Отшельница

- Полундра!!! – раздался душераздирающий крик Малого, оборвав рассказ.

Матвей и Кант вскочили на ноги, поворачиваясь на звук. Вдоль озера от ручья в их сторону, неловко скача по камням босяком в мокрых плавках, нёсся Витек. За ним, метрах в пятнадцати семенил медведь. Не то чтобы большой, но на Канта, ни разу не видевшего медведя живьем, он произвел неизгладимое впечатление. По спине пробежал холодок. В голове метались мысли: «бежать, кричать, падать...». В следующую секунду Малой споткнулся и смачно грохнулся, налетев коленкой на камень. Он взревел от боли и больше не в силах подняться, судя по всему, попытался прикинуться мёртвым. В следующую секунду раздался выстрел и Матвей, задрав вверх руки с ружьем, медленно двинулся в сторону Витька и медведя.

- А ну пошёл отсюда, косолапый! – грозно закричал он.

Андрей, вдруг вспомнив наставления деда, скинул куртку и растянув её у себя над головой пошел за Матвеем.

Медведь остановился, негромко взревел мотнув головой, и встал на задние лапы. Ростом он был, пожалуй, больше Витька. Кант с Матвеем продолжали кричать на него, медленно наступая. В глазах косолапого казалось читалось удивление и некое любопытство. Матвей пальнул еще раз в воздух и тогда медведь, вернувшись в горизонтальное положение бросился в лес, только ветки затрещали.

- Ну, живой? – подойдя к Малому спросил Андрей.

Витек стоная приподнял голову и пробурчал:

- Нога…

Его перевернули на спину, Матвей начал осматривать его калено.

- Так больно? А так? – ощупывая ногу спрашивал здоровяк.

Витек только вскрикивал и корчил гримасы.

Подбежали девчонки с вопросом: «Что случилось!?».

- Медвежонок, лет трех я думаю, заинтересовался вашим приятелем – ответил Матвей - Наша удача, что мамаши рядом не было. Этот молодой, глупый и любопытный. У них тут водопой. Ветер на нас дует, он не учуял и не услышал ничего, вот и подошел так близко.

- Вить, ты как? – спросила Майка, присев возле него.

Он весь трясся и что-то невнятно бормотал, еле шевеля губами.

- Перелом у него. Пока не знаю насколько серьезный, но идти он сам не сможет – ответил за него здоровяк.

Малого подняли, и он, опираясь на плечи Канта и Матвея, кряхтя и охая, поскакал на одной ноге к лагерю. Девчонки захватили все вещи, брошенные на берегу.

- Две жердины крепких - метра по два с небольшим, и палок с десяток - сантиметров по шестьдесят. Носилки будем делать – скомандовал Матвей – а ты Майя, пока палатки сворачивай. Вообще-то давно пора это было сделать. И мусор весь в костер. Ногу надо зафиксировать, бинт эластичный есть?

- Нет – ответил Кант – только обычный.

- Тащи все что есть, надо рану обработать. И ремни от штанов какие есть, тоже давай.

- Кант, водку захвати если осталась – прохрипел Малой.

Витькино колено сильно распухло, покраснело и кровоточило рваной раной. Матвей обработал его водкой (для анестезии и успокоения дав Малому выпить пол стакана), смазал зеленкой, забинтовал и при помощи палок и ремней зафиксировал его ногу, что б она не сгибалась. Андрей с Юлей тем временем сооружали носилки, по виду напоминающие лестницу, прикрепляя поперечные палки к жердям веревкой. Все сучки предварительно обстругали. Когда все было готово, Витьку помогли надеть кофту, прикрыли ноги и уложили на носилки, заранее постелив на них карематы. Под голову ему сунули рюкзак с мягкими вещами. Весь скарб был собран. Мужики распили остатки водки на посошок.

- Ему бы лучше «кеторол» или «анальгин» - глядя на Витька, сказала Белка.

- Это от нервного стресса не спасёт. Да и водку он уже пил, лучше не смешивать – ответил Кант.

Витек лежал со стеклянными глазами, молча смотря в небо.

- Он же рыбы нам наловил и на радостях купаться пошел, даже петарды не взял. А мы и пожарить не успели… - вздохнула Майка.

- Дома пожарим. Ну, двинули! – присев и берясь за носилки скомандовал Матвей – Сначала я впереди, потом поменяемся – добавил он для Канта.

Все двинулись в путь. Большую часть вещей пришлось тащить девушкам, так как мужики несли Малого. Шли медленно, с передышками. Кант по своему опыту знал, что спускаться с горы порой сложней чем подниматься. И хотя уклон был не сильно крутой, носилки давали о себе знать. Тот, кто шел впереди нес их на плечах. Менялись каждые пять – десять минут. Когда уклон кончился стало попроще. Сделали привал.

- Ну ты как? – спросил Кант у Малого.

- Да хрен знает… Ноет нога. Шевелить вообще нельзя – больно.

- Так не шевели! Угораздило же тебя, блин! Петарды не взял, еще и убегать начал… Забыл, что дед говорил!?

- Неизвестно как бы ты себя повел – обиженно буркнул Витек -Я сижу у ручья, воду набираю. Вода журчит – не слышно ничего. Вдруг краем глаза вижу – вдалеке движется что-то в мою сторону. Голову поднимаю, а тут он! Я сначала попятился просто, но чую что он прям нагло так на меня прет, еще и звуки какие-то издает – ни то рык, ни то вой. Ну я заорал и побежал к вам; знаю, что у Матвея ружье.

- Хорошо, что мы рядом были – вставил Матвей – Считай легко отделался.

- Подожди, так он с того берега на тебя вышел что ли? – спросил Кант.

- Выходит, что так. Мы то все опасались, что медведи на нашем берегу будут.

- Там отовсюду зверьё приходит. Водопой – подытожил Матвей – Ладно, пошли.

Глава 6

ГЛАВА 6

Когда путники прошли мимо луга, где не было ни Буренки, ни Дарии и миновали местное кладбище, солнце уже клонилось к закату. Остановились у того самого домика с заросшим огородом на краю поселка.

- Всё, пришли! – скомандовал Матвей – Мы Витю ко мне пока занесем, а вы девчонки сгоняйте за Дашей. Скажите ей что у друга вашего скорее всего перелом коленной чашечки, возможно раздробление. Пусть подумает, что с собой взять. Рыбу деду занесите – баба Зина пожарит. И рюкзаки там оставьте.

Девчонки ушли без лишних вопросов, а здоровяк открыл калитку и направился в дом готовить лежбище для больного. Витек выглядел не важно, был бледен и не говорил ни слова. Кант с Матвеем занесли его в жилище и переложили на топчан с худым матрасом и чистым бельем. Все же мягче и приятней чем носилки. Устали мужчины изрядно.

Дом был не большой. Крохотные сенки с ковриком и лавочкой; в углу сапоги резиновые и валенки, тулуп овчинный на вешалке у маленького окошка, да полка со всякой бытовой мелочью. Сама хата – одна комната и кладовка. Комната условно делилась на две части: кухня и спальня. На дальней стене, над топчаном растянулась огромная шкура бурого медведя. В остальном убранство очень скромное, но вполне уютное: стол, два табурета, шкаф с кухонными принадлежностями, умывальник с раковиной, зеркало, маленький и очень старый холодильничек, комод и железная печь. На холодильничке ютилась электроплитка и чайник, на комоде виниловый проигрыватель и небольшая коллекция пластинок и книг. Рядом в углу стояла гитара. Вход в кладовку прикрывала шторка на половину отдернутая. Там, судя по всему, хранились различные инструменты.

- Ну, гости дорогие… - доставая из холодильничка бутыль, сало и хлеб, заговорил Матвей – места как видите у меня не много. Предлагаю пока никого нет, отведать моего фирменного напитка.

Он разлил прозрачную жидкость по кружкам, раздал ребятам.

Малой приподнялся на одном локте, взял напиток, понюхал:

- Самогон?

Матвей кивнул и опрокинул в рот содержимое кружки. Ребята последовали его примеру. Пился самогон легко, никакого неприятного послевкусия. По телу разлилась теплота. Кант присел за стол напротив Матвея.

- Сами завалили? – закусывая салом спросил он, указав на медведя.

- Да. Шестнадцать лет назад. Огромный был как видите, не то что твой – протягивая Малому тарелку с закуской и забирая кружку, подмигнул здоровяк – мы его на месте свежевали и разделывали. Друзья охотники помогали, царство им небесное. Давайте помянем! – и он разлил по новой.

Кант, с разрешенья хозяина, взялся рассматривать пластинки и книги. Пластинки были старые и приятно пахли винилом. Вспомнилось детство. Когда Андрей был маленький у них дома было много пластинок. Он до сих пор помнил, как отец аккуратно ставит виниловый диск на проигрыватель, плавно опускает иглу и как с легким шорохом рождается теплый ламповый звук. Отец всегда был меломаном и почти каждый вечер по дому разносились прекрасные мелодии. Классика и фолк, джаз и босанова, кантри и регги, отечественная эстрада и западная поп-музыка. Со временем пластинки стали не актуальны, появились кассеты, а после и вовсе CD. Свою коллекцию отец стал распродавать или просто раздаривать, ибо она занимала много места. Не многие остались верны традициям, цифра убила аналоговый звук. И сейчас Кант словно прикасался к прошлому. Фрэнк Синатра, Эрик Клэптон, Led Zeppelin, Чайковский, Рахманинов, Анна Герман. Большинство пластинок были фирмы грамм-записи «Мелодия». Немного советских ВИА - Веселые ребята, Цветы, Синяя птица, Скоморохи, Голубые гитары, бит-квартет Секрет. Из бардов - Высоцкий, Окуджава, Башлачев и даже Янка Дягилева. Были и рок исполнители - Наутилус Помпилиус, Парк Горького, Зоопарк, ДДТ, Калинов Мост. И даже детские сказки - Незнайка и Бременские музыканты. Были еще какие-то, но в самопальных обложках и подписанные от руки очень неразборчиво. Книги были изрядно потрёпанные, у некоторых выпадали страницы. Рэй Бредбери, Роберт Хайнлайн, Джек Лондон, Жюль Верн. Из русской классики - Пушкин, Мандельштам, Ахматова, Есенин. Из современников - Евтушенко, Пахмутова, а из прозы – братья Стругацкие, Алексей Толстой, Пелевин,

Малой захмелел, повеселел, стал болтлив, и нога его уже не так беспокоила. Ремни и палки, фиксирующие ногу, давно сняли. Он захотел курить, но Матвей запретил дымить в хате, ибо вот-вот должны были прийти девушки, а Дария не любит запах табака.

- А нафига нам Дария? – возмущался Витек – Наши девки нормально дым переносят!

- Ногу твою осмотрит, дурак! Может поможет чем – заткнул его Матвей.

Через минуту пришли девушки. Дария была в том же сарафане поверх которого была накинута вязаная кофточка, а на плече висела холщовая сумка.

- Привет! – окинув взглядом мужчин, поздоровалась она.

Ребята тоже поздоровались. Она подошла к Малому, Матвей поднес ей табурет, и она присела возле больного.

- Свет – попросила она.

Матвей щелкнул выключателем у входа и под потолком загорелась тусклая лампочка.

- Часов пять назад? – аккуратно осматривая Витькино колено спросила она – Тут чувствуешь что-нибудь? Так больно?

- Около пяти, плюс – минус. Сейчас ему уже не так больно, он самогона выпил – ответил за Витька Матвей.

- Этим дело лучше не усугублять – сказала Дария, достав из сумки какую-то баночку и протянув её Матвею – Это сбор трав. Его надо залить кипятком и настоять минут двадцать. Потом пить маленькими глотками. А сейчас, хоть и поздновато уже, нужен лед. Дядя Матвей, есть у вас в морозилке?

- Найдется поди…

- У него отек – ткани повреждены, Лёд надо завернуть в плотную ткань и прикладывать минут на двадцать каждый час. Колено сейчас зафиксируем и ногу надо поднять выше уровня сердца. Ну и в город на рентген и в гипс. Чем раньше - тем лучше.

Дария вновь порылась в сумке и достала эластичный бинт. Майка с Юлей помогли ей замотать Витькину ногу и подложили под неё какие-то мягкие тюки, которые Матвей достал из кладовки. Приложили лёд.

- Малой, за тобой приехать кто-нибудь сможет? – спросил Кант.

- Не знаю… Бате не хочу звонить. Если только брата или кого-нибудь из пацанов попросить.

- Сюда еще не на всякой машине проедешь. Да и дорогу не каждый найдет – задумчиво сказал Матвей, заваривая травяной сбор – Пойдем-ка Андрей покурим.

Они вышли из избы и присели на невысокое крылечко. Уже смеркалось и пели сверчки.

- Паровоз только в понедельник, в четыре вечера будет – закуривая начал рассуждать Матвей – У тебя, то есть кого вызвать если что?

- Не знаю – задумался Кант – Могу попробовать своим позвонить.

На крыльцо вышли девушки.

- Там уже, наверное, рыба готова. Мы сходим, принесем еды – первой протискиваясь между мужчин сказала Белка.

- Ты как? – чуть задержавшись спросила Дария у Андрея.

- Я нормально – ответил он.

Она мило улыбнулась ему и пошла вслед за девушками.

- И дайте хромому покурить уже! Мучается парень! – кинула напоследок Майя.

Малой курил, стряхивая пепел в пустую консервную банку и говорил по телефону с братом. Как выяснилось, Евгений сейчас находился далеко от дома в командировке и помочь кроме как добрым словом ничем не мог. Отцу Витек наотрез отказался звонить.

Кант набрал номер своего отца. Тот сказал, что приехать не может, аврал на работе, а поскольку он начальник, без него никак не справятся.

- Ты то сам в порядке? – спросил отец.

- Я-то в порядке.

- Ну и всё! Поможешь другу до поезда добраться, а в городе на такси доедите.

На этом разговор закончился. Стали перебирать общих друзей у кого есть машина.

- Вы имейте в виду, сюда на «пузотёрке» не проехать. Всё брюхо обдерут и встрянут. ВАЗ нужен или джип – напомнил Матвей.

По итогу пришли к выводу, что обратиться за помощью им не к кому.

Вернулись девушки с корзинками. Они принесли столовые приборы, коих у Матвея не было в нужном количестве, жареную картошку, рыбу, лук, лепешки, молоко и варенье. Девчонок усадили за стол, Матвей с Кантом примостились у комода кто на чем, а Малому подали ужин в постель.

- Девчонки, у вас есть кто-нибудь с машиной повышенной проходимости? – спросил Кант за трапезой.

- В каком смысле? – лукаво прищурилась Белка.

- В том смысле, что Витька как-то надо отсюда в больничку доставить – пояснил Андрей.

- Я родителям звонила, сказала, что у нас тут конфуз случился – уже серьезно ответила Юля – Я думаю, если попросить, то отец поди приедет.

- А вам не кажется, что на поезде ему удобнее будет добираться? Ногу то сгибать нельзя – подола голос Майя.

- Это почти двое суток ждать… - задумчиво сказала Дария. Она ничего не стала есть, лишь заварила себе какие-то травы с вареньем и тихонько прихлебывала из кружки.

- Ну если с анестезией, то думаю продержусь – бодро заявил Малой.

- Колено - это очень серьёзно. Если поврежден сустав, возможно потребуется хирургическое вмешательство. Нужен рентген. И чем раньше, тем лучше – повторила Дария.

- У отца твоего какая машина? – спросил Матвей у Юли.

- Фольксваген. Вроде… - неуверенно ответила Белка.

- Посадка низкая? – стал уточнять здоровяк.

- Фольксваген Поло у него – внезапно вмешалась Майя – Черный.

- Не, не проедет – махнул рукой Матвей.

- А у моей мамаши только служебный транспорт с личным водителем. Он тоже не проедет – добавила Майя.

- Ладно, утро вечера мудренее – подытожил Матвей – Витек пусть у меня остается, я себе на полу постелю.

- Ну а мы тогда пойдем – убирая со стола сказала Белка – мы уже договорились с Иваном Андреевичем и бабой Зиной.

Ребята стали собираться и прощаться до утра, подбадривая Малого – дескать не унывай, мы с тобой. Когда они вышли на улице уже стемнело. Спустилась прохлада, небо искрилось звездами. Матвей проводил до калитки, пожал Канту руку, помахал девушкам и усталой походкой пошел обратно в дом. Кант вдруг тоже почувствовал усталость. День выдался не легкий с самого утра. Столько событий разом навалилось. Андрей брёл в раздумьях и не сразу обратил внимание, что они с Дарией чуть отстали от девчонок, а те, увлеченно беседуя о чем-то, не обращали на них внимание. Он посмотрел на Дарию и сказал негромко:

- Спасибо тебе за все.

- Не за что. Мне девочки рассказали, что у вас произошло. Теперь я хотела бы услышать это от тебя – ответила она.

- Значит ты в курсе с чего все началось. Кто это мог кричать среди ночи?

- Я думаю это была некая проверка. ОН хотел знать, как вы отреагируете.

- Кто он?

Дария чуть помедлила с ответом.

- Мы же предупреждали вас. Деда Ваня его кличет Лешим, мама называла Духом Леса, дядя Матвей просто нечестью. Но суть одна. Это некая сила, энергия со знаком минус, которая сконцентрировалась в этом месте. Её породили нехорошие люди, точнее их поступки и мысли. Они открыли ящик Пандоры. Изначально ведь это место было намолено монахами. Пришли те, кто нарушил гармонию.

- Выходит, этот дух леса мстит людям? – спросил Кант.

- Он просто показывает людям то, чем они являются. Он как зеркало. Понимаешь? – она посмотрела ему в глаза.

- Кажется начинаю…

Тем временем они подошли к дому Ивана Андреевича и бабы Зины. Блудный больше не лаял, он подошел к калитке и приветливо виляя хвостом, лизнул протянутую Дарией руку.

- Ну, до завтра – сказала Белка ведунье.

- До завтра, девочки – попрощалась она в ответ.

- Юля, Майя - вы идите пока располагайтесь, а я Дашу провожу. Мне кое-что спросить у неё нужно – сказал Кант.

Белка косо посмотрела на него и произнесла с наигранным безразличием:

- Не заблудись.

- Мы в бане спать будем – добавила Майя – Решили стариков не тревожить. Мы с Юльчей на верхней полке, ты на полу.

Кант кивнул, и они с Дарией пошли по тропинке в сторону её избы.

- Мне приснился сон перед тем как Майя пропала. Ты предупредила меня? – спросил он.

- По крайней мере попыталась. Если бы вы не пили алкоголь и прислушались к тому что вам говорили, неприятностей можно было бы избежать – довольно резко ответила она.

- Но как это… послание во сне?

- Это определенный навык сновиденья, когда ты можешь управлять реальностью во сне. Было очень сложно «достучаться» до тебя.

- А рябик? – не отставал Андрей.

- Он у меня как ручной, все понимает.

- Вот блин! У тебя даже птица все понимает. Это ж насколько я дурак получается… - возмутился Кант.

- Лучше добрый дурак, чем злой гений – улыбнулась Дария – Не обижайся, я шучу. Город вам голову затуманил. Не приспособлены вы к жизни в тайге.

- Это точно. Но одно дело выживание в экстремальных условиях – тут я не прихотливый, другое – с животными общаться и во снах являться.

- Ты хоть раз пробовал остановить внутренний диалог? – спросила она, глядя на него – Вижу, что не пробовал. Я имею ввиду отбросить все лишние мысли, которые тебе мешают.

- То есть ни о чем не думать?

- Вроде того. Мозг, он как компьютер –все время пытается решать какие-то задачи. От самых банальных и необходимых, до сложных и порой не очень нужных. Еда, сон, размножение и безопасность – это его основные задачи. Это вопрос выживания, так называемые основные инстинкты. Все что касается получения удовольствия, самоудовлетворения, чувства собственной значимости, желания обладать, доминировать и многих других желаний – это проявления эго или «хотелок», проще говоря. Если человек находится в равновесии, в не агрессивной среде, то он спокоен и прибывает в гармонии с миром, частью которого он и является. Если среда агрессивна, ему приходиться постоянно доказывать свое право на существование, подтверждать его некими действиями, порой не приятными и выводящими из равновесия и гармонии. В таком случае человек теряет связь с миром, она подменяется ложными понятиями о том, кем он на самом деле является. Я понятно говорю?

Кант молча кивнул. Она чуть улыбнулась:

- Пойдем в ограде присядем, рюкзак хоть снимешь.

Они зашли на ее участок и присели на лавочку возле избы.

- То есть ты хочешь сказать, что город — это агрессивная среда и мы, живя там находимся в постоянном стрессе и не гармонируем с миром? – решил уточнить Андрей.

- Именно. А теперь представь если бы ты жил, например, здесь, насколько бы чище были твои мысли. Все лишнее постепенно бы отсеялось. А если бы ты жил здесь от рождения, ничего лишнего и не возникало бы. Я понимаю, ты скажешь – а как же учеба, саморазвитие, социальные связи, и так далее. Я скажу тебе, увы, но в современном мире учат только запоминать информацию, а не анализировать ее. А с появлением интернета все стало намного хуже. Клиповое мышление – так теперь это называется. Информация ни только не задерживается в умах, но и не анализируется. Почти отсутствует критическое мышление, особенно у подростков, потому что нет жизненного опыта, а их воспитание основывается на тех же принципах, что и учение. Сам по себе интернет – это не плохо и даже удобно, если грамотно им пользоваться. Как молотком – можно полку прибить, а можно палец разбить. Но это всё еще пол беды. Дело в том, что многое из того что преподают – является псевдонаукой.

- Подожди, подожди! Как же? Что ты имеешь ввиду? – возмутился Кант – А математика, например?

- Науки бывают разные – начала объяснять Дария – Фундаментальные и прикладные. Фундаментальные - это по большей мере абстрактные науки, которые изучают общие явления и не претендуют на практическое применение. Это как раз те науки, в которых часто строят теории, выдвигают гипотезы, не имеющие прямого подтверждения. Странно, что они вообще так называются – «фундаментальные». А прикладные науки основаны на практическом опыте. Математика тоже бывает разной. То, что изучают в школе – это математика чисел или арифметика. Один плюс один – равно два. А есть математика семьи, когда один плюс один – равно три и более. Есть, так называемая «математика Абсолюта», где один плюс один – равно один.

- А как это? – не понял Андрей.

- Создатель един. Ипостасей много, но всё едино – Дария посмотрела ему в глаза – Да, это не просто объяснить…

- Не, я кое-что начинаю понимать – задумчиво произнес Кант – Ну так что там с псевдонауками?

- Давай начнем по порядку с малого. Ну вот, например, строение планеты Земля. Из чего она состоит?

- Ну я ж не химик, там много всего… - растерялся Андрей.

- Сейчас не об этом – улыбнулась Дария – вспомни пятый класс.

- Ааа… Ну чего там… Ядро, мантия, земная кора.

- Правильно – так тебе сказали в школе. Ясное дело – учителей тоже учили и так далее. На чем основано данное умозаключение ученых? На изучении поднятых с глубин в результате вулканической деятельности пород. Еще на результате данных получаемых сейсмологами и топографических данных. Ты думаешь этого достаточно, что б сделать такие выводы?

- Ну подожди! А как же эхолокация? – возмутился Кант.

- Ты про металлоискатель? Он работает по другому принципу, но мы сейчас не об этом – улыбнулась Дария – Знаешь на какой глубине по официальной науке находится ядро? Более пяти тысяч километров. Ты слышал хоть раз о приборе такой мощности, который мог бы это достоверно определить?

- Честно, не слышал – ответил Андрей.

- А о Кольской сверхглубокой скважине?

- Конечно слышал!

- Значит знаешь, что её глубина более двенадцати километров. Тут как раз мы возвращаемся к вопросу о фундаментальной или абстрактной науке и прикладной. Одной из целей бурения этой скважины, было подтверждение теории строения земной коры. Но результаты мягко говоря удивили всех. Во-первых, обнаружили воду на глубине десяти километров, где считалось что её быть не может из-за давления. Во-вторых, нашли окаменелые микроорганизмы старше на несколько миллиардов лет, чем ученые предполагали появление жизни на земле. Но и к этому можно относиться скептически, суть лишь в том, что вся теория строения земли начала трещать по швам. До сих пор спорят почему скважину законсервировали. Из-за недостаточного финансирования или из-за открытий, которые шли в разрез с официальной наукой…

- Еще легенда есть что они до ада добурили и стали слышать крики и стоны – вставил Кант.

Дария посмотрела на него снисходительно улыбаясь:

- Ад здесь - на земле, а не под землей. А если точнее, ад в умах людей – она тяжело вздохнула – Тебе не пора?

- Если ты не против, я бы еще тебя послушал – сказал Андрей – Или ты спать хочешь? Просто я сейчас фиг усну!

Дария опять улыбнулась:

- Девчонок разбудишь, когда придешь.

- А я на улице себе постелю и в спальнике посплю.

- Как знаешь. Что ты хотел еще услышать?

- Давай еще про науку поговорим. Что еще не так с Землей?

Дария вздохнула и продолжила:

- Об этом можно говорить очень долго. Я могу лишь задать тебе наводящие вопросы, на которые ища ответы, ты начнешь мыслить критически и у тебя появится еще больше вопросов, на которые официальная наука тебе не ответит. Тогда ты начнешь понимать, что большинство тех знаний, которые ты получал, не являются истиной. Ученые рассказывают нам о черных дырах, темной материи, экзопланетах, других планетах солнечной системы, рассказывают из чего они состоят, но почти ничего не знают о собственной. Они получают бешеные деньги и гранты на изучение космоса, при том что дно мирового океана на Земле изучено лишь на 5%. Мировым элитам, кто бы они небыли, выгодно, чтобы люди жили в неведении. Что бы мы не знали кто мы, где мы и для чего.

- Почему им это выгодно?

- Потому что, если произойдет самоидентификация, человеком невозможно будет управлять. Он перестанет быть рабом.