Громовержец – Пробуждение стихии

– Стоять! Сюда иди! – Ага. Щаз! И я ломанулся в сторону Почтамтского моста. Наверное, меня бы догнали, но неожиданно рядом притормозил лимузин со знакомым гербом. Я даже дверь не открывал, просто на щучку нырнул в открытое окно с пассажирской стороны.

4 ГЛАВА

– Таким образом, Ваше величество, с учётом первой армии группировка на Дальнем Востоке усилена втрое. Перевес в пользу китайцев остаётся пятикратным, и думаю, они всё же клюнут. В данный момент по оперативным каналам сливается информация, которая должна вскрыть хотя бы часть их агентуры у нас. Это должно стать ключом к началу операции «Цугцванг». Последняя информация и детали здесь. – Бенкендорф положил на стол перед императором папку с документами. – Руководство по линии военной разведки непосредственно на генерале Истомине. Я лично, по своей части. Круг допущенных минимален.

– Как считаешь, Александр Христофорович, сдюжим? – Император посмотрел на друга тяжёлым взглядом. – Сам понимаешь, в случае неудачи мы либо теряем весь Дальний Восток, либо наносим ядерный удар… – Он встал, подошёл к окну и молча смотрел на солнце над Москвой-рекой.

– Сдюжим, Ваше Величество, в войска выехали Суворовы. Весь Род, им такой мизерный перевес противника даже унизителен. В операции «Цугцванг» задействованы лучшие специалисты. Ударным подразделением командует младший Кропоткин. Молодой, опыта немного, но магический и тактический гений.

– Хорошо. Это хорошо. Что там у Кропоткиных с подопечным? Инициировался всё-таки?

– Так точно.

– Да брось ты козырять, Саша. – Романов повернулся, посмотрел на собеседника. – Зашевелились под корягами?

– Пока нет. Была попытка устранить парня в больнице. Прямых доказательств нет, но есть основание подозревать основную ветвь рода Меньшиковых.

– Им-то чего неймется? – Император недовольно вскинул бровь.

– Какое-то время назад агентура доложила, что Меньшиковы прощупывают юридические возможности стать наследниками состояния Рюрик. В своё время они вышвырнули из клана Анну Меньшикову-Рюрик, когда она родила наследника. Перестраховались, и сами-то в опале, а тут ещё и Анька рожает от Рюрика. Но мальчишка оказался бездарным, и, нося их фамилию, в теории мог бы вернуться в Род, ну и, конечно, принести вместе с собой своё состояние, полученное по линии Рюриков. На этой почве столкнулись интересы Меньшиковых и Кропоткиных, которым ты доверил опекунство. Агентура поднята, наблюдаем. Думаю, что Меньшиковы это понимают и после неудачного покушения на время затихнут.

– Как тебе сам мальчишка? – Император прошёлся по библиотеке, где принимал главу Имперской Безопасности.

– Пока особо сказать нечего. Обычный подросток, ничем себя не проявил. Типичный провинциальный аристократ-бездарь. Комплексы, эго, глупый, надменный. Посмотрим, как его изменит дар. Не думаю, что в лучшую сторону: поздно он инициировался, тёмные стороны души станут темнее, а светлым откуда взяться – вырос уже. Будем стараться подвести к нему оперативников и взять под полный контроль. По итогам разработки сделаю доклад, но боюсь, будет он представлением на устранение.

– Ты не торопись. Сам понимаешь… «Людоед Романов ест детей на завтрак»… Нас народ на вилы поднимет. Не та ситуация, чтоб давать врагам такие козыри. Что по АРТЕФАКТУ?

– Пока ничего нового. Если он где-то и есть, то светить им до сего момента было бесполезно и равносильно отдать тебе и соответственно усилить. С появлением «Активной Крови» может всплыть и артефакт. Держим парня под контролем и ждём.

– Хорошо. Работай, Саша.

*****

Как же офигенно быть молодым. Ухлестаться в щи, лечь в четыре утра, а проснувшись в восемь, чувствовать лёгкий дискомфорт…

Меня переполняла энергия и жажда действий. Даже не помню, когда я испытывал это чувство. Душ, разминка, бой с тенью. Тело молодое, гибкое, довольно спортивное, но правильной мышечной памяти ему явно не хватало. Круг бегом по периметру имения. Спортплощадка гвардейцев Рода. Надо было сперва пробежаться, здесь есть и груши, и спортснаряды. Заруливаю на площадку, тренируюсь. Чувствую, что перебарщиваю и завтра всё будет жутко болеть, но меня просто прёт. Бегом до дома и снова душ.

Завтрак хотел запросить в комнату, но не тут-то было: горничная сообщила, что Князь желает увидеть меня на совместном завтраке. В малой столовой князь и безопасник. У обоих рожи протокольные. Видно, что готовы воспитывать. Сажусь.

– Всем доброе утро.

– Ну кому доброе, а ко…

– …му и последнее, – подхватываю я за безопасником. – Чего смурные? Чем моя скромная персона вызвала столь унылый вид лица у безмерно уважаемых мной Родовичей? – Князь аж прыснул чаем. А Исаич в голос заржал.

– Мы тебе не родовичи, – отрезал Кропоткин, – пока во всяком случае. А можем и никогда ими не стать просто потому, что завтра или через час твою глупую голову снесут на дуэли родственники тех юных особ, с которыми ты так весело проводил время прошлым вечером и ночью. Я даже не говорю о том, что прошлым утром ты едва избежал смерти, а вечером тебя уже носит по всему городу. Ты вообще соображаешь, что делаешь? Как тебе в голову пришло напоить дворянок до такого состояния и таскаться с ними по городу… – Он вскочил, пробежался по столовой, снова сел…

– Я не знал, что они дворянки. Я вообще об этом как-то не подумал, – повинился я, тем более понимая, что он прав на все сто процентов. – Меня вчера как будто черти гнали, да и сейчас… тоже… ну, типа настроение очень хорошее… Я больше не буду, – и я изобразил свою самую приветливую и честную улыбку…

Князь с безопасником переглянулись и кивнули, явно придя к одной мысли, которую озвучил Исаич.

– Ментальный шторм. – Он улыбнулся. – Парень-то не виноват, наша промашка.

– Полностью согласен, ребята. И на волне вашего раскаяния принимаю компенсации крупными купюрами. – И я наконец приступил к уже начавшей остывать каше. – Я пока поем, а то голодный как зверь, – а вы может пока просветите, что у меня там за шторм.

– Наглец он. А не шторм у него, – хмыкнул князь.

– Состояние такое, изредка бывает у поздно пробудившихся одарённых. Сходное с наркотическим опьянением, рекомендуется компенсировать усиленными физическими нагрузками и осторожными, но частыми магическими тренировками.

– В общем так, – хлопнул пухлой ладошкой по столу князь, – сейчас завтракаешь, берёшь Игната и на арену. Если жив будешь, после обеда снова туда. В промежутках тренируйся с нашими бойцами, начальнику гвардии распоряжение дам, выделит тебе инструктора. Из имения ни ногой.

– Ок. Не очень-то и хотелось, – абсолютно честно согласился я.

Через час после завтрака. Арена. Вопреки моим ожиданиям, Игнат – удивительно, но мне комфортно было называть старика именно так – не стал меня сходу истязать.

– Включай доспех. – Я выполнил команду без труда. – Сложно удерживать? Ты концентрируешься на этой задаче?

– Нет. Просто как-то само, знаю, что надо, чтоб он был, и он есть, пока не подумаю… пока не «отпущу».

– Это хорошо. Странно, но хорошо. Обычно удерживать доспех тренируются. Долго тренируются. Многие, удерживая доспех, даже разговаривать не могут, стоит отвлечься – и гаснет… Запомни, ментальный доспех – это основа владения даром. Не освоив управление доспехом, не сможешь управлять стихией, какой бы она у тебя ни была. Именно с помощью доспеха ты манипулируешь чем-либо. Если во время создания фаэрбола, к примеру, в руке ментальная оболочка исчезнет, перестанет удерживать стихию – лишишься руки. Манипулируя воздухом, допустим, создавая воздушный серп, именно ментальным полем своего доспеха ты уплотняешь стихию до бритвенного состояния. От того, насколько большой твой резерв ментала, зависит количество создаваемых тобой атак. Дальние атаки потребляют больше энергии, тут ты тратишь и на локализацию стихии, на её оформление в нужный вид атаки, а затем часть выбрасываешь вместе с атакой. Чем больше ментала ты влил в оболочку заклинания, тем дальше летит заклинание, не ослабевая. Вложишь мало ментала – и воздушный серп распадётся в шаге от тебя и красиво потреплет волосы твоего врага вместо того, чтоб снять его голову. Понял?

– Ну примерно. А где взять саму стихию?

– Подожди со стихией, не сбивай с мысли. Так вот. О чём я? Сбил всё-таки, паршивец. Пу, пу, пу. Про ранги вам в Академии расскажут, там мастера людей на категории делить… Но для понимания основное скажу. На первом ранге, называют его ученик, одарённый умеет ставить доспех, большинство так навсегда на этом ранге и остаются. Штурмовики Имперской армии все из таких, ну и прочие рядовые силовики. Ранг Воин – это владение не только доспехом, но и умение этим доспехом покрывать предметы, ну оружие, например. Ратник уже способен призвать стихию и с помощью своего ментала направить эту стихию в противника. При всём этом ратник может легко проиграть бой ученику, если ученик сможет час держать доспех, а ратник за две атаки сольёт весь ментал. На что похоже? – Старик хитро прищурился и вопросительно посмотрел мне в глаза.

– Нападение на меня в больничке. Там был ратник, который остался без ментала?

– Голова, – старик ткнул меня пальцем в лоб… и упёрся в доспех. – Ого! – Он несколько раз постучал пальцем по доспеху. – Всё это время держишь?

– Я просто забыл про него.

– Силён. Ты вот что. Не надо об этом никому говорить. А доспех носи, раз так умеешь. Чем пользуешься, то и развивается. Но не свети им. Я научу, как уплотнить и сделать его как второй кожей, одежду защищать перестанет, зато обнаружить его на тебе в быту, на улице, будет не просто. Помни главное: побеждает не ранг, побеждает умение. – Он усмехнулся. – Ну и объём ментала. Хотя, конечно, Ратнику с большим объёмом проще пострелять толпу учеников с такими же объёмами. Ладно, за дело.

Следующие два часа Игнат учил меня уплотнять доспех настолько, чтоб он перестал выходить за пределы моей кожи. Я думал, что всё-таки остановиться на границе одежды, но старик, приказав принести зеркало, быстро убедил меня, что это плохой вариант, особенно в ветер или в толпе. Ещё час потратили на избиение меня посохом, заряженным стихиями. Мы активно перемещались по арене, я даже пытался атаковать в ответ – безуспешно. Доспех держал всё, но к концу часа всё-таки бесшумно схлопнулся, напоследок остановив разряд молнии. Я бессильно осел на землю. Оказалось, что свои силы я давно потратил и держался за счёт подпитки от доспеха.

В свою комнату я буквально вполз и, похоже, вырубился прямо на полу, привалившись спиной к дверному косяку. Разбудила меня горничная, которая принесла обед. К столу я поднялся довольно бодро, а призванный доспех послушно окутал тело. За обедом переваривал полученную информацию, потом завалился на кровать, достал мобильник и немного охренел от количества пропущенных и сообщений. Все они оказались от вчерашних моих знакомцев. Они интересовались, как дела, прислали сделанные вчера совместные фото и видео (не помню). Признавались, что никогда так безбашенно не отдыхали, и предлагали сегодня встретиться. Причём это сегодня было уже через час. Думал я недолго. Обещание опекуну… Мне пятьдесят пять. Идите в жопу, подумал я про себя, ловя себя на мысли, что поступаю как типичный подросток. Ох уж эти гормоны. Ага. И ментальный шторм. И вообще пофиг, я так хочу.

Ох, ну что ж мне дома-то не сиделось…

5 ГЛАВА

Встретиться с ребятами, договорились в Летнем саду. С их слов, там классно погулять, есть летнее кафе и очень приличный ресторан, если уж совсем проголодаемся. Я слегка припозднился и какое-то время искал их, бродя среди скульптур. Кстати, статуй в «этом» саду было на порядок больше, чем в моём мире.

«Нашлись» мы у пруда с лебедями. Сегодня они были не в полном составе: две парочки и мои подружки. Парни чинно поздоровались за руку. Девчонки поприветствовали, изобразив поцелуй в щёку. Лиза и Ольга подошли последними, косясь друг на друга и краснея, клюнули по очереди в щёку. Остальную компанию ситуация явно забавляла, и если они ещё не были в курсе наших вчерашних похождений, то сейчас Лиза и Ольга не слабо так палились.

Мы покормили уток, периодически возвращаясь к воспоминаниям о «вчерашнем». Потом переместились в кафе, где я предложил познакомиться заново. Вчера было весело, но настолько пьяно и сумбурно, что, кроме общего приятного впечатления друг от друга, информации в нас усвоилось немного. Я, например, даже по именам не всех запомнил, в чём, извинившись, тут же признался. Как ни странно, это разрядило обстановку и задало тон общению.

Ивана Голицына я помнил, он торжественно представил мне свою девушку Анну Трубецкую и сидевшую рядом с ней Настю Нарышкину. Спутником Насти оказался Пётр Ушаков, ну а двух оставшихся девушек сложно было не запомнить.

– Я предлагаю выпить за знакомство, потому что не помню, пили ли мы за него вчера, – дружный смех. Сегодня заказали шампанского.

– И за наше поступление, – добавила Настя Нарышкина.

– Ура-а-а! – Постепенно неловкость ушла, ребята наперебой рассказывали о своих летних приключениях. Как оказалось, летом они виделись совсем мало: одни занимались делами семьи, постепенно вникая в родовой бизнес; другие отдыхали в загородных имениях; третьи готовились к поступлению. Я слушал, вникая и стараясь разобраться, чем дышит этот мир и его молодёжь, в кругу которой мне предстояло вращаться. Постепенно все темы свелись к поступлению в ВУЗ. И тут оказалось, что часть из ребят уже год учится в МАМ, а часть поступает в этом году. Отсутствовали сегодня как раз второкурсники, что-то там готовили для академии. О том, что я и сам туда поступаю, я почему-то промолчал.

– Детки празднуют последние дни свободы? – Двое крепких парней с военной выправкой подошли и с ухмылками рассматривали нашу компанию. На секунду повисла тишина, которую прервал Ваня Голицын.

– Что вам угодно, господа?

– Господам угодно всё. Твой род Голицин проиграл родовую войну Моему, и до сих пор платите Виру. Если мне что-то будет угодно от тебя – я тебя вызову.

Голицин покраснел, сжал кулаки но промолчал, опустив глаза, стараясь не смотреть на сидевшую рядом подругу.

– Лисовский и Юденич, – шепнула мне на ухо Ольга. – Четвёртый курс в МАМ, военная кафедра.

– Смотри-ка, мы известны, – услышал её слова один из подошедших, широкоплечий блондин с высокомерной ухмылкой и крупной серьгой в правом ухе.

– Это хорошо, перваки должны знать, перед кем пресмыкаться, – поддержал его крепыш чуть ниже ростом, но с ещё более выраженной фигурой атлета. Мышцы так и распирали его рубашку без рукавов. – Не хотите угостить старших товарищей? Навести так сказать мосты…

– А с чего вы взяли, что мы «перваки» и что нам нужны какие-то мосты? – поднялся с места Ушаков.

– Сядь на место, малыш. – Качок положил руку на плечо и буквально вдавил в кресло побледневшего от боли Петра. – Ушаков, если не ошибаюсь? Слушаем сюда, деточки. Это здесь вы графята и княжата и можете побежать к папочкам… Через две недели вы попадёте в место, где не работают ни титулы, ни денежки ваших родителей. Там вы ничто и до третьего курса будете никем. А в ближайшие два года именно от таких господ, как я и господин Лисовский, будет зависеть ваша жизнь, а может, и её продолжительность.

Я видел, как пытается активировать доспех Пётр, но Юденич держал его мёртвой хваткой, явно тоже в доспехе, и продавливал все попытки.

– Использование дара…

– Заткнись, Нарышкина, за любое лишнее слово сейчас вы будете платить неделями страданий там. Поэтому все заткнулись и слушаем. – Юденич с лицом садиста медленно отпустил свою жертву и обвёл пальцем нашу компанию.

– Жизнь несправедлива, детки, и вы скоро об этом узнаете. Как у одарённых у вас нет варианта не прибыть в Академию. А когда вы туда прибудете, вам понадобятся друзья. – Он посмотрел на своего друга, как бы передавая слово тому. Лисовский не подвёл и продолжил.

– И дружбу вам придётся доказать… Услугами. Финансами. – Обведя девушек похотливым взглядом, он остановился на Юсуповой. – Ну и другими способностями. – Ольга сидела с жатыми в струну губами и горящими ненавистью глазами, из которых покатились слёзы.

– Как ты смеешь? Безродный… – взвилась было Лиза, но я остановил её, мягко коснувшись её руки.

– Тсс. Посиди. – Я видел, что вся наша компания готова броситься на обидчиков, но ничем хорошим для нас это бы не кончилось. Ни сейчас, ни тем более потом в Академии.

Я повернулся к Ольге.

– Хочешь, я их убью? – Я спросил это очень тихо, но от моего тона пробрало даже меня. Впервые в новой жизни я был настолько зол.