Мертвый Джазз

- Это не дело, Сэмми, нужно купить тебе рубашку, эта уже совсем ни к черту. Пойдем, тут делать нам нечего... заскочим в магазинчик Варса, нужно отметить. Думаю ты заслужил единственное хорошее пиво в этом месте.

Выстрел… на улице никого, только дрожащий свет солнца. Выстрел. И холод уже никогда не оставит тебя. Кажется, будто ты выстрелил в себя, левая часть тела, твоя навеки возведенная к небу скула и губа. Улыбка, разрезанная на два режущих осколка. Один из них я, другой давно сдался и издох. Улыбка дрогнула, боль взорвалась внутри твоего черепа, и на мгновение уголок губы опустился, впервые в жизни сделав тебя похожим на других обитателей Сент-Кассии. Ты на секуду, через всю боль своего тела стал испуганным, порченным животным. Кусок связки оторвался и мясо ослабло… нервные окончания разжались и отпустили тебя, из носа хлынула кровь, Маузер рухнул рядом с тобой, вмиг оказавшись в лужице стылой крови. Выстрел, закончивший сразу две жизни. Ты хочешь кричать от ужаса, но твои мозги в оцепенении, ты просто не в силах воспротивится, убежать или пасть на колени. Тень, нависшая над растекающейся кровью, изрезанная копия, растворяющаяся в полуденном солнце. Тень не его, не своя… ты тень этого мира. Ты отражаешь свет солнца и грязь морей, ты последний предатель, который завершил второе пришествие Его. Понтий Пилат своего района, может, даже всего мира. И ты вынес свой порочный приговор, навсегда расчертив улицы кровавой паутиной предательства. Выстрел… и его глаза, направлены в твою тщедную душу.

- Никогда…

Голос раздается в сознании все чаще и чаще. Его слова перебиваются очередной порцией былого… Ты видишь как он готовит тебе еду, помогает с заданиями на дом, сводя крест на крест несчастные дроби и стирая их рукавом. Вот и оно… воспоминание, которое должно было рано или поздно найти нас, разверзнуться в твоем воспаленном мозге. День, когда сдох твой бесполезный старший брат… и ты был свидетелем того. Брат знал роскошь, он не вырос крысой как ты, не понимал как нужно работать, думал что все еще чего-то стоит. Неудивительно, что для него все закончилось смертью. Он пытался выжить львом в мире крыс... и те растащили его на куски. Именно из-за своего блядского братца ты попал в западню, выхода из которой не нашел. Западню под названием Обсидиановый дракон... западню под названием кабала партии. Туманный день разверзся над местным портом… ты любил гулять там, вместе с своей бандой вы ловили мелких рачков и жарили их на огнях вместе с бомжами, по вечерам именно там устраивал свои встречи Картер, вдали от центра… достаточно далеко, чтобы ни одна сцпшная шавка не сунулась сюда без надобности. А те кто приходил и совал нос не в свои дела могли пойти на корм рыбам... одинокий инспектор, его никто и никогда не искал. А его тело обгладывали морские гады. И именно там работал твой неудачник братец… в своей жизни не выполнивший даже самого простого. Не оказавшийся достаточно проворным, чтобы дожить до твоего возвышения и стать опорой для родителей. Впрочем… кто знает, как развивалась бы наша судьба, не откинься он на тот свет, может не было бы ничего. Туман скрывал в себе приходящие в порт корабли, но ты прекрасно ориентировался и часто знал, что привозят. Из европы коммунисты слали оружие и спецов, тянулись эшелоны мелких барж с контрабандой или гуманитарной помощью, иногда здесь появлялись забутые подлодки или военные фрегаты старого времени. Брат как и всегда тягает грузы, взял, бросил, взял, бросил… тебе скучно, ты рисуешь на грубом песке нотные этюды и радуешься прибрежному бризу, на мгновение снимающему боль с твоего лица. Тебе шестнадцать, тебя поставили сюда в помощь, но старшие работяги лишь посмеялись и велели заняться чем то другим и не мешать. Ты не против. Подставляя лицо ветру, ты отворачиваешься от рабочих и приподнимаясь на цыпочки, стараешься кончиком носа дотянуться до холодных солнечных лучшей, простирающихся над парами и туманом. Но внезапно, из-за спины возникают три черные фигуры, их хватка цепка, их образы навсегда затесались к тебе в сознание злобными цепными рабами. Стук каблуков раздается все ближе, ты оборачиваешься и замираешь на месте. Перед тобой троеглавый пес что оставил свой пост охраны врат ада и явился сюда. Цербер соединенный уродливой плотью и разделенный на части когтистыми лапами в длинных пальто с парочкой звезд. В их кобуре блестит оружие, в глазах нет ни злости ни наслаждения, ледяной холод и мертвецкая уверенная в руках несколько поводков, на каждом - пес. Злобная тварь, черный мастиф с гигантскими клыками и когтями, большими чем твои пальцы. Вот откуда растет весь страх, вся ненависть к этим адским тварям. Ловят на живца… в грузах часто перевозили наркотики, а некоторые слишком наглые или глупые умудрялись прятать граммы у себя, в глубоких рабочих карманах. Кем был твой брат - ты не знаешь. Но точно знаешь, кем стал для цепных псов. Одноразовой мягкой игрушкой. Ты помнишь как все в тебе застывает и сжимается, пес останавливается прямо у твоего брата, обнюхивает и замирает около заднего кармана. Секунда и рука офицера извлекает оттуда небольшой сверток, белый порошок в свертке из грубой бумаги. Ни вопроса, ни суда, ничего. Звучит выстрел, твой брат падает на землю, его колено прострелено насквозь… а тело уже грызут три борзые твари. Ты ненавидишь собак. За их лживую преданность, за их бессмысленную радость, за то, что из живых людей они делали фонтанирующие кровью куски мяса. Их клыки врезались в бледную кожу, вырывали связки, мускулы и вены. Их лай всегда предрекал только одно - гибель. И тогда было не иначе. Ты вскочил на ноги, видя, как лицо твоего брата скрывается в пасти этой адской твари… а ужасное, лишенное кожи нечто, сотканное из мяса и пульсирующих вен продолжает истошно орать, в конвульсиях дергаясь на земле и пытаясь крутиться из стороны в сторону. Крики вскоре утихли, а тебя, застывшего на месте, берут под руки… жаль, что тебе не хватило ума согласиться. Возможно все было бы не так плохо... если бы ты просто принял его смерть. Но крысы не отличаются умом и любят мстить за каждого дохлого собрата. Удар, ты выбиваешься и хватаясь за пояс срываешь с пояса чужой Маузер. Прямо напротив полицай вскидывает руку но внезапно, ты успеваешь сделать выстрел первее. Пальцы разрываются и кусками плоти падают на землю около второго мужчины, что пытается оттащить псов от еще дергающихся на земле пальцев, но две борзые кидаются жрать свежее мясо, от которого идет дым, третья оставив труп брата в покое бросается на тебя. Удар… и четко в череп, ты со всей дури ударяешь в ее макушку толстой рукоятью и отходишь, избегая удара. Тварь с клыков которой капают алые капли крови с жалостливым, до раздражения тихим скулежом падает на землю, прямо к твоим ногам и тут же пытается подняться. Выстрел… пуля пробивает ее череп и взъерошивает шерсть, из раны начинает вытекать тонкая струйка крови… ты улыбаешься и почти смеешься, глядя как тварь сдыхает дергаясь всем телом, но недолог был твой триумф. Второй выстрел, дальний полицейский бьет в сердце нопопытка уклониться меняет траекторию. Плечо. Прямо в центр, пуля ввинчивается в твое плечо… а после дробящий удар тяжелой дубиной из стали… Кости мешаются с плотью, связки рвутся на части опадая в свежее мясо, ты думал, что умрешь… но мир с нами не закончил.

- Отставить! Этот не очередная крыса из трущоб… это же наш дудочник, вон у него эта дурацкая улыбка. Помните, он выступал в кабаке двумя днями ранее. Понравится он, товарищи, нашему руководству. Такими разбрасываться нельзя, отведем его к Градскому, он решит что делать.

- Мелкая сука отстрелила мне пальцы! Посмотри, посмотри блять на это! Как мне работать, как семью кормить… если у меня обрубки вместо рабочей руки!

- Заткнись нахуй со своей рукой! Переучшься! Мелкий гаденышубил Рекса, моего Рекса, да я застрелю его на глазах родной матери, вместе с вшивым выродком на его отце…

- А ну молчать! Я сказал не трогать парнишку! Он еще нам послужит… музыка уж больно хороша, даже для такой твари, как он… Разойтись, пока я не закончил то, что этот паршивец начал! Выбрось труп своей шавки в море а ты шуруй к врачу, может что-то еще успеет пришить.

Выстрел в воздух отпугивает от тебя двух полицаев, чья-то жесткая рука выдергивает тебя из бессознательного состояния и резко, до крика агонии начинает прижигать открытую рану смесью пороха и щелчка зажигалки. На фоне ты замечаешь как один из этих уродов плачет над трупом своей тупой… блядской псины. Улыбка прорезается вновь, твоя скула болит но ты улыбаешься из последних сил, смотря как он поглаживает ее грязную шкуру. Ты жалеешь только о том, что выпустил в ее черепушку лишь один патрон, но в остальном… безумная усмешка пробивается сквозь всю твою хуйню, даже не замечая боли и жуткого, почти незаметного осознания. Твой брат… идиот и пьяница… он мертв. Ты больше не услышишь его голоса, ты больше не ощутишь его касаний, не сможешь скучающе глядеть как он перекладывает ящики… он просто… перестал существовать, и ты тоже почти умер… если бы не странный приказ, тебя бы убили. Ты в этом не сомневаешься. В них нет жалости. Лишь жестокость… и пару директив, суть которых они давно забыли. А после тебя тащат по улице, на глазах у до смерти напуганных рабочих, поглядывающих то на тебя, то корчящегося в агонии полицая, что хромая и хныча бредет в сторону города, то на облезлый труп брата. Тащат в могилу… похожую на черный воронок, плечо начинает болеть по другому, эта боль всей твоей души, всей жизни. И боль эта будет вечна. Ибо сегодня твой день, Сэмми, день рождения псевдонима, в котором ты прячешься уже долгие тридцать восемь лет. Доброе утро, Весельчак.

- Прости, прости меня, прости, у них Сона, у них…

- Никогда…

Хрипящий голос уже в тебе, в твоей голове, в твоих легких, в твоих мозгах. Его голова закидывается назад, растрепанные волосы утопают в крови и грязи, глаз вытекает и ты видишь пустоту глазниц. Тебя рвет. Еще раз. Еще раз. Тебе не переставая выворачивает наизнанку раз за разом, словно ты жрал без остановки в течение недели. Но ты не ел вообще ничего, ты блюёшь своими внутренностями, своей кровью и частичками пищевода. Вскоре тебя отпускает, и ты убегаешь, убегаешь, убегаешь… ты бежишь шатаясь и врезаясь в прохожих, в столбы, в края домов, ты не можешь остановиться, ты убил его, убил… правда убил. Загннная в лабиринт крыса, ты пытаешься убежать но твоя тень рядом, а в этой тени прячутся все твои демоны. Демоны и грехи, они все в тебе, все с тобой, они тянутся к тебе. Стоит остановиться... и ты умрешь, ты сгоришь. Ты убил его, и вместе с ним на долгие тридцать лет рухнула надежда изменить хоть что-то. Все рухнуло, как карточный домик на который ты упал всем своим жирным телом. Глаза раскрываются… ты живой, удивительно, да? А теперь оглядись… ибо мы здесь. Из огня да в полымя, просыпайся, я привел тебя к твоей мечте, к месту, где все началось. Открывай свои жирные глазки, суперстар, полюбуйся на свое отражение, впервые в жизни увидеть, что же ты за жалкая тварь… и постарайся сказать, что рад своим воспоминаниям. Что вся наша боль была не напрасна... Но ты не сможешь.

Все мертво.

Сэммюэль Деланни мертв.

Глава 12

Зеркало. Разбитое на множество мелких осколков, по-прежнему блестящих внутри золотой рамки. Зеркало, в нем ты. Но как ты здесь вообще оказался? Не буду скромничать, Сэмми, это я привёл тебя сюда. Ведь кому-то н