гасили ноты протеста, волшебным образом превращая Варвару в согласную, безвольную и покорную.

***

За любовью следил как за ведьмой, хоть таковой Варвара и не являлась.

По прибытии к кофейне девушка заметно повеселела и, выпрыгнув из авто, поспешила открыть заведение, но утренний потребительский пик уже был упущен.

Державшись на расстоянии, Макар наблюдал. Несколько часов Варя кружилась в заботах кофейни, а потом, закрыла её и, озираясь по сторонам, направилась куда-то.

- Врушка какая! А говорила, работать будет! — пешком преследовал охотник, и когда спустя несколько кварталов она остановилась перед двухэтажным зданием автомойки, подумал, что возможно, пора бы вмешаться.

Ступор длительностью в пять минут, обход здания вокруг. Один из мойщиков, заметив эту странную блондинку, вышел из помывочного бокса, что-то спросил, но Варя промолчала и развернувшись, направилась обратно к кофейне.

По пути раскрыв свою маленькую сумочку, она достала какой-то листок и забежала в оптику, откуда вышла уже в новых очках.

Макару не нужны были очки, чтобы видеть сложность её эмоционального состояния. Встревоженное лицо, суетливые, резкие движения, неуклюжесть.

- Блядь! Да нет! Да так не бывает! — словно ошпаренный встал он, смотря на то, как из павильона с детскими товарами выходит его донор! Застёгнутая на все пуговицы, рубашка в мелкий синий цветочек, обтягивающие кремовые брючки и светлые мокасины. Таких пижончиков члены братства называют не очень хорошими словами, и сейчас нецензурных выражений, мелькающих в голове Макара, было немало. Следом из магазина вышла брюнетка в лёгком розовом платьишке свободного кроя, и повиснув на плече слащавого парня, громко смеясь, прошла к брошенному на аварийке седану.

Эта парочка разминулась с Варей буквально в трёх шагах, и спина наблюдателя взмокла от холодного пота. Не заметила... Они были перед самым её носом, но нет, тонувшая в своих мыслях Кузина даже не подняла головы.

- Красивая пара, не правда ли? — прошла мимо Макара и обернулась Мария. Длинные волнистые волосы, слишком вызывающий для юной девушки взгляд и навязчивый шлейф колдовского аромата уведомили охотника о принадлежности юной барышни. Усмехнулась, когда он рыпнулся в её сторону и только погрозила пальцем:

- Нет-нет охотник! Нельзя трогать не созревших, а мне ещё нет восемнадцати!

- Мразь, думаешь можешь играть людьми как хочешь?!

- А твои игры лучше, Макар Светлов?

- Только сунься и я нарушу правила!

Бесстрашная ведьма подошла ближе, и приблизив свои губы к его крепко стиснутым зубам, шепнула:

- Ты уже нарушил их, красавчик! Поторопись, пропустишь начало спектакля...

***

Кто из сотрудников небесной канцелярии решил, что можно написать такой ирреальный сценарий её судьбы? А кто поставил на нём резолюцию, в уверенности, что Варвара Кузина справится с такими испытаниями?

«Ты не одна» исчез. Просто испарился! Вместе с его жителями, организаторами, и парой купленных на социальное пособие туфель...

- Бре-е-ед! — комментировала Варя свои мысли, открывая кофейню и пройдя внутрь, сразу направилась к раковине, чтобы вымыть руки. - Так, центра нет... Психолога нет... Телефона Альбины нет... Документов — тоже ещё нет! Прекрасно! Зато есть совершенно озабоченный мужик! И с ним мне точно нужен и психолог, и документы, и, возможно, социальный центр, в который можно сбежать!

Бубнившая себе под нос повязывала чёрный рабочий фартук, когда дверь в кофейню отворилась и внутрь вошёл приодевшийся и уже гладковыбритый Матвей:

- Добрый день! Два карамельных рафа, пожалуйста! — попросил он, не поднимая головы от телефона, и старательно что-то печатал.

- Переоделся? Тебе очень идёт... — улыбнулась Варвара, отметив про себя, что сейчас он выглядит как тихий, скромный и примерный «мальчик».

- Простите? — не расслышал парень, посмотрев на бариста, и даже успел улыбнуться этой симпатичной блондинке в строгих очках, когда вбежавшая в кофейню размалёванная кукла звонко залепетала:

- Антош, ты представляешь, мне только что написала твоя мама!

- Она купила нам тур на Мальдивы! — цокнул языком Матвей и недовольно закатил глаза — Да! Динуль, она это в общий чат написала, вообще-то! И меня, кстати, не спросила! Я вот не готов после свадьбы ещё с двумя пересадками... Пусть сама летит! Девушка, — также недовольно обратился он уже к Варваре — Вы будете стоять и смотреть, или, наконец, приготовите нам кофе?!