Моя. Я тебя забираю

Нервы совсем ни к черту, мыслю уже совсем не женскими категориями.

– Не обращай внимание, она не умеет считать, дура полная, раз не в состоянии понять, сколько стоит твоя одежда, – одергивает меня Эдгар.

Внимательность у Альф на высшем уровне, это не какие–то там средненькие оборотни, с одним из которых мы как–то справились втроем с девчонками еще до того, как я усовершенствовалась.

– А ты как будто в курсе, сколько стоит моя одежда? – удивленно спрашиваю.

– Я ведь вращаюсь среди людей, делаю на них деньги, мне необходимо соответствовать. Бренды я знаю не хуже редактора модного журнала. Если когда–нибудь потерплю крах в бизнесе, подамся в журналистику.

– Да она уже не такая интересная, – усмехаюсь, – теперь все в интернете. Ты можешь вести свою страничку, никто тебе не мешает.

– Нет уж, – кривится Эдгар, – воздержусь. Если я во всем этом разбираюсь, не значит, что я это люблю. Хотя должен признаться, мне нравится смотреть на красоту. Вот ты, к примеру, идеальный ее образец. Даже попытавшись одеться неприметно, ты все равно выделяешься среди серой скучной массы словно крупная жемчужина, спрятанная среди водорослей на дне морском.

– Какие комплименты, – аж подвисаю я. – Ты еще и книжки художественные, что ли, читаешь?

– Представь себе, читаю! – недовольно поджимает губы Эдгар.

– Какой разносторонне развитый Альфа, – качаю головой полу издевательски.

– А еще я красавчик, а тебе ужасно не идет этот цвет волос, он как грязное коричневое пятно на белоснежной фарфоровой статуэтке! – огрызается Эдгар.

– Отлично, значит, я продолжу красить волосы, раз тебе так нравится.

От продолжения обмена взаимными колкостями нас избавляет официант:

– Простите, я могу вам предложить сделать заказ? – произносит он учтиво с профессиональной улыбкой на губах.

«Кажется, этот способен определить стоимость чужой одежды, – вздыхаю про себя, – надо бы им поменяться с хостес должностями».

– А еда здесь нормальная, – не выдерживаю я долгого молчания и, едва попробовав принесенное блюдо, завожу разговор.

– Согласен, хотя бы в этом они не подкачали, – кивает Эдгар.

Он подчеркнуто вежлив, я подчеркнуто вежлива. Неужели сложившаяся ситуация напрягает не только меня? Да и не может Эдгар во всем быть непробиваемым болваном, как–то ведь он построил свой бизнес с людьми.

– У тебя тоже есть метка? – решаюсь задать животрепещущий вопрос.

– Метка? – не понимает Эдгар, о чем я.

– Скорее всего нет, – кривлюсь. – Знаешь, – неосознанно провожу рукой по ключице, – она доставляет мне много неудобств.

– Метки у меня нет, но стоило мне подумать не очень благочестиво в отношении тебя, как у меня сильно заболело сердце. Даже припарковаться пришлось в панике, – на полном серьезе заявляет Эдгар. – Так что ты можешь не волноваться, я не смогу не учитывать твое мнение, как собирался изначально.

– Хотя бы признаешь это, – выдыхаю.

В рассказ о заболевшем сердце я не очень–то верю, если честно. Даже если там и было что–то, то вряд ли сильное. Порой мужчины – жуткие паникеры, Альфы – не исключение.

– Ладно, – продолжаю после небольшой паузы, – давай попробуем сосуществовать. Начнем с совместной ночевки в твоей приличной гостинице, пожалуй.

«Тем более на сытый желудок у меня сформировался план действий», – добавляю про себя…

Глава 33

– Два номера!

– Нет, один!

– А я говорю два!

– Ни за что на свете!

– Я могу заплатить за свой номер сама!

– Засунь себе свои деньги куда–нибудь, ты не будешь платить сама, ты моя истинная!

– Прошу прощения, – в наш разгоряченный спор влезает регистратор, – но у нас свободен всего один номер, двухместный, для молодоженов, там просторно, а еще есть диван. На выходных в городе запланирована научная конференция, а мы самая респектабельная гостиница.

– Вот видишь, сама судьба за меня, – самодовольно произносит Эдгар.

– Там есть диван, ты слышал, так что судьба явно ни за кого, предпочитает ничью, – парирую я.

Я не надеялась всерьез отвоевать себе отдельный номер, но не удержалась от того, чтобы позлить Эдгара. Тем более очень мне интересно, как далеко простирается его внезапно проснувшееся терпение по отношению к моим выходкам. А оно определенно есть, раз он до сих пор не связал меня и не кинул на заднее сидение машины, чтобы отвезти в комфортабельный подвал.

Мы молча заходим в снятый номер, он и впрямь оказывается просторным, двухкомнатным, к счастью, безо всяких лепестков роз и полотенец–лебедей. От названия «Для новобрачных» тут, пожалуй, только белая, золотая и розовая расцветка, которая навевает соответствующие ассоциации. Правда, если бы регистратор нам не сказал о том, для кого предназначен этот номер, я бы и не подумала, что он какой–то специфический, если честно.

– Нам достался комплимент от гостиницы – коробка шоколадных конфет, будешь? – кричит с кухонной зоны Эдгар, а я застряла у балкона.

Мы высоко, отсюда не сбежать, а жаль.

– Буду! – отвечаю ему и неспешно продолжаю осмотр территории.

Ничего примечательного я больше не нахожу, номер и номер, городок небольшой, очень провинциальный, тут не будут устраивать тематические гостиницы, они не окупятся.

– Где конфеты, или ты все съел? – заглядываю на кухню.

– Нет, не все, я поделил, – отвечает Эдгар, наливая воду в электрический чайник, – твоя половина, – он кивает в сторону, – и моя, все по–честному.

– Не следишь за фигурой, да? – усмехаюсь я.

Почему–то меня веселит эта дележка, Эдгар, очевидно, сладкоежка.

– Она сама за мной следит, ведь я великолепен. Постоянно хочется сладкого с тех пор, как я встретил тебя, не знаю, с чем это связано, может, ты в курсе? Ты же теперь крутая ведьма, я чувствую силу.

– Ты мне не дал стать крутой ведьмой, нашел раньше, – отвечаю, присаживаясь за стол и отправляя первую конфету в рот. – Приличный шоколад, на удивление.

– Я бы пошел с ними ругаться, если бы он был неприличный, столько содрали за номер в своей скромной гостинице. Будешь чай? Хотя да, на ночь кофе не надо пить, значит, чай, причем черный и некрепкий, – кивает сам себе Эдгар.

– Не решай за меня! Захочу выпить кофе на ночь – выпью! Но сейчас да, я буду чай.

– Да–да, назло маме отморожу уши, – бормочет Альфа, но я предпочитаю его проигнорировать. – Чего свои вещички на стул не положишь? Я не заберу твои богатства, не переживай.

– А кто тебя знает, ты же ворчишь на стоимость номера, может, дела пошли не очень, ты экономить начал, – флегматично пожимаю плечами, продолжая поедать конфеты.

– Эй! Нельзя так говорить! А то напророчишь мне неизвестно чего. Я с вами, ведьмами, опасаюсь связываться.

– Опасаешься – отстань, дай жить одной.

– Перебьешься. Чай пей, – стреляет в меня глазами Эдгар, присаживаясь напротив меня.

– А вот и не буду! – со стуком ставлю кружку на стол. – Конфеты у тебя хочу забрать. Что ты мне сделаешь? – демонстративно беру конфетку из кучки Эдгара и кладу ее в рот, причмокивая.

И да, не сразу понимаю, какой эффект я приношу этим своим хулиганством, но вмиг потемневший взгляд Альфы и мое собственное участившееся дыхание быстро просвещают меня относительно моей наивности…

Глава 34

Время словно замирает, а еще отключается разум. Полностью. Его нет, как нет и меня отдельно от Эдгара.

Страшно, если честно. Оказывается, истинные настолько погружаются друг в друга, что на какое–то время теряют сами себя. По идее это проходящий эффект, вон, брат со своей Айлин уже не попадает в такие ситуации, наверное. Во всяком случае я не замечала.

И тут попала я.

«Нужно было варить что–нибудь подавляющее желание, а не запах», – мелькает на периферии моего мозга вялая мысль, но она именно что очень вялая, недееспособная.

– У тебя здесь, – произносит хриплым голосом Эдгар, – я вытру.

Осторожно, почти невесомо он касается моих губ подушечками пальцев. Они у него немного шершавые, настоящие, мужские, и это вводит меня в еще больший транс, впрочем, кажется, как и его.

Что более удивительно, Эдгар до сих пор даже не попробовал меня поцеловать или как–то еще перевести наше общение в горизонтальную плоскость. Это необычно для него, как по мне.

Но мы так и сидим, пристально смотрим друг на друга, я целую его пальцы, он вытирает шоколад с моих губ. Да, свои действия я контролирую с трудом.

– Пожалуй, все, – отвечает Эдгар хриплым голосом.

– Спасибо, – выдыхаю и наконец–то нахожу в себе силы прервать эту дикую игру в гляделки. – Жарко, не находишь? – обмахиваюсь руками. – Я открою окно? – подрываюсь на ноги.

– Не нужно! – чуть ли не кричит Эдгар. – Я сам открою, – добавляет он спокойнее, поднимаясь и открывая створку.

– Ладно, – возвращаюсь на место. – Неужто боялся не сдержаться? – осеняет меня.

Если бы я потянулась к окну, то потянулась бы и к Альфе.

– Угадала, – кивает Эдгар.

– Ты разве не этого хочешь? Уложить меня в койку, закрепить связь?

– Мы не с того начали, я не хочу сделать новую ошибку, мы успеем со всем постепенно, – отвечает Альфа.

– Очки зарабатываешь, что ли? – усмехаюсь я и скрещиваю руки на груди. – Так не выйдет, я не куплюсь на твой спектакль. Вообще не буду с тобой сближаться, мучайся! – встаю из–за стола. – Я иду в душ, и буду там голая! – припечатываю из чувства противоречия.

Глупо, конечно, мне бы вести себя скромнее. Решил Эдгар изобразить из себя пай–мальчика, так пусть изображает, зачем мне его провоцировать?

Под струями воды я остываю, хотя сами струи текут горячие, и понимаю, что веду себя неадекватно, капризная я очень. Бунт против связи пытаюсь таким образом проявить, что ли?

– Ладно, слушай, я перегнула палку, – говорю, выходя из ванной комнаты, – ты стараешься вести себя нормально, а я нет, так не пойдет.

– Ничего, – произносит невозмутимо Эдгар и появляется передо мной в чем мать родила, – никаких обид, я все понимаю. Я тоже отправляюсь в душ.

Он проходит мимо меня, качая бедрами, как заправский манекенщик, и я с трудом отрываюсь от рассматривания его вида сзади, ощущая, как внутри меня пожар разгорается по новой, словно я и не приходила в себя в душе.

– Козел, – едва слышно шепчу, памятуя о суперслухе и уповая на шум воды, – самый настоящий козел, – добавляю, расчёсывая свои волосы перед сном. – Да что он о себе возомнил!?

Надо ли говорить, что в ту ночь я свой великий план так и не осуществляю, вырубаюсь на кровати раньше, чем возвращается Эдгар.