Падение Драйсдейла

Элизабет шумно вдохнула воздух.

– Да, до безумия. Словно всю жизнь он был единственным, кто мне нужен.

– Что ж, хорошо.

– А ты? Ты любила Бенджамина по-настоящему?

Диана опустила взгляд.

– Конечно любила. Он показал мне, какой мир на самом деле большой. И пусть в те времена я не желала становиться мамой, ты – плод нашей любви. После его исчезновения я взрастила ненависть к нему. Особенно, когда ко мне пришли эльфы, чтобы стереть мою память. Эти идиоты и не догадывались, что заклинание ещё действует и что я ничего не забыла после того, как они осыпали меня.

Диана коснулась рук дочери.

– Твоя сила. Какого это?

Девушка посмотрела на руки, выпустила часть энергии и тёмно-зелёные искры побежали от её рук.

– Странные ощущения. До сих пор не привыкла. Ты чувствуешь эту энергию, как она бежит по всему телу и постоянно жаждет свободы. Сейчас мне уже легче её удерживать, но раньше магия выходила постоянно. Но я всё ещё боюсь того, что мне придётся уничтожить Зазеркалье. Не знаю, смогу ли я вообще это сделать… – Глаза девушки погасли, и она опустила голову.

Диана улыбнулась и ласково провела рукой по волосам Элизабет.

– Ты со всем справишься, я верю в тебя, – женщина положила руки на плечи дочери. – Всегда в тебя верила. К сожалению, я не лучший собеседник на тему уничтожения Зазеркалья, но то, что тебе выпала доля спасти Драйсдейл… Это заставляет одновременно гордиться и переживать за тебя. Будь осторожнее, Элизабет. Я знаю, что ты уже не маленькая девочка и можешь за себя постоять, но я очень прошу не нарываться на неприятности. Мир Алиуса жесток.

– Я обещаю, что не буду лезть на рожон.

– Люблю тебя, дочка.

– И я тебя, мама.

Они обнялись, и Элизабет ушла к себе в комнату. Ричард уже сладко спал и даже мило посапывал. Девушка легла под одеяло и, чмокнув эльфа в лоб, погрузилась в заслуженный сон.

Глава 4

17-ое августа. 129 дней до Рождества. Площадь города.

Рано утром они выехали на ярмарку. За стеклом машины мелькали уютные городские кварталы – кирпичные домики с черепичными крышами, вывески лавок, гирлянды, в честь праздника. Всё это вызывало у девушки ностальгию.

Элизабет невольно прижалась лбом к прохладному стеклу, и перед глазами заплясали воспоминания детства. Вот так же – много лет назад – она сидела в машине рядом с мамой, сжимала в руках плюшевого зайчика и с восторгом разглядывала праздничные улицы. Тогда всё казалось огромным: и дома, и деревья, и сама ярмарка, куда они направлялись.

Она помнила, как ко дню города площадь преображалась за одну ночь. Ещё вчера здесь были обычные лавки и скамейки, а утром – словно по волшебству – вырастали разноцветные шатры, устанавливались карусели. Воздух наполнялся запахом жареных каштанов, сахарной ваты и свежескошенной травы.

В памяти всплыли яркие картины: мама в лёгком летнем платье ведёт её за руку по рядам ярмарочных палаток; сладкий вкус малинового лимонада, от которого немели зубы; шумные толпы горожан, смеющихся и переговаривающихся; лоточник с воздушными шарами, которые вырывались из его рук и улетали в небо; карусель с деревянными лошадками, сверкающими позолотой.

Под тентами из лёгкой ткани продавали мороженое с самыми разными вкусами: от классической ванили до экзотической маракуйи. Старушки в кружевных платках предлагали вязаные салфетки и скатерти, а рядом парни в фартуках жарили рыбу на углях – её аромат разносился по всей площади.

Она вспомнила, как в семь лет впервые сама купила себе безделушку – крошечную брошку в виде звёздочки. Целую неделю копила карманные деньги, а потом гордо приколола её к своему сарафанчику.

Сейчас, глядя на знакомые улицы, Элизабет чувствовала, как внутри разливается тепло. Она не знала, где та самая брошка сейчас, ведь все её вещи были стёрты из этого мира. Зато эти места не изменились – они хранили её детство, её первые радости и маленькие открытия. Каждый поворот, каждая вывеска, каждый узор на кованых решётках балконов – всё было частью её истории.

– Мам, – тихо сказала она, не отрывая взгляда от окна, – помнишь, как мы объелись сладкой ватой на ярмарке? Сколько их было? Восемь?

Диана улыбнулась, не отрывая рук от руля:

– Кажется семь. Ты тогда сказала, что больше никогда не будешь есть сладкую вату.

– Да-да, – рассмеялась Элизабет, и в её глазах заблестели слёзы – то ли от воспоминаний, то ли от того, что ей уже никогда не стать той маленькой девочкой.

Ричард обнял её и девушка положила голову ему на плечо.

Все, кроме Дианы, надели ту же одежду, в которой ходили на улице. Эльфы заранее съели конфеты, чтобы принять людской облик и теперь ничем не выделялись.

Диана Морган же была в ослепительном синем летнем платье с вышитыми на нём блестящими звёздами. Ткань переливалась при каждом движении, а звёзды словно мерцали в лучах утреннего солнца.

– Мам, а ты точно уверена, что тебе будет комфортно ходить с нами? Тебя не достанут фанаты?

– Они у меня хорошие, не думаю, что это помешает, – ответила Диана, сворачивая на узкую улицу. Машина плавно выкатилась на площадь, и перед ними открылась картина, от которой у Элизабет перехватило дыхание.

Городская ярмарка… Она была именно такой, какой Элизабет всегда её помнила. Конечно, ничто не сравнится с ярмаркой Драйсдейла – той, что размером с целый город и охватывает множество стран, где можно найти диковинки со всех уголков Вселенной. Но эта… эта была по‑своему волшебной.

Площадь утопала в разноцветье палаток и навесов. Воздух наполняли ароматы: дым от грилей, сладкий запах мёда, пряности, свежеиспечённый хлеб. Всё это смешивалось в неповторимый букет, от которого сразу просыпался аппетит.

Лавки тянулись рядами, словно разноцветные бусины на нитке

Элизабет вышла из машины и невольно улыбнулась, заметив палатку с вафлями. Уличный повар ловко заливал тесто в горячий пресс, а через минуту на тарелку падала золотистая хрустящая вафля – её тут же поливали карамелью и посыпали ягодами. Рядом продавали коричневые пирожки с сыром, только что снятые с гриля: их корочка хрустела, а внутри таял тягучий сыр.

В центре площади виднелась большая сцена, украшенная гирляндами и флажками. К вечеру здесь должен был начаться концерт – уже ставили колонки, настраивали свет, а вокруг собирались зеваки.

Чуть поодаль стояли палатки с предсказаниями. Их крыши украшали звёзды и луны, а у входа сидели женщины в длинных плащах, с загадочными улыбками. «Предскажу судьбу!», «Раскрою тайны прошлого!», «Расскажу, что ждёт впереди!» – гласили вывески.

А ещё были тиры. Яркие мишени, призы в виде мягких игрушек, азартные возгласы. Мальчишки и девчонки соревновались, кто собьёт больше мишеней, а взрослые улыбались, наблюдая за ними.

– И как у вас тут развлекаются? – спросил Ричард, выходя из машины и поднимая солнцезащитные очки на голову. Его глаза блестели любопытством, он оглядывался, впитывая каждую деталь. Элизабет заметила толпу девочек-подростков, которые не успели дойти до входа на в ярмарку, потому что их внимание украл мужчина с атлетической фигурой, белокурыми волосами и тёмно-синими глазами.

Ричард не успел заметить их взгляд, Элизабет встала перед девушками и демонстративно поцеловала его в щеку, не забывая злобно глянуть на них.

– Ты чего? – смутясь, эльф потрогал поцелованное место.

– Ничего, красивый ты.

Фитцмор зарделся так, будто их судьбы не были соединены и они не спали каждый день в одной кровати.

– Ты тоже, – промямлил он, избегая взгляда Дианы. И не спроста: та смотрела на них с явным неодобрением.

– Ты спрашивал про развлечения – Диана встала перед ними, – Что ж, они здесь всяко лучше будут, чем у вас в Драйсдейле.

Она заблокировала машину и двинулась вперёд, ступая по тёплому асфальту, нагретому полуденным солнцем. Воздух дрожал от гомона, музыки и аппетитных запахов – ярмарка жила своей буйной, пёстрой жизнью.

Но не успели они пройти и пары метров, как на Диану накинулся один из фанатов – молодой парень с блокнотом и ручкой, сияющий от восторга.

– Диана! Это вы?! Можно автограф? Я ваш поклонник с самого первого альбома!

Не успела она ответить, как рядом возникли ещё несколько человек – девушки с фотоаппаратами, парни с плакатами. А чуть поодаль Элизабет заметила тех самых девочек, что с восторгом пялились на Ричарда, они перешёптывались и показывали на их отряд пальцами. Девушка готова была поспорить, что те решили, что они все, включая Мигеля, из модельного агентства, а Элизабет та самая секретарша, которая подносит им кофе и поправляет макияж.

– Рик, – Мигель дёрнул брата за футболку, отвлекая от суеты, – а это что такое?

Лекарь указывал на розовую квадратную стойку на колёсиках, возле которой стоял мужчина в красной кепке. Он ловко наматывал на пластмассовую палочку нечто воздушное, розовое, почти волшебное. Рядом толпились дети, с восторгом откусывая от пушистых шаров по кусочку.

– Ой, это сладкая вата, – улыбнулся Ричард.

– Миг, ты что, никогда не ел сладкой ваты? – удивилась Элизабет, но тут же осеклась. Конечно, откуда ей взяться в Драйсдейле? Даже купцы не привозили ничего подобного.

– Больше скажу, я впервые вижу эту вашу вату… – Мигель неуверенно подошёл к аппарату, который с тихим жужжанием выплёвывал сахарные нити. Его глаза широко раскрылись – то ли от любопытства, то ли от удивления.

– Тебе большую или маленькую, братишка? – добродушно спросил продавец, на вид не старше двадцати. – Я сейчас, как видишь, делаю большую.

– А, эм… – Мигель растерянно оглянулся на друзей.

– Точно, я же хотела вам всем дать денег, – Диана оторвалась от поклонников, отыскала в своём объёмном кошельке купюры и протянула их Мигелю. – Выбирай большую, поделишься с нами.

– Я могу сделать на всех, друзья, – предложил продавец.

– А можно для начала попробовать? – вдруг выпалил Мигель, и продавец удивлённо приподнял бровь.

– Чувак, ты что, никогда не пробовал сладкую вату? – Он оторвал кусочек воздушного сахара и протянул Мигелю.

Тот осторожно положил его в рот… и резко расширил глаза.

Продавец явно ожидал услышать «вау», «ух ты» или хотя бы простого «круто». Но вместо этого он увидел, как лицо Мигеля исказилось в гримасе крайнего недовольства.

– Как сладко! Просто ужас! – воскликнул Мигель, едва сдерживаясь, чтобы не выплюнуть остатки. – Это же голимый сахар, просто растопленный и вращающийся вокруг барабана, который собирают в виде нитей! Зачем так обманывать?!

– Да все вроде и знают, что это сахар, – ошарашенный продавец вздёрнул плечами. – Даже в названии «сладкая вата» всё понятно. Если у вас вдруг аллергия и вам нужен доктор, могу отвести вас в больничную палатку.

– Спасибо, обойдусь, я и сам врач, – Мигель скрестил руки и решительно направился вдоль палаток, будто желая поскорее забыть этот кулинарный кошмар.

– Врач? Студент, что ли? – пробормотал продавец себе под нос.

Ричард с Элизабет не удержались от смеха, догоняя его.

– Прости Мигель, я знаю, что ты не любишь сладкое, но ты же мог догадаться, что в вате есть сахар!

Лекарь нахмурился.

– Да, но я не думал, что так много. – Буркнул лекарь, но в глазах его уже сверкал интерес к следующему прилавку – там продавали жареные каштаны, и аромат был куда более многообещающим.

– Не понимаю, и чего они так разбуянились? – спрашивала Диана про своих фанатов, присоединяясь к троице. – Будто сто лет меня не видели!

– Даже не знаю, может, из‑за того, что ты выглядишь как фея‑крёстная перед балом? – усмехнулась Элизабет, окинув маму взглядом. Синее платье с вышитыми звёздами и вправду превращало Диану в сказочную героиню – ту, что вот‑вот взмахнёт волшебной палочкой и сотворит чудо.

– Да, кстати, – Диана вдруг остановилась, её лицо стало серьёзнее. – Мне кажется, нам нужно разойтись.

– То есть? – не поняла девушка.

– Многие замечают наше с тобой сходство, Лизи. И я боюсь, что кто‑нибудь узнает… или начнёт распускать слухи обо мне и тебе. – Диана мягко коснулась её плеча. – Я не хочу, чтобы из‑за меня у тебя возникли проблемы.

– Хочешь сказать, что последний день с мамой я должна провести без мамы? – Элизабет резко вцепилась в руку Ричарда, словно искала опору. Но через мгновение её губы дрогнули в улыбке. – Хорошо, так уж и быть. Тогда ты иди с Мигелем и купи ему что‑нибудь получше сахарной ваты, а мы с Ричардом потратим все твои деньги на какую‑нибудь ерунду!

– Я же о твоём удобстве забочусь! – парировала Диана.

– Да? – Элизабет посмотрела на толпу, которая хоть и на расстоянии, но шла за ними по пятам. – А по-моему, тебя заботят только слухи. Мне вот на них плевать!

– Но… – Диана сдалась. – Пойми меня, ты скоро покинешь город, а мне с этим жить. Я и так едва уговорила охрану держаться подальше, чтобы вам было комфортно!

Элизабет огляделась и только сейчас заметила, что рядом с толпой неугомонных фанатов находятся двое огромных мужчин в чёрных костюмах. На их лицах был пот – бедные, в такую жару и в такой форме.

– Спасибо, мам, нам комфортно.

С этими словами Элизабет развернула Ричарда, и они растворились в толпе, оставив Диану и Мигеля одних. Лекарь, казалось, хотел их догнать – его взгляд метался между удаляющимися фигурами и женщиной, стоящей рядом. Но он остался.

– И что нам теперь делать? – Диана с печальной улыбкой посмотрела на Мигеля.

Он лишь пожал плечами.

– Ладно, вопрос: ты можешь колдовать в образе человека? – неожиданно спросила она.

– Да, а что? – Мигель настороженно посмотрел на неё.

Диана игриво пошевелила бровями:

– Есть тут одно дельце. Видел сцену на середине площади?

– Да, видел… Стоп, что вы задумали? – в его голосе прозвучало одновременно опасение и любопытство.

***

Элизабет и Ричард шли медленно сквозь ряды палаток. Воздух был напоён ароматами жареных орехов, карамели и свежей выпечки. Вокруг царил весёлый хаос: дети бегали с воздушными шарами, музыканты настраивали инструменты, торговцы зазывали покупателей.

Но тишина между ними становилась всё ощутимее – пока наконец Ричард не нарушил её:

– Вы же вроде обсудили вчера всё. Что опять началось?

– У меня такой же вопрос, – Элизабет нервно провела рукой по волосам. – Её правда смутило то, что фанаты обратили внимание на наше сходство? Они бы всё равно никак не подтвердили это, потому что меня не существует!

Её голос прозвучал громче, чем она рассчитывала, и несколько человек обернулись. Девушка тут же смутилась, а Ричард улыбнулся:

– И что ты предлагаешь теперь делать?

– А пошли в… – Элизабет прошлась взглядом по палаткам, и вдруг её глаза загорелись.

Вдали, среди ярких шатров и разноцветных флагов, стояла одна лавка – чёрная, почти мрачная, с вывеской «Лавка чудес». Она словно нарочно пряталась от всеобщего веселья, контрастируя с праздничной атмосферой.

– Туда!

– «Лавка чудес»? Туда даже очереди нет, может, там не интересно? – Ричард с сомнением посмотрел на тёмный фасад.

– Ну вот и узнаем. Пошли! – Элизабет решительно потянула его за руку, и они направились к загадочному шатру.

Как только они зашли внутрь, их окружила плотная, почти осязаемая тьма. Пахло старыми книгами, ладаном и перцем. Ричард невольно напрягся и, когда глаза привыкли к темноте, Элизабет заметила, как он схватился за мешок на поясе, где лежала серебряная пыль, рассеивающая тьму. Она положила руку ему на ладонь.

– Подожди, так надо, – прошептала Элизабет, вглядываясь в черноту.

Девушка ожидала чего‑то эпичного – например, внезапного появления людей, похожих на волшебников.

И действительно: в глубине шатра вспыхнул тусклый свет, выхватив из тьмы три фигуры в длинных плащах. Включилась лампа на столе, за которым сидели эти загадочные существа. Их лица мерцали в тени, черты расплывались, словно маскировались под игру света и тени. Из‑под стола с тихим скрипом выдвинулись два стула.

– Присаживайтесь, жители нижнего мира, – произнесла одна из девушек низким, вибрирующим голосом.

Ричард и Элизабет переглянулись. Пальцы их сжались крепче, и они медленно опустились на стулья.

– Протяните ваши руки – и узнаете вашу судьбу, – сказала девушка справа. Её голос звучал как шелест сухих листьев.

– А деньги… разве не деньги сначала? – настороженно спросила Элизабет.

– Сначала волшебство, а потом деньги. Неужели хотите, чтобы мы забрали плату и надули вас? – парировала левая девушка, и в её тоне прозвучала едва уловимая насмешка.

– Нет… – Элизабет поняла, что звучит это разумно, и вытянула руку. Ричард последовал её примеру.

Левая и правая девушки взяли их ладони, а та, что сидела посередине, достала из‑под стола колоду огромных карт с причудливыми изображениями – Таро. Правая, державшая руку Ричарда, заговорила первой:

– Чувствую очень сильную энергию. Ты – Ричард Фитцмор, верно?

Ричард кивнул, и на его лице появилась ухмылка. Элизабет ещё больше напряглась. Как они узнали? Это возможно? Почему Ричард смотрит на них, как на старых знакомых?

Средняя девушка положила карты под руку Ричарда. Одна из них мгновенно выпала из колоды. Она перевернула её. На карте был изображён ангел с надписью «Высшее создание».

Элизабет испуганно посмотрела на Ричарда. Её сердце заколотилось, но он только кивнул, словно говоря: «Бояться нечего, наслаждайся шоу».

Левая девушка обратилась к Элизабет:

– Твоё имя – Элизабет Мария Морган.

– Д‑да… – робко ответила девушка.

На её руку положили колоду карт. Они лежали неподвижно, будто сомневались в сущности Элизабет. Прошло несколько долгих секунд – и наконец одна карта выпала. Средняя девушка перевернула её, и плащ едва заметно колыхнулся.

На карте был изображён человек с одним ангельским крылом. Подпись гласила: «Смешанная кровь». Какие-то странные Таро.

– И что же это значит? Высшие, низшие, смешанная кровь, а? – с издёвкой начал спрашивать Ричард.

– Я думала, что мы сегодня хорошо заработаем, сёстры, но такого подарка судьбы я не ожидала, – произнесла средняя девушка, поднимаясь из‑за стола.

Элизабет начала паниковать ещё сильнее, когда увидела, что рост девушки оказался невероятным – два метра, не меньше.

– Да, Адель, ты права, это чистой воды везение… – правая девушка поднялась, а за ней и левая. Все три фигуры оказались почти одного роста, и смотрели на Ричарда и Элизабет так, словно те были букашками под их ногами.

– Ой, заканчивайте этот цирк, – Ричард взмахнул рукой, и одним резким движением ветра сдул капюшон с головы правой девушки.

Под ним открылась жуткая картина: лицо – нечеловеческое, глаза, чёрные, как у насекомых, кожа, покрытая странными узорами. Элизабет мгновенно вспомнила тот день – день, когда она, с тремя огромными ранами от стрел сидела на стуле, а вокруг неё собрались эльфы, играющие в жуткую игру под названием «Респонсио». Это было воспоминание Ричарда – воспоминание о том, как его пытались украсть. А затем Лена. Чёрные звёзды, длинные когти.

– Феи… – выдохнула Элизабет, чувствуя, как земля уходит из‑под ног.

– Верно, мы феи… – средняя девушка посмотрела на сестёр, и троица одновременно смахнула с себя плащи.

Теперь перед Элизабет и Ричардом стояли существа с кожей цвета кофе с молоком, ненормально длинными ушами (даже по эльфийским меркам), прозрачными хрустальными крыльями, безумно длинными тёмными волосами и большими черными, как бездонные дыры, глазами.

Одежда фей была не из листьев, как было в воспоминаниях Ричарда и Лена, а из плотной чёрной кожи – облегающие платья, подчёркивающие нечеловеческую грацию. Нельзя было не отметить и чёрные острые ногти, скорее напоминающие когти.

– Numquid revertetur ad veram formam, elf? – спросила Адель, и её голос прозвучал как звон колоколов.

Элизабет начинала учить латынь, но остановилась на самых азах. Теперь это ей аукнулось.

– Выделываться будем? Ну, хорошо, – Ричард покрутил указательным пальцем в воздухе.

В тот же миг его уши вытянулись, став подлиннее, а глаза засверкали не человеческим блеском. Элизабет дёрнула его за руку.

– Мы не можем просто уйти? – девушке совсем не хотелось возвращать свою эльфийскую ауру и тем более колдовать.

– Мы обязательно уйдем. Но сначала нужно узнать у этих особ, что они забыли в мире людей, – Ричард грозно посмотрел на фей. Те, словно по негласному сигналу, снова опустились на стулья – теперь их взгляды были почти на одном уровне.

– Скучно сидеть всё время около королевы. Мы отпросились и решили ездить по городам людей, развлекаться с низшими, смеяться над их наивностью, – ответила Адель, и в её улыбке промелькнуло что‑то хищное.

– Да кого вы обманываете? Небось, ищете красивых мальчиков, которых можно утащить на остров, – Ричард скрестил руки, оставаясь на удивление расслабленным – в отличие от Элизабет, которая то и дело переводила взгляд с него на фей и обратно.

– До чего же догадливый эльф, ты посмотри, Кларисса! – воскликнула до сих пор не названная поимённо фея.

– Да, Веселина, он неплох, – Кларисса положила руку на щёку и улыбнулась острыми зубами. – А что здесь забыли эльф и, как ни странно, полукровка?

– Кто вообще решился возлечь с человеком и сделать дитя? Драйсдейл оказался ещё омерзительней, чем нам рассказывала королева, – добавила Кларисса.

– Сёстры, а вы помните, что Ричард Фитцмор – это тот самый эльф, которого не получилось выкрасть несколько лет назад? – Адель приподняла бровь, ее глаза сверкнули.

– А ведь и правда! – воскликнула Веселина. – Я думала об этом, имя на языке вертелось. Так и знала, что всё не просто так! А что же такое случилось на Северном полюсе, что заставило эльфов вылезти из своих сугробов? На купцов вы не похожи.

Элизабет оскорбилась. Она, конечно, занималась этой работой не так давно, но всё же! Полгода они были купцами, самыми настоящими!

– Ничего, что вас касалось бы, – Ричард встал со стула и протянул руку Элизабет. – Спасибо за занятный разговор, но нам пора.

– Ты настолько наивен, эльф, что думаешь, что мы просто так вас отпустим? – усмехнулась Адель, и её пальцы медленно сжались в кулак.

– В Драйсдейле явно что‑то случилось, а наша королева только рада напасть без объявления, – Кларисса издала смешок, будто происходящее было занимательной комедией. Возможно, для фей Лодосса война и являлась таковой.

– А даже если ничего и не случилось, разве это не неплохой улов: эльф, которого так хочет королева, и его подружка‑полукровка, над которой можно поэкспериментировать? – Веселина жадно облизнула губы.

Ричард, держа девушку за руку, прошёл к выходу. И вдруг замер. Палатка мгновенно стала твёрдой, как камень. Выход исчез – стены сомкнулись, перекрывая любой путь к бегству.

– Вот чёрт. – Выругался эльф.

– Что на делать? – запаниковала Элизабет.

Ричард повернулся к феям. Те уже поднялись со своих стульев.

– С тремя даже мне не справится. Активируй свою силу.

– А мы не можем просто телепортироваться?! – воскликнула Элизабет, хватая мешочек с телепортационной пылью с пояса.

Едва она начала доставать пыль, мешок вылетел из её рук – невидимая сила швырнула его куда‑то за пределы досягаемого.

– Элизабет, освобождай магию!

– Ты сейчас серьёзно?!

Сердце затрещало. Только не сейчас. Только не здесь.

Элизабет сжала кулаки, пытаясь вспомнить всё, чему её учили: как концентрироваться, как чувствовать потоки магии. Феи наблюдали за ними с холодным интересом, как за зверьками в клетке.

– Ну что, поиграем? – протянула Адель, поднимая руку. В её пальцах заискрился тёмный свет.

– Мы не спасём Драйсдейл, если попадём на остров фей! – крикнул ей Ричард.

– Так значит, Драйсдейл действительно сейчас уязвим?! – ликующе воскликнула Кларисса, и в её глазах вспыхнул чёрный огонь. – Нужно сообщить королеве! Незамедлительно!

– О нет… – Ричард заругался сам на себя. – Только попробуйте, и я вырву ваши крылья!

– Мы не боимся тебя, эльф, – холодно произнесла Адель. Она резко опустилась на колени, и две другие феи мгновенно повторили её движение. Их губы зашевелились, шепча заклинания.

– Плохо! Они отправляют сообщение королеве! – Ричард взмахнул рукой – скатерть со стола рванулась вперёд, оплетая рты фей, словно живая лоза. – Бет, снимай магию с шалаша!

– Я?! – Элизабет в панике развернулась, её глаза расширились от ужаса.

– У кого из нас магия, способная разрушить любое заклинание?!

– Я не готова! – закричала девушка, пока Ричард в одиночку сдерживал натиск трёх фей. Они метались по шатру, пытаясь обойти эльфа, чтобы добраться до Элизабет.

– Ещё как готова! Я верю в тебя! – Ричард на мгновение отвлёкся, чтобы бросить в одну из фей голубой шар искр. – Вспомни, что тебе говорила Филиция Лиадон! Элизабет чувствовала, как ладони вспотели от страха. Эльфийскую ауру она освободила давно. Но чтобы снять с чего-то заклятие – было слишком!