Пришибла, полюбила, воскресила

Я натягивала одеяло на голову.

– Знаешь, – добавлял он, – в Египте меня называли «Поцелуй Сфинкса». Не спрашивай почему… хотя можешь.

Я вставляла беруши.

Но вчера он придумал новый способ пытки.

Он начал кусать.

Не смертельно, конечно. Но так, что я вскакивала среди ночи, шлёпала себя по щеке и клялась, что это всё сон.

И главное – кусал с обидой.

Злобно.

Так, будто мстил за все мои попытки его не замечать.

Сегодня с утра он превзошёл самого себя.

Пока я в библиотеке аккуратно вытирала пыль с верхней полки, он умудрился впиться в мой локоть так, что я едва не уронила «Историю средневековой Франции» в трёх томах.

– Ай! – пискнула я и схватилась за руку.

– Это чтобы ты знала, – удовлетворённо протянул он, зависая у моего лица. – Я существую.

Я зажмурилась, сосчитала до пяти, сделала вид, что ничего не слышала.

Но вечером… я сдалась.

Он куснул меня в шею.

Прямо в шею!

Остро, как будто миниатюрным ножом.

– ДА СКОЛЬКО МОЖНО! – взвизгнула я, сдёргивая наушники и отшвыривая их на кровать. – ТЫ БОЛЬНОЙ, ЧТО ЛИ?!

– О, наконец-то! – воскликнул он с таким восторгом, будто выиграл лотерею. – Я уж думал, ты так и останешься холодной, как мумия!

– Я! – задыхалась я, размахивая руками. – Два дня! ДВА ДНЯ терплю твои… твои пошлости и укусы! Я думала, я с ума сошла!

– А ты милая, когда злишься, – мечтательно заметил он. – Щёки такие румяные… прям кровь разгоняется, ммм.

– Я тебя УБЬЮ! – заорала я. – Второй раз! И на этот раз точно до конца!

– Милая, я уже мёртв, – хмыкнул он. – Но твоё рвение трогает моё крошечное сердечко.

Я схватила подушку и начала размахивать ею по комнате, как самурайским мечом.

– ВОН! ВОН ИЗ МОЕЙ ЖИЗНИ!

– О, нет, – довольно протянул он, легко увернувшись. – Мы связаны, смертная. Ты моя единственная надежда. Поможешь мне воскреснуть – и я обещаю исчезнуть навсегда.

Я застыла, тяжело дыша, с подушкой в руках.

Он… предложил сделку.

И, что самое ужасное, за два дня я задумалась.

Я отбросила подушку и вытерла вспотевший лоб. Нет, это бред. Никаких говорящих комаров не существует. Конечно, не существует. Это же не какой-нибудь сериал с подростковым юмором на Netflix.

Скорее всего, я просто… подцепила что-то на работе.

Точнее – в библиотеке.

–На прошлой неделе мы получили старый фолиант. Такой древний, что от одного вида его хотелось надеть перчатки, маску, костюм химзащиты и ещё пару крестов на шею.

«Трактат о мистериях ночи», написанный в 1682 году каким-то безымянным фанатиком оккультизма. Бумага жёлтая, страницы хрустят, переплёт будто дышит – и, кажется, смотрит на тебя.

С тех пор, как я его перелистала, и начался этот кошмар.

–Вывод: не комар. Полтергейст. Или проклятие. Или что-то ещё, но точно не жужжащее чудо с маникюром цвета «Вино полуночных страданий».

– Ах, как же мило, – протянул он, зависая у моего уха. – Ты отказываешься верить в меня, но веришь в полтергейста! Логика, достойная комитета по борьбе с тёмной магией.

Я проигнорировала. Встала и быстро пошла к столу.

Ноутбук включился не сразу – я нервно постукивала пальцами по крышке, пока экран светился.

– Ты точно хочешь гуглить «как изгнать полтергейста»? – ехидно спросил он. – Советую добавить: «и при этом не испортить маникюр».

Я щёлкнула по строке поиска.

«Тёмный ритуал изгнания сущности».

Enter.

Экран выдал десятки ссылок: от форумов «Магия и жизнь» с дизайном уровня 2005 года до подозрительных сайтов, где каждая реклама обещала срочное снятие порчи за 299 евро. Я выбрала самую мрачную страницу, на чёрном фоне с красными буквами.

«Чтобы изгнать сущность, чертите пентакль и читайте заклинание вслух».

– Заклинания? – он прыснул от смеха. – Милая, это же классика. Сейчас ты ещё свечки расставишь и солью порог посыплешь!

Я вытащила из ящика блокнот и ручку. На полу быстро нарисовала кривоватый пентакль. Линии плясали, но, по крайней мере, были замкнуты.

– Я чувствую себя оскорблённым, – трагично протянул он. – Ты хочешь изгнать меня, как таракана! А я между прочим – наследник Круга Тьмы! Повелитель Заката! Любовник Клеопатры, да чтоб тебя!

Я сжала зубы и продолжала чертить.

– И это при том, что у тебя руки такие красивые, – добавил он уже мягче. – Даже когда рисуют кривые пентаграммы…

Я чуть не сломала ручку.

Когда круг был готов, я глубоко вдохнула и открыла текст заклинания.

– Так, – пробормотала я. – «О тьма, забери из этого дома сущность, что не моя, и верни покой».

– Не моя? – перебил он. – Ну спасибо, дорогая. Так и запишем: «сущность, что не моя». Вот это романтика!

Я закатила глаза и начала читать.

Я зажмурилась, повторяя заклинание в третий раз. Пять минут сидела в этой нелепой позе на полу, ощущая, как кровь приливает к ногам. Всё внутри подсказывало: сейчас либо получится, либо у меня будет сильнейшее чувство стыда до конца жизни.

– Да хоть таракан, хоть клоп, – прошептала я сквозь зубы, – лишь бы отстал!

Осторожно открыла глаза.

И тут же взвизгнула.

Передо мной завис… комар. Не обычный, не жалкий пищащий комарик, которых летом гоняешь тапком. А здоровенный, сантиметров пять. Крылья переливались, глаза блестели, лапки держались в воздухе так самоуверенно, будто он привык позировать для портретов Рембрандта.

– Ну наконец-то, – протянул знакомый голос, но теперь не только в голове – я реально видела, как его крохотные жвала двигаются.

– Ты… ты… – я отшатнулась. – Ты теперь ещё и видимый?!

– Поздравляю, милая, ритуал удался, – язвительно заметил он. – Теперь ты не только слышишь меня, но и любуешься всей этой… божественной миниатюрой.

Я обхватила голову руками.

– Отлично. Просто шикарно! Я хотела избавиться, а теперь ты у меня ещё и в 3D!

Он самодовольно покружил надо мной, как маленький дирижабль с эго размером с Эйфелеву башню.

– Ты правда думала, что избавишься от меня тёмным ритуалом? Милая, я сам тёмный ритуал! Тьма – моя стихия. Она в моей крови, в моих венах, в моей сущности.

– Да кто ты такой, чёрт тебя возьми?! – почти завыла я.

Он завис прямо перед моим лицом и приосанился – насколько это возможно в теле насекомого.

– Я – вампир Велдрамор фон Лакруа де Тенебрис. Герцог Тьмы. Принц Кровавого Заката. Третье Лезвие Круга Тьмы. Повелитель ночи, любимец Клеопатры и кошмар всех, кто считает чеснок овощем.

Я моргнула.

Потом снова.

И рассмеялась. Так громко и так искренне, что сама испугалась.

– То есть… ты вампир? Настоящий?! В комарином теле?! Ха-ха-ха!

– Что смешного?! – обиделся он, надув крохотное пузико. – Я легенда, которой поклонялись веками!

Я вытерла слезу, всё ещё хихикая:

– Господи… Значит, я – кто? Девушка, прихлопнувшая повелителя Тьмы прихватом ладонью?

Он надулся, завис на месте, как оскорблённый дирижабль.

– Если бы ты хоть раз выслушала меня, всё было бы иначе! Но нет – ты игнорировала, как будто я ради развлечения жужжу у твоего уха!

Я сглотнула, смех начал стихать.

– Подожди… Ты серьёзно? Не галлюцинация? Не полтергейст? Ты правда вампир?

Он кивнул так важно, что чуть не перевернулся в воздухе.

– Абсолютно серьёзно. И теперь – благодаря твоему, кхм, «убийству» – я застрял вот в этом блистательном, но слегка ограниченном теле.

Я уставилась на него, чувствуя, как сердце начинает колотиться быстрее.

– И что теперь?

– Теперь, дорогая Биатрис, – он зловеще улыбнулся (ну, насколько у комара это вообще возможно), – тебе придётся помочь мне вернуть моё тело.

– И почему это я должна? – я скрестила руки.

Он завис ближе и мягко, почти шёпотом сказал:

– Потому что если ты откажешься… я останусь с тобой навсегда. И поверь, у меня есть время и фантазия, чтобы сделать твою жизнь очень… насыщенной.

Я закусила губу.

А он самодовольно хмыкнул и добавил:

– А ещё потому, что, если уж ты прихлопнула Повелителя Тьмы, будь добра теперь его воскресить.

Я тяжело вздохнула и закрыла ноутбук.

– Ладно. Хорошо. Я… попробую тебе помочь. Как смогу.

Велдрамор замер в воздухе, будто его ударило током.

– Правда?! – его голос дрогнул, как будто он только что выиграл бессмертную лотерею.

– Но есть условие, – жёстко сказала я, показывая на него пальцем. – Если в течение месяца мы ничего не найдём… ты уходишь. Из моей головы. Из моей квартиры. Из моей жизни. Понял?

Он надменно расправил микроскопические крылья.

– Месяц? Для вампира это миг. Для комара – целая вечность. Но… я согласен.

Я сузила глаза.

– Только без уловок!

– Я – герцог Тьмы, – торжественно заявил он. – Моё слово крепче, чем контракт с дьяволом.

Я усмехнулась:

– Герцог Тьмы в комарином тельце… звучит неубедительно.

– Оскорбления записываю, – пробормотал он. – После воскресения подам в суд чести.

Я закатила глаза.

– Скрепим договор?

– Скрепим, – важно кивнул он. – Кровью?

– У тебя её нет.

Он задумался.

– Верно. Тогда… клянусь жужжанием!

И он издевательски громко завибрировал крылышками, так что я отмахнулась, словно от вентилятора на турбине.

– Господи, – простонала я, – вляпалась же…

– И не жалей, – с самодовольным видом сказал Велдрамор. – Через месяц ты будешь умолять, чтобы я остался.

– Через месяц, – пробормотала я, – я тебя прихлопну второй раз.

Он ухмыльнулся (насколько комар вообще может ухмыльнуться).

– О, моя дерзкая губительница… Договор заключён!

И в комнате раздалось жужжание, подозрительно похожее на фанфары.

Глава 3

Наконец-то я выспалась. В кои-то веки без ночных сериалов, без мучительных снов про отчёт на работе и даже без звонков мамы в шесть утра «почему у тебя до сих пор нет бойфренда».

Распахнула глаза… и замерла.

На второй белоснежной подушке моей кровати развалился КОМАР. Да-да. Самый настоящий. И, судя по довольной позе, он явно считал себя героем любовного романа.

– Ты… ЧТО тут делаешь?! – прошипела я, едва не схватив тапок.

– Доброе утро, моя карающая богиня, – протянул он, не спеша отлипать от подушки. – Я хотел быть ближе к твоему сиянию.

– Ещё раз окажешься на моей подушке – и будешь ближе к тапку, – процедила я.

Он без тени смущения поправил воображаемый плащ.

– Сурово. Но страстно. Люблю.

– Велдрамор, мы договаривались… – я устало потерла виски. – Сегодня начинаем искать способ, как тебя воскресить.

– «Мы»? – оживился он. – Значит, я официально твой партнёр по исследованию?

– Нет. Ты – назойливое приложение без кнопки «удалить».

– Уточнение принято, – радостно зажужжал он.

Спустя час я уже сидела в библиотеке, с чашкой кофе и ноутбуком. Клиентов было мало, идеальное время для поиска: как воскресить вампира.

Я нервно постучала по клавиатуре.

– Так. «Ритуал восстановления бессмертной души»… «Древние методы некромантии для начинающих»… ага. Отлично. Если вдруг появится череп тринадцатого века, я буду готова.

Велдрамор завис рядом с экраном.

– Вот! Вот этот сайт! «Вернуть любимого из мёртвых за три простых шага»!

– Это реклама свиданий, – холодно заметила я.

– Но ведь шанс есть, – серьёзно произнёс он.

– Я убью тебя второй раз, если ты ещё раз предложишь заполнить анкету.

Он задумчиво облетел кружку.

– Моя отвага безгранична. Я готов рискнуть даже интернет-опросом ради тебя.

Я захлопнула ноутбук и уставилась на него:

– Ради себя, герцог-обнаглевший.

– И ради тебя тоже, – поправил он.

Я застонала и прижала ладони к лицу.

Вот скажите: с полтергейстом жить проще или с этим жужжащим психопатом?

После работы я, как примерный гражданин Франции, купила багет, пару помидоров, сыр и бутылку вина – всё, что нужно для счастливого вечера. Ну, может, кроме отсутствия навязчивого комара, который всё это время сидел у меня в кармане и умудрялся комментировать прохожих.

– О, смотри, – жужжал Велдрамор, – у того мужчины галстук, словно удавка его корпоративных грехов.

– Тсс, – шикнула я, – ещё люди подумают, что я со своим телефоном разговариваю.

– А разве это не модно? Все вокруг разговаривают с телефонами. Я – твой личный смартфон. Только умнее. И красивее.

Я закатила глаза и пообещала себе, что дома засуну его в банку.

Вернувшись, я приготовила ужин и вдруг заметила подозрительную тишину.

– Велдрамор? – позвала я. – Эй, жужжалка, где ты?

Никакого ответа.

Сначала я подумала, что он решил улететь – и, честно говоря, облегчённо выдохнула. Но потом пошла в спальню… и увидела его.

Он сидел на краю моего рабочего стола. Такой крошечный, что я чуть не прошла мимо. Крылышки поникли, хоботок (или что там у комаров вместо носа) был опущен. Вид у него был… унылый.

Я осторожно подошла.

– Ты чего тут… скис?

Он медленно поднял на меня взгляд.

– Просто… думаю.

– О чём?

– О моём герцогстве. Моих подданных. Придворных. – Голос его звучал непривычно тихо. – О моих наложницах…

– О, боже, – закатила я глаза. – Ну и самомнение.

– Это не самомнение, – вздохнул он. – Это воспоминания. Когда я был… кем-то. Когда от моего слова зависели судьбы. Когда каждая ночь была балом, интригой, охотой. А теперь… – он ткнул крылышком в ноутбук, – теперь я живу в твоём кармане и радуюсь багету.

Я невольно улыбнулась.

– Привыкай. Это, между прочим, нормальная жизнь.

Он вскинул хоботок.

– Нормальная? Я – герцог Тьмы! Повелитель ночи! Легенда эпох! Я не должен прятаться среди… хлебных крошек.

– Ну, – я пожала плечами, – зато теперь ты узнаешь, каково быть обычным смертным.

– Если быть честным… это хуже пыток инквизиции, – мрачно сказал он. – Хотя… – он посмотрел на меня чуть теплее, – у тебя, по крайней мере, вкусная кровь.

– Велдрамор! – возмутилась я.

Он ухмыльнулся (и это было странно мило для комара).

– Ну что? Я хотя бы честный.

Утро обещало быть нормальным. Настолько нормальным, насколько это возможно, если у тебя дома поселился вампир в теле комара. Я успела выпить кофе, почти не разговаривая с жужжащей величественностью, и уже тянулась к сумке, когда зазвонил телефон.

– Алло?

– Доброе утро, мадам Биатрис, – бодрый голос мужчины раздался с той самой интонацией, какой обычно пользуются продавцы пылесосов и свидетели апокалипсиса. – Вас приветствует менеджер проекта «Вернуть любимого из мёртвых за три простых шага»!

Я заморгала.

– Простите, чего?

– Трёхдневный интенсив для пар, у которых отношения, скажем так, слегка… умерли. Наш девиз: «Любовь не сдаётся, даже если уже похоронена».

– Вы ошиблись номером, – уверенно отрезала я.

– Ошибки исключены, мадам. Заявка уже оплачена, место забронировано. Мы ждём вас через два дня, вместе с вашим партнёром, по адресу, указанному в анкете.

– Какая ещё анкета?! – воскликнула я, но в ответ услышала только короткие гудки.

Я уставилась на экран телефона.

– ЧТО. ЭТО. БЫЛО.

И тут, как назло, послышалось вкрадчивое жужжание прямо возле уха.

– Ах, ну… маленькая неожиданность, – невинно протянул Велдрамор.

Я резко обернулась и зло прищурилась.

– Это ты, да?! Скажи мне, только честно, когда ты успел записать меня в какой-то проект по… по оживлению отношений?! Ты же КОМАР! У тебя даже пальцев нет!

Он завис перед моим лицом, слегка покачиваясь в воздухе.

– Пока ты отвлеклась на клиентку в библиотеке, я… – он прочистил горлышко (ну или хоботок). – Прыгал по клавиатуре.

– Ты ЧТО?!

– Я искренне думал, что это инструкция по ритуалу воскрешения вампиров! – обиженно возмутился он. – Там же было написано: «Вернуть любимого из мёртвых за три простых шага». Разве это не звучит… логично?

Я закрыла лицо руками.

– Велдрамор, да ты больной…

– Обижаете, – драматично вздохнул он. – Я всего лишь пытался вернуть своё тело. Ну кто ж знал, что у смертных «воскрешение» – это метафора для реанимации тухлых свиданий?

– И сколько денег ты ухитрился списать с моей карты?! – прошипела я, хватаясь за кошелёк.

– Пустяки, – отмахнулся он. – Всего пара сотен евро. Для герцога Тьмы – мелочь.

– Я не герцог Тьмы, я библиотекарь с ипотекой!

Он завис надо мной, складывая лапки на груди, словно маленький святоша.

– Посмотри на это с другой стороны. Мы получим шанс три дня провести вместе. В романтической атмосфере. Работая над отношениями.

– У нас нет отношений! – завизжала я.

– Пока что, – загадочно прошептал он.

Я замерла, чувствуя, как поднимается волна истерики.

– Знаешь, иногда мне кажется, что лучше было бы прихлопнуть тебя второй раз.

– Но тогда, – многозначительно произнёс он, – твои вечера стали бы гораздо скучнее.

Вечер обещал быть тихим. Я уже почти убедила себя, что смогу расслабиться с багетом и сыром, без лишних комариных комментариев, когда, конечно же, он подал голос.

– Так… – протянула я, поставив тарелку на стол. – Я вот вспомнила один эпизод, который ты мне так и не объяснил.

– О, боги, неужели это о моём героизме? – жужжание стало подозрительно довольным.

Я прищурилась.

– Я ещё не забыла, как однажды у меня был романтический вечер… и кое-кто из нас решил укусить бедного парня в мягкое место.

В воздухе повисла гробовая тишина (ну, если не считать жужжания крыльев).

– Ах, это… – неуверенно начал он. – Скажем так… он лез к тебе.

– Лез? – переспросила я, скрестив руки на груди. – Мы пили чай, вообще-то.

– Слишком интимно пил чай, – мрачно сообщил он. – И на тот момент ты мне… нравилась.

Я закашлялась багетом.

– Что?

– Ну, пока я не узнал твой характер и… пока ты не прихлопнула меня.

– Спасибо за честность! – рявкнула я. – Знаешь, выкинь свои романтические бредни из головы. Я не обязана тебе нравиться.

Он завис прямо напротив моего лица, грозно сверкая крошечными глазами-бусинками.

– Бредни? Миледи, это было чувство!

– Чувство? – Я едва не расхохоталась. – Чувство, когда ты куснул моего ухажёра за… ну, ты понял, за что?

– Тактический удар, – парировал он. – Ради твоей чести.

Я закатила глаза.

– Отлично. Теперь мне где-то за два дня нужно найти парня, довести отношения до расставания и явиться на ваш этот дурацкий курс.

– В смысле «найти парня»? – искренне возмутился он. – Мы же партнёры!

– Ну и что?

– А то, что там я буду твоим парнем!

Я уставилась на него с выражением «мне срочно нужно второе бокало вина».

– Ты… издеваешься. Ты же комар. Недо-вампир. Как ты вообще это себе представляешь?!

Он важно выпрямился в воздухе.

– Очень просто. Никто не уточнял, в каком теле должен быть парень. Главное – это духовная близость.

– Духовная близость? – Я уже хохотала. – Ну-ну. Ты, конечно, подходящий кандидат. Маленький, навязчивый, пьёшь кровь без спроса… прямо мечта всех девушек Парижа!

Он фыркнул.

– Скажи ещё, что у тебя есть лучший вариант.

– У любого метро в час пик лучше варианты!

Мы замолчали. Я сделала вид, что ем. Он сделал вид, что оскорблён.

А потом я поняла, что в глубине души мне даже… смешно.

Я вздохнула и села с телефоном на диван.

– Всё. Я ищу парня.

– Что?! – возмутился надоедливый голос прямо у моего уха. – Миледи, вы не имеете права!

– А что мне остаётся? – буркнула я, открывая Tinder. – У нас с тобой через два дня этот дурацкий курс. Я не могу туда прийти с… комаром.

– С герцогом Тьмы! – оскорблённо поправил он. – С наследником рода Лакруа!

– С жу-жу в мини-версии, – отчеканила я. – Так что молчи и не мешай.

Я пролистала первые анкеты.

– Ну вот, смотри. Антуан, 28 лет, юрист.

– Вижу. Нос картошкой, галстук на два размера больше. Явно маменькин сынок.

– Велдрамор! – шикнула я.

– Миледи, вам нужны достойные, а не картофелины. Листайте дальше.

Я закатила глаза, но послушно перелистнула.

– О! Смотри. Луи. Художник.

– Художник? – протянул комар с тоном, полным яда. – Ставлю ставку: у него пять бывших, каждая с диагнозом «муза».

– Ты невыносим.

– Я реалист.

Дальше.

– Ммм… Жак. Кондитер. Печёт круассаны.

– Посмотри на его руки. Видишь? Все в сахарной пудре. Через год у тебя будет муж-диабетик.

– Это уже бред!

– Это забота! – возмутился он.

Я с шумом закрыла приложение.

– Так. Хватит. Это был единственный шанс, а ты всё испортил!

– Я? – возмутился Велдрамор. – Я спас вас от позора!

– Позора?! – Я едва не зашвырнула в него подушку. – Да лучше позор, чем идти с комаром на тренинг для влюблённых!

– Лучше комар, чем картошка, – буркнул он и демонстративно отвернулся.

Я уставилась в экран телефона. И впервые за вечер подумала:

А вдруг он прав?

Наступил вечер пятницы.

И знаете, что самое ужасное? Я действительно собиралась на этот чёртов курс.

Не то чтобы я горела желанием воскресить чьи-то отношения (у меня их и не было, спасибо тебе, Тинд-ер), но… вдруг там реально научат, как избавиться от некоторых паразитов?

Я натянула платье – не слишком вечернее, не слишком офисное. Так, чтобы выглядело: «Я сюда случайно, просто проходила мимо».

– Миледи… – протянул у уха надоедливый жужжащий баритон. – Это предательство.

– Это платье.

– Ты выглядишь… слишком красиво.

– Спасибо, – буркнула я, закалывая волосы. – Надеюсь, там будут камеры, и если я сдохну со скуки, то хоть попаду в мемы.

– Я имел в виду, что другие самцы начнут… ухаживать.

– Какие самцы? Это курс, а не брачный рынок!

– Ты наивна, как первокурсница на вечеринке вампиров, – вздохнул он. – Миледи, если позволите, я буду вашим партнёром.

– Ты – КОМАР!

– Герцог Тьмы, – уточнил он. – И, между прочим, единственный, кто никогда вас не предаст. Разве что слегка укусит.

– Да чтоб ты… – я махнула рукой, но он увернулся и довольно ухмыльнулся прямо в воздухе.

– Я уже вижу, как мы победим этот курс.

Я решила игнорировать.

Хотя, признаться, нервно.

На улице было холодно, и я никак не могла найти в сумке деньги. То ли снова вытащила, то ли… не знаю.

– Я же говорила, – прошептала я себе. – Пойду хоть без партнёра. Вдруг это поможет найти адекватного, когда избавлюсь от этого…

– Я слышал, – тут же обиделся он.

– Да хоть подавись! – зашипела я, но внутри заныло.

Что, если он правда заявится?

Я поправила шарф и направилась к зданию, где должен был проходить курс. Табличка сияла, как в аду:

«Проект: Вернуть любимого из мёртвых за три простых шага!»

Ну, здравствуй, пятница.

На ресепшене на меня уставились с вежливым недоумением, словно я пришла на свадьбу в спортивках.

– Вы одна? – переспросила хостес, уже глядя в список.

– Ну… да, – призналась я. – Мой… эм… партнёр… немного… занят.

– Ничего страшного! – хостес засияла профессиональной улыбкой. – У нас есть опция «по телефонной связи». Вы можете участвовать вдвоём дистанционно. Главное ведь – эмоции! И не забывайте, главный приз – денежный!

Я кивнула, хотя внутри хотелось закатить глаза так, чтобы зрачки оказались в затылке.

И тут у уха зажужжало:

– Миледи, я всегда рядом.

Я чуть не подпрыгнула.

– Скажи честно, почему вдруг «миледи»? – процедила я сквозь зубы. – До этого ты как-то не утруждал себя этикетом.

– Видите ли… – протянул он, и в его голосе слышалась такая невинность, что хотелось прихлопнуть. – Когда герцог Тьмы, бывший любовник Клеопатры и наставник Байрона в искусстве абсента живёт у вас в кармане, минимальная вежливость – это обязанность.

– Минимальная? – прищурилась я. – Так ты и сейчас только из вежливости?

– Нет, – нагло ухмыльнулся он. – Из страха, что вы меня прихлопнете во второй раз. Но, согласитесь, «миледи» звучит красивее, чем «эй, ведьма».

Я так кашлянула, что хостес аж подалась вперёд.

– Всё в порядке?

– Да! – вскинула руки я. – Просто… аллергия. На… на…

– Мужчин? – тихо подсказал комар.

Я едва не хлопнула себя по лбу.

Я шла по коридору, где стены были увешаны мотивационными плакатами уровня «Любовь – это работа в команде» и «Сердца чинятся лучше, чем айфоны».

В кармане пиджака ощутимо вибрировала мелкая жужжащая заноза.

– Слушай, – прошептала я, стараясь не привлекать внимание пары, которая целовалась прямо у кулера, – давай без этих ваших «миледи» и прочего. Зови меня по имени. И давай уже на «ты», как в самом начале.

– О, Биатрис, – с явным удовольствием протянул он. – Я могу назвать тебя на «ты».

– Вот и отлично.

– Но перестать звать тебя «миледи»… не могу.

Я закатила глаза.

– Почему?!

– Потому что, – торжественно заявил он, и я прямо почувствовала, как расправил крылья, – ты слишком миледи, чтобы быть просто Биатрис.