Титул феникса. Крик королевы

Судя по тому, что на стене за моей спиной оказалась подобная цветочная роспись, я подумала, что эта комната кому-то принадлежит. У нас во дворце так сильно не заморачивались над помещениями для гостей.

Справа вдоль стены стоял широкий платяной шкаф из светлого дерева. И на его круглой ручке на вешалке висело платье темно-бордового цвета.

Я откинула одеяло и растерялась, увидев на себе одну лишь ночную сорочку. Видимо, ночью я не до конца осознавала происходящее и не заметила, в чем я. То, что я нахожусь в самой Форретии и тем более в самом дворце короля, не вызывало у меня бурных эмоций. Ни страха, ни волнения, — словно так все и должно было произойти со дня моего побега.

Я переоделась в оставленное, судя по всему, мне платье. Оно выглядело простым, приталенным, с длинными рукавами, квадратным вырезом и юбкой до пола. На туалетном столике рядом со шкафом я нашла гребень, расчесала волосы и заплела их в две косы. Сквозь остатки розовой краски местами уже пробивались белые локоны.

Я все оттягивала время до выхода из комнаты, осознавая, что снаружи меня ждет не просто встреча с королем, а встреча, которая решит судьбу всего континента. От того, что я скажу и как поведу себя, будет зависеть многое, и я старалась подобрать ответы, даже не зная вопросов.

Я застыла у выхода и минуту простояла, уставившись в дверь. Затем я громко выдохнула и открыла ее. На удивление, меня не заперли — значит, не боятся, что я сбегу или что-то натворю. Снаружи стояло два стражника. Они с интересом уставились на меня, но оружие не выставили.

— Госпожа, можем ли мы чем-то помочь вам? — заговорил темноволосый мужчина средних лет, с множеством морщинок вокруг глаз.

На страже не было ни брони, ни доспехов, лишь простые рубахи да штаны с поясом для оружия.

— Наверное… Подскажите пожалуйста, где я могу найти Кенаи?

Я завела руки за спину, подняла глаза и переминалась с ноги на ногу.

— Думаешь, я покажу дворец хуже?

Я обернулась и увидела Ривена. Он лучезарно улыбался, играя желваками. На нем сидела черная облегающая рубашка с двумя расстегнутыми сверху пуговицами. Слегка кудрявые волосы были расчесаны и аккуратно уложены.

— Я думала, мое общество тебе неприятно. — Я не могла сдержать улыбку, глядя на его ехидные голубые глаза.

— Как раз-таки лишь твое общество мне и приятно. — Он приподнял локоть и, кивнув головой в сторону, предложил начать экскурсию. — Ты, наверное, голодна, начнем со столовой.

— Нам разве не нужно срочно к королю?

От одной лишь мысли о беседе с королем, по телу прошла нервная дрожь. Видимо, чем ближе к встрече, тем страшнее.

— Он ждет тебя вечером, сейчас у него несколько важных встреч.

Мы и так потеряли кучу времени пока шли сюда, а теперь еще и ждать встречу. Я боялась не успеть к отцу и на меня накатила волна переживаний за него. Жив ли он еще? Спасем ли мы? Но от меня здесь мало что зависело, и я приняла решение на время остановить шквал мыслей и просто расслабиться. Как бы эгоистично это ни звучало.

Мы двинулись по просторному коридору из белоснежного мрамора. С потолка каждые несколько метров свисали объемные круглые люстры в несколько ярусов, на которых поблескивали ромбовидные стеклянные камушки разных размеров. Мы дошли до холла с широкой мраморной лестницей, ведущей вниз. По бокам от нее стояли большие вазы на подставках. На них красовались очаровательные росписи с узорами и волками.

— Я думала Форретия бедная, — выдавила я, ошарашенная тем минимумом богатств, что увидела.

— Мы торгуем драгоценными металлами, что добываем под землей.

— Вы сотрудничаете с другими континентами? — почти пискнула я от неожиданности.

— Да. — Ривен улыбнулся так, словно наблюдал за радостью маленького ребенка.

Мы спустились, и Ривен завел меня в столовую, которая находилась справа от лестницы. Высокие арочные окна в пол полностью захватили мое внимание. По бокам на позолоченных гардинах их обрамляли темно-зеленые шторы из плотной ткани. Окна казались величественными за счет потолка — метра четыре высотой.

Ривен подошел к длинному столу из обработанного сруба дерева, который накрыли на две персоны. Он отодвинул один из стульев и жестом пригласил меня сесть.

Приятная светловолосая служанка в фартуке постепенно выносила тарелки с едой и при этом ни разу косо не посмотрела на меня.

— Никто здесь не знает, кто я? — спросила я у Ривена полушепотом, когда женщина удалилась.

— Догадываются, но ты гостья короля, а все здесь доверяют ему и его действиям. — Ривен подмигнул мне и положил в рот кусочек хлеба с маслом.

— А ты не знаешь, куда дели вещи, в которых я была?

Я медленно пережевывала молочную кашу, наслаждаясь вкусом.

— Выкинули, конечно же, — усмехнулся Ривен.

Услышав это, я подавилась.

— Все, кроме рубашки. Я попросил ее постирать, — добавил он, постукивая меня по спине.

— Спасибо, она очень важна для меня.

— Знаю, — сказал Ривен, поглаживая меня там, где только что постукивал.

Некоторое время мы наслаждались трапезой молча. Его поведение вызывало множество вопросов. То он не хочет разговаривать со мной, грубит Кенаи, а теперь ведет себя так, словно ничего из этого не было. Что с ним? Спрашивать я не собиралась, не хотела портить день и его такое редкое, в последнее время, хорошее настроение. Как только я закинула последнюю ложку еды в рот, сразу же решила нарушить тишину:

— Что покажешь дальше? — Я восторженно распахнула глаза от любопытства.

Ривен загадочно улыбнулся, наклонился ближе и, глядя мне в глаза, ответил:

— Форретию.

Главная лестница из дворца вела прямиком на главную площадь города. Никаких заборов вокруг — лишь пара охранников на входе и то, как сказал Ривен, лишь для того, чтобы докладывать королю, кто и зачем пришел. Они даже и не подразумевали, что кто-то сможет навредить Койенам.

Дома стояли хоть и плотно друг к другу, но каждый из них был размером как минимум на две большие семьи, а также имел по два этажа. Все они были построены из темно-коричневого кирпича с металлическими синими крышами. Под ногами же на всю площадь растянулась ромбовидная серая плитка. Сначала я боялась даже ступать на нее — не хотела испортить. Ривен лишь мило усмехнулся, увидев это. Он подал мне руку и специально затопал по каменной плитке, чтобы показать, что ничего с ней не случится.

Ликаны передвигались из стороны в сторону по своим делам, иногда здоровались с Ривеном и слегка кивали мне. Нам с детства внушали, что это самые страшные монстры, но, когда я наблюдала за ними со стороны, они мне казались доброжелательнее людей в Трэиндоре.

Ривен рассказывал мне про жителей, шутил, заставляя хвататься за живот от смеха. Я чувствовала такое умиротворение, какого не испытывала со времен побега. Вечером я встречусь с королем, и снова мои мысли заполнят: отец, генерал, война и нокбрид.

А сейчас я бежала по площади, полной «злобных врагов», и боялась лишь того, что Ривен догонит меня и защекочет.

Когда мы добрались до конца площади, я увидела роскошный узорчатый фонтан в центре круга. Такие я видела лишь на старых рисунках и то думала, что это все выдумки. Сверху, посередине фонтана, друг напротив друга стояли две статуи волков, они закинули морды вверх и застыли в безмолвном вое. Из их приоткрытых ртов стекала вода, которая каким-то чудом поднималась из круглого резервуара снизу. Животные стояли на широкой белой мраморной подставке, по периметру которой была вырезана, как сказал Ривен, история Антарии. Тончайшая и сложная работа завораживала, и я обошла фонтан по кругу, чтобы рассмотреть все детальнее. Ножка, что держала волков на высоте, и через которую, как я поняла, проходила вода, заплеталась в подобие косы из двух прядей. Я застыла, округлив глаза, и лишь мельком уловила, что Ривен отошел от меня. Когда я обернулась, то увидела, что он направился к одной из бакалейных лавок, которые окружали площадь.

— Закрой глаза и открой рот, — сказал ликан, когда вернулся. За спиной он что-то прятал.

— Сомнительно.

Я усмехнулась, но сделала, что он просит. Тут же во рту оказалась ложка с невероятно вкусной и вязкой смесью. Она таяла во рту, оставляя фруктовое послевкусие.

— М-м, как же вкусно, что это? — Я закатила глаза от удовольствия.

— Не поверишь, но это просто каша из сока абрикоса и муки. — Он улыбнулся и закинул следующую ложку себе в рот. — Погоди, еще кое-что.

Ривен вытащил из кармана небольшой бутылек с темным густым соусом и полил сверху на кашу в миске. А затем, перемешав, протянул мне полную ложку.

— Я в восторге, ела бы это бесконечно. Что ты добавил? Что-то ореховое?

Он продолжал кормить меня с ложечки, как ребенка, искренне улыбаясь тому, как я причмокиваю от наслаждения.

— Это паста из орехов, ты угадала.

Ривен потянулся ко мне рукой, большим пальцем вытирая уголок рта. Я замерла от прикосновения, вглядываясь в его голубые глаза.

— Кхм… Это все? Здесь и заканчивается Форретия? — протараторила я, смутившись от нежного жеста.

— Не совсем. Идем за мной.

Вместо одной из торговых лавок, плотно прижатых друг к другу, был арочный проем. Мы прошли внутрь и оказались за пределами городка. Чуть ниже простирались сначала поля, а затем зеленый лес, в котором, если присмотреться, можно было увидеть множество крыш домов.

— Многие фермеры, кузнецы, да и простые семьи решили расположиться на окраине, в лесу. У них свои участки, огороды и живность, — произнес он.

— А где живет твоя семья?

Я прошла немного вперед, чтобы посмотреть, чем же засажены поля.

— Моя семья погибла, когда я был маленьким. Маврос — отец Кенаи, мой дядя, забрал меня к себе и вырастил как сына.

— Прости… Это все люди?

Я вернулась к нему и погладила по плечу, не зная, как еще выразить сочувствие.

— Нет. На нас напали бладгромы. Маму ранили, когда она пыталась спрятать меня. Затем я просидел все время в погребе, слыша лишь, как мои родные отбиваются от монстров. А потом меня достал Маврос, и больше я о родителях ничего не слышал. — Он нахмурил брови, с трудом вспоминая тот день. — Не будем о грустном, нам уже пора возвращаться.

Когда неловкое молчание закончилось, мы шли и мило беседовали, как раньше в академии. Я все еще восторженно глядела по сторонам, сравнивая два королевства.

— Дома такие большие, в них живут по две семьи?

Я вспоминала, что в Трэиндоре дома были меньше, зато со своим небольшим участком на заднем дворе.

— Нет, в каждом живет одна семья, но в основном у них по пять детей, так что места нужно много.

— Получается, не так уж и много взрослых ликанов. Если случится война, вас могут взять количеством. — Я испуганно посмотрела на Ривена.

— Я расскажу тебе самый большой секрет Форретии. — Ривен подозвал меня указательным пальцем и наклонился к моему уху. — Мы не просто сотрудничаем с другими континентами, мы также осваиваем новые. Поэтому большая часть населения ликанов живет в десяти часах на корабле. Там безопасно, — прошептал он.

— Зачем тогда остальные все еще остаются здесь? — Я нахмурила брови, не понимая рисков.

— Это наш дом, Ванесса. Мы здесь родились, здесь обратились, здесь и умрем, если так суждено, — ответил Ривен.

Добравшись до дворца, я обратила внимание на синий рисунок круга на плитке перед ступенями. Он был достаточно большим и тонким.

— Зачем это? — Я кивнула на круг.

— Здесь проходит обряд первого перевоплощения в ликана. — Он одной рукой поправил растрепавшиеся волосы.

— Кенаи рассказывал, проходит праздник, и все достигшие двадцати одного года превращаются первый раз прилюдно. А все глазеют и ждут. Тебе не было страшно?

Я присела на корточки и пальцем попробовала оттереть краску.

— Я превратился не здесь, — отрезал Ривен и жестом позвал подниматься за ним по лестнице.

— Твой ликан больше Кенаи, хотя в человеческом облике он выше, и цвет шерсти у тебя не такой, как цвет волос. — Я проговаривала вслух очевидные вещи. — Ты из тех, кто превратился раньше? — Я остановила его за руку.

— Мое превращение произошло слишком рано, наши старейшины были крайне удивлены. — Он потер шею одной рукой. — В четырнадцать лет я с друзьями отправился к ущелью Диктоса. Мы поспорили, что я не осмелюсь спуститься вниз. Я был неосторожен и сорвался. Никто не выжил бы, упав с такой высоты, даже уже обратившийся в ликана. Но буквально в нескольких метрах от земли я услышал чей-то шепот. «Истинный», — сказал голос в темноте, и после этого я превратился в ликана, мягко приземлившись на лапы.

Ривен открыл передо мной главные двери и пропустил вперед.

— Звучит как начало легенды.

Я улыбнулась и двинулась направо, но Ривен мягко поймал меня за руку и потянул в другую сторону.

— Извини, что схватил без разрешения, но нам сюда. — Он виновато посмотрел на меня и сразу же отпустил руку.

Мы шли уже по знакомой мне лестнице, и Ривен показал дверь в ванную, где я могу привести себя в порядок после прогулки.

— Комната Кенаи тоже на этом этаже? — Я махнула рукой в сторону дверей.

— Да, следующая после моей.

— А где он весь день? Он будет на встрече с королем?

Я нервничала и хотела, чтобы Кенаи был рядом.

— Он вроде бы уехал проконтролировать ребят, которые должны были избавиться от трупов, оставленных нами.

Ривен забегал глазами и тяжело сглотнул. Он не умел врать. Но я так устала, что мне не хотелось сейчас ничего с ним выяснять.

Подойдя к комнате, я уже было схватилась за ручку, но обернулась, чтобы поблагодарить его за экскурсию. Как вдруг услышала звонкий женский смех. Ривен замер, вытянувшись как струна.

— Кто это? — спросила я.

— Служанки, наверное, убирают.

Я двинулась в сторону звука — сердце подсказывало, что я должна была посмотреть, кто там. Добравшись до двери, сквозь которую доносились голоса, я схватилась за ручку и глянула на Ривена.

— Не надо, Ви. — Он опустил глаза, но останавливать не стал.

Я открыла дверь и увидела Кенаи, который лежал на кровати, накрыв своим телом девушку. Они были полностью одеты, но это не отменяло того, что его губы ласкали ее шею.

Сердце ушло в пятки, оставив вместо себя саднящую рану.

Я не стала ничего говорить, молча развернулась и двинулась к своей комнате.

А что я должна была сказать? Как ты мог? Мы не были парой, в вечной любви друг другу не клялись, но, черт возьми, все его гребаные слова намекали на какое-то совместное будущее. Дура, какая дура!

Я ударила себя ладонью в висок.

— Ванесса, подожди! — крикнул Кенаи, выбегая за мной.

Обычно он звал меня «принцесса» или как-то иначе, но не по имени. Видно, сейчас боялся задеть ту девушку.

— Я буду стоять рядом и сражаться вместе с тобой, держа твою руку, — повторила я те слова, что он произнес, когда мы шли в Форретию.

— Прости, просто... — Он явно пытался придумать оправдания, нервно почесывая затылок. Ривен все это время не двигался, находясь еще у той двери. — Я увиделся с отцом, и он напомнил о моем долге. Если я женюсь на ней, то в будущем стану королем. Ты мне нравишься, очень, правда. Но я хочу стать кем-то значимым, хочу вести за собой людей. — Он покачал головой и прижал ладонь к груди. — Прости, что ты узнала об этом вот так.

Я долго всматривалась в его глаза. Искала там хоть малейший намек на сожаление или вину, но ничего не видела. Открывала рот, чтобы что-то сказать, тут же закрывала его, не находя ответа. Я с трудом могла дышать из-за кома в горле и боялась разрыдаться прямо перед ним. Поэтому я взяла себя в руки, чтобы закончить диалог в свою пользу.

— Знаешь, Кенаи, — я замолчала на секунду, — спасибо. — Он удивленно распахнул глаза. — Я уже было стала думать, что любовь и верность все же существуют, но ты вновь показал мне, как все устроено на самом деле.

Он открыл рот, чтобы что-то ответить, но я подняла руку и остановила его.

— Удачи вам, детишек побольше, корона чтобы не свалилась, и всего самого наилучшего.

Я похлопала его по груди и зашла в комнату.

Обидно, неприятно, но ожидаемо. Где-то в глубине души я ждала чего-то подобного. И как же я была рада тому, что в той хижине между нами ничего не произошло.

Иногда мы думаем, что все в мире идет против нас, препятствуя нашим желаниям, но в итоге эти преграды спасают нас от гораздо больших ошибок.

Глава девятая

Стоя в ванной, я ошарашено глядела на потолок. Из металлической трубы, поднимающейся снизу, лилась вода. На испытании в академии было то же самое, но из-за своего положения я не видела все воочию. А сейчас я завороженно подставляла и убирала из-под струи руку.

Видимо, «великие умы» генерала — это шпионы, которые смогли проникнуть в Форретию. Вот и весь секрет. Пока мы думали, как выжить ликанов с континента, они вели сотрудничество с другими людьми и значительно преуспели в том, чтобы наверстать уничтоженные Феритом новшества.

Душ, так назвал текущую с потолка воду Ривен, окончательно смыл остатки краски с моих волос. Я подошла к запотевшему от пара зеркалу и протерла его.

— Кто же ты? — пробормотала я. — Нокбрид? Ликан? Голубой феникс? А может, просто маленькая глупая принцесса, которая так завороженно читала легенды, что сама захотела ею стать?

Я уперлась руками о стену по бокам от зеркала и приблизилась к нему лицом, заглядывая в свои же глаза. Словно искала в них хоть малейший ответ.

Когда я вернулась в спальню, следом за мной забежала низкорослая худенькая служанка и поспешно вручила мне платье. Цвет был такой же, как на флагах Форретии — синее ночное небо с золотым вкраплением множества бусинок, как звезды, усыпавших подол. Я собралась и направилась на встречу.

И вот я стояла напротив деревянных дверей с аккуратно вырезанными детальными узорами и пыталась подобрать слова: «Здравствуйте, я дочь правителя, чье королевство ежегодно, если не ежемесячно, совершает атаки на ваш дом. Но я не знала, что вы хорошие, простите уж, я поговорю с ним...»

Я ехидно ухмыльнулась своим мыслям и распахнула дверь.

Стук створок, ударившихся о стены, заставил всех в помещении посмотреть на меня. Король тут же вскочил с широкого резного стула во главе длинного черного стола, обработанного огнем. Он уставился на меня словно на призрака, приподняв густые седые брови. Его широкие миндалевидные зеленые глаза бегали по мне сверху вниз, овальное лицо вытянулось. Я удивилась тому, что на его лице нет и намека на морщинки с учетом того, что он полностью седой. На нем свободно сидели белая рубашка и синий кафтан. Он оказался так просто одет, что, если бы не корона, я бы и не поняла, что это сам король Койен.

По правую руку от него сидела миниатюрная девушка с золотыми, украшенными узкой косичкой вокруг макушки, волосами и похожими чертами лица, как у короля. По левую руку сидел мужчина в белой льняной рубашке и коричневой кожаной жилетке. У него были светлые волосы, ярко выраженные скулы и густая короткая борода. Достаточно крепкий и накачанный мужчина средних лет, по всей видимости, и был отцом Кенаи. Его сын сидел рядом с ним, виновато опустив глаза в стол. Следом сидел Ривен, не выражая никаких эмоций, он медленно моргнул в знак приветствия.

— Здравствуй, Ванесса, — неуверенно начал король.

— Здравствуйте, король Койен. Я благодарна за комнату и теплый прием.

Я слегка поклонилась, подошла ближе к столу и взялась руками за спинку стула, который стоял рядом с золотоволосой девушкой.

— Прошу, называй меня просто Рагнар. — Он неуклюже быстро подошел ближе и отодвинул для меня стул за который я держалась. — Присаживайся.

После он вернулся на свое место и непрерывно смотрел на меня, будто не моргая.

— Я вас слушаю, — начала я. — Кенаи и Ривен привели меня сюда, сказав, что у вас есть интересное предложение.

Рагнар недоуменно глянул на братьев.

— Не совсем предложение, скорее кое-что, о чем я хотел сообщить уже очень долгое время, с тех пор как узнал, где ты находишься. — Он заерзал на стуле и сплел пальцы между собой. — Видишь ли…

Он все никак не мог решиться, а, судя по глазам девушки и ребят, они также не имели ни малейшего понятия, что он хочет сообщить.

— Двадцать один год назад мы с моей супругой ожидали нашего первенца. Все было прекрасно, долгожданный малыш — наследник. Но в один из дней король Трэиндора захотел встретиться и обсудить границы озера. Наши отношения с людьми всегда были натянутыми, поэтому мне пришлось оставить любимую и уехать на переговоры.

На встречу у озера явился генерал Торндайк, сообщив нам о том, что он будет говорить за короля. Он дал выбор: либо мы присоединяемся к Трэиндору и полностью подчиняемся людям, либо же они отбирают у нас озеро — единственный источник пресной воды на континенте. Меня не устроил ни один из предложенных вариантов.

«Значит, будет война», — сказал генерал и, щелкнув пальцами, из строя с его солдатами вывели мою жену. Оказалось, что, пока я со своей стаей двигался к озеру, бладгромы уже напали на Форретию. Торндайк знал, что я откажусь, и забрал у меня самое дорогое.

Бой шел бы неравный, они привели намного больше людей, и, не смотря на все мои попытки прорваться к любимой, я принял самое тяжелое решение в своей жизни — отступить. Мне пришлось. Я должен был, иначе искать ее и спасать было бы некому.

Глаза Рагнара покраснели.

Я внимательно слушала, ведь это и послужило началом затяжной войны.

— Я думал, что потерял ее и ребенка. Множество моих бойцов пали в попытках разведать для меня хоть малейшую информацию. Но потом я узнал, что король Трэиндора женился и у него родилась дочь, только вот она не была похожа на него, да и цвет волос оказался слишком необычным.

— К чему вы клоните? — встрепенулась я, не понимая, как от войны и его жены мы перешли к моему отцу.

— Ванесса, ты моя дочь, — произнес король, и глаза его налились слезами. — Я наконец нашел тебя.

— Что? Папа, ты шутишь? — Девушка вскочила на ноги и ткнула пальцем в мою сторону. — Она моя старшая сводная сестра?

— Старшая? — разочарованно прошептал Кенаи, пока Ривен ехидно насмехался над ним.

Один лишь генерал не удивился. Он сидел с каменным лицом, ожидая от меня реакции. Но я просто сидела с открытым ртом, не слыша ничего больше из-за звона в ушах. Девушка впереди меня яро жестикулировала и топала ногой, парни перешептывались. А король смотрел мне в глаза, вытирая скупую слезу.

Звон становился все сильнее и сильнее, сердце учащенно забилось, и я вскочила на ноги. Подбежав к окну, я распахнула его настежь и, под громкие крики и попытки остановить меня, просто высунула нос и втянула в себя свежего воздуха. Наполняя полную грудь, я вдыхала и выдыхала, стараясь успокоиться.

— Зачем это все? — развернувшись ко всем лицом, спросила я. — Для чего рассказывать такие бредни? Чтобы я отреклась от отца и предала его?

— Это правда. — Король встал и направился ко мне. — Комната, в которой ты спишь, по праву твоя. Кроватка, которая там стоит, была сделана в ожидании тебя. Поверь мне.

Он взял мою руку и стал поглаживать ее большим пальцем.

Я смотрела на него исподлобья, думала отдернуть руку и уйти. Но потом я разглядела его внимательнее и поняла, что волос на его голове не седой — он белый… Его разрез глаз, овал лица, нос, даже пухлые губы — во всем этом я видела частички себя. Невозможно. Я могла не верить его словам, но собственные глаза не могли подводить. «Нагулянная, дочь шлюхи» — вот что я слышала каждый раз, когда выходила с папой или Дамином в город. И все это было еще до вторжения бладгромов, все это началось из-за волос.

— Но как же... — хрипло выдавила я, не зная, что вообще должна сказать сейчас.

Как же он не нашел меня раньше? Как же папа — или уже не папа — не заметил, что его жена беременна?

— Ты моя дочь, наследница трона Форретии. — Он потянул меня за руку и сжал в объятиях. — Я так долго искал тебя, так долго пытался добраться до тебя, — прошептал он мне в волосы.