Турнир Первых Магов. Другие правила

Внутри домик выглядел даже лучше, чем снаружи. Просторный холл с высоким потолком украшали изящные деревянные панели тёплого медового оттенка. По периметру стояли старинные шкафы с резными узорами — в них виднелись переплёты старинных книг. Посередине стояли несколько мягких диванов с бархатной обивкой глубокого изумрудного цвета, а между ними — низкий резной столик из тёмного дерева, на котором покоилась изящная фарфоровая ваза с завядшими розами.

— Здесь всё слишком ухоженно, — произнесла Эриан. — Кто‑то явно здесь бывает регулярно и наводит порядок.

Марджен подошёл к одному из шкафов и осторожно провёл пальцем по его поверхности, проверяя на пыль.

— Но последнее время, похоже, этими обязанностями пренебрегали, — задумчиво произнёс он.

Хорошо бы, если так и здесь не было никого со времени трагедии. Возможно, тогда они смогли бы найти что‑то интересное.

В гостиной также находились несколько дверей. Марджен подошёл к одной из них, открыл её и прошёл внутрь. Эриан последовала за ним.

— Похоже, это как раз то место, где они «разбирали документы», — весело произнесла Эриан, хотя вид не заправленной смятой постели всё же её несколько смутил. А Марджена — нет. Он лишь усмехнулся и стал внимательно осматривать комнату, хотя особо смотреть тут было не на что — лишь большая кровать, тумбочка, судя по всему, пустая, и небольшой стол, на котором стоял артефакт‑ароматизатор. Внезапно Марджен что‑то заметил за кроватью. Через мгновение он извлёк оттуда предмет женского гардероба розового цвета из тех, что обычно не демонстрируют посторонним.

— Эта находка, несомненно, очень поможет нам в расследовании, — заметила Эриан и прошла в другую комнату.

Та и в самом деле оказалась кабинетом. Эриан остановилась на пороге, внимательно осматривая помещение. Кабинет выглядел куда более деловым и строгим, чем спальня. Вдоль стен выстроились высокие книжные шкафы, заполненные толстыми фолиантами и папками с документами. На массивном письменном столе из тёмного дуба лежали несколько листов бумаги, пишущий артефакт на изящной дорогой подставке и раскрытая книга, небрежно лежащая обложкой вверх. Рядом стоял удобный кожаный стул с высокой спинкой.

— Что у нас тут?

Марджен неожиданно оказался у Эриан за спиной. Она изучала комнату, размышляя об увиденном, и не заметила, как он подошёл сзади, причём так близко, что она ощутила его тёплое дыхание. Эриан рефлекторно активировала щит, однако Марджен, наученный горьким опытом, не касался её, хотя и стоял очень‑очень близко, почти вплотную.

— Эриан, а твой щит, оказывается, даже увидеть можно, если внимательно смотреть, — низким голосом произнёс он, и Эриан снова почувствовала его дыхание у самого своего уха. Она видела лишь его руку с длинными аристократическими пальцами, которая опиралась о косяк двери.

Девушка выдохнула и прошла внутрь комнаты. Она сосредоточилась на осмотре кабинета, делая вид, что полностью поглощена изучением обстановки, и стараясь унять слишком частое биение сердца.

Бумаги на столе и книгу придётся внимательно изучить. Эриан подошла к письменному столу. Но замерла, увидев слишком хорошо знакомый предмет. На полу стоял артефакт‑активизатор: со входа его не было видно из‑за стола, зато отсюда он просматривался прекрасно. Он был собран и готов к использованию — пустая коробка стояла рядом, словно его либо собирались задействовать прямо сейчас, либо использовали совсем недавно.

— А вот и виновник трагедии, — Марджен тоже заметил артефакт и сразу же сделал выводы.

Эриан села на оказавшийся действительно очень удобным стул и стала изучать то, что лежало на столе. Книга с помятыми страницами оказалась о кулинарии и называлась «Рецепты блюд для благородных девушек». Вряд ли она имела отношение к их делу, тем более что теперь стали заметны ещё несколько книг, тут и там разбросанных по комнате. В шкафу у двери было пустое место, откуда, по всей видимости, кто‑то, например разъярённая женщина, взял их и запустил, возможно, в хозяина кабинета.

В раскрытом блокноте были записаны даты, напротив которых стояли галочки. Последнее число как раз соответствовало тому дню, когда произошла трагедия и гибель Станира Айсинира с двумя его женщинами. Галочки не было. Что это, интересно, значит? Даты встреч лорда Айсинира со своими любовницами? Раз в три месяца вроде бы слишком редко для такого; к тому же, судя по состоянию спальни, последняя дата в этом смысле была очень даже оптичена.

— Похоже на план использования активизатора, — Марджен снова подкрался со спины, нарушив её личные границы, и теперь тоже читал блокнот, дыша Эриан в затылок. Он опирался одной рукой о стол, и Эриан опять могла наблюдать совсем близко его ладонь с красивыми изящными пальцами.

Девушка постучала ногтями по полированной поверхности стола, испытывая острое желание впиться ими в беспардонную руку.

— Слишком часто. По инструкции рекомендовано раз в полгода, — сообщила она Марджену. Он вполне мог не знать этого, но Эриан, как представительнице рода Тенавир, об их изобретении было известно многое.

— Ну не знаю, — пожал плечами мужчина. — У нас на фабрике чаще проверяют. Кайген говорил, что хотя бы раз в три месяца нужно.

«И где этот Кайген теперь?» — цинично подумала Эриан. Неужели все эти трагедии как‑то связаны с активизатором? Верить в подобное очень не хотелось, но нужно было разобраться, хотя бы для собственного спокойствия.

Марджен отошёл от неё и перестал нервировать своей близостью, и Эриан могла спокойно поразмышлять о том, как здесь всё происходило.

Глава 18.3. Женская логика

После супружеской измены лорд Айсинир пошёл в кабинет заниматься делами. Возможно, он забыл использовать активизатор днём и не захотел переносить это дело на утро, чтобы не нарушать график. Так или иначе, он его запустил, но, судя по всему, ему помешали завершить дело до конца. Жена, которая узнала что‑то, что ей знать было не положено, устроила скандал и закидала мужа книжками. К счастью, мать Эриан до такого кощунства никогда не опускалась (или, может, не додумывалась) — её оружием во время семейных сцен был только громкий визгливый голос. Эриан поморщилась от неприятных воспоминаний. Лучше бы тоже книгами кидалась, но молчала. Только, конечно, не любыми книгами, а такими вот бесполезными — про кулинарию и благородных девиц.

Дальше они отправились в главное здание. По пути где‑то к ним присоединилась секретарша. Или она уже была там, или, возможно, она была в кабинете со Станиром. Это непринципиально. Очевидно, что появления аберраций они не дождались и ушли, не закрыв за собой двери, а магические сгустки последовали за ними.

В общем‑то, и обычные аберрации могли стремиться к магам. Такое поведение было вполне типичным. Когда участники любовного треугольника наконец заметили аберрации, то попытались их уничтожить, разумеется, стихией воды. Других у них не было — все трое были магами воды.

— Что ты собираешься делать? — Эриан обернулась на шум, который производил Марджен, хотя ответ был, в общем‑то, очевиден. Марджен возился с артефактом‑активизатором и, похоже, собирался его запустить.

— Проверим, что он нам выдаст.

— Ничего не выдаст. Если недавно здесь выявились аберрации, то появление новых практически невозможно.

— Ну не скажи. У нас на фабрике как раз перед трагедией всё проверили, и как‑то не помогло.

Эриан замерла. Эта новая информация ей очень не понравилась. Тем более что она сразу же подтвердилась. Раздался специфический треск, и началось образование аберрации. Похоже, пока только одной. Эриан и Марджен синхронно отошли назад.

Нужно было проверить, является ли она агрессивной, а для этого нужна магия воды. Эриан ударила в неё слабым потоком — и та стремительно бросилась к ней. Воздушный поток Марджена сразу уничтожил её, как только это случилось.

Если бы Марджен обладал магией воды, то можно было бы поэкспериментировать с аберрацией, посмотреть, как она реагирует на различные раздражители, как ведёт себя в целом. Однако одновременное использование защитной и атакующей магии вызывало у Эриан сильные головные боли и общую слабость. Испытывать всё это в очередной раз совсем не хотелось.

Тем не менее боль Эриан почувствовала. Девушка вышла из кабинета и села на диван в гостиной, пытаясь понять, что с ней происходит, и тут её озарило… Она же использовала щит, когда сидела за столом, а Марджен подошёл слишком близко. Эриан мысленно отругала себя. Сколько раз она зарекалась использовать атакующие потоки! Но каждый раз случалось что‑то, что вынуждало её действовать. А дальше ждала расплата. Сегодня вообще всё вышло так глупо.

— Эриан, что случилось? — взволнованно спросил Марджен и сел рядом с девушкой.

Винить кого‑то другого гораздо приятнее, чем себя. Если бы Марджен не позволял себе подходить слишком близко, ничего бы не случилось. Несомненно, это его вина.

Продолжая злиться, Эриан достала обезболивающее, которое носила с собой всегда, на всякий случай, а затем закрыла глаза и откинулась на спинку дивана.

— У тебя же головные боли от разной магии, — проявил догадливость Марджен.

Раньше надо было думать об этом! А не подходить к Эриан близко. Разве же не понятно, что это ей неприятно?

— Эриан, — Марджен снова заговорил, и его голос был совсем рядом. — Знаешь, когда я был маленьким и разбивал коленки или что‑то ещё, мама говорила мне, что если взяться за руки, то можно разделить боль. Она так делала, и мне и правда становилось легче.

С этими словами он действительно взял руку Эриан и окутал своими ладонями. Вот, значит, чем Марджен и Лайна Айсинир занимались в день гибели её родителей. Однако Эриан считала себя умнее Лайны и даже маленького Марджена. Она прекрасно понимала, что это всё сказки и так не бывает. И зачем вообще нужно говорить такие глупости? Девушка чуть повернула свои ладони для удобства и со всей силы впилась ногтями в наглые руки, что держали их. В кои‑то веки Эриан пожалела, что не слушалась маму и не поддерживала на руках идеальный маникюр с длинными и острыми ногтями. Марджену ещё очень повезло.

— Эриан, что ты творишь? — возмутился он.

— Я?! Это же просто твой метод работает, — мстительно ответила она. Парень лишь вздохнул и покачал головой.

Однако странный этот Марджен. И совсем непонятливый. Он не только не убрал рук, но ещё и каким‑то непостижимым образом Эриан оказалась слишком близко к мужчине, а её голова теперь покоилась на его груди. Может, его ещё и покусать? Тем более он вполне это заслуживал. Одна его рука обнимала Эриан за плечо, а вторая гладила по волосам.

От недобрых планов её отвлекла одна мысль. Если задуматься — а Эриан считала себя достаточно проницательной — то поведение Марджена кажется весьма странным. Даже неуместным. По крайней мере для напарников. Вот если бы на её месте был Шеланар, стал бы Марджен так переживать из‑за его временных болевых ощущений и гладить по головке? Как‑то сомнительно, но выглядело бы презабавно.

А вот кого‑то вроде Лайны Айсинир в такой роли представить было легко и просто. Эриан вдруг стало очень обидно. Неужели Марджен считает её такой же, как Лайна? Сама она была об этой девушке невысокого мнения и видела, что и Марджен считает примерно так же. Шеланара же он уважал. Эриан предпочла бы, чтобы он и к ней относился также, а не как к глупой избалованной девчонке. Хотя с чего вообще её интересует его мнение?

Она резко отодвинулась, от чего голова заболела с новой силой. Снова из‑за Марджена.

— Эри… — произнёс он её имя и даже протянул руку, но больше хватать не решился. И правильно, а то Эриан действительно пришлось бы кусаться.

— Идём! Нам здесь больше делать нечего, — сказала Эриан и первая вышла из дома.

Она села в экипаж и уехала. Одна — Марджен всё равно жил совсем в другой стороне. По пути голова почти прошла, и девушка размышляла о том, что им удалось выяснить сегодня.

Она знала о том, что Шеланар исследовал артефакт‑активизатор. Разумеется, не сам. Это делала для него Веналь Одэна.

— Почему именно она? — спросила Эриан, когда он рассказал ей об этом.

— А кто? Хорин занят, да и не стал бы тратить на такое своё время. А Веналь явно нуждается в деньгах.

Вот как… Тамиор не смог сделать даже самого элементарного для своей дочери — обеспечить её финансово. Эриан узнала, что Веналь его дочь ещё в прошлом году от Дилоны. В целом ей было всё равно. У отца с его образом жизни могло быть ещё сколько угодно детей, хотя Эриан раньше считала, что он всё же осторожен и использует соответствующие артефакты, но, видимо, даже такого рода ответственность для него — это слишком.

Что касается артефакта‑активизатора… Пусть она исследует. С одной стороны, он присутствовал во всех случаях, когда появлялись нестандартные аберрации, а с другой — он используется вообще во всех случаях, когда они появляются.

Глава 19. Последствия

Веналь Одэна

Веналь так и знала! Так и знала, что не нужно слушать советы Азалии, а тем более следовать им. Мало того что они не работают — от них становится только хуже! А ведь всех с детства только и учат: «Слушайся маму», «Мама лучше знает», «Мама плохого не посоветует». Как бы не так!

Веналь хотела вернуть себе душевное спокойствие и избавиться от навязчивых мыслей о мужчине, который мало того что является аристократом, но и в остальном — полная противоположность того, о чём она мечтала. По плану она должна была в нём разочароваться, возможно, немного погрустив. А Дернир должен был к ней охладеть и найти себе новую рыженькую подружку.

Судя по горящему взгляду, которым демон смотрел на неё, преграждая дорогу, план сработал неидеально. Они столкнулись в коридоре. Она заметила его слишком поздно, когда поворачивать назад было уже бессмысленно. К тому же она была не уверена в том, что Дернир бы всё равно её не догнал. В целом встретить его здесь было неожиданно — в этой части магитета огневику делать было совершенно нечего. Это была территория водников; Веналь сама последнее время ходила здесь только для того, чтобы с ним не сталкиваться.

— Веналь! Ты меня избегаешь? — проявил невероятную проницательность мужчина.

— А ты меня преследуешь? — ответила она вопросом на вопрос. А Дернир, который и так весёлым не выглядел, похоже, разозлился ещё больше. Рядом то и дело проходили другие студенты, так что место для выяснения отношений было выбрано не очень удачно. Впрочем, да — Веналь его избегала и даже пропустила прошлое занятие по магии воздуха, чего она не позволяла себе никогда ранее.

Дернир не слишком нежно взял её за локоть и увёл в сторону, ближе к окну. Это место тоже не было уединённым, но хотя бы они больше не стояли в проходе.

— Нам нужно обсудить то, что произошло, — уверенно сказал он.

— Мы переспали. Что тут обсуждать?

Он снова бросил на неё злой взгляд. А что не так она сказала? Неожиданно Дернир приблизился к ней, и девушка машинально отступила назад, оказавшись прижатой к стене.

— Например, то, когда мы сделаем это в следующий раз, — низким голосом произнёс он, хищно ухмыльнувшись.

Веналь интуитивно поняла, что слово «никогда», которое вертелось у неё на языке, не вызовет у демона понимания и одобрения.

— Не здесь и не сейчас, — выбрала она компромиссный ответ, который, однако, не противоречил и её варианту.

Дернир гибкости не оценил, приблизился ещё ближе и перевёл взгляд на её губы.

— Здесь люди, и они на нас смотрят, — прошептала она, не уверенная в том, что он прислушается к ней. — Дернир, пожалуйста…

Его взгляд смягчился, и он неохотно отодвинулся и даже отошёл на несколько шагов. Девушка вздохнула с облегчением, хотя её тело, которое чуть дрожало от волнения, не полностью разделяло её чувства.

— В парке тебя не смущало, что кто‑то может нас увидеть.

Потому что никто не мог. Веналь заранее подобрала укромное тихое место, установила вокруг артефакты отвода глаз, а если они не сработают — то сирены. Позаботилась о том, чтобы там было достаточно тепло и росла мягкая свежая газонная травка. Последнее, пожалуй, было лишним. Лучше бы осколки стекла разбросала — тогда, возможно, Дерниру бы не понравилось, и он не требовал бы повторения.

Да, на артефакты пришлось потратиться, но тогда Веналь это казалось выгодным вложением в своё спокойствие, но всё оказалось бессмысленной тратой денег, которых снова не хватало, ведь в этом году Дернир не платил ей за свидания, хотя теперь они больше соответствовали тому, за что мужчины обычно платят деньги женщинам.

— Там никого не было, — ответила Веналь, чтобы не молчать. С каждой минутой этого разговора она ненавидела Азалию всё сильнее и сильнее.

— Тогда, может, поговорим там? — Дернир выделил слово «поговорим» такой интонацией, что было очевидно: они будут точно не разговаривать.

Может, согласиться? По дороге туда сбежать от него будет проще. Её размышления прервал громкий возглас:

— О, Дернир! Что ты тут делаешь?

Это был напарник Дернира по команде на турнире — замечательный человек, обладающий прекрасными качествами: беспардонностью, полным отсутствием тактичности и чувства самосохранения. Кто‑то, обладающий хотя бы одним из перечисленного, поостерёгся бы сейчас подходить к Дерниру.

— Я как раз собирался тебя искать… — продолжал чудесный человек, не замечая перекошенного лица демона.

— Отвали, Мартин! Я занят!

— Да ты чего? — К удаче Веналь, тот оказался совершенно не обидчивым. — У нас же тренировка сегодня, Джерси просила тебе напомнить. Нам теперь нужно каждый день вкалывать, чтобы сыграться быстрее и подготовиться к отборочным.

— Иди уже. Я приду, — сквозь зубы ответил Дернир.

На месте Мартина Веналь послушалась бы его и как можно быстрее свалила подальше, но лично ей такое развитие событий было крайне невыгодно.

— Да вы можете сейчас всё обсудить, — вмешалась она, стараясь тихонько переместиться Мартину за спину. — А мне надо на занятия.

— Какие занятия? Ещё же больше получаса перерыв будет длиться, — простодушно заметил Мартин, и ореол чудесного человека померк, открыв взору Веналь беспардонного парня, который зачем‑то лезет со своими комментариями тогда, когда его не спрашивают.

— У меня личная консультация с магистром, — выкрутилась она, кивнула на прощание и торопливо пошла куда‑нибудь подальше, надеясь, что Дернир не бросится следом.

К счастью, вот‑вот начнутся каникулы, и какое‑то время они точно не увидятся, а там, глядишь, он наконец и забудет её. Самой Веналь тоже не помешало бы поменьше о нём думать.

В аудитории почти никого не было. Лишь Хорин сидел в одиночестве, если не считать его лучшего «друга» — очередной артефакт, который он внимательно изучал с напряжённым выражением лица.

— Не получается, — расстроенно проговорил он. — Надо уже давно к следующему переходить, а я ещё с этим всё вожусь.

Веналь знала, что Хорин будет участвовать в турнире, и была рада за него. В его команде также были Эриан с подругой и Шеланар, который поменял команду. Ему Веналь даже немного завидовала, ведь Шеланару повезло избавиться от общества Дернира, о чём она сама могла пока только мечтать.

— Эриан не помогает тебе? — осторожно спросила девушка.

Эриан уже некоторое время было не видно на занятиях по артефакторике, хотя в начале года она посещала их исправно. По идее, она должна не меньше Хорина участвовать в создании артефактов для турнира — всё‑таки она Тенавир. Хорин лишь махнул рукой — судя по всему, не помогает. Интересно, почему?

Веналь села ближе и машинально стала поправлять детали, которые Хорин не до конца установил. Он не стал возражать, лишь иногда поправлял, поясняя свою задумку. Так они и просидели до начала следующего занятия, собирая артефакт и иногда тихо обсуждая устройство, совершенно не заметив, как пролетело время.

После занятий Хорин предложил на каникулах помогать ему с артефактами за весьма солидное вознаграждение. По правилам турнира все артефакты, используемые в матчах, должны быть созданы членами команды, однако сторонняя помощь запрещена не была. Точнее, об этом вообще не упоминалось.

Теперь почти все каникулы Веналь проведёт у Хорина, занимаясь самым прекрасным делом на свете — артефакторикой. И это просто замечательно, что у неё совсем не останется времени думать о том, о ком она думать совершенно не должна.

Что касается другой её обязанности — заказа от Шеланара по изучению артефакта‑активизатора, то Веналь никаких конкретных результатов не добилась, хотя исследовала она его исправно. Она склонялась к тому, что ей просто не хватало данных. К тому же каждое устройство было мастерски защищено. Активизатор невозможно было разобрать на составляющие: большинство блоков, как только касаешься их магией, самоуничтожались — вероятно, такова была защита, созданная Гестасом Тенавиром для того, чтобы устройство не могли скопировать. Всё же не зря он считался гением артефакторики ещё при жизни.

В какой‑то момент ей удалось снять защиту, используя информацию, найденную в книге Тамиора, которую он выбросил. Однако это оказался лишь верхний слой, а дальше был ещё один, а может, и несколько. Этого она даже понять не смогла.

Веналь собиралась честно рассказать об этом Шеланару при следующей встрече и отказаться от дальнейшего исследования активизатора. Конечно, обидно признаваться в неудаче, особенно после стольких вложенных сил, но что ей оставалось, если такова реальность?

Глава 20.1. Стихийный кристалл воздуха

Дилона Тензир

Как выяснилось, турнир с артефактами — дело не только нудное, но и безмерно дорогое. Повезло, что в команде Дилоны трое выходцев из чрезвычайно богатых родов. Её семья тоже считалась обеспеченной, но отнюдь не на том же уровне. В одиночку Дилона ни за что не потянула бы закупку всех ингредиентов и деталей — особенно с учётом того, что запросы Эриан, как всегда, оказались крайне нескромными.

Однако даже за деньги возможно было приобрести не всё. Прежде всего это касалось стихийных кристаллов — крайне редких образований, которые появлялись и добывались лишь в стихийных княжествах. Их бережно хранили и ни за какие деньги не продавали за пределы земель. Камни стихий воды и земли пообещали достать Шеланар и Хорин, рассчитывая на содействие своих семей. Оставались ещё два.

Их поиск был задачей Дилоны.

«Я в тебя верю. Ты справишься. А иначе лишишься возможности надрать зад Мэдриэлю», — напутствовала её Эри перед поездкой. Знает ведь, на что давить, хитрая зараза.

В помощь Дилоне Эриан любезно предоставила Шеланара.

«Заодно не придётся отвлекаться от боевых тренировок», — прокомментировала она и напомнила Шеланару за этим проследить. Тот лишь кровожадно усмехнулся. На обречённый вздох Дилоны никто не обратил внимания.

Легко сказать: «Добудь». А вот как ей это сделать? Может, подойти к Мэду и сказать: «Не достанешь ли для меня стихийный кристалл воздуха по старой дружбе? Очень нужно, чтобы одолеть вас в турнире». Ничего он ей, понятное дело, не даст, но посмотреть на его округлившуюся физиономию было бы весело. Но ещё более вероятно, что он попробует ей помешать, поэтому, как бы ни хотелось его подразнить, нужно держать их планы в тайне.

Путешествие было назначено на начало каникул. У Дилоны и Шеланара будет неделя, чтобы получить камень. А затем нужно будет возвращаться, чтобы успеть на отборочные матчи турнира.

Дилона ждала поездки с нетерпением — она вообще любила путешествовать, а в княжестве Воздуха (её основной стихии) ещё никогда не бывала. В каждом уголке мира царили свои порядки, люди, вроде бы такие же, как и везде, отличались своим мировоззрением. Разговоры с ними позволяли взглянуть на многие банальные вещи под другим углом, увидеть вроде бы обыкновенные вещи в новом свете, шире взглянуть на мир.

Для Дилоны каждое путешествие было не просто перемещением из одной точки в другую — это был поток открытий, где даже случайная встреча могла обернуться ключом к пониманию чего‑то важного. Она верила, что мир щедро делится своими тайнами с теми, кто умеет слушать.

И вот наконец они оказались в княжестве. Дилона с нескрываемым интересом озиралась по сторонам. Шеланар шёл рядом, невозмутимый, как всегда, — что взять с ледышки.

Почти все здания здесь были белого цвета, ярко отсвечивая на солнце, которое здесь очень редко заходило за тучи. Декоративная отделка зданий была голубой и иногда дополнялась небольшими золотыми элементами. Сами здания были небольшими, но очень высокими. Становилось ясно, почему среди ангелов почти не бывает толстяков — слишком часто им приходится бегать по лестницам туда‑сюда.

— А в княжестве Воды наверняка всё синее, — предположила Дилона.

— Не совсем так, — улыбнулся Шеланар. — У нас преобладают спокойные пастельные тона.

Ещё во время полёта на магическом корабле вокруг них оказалось большое количество кудрявых золотоволосых мальчиков, а когда они сошли с корабля и шли по улицам города, озираясь по сторонам, их стало запредельно много. По мнению Дилоны, все ангелы были похожи между собой и напоминали ей одного нелицеприятного типа.