Министр Александр Ишков. К 120-летию со дня рождения

К островным государствам, для которых морское рыболовство составляет основу их экономики и жизнеобеспечения, Александр Ишков относился по-особому и с большой симпатией, зачастую в ходе переговоров идя навстречу их пожеланиям. Подобного не наблюдалось с другими прибрежными государствами с развитой экономикой. Здесь он твердо стоял на принципах взаимности и отстаивания интересов своей страны.

Сырьевой базе – особое внимание

Большое внимание министр уделял становлению и развитию отраслевых научно-исследовательских институтов и рыбопромысловых разведок. При этом для Александра Ишкова было характерно решение не только текущих, повседневных проблем, но и перспективных, долгосрочных.

Он был сторонником формирования самостоятельных бассейновых научно-исследовательских институтов рыбного хозяйства – ПИНРО, АтлантНИРО, АзчерНИРО, КаспНИРО, ТИНРО и других – под методическом руководством головного Всесоюзного НИИ рыбного хозяйства и океанографии. Все попытки ряда руководителей от науки подчинить бассейновые НИИ непосредственно ВНИРО отвергались министром как нецелесообразные и ведущие к ограничению формирования научных школ на бассейнах. Ишков способствовал укреплению их материально-технической базы, прежде всего флота. В этих целях при Александре Акимовиче был сформирован научно-исследовательский флот из 21 НИС разных классов, а также введено в строй 212 поисковых судов. Это позволило отечественной рыбохозяйственной науке занять ведущее место в исследовании запасов и понимании сырьевой базы Мирового океана.

Безусловно, в приоритете было формирование устойчивой сырьевой базы морского, океанического рыболовства Советского Союза. Этому вопросу Александр Ишков уделял много внимания. Сам принимал и выслушивал ученых, специалистов рыбопромысловой разведки, наиболее важные вопросы выносил на рассмотрение ученых советов бассейновых НИИ, головного института ВНИРО и научно-технического совета министерства, а также на коллегию Минрыбхоза. Александр Акимович неоднократно лично участвовал в таких заседаниях бассейновых НИИ при рассмотрении наиболее важных вопросов.

Специализация бассейновых промразведок в тесной увязке с учеными на перспективных работах позволила в 1960–1980-е годы открыть и освоить самые отдаленные районы промысла в Мировом океане. Это районы Африки, Латинской Америки, Антарктики, юго-восточной части Тихого океана, юго-западной части Тихого океана, Австралии, Новой Зеландии, акватории Индийского океана.

В результате объемы вылова стремительно росли: в 1955 году – 2,7 млн тонн, 1960 год – 3,5 млн тонн, 1965 год – 5,7 млн тонн, 1970 год – 7,7 млн тонн, 1975 год – 10,4 млн тонн. Росло и потребление рыбы и рыбной продукции в стране на душу населения в количестве 18,6, а в РСФСР составляло 23,2 кг при рекомендации Минздрава СССР 18 кг.

Таких темпов роста уловов не знала ни одна страна. Советский Союз по добыче рыбы вышел на первое место в мире, опередив традиционного лидера – Японию.

Не оставалось вне поля зрения Александра Ишкова и развитие рыболовства в реках и озерах, а также прудового хозяйства страны. Была создана рыбоводная индустрия с учетом климатических зон и особенностей тех или иных районов страны. Действовали 163 предприятия по выращиванию рыбы и 13 производственно-акклиматизационных станций, которые пополняли водные объекты ценными видами рыб.

Успешно велись работы по восстановлению запасов осетровых в Волжско-Каспийском бассейне. Широкое развитие среди школьников и молодежи получило движение «Голубые патрули» – по спасению рыбы во внутренних водоемах. Этому движению министр уделял особое внимание, рассматривая его в том числе как обучение молодого поколения бережному отношению к рыбным запасам и природе в целом. Он неоднократно лично встречался с активистами «Голубых патрулей».

На международном направлении

Александр Ишков хорошо понимал, что промысел в удаленных районах Мирового океана требует поддержки берега, причем немалой (пополнение продуктами, ремонт, отдых экипажей, перегрузка судов и т. д.). В этой связи совместно с МИДом, Министерством внешних экономических связей начались широкомасштабные работы по установлению международного сотрудничества с прибрежными зарубежными государствами, вблизи берегов которых работал наш рыбацкий флот. Были проведены многочисленные переговоры со странами Африки, Америки и Азии. Многие делегации министр возглавлял сам.

Характерно для Александра Акимовича было то, что он тщательно готовился к переговорам. Просматривал материал, собирая информацию из различных доступных источников, выслушивал мнение членов делегации, особенно тех, кто приезжал из рыбохозяйственных бассейнов.

На заключительном этапе подготовки, если он чувствовал неясность исхода переговоров (такое бывало не раз), министр предлагал «проиграть» их, при этом сам как бы представлял советскую сторону. В ходе такой «игры» всплывали необычные развязки, которые нередко возникали и использовались в настоящих переговорах.

Встречи Александр Ишков проводил спокойно, стараясь расположить к себе партнера. При этом старательно следил, чтобы не создавалось «завалов», которые бы привели к срыву. Аргументация была очень четкая. Министр умел слушать собеседника, опровергать аргументы, которые не отвечали интересам отечественного рыболовства. Он не отрицал и возможности собственного отступления, но до определенного предела, до предела директив. Были случаи, что Александр Акимович выходил за утвержденные правительством СССР директивы, но ответственность всегда брал на себя.

Норвежская газета «Фискарен» давала такую характеристику нашему министру: «Ишков производил впечатление человека живого, общительного, знающего много. Но за столом переговоров он был тверд, и в этом норвежские власти убедились, начиная с переговоров о 200-мильной зоне и соглашения по рыболовству и кончая договором о “смежной зоне” и нерешенными вопросами по Шпицбергену».

Многие предложения, которые выдвигал Александр Акимович в ходе межгосударственных переговоров по рыболовству, были рассчитаны на годы вперед. Это касалось сотрудничества с Норвегией, Фарерскими островами, Канадой, Японией, Анголой, Марокко, Мавританией, Новой Зеландией и многими другими странами. Все зарубежные партнеры, с которыми Ишков вел переговоры (а это были министры рыболовства, иностранных дел, первые руководители государств), высоко отзывались о нем и особенно ценили его стратегическое мышление.

Так, бывший министр рыболовства Норвегии Эйвен Болле рассказал мне, что предложение Александра Ишкова подписать соглашение о создании Совместной советско-норвежской комиссии по рыболовству (СРНК) показалось ему идеей бесперспективной и министр пошел на подписание без всякого энтузиазма. Однако спустя годы Эйвен Болле убедился в обратном: работа советско-норвежской, а впоследствии российско-норвежской комиссии позволила избежать рыболовных конфликтов между двумя странами и решить все вопросы взвешенно.

В другом случае с норвежцами А. Ишков добивался принятия нашим правительством норвежских временных предложений по ведению рыболовства в так называемом «смежном участке – серой зоне» до окончательного разграничения между СССР и Норвегией 200-мильных зон и континентального шельфа. Только благодаря его усилиям такая договоренность была достигнута всего на один год, но… затем она продлевалась ежегодно в течение почти 30-летнего периода. Таких примеров в деятельности Александра Акимовича на международном направлении много.

Большое внимание министр уделял отношениям нашей страны с Японией в области рыболовства. Он по-доброму завидовал лидерству японской рыбной промышленности. Все ответственные переговоры со Страной восходящего солнца, а это разработка и заключение послевоенных конвенций, соглашений, договоренностей по принципиальным вопросам взаимного промысла, Александр Ишков либо вел сам, либо они осуществлялись под его руководством и контролем. Он уважительно относился к коллегам из Японии, они, в свою очередь, ценили его за твердость слова.

Министр стремился все полезное, увиденное в японской рыболовной промышленности, применять в Советском Союзе, но с поправкой на наш менталитет и опыт. К территориальным притязаниям Японии он относился отрицательно и считал, что «не надо ворошить историю, от этого только проиграют рыбаки и народы наших двух соседних стран».

Когда в 1956 году было принято принципиальное решение о возможной передаче Японии группы островов Малой Курильской гряды (Хабомаи и Шикотана) после заключения мирного договора, Александр Ишков доложил в ЦК КПСС и правительству СССР об ожидаемых потерях отечественного рыболовства. По существу, он выступил против такого решения.

Как государственный и партийный деятель своей эпохи, министр много времени уделял развитию сотрудничества в области рыбного хозяйства со странами – членами СЭВ, в частности с Болгарией, Польшей, Румынией, Венгрией, Чехословакией, ГДР, Кубой, Вьетнамом, Китаем, а также с развивающимися государствами Африки, Азии и Латинской Америки. Такое взаимодействие включало не только совместный промысел, но и строительство портов, рыбокомбинатов, подготовку кадров, формирование национальных рыбодобывающих флотов этих государств. Это направление блестяще было реализовано при строительстве рыбного порта на Кубе в ее столице Гаване и базировании в нем кубинского рыбопромыслового флота. Договоренность об этом было достигнута во время приема команданте Фиделем Кастро министра Александра Ишкова. По инициативе А. А. Ишкова и при его непосредственном участии были созданы морской рыбодобывающий флот Болгарии, Румынии, Кубы, Польши, ГДР, а также ряда стран западного побережья Африки.

По-особому Александр Ишков относился к многосторонней дипломатии – деятельности международных межправительственных организаций по использованию морских живых ресурсов. Несмотря на признание им важности этого направления, всю практическую работу вели заместители министра или начальники управлений. Вместе с тем переговоры с Евросоюзом Александр Акимович вел сам и добился согласия политбюро ЦК КПСС о заключении с ЕС соглашения в области рыболовства. Это было по тем временам весьма сложно.

Во всех международных делах Александр Ишков опирался на мнения специалистов, ученых, хотя часто его отношения с тем или иным специалистом, ученым складывались непросто. Не оправдавших его надежды или заносчивых ученых, специалистов – помощников по международным направлениям, он отстранял от такой работы. Министр никогда не ставил свою подпись под каким-либо научным трудом или научной разработкой. В этом отношении он был щепетилен.

Следует отметить положительное отношение Александра Акимовича к созданию представительств Минрыбхоза СССР за рубежом, смешанных советско-иностранных компаний, экспедиций в области как рыболовства, так и обработки рыбы с участием иностранных партнеров. Причем все это начало формироваться под покровительством министра задолго до официального принятия курса на освоение рыночных отношений.

Безусловно, Александру Ишкову приходилось все, связанное с международным сотрудничеством, «пробивать» в Госплане, МИДе, МВС, Минфине, правительстве СССР, а главное, на Старой площади в ЦК КПСС. Конечно, были и неудачи, но Александр Акимович не терял оптимизма.

Ишков А. А. создал новое направление в области международных связей по рациональному использованию морских живых ресурсов Мирового океана – РЫБОЛОВНУЮ ДИПЛОМАТИЮ – и воспитал целую плеяду специалистов – «рыбных дипломатов» этой области.

В Российской империи до 1917 года эти связи хотя и оказывали влияние на рыбное хозяйство страны, но не имели широкого развития, а главное – не были включены как одна из обязательных составляющих общероссийской политики. Вместе с тем даже в то, царское время Россия активно отстаивала свои рыболовные права как в Баренцевом, Белом морях, так и на Дальнем Востоке – в Беринговом, Охотском морях.

И все же международные внешнеэкономические связи приобрели движущую силу в отечественном морском рыболовстве только в послевоенный период, когда стали востребованы сырьевые рыбные ресурсы отдаленных районов: вначале Северной Атлантики и вод, прилегающих к побережью Западной Африки, а затем – целого ряда других районов Мирового океана.

Велика роль в этом процессе первых руководителей рыбной отрасли, прежде всего Министра рыбного хозяйства СССР Александра Акимовича Ишкова. Именно при его активном участии развитие международных и внешнеэкономических связей в области мирового рыболовства достигло поистине глобальных масштабов, которые не имели, не имеют и вряд ли будут иметь аналоги в будущем как в отечественной, так и в мировой практике.

Формирование международных внешнеэкономических связей Советского Союза в области морского рыболовства на протяжении своей истории прошло, по моему мнению, четыре периода: первый (с 1918 по 1940 г.) – как начальный; второй (с 1945 по 1965 г.) – как становление; третий (с 1966 по 1980 г.) – как развитие, и четвертый (с 1981 г. и до развала Советского Союза) – как выработка нового курса ввиду изменения международно-правового режима морского рыболовства в связи с введением 200-мильных зон.

Возглавив рыбное хозяйство в 40-х годах прошлого века, которое использовало в основном сырьевые ресурсы внутренних водоемов и прибрежных вод, прилегающих к Советскому Союзу морей, А. А. Ишков уже тогда впервые столкнулся с международным характером, особенно морского, рыболовства и необходимостью формирования внешнеэкономических связей для обеспечения развития отрасли и внедрения передовых зарубежных технологий в рыболовстве и переработке ресурсов. Некоторые ростки таких отношений уже появлялись. Так, в предвоенные годы на севере страны имелись некоторые отношения в области рыболовства с Норвегией, на Дальнем Востоке – с Японией.

Вместе с тем следует признать, что ввиду продолжающейся изоляции Советского Союза со стороны ведущих стран Запада и осуществления отечественного рыболовства во внутренних прибрежных водах международные и внешнеэкономические связи были весьма ограничены.

По существу, Советский Союз в то время был членом только одной международной организации – ИКЕС, а межправительственные соглашения, касающиеся различных областей рыбного хозяйства, были только с тремя странами: Японией, Норвегией и Ираном.

В послевоенные годы, с освоением сырьевых рыбных ресурсов в прилегающих к Советскому Союзу морях, а в последующем и с выходом отечественных судов в отдаленные районы Мирового океана, международные и внешнеэкономические отношения приобрели существенное, а порой определяющее значение для развития отрасли.

Это важнейшее направление, включая выработку основных его принципиальных подходов и практическую реализацию, возглавили министр Александр Акимович Ишков и подобранная и воспитанная им плеяда профессионалов рыбников-дипломатов. По существу, в то время зарождалось и впоследствии оправдало себя новое направление – рыболовная дипломатия — как самостоятельное направление со своей спецификой, наработанной методологией и механизмами осуществления в общем контексте международной деятельности Советского Союза.

Когда и на каком этапе своего руководства отраслью министр А. А. Ишков понял, что международные связи, а в последующем международное сотрудничество и внешнеэкономические связи с различными по своему политическому устройству странами будут крайне необходимы для успешного развития отечественного морского рыболовства? Сам министр не оставил ответа на этот важный вопрос. Вместе с тем ряд интереснейших документов и фактов его повседневной производственной деятельности в самые первые послевоенные годы позволяют пролить свет и на этот вопрос.

Дело в том, что сразу же после капитуляции фашистской Германии, а точнее 25 июля 1945 года, А. А. Ишков был командирован на две недели со специальным заданием в Восточную Пруссию, в Кенигсберг-Калининград и в Таллин, где в его задачу входил отбор судов и другого оборудования, которое может быть получено в счет репараций и использовано в рыболовстве страны.

Позднее, уже в 1946 году, Ишков вошел в состав советской делегации, которая непосредственно в Германии рассматривала вопросы репарации. Во время этих командировок министр пришел к выводу, что военная судоверфь в Штральзунде – Фольксверфь должна начать строить только рыболовные суда для Советского Союза, что и было в последующем при его активном участии осуществлено.

Именно эти первые, весьма ответственные послевоенные командировки, полагаю, были своего рода первым серьезным шагом, если хотите, крещением А. А. Ишкова в понимании, пусть пока интуитивно, роли международных и внешнеэкономических связей в области морского рыболовства и рыбного хозяйства в целом.

В последующем, с выходом флота в отдаленные от своих берегов районы поиска и лова, эти международные отношения все более выдвигаются на передний план в деятельности министра и отрасли. Уже в 1948 г. вышли сельдяные экспедиции мурманчан и калининградцев к берегам Исландии. Стремительно развивался в пятидесятых годах промысел сельди и у берегов Норвегии. Здесь же интенсивно велся и траловый промысел донных рыб. Все это обусловливало установление деловых связей с этими государствами.

К тому же часто катализатором были периодически возникающие конфликты, происходившие непосредственно в море, где рыбаки разных стран вели промысел, как говорится, «борт в борт». Так, в Баренцевом море с развитием отечественного тралового флота стали часто возникать конфликты с рыбаками Норвегии, ведущими лов пассивными орудиями лова: ярусами, плавными сетями.

Позднее именно это вызвало заключение специального, одного из первых, послевоенного межправительственного соглашения СССР и Норвегии по урегулированию претензий, связанных с повреждением орудий лова.

На эти же первые послевоенные годы приходится и беспрецедентное задержание норвежскими властями у Лофотенских островов плавбазы «Тамбов» и около десятка судов дрифтерного лова, обвиненных в ведении якобы промысла в территориальных водах Норвегии. Для урегулирования этого конфликта потребовались серьезные шаги на уровне не только ведомственных рыболовных министерств двух стран, но уже и министерств иностранных дел.

В другом районе – на Дальнем Востоке – министр А. А. Ишков и ряд специалистов отрасли были вовлечены в начале 50-х годов в переговорный процесс по восстановлению дипломатических отношений с Японией, одной из основных проблем которого был японский лососевый промысел у наших берегов. По существу, этот переговорный процесс для Александра Ишкова и его команды был самым серьезным испытанием, и они его блестяще выдержали.

Была заключена соответствующая Конвенция о рыболовстве в открытой части Тихого океана между Советским Союзом и Японией, которая положила конец бесконтрольному японскому промыслу лососевых и других рыб у наших берегов в Охотском, Беринговом и Японском морях. В последующем на ее основе был заключен с Японией целый ряд других соглашений в области рыболовства.

С освоением океанического промысла в 50–70-х годах международные и внешнеэкономические связи приобрели системный характер. Велись они на государственной основе с тщательной научной проработкой и в соответствии с разрабатываемым Министерством рыбного хозяйства государственным планом. Все это обеспечивалось принятием правительством СССР соответствующих директив, которые согласовывались с соответствующими отделами ЦК КПСС, с Министерством иностранных дел СССР, с другими компетентными заинтересованными ведомствами.

Для осуществления столь масштабных международных связей – а к тому времени, в 60–70-х годах, рыболовный флот Советского Союза уже работал у берегов Канады, США, стран Африки, Южной Америки, в водах Антарктики, Новой Зеландии, Тихого и Индийского океанов – были созданы соответствующие службы Министерства рыбного хозяйства СССР. Это прежде всего Управление внешних сношений и генеральных поставок, объединение «Соврыбфлот», отдел мирового рыболовства во ВНИЭРХе, ряд отделов международного сотрудничества в бассейновых отраслевых научно-исследовательских институтах и в головном рыбном институте ВНИРО.

В последующем отделы, занимающиеся внешнеэкономическими связями, были организованы в бассейновых объединениях «Севрыба», «Дальрыба», «Запрыба», «Азчеррыба» и «Каспрыба». В ряде случаев в районах промысла находились специалисты этих подразделений. Были организованы представительства за рубежом, осуществлен целый ряд других организационных мероприятий.

Все принципиальные вопросы международного сотрудничества и внешнеэкономических связей, включая отчеты советских делегаций, рассматривались, и по ним принимались решения на коллегиях Минрыбхоза, независимо от уровня глав делегаций – министра, его заместителей, членов коллегии или других должностных лиц. По ним выносились решения, обязательные к выполнению в установленные сроки.

Каков результат всей этой многогранной международной деятельности, которую вели дипломаты-рыбники под руководством министра Александра Ишкова? Начав в первые послевоенные годы с 2–3 межправительственных соглашений по рыболовству и участия Советского Союза в одной международной организации, к концу своей деятельности, в 80-е годы было заключено 64 межправительственных, 13 межведомственных соглашений в различных областях рыбного хозяйства с 44 странами, в том числе с 8 социалистическими, 26 развивающимися, 10 капиталистическими. Кроме того, Советский Союз стал участником 15 многосторонних конвенций и соглашений, ряд из которых создавался по его инициативе.

В 24 странах были учреждены представительства Минрыбхоза СССР, в 13 государствах действовали смешанные советско-иностранные компании, экспедиции, общества по рыболовству, переработке и сбыту рыбы и рыбопродукции, 14 государствам оказывалось техническое содействие в сооружении различных объектов рыбного хозяйства, осуществлялось научное сотрудничество.

В вузах и техникумах Минрыбхоза СССР прошли обучение более 8 тысяч иностранных граждан, ряд из которых в последующем стали руководителями рыбной отрасли своих стран.

Одновременно советские специалисты в количестве до 800 человек работали в более чем 20 странах на объектах рыбного хозяйства иностранных государств.

Такое широкое развитие международного и внешнеэкономического сотрудничества с иностранными государствами позволило отечественному рыболовному флоту осуществлять морской промысел на научной основе у побережья 25 государств, обеспечивая годовой вылов в 5,5 млн тонн из общего вылова 10,4 млн тонн, что составляло 52 %.

Кроме того, осуществлялись экспортно-импортные и обменные операции с рыбой и рыбопродукцией, велись строительство, ремонт, снабжение судов, смена судоэкипажей, поддерживалась конструктивная связь с соответствующими министерствами рыболовства этих стран и прежде всего с министрами, ведущими рыбное хозяйство.

При содействии советской стороны были построены рыбные порты на Кубе, Йемене, целый ряд рыбоперерабатывающих и научных предприятий в странах Африки, организованы национальные управленческие службы в рыбном хозяйстве. Впервые целый ряд стран после активной помощи советских специалистов начали вести морское рыболовство.

Внешнеэкономический оборот Минрыбхоза СССР и подчиненных ему организаций и предприятий по этим всем направлениям достигал около 2 млрд долларов США в год.

Введение в 70-х гг. института 200-мильных рыболовных, а в последующем 200-мильных исключительных экономических зон вызвало на первом этапе вытеснение отечественного рыболовного флота, прежде всего из зон развитых капиталистических стран: США, Канады, стран – членов ЕС, Новой Зеландии и других. Потери вылова достигали 2,0–2,5 млн тонн в год. В этих условиях требовалось выработать и осуществить на практике новый курс развития международных связей в области рыболовства, который не только восполнил бы потери в вылове, но и позволил бы наращивать объемы производства и не снижать поставку рыбной продукции на внутренний рынок страны.

И такой новый курс в рыболовной политике под руководством министра Александра Акимовича Ишкова и при активном участии его команды дипломатов-рыбников был разработан и начал во второй половине 70-х и в начале 80-х годов осуществляться на практике. Целью его было сохранить объемы вылова в 200-мильных зонах, прежде всего в зонах развивающихся стран, интенсивно помогая им в формировании собственного морского рыболовства с одновременным широкомасштабным выявлением и освоением сырьевых рыбных ресурсов в открытых зонах Мирового океана – за 200-мильными зонами. При этом действовать через международные связи, через активное участие страны в действующих межправительственных рыболовных организациях, а там, где необходимо, выступить с инициативами об их создании, с тем чтобы обеспечить защиту отечественного рыболовства.

Такой подход полностью себя оправдал, и потери в 2,5 млн т были компенсированы. Огромную роль в развитии международных и внешнеэкономических связей в области рыбного хозяйства сыграла организованная в 1968 году по инициативе А. А. Ишкова Первая международная специализированная выставка «Инрыбпром» в Ленинграде, которая стала традиционной и проводилась каждые пять лет. Приведу только один пример: в выставке, состоявшейся в 1975 году, приняли участие 23 государства, были приняты в качестве почетных гостей 42 делегации на уровне министров, заместителей министров рыболовства, с каждым из которых А. А. Ишков провел деловую беседу.