Княжна для серого волка

Я спрятал мешочек у груди и пошёл забирать Миру. Было глупо с моей стороны забывать, что идёт война. Было глупо расслабляться. И сейчас было важно защитить не только тех, кто выбрал меня, но и мою невесту.

К домику Марфы я пришёл быстро, сразу постучал в дверь, решив, что заходить к ней сам не готов. Она почувствует Волчий корень и серьёзный разговор будет неизбежен. А я к нему не готов. И без старой волчицы знаю, чем рискую, а на изготовление ей более щадящего в моей ситуации отвара едва ли будет время.

– Марфа, я за Мирой. Ждать буду на улице.

Мира вышла практически сразу. Задумчивая и глубоко ушедшая в свои мысли. Она тихо прикрыла дверь и только потом подняла на меня свои невозможно голубые глаза.

– А почему пришёл ты, а не Мир? – где-то внутри неприятно царапнуло.

– Я всё равно сегодня в дозор, а ему не помешает отдохнуть.

– Понятно.

Мы пошли в сторону дома, а между нами напряжённо звенело молчание.

– Кстати, – я достал бинты и вложил их в руки Миры, – Решил, что ничего не мешает отдать их сразу.

– Спасибо!

Мира нежно огладила узор и улыбнулась.

– Когда, кстати, тренировка?

– Сейчас не самое лучшее время… – начал было я, но резко замолчал.

Не молчание между нами звенело напряжением, а вязкая тишина леса. Было слишком тихо: всё живое вокруг словно замерло перед броском, даже ветер затих, не донося звуки крон деревьев.

– Стой. Подойди ближе.

Девушка без лишних вопросов прильнула ко мне.

– По моей команде побежишь в дом и закроешься в комнате. Я их задержу, но беги так быстро, как сможешь.

– Но я могла бы…

– Нет, – я схватил Миру за руку и отпустил только когда убедился, что она не будет спорить.

Послышался треск веток – враг перестал скрываться. С разных сторон завыли волки. На нас двигалась целая стая.

– Беги!

Мира бросилась в сторону Логова, теперь страх от происходящего настиг и её. Я же поудобнее перехватил рукоять меча и приготовился отбиваться. Главное, чтобы она успела. А там подтянётся подмога.

Меня взяли в кольцо. Волки скалили свои морды. Кажется, я даже считывал насмешку в глазах каждого зверя. Интересно, а где Сверг? Я снова бросил взгляд в сторону убегающей Миры. Она почти добежала, когда вдруг резко остановилась и рванула в сторону. Я тоже заметил там движение и маленький рыжий комочек. Лейла? Какого волка она забыла там в это время?!

– Мира, нет! – крикнул я, но было уже поздно.

С другой стороны тоже начали выходить волки, а во главе них шёл Сверг. Он двигался вальяжно и тоже, как и я, как бы в насмешку оставался человеком. Он смотрел мне прямо в глаза, а потом подошёл вплотную к Мире, что сжимала в руках Лейлу, прикрывая её своими руками и телом.

Кольцо из волков расступилось по его команде. Со всех сторон снова раздался вой. А Сверг просто стоял, не спуская с меня немигающего взгляда. Он ждал меня на бой, а волчонок и Мира были идеальными гарантами того, что я не смогу ему отказать.

Из поселения начали выходить мои волки, но никто и ни на кого не нападал, все напряжённо стекались к небольшой поляне, образовывая широкий круг для боя. Любой волк имел право бросить другому вызов, а у другого не было такого варианта, как отказ. Я уже достаточно бегал.

Когда я подходил к Свергу в окружении его прихвостней, я уже сжимал в руке Волчий корень. Я уже решил, что приму этот бой. Или за меня решили обстоятельства. Суть одна. Даже если я сейчас попадусь на том, что именно решил сделать, назад пути уже не будет. И этот бой и правда может стать для меня последним, так смысл уже бояться?

– Керин. – Как бы в насмешку произнёс моё имя Сверг, слегка склонив голову в приветствии. – А у тебя смелая невеста. Бросилась спасать волчонка. Не убегает от боя.

В кругу воцарилась тишина. А я начал медленно втирать цветок в кожу, ощущая, как огонь медленно растекается по крови. Как он смешивается с моей злостью.

– Никто и не бегал, Сверг, – я даже позволил губам изогнуться в кривоватой усмешке. – Просто с чего ты вообще взял, что имеешь право претендовать на место вожака? Именно меня готовили к тому, чтобы я возглавил стаю. А ты всегда был на подхвате. Тот факт, что за тобой пошли все отбросы клана – чести тебе не даёт.

Сверг зло оскалился, но выпад принял на удивление достойно.

– То, что Велимир тебя выделял, тоже не даёт тебе права на место вожака. Ведь он сам оказался слаб, с чего бы его преемнику быть достойнее?

Огонь в крови обжигал изнутри. Ещё немного – и человек во мне окончательно уйдёт. Не было времени на бессмысленные разговоры.

– Раз хочешь бой – будет тебе бой.

Сверг пошёл на меня и начал на ходу перебрасываться в зверя. Резко вытянулись когти, по коже клочками пошла шерсть. Всего минута – и передо мной стоял крупный волк. Поразительный контроль и сила.

Шавки Сверга сразу завыли, приветствуя того, в ком и без всяких боёв давно признали лидера. А я всё ждал, когда огонь внутри разгорится. Зверь по-прежнему молчал и не отзывался мне. Почему так долго?

Сверг обошёл меня кругом, в зрачках зверя читалось ликование. Словно он понимал, что я не могу обратиться и победа уже его. Волк фыркнул и направился к Мире, что в ужасе наблюдала за всем и прижимала к себе Лейлу. Я словно кожей чувствовал её страх, а потом поймал обращённый на меня взгляд. Полный мольбы, но при этом решимости не дать навредить щенку.

Всё тело прошило какой-то сводящей с ума болью. Неподконтрольный оборот ломал мне кости, кажется, я даже слышал противный и пугающий хруст. А ещё свой крик, который сменился протяжным волчьим воем. Меня буквально корёжило и зверь вырывался из меня. Яростный и готовый убивать.

Последнее, что я увидел за пеленой агонии, которой, казалось, не было конца – глаза Миры. Эти чистые озёра, в глубине которых скрывался страх. Мне так хотелось стереть его вслед за дорожками её слёз, что стекали по её щекам. Хотелось окутать своим теплом. Защитить. И я уже не понимал, чьи это были мысли. Сознание зверя, который долгое время молчал, обрушилось на меня, лишая меня человеческих мыслей.

Я слышал только отрывистые рычащие команды. Убить. Убить. Убить. Боль отступила, и я провалился в спасительную темноту.

Глава 12 Сжигающий границы

Когда я увидел первый оборот одного из оборотней, мне стало дурно и страшно. В голове не укладывается, как они вообще после такого выживают? Особенно, когда ещё не научились делать это подконтрольно. Но потом я испытал восхищение к их силе. И силе их Зверя.

Вир, человек среди волков

Мира

Этот день будет сниться мне в кошмарах. Именно эта мысль билась во мне вместе с гулкими ударами сердца, которые отдавались в ушах. Я смотрела, как Керина ломает на моих глазах, и не могла пошевелиться от ужаса, что сковывал льдом до холода на кончиках пальцев. И, кажется, то, что происходило, не было нормальным, потому что оборотни тоже поражённо застыли.

Крик, который вдруг стал самым настоящим воем, напугал меня до слёз. И я не понимала, чего я испугалась сильнее: боли, что на моих глазах пережил Керин, или волка, который вырос на его месте. Злого и свирепого волка, в зверином взгляде которого читалась жажда крови.

Я сжалась, прижимая к себе Лейлу ещё крепче, когда волк обратил всё своё внимание на меня. Не знаю, показалось ли мне, но я словно на миг увидела глаза Керина. Полные отступающей боли и какой-то… тоски?

– Встаём, девочки. – Рядом вдруг оказался Гельмир. – И выходим за круг.

Парень старался передать мне своё спокойствие, когда помог подняться и ободряюще сжал мои плечи. Но я видела, как напряжённо он посматривает в сторону Керина и тянет носом, словно в попытке что-то для себя понять.

Керин в это время, вернее, его Зверь, не отводил от меня взгляда и словно ждал, когда я скроюсь за спинами оборотней клана Серых волков. Только после этого он наконец посмотрел в сторону Сверга.

Гельмир усадил меня под деревом недалеко от круга, забрал у меня из рук затихшую Лейлу и передал матери, которая благодарно кивнула мне и сразу переключилась на дочку. Мальчишки, что виновато мялись у её юбки, тоже как-то застенчиво кивнули мне, а после все они побрели в сторону домов.

– Посиди пока здесь, – Мир сжал мои холодные пальцы и улыбнулся, в попытке сказать, что всё будет хорошо.

Он вернулся в круг, а мне открывался вид на спины всех, кто решил наблюдать за боем из первых рядов. Но чувство безопасности это не дарило. Даже здесь я слишком отчётливо слышала битву. И от того, что я слышала, мне хотелось заткнуть уши и спрятаться, обняв себя руками.

Я зажмурилась, но звуки стали только отчётливее. Рычание, хруст, чей-то визг – то ли звериный, то ли человеческий. Я не могла отличить, где Керин, а где Сверг. Я не знала, чья это кровь брызжет на траву, вминаясь в землю под тяжестью тел. Но я продолжала сидеть, не в силах сдвинуться с места.

Не знаю, сколько времени прошло, я словно ушла в подобие транса, начав раскачиваться в попытке успокоить себя. Из этого состояния меня вырвала Марфа, которая села рядом и сказала:

– Бой скоро закончится. Ты поможешь мне с Керином.

– Как? Я же сама сейчас…

– Ты поможешь. Просто возьмёшь себя в руки и будешь делать то, что я говорю. Других он не послушает.

– Но…

– Всё остальное мы с тобой обсудим потом.

Я посмотрела на свои трясущиеся руки. И начала размеренно дышать, полностью уходя от звуков, кажется, ликования. Всё это сейчас было не важно. Главное – слушать Марфу. Слушать Марфу. Она сказала, что я смогу помочь. Только я смогу.

Я продолжала произносить эти фразы, задвигая все свои эмоции на задний план. На фон, что не должен был мешать. Мне и без того дали достаточно времени, чтобы прийти в себя. И мне самой всегда не нравилось, что все воспринимали меня только как княжескую избалованную дочку. Да, сейчас я позволила себе эмоции, но этого выплеска достаточно. Уж забиваться в угол и плакать точно не выход.

– Я готова. Что мне делать?

– Не бойся его. Он не причинит тебе вреда. Просто пойдём ко мне, а там мы вместе его подлатаем. Ничего страшного не случилось.

– Подлатаем? Он…

– У Зверей не существует чувства самосохранения, они всегда сражаются только на смерть и за жизнь. Иного не дано. А этот глупый мальчишка ещё и воспользовался Волчьим корнем. – Марфа покачала головой. – Теперь нам предстоит не только раны зашивать, но и человека в нём обратно зазывать.

Сердце сжалось, а в руки снова вернулась дрожь, но я сжала ладони и рвано выдохнула. Потом.

– Да, Сверг со своими волками сбежали. Уж этот жизнью рисковать не станет.

– А что мне теперь?..

Я не успела договорить, как вдруг ощутила, как давит после всеобщего безумия звенящая сейчас тишина. Оборотни начали расступаться перед моим взглядом и я снова увидела Зверя, который уже не пугал меня как в первый миг нашей встречи. На него было больно смотреть.

Бедный волк едва двигался ко мне, не спуская при этом горящих огоньками своих глаз. Бок был сильно подран, стекала кровь. И вся шерсть была в этой крови и грязи. Но в нём по-прежнему ощущалась невероятная сила. Он как говорил всем своим видом, что если потребуется, то он вступит в ещё одну схватку. Но ни при каких обстоятельствах не склонит головы.

Он остановился в двух шагах от меня. Тяжело дыша, опустил морду почти к самой земле и вдруг… толкнулся в мои колени. Как тогда, когда я впервые увидела его зверем – осторожно, будто спрашивая разрешения.

– Керин? – прошептала я, не веря.

Зверь поднял голову. В его глазах больше не было той слепой ярости, что в начале боя. Только усталость. Боль. И что-то ещё… что-то очень похожее на надежду.

Я протянула руку. Мои пальцы коснулись мягкой шерсти, утонув в ней, и волк закрыл глаза, позволяя мне эту ласку.

– Помоги довести его, – голос Марфы вырвал меня из оцепенения. – Он и сам дойдёт, но сил у него почти не осталось.

Я встала, и волк послушно поднялся следом, прижимаясь к моей ноге, как огромный, но израненный щенок, что ищет защиты.

Мы пошли к дому Марфы. Я, старая волчица и Зверь, в котором где-то глубоко прятался Керин. А за спиной всё ещё слышался гул голосов – оборотни обсуждали бой, делили победу, расходились по домам. Для них всё закончилось. Но не для нас.

Волк рухнул, стоило нам зайти за порог. Просто осел на пол и не отвечал на любые попытки меня его растормошить.

– Оставь, – махнула рукой Марфа. – Ему нужен банальный сон. А мы и без его участия обработаем ему раны.

– Вы сказали, что нужно достучаться до человека, значит, он не сможет обернуться обратно? И, мне показалось, перед боем всё случилось как-то…

– Да, это был оборот, который он вызвал не сам, подстегнул Волчий корень.

– Я как-то читала о нём, но разве он не под запретом?

Марфа хмыкнула и начала ссыпать в ступку разные травы, после чего споро толочь их в порошок.

– Думаю, и сама понимаешь, что все эти запреты появляются не просто так. Значит, есть риск. Но порой оправданный. И тех, кто готов заплатить цену, такими вещами не напугать. Так что запретные – не значит недоступные. Скорее, круг просто сужается до избранных.

– А почему Керин не смог… ну… просто обернуться?

Марфа как-то строго взглянула на меня, влила немного воды в ступку и перемешала массу до однородной кашицы.

– Я сейчас смою всю кровь, а ты нанеси это на его раны, – старая волчица передала мне ступку, а сама опустилась перед волком, начав обтирать его. – Лучше спроси обо всём у него самого. Когда он вернётся.

После того, как Марфа отошла, бросив тряпку в таз с водой, что вмиг окрасилась в красный, я опустилась перед волком на колени. Было невыносимо смотреть на то, как сильно ему досталось, но я стиснула зубы и начала наносить вязкую мазь. Когда я обработала самую страшную рваную рану, Зверь даже как-то глубоко выдохнул сквозь сон, а я отставила ступку и как-то устало легла рядом, зарывшись руками в тёплую шерсть.

Размеренное дыхание Зверя успокаивало меня, а скопившееся напряжение и пережитый ужас отпустили именно сейчас, обернувшись тяжестью, что придавила меня к полу. Я поймала себя на мысли, что сейчас ничего не имело значения: ни то, что подумает Марфа, варившая одной ей известный отвар, ни то, что случилось на той поляне. Главное – Керин был жив. Я это чувствовала. Он был там, укрытый своим Зверем от опасности.

Я пододвинулась к волку ещё ближе, едва ли не обняв его, уткнулась носом и провалилась в такой нужный сейчас сон. Меня окутало теплом и чувством безопасности, так что даже коврик на пороге домика Марфы показался мне самой мягкой периной.

Проснулась я, когда опустилась глубокая ночь. Меня разбудил свет луны, что освещал комнату. Я уже не слышала, как Марфа возится у котелка, да и в целом ничего не выдавало её присутствия. Я по-прежнему лежала рядом с Керином. Но уже человеком. Его дыхание было ровным и щекотало мне волосы. Он крепко прижимал меня к себе. В очередной раз совершенно голый.

Кажется, это становится доброй традицией.

– Мир-р-ра.

Он произнёс моё имя, едва ли не прорычав, а я замерла.

– Моя Истинная.

Он глубоко вдохнул запах от моих волос и снова погрузился в глубокий сон, что дарил ему сейчас исцеление. А я оцепенела от услышанного, слушая, как гулко бьёт сердце о грудную клетку. Истинная? Но я же не могу правда…

Лицо почему-то окатило волной смущения, а губы непроизвольно растянулись в глупой улыбке. Какая же бурная у меня фантазия. Княжна в лапах Серого волка. Какая же глупость.

Я снова улыбнулась и провалилась в темноту. Но она уже не тянула меня в свои лапы, а приняла в надёжные объятия. Укутала в запах, который сладкой патокой окутал сердце. Запах Керина. Моего будущего мужа.

Глава 13 Зверь внутри меня

Не всегда за улыбкой человека скрывается искренняя радость. Но и за рыком волка не всегда скрывается именно злость. Казалось бы, звери куда более искренние, если сравнивать с людьми, но и у них куда меньше способов выразить свои чувства, всё же они не умеют говорить. Поэтому и рык имеет куда больше оттенков.

Гельмир

Керин

Я с трудом разлепил веки и первое, что увидел, это безмятежное лицо Миры, лежащей сейчас в моих объятиях. На полу. Точнее, на коврике у порога жилища старой волчицы. Но сильнее меня удивил тот факт, что я был человеком. То, что я был голым, тоже, конечно, удивило, но уже меньше.

Всё тело дико ломило, кажется, я чувствовал напряжение в каждой мышце. Да и кости, по ощущениям, как вынули и бросили на место, не особо задумываясь над тем, всё ли встало как надо. Тело было словно чужим. Но из-за боли я как никогда чувствовал себя живым. А вот Зверь снова молчал. И не было никакой уверенности в том, что я не сделал Волчьим корнем хуже.

Дыхание Миры опалило ключицу, девушка слегка нахмурилась во сне, а потом ещё ближе прильнула ко мне, уткнувшись в основание шеи. Что-то пробубнила, задевая губами чувствительную кожу и запуская по телу сноп приятных мурашек.

Вдох. Выдох. Глубокий вдох.

Мне хотелось успокоить сердце, которое забилось чаще. В очередной раз напомнить себе о том, как всё это неправильно. Но я поймал себя на мысли, что сомнения, терзавшие меня всё время, куда-то исчезли. Не появлялся перед глазами уже размывающийся образ той, кого я считал Истинной, да и навязчивый аромат не рождался в памяти тоскливой и тупой болью в области сердца.

Я не чувствовал ничего. И при этом чувствовал так много.

В мой мир словно вернулись краски. Запахи. И ощущения. Теплота кожи девушки, что доверчиво лежала в моих объятиях. Жар, исходивший от наших тел. И какая-то щемящая нежность, что распускалась по венам, разгоняя кровь.

Мира снова беспокойно задышала, притянув меня за шею. Оплела руками и по-хозяйски закинула на меня ногу. Я гулко сглотнул.

Мои руки, обхватившие её в ответ, подрагивали от волнения. И меня пугало чувство, что так ярко зарождалось во мне: всё, наконец, на своих местах.

Но почему? Что изменилось во мне за тот миг, что Зверь перехватил контроль? Это его негласное согласие, что я могу быть с той, что так волнует сердце, или радость от того, что смертельная схватка не завершилась моей смертью?

Воспоминания размывались перед глазами. Бой со Свергом мелькал рваными образами, ощущением дикой ярости и боли. А ещё я видел глаза Миры взором своего Зверя. Именно к ней он пошёл, когда всё закончилось.

Я снова взглянул на девушку. Поддел пальцами непослушную прядь её волос, что легла ей на лицо. Огладил скулу, едва коснулся губ. Её ресницы подрагивали от моих едва заметных касаний. А мне хотелось улыбаться. И до покалывания в пальцах хотелось её поцеловать.

Не в силах противиться чувству правильности всего, что сейчас происходило, я коснулся губами её губ. Мира ответила мне сразу, будто и не спала. И мы оба отдались чувственному и медленному поцелую. Я наслаждался теплом её губ, пил её дыхание без всякой спешки. А она отвечала мне не менее пылко, руками оглаживая моё тело. И я чувствовал, как разжимается внутри пружина напряжения.

Мы оторвались друг от друга лишь на краткий миг, чтобы взглянуть в глаза друг друга и увидеть одно пламя страсти на двоих. Улыбнулись от этого ощущения единения. И снова притянулись ближе.

– Вы уж простите, что я вас прерываю, да кажется, напомнить лучше, что вы в гостях.

Дверь резко распахнулась, и у порога над нами нависла Марфа. В руках она сжимала корзинку, полную трав. С улицы повеяло утренней прохладой.

– И лучше бы тебе, Вожак, поберечь пока силы. Не восстановился ты ещё.

Марфа деловито обошла нас и прошла вглубь комнаты, сразу направившись в сторону кухни.

Мира смущённо отодвинулась от меня и резко поднялась. Коротко кивнула в спину Марфе в качестве приветствия и выскочила за дверь, притворив её за собой. А на меня сверху упала стопка одежды.

– Оденься, Вожак. И поговорим, пока девчонки нет.

Марфа окатила меня холодным взглядом и отвернулась. Несмотря на своё положение, спорить с этой старой волчицей не мог даже я. Она была старейшиной клана и успела повидать куда больше многих. А ещё она потеряла свою истинную пару, но смогла выжить. И вытащить Ильгу едва ли не с того света.

Быстро одевшись, я сел за стол, где Марфа уже выставила кружку с отваром, от которого даже пахло горько.

– Мне пришлось, – сразу начал я, отхлебнув и поморщившись. – И я знал, на что иду.

Марфа хмыкнула и села напротив. Внимательно взглянула на меня, явив во взгляде и своего Зверя.

– Ты же знаешь, почему я не вмешиваюсь в дела клана?

– Потому что любая трудность на пути волка – испытание, данное Луноликой.

– Ты не ответил на вопрос.

– Потому что своим вмешательством ты сделаешь только хуже.

– Так и есть, Вождь. Но, боюсь, одного красноречивого молчания мне тут будет мало. Тебе стоит пересмотреть своё окружение.

– Что?

– Я ощущаю на тебе нехорошее воздействие. Дурман, что и стал причиной потери связи с твоим Зверем. Сам бы ты ничего подобного не сделал. А чтобы тебе что-то подсыпать, нужно быть кем-то из твоего близкого круга.

– Раньше я уже терял связь со своим волком, не думаю, что…

– А с чего ты взял, что и раньше тебя намеренно не травили?

Я потрясённо замер, вспоминая, как это случилось впервые. Велимир тогда активно взялся за мою подготовку. И у меня был бой с лучшими воинами клана. Тот, что был со Свергом, я с позором проиграл. Просто не смог обратиться. Но списал на волнение.

– Ты уверена, что можешь говорить мне это?

– Кары за свою словоохотливость я не боюсь. Иначе последствия могут быть куда хуже. Но и больше сказать не могу. Мне бы и за это расплатиться. – Марфа замолчала, бросив задумчивый взгляд на дверь. – Ты главное слушай то, что говорит тебе сердце.

– Сердце?

– У тебя с твоим Зверем одно сердце на двоих. Даже без прямой связи с ним ты способен чувствовать то же, что и он. Ни одно сомнение не рождается в тебе на пустом месте.

– Когда я смогу вернуть с ним связь?

– Всему своё время, волк, – Марфа грустно улыбнулась. – Пусть прозвучит банально, но порой и правда полезно что-то потерять, чтобы вновь обрести.

Дверь тихо открылась, а на пороге показалась Мира. Девушка неуверенно замерла, поняв, что прервала разговор, а потом и вовсе покраснела, когда наши взгляды встретились.

– Проходи, Мира, поешь. – Марфа засуетилась на кухне, напоследок бросив на меня предостерегающий взгляд.

На самом деле я и без старой волчицы знал, что свой близкий круг стоит пересмотреть. Если в Гельмире и Герре я был уверен, как в себе, то в других членах клана уже не так сильно. Не после того, как Сверг забрал с собой часть лучших из нас.

– Спасибо, Марфа. – Мира села рядом со мной, схватившись за кружку со взваром и подхватив пирожок. Кажется, она их любила.

Я улыбнулся, вспомнив нашу первую встречу. Кажется, она даже выронила один такой из рук, когда увидела, как я тренируюсь без рубашки. Девушка покраснела ещё сильнее, кажется, поняв, о чём именно я сейчас подумал.

После того как Мира подкрепилась, мы наконец оставили жилище Марфы, вернув старой волчице её покой. Всю дорогу до дома я думал только о её словах. Взгляды, которые бросала на меня моя невеста, я тоже не смог долго игнорировать. Нам определённо нужно было поговорить.

– Мира, я сейчас отлучусь ненадолго, а потом вернусь, и мы всё обсудим, хорошо?

– Что-то случилось?

– Нет, просто нужно поговорить с Гельмиром и советником о том, что вообще было. Да и показаться всем, чтобы знали, что я жив и здоров. Благодаря тебе.

– Это всё Марфа, – Мира мило покраснела, а потом вдруг резко подалась вперёд и оставила поцелуй на моей щеке. – Тогда буду ждать тебя дома. До встречи!

Девушка побежала и скрылась за дверью, а я наслаждался чувствами внутри меня. Она будет меня ждать. Глупую улыбку с моего лица стёр Герр, который вдруг вырос рядом со мной, как будто только этого момента и ждал.

– Вождь.

– Герр. – Я коротко кивнул в знак приветствия. – Что случилось?

– Есть очень важный разговор. Мне удалось выяснить, с чем может быть связана ваша потеря связи с волком.

Я вгляделся в советника. Нервозность. Обычно он практически не выражал эмоций, а сейчас явно нервничал.

– Кратко.

– Когда прихвостни Сверга бежали после боя, один из них обронил мешочек с травами. Мы выяснили, что это, и есть основания полагать…

– Подожди, лучше не здесь.

Я замер, дождавшись, когда девушка поднимется на второй этаж. Кажется, я даже заметил мелькнувшую у занавески тень Миры. Моей Миры.

– Найди Гельмира и ждите меня в Логове, я скоро подойду, – бросил я Герру, продолжая наблюдать за передвижениями Миры.

Советник сразу же исчез. Но, мне показалось, я ощутил, как он мазнул по мне недовольным взглядом. И это тоже уже что-то интересное.

Да, Герр, мне действительно впервые за долгие годы не так важно, что происходит в клане и со мной. Но если меня правда кто-то осмелился травить, я не стану щадить предателя, кем бы он ни был. Потому что у волков такие правила.