Длань Императора

Ветт медленно подняла глаза на экран. Там, в зернистом изображении, огромный крейсер Республики окутался фиолетовыми разрядами, его щиты лопались, а соседний корабль, потеряв управление, врезался ему в борт. Тысячи людей… прямо сейчас.

– «Психическая атака», – тихо повторила она, отставляя тарелку. Её голос дрожал, но она старалась это скрыть. – Красивое название для того, чтобы заставить людей убивать друг друга в бреду.

– Крелл мертв, – констатировал Империус, глядя на экран с холодным удовлетворением. – Как и те, кто шел за ним. Республика ослаблена. Гнев будет доволен.

Ветт резко встала, её стул со скрежетом отлетел назад. Она посмотрела на Империуса – не на «своего Ситха», а на Дарт Империуса, человека из другой, более жестокой эпохи.

– Радуйся своему успеху, – отрезала она. – Но как я уже сказала – не жди, что я буду хлопать в ладоши, когда ты превращаешь корабли в братские могилы.

Она развернулась и зашагала к выходу. Империус проводил её взглядом, в котором на мгновение проскользнуло нечто похожее на вину, но он быстро спрятал это чувство за привычной маской льда.

2V-R8, выкатившись из-за столика, засеменил за ней.

– О, госпожа Ветт! Подождите! Вы оставили свою порцию! Согласно моим расчетам, питательные вещества крайне важны после совершения военных преступлений!

Ветт не обернулась. Она вышла в вечный дождь Нар-Шаддаа, желая лишь одного – чтобы этот день наконец закончился.

«Ярость» висела в безмолвии космоса, вдали от оживленных маршрутов Нар-Шаддаа. Внутри корабля тишина была почти осязаемой, тяжелой, как свинец. Ветт заперлась в кабине, бессмысленно глядя на приборную панель, а Империус мерил шагами кают-компанию, чувствуя её гнев через Силу так же отчетливо, как запах озона после грозы.

Наконец он вошел в кабину. Дверь с шипением закрылась за его спиной. Ветт даже не обернулась.

– Крелл всё равно бы предал их Ветт, – тихо произнес он, останавливаясь у неё за плечом. – Он уже готовил почву. Мы просто превратили его предательство в инструмент, который сэкономил нам месяцы войны.

– О, ну конечно, – Ветт резко развернулась в кресле. Её глаза блестели от ярости. – Ты такой благородный! Ты ведь не просто убил тысячи людей, ты сделал это «эффективно». Ты превратил меня в соучастницу. Я буквально чувствовала, как они умирали, Ситх. Их страх, их непонимание. Это не то, чему меня учили.

– Тебя учили сказкам в Храме, который сам же и пал от них, – отрезал Империус, и шрам на его лице потемнел. – Мир, в котором мы проснулись, еще более жесток, чем наш. Здесь нет правил, есть только те, кто манипулирует, и те, кем манипулируют. Я выбрал сторону. И я выбрал тебя, чтобы ты была рядом со мной, а не в списке жертв.

– Может, в списке жертв мне было бы спокойнее, – бросила она, отворачиваясь к окну.

В этот момент приборы навигации взбесились. Корабль содрогнулся от мощного захвата тяговым лучом. Сирены взвыли, а 2V-R8 ворвался в кабину, размахивая манипуляторами.

– Тревога! Катастрофа! Господин, нас захватило судно неопознанного класса! Мои архивы говорят, что это древний имперский перехватчик, но его сигнатура… она… из нашего времени!

Империус мгновенно преобразился. Гнев на Ветт сменился ледяной сосредоточенностью воина.

– Ветт, за штурвал. Попробуй маневр уклонения. 2V, щиты на максимум!

Через мгновение на главном экране замигал сигнал входящей связи. Перед ними возникла голограмма. Высокая фигура в доспехах, которые Империус узнал бы из тысячи. Это был дизайн времен Великой Гиперпространственной войны, но более изысканный, украшенный золотой вязью.

Лицо мужчины было сухим, с острыми чертами и глазами, светящимися темным янтарем.

– Империус… – голос звучал надтреснуто, как старый пергамент. – Я чувствовал твой след на Нар-Шаддаа. Такой же отчетливый и надменный, как и три тысячи лет назад.

Империус застыл. Его пальцы невольно сжались в кулак.

– Лорд Сильвар. Значит, ты тоже вышел из холода.

– Гнев разбудил меня пять лет назад, – Сильвар криво усмехнулся. – Он хотел, чтобы я стал его новым Инквизитором. Но я увидел, во что он превратил нашу Империю. Он правит руинами и тенями, называя это величием. Он разбудил тебя, своего старого «архитектора интриг».

Ветт внимательно переводила взгляд с одного Ситха на другого.

– Кто это, Ситх? Еще один твой «боевой товарищ» из морозилки?

– Мой старый соперник по Темному Совету, – процедил Империус. – Сильвар всегда считал, что Империя должна быть мечом, а не сетью.

– И я до сих пор так считаю! – Сильвар подался вперед, и его голограмма замерцала. – Ты только что уничтожил флот Республики какой-то дешевой магической поделкой. Это недостойно Ситха, Империус. Это трусость. Я здесь не для того, чтобы кланяться Гневу. Я здесь, чтобы забрать то, что принадлежит мне по праву, и построить Империю, которая не будет прятаться в щелях.

– Он хочет вызвать тебя на дуэль? – Ветт вскинула бровь, её гнев на Империуса на мгновение отошел на второй план перед лицом новой угрозы. – Какой старомодный парень.

– Он хочет моей смерти, чтобы занять моё место при Гневе… или сместить его самого, – Империус посмотрел на Сильвара. – Ты совершаешь ошибку, Сильвар. Мир изменился.

– Мир – нет. Только ты стал слабее, – ответил Сильвар. – Мой корабль держит тебя. Выходи на мостик своего судна. Давай закончим то, что начали на Корибане перед тем, как нас погрузили в сон. Или я просто раздавлю твою «Ярость» вместе с твоей человеческой девчонкой.

Связь оборвалась. Империус тяжело вздохнул и посмотрел на Ветт.

– Похоже, наш разговор придется отложить.

– Ну уж нет, – Ветт встала, проверяя свои мечи. – Раз уж ты втянул меня в это дерьмо с Маской, я не дам какому-то консервированному деду тебя прикончить. Мы разберемся с ним вместе. А потом… потом ты всё равно ответишь мне за те Венаторы.

Империус едва заметно улыбнулся – впервые за этот долгий день.

– Идет.

Тяговый луч Сильвара подтянул «Ярость» вплотную к его громадному перехватчику. Раздался скрежет стыковочных шлюзов. Ветт и Империус стояли в главном коридоре, глядя, как раскаляется металл входного люка.

– Помни, – тихо сказал Империус, активируя свой световой меч. Пурпурный клинок с характерным треском разрезал воздух. – Сильвар – мастер формы Макаши. Он будет искать твои ошибки, провоцировать. Не поддавайся.

– Ситх, я уже поняла, – Ветт достала свой меч, синие клинки вспыхнули в её руках. – Меньше слов, больше дела. Просто не дай ему отрубить мне голову, пока я буду искать дыру в его защите.

Люк вылетел внутрь с оглушительным звоном. В облаке дыма и искр в коридор шагнул Лорд Сильвар. Его золоченые доспехи тускло мерцали, а красный клинок в его руке двигался с пугающей грацией.

– Нападайте вдвоем, – бросил Сильвар, его голос был полон высокомерия. – Я хочу насладиться зрелищем того, как Дарт Империус прячется за юбкой смертной.

Бой начался мгновенно. Сильвар двигался как танцор – точные, экономные выпады, идеальный баланс. Империус, всё ещё ощущая резкую боль в боку после ранения на Корбосе, с трудом парировал удары. Ветт работала во фланг, её акробатический стиль Атару заставлял Сильвара постоянно крутиться, но старый мастер казался неуязвимым.

Удар, еще удар. Сильвар ловким финтом отбросил меч Империуса в сторону и мощным толчком Силы впечатал Ситха в стену. Империус сполз на пол, хватаясь за рану, которая снова начала кровоточить.

Сильвар не стал добивать его. Он повернулся к Ветт, которая застыла в боевой стойке, тяжело дыша. Он опустил клинок, но не деактивировал его.

– Остановись, девочка, – сказал Сильвар, и в его глазах вспыхнул странный интерес. – Я наблюдал за тобой. В тебе есть огонь, который этот старый интриган пытается потушить своей холодной логикой.

Ветт сжала рукояти мечей так, что побелели костяшки.

– Огонь? Да я сейчас тебе этот «огонь» прямо в шлем засуну, консерва.

– Послушай меня, – Сильвар сделал шаг вперед, игнорируя стон Империуса за спиной. – Ты человек. Твоя жизнь коротка. Ты тратишь её на того, кто променял честь меча на яды и посылки с бомбами. Он погубит тебя, Ветт. Он использует твою связь с Силой как заземление для своих ритуалов, а когда ты выгоришь – он просто разбудит новую служанку из стазиса.

Ветт на мгновение дрогнула. Слова Сильвара слишком больно ударили по её недавним сомнениям после гибели флота Крелла.

– Со мной ты получишь истинную мощь, – продолжал Сильвар, протягивая ей руку. – Мы свергнем Гнева. Мы построим Империю, где ценятся воины, а не палачи в тенях. Я обучу тебя так, как он никогда не осмелится. Брось его. Он – прошлое, которое должно было остаться в стазисе.

Ветт посмотрела на Империуса. Тот с трудом поднял голову, его лицо было бледным, взгляд затуманенным от боли, но он молчал. Он не просил о помощи, не приказывал. Он ждал её выбора.

Ветт медленно перевела взгляд на Сильвара. Она прищурилась, и на её губах появилась та самая наглая, язвительная ухмылка, которую Империус так ценил.

– Знаешь, золотобокий… – она деактивировала меч, но не убрала его. – У тебя отличная речь. Прямо на пять баллов. И доспехи у тебя блестят ярче.

Сильвар победно улыбнулся и уже начал опускать меч, но Ветт продолжила:

– Но есть одна проблема. Мой Ситх – зануда, маньяк и иногда ведет себя как полная сволочь. Но он никогда не читал мне лекций о «чести», пытаясь купить мою верность. Он просто знает, что я – это я. А ты… ты просто очередной старый хрыч, который хочет новую игрушку.

Прежде чем Сильвар успел среагировать, Ветт молниеносно выхватила бластер из скрытой кобуры на бедре и разрядила целую обойму ему в сочленение доспеха под мышкой.

Сильвар взревел от боли и неожиданности, его защита Силой на мгновение пошатнулась. Этой секунды хватило Империусу. Он вскинул руку, и каскад ослепительных фиолетовых молний ударил в грудь Сильвара, отбрасывая его в глубь стыковочного шлюза.

– Закрывай люк! – крикнул Империус.

Ветт ударила по панели управления. Тяжелая бронированная дверь с грохотом отсекла их от перехватчика Сильвара. Металл содрогнулся.

«Ярость» ровно гудела, уходя в бесконечную синеву гиперпространства. В кают-компании пахло паленой тканью, озоном и терпким антисептиком.

Ветт сидела на полу между коленями Империуса, сосредоточенно обрабатывая его рану. Её пальцы, испачканные в бакте и копоти, действовали удивительно нежно. Империус откинул голову на спинку кресла, тяжело дыша. Его меч лежал на столе, всё ещё сохраняя едва уловимое тепло.

– Ты мог погибнуть, – тихо сказала Ветт, не поднимая глаз. – Сильвар… он не блефовал. Он бы прикончил тебя.

– Но не прикончил, – отозвался Империус. Его голос был хриплым. – Потому что у него нет того, что есть у меня.

– И что же это? – она наконец подняла на него взгляд. В её глазах, обычно полных насмешки, сейчас читалась странная смесь страха, облегчения и чего-то обжигающего.

– Еще одна древняя маска? Или очередной план по захвату Галактики?

– Нет, – Империус медленно поднял руку и коснулся её щеки, стирая полоску гари. – У него нет верности, которую нельзя купить силой или золотом.

Ветт замерла. Тишина в каюте стала невыносимо плотной. Она чувствовала его тепло, видела, как расширились его зрачки. Весь её гнев из-за уничтоженного флота, вся обида на его холодность – всё это внезапно отступило перед простым осознанием: они оба здесь, они живы, и они одни против целой вечности.

– Ты невыносим, Ситх, – прошептала она, но не отстранилась. – Ты манипулятор, ты маньяк… и я ненавижу твои дурацкие бордовые шторы.

– Я знаю, – ответил он, подаваясь вперед.

Ветт сама сократила последние сантиметры. Она схватила его за воротник, потянув на себя, и прикоснулась к его губам своими нежным, почти отчаянным поцелуем. В этом жесте было всё: вкус металла, соли и того самого адреналина, который всё еще кипел в крови.

Империус ответил на поцелуй с неожиданной для Ситха страстью. Его рука зарылась в её волосы, притягивая ближе. В этот миг в Силе вокруг них затихли все бури – не было ни Императора, ни предателя Сильвара, ни стазис-флота. Была только эта связь, странная и неправильная, которая оказалась крепче любого древнего артефакта.

Ветт отстранилась первой, тяжело дыша. Она прижалась своим лбом к его, всё еще сжимая его рубаху.

– Только не вздумай делать из этого выводы, – выдохнула она, пытаясь вернуть свою привычную наглую ухмылку, хотя голос её дрожал. – Это было… просто чтобы ты не отключился от потери крови. Бакта-терапия, ясно?

Империус едва заметно улыбнулся – не той холодной улыбкой Дарта, а искренне и тепло.

– Как скажешь, Ветт. Весьма эффективный метод.

Он аккуратно застегнул рубаху, скрывая повязку. Романтика момента начала медленно растворяться в тревожном мигании приборов.

– Господин! Госпожа! – голос 2V-R8 по внутренней связи разрушил тишину. – Я не хотел прерывать вашу… эм… биологическую синхронизацию, но мы выходим из гиперпространства! И, боюсь, у нас гости!

Империус мгновенно выпрямился, его лицо снова превратилось в маску Инквизитора. Ветт вскочила на ноги, поправляя пояс с синим мечом и бластером. Она бросила на Ситха быстрый взгляд, в котором мелькнуло обещание «мы об этом еще поговорим».

– Мы выходим прямо в лапы к Гневу, – произнес Империус, активируя монитор. – Дракс уже заблокировал наши коды. Сильвар успел напеть Императору о моем «предательстве».

Ветт встала у штурвала, её пальцы уверенно легли на рычаги.

– Ну что ж, Ситх. Раз уж мы сегодня так хорошо сработались… покажем им, как возвращаются настоящие легенды?

Огромный флагман Гнева, крейсер типа «Харроуэр», навис над «Яростью», словно хищная птица над добычей. В эфире трещал голос Лорда Дракса, требующий немедленной капитуляции, но Империус лишь коротким жестом приказал 2V-R8 отключить связь.

– Мы не будем оправдываться по голосвязи, как испуганные аколиты, – произнес Империус, застегивая перчатки. – Мы зайдем через главный шлюз.

Ветт проверила свой единственный синий меч и поправила бластер на бедре. Её щеки всё еще горели после поцелуя, но взгляд был холодным и сосредоточенным.

– Знаешь, Ситх, у меня есть предчувствие, что нас там не с цветами встречать будут. Ты уверен, что Гнев не прикажет расстрелять нас прямо на трапе?

– Гнев ценит смелость больше, чем протокол, – Империус взял со стола свой красновато-бордовый меч. – И он ненавидит, когда его держат за дурака. Сильвар совершил ошибку, решив, что может манипулировать Императором. Мы просто покажем ему правду.

«Ярость» мягко вошла в ангар флагмана. Когда аппарель опустилась, их встретил двойной ряд черных гвардейцев с силовыми пиками. В центре стоял Лорд Дракс, его лицо кривилось в торжествующей ухмылке.

– Дарт Империус. Ты пришел за своей казнью лично? – прошипел Дракс. – Лорд Сильвар предоставил неопровержимые доказательства твоего сговора с Республикой.

Империус прошел мимо него, даже не замедляя шага, словно Дракс был досадным насекомым. Ветт следовала за ним, демонстративно держа руку на рукояти бластера.

– Сильвар всегда много болтал, Дракс, – бросил Империус через плечо. – Веди нас к Гневу. Или отойди с дороги, пока я не решил, что ты – часть его измены.

Тронный зал флагмана.

Зал был погружен в полумрак. Гнев стоял у панорамного окна, глядя на грозовые облака Дромунд-Кааса далеко внизу. Его аура была настолько тяжелой, что Ветт почувствовала, как трудно стало дышать.

– Ты пришел в мой дом, объявленный предателем, – голос Императора рокотал, вибрируя в самом полу. Он медленно повернулся. – Сильвар говорит, что ты пытался убить его, чтобы скрыть свои связи с джедаями. Он говорит, что твоя девчонка – шпионка Республики.

Гнев сделал шаг вперед, и его тяжелый взгляд впился в Империуса.

– У тебя есть ровно минута, чтобы убедить меня не стирать твое имя из истории Империи. Снова.

Империус не склонил головы. Он достал небольшой инфо-чип и активировал голограмму прямо в центре зала.

В воздухе возникла запись с «Ярости». Голос Сильвара звучал отчетливо: «Мы свергнем Гнева… Мы построим Империю, которая не будет прятаться в щелях… Брось его, он – прошлое…»

В зале воцарилась гробовая тишина. Даже Дракс, стоявший у дверей, побледнел.

– Сильвар – реликт, который не может смириться с тем, что трон занят не им, – спокойно произнес Империус. – Он напал на нас, пытаясь переманить Ветт и устранить меня. Моя лояльность тебе, Гнев, была скреплена тысячелетиями стазиса. Я не меняю богов на полпути.

Гнев долго смотрел на голограмму, где Сильвар предлагал Ветт предать Империю. Затем его взгляд переместился на саму девушку.

– А ты, человек? Ты отказалась от власти, которую он предлагал. Почему?

Ветт сделала шаг вперед, не отводя взгляда от золотой маски Императора.

– Потому что он пахнет нафталином и дешёвыми понтами, – нагло ответила она. – И потому что я не меняю своих друзей на тех, кто обещает золотые горы, приставив нож к горлу.

Гнев снова рассмеялся – тем самым коротким, пугающим смехом.

– Сильвар – дурак. Он забыл, что в этой Галактике предательство должно быть подкреплено силой, а не только словами.

Он повернулся к Империусу.

– Твоя лояльность доказана. Но Сильвар всё еще жив, и его перехватчик скрылся в Неизведанных регионах. Он знает координаты наших спящих флотов.

Император подошел к Империусу вплотную и положил руку на его плечо. Тяжелая броня Гнева лязгнула о доспех Инквизитора.

– Найди его. Найди и принеси мне его голову. И если для этого тебе нужно будет сжечь еще пару республиканских миров – валяй. Теперь у тебя есть мой полный мандат.

Империус поклонился. На его губах заиграла едва заметная торжествующая улыбка.

– Будет исполнено, Император.

На обратном пути к «Ярости»

Ветт выдохнула только тогда, когда за ними закрылся шлюз их собственного корабля.

– Фух… Я думала, у меня сердце выпрыгнет. «Нафталин и понты»? Серьезно, Ветт? Иногда я сама от себя в шоке.

Империус посмотрел на неё, убирая бордовый меч на пояс.

– Это было эффективно. Гнев любит дерзость. Теперь мы – его «длинные руки».

Он подошел к ней ближе, и в его глазах снова вспыхнул тот огонек, что зажегся во время поцелуя.

– Но ты была права. Мы – не они. Мы построим эту Империю по-своему.

Ветт улыбнулась и легонько толкнула его кулаком в плечо.

– Ну, раз уж у нас теперь есть «полный мандат»… может, начнем с того, что закажем нормальную еду на корабль? А то я на этих интригах уже два килограмма скинула.

После тяжелой аудиенции у Гнева, «Ярость» получила разрешение на посадку в частном секторе Дромунд-Кааса. Планета встретила их своим вечным, проливным дождем и раскатами грома, которые, казалось, вибрировали в самом фундаменте Цитадели.

– Наконец-то не металлическая палуба под ногами, – выдохнула Ветт, выходя из корабля. Она подставила лицо под холодные капли, смывая липкое ощущение Нар-Шаддаа. – Ситх, если ты не против, я проведу этот день как нормальный человек. Без интриг, без убийств и без твоих пафосных речей.

Империус лишь коротко кивнул. Ему и самому нужно было время, чтобы восстановить силы. Весь день они провели в добровольном затворничестве. Ветт, вопреки своим словам о «нормальном человеке», полдня провалялась в каюте с электронным ридером, поглощая сводки новостей о текущем состоянии Галактики, а потом долго и придирчиво перебирала свой гардероб, ворча, что «в этой Империи шьют одежду только двух цветов: угольно-черного и кроваво-красного».

Империус же заперся в медитативной комнате, но не для транса. Он чинил поврежденный наруч своего доспеха. Было что-то странно успокаивающее в запахе канифоли и тихом шипении паяльника. К вечеру, когда городские огни Каас-Сити зажглись сквозь пелену дождя, он постучал в дверь Ветт.

– Пора, – коротко бросил он. – Зал пуст.

Зал был погружен в глубокий полумрак, который лишь подчеркивал вспышки молний за панорамными окнами Цитадели. Тяжелая, гнетущая тишина давила на плечи, прерываясь лишь ритмичным рокотом грома, от которого вибрировал сам воздух. Этот первобытный ритм стихии вытягивал наружу всё то, что они привыкли скрывать за масками спокойствия.

Империус стоял в центре круга, отбросив плащ. Его красновато-бордовый меч гудел низко и ровно. Он не атаковал. Он ждал, превратившись в монолит чистой, непоколебимой темной воли.

– Давай, – его голос прозвучал тихим эхом грома. – Хватит сдерживаться. Вспомни всё, что у тебя отняли. Вспомни страх тех, кто сгорел в пустоте по чужой воле. Пусть эта ярость станет твоим единственным законом.

Ветт вскинула голову. Её взгляд изменился: зрачки расширились, поглотив радужку, оставив лишь бездонную черноту, в глубине которой начал разгораться нездоровый янтарный блеск. Она активировала свой синий клинок, и тот отозвался хищным, прерывистым треском. Весь гнев, вся обида на несправедливость этой Галактики, всё накопившееся напряжение последних дней внезапно слились в единый, обжигающий поток. Она сорвалась с места.

Это не был танец защитника. Это был бросок хищника, у которого не осталось запретов. Синий клинок обрушился на Империуса с такой силой, что искры от столкновения на мгновение ослепили их обоих. Ветт наносила удар за ударом – неистово, дико, вкладывая в каждый взмах всю тяжесть своей боли. Она видела перед собой не наставника, а преграду. Источник своего искушения и своих страданий. Она хотела разорвать эту реальность на куски.

Империус оставался ледяной стеной. Он парировал каждый выпад короткими, выверенными движениями. Его бордовый меч двигался с абсолютной точностью, отсекая атаки Ветт. Он был воплощением тьмы – глубокой, расчетливой, сокрушительной в своем безмолвии. Он не просто отражал удары; он впитывал её ярость, заставляя её захлебываться в собственном гневе, провоцируя её идти еще дальше.

– Мало! – прогремел он, когда Ветт, извернувшись, едва не задела его плечо. – Ты всё ещё цепляешься за контроль! Ты боишься того, как сладко звучит приказ разрушать!

Ветт вскрикнула – этот звук был полон боли и первобытного торжества. В её разуме что-то окончательно надломилось. Тьма, которую она всегда сдерживала, хлынула через край. Она почувствовала, как мир вокруг замедлился, а ощущения стали острее, проникая прямо в нервные окончания. Каждый её удар теперь сопровождался микро-всплесками Силы, которые крошили камень пола под её ногами.

Она жаждала крови. Она хотела пробить эту бордовую преграду, почувствовать, как её меч проходит сквозь плоть. В этот момент она была готова убить его – и это желание приносило ей жгучее, пугающее наслаждение. Она стала проводником чистого хаоса, а он – непоколебимым якорем, удерживающим этот хаос в одной точке.

Их мечи скрестились в мертвой хватке. Лица оказались в сантиметрах друг от друга. Синий и багровый свет смешивались на их коже, превращая всё вокруг в зловещий фиолетовый кошмар. Ветт тяжело дышала, её зубы были оскалены в хищном оскале.

– Ты чувствуешь это? – прошептал Империус, глядя ей прямо в глаза, где уже разгоралось явственное пламя темной стороны. – Здесь нет запретов. Только ты и твоя жажда.

Ветт внезапно отпрянула и, вскинув руку, послала мощную волну чистой ненависти. Империус не уклонился – он принял удар на свой невидимый заслон, но сила была такова, что его отбросило назад. Он приземлился на ноги, оставив глубокие борозды в камне.

Она стояла в центре зала, окруженная ореолом потрескивающей энергии. Синий клинок в её руке дрожал, словно захлебываясь. Она была на самом краю – один шаг, и возврата не будет. Наслаждение от этой власти было так велико, что граничило с агонией.

Империус медленно деактивировал свой меч. Рокот грома за окном начал затихать, уходя в низкий, вибрирующий гул.

– Довольно, – произнес он.

Ветт замерла. Кровавая пелена перед глазами начала медленно рассеиваться, оставляя после себя жуткое опустошение. Она посмотрела на свои руки, потом на него. Синий меч выпал из её ослабевших пальцев, с лязгом ударившись о пол.

Она упала на колено, содрогаясь всем телом. Это не была физическая усталость – это был шок от того, что она только что открыла. Она действительно хотела убить его. И она наслаждалась этим чувством каждой клеточкой своего существа.

Империус подошел к ней и положил тяжелую руку на её затылок, прижимая её голову к своему бедру. Его энергия, всё ещё темная и тяжелая, теперь окутывала её, словно защитный кокон.

– Теперь ты знаешь свою глубину, Ветт, – тихо сказал он. – Больше нет «невинной девушки». Есть только то, что ты выбрала сегодня в этом зале.