Измены наших любимых

Динара села напротив, положив сумку рядом. После женщина сцепила пальцы в замок на столе и посмотрела на соперницу в упор.

– Зачем хотела встретиться? – Лаура бросила телефон на стол, откинулась на мягкую спинку серого дивана и скрестила руки на ггруди.

– Поговорить.

– О чем?

– О нём.

Лаура усмехнулась,

– То есть о моем муже? Тебе не кажется, что это просто верх наглости?

– Если ты думаешь, что я как героиня какого-то дешевого мыла буду сейчас требовать оставить его и уступить мне дорогу, то нет. Я четко осознаю свою вину.

Это был удар ниже пояса. “Дешевое мыло” – именно так Кадыр высказывался о ее сериалах в последнее время, когда они начинали спорить. Это задевало Лауру, потому что она искала в нем поддержки, а он стал издевательски-снисходительно относиться к работе, которая, по его мнению, ее не развивала, а тянула вниз и выжимала все соки. И что сейчас ее убивало: осознание того, что муж обсуждал ее со своей любовницей, раз она знала, какую фразу применить, чтобы сбить с толку. Наглость и хладнокровие Дины поражало и ярко показывало ее убежденность в том, что этот разговор, если Кадыр о нем узнает, сойдет ей с рук.

Проглотив иголку, брошенную соперницей, Лаура усмехнулась:

– Надо же какая “честная куртизанка”.

Динара на секунду прикрыла веки и шумно выдохнула, а Лаура наблюдала за тем, как трепещут крылья ее носа.

“Злиться, но заглушает эмоции, – подумала она”.

– Я знала, что с тобой не будет просто. Но эта встреча выгодна нам обеим.

Подошел официант и поставил перед Лаурой чашку чаю. Затем он обратился к Дине, но она жестом показала, что ничего не будет.

Указательным и большим пальцами Лаура повернула ручку и пристально посмотрела на Динару, которая внешне напоминала ей инженю…только с камнем за пазухой.

– Удивительная ты женщина, Дина. Красивая, тонкая, с виду нежная, с глазами наивной маленькой девочки, которой хочется на ручки. Тебе своего оказалось мало и ты позарилась на моего? А тебя мама не учила в детстве, что чужое брать нельзя?

Она поджала губы, словно останавливая себя от грубого ответа. Она выдержала паузу, после которой вздернула подбородок с вызовом.

– Что ты хочешь услышать? Да, учила. Но жизнь вносит свои коррективы. Ни я, ни он не искали этой любви. Мы просто полюбили друг друга, но оказались несвободны. Я боролась с этим чувством, заставляла себя остановиться, как и он. Да, то что мы сделали – плохо, я это признаю…он это признает. Но что делать, если любовь случилась. И никто не виноват. Аллах свидетель, я пыталась отдалиться, потому что у меня тоже муж, семья.

Дина не жалела. Она била точно в цель, расставляя их по местам, отводя себе первое. Это раздражало и злило настолько, что Лауре хотелось плеснуть ей в лицо горячий чай.

– Какая речь! Сейчас заплачу и пожелаю вам счастья и здоровья. Я прекрасно видела, как ты “пыталась”, – сквозь зубы прошипела Лаура. – Можешь не строить из себя святую грешницу после всего того, что писала ему.

– Об этом я и хотела поговорить, – взгляд ее потемнел. – Ты же понимаешь, как разозлиться Кадыр, когда узнает, что ты вошла без спроса в его телефон и открыла то, что не должна была?

– Это уже не твоя забота и не твое дело, – отбила подачу Лаура и усмехнулась. – Хочешь сказать ему об этом – вперед, говори.

Дина явно не ожидала такой смелости от Лауры. Ей казалось, что жена боится Кадыра, держится за него, потому что сама из себя ничего выдающегося не представляет. Даже детей выносить не смогла. Тем не менее, сейчас она представляла для нее угрозу, потому что слишком много знала. И тут она увидела, что Лаура все поняла.

– Или ты боишься, что я найду твоего мужа и расскажу ему, что его жена потаскуха? – тихо засмеялась и покачала головой. – Боже, поэтому ты меня позвала? Хотела договориться, да? А тут такой сюрприз.

– Не говори ему ничего, – сдавленно, как и положено проигравшему сражение человеку, выдавила Дина. – Мы можем договориться с тобой. Мы с Кадыром хотели…мы собирались рассказать одновременно. Признаться во всем сами. Но мой муж…он хороший человек.

Лаура помрачнела, поняв, к чему это все затевалось. Она поняла, что они хотели все скрыть и преподнести свою любовь как нечто светлое и прекрасное, что накрыло их внезапно и сильно. Возможно, умолчали бы о полугодичной связи, чтобы казаться благородными.

– Почему тогда ты не живешь спокойно со своим хорошим мужем, а трахаешься с моим? – гневно выпалила Лаура.

– Дина!

И только сейчас Лаура заметила рядом со столиком, но за спиной Динары мужчину. Он был высокий, широкоплечий и очень уставший. В синих джинсах, рубашке и черной куртке на распашку казался совершенно обычным мужчиной, совсем не похожим на статного и властного Кадыра, всегда одетого с иголочки в дорогие костюмы и пальто. На плече висел рюкзак, и он придерживал длинными пальцами толстую лямку. Совсем другой.

Дина побледнела, обернулась и заблеяла, как заблудшая овца:

– Дамир. Это не то, что ты думаешь. Дамир, я тебе все объясню.

Глава 4. Маски сброшены

Ей стало его искренне, по-человечески жаль. Она наблюдала за тем, как темнеет его лицо, брови сводятся к переносице, каменеет челюсть до блуждающих желваков. А Дина соскочила с места, подняла руки и коснулась пальцами его острых скул.

– Дамир, я…я все объясню. Не слушай никого. Только меня.

Он посмотрел на нее с болью и разочарованием и перевел взгляд на Лауру.

– Повторите, что сказали.

Дина обернулась и посмотрела на жену своего любовника. Своими невинными карими глазами она умоляла ее молчать и качала головой. А Лаура думала лишь о том, что эта женщина не задумалась о последствиях своих решений и переступила черту. Тогда почему она должна жалеть ее сейчас? Лаура встала из-за стола и посмотрела прямо ему в глаза.

– Я сказала, что ваша жена спит с моим мужем. Уже полгода.

Дина закрыла глаза и по щекам полились слезы. Смахнув их, она вновь повернулась к мужу, который сжимал черную лямку до побелевших костяшек.

–Полгода? Это правда, Дина?

– Дамир…

– Я спросил, это правда? – он не кричал и не говорил тихо. Но от его интонации пробрало до костей. Лаура прожила вчера это первое цунами, а его сейчас только-только накроет разрушительной волной горькая правда.

– Да, – обняв себя за плечи, прошептала Дина и опустила голову. – Прости.

Не сказав ни слова, Дамир развернулся и пошел к выходу. Лаура наблюдала за тем, как любовница мужа, схватив куртку и сумку, побежала за ним, пыталась взять его за руку, но он не позволил. Эту сцену наблюдали и другие посетители кофейни, а после смотрели в окно, как мужчина спокойно сел за руль подержанной Тойоты Короллы, припаркованной у кофейни. Женщина дернула за ручку двери с пассажирской стороны, но она оказалась заперта. Через несколько секунд Дамир все-таки сдался и открыл ее.

Лаура проводила взглядом серебристый седан и подумала, что нет смысла больше притворяться и молчать перед Кадыром. Возможно, сегодня его любимая станет свободной. Женщина горько усмехнулась и подумала, что все-таки пути Господни и вправду неисповедимы. Ведь назначая Динаре встречу именно в этой кофейне, Лаура не могла знать, что сюда придет ее муж. И хотя все выглядело так, будто обманутая жена подстроила эту встречу, все было простой, и в то же время роковой случайностью.

***

Кадыр вернулся ближе к вечеру. Открыл дверь своим электронным ключом, заглянул в гостиную и постоял в дверях, глядя на жену, сидящую за столом и задумчиво смотрящую в окно. Перед ней стоял открытый Макбук, который он ей подарил еще в начале их отношений. Лаура тогда сокрушалась, что на ее стареньком “Сони” западают клавиши – работать невозможно. В тот же вечер он приехал к ней на съемную квартиру с новым ноутбуком. Кадыр вдруг вспомнил, как она визжала, прыгала от радости, гладила серебристую крышку и клавиатуру, рассыпалась в благодарности. Потом они долго целовались и он предпринял попытку перевести их отношения на другой уровень, но тут Лаура остановила его и призналась, что у нее никогда не было мужчины, поэтому она не хочет торопиться. Он тогда пообещал держаться. В итоге не тронул ее до самой свадьбы. Теперь вся эта картина представлялась ему совсем в другом свете, а Лаура начала казаться не такой уж невинной овечкой.

Почувствовав на себе тяжелый взгляд, Лаура повернула голову.

– Пришел, – заметила она без тени улыбки.

– Как видишь, – хмуро ответил он и прошел в комнату.

Как же его достало бегать туда-сюда от любимой к нелюбимой. Если бы не Дина с ее добротой он бы уже давно во всем признался. Но нет, ей же всех вокруг жалко, кроме себя самой. Жалко его жену, жалко своего мужа, который, с ее слов “хороший человек” и “хирург с золотыми руками”. Но почему-то именно сейчас, понимая, что больше ничего не чувствует к Лауре, ему захотелось покончить с ложью. Потому что дальше тянуть лямку уже невозможно, скоро все станет очевидно.

Кадыр снял пиджак, на ходу бросил его на диван и сел напротив жены.

– Нам надо поговорить.

– Говори.

Мужчина сложил руки в замок и подал корпус вперед. Лаура невозмутимо захлопнула крышку ноутбука.

– Я больше тебя не люблю, – прилетело ей в спину. – Я полюбил другую женщину и хочу уйти к ней.

– Я знаю, – спокойно отозвалась жена и обернулась, а он вскинул брови от удивления.

– Откуда?

– От верблюда, – уголки ее губ задрожали. Она начала дергать тигра за усы, а ему это ой как не нравилось.

– Я задал тебе нормальный вопрос, – он встал, но не не сделал шаг ей навстречу. – Неужели трудно нормально на него ответить?

Если раньше ему нравилось, как лихо она закручивает словечки и тонко всё подмечает, то теперь тоже раздражало.

– Я прочитала твою переписку с любовницей. Вчера ночью, пока ты спал.

– Ты…что? – яростно прорычал он, потому что лезть в его телефон было табу и она это знала.

– Я. Прочитала. Твою. Переписку, – отчеканила она каждое слово, и выдержав паузу добавила. – Со шлюхой.

От сильного и громкого удара кулаком по столу Лаура вздрогнула, но не издала ни звука.

– Какого х*я? -пробасил он, теряя контроль над собой. Он все-таки подошел к ней и навис, глядя на нее сверху вниз.

– Такого.

Его бесило то, что она не боится. То, что знает слишком много лишнего. И ему не нравилось, что в этой партии в пинг-понг мяч до сих пор скакал на ее стороне.

– Милое создание. Очень тебе подходит. Ты же весь из себя брутал с зашкаливающим тестостероном. А она такая маленькая хрупкая девушка…Все делала, как ты любишь, да? Белье, чулки, кружева, – длинные пальцы жены скользнули по рукаву рубашки и застыли на уголке воротника. – Скажи, Кадыр, каково трахать женщину, которую помимо тебя трахает другой мужчина – ее законный муж?

– Дрянь. Ты что сделала? Ты ему рассказала? – рассвирепев, он схватил ее за предплечья и с силой сжал, а она вдруг начала истерично смеяться ему в лицо и продолжать давить на больное.

– Я видела его. Да! – прошипела она ему в лицо. – И ее. И у меня никак не вылетает эта мысль из головы: каково мужику, который везде хочет быть первым, делить одну женщину с другим мужчиной? Каково это, скажи, когда она не твоя? Когда после тебя она приходит домой, смывает под душем твой запах и позволяет целовать себя другому. А он имеет ее туда же, куда и ты совал свой стручок!

Все случилось мгновенно. Он занес над ней руку и ударил по лицу. Лаура вскрикнула, пошатнулась, но удержалась, вцепившись в спинку дивана Длинные пряди упали на пылающую щеку и она прикрыла ее ладонью.

Осознав, что сделал, Кадыр отошел на расстояние и учащенно дышал, глядя на то, как Лаура медленно опускается на диван, отбрасывает волосы назад и всхлипывает. Он впервые за пять лет ударил ее и тем самым оскорбил. В голове крутилось, что “это, конечно, неправильно, но ведь она сама…”

– Ты сама меня спровоцировала. У тебя слишком длинный язык, Лаура.

– Какой ты, оказывается, монстр, – прошипела Лаура, понимая, что только что это была точка невозврата. Он больше не тот, в кого она влюбилась когда-то. А ведь только недавно, провожая его в “командировку” в Париж, ластилась, говорила, что любит и будет скучать. Интересно, он это помнит? – Ненавижу тебя!

В кармане брюк зазвонил телефон. Не ответив на выпад жены, он достал его и посмотрев на экран, быстро принял вызов:

– Дина! Что случилось?

Лаура поймала на себе его напряженный взгляд, но в следующую минуту его глаза расширились от ужаса. А дальше Лаура слышала видела, как он стремительно уходит, хлестко и яростно бросая фразы:

– В какой ты больнице? В БСНП? Не плачь. Я еду. Нет, но я убью его…

Входная дверь громко захлопнулась и Лаура осталась наедине со своими страшными мыслями.

Что он с ней сделал? Почему она в больнице? Нет, он не был похож на человека, который может ударить! А что, если…

Всех поздравляю с новой неделей и благодарю от души за интерес к истории! Завтра будет глава о Дамире.Узнаем, что там произошло между ними.

Глава 5. Тебя – давно нет

За несколько часов до…

– Поговори со мной, пожалуйста, – плакала Дина, глядя на сосредоточенное лицо мужа. Но Дамир сильнее сжал руль и молчал. Он дико устал. Просто невероятно. Должен был ведь вернуться домой вчера, но неожиданно из роддома привезли тяжелого пациента. В таких случаях без разговоров все остаются, потому что на кону жизнь новорожденного. Написал быстро жене, что до утра будет в больнице и побежал готовиться к операции. В свои тридцать Дамир был подающим большие надежды неонатальным хирургом в Научном центре педиатрии и детской хирургии.

Все прошло хорошо. Спасли. А потом до рассвета следили за динамикой. И только, когда детский реаниматолог сказала, что малыш стабилен, команда выдохнула. Дамир вышел ближе к полудню, так как заскочил проверить других пациентов. По дороге домой свернул на улочку, где обычно брал шоколадные эклеры для жены. Она всё пыталась выведать, где такие вкусные продаются, но он загадочно улыбался и отвечал: “секрет фирмы”.

Каково же было его удивление, когда в окне кофейни он увидел Динару и черноволосую незнакомку, недобро смотревшую на его жену. Войдя вовнутрь, Дамир дошел до их столика и все услышал…Вернее, то самое последнее предложение.

И вот теперь они ехали домой, а он не мог выдавить ни слова, только слушал ее оправдания и всхлипы.

– Боже, да я с тобой говорю или как? Ты можешь хотя бы ответить?

Резко затормозив на светофоре, он метнул на нее бешеный взгляд и она съежилась.

– Дина! Замолчи, прошу тебя! Иначе мы попадем в аварию! Ты этого хочешь?

– Нет, – замотала головой она.

– Тогда дай мне спокойно доехать до дома.

А дома начался ад. Он открыл дверь, вошел первым и снял квартиру с сигнализации. Она прошла следом и прислонилась к холодной стене в прихожей. Дамир направился на кухню, взял кружку со столешницы и наполнил ее водой из кувшина. Жадными глотками осушил чашку до дна, после чего с грохотом поставил и почувствовал, что жена стоит сзади.

– Рассказывай, – хрипло попросил он, обернувшись.

– Я…– Динара запнулась и заплакала. – Я давно хотела тебе признаться. Я встретила другого мужчину и полюбила его. Ты тогда проходил дополнительное обучение, готовился к экзаменам и я не смогла.

Он насупился и сжал кулаки. Сердце болело и колотилось, пытаясь пробить грудную клетку. Это она сейчас в благородство играет? Зачем?

– Кто он?

– Заказчик, – совсем по-детски всхлипнула и провела по ноздрям указательным пальцем. – Помнишь, я рассказывала, что студия выиграла конкурс?

Он попытался вспомнить. Напряг память. Когда это было? Больше полугода назад, наверное. Кажется, Дина тогда восторженно рассказывала, что владелец двух крупных отелей в городе, задумал построить еще один в горах и ему понравился проект их команды. После она даже съездила на объект, описывала, как там классно и когда гостиница построится, они обязательно должны туда съездить на пару дней.

– Помню. И?

Он уже догадался, но хотел услышать правду от нее.

– Его зовут Кадыр. Он заказчик, владелец отеля.

Обессиленная Дина опустилась на стул и спрятала красное, воспаленное лицо в ладонях.

– Знаю, ты будешь меня ненавидеть и имеешь на это полное право. Но мы любим друг друга. Однажды меня отправили на стройку одну, а там был он. Хотя не должен был быть. Он провел мне экскурсию и между нами проскочила искра. Потом он пригласил меня на обед.

– Я не прошу пересказывать всю историю вашего романа, – громко сказал он, а она затравленно взглянула на него.

– Ты прав. Я…очень перед тобой виновата. Столько раз хотела тебе рассказать и не могла. Ты приходил уставший.

– Ты обо мне заботилась, или это просто он не хотел уходить от жены?

Дамир даже не догадывался, сколько в нем потайного гнева – подавленных эмоций, которые он никогда не выпускал наружу. Ведь по сути, они сидят в каждом и ждут своего триггера. И сейчас тот самый момент, когда все страшные монстры должны выползти наружу. Но что-то пошло не так.

– Нет, он уйдет, – встав со стула, она сделала к нему нерешительный шаг. – Он решил развестись. Ты же сам видел, она тоже знает.

– Господи, Дина, – Дамир нервно потер лицо ладонями. – Кто ты вообще? Ты не моя жена. Как ты могла? Ты не только нашу семью сейчас разрушаешь, но и чужую! Почему? Почему, Дина?

Он не ожидал, что его слова так на нее подействуют, но жена вскинула подбородок, расправила плечи и смахнула слезы с пунцовых щек.

– Ты только меня в этом обвиняешь? Ты, – ткнула указательным пальцем в его сторону, – несешь такую же ответственность.

– Я не изменял тебе, – покачал он головой. – Никогда.

– Чтобы разрушить семью не обязательно изменять, Дамир! – горько выпалила она. – Тебя никогда не было рядом. А если и был, то думал о работе, учебе, своих пациентах. Ты женат на этой чертовой клинике, своем Алексее Борисовиче, операционных сестрах, только не на мне! Я не могу ничего планировать, потому что не знаю, будешь ли ты свободен. Хожу на праздники твоей родни одна! Друзья перестали приглашать нас куда-то, потому что ты вечно занят. Я была одна при живом муже. Всегда! Что ты молчишь? Правда глаза колет, да? Это там ты может быть подающий надежды хирург. А здесь ты кто?

Дамир смотрел, не моргая, и не верил, что все действительно так, как она говорит. Он ведь старался быть хорошим мужем. Он любил ее. С первого дня их встречи любил. И продолжал до сих пор. Но что же он сделал не так? Чем заслужил ее гнев, эти обидные слова и самое главное – предательство?

– И опять ты молчишь! С тобой даже скандалить невозможно, потому что ты молчишь. А я устала от этого, – сквозь слезы продолжала свою исповедь Дина. – Я устала вывозить это все. Устала от ипотеки, которая съедает большую часть нашего дохода. Устала смотреть на ценники в магазинах и покупать продукты по акции. Устала, что мы никуда не можем съездить в отпуск, потому что этими деньгами мы лучше закроем эту сранную ипотеку.

В сердцах Динара толкнула мужа в грудь, а он схватил ее за предплечья и встряхнул.

– И поэтому ты легла под него? Поэтому?

– Нет! Я люблю его! – вскрикнула женщина. – Потому что он мужчина! Настоящий, надежный. Тот, кто взял на себя ответственность. Рядом с ним я почувствовала себя по-настоящему любимой и счастливой. Я узнала, что такое забота, настоящая ласка.

Дина неслась по бурной, шумной реке вниз и уже перестала бояться сделать мужу больно. Ее слова били наотмашь, ранили, проникали острием скальпеля под кожу и без анестезии.

– Он – чужой муж, Дина. А ты – моя жена.

– Мне уже все равно. Я люблю его, а тебя уже давно нет, – она стояла совсем близко и выплевывала фразы, будто это был яд. – Тебя – давно нет.

– Хватит! – прокричал он ей в лицо, а когда понял, что она очнулась, повторил уже мягко. – Хватит.

Потом Дамир отпустил жену, прошел мимо нее и через несколько секунд вышел из квартиры, хлопнув дверью и оставив Динару наедине с ее совестью.

Выбежав из подъезда, он пошел, куда глаза глядят. Ноги вели его непонятно куда, глаза не разбирали дороги. Хотелось кричать, выть от того, что услышал, но он не мог, потому что привык молчать. С детства такой был – все в себе держал, не жаловался и не ныл. Даже когда ребята во дворе задирали он скрывал от родителей и старшего брата. А тот, как узнал, пошел разбираться.

Только сейчас уже не детство. Сейчас взрослая жизнь, когда отчаянно хочется выплеснуть эмоции, а еще крикнуть куда-нибудь в небо: “Ну почему? Что я сделал не так?” Но это бессмысленно, потому что никто не знает ответ, кроме нас самих. Вот только слишком болезненно нырять в этот омут и добираться до сама дна, где и скрыта правда.

Он очнулся на набережной реки Есентай, которую все называли по-старому Весновкой. Субботний апрельский день, а людей почему-то немного, словно по заказу, специально для его одиночества.

Дамир опустился на скамейку и долго смотрел вдаль, слушая шум речки внизу. Перед глазами пронеслась их с Диной красивая история любви. Встреча в кафе, куда он пришел на день рождение друга, а она сидела за соседним столиком с подружками. Он бы, наверное, ее не заметил, если бы один из друзей не начал заигрывать с подругой Динары. Вот тут Дамир и разглядел ее – хрупкую, светленькую с медовыми глазами и четко очерченными, чувственным губами. В него тогда молния ударила и он пошел знакомиться. Это было три года назад.

Он влюбился без памяти в ее красоту, чистоту легкий нрав. И это, как показывают в кино, была любовь с первого взгляда. Он был весь в работе, но после, пусть и поздно, прибегал к ней и стоял под окнамии дома. Дина приехала из другого города и снимала квартиру с подругой. А Дамир был местным и жил пока с родителями. Динара быстро ответила взаимностью и тогда ее не пугали дежурства и небольшой заработок начинающего хирурга. Тогда она его любила.

"Или все-таки позволяла себя любить? – подумал он".

Телефон в кармане куртки уже минуту разрывался от звонков. Дамир знал, что это она и не брал. Он просто не мог с ней говорить, не знал, что сказать в ответ на обвинения. Многое из брошенного ею было правдой. Льготная ипотека на двушку, куда уходила вся его зарплата, а жили на Динину. Цель: сначала квартира, потом все остальное. Работа, которая отнимала у него очень много времени, ведь он хотел стать лучшим в своей области, с упоением поглощал знания, учился у старших и лучших, клиника даже отправляла его в Израиль на стажировку. Это всё он делал не только для себя, но и для них. Для их с Диной будущего, которого уже не будет

А мобильный все никак не успокаивался. Трезвонил и трезвонил, отчего хотел схватить его и кинуть в реку.

– Зачем ты мне звонишь? – прорычал он в трубку после того, как принял звонок.

– Дамир, – позвала она и разрыдалась. – У меня кровь. И очень болит и тянет низ живота. Что мне делать?

А он замер на секунду, переваривая ее слова. Кровь…болит живот. Все понятно.

– Какой срок?

– 5 недель. Я недавно узнала.

Неужели свершилось? У них же так долго не получалось, что оба прошли обследование. И Дамир, и Динара оказались полностью здоровыми, но в графе “диагноз” репродуктолог все равно написала: “бесплодие неясного генеза”.

– Дамир, помоги мне, прошу, – молила она искренне.

– Я бегу, Дина. Бегу.

И разом забылось ее предательство, и всё, что она наговорила, и сердце понеслось к ней, потому что несмотря ни на что всё ещё любило и не могло без нее.

По дороге домой он вызвал скорую. До квартиры добрался минут за пять – бежал, сломя голову. Динару он нашел в зале, на диване. На ней была его растянутая футболка, которую жена носила, как тунику. Дина была испуганная и бледная, но увидев его, протянула руку и прошептала:

–Дамир, помоги. Я не могу его потерять.

–Дина, – он поцеловал ее ледяные пальцы. – Скорая уже едет. Я договорился, чтобы тебя приняли в БСНП, у меня там однокурсница. Почему же ты не сказала мне, милая?

Дина прикрыла глаза и из глаз снова брызнули слезы.

– Прости. Прости меня, – замотала головой по подушке и прикрыла глаза ладонью. – Но он не твой.

Дамир застыл. Он все еще сжимал ее кисть, но внезапно понял, что далет это сильнее, яростнее. До него только сейчас долетел смысл ее слов.

“Он не твой, – гремело в ушах. – Не твой”.

– Дамир, мне больно, – заскулила она. – Отпусти.

– Больно? А мне не больно?

У него никогда не дрожал голос. Никогда. Даже когда в экстренных ситуациях в операционной он оставался собранным. Но сейчас голос предал его, потому что Дамир вспомнил, что последний месяц она к себе не подпускала. То голова болит, то месячные болючие, то молочница внезапная и непонятно откуда взявшаяся.

Они не спали месяц. Или больше. Теперь он вспомнил и все сопоставил. Но сказать ничего не успел, потому что в квартире раздался звонок домофона.