Хеш-сумма Вселенной. Научные парадоксы. Том 2

Когда они выехали с парковки, Кира заметила на приборной панели отражение: тонкая, почти невидимая паутинка на лобовом стекле, которую раньше не видела. Не трещина – скорее след от удара песчинки, микроскопический дефект.

Она ехала и думала о том, что в стекле дефект может стать началом разрушения. Или, наоборот, местом, где напряжение перераспределяется. Микродеталь, меняющая судьбу материала.

Катализ на языке механики.

На следующем светофоре телефон Андрея – который, как он уверял, был «чистый», – внезапно показал уведомление без номера. Обычный серый прямоугольник, как системное сообщение. Текст был коротким:

«YOU WANT THE CATALYST? LOOK FOR THE DEFECT».

Кира прочла и не почувствовала удивления. Только холодную ясность.

– Дефект, – сказала она. – В стекле, в материале, в системе. Место, где структура не идеальна. Там легче изменить скорость. Там легче войти.

Андрей кивнул, не отрывая взгляда от дороги.

– И там же легче сломать, – добавил он.

Кира смотрела вперёд, на свет фар в сумерках, и понимала: если «Штрих» – система, которая питается стабильностью и резонансом, то их единственный шанс – найти её дефект. Её переходное состояние. Её уязвимую секунду.

Потому что в любой самой мощной технологии – как в процессе Хабера—Боша – самое важное место не там, где красиво и наглядно, а там, где всё держится на тонкой грани: на поверхности, на микродетали, на скорости.

И если катализ – суперсила, то у этой силы всегда есть цена: она делает возможным и хлеб, и войну. А значит, вопрос теперь не «можно ли ускорить», а кто решает, что именно будет ускорено.

Глава 4. Стекло: замороженная неопределённость

Лобовое стекло машины ловило свет фонарей и разрезало его на тонкие полосы. Кира снова и снова возвращалась взглядом к почти невидимой паутинке – микродефекту, который появился как будто из ниоткуда. Она знала: в мире материалов нет «ниоткуда». Есть только скорость, условия и невидимые стадии.

Андрей вёл машину осторожно. Дорога была сухой, но город дышал холодом: асфальт звенел под шинами, как будто сам был тонкой пластиной.

– «Look for the defect», – повторила Кира, глядя на тёмное стекло впереди. – Это слишком удобно.

– Слишком методично, – согласился Андрей. – Они дают нам правильные термины, правильные метафоры. Как будто пишут нам учебник.

Кира усмехнулась без радости:

– Учебник, в котором экзамен – реальный.

Они подъехали к небольшому исследовательскому центру – не университету, не институту, а гибриду: вывеска обещала «испытания материалов и сертификацию». Такие места всегда казались Кире подозрительными: они стоят на границе науки и промышленности, а значит – на границе ответственности.