Турнир Первых Магов. Другие правила

— И правда, — согласилась Канто, — сама‑то она так себе, а волосы действительно шикарные.

Дилона сжала руку в кулак, чтобы не реагировать на оскорбление, и таким же елейным голосом добавила:

— Ещё год назад мои волосы были совсем другими — непослушными и секущимися, торчали во все стороны. Ох, даже вспоминать страшно.

— Мы согласны! — поспешно объявила та, чьи волосы были в плохом состоянии, и никто не высказался против.

— Ладно. Пора возвращаться, — произнесла Канто. — Нельзя надолго оставлять трофей скучать в одиночестве.

Глава 30.1. Победительница

Шеланар Эфферил

Шеланар наслаждался тишиной и вкусной едой. Кухня княжества Огня, к удивлению, пришлась ему по вкусу — в отличие от всего остального. Особенно раздражали шумные и навязчивые девицы. Опыт общения с Джерсиналь многое открыл ему о нравах княжества: подобное поведение уже давно не шокировало Шеланара. Сама Джерси, правда, никогда не вела себя так — по крайней мере, в его присутствии. Ну что ж — такие люди встречаются, в этом нет ничего необычного. Не только в княжестве Огня и даже не только женщины. Просто не слишком умные, скучающие богатые дамочки, которым нечем заняться. Обычно он по возможности просто избегал общения с подобными личностями.

Однако Шеланар прекрасно усвоил, что проявлять пренебрежение к представительницам княжества Огня крайне опасно — это может обернуться совершенно непредсказуемыми последствиями. Лучше не рисковать. Кто знает, возможно, Канто сумеет повлиять на отца, чтобы тот отказал Шеланару, если она сочтёт его поведение оскорбительным. Именно поэтому ему приходилось проявлять учтивость в общении с местными демоницами. Шеланар иногда делал им лёгкие комплименты, но старался соблюдать дистанцию.

— Вот я их и вернула, — сообщила подошедшая леди Иллитриса, самая адекватная из демониц. Все они следовали за ней и теперь рассаживались за столом, стараясь занять место поближе к Шеланару. Даже Дилона была среди них, хотя прежде она демонстрировала отнюдь не дружелюбное отношение к этим особам.

Шеланар изобразил на лице вежливую улыбку. Он слегка приподнялся со стула, учтиво склонил голову в знак приветствия и произнёс:

— Благодарю вас, леди Иллитриса. Ваша забота весьма приятна.

Демоницы защебетали, рассыпаясь в любезностях и стараясь привлечь его внимание. Одна из них, с рыжими волосами и пронзительными чёрными глазами, пододвинула к нему блюдо с… конечно же, рыбой.

— Прошу, господин Шеланар, отведайте! Этот огненный окунь приготовлен по особому рецепту нашей семьи.

Шеланар нервно сглотнул, раздумывая, как бы повежливее отказаться от столь щедрого подношения, когда Дилона, как всегда, бесцеремонно вмешалась.

— О, это моя любимая. Шеланар, не уступишь даме? — и протянула руку к блюду. Шеланар, возможно, слишком поспешно пододвинул его к ней. В этот момент он готов был чуть ли не расцеловать Дилону и даже простить ей все её бесчисленные выходки.

Шеланар едва заметно выдохнул с облегчением и бросил на Дилону короткий благодарный взгляд, который, впрочем, тут же замаскировал очередным вежливым кивком в сторону рыжеволосой демоницы.

— Как видите, моя спутница уже оценила ваше щедрое предложение, — произнёс он с безупречной учтивостью. — Признаться, я и сам не устоял бы перед таким искушением, но, увы, в данный момент я вполне сыт. Благодарю вас за заботу.

Демоница слегка нахмурилась, но тут же вновь расплылась в улыбке — похоже, отказ не слишком её задел. Зато остальные, словно по сигналу, активизировались с новой силой. То также предлагали ему попробовать новое блюдо, то рассказывали какую‑то забавную историю, то пытались вовлечь его в разговор. Кто‑то ненавязчиво касался его руки, кто‑то поправлял несуществующую складку на рукаве, а одна особенно смелая дама даже уронила салфетку у его ног, многозначительно приподняв бровь.

Шеланар вежливо кивал, отвечал учтиво, но взгляд оставался отстранённым.

— Лорд Шеланар, а вы любите танцы? — спросила одна из них.

Он относился к танцам нейтрально: танцевать он умел, когда надо, а когда не надо, благоразумно воздерживался. Однако в этот раз потанцевать оказалось бы весьма кстати: при этом придётся терпеть лишь одну приставучую особу.

Шеланар на мгновение замер, взвешивая варианты. Взгляд его скользнул по лицам демониц — все они замерли в ожидании, с затаённой надеждой в глазах. Он понял: какой бы ответ ни дал, это вызовет цепную реакцию. Откажешься — обидишь сразу всех; согласишься — придётся выбирать одну, а остальные почувствуют себя отвергнутыми. И то, и другое могло обернуться новыми сложностями.

Он слегка улыбнулся, стараясь придать лицу выражение лёгкой задумчивости, и произнёс:

— Танцы — прекрасное искусство, леди. Признаться, я нечасто нахожу для них время, но сегодня… почему бы и нет?

Глава 30.2. Победительница

Демоницы зашумели, начали переглядываться, явно оценивая шансы.

— Тогда, может, вы окажете честь именно мне? — проворковала рыжеволосая демоница, та самая, что предлагала огненного окуня. Она сделала шаг вперёд, чуть склонила голову, и её чёрные глаза сверкнули в свете свечей.

— И мне! — тут же подхватила другая, изысканная причёска которой не могла скрыть плохого состояния её волос. — Лорд Шеланар, я уверена, вы танцуете божественно!

— Позвольте и мне! — присоединилась третья, миниатюрная брюнетка с лукавой улыбкой. — Уверена, под вашу руку я буду порхать, как бабочка!

В этот момент леди Иллитриса, до сих пор молча наблюдавшая за ситуацией, мягко, но веско произнесла:

— Думаю, будет справедливо, если Шеланар удостоит чести сначала старшую леди.

Шеланар мысленно вознёс леди Иллитрисе безмолвную хвалу. Её вмешательство оказалось как нельзя кстати — оно не только разрядило обстановку, но и задало чёткие правила игры, избавив его от необходимости делать мучительный выбор на глазах у всех.

— Безусловно, — с искренней признательностью в голосе ответил он, слегка поклонившись Иллитрисе. — Ваша мудрость, как всегда, неоценима.

Рыжеволосая демоница на мгновение поджала губы, но тут же взяла себя в руки и натянуто улыбнулась. Остальные тоже поспешили изобразить одобрение — спорить с мнением старшей леди было бы неразумно.

Шеланар подошёл к пожилой даме, учтиво предложил ей руку и произнёс:

— Для меня большая честь открыть танец с вами, леди Иллитриса.

Та с достоинством приняла его руку, и они направились к центру зала, где уже заиграла лёгкая мелодия. Остальные демоницы расступились, провожая пару завистливыми взглядами.

Музыка лилась плавно, и Шеланар, следуя за движениями партнёрши, наконец смог немного расслабиться. Леди Иллитриса танцевала легко и грациозно, не пытаясь навязать разговор или кокетничать. Её спокойствие и достоинство действовали успокаивающе.

— Позвольте поблагодарить вас, леди. Должен признаться, я не слишком люблю быть в центре столь пристального интереса, — вежливо поддержал беседу Шеланар.

— Боюсь, здесь вам будет сложно его избежать, — обворожительно улыбнулась Иллитриса и, глядя ему прямо в глаза, добавила: — Раз уж вы стали предметом пари для этих милых леди.

— Пари? — переспросил Шеланар, стараясь, чтобы голос звучал ровно и непринуждённо, хотя внутри у него всё закипело. — Любопытная деталь, о которой я, признаться, не подозревал.

Леди Иллитриса едва заметно усмехнулась, чуть склонив голову.

Шеланару с большим трудом удалось сохранить невозмутимое выражение лица. Конечно, пари. Как только он сам не догадался? Но ведь взрослые же женщины! Многие из них старше него и уже замужем. А ведут себя, как парни с первого курса магической академии. Вот только он не девственница‑первокурсница, чтобы играть в эти игры.

— Только не говорите, что и вы тоже участвуете в этом… состязании? — осторожно спросил он, взяв себя в руки.

— Конечно, нет, — рассмеялась она. — Я уже слишком повзрослела для таких забав. Хотя опыта в таких делах у меня хоть отбавляй — и по большей части побед, — добавила она со свойственной всем демоницам самоуверенностью.

— Возможно, тогда вы подскажете мне, как… всё это прекратить?

— Просто выбери ту, что больше нравится, и переспи с ней — они потеряют к тебе интерес.

Шеланар едва заметно поморщился, но тут же вернул лицу учтивое выражение. Этот способ его не слишком устраивал.

Леди Иллитриса заметила его реакцию и закатила глаза.

— О, как же вы, молодые лорды, любите усложнять простые вещи! — произнесла она. — Но у тебя есть ещё один вариант.

— Какой же?

— Твоя спутница тоже участвует в этом пари.

Шеланар резко обернулся. Спорщицы сразу же заулыбались, стали поправлять причёски. Но Дилоны среди них не было. Куда же она делась и как тогда собирается выполнять условия пари, в которое ввязалась?

Когда закончился танец, Шеланар подошёл к девушкам, которые явно ожидали его следующего приглашения.

— Прошу прощения, прекрасные леди, но я вынужден вас покинуть, — произнёс Шеланар, учтиво склонив голову. — Долгая дорога изрядно меня утомила, и мне необходимо немного отдохнуть.

Демоницы, разумеется, были раздосадованы и стали убеждать его остаться хотя бы ещё ненадолго. Его опять спасла леди Иллитриса.

— Конечно, идите отдыхать, Шеланар, — с понимающей улыбкой заметила она. — Отдых после путешествия — дело первостепенной важности.

Демоницы ненадолго притихли — то ли от возмущения, то ли от неожиданности из‑за такой подставы со стороны одной из своих, — и Шеланар, воспользовавшись этим, быстро покинул зал.

Дилона находилась в своих покоях. Он узнал это у пробегавшей мимо служанки — та едва не выронила поднос, когда он резко остановил её, требуя ответить, где его спутница. Он ворвался в её комнату без стука.

— Дилона! — резко произнёс Шеланар, захлопывая за собой дверь.

Глава 30.3. Победительница

Девушка сидела у окна, задумчиво глядя вдаль. При звуке его голоса она вздрогнула и резко обернулась. В полумраке комнаты её глаза блеснули — то ли от удивления, то ли от чего‑то ещё, что Шеланар не смог распознать.

Далее последовало тяжёлое молчание. Шеланар не продумал дальнейший план диалога. В полумраке комнаты они смотрели друг на друга.

— Что же, уже всё, так быстро? — ехидно спросила девушка, отмерев первой.

— Переживаешь, что приз достался не тебе? — ответил он в том же тоне.

На мгновение он заметил испуг в её глазах, но Дилона, как всегда, быстро взяла себя в руки.

— О, не льсти себе, Шеланар, — холодно бросила она. — Меня не интересует твой так называемый «приз».

— Тогда зачем ты ввязалась в это нелепое пари? — Он сделал шаг вперёд, стараясь сохранять самообладание, но голос невольно зазвучал жёстче.

— Случайно вышло, — пожала плечами девушка.

«Детский лепет…» — подумал Шеланар.

— «Случайно»? — переспросил он, делая ещё шаг вперёд. — Ты хочешь, чтобы я поверил, будто взрослая, разумная девушка ввязалась в пари на… на меня… просто так, случайно?

— Можешь не верить, — снова огрызнулась Дилона и отошла от окна. Но недалеко. Шеланар сделал несколько быстрых шагов и оказался совсем близко к ней — теперь между ними оставалось не больше шага.

Дилона невольно отступила, но упёрлась спиной в стену. Её дыхание на мгновение сбилось, но она тут же выпрямилась и вскинула подбородок, стараясь сохранить видимость спокойствия.

— Ты играешь с огнём, Дилона, — тихо произнёс мужчина, глядя ей прямо в глаза. Его голос больше не был резким — он звучал почти угрожающе.

— А что, если и так? Что ты сделаешь? Накажешь меня? Прочитаешь нотацию о том, как должна вести себя «достойная леди»?

Шеланар чуть склонил голову набок, изучая её лицо. В полумраке комнаты черты Дилоны казались резче, а тень подчёркивала упрямую линию подбородка. Затем он сделал ещё шаг и оказался совсем близко. Он не коснулся её, но приблизился почти вплотную. Воздух будто сгустился, стал тяжелее, наполнился напряжением, которое можно было почти потрогать.

— Нет, — прошептал он, и его дыхание едва ощутимо коснулось её щеки. — Но я, пожалуй, преподам тебе урок: за свои поступки нужно отвечать. Раз ввязалась в пари, случайно или нет, — будь готова выполнять условия победы.

Он взял её за подбородок, вынуждая смотреть на себя. Так он мог наблюдать, как понимание того, чего он хочет, медленно озаряет её лицо.

— Я сегодня добрый и готов оказать тебе в этом содействие, — Шеланар едва заметно усмехнулся — улыбка вышла холодной, почти хищной. — Ты ведь этого хотела, заключая пари?

— Я не хотела ничего подобного! — слишком поспешно возмутилась Дилона, попытавшись вырваться, но было поздно. Шеланар уже крепко удерживал её, своим телом вдавливая в стену. — Это была шутка, глупая шутка!

— Врёшь, — мягко, почти ласково произнёс Шеланар. — Твои глаза говорят другое. Они выдают тебя, несмотря на эту браваду.

Он слегка ослабил хватку, но не отстранился. Его взгляд скользнул по её лицу — по чуть приоткрытым губам, по расширенным зрачкам, по капельке пота, выступившей у виска.

— Я не просила этого, — прошептала Дилона, и в её голосе впервые прозвучала искренняя растерянность. — Я не думала, что всё зайдёт так далеко.

— Но зашло, — мягко, но твёрдо произнёс Шеланар. — И теперь у тебя два варианта: либо признать, что ты проиграла, либо выполнить условия пари. Выбирай…

Он сделал паузу, давая ей возможность подумать.

Дилона закрыла глаза на мгновение, словно собираясь с силами. Когда она вновь посмотрела на него, в её взгляде уже не было прежней дерзости — только упрямая решимость. Она первая обхватила его за шею и впилась в губы, как будто он был долгожданным оазисом посреди пустыни. Уговаривать Шеланара было не нужно — он ответил ей с такой же страстью.

Мир вокруг перестал существовать. Остались только они двое: сплетение рук, сбившееся дыхание и жар, который с каждой секундой становился всё сильнее. Два путника в пустыне, которые нашли друг друга. Шеланар наконец мог позволить себе то, что уже давно хотел.

Когда у него появились чувства к Дилоне? Когда они оказались в одной команде и стали проводить вместе больше времени? Раньше… Когда она поцеловала его в подвале фабрики? Ещё раньше… Когда они вместе учились в академии и то тут, то там сталкивались друг с другом?

А может, это случилось в самую первую их встречу, только тогда он не смог распознать. Бесить‑то она начала его мгновенно, и это он прекрасно осознавал.

Дилона была слишком не похожа на других девушек. Её смех звучал звонко и беззаботно, а движения были порывистыми и стремительными — будто она всё время куда‑то спешила. Она напоминала скорее мальчишку‑сорванца — юркого воришку, который прибежал с улицы, чтобы украсть твой бумажник или похитить сердце. Пацанка по характеру, но тело её было очень даже женским и обладало всем, чем нужно. Руки Шеланара в данный момент чётко констатировали этот факт.

Чуть утолив мучавшую их обоих жажду, он подхватил её под бёдра, отнёс и уложил на кровать, нависнув сверху. Он пристально посмотрел на её лицо, пытаясь увидеть проблески сомнений, но Дилона лишь схватила его за волосы и снова притянула к себе.

Шеланар не сдерживал свою страсть. И Дилона тоже. Несомненно, скоро все в особняке будут осведомлены о том, кто победил в этом злосчастном пари.

Глава 31.1. Пчёлка

Веналь Одэна

В специализированном магазине для артефакторов полки буквально ломились от разнообразия деталей: здесь можно было найти всё — от мельчайших фокусирующих кристаллов до сложных механических узлов для создания мощных артефактов. Веналь не сразу заметила то, что ей было нужно. Специальные зачарованные линзы, которые она искала, располагались в дальнем углу зала — за стеклянным витринным шкафом. Девушка внимательно рассматривала их. Они незначительно отличались друг от друга, но все подходили для Веналь. Ей как раз и требовалось несколько разных — любых. Однако она медлила. Девушка уже больше получаса изучала витрину, прикидывая, какую сумму может позволить себе потратить. Получалось меньше, чем хотелось бы, — и меньше, чем было нужно.

Взгляд Веналь вернулся к ценникам, аккуратно прикреплённым к каждой линзе, и она вздохнула. Поняв, что сейчас не может принять решение, она вышла из магазина — нужно было ещё раз всё обдумать дома.

Ей отчаянно хотелось приобрести всё необходимое и сразу же приступить к дальнейшим экспериментам. Однако, если потратить на это значительную для неё сумму, потом может не хватить средств на оплату последнего года обучения в магите́те. Она не могла позволить себе такой риск.

Эту новую проблему некоторое время назад для Веналь создала Эриан Тенавир. Пару недель назад она неожиданно подошла к Веналь после занятий.

— Нужно поговорить. Пойдём, — скомандовала Эриан и действительно куда‑то пошла, очевидно ожидая, что Веналь последует за ней. И она последовала. Эриан, конечно, весьма своеобразная в общении девушка, но тогда, с артефактом, она действительно оказала неоценимую помощь. Страшно представить, что могли сделать Гестас и его дружки, если бы не она.

Впрочем, судя по всему, тогда Эриан не знала об их общем отце. Что, если Гестас рассказал ей? Веналь не представляла, как Эриан могла бы на это отреагировать.

— Шеланар рассказал, что ты проверяешь для него активизатор, — начала она нейтральным тоном.

Веналь напряглась. Если Эриан не хочет, чтобы она этим занималась, сказала бы сразу Шеланару — они же общаются. Или она сказала, а он ей отказал? И теперь она решила надавить на Веналь. Это, безусловно, гораздо проще. Однако уже довольно бесполезно. Веналь всё равно не справилась с задачей и не слишком помогла Шеланару в его расследовании. Он рассказал, что, скорее всего, аномалии действительно связаны с использованием активизатора, и Веналь чувствовала, что так оно и есть. Но чтобы разобраться во всём, ей не хватало информации и знаний.

— Наверное, это судьба, что он выбрал именно тебя, он ведь не в курсе… обстоятельств, — продолжила девушка, а Веналь напряглась ещё больше.

— Ты знаешь? — спросила она прямо. Нужно было выяснить всё до конца, чтобы уже не гадать и не мучиться неопределённостью.

Эриан посмотрела ей в глаза и кивнула, сразу поняв, о чём речь.

— И ты не собираешься выживать меня из магитета?

— Выживать? — Эриан удивлённо посмотрела на Веналь, а затем закатила глаза. — Прости, но вся моя сестринская ненависть принадлежит Гестасу, на тебя совсем не осталось, даже не проси.

Веналь невольно выдохнула с облегчением — напряжение, которое сковывало её в присутствии единокровной сестры, немного отпустило. Хотя намерения Эриан всё равно были ещё не понятны.

— А что же ты тогда хочешь? — спросила она уже спокойнее.

— Вот. Держи. Это может помочь.

Веналь рассматривала небольшую шкатулку, которая очевидно являлась мощным артефактом рода Тенавир, но дотронуться пока не решалась.

Поверхность шкатулки была украшена резными узорами и драгоценными камнями, однако Веналь сразу почувствовала, что это сделано не для красоты. Внешнее оформление предмета несло какую‑то другую, не до конца понятную функцию. Возможно, защита или что‑то подобное. Девушке непреодолимо захотелось понять это, разгадать. Она не сдержалась и коснулась шкатулки рукой. Материал, из которого она была изготовлена, был холодным, как металл, но это было что‑то другое, неизвестное Веналь. Загадка, что так манила её разгадать. Она внимательно изучала предмет со всех сторон, отмечая каждую деталь, пока с краю не заметила герб Тенавиров. Веналь сразу же отдёрнула руку, опомнившись. Эта вещь ей не принадлежит.

— Что это? — лишь спросила она, отодвинув от себя артефакт.

— Твоё наследство. Если сможешь открыть, конечно, — усмехнулась Эриан. На непонимающий взгляд Веналь она пояснила:

— Наш общий дед, Гестас Тенавир, был тем ещё затейником, и вместо того, чтобы оставить семье свои записи и наработки, как делают нормальные люди, он оставил артефакт‑загадку. «Лишь достойный сможет разгадать её и постичь мои тайны», — прошептала она, старательно изображая загадочность.

— Впрочем, быть достойным мало, — добавила она уже обычным своим тоном — скептическим. — Нужно ещё кровное родство с ним.

Губы скривились в ироничной усмешке, демонстрирующей, что Эриан относилась к этой идее деда без особого одобрения.

— Но почему ты сама этим не займёшься? — удивилась Веналь. На месте Эриан она давно бы уже разгадывала загадку. Однако та лишь разозлилась.

— Стихии! — она даже повысила голос. — Мы с тобой и разговаривали‑то лишь пару раз, а ты уже, как и все остальные мои родственники, заявляешь мне, что я должна быть артефактором. Как же бесит!

Теперь Эриан отодвинула шкатулку от себя в сторону Веналь. Надо признать, что соблазн забрать её был велик, тем более что Эриан сама предлагала. Но Веналь собрала остатки воли и, стараясь говорить равнодушно, произнесла:

— Извини, но я не могу тебе помочь в этом. Я не хочу иметь никакого отношения к Тенавирам.

Глава 31.2. Пчёлка

Этот ответ Эриан очень не понравился, она недовольно поджала губы.

— А знаешь, — в голосе её теперь проскальзывали ядовитые нотки, — если ты не заберёшь у меня эту мерзость, я, пожалуй, и впрямь выживу тебя из магитета.

С этими словами Эриан пододвинула шкатулку ещё ближе к Веналь. И она взяла. Вовсе не из‑за угрозы — она не показалась Веналь серьёзной, а потому что очень уж ей самой хотелось заняться шкатулкой, и сил сопротивляться этому желанию уже не осталось.

Теперь Веналь чувствовала, что способна открыть эту шкатулку, понимала, что она всё ближе к разгадке. Удивительно, но сам процесс вызывал в ней искреннюю радость и азарт. Если бы только не огромные траты на комплектующие… Это омрачало всё удовольствие. Хотелось потратить всё и скорее разгадать загадку, но останавливало понимание того, что такой опрометчивый поступок принесёт проблемы в будущем.

Эриан, конечно же, не озаботилась финансовым вопросом, когда подсовывала ей этот артефакт‑утилизатор денег. Но Веналь не станет просить у неё — как‑то это слишком унизительно.

Веналь зашла к себе домой и плюхнулась на диван в гостиной. Всё это выматывало. Малодушно захотелось, чтобы кто‑то сильный и мужественный решил за неё все проблемы. Но понятно, что это лишь мечты, поэтому она просто решила отложить дела до завтра. Взгляд её невольно скользнул по комнате — повсюду валялись чертежи, схемы и заметки, испещрённые вычислениями и пометками.

«Завтра, — твёрдо решила Веналь. — Всё завтра. Я обязательно найду решение». Теперь она гораздо лучше понимала язвительные высказывания Эриан о Гестасе Тенавире. Вот действительно, какой вредный дед он был!

От входа послышался шум, и в апартаменты ввалилась Азалия.

— О, Веналь, неужели я застала тебя дома? Такая удача и такая редкость, — съехидничала она.

Разумеется, она заметила, что дочь иногда отсутствует дома ночью, и Веналь вынуждена была признаться, где проводит эти ночи. Теперь Азалия не упускала ни одной возможности подколоть дочь по этому поводу. Вот с чего бы? Веналь оставалась у Дернира нечасто — один‑два раза в неделю. Но и этого времени ей хватало, чтобы… мучиться. Ведь она прекрасно понимала, что их отношения временны. Рано или поздно они закончатся, это очевидно. Веналь лишь хотела не слишком страдать тогда, когда это случится. Чем дольше длились эти странные отношения, тем всё становилось сложнее.

Она чувствовала себя пчелой, которая залетела в пиалу с мёдом. Мёд, такой манящий, был сладок, его аромат пьянил так, что она забывала обо всём. Но лапки медленно погружались в вязкую жидкость, а крылья слипались. Липкая сладость обволокла их, лишая её силы, а каждый взмах лишь глубже погружал её в тягучую массу. Попытки вырваться лишь затягивали в ловушку сильнее. Скоро наступит (а, может, уже наступил) момент, когда пчелке выбраться из пиалы, не оставив в ней частичку себя, будет уже невозможно.

Порой мы сами выбираем сладкую ловушку, не замечая, как теряем способность летать.

— Веналь! — возмутилась Азалия, разглядывая чеки за детали, которые Веналь приобрела в последнее время. — Только не говори мне, что ты до сих пор оплачиваешь свои счета сама!