Дорога К Доверию

Она вздохнула, села на скамью рядом.

– Мы могли бы поехать на машине, – заметила она – На твоей… Или на моей, если твоя сломана.

Он только пару раз моргнул глазами, потом уставился куда-то вперед, будто бы о чём-то размышляя.

– Ты… Уже взяла билет? – спросил он как-то медленно и удивлённо, точно спросонья.

– Нет, ты же сам видел, что я только что вошла в зал, – произнесла она, с трудом скрывая своё недоумение – странность в настроениях своего знакомого она подметила ещё во время давешнего телефонного разговора, но теперь эти странности стали для неё очевидными, и она могла сказать точно – прежде она никогда не видела его в таком состоянии. Даже если принять во внимание легкий шок от известия от пропажи Дэвида, состояние это казалось ей более чем странным, тем более, что повод тут был разве что для некоторого волнения, но никак ни для такой вот сомнамбулической реакции, как будто бы Дэвид не просто пропал, а погиб страшной смертью на его глазах. Когда она работала в полиции, она частенько наблюдала такое поведение у свидетелей, или виновников убийств, или у участников массовых катастроф, вроде больших дорожных ДТП. Они обычно, конечно же, вели себя так не сразу же, а через день – два после случившегося, во время допроса, но даже учитывая это, она не могла понять, по какой причине точно так же ведет себя и Дон. Как будто бы его пыльным мешком по голове стукнули, подумала она, разглядывая его исподтишка.

– Так сходи, возьми его, – сказал он бесцветным голосом, и, повернувшись, посмотрел на неё, тоже не прямо, а как она, искоса. От этого взгляда, пусть даже и не прямого, её невольно пробрала дрожь – дело в том, что он был точно таким же, тусклым и оловянным, как у той странной женщины, миз Стивенсон.

Она сглотнула невольно образовавшийся в её горле ком, и пролепетала:

– П-послушай… Ты… Э-э… С тобой всё в порядке?

– Да, – произнес он – Так ты собираешься идти за билетом, или планируешь дождаться того времени, когда наш автобус уже подъедет к самому вокзалу?

– О, Господи, да схожу я за твоим идиотским билетом! – вспыхнула Кейт – У нас ещё куча времени, так много, что если бы мы прямо сейчас встали с мест и направились в путь до Хасзета, то, к тому времени, как отсюда выехал бы автобус, мы бы уже преодолели бы уже, как минимум, четверть этого пути…

– Извини, но я уже заказал билеты, так что…

– … А если бы взяли бы такси, то, наверное, были уже на подъезде к этому мерзопакостному городишке! Лучше объясни мне, что с тобой такое происходит! Все эти твои дурацкие предчувствия, и да ещё и вид такой, как будто бы ты кол проглотил! Ты что-то таишь от меня? Дэвид, что, не просто пропал, и ты знаешь об этом что-то ещё?

– Нет, – по тяжести и холоду это произнесенное им слово могло бы запросто конкурировать с булыжником, свалившимся с обледенелого пирса в студеную морскую воду у берега – Ничего особенного я не знаю. Просто это всё так… Ну, неожиданно… Сначала Хасзет появился в твоих словах, потом туда умчал Дэвид, при этом – при таких совершенно непонятных обстоятельствах, – он с рассеянным видом почесал свой подбородок, а затем его мутное выражение лица развеялось будто бы в какой-то догадке, и он даже выдавил из себя какое-то неровное, бледное подобие улыбки – впрочем, особого доверия Кейт она не внушила – Знаешь… Я просто размышляю сейчас над всем этим, и…

– Никогда не видела, чтобы ты вот так размышлял, – заявила Кейт раздраженно, борясь одновременно и с ощущением того, что от неё сейчас что-то утаивают, и с чем-то ещё, чем-то вроде неясного испуга – Ладно… Времени, как я говорила, у нас ещё много, так что я всё равно всё из тебя всё выпытаю! А пока, если ты уж так настаиваешь на том, чтобы я взяла этот идиотский билет, то чёрт с тобой – пойду и возьму его.

С этими словами она встала со скамьи и направилась к кассам.

– Постой, – воскликнул Дон, едва она отошла от него на пару метров. Она, теперь уже испытывая плюс ко всему ещё и раздражение, встала на месте и повернулась.

– Третья касса, – сказал ей Дон с лицом, безэмоциональным, как у гипсового манекена – Возьми билет в третьей кассе, я уже обо всём договорился.

Не выдержав, Кейт чертыхнулась, развернулась обратно в сторону касс и зашагала вперед.

***

Почему мне кажется, что это какой-то заговор, думала она, добравшись до третьей кассы, и встав в небольшую, в три человека, очередь, почему вокруг этого Хасзета так вдруг всё бешено завертелось, и почему все, кто хоть каким-то образом с ним связан, и заявляет, что мне необходимо туда попасть, ведут себя так странно… Так, как будто бы из них вытряхнули душу. У этих двоих – что у этой дамочки по фамилии Стивенсон, что у Дона даже взгляд какой-то… Одинаковый… Особенно странно это выглядело по отношению к Дону. Если это какой-то заговор, со стороны Фингерлина или кого-то ещё, можно ли было допустить то, что Дон принимает в нём какое-то участие? Нет, как бы она не крутила в своей голове вероятность такого, и с какой бы стороны она не пыталась её рассмотреть, лучше от этого эта вероятность там не помещалась. Дон был ей другом, очень старым, и очень хорошим, выручал её столь же много раз, сколь и она его. Они трое – Дэвид, Кейт, Дон – были неразлучны с друг-другом со времен полицейской академии, в молодости представляя из себя неразрывный любовно-дружеский треугольник, когда оба приятеля конкурируют за сердце девушки, но из-за собственной большой дружбы не желают ссориться из-за неё, и просто ждут, когда же она выберет из них двух сама. Теперь это, конечно же, давно было в прошлом, у Дона своя семья, и он едва ли испытывает к ней что-то большее, чем сильная дружеская симпатия, но… Разве даже этого мало? Одному Богу может быть известно, на какие рычаги нужно надавить, чтобы заставить Дона помогать устраивать ей подставу. А если это подстава, то, следовательно, в этом всём как-то и замешан и Дэвид. Он, наверное, до сих пор немного зол на неё, или не зол, скорее, чувствует по отношению к ней какое-то напряжение, возможно, даже старается забыть… Но заманивать её в ловушку… Нет, чтобы он и она сейчас о друг-друге не думали, этого просто не может быть… Это будет так низко… По-звериному. Нелепо. Такого просто не может быть.

Стоящая впереди неё троица людей наконец-таки по очереди покончила со своими делами у кассы, и она подошла к ней сама. Кассирша была чем-то занята, и она выложила перед ней свой документы.

– Куда? – вдруг спросила кассирша, резко и неожиданно подняв на неё взгляд, так, что Кейт чуть было не убрала свои документы прочь с небольшого подоконника, разделенного пополам плексигласовой прозрачной стенкой, с полукруглым окошечком у основания, но женщина, на её удачу, оказалась проворнее и всё же успела схватить документы первей, чем она – В какую сторону… Стоп, это Вам был заказан билет до Хасзета?

– Мне, – несколько оробев, подтвердила Кейт – у женщины за окошком была мина вечно недовольной тучной ведьмы, которую кто-то шутки ради сделал прическу, засунул в форменную одежду служащей автовокзала, и заставил продавать людям билеты, чем вверг её в ещё более злобное состояние – Мне… На…

– На семнадцать минут второго, не продолжайте, – сказала кассирша одновременно и буднично и устало, так, как мог бы сказать лишь человек, который наблюдает за людьми и их поступками уже столь много времени, что ни одна, пусть даже и самая нелепая, глупость, уже не может показаться ей ни забавной, ни чудовищной. Потом она полезла в уже открытый кассовый аппарат и, из одного из отделении достала белый прямоугольник из тонкой бумаги, с одной стороны которого были напечатаны какие-то строчки, заключенные в рамку, а на другую был нанесен принт в виде волнистых линий, чередующихся с логотипом «Государственных гражданских автоперевозок»

– Вот, это Ваше, билет уже оплачен, в личности Вашей я уже удостоверилась, – сказала кассир, а потом улыбнулась – улыбка преобразила её лицо до такой степени, что из жабы в парике она тотчас же превратилась в довольно-таки симпатичную полупенсионерку, вполне обыденную, которая продолжает работать и после выхода на пенсию, дабы подзаработать на подарки своим внукам и детям, но уже вступила в какой-нибудь клуб для тех, кому за пятьдесят, чтобы вместе с собственными соседями по улице играть в лото или заниматься вязанием на спицах – Счастливой поездки, мисс Сноджнот, и спасибо за то, что пользуетесь услугами нашей транспортной компании…

– Ага, – пробормотала Кейт, тоже улыбнувшись – но чуть заметно – а затем, продолжая чувствовать всё то же неясное беспокойство, вернулась в зал ожидания, к Дону.

– Что, всё, получила? – поинтересовался он у неё, когда она вновь уселась рядом с ним на один из неудобных стульев с пластиковым сиденьем.

Она кивнула ему, и помахала перед собой билетом и документами, сложенными вместе. Хотела уже положить их в свою сумочку, но Дон не дал ей сделать это и перехватил их, чуть ли не выдернув их у Кейт из руки.

– Эй, эй, в чём дело? – испуганно воскликнула Кейт и потянулась к нему, чтобы вернуть себе и билет, и документы. Тот ничего не сказал, только успокаивающе взмахнул одной рукой, как бы говоря, что всё нормально, а затем, отдав документы Кейт, зачем очень внимательно, чуть ли не поднеся его к самому своему носу, осмотрел билет.

– Ничего особенного, Кейт, не беспокойся, – пробормотал он, с удовлетворённым видом поджав нижнюю губу, а затем вернул Кейт обратно и билет – Они всё сделали так, как я их и просил. Экспресс-рейс, мы доедем до Хасзета с ветерком… Я просто боялся, как бы они там не напутали…

– Не напутали, – повторила Кейт вслед за ним, точно загипнотизированная, а потом засунула его между корочек своего паспорта. На секунду всё это – и билет, и её документы – показались ей на ощупь такими же странными, как будто бы сделанными из чего-то живого, как и та фотография, и визитка миз Стивенсон… Но потом это ощущение исчезло – Ты просто боялся, что они могут напутать…

– Да, – согласился с ней Дон, теперь обычный, нормальный Дон, к которому она привыкла за годы знакомства с ним, а не какой-то неживой чужак, который пробрался в его костюм и тело, манипулируя им, и робко улыбнулся – Ты… Я что, как-то не так себя вёл?

Она промолчала, отведя глаза в сторону. Да, Дон стал нормальным, но ощущение нереальности происходящего с ней никуда не исчезло. Как будто бы я, сама того не зная, участвую в каком-то спектакле, думала она, сценарий которого меняется прямо на ходу, чтобы он выглядел как можно более естественнее.

– У нас каждая минута на счету, – произнес Дон, немного смутившись от её молчания – Никто не знает, что сейчас с Дэвидом, где он находится, и что с ним происходит, и я предпочёл бы найти его прежде, чем с ним произойдет что-то… Необратимое… Я волновался… Я обычно всегда волнуюсь в таких ситуациях за каждую мелочь, ты же знаешь…

Нет, я не знаю, подумала Кейт про себя, вернее, может быть, ты и волнуешься, но так ли, как сейчас, это обычно происходит?…

– Ладно, – пробормотал Дон – Раз всё нормально, значит, всё нормально. Будем надеяться, что мы успеем в Хасзет вовремя.

Она некоторое время молчала, а потом, подняв взгляд, оглянулась по сторонам. Люди стояли у касс в очередях, у одной она была большая, у другой – поменьше, но с виду в них не было ничего необычного, люди не вырастали друг за другом прямо из пола, как шампиньоны сквозь асфальт, а вполне себе обыденно подходили к очереди и устраивались за стоящим в конце, а те, кто заканчивал со своими делами, не таяли в воздухе, а просто отходили прочь, в зал, где искали свободные места на скамьях, и садились на них. Она явно находилась посреди реальности, а не в собственном бредовом сне с чрезмерно преувеличенной реалистичностью, чего бы ей сейчас не казалось.

Именно так, наверное, и начинают сходить с ума, подумала Кейт, вновь обескураженно опустив взгляд вниз, сначала им начинает казаться разнообразная случайная ерунда, потом, зацепившись за неё, они начинают искать её повсюду, даже там, где её нет… Пока не находят…

Она, пытаясь отогнать от себя эти мысли, невольно тряхнула головой и, поднеся пальцы к вискам, немного помассировала их.

– Что с тобой? – обратился к ней Дон – Ты плохо спала этой ночью?

– Нет, нормально, – проворчала она, устало злясь невесть за что не то на себя, не то на Дона – Слушай, почему ты не свяжешься с полицией Хасзета прямо сейчас? Что мы будем делать, когда приедем туда, где мы будем искать его, кого расспрашивать… И о чём?

Дон сначала промолчал, кажется, удивленный этим вопросом, слегка вытянув губы в трубочку, со вновь странно остекленевшим взглядом, а потом, посмотрев на неё, медленно, чуть ли не по слогам, сказал:

– Откуда я буду сейчас туда звонить? С таксофона?

– Предположим, что да…

Дон пошевелил всё ещё сложенными в трубочку губами (откуда у него вообще эта идиотская мимика, чёрт его разбери, вновь забарахтались темные мысли в голове Кейт, в жизни никогда не видела, чтобы он корчил этакие дурацкие гримасы), потом, сняв со своей головы шляпу, положил её рядом с собой на газету, и произнес:

– Вообще… Вообще я не особо уверен в том, что они там у себя в Хасзете знают о пропаже Дэвида больше, чем я или ты. Возможно, что о его существовании-то узнали только совсем недавно, и то лишь потому, что я попросил наших ребят позвонить им туда и заставить их как-то пошевелиться насчет этого… Собрать информацию… А заставить их это сделать – ты сама должна знать об этом – дело тяжелое и неблагодарное. Это ненадежные парни, лично я бы не доверил хасзетскому копу даже снимать котенка с дерева, пока не удостоверился бы в том, что он не намерен сбежать с ним, и не продать его на стороне… Или не запросить за это у меня денег…

– Подумать, так попытка будет смертельной… У нас на данный момент всё равно нет ни единой карты в руках, кроме этой. Я ещё раз тебя спрашиваю – что мы будем делать, когда там появимся? Будем спрашивать о Дэвиде всех, кого увидим? Заходить в каждый дом, в каждую квартиру?

Вместо ответа Дон опять погрузился в свои молчаливые раздумья.

– Послушай, – вдруг встрепенулся он – А что если нам попробовать пойти по следам этого твоего Шина Тейка? У меня такое ощущение, что…

– Эй, знаешь чего, давай уже завязывай со своими идиотскими ощущениями, предчувствиями, или как ты их там называешь! – оборвала его Кейт со злобой – Какой-такой, к чертовой матери, Шин Тейк? Зачем он нам сейчас? Я знаю о его судьбе едва ли больше, чем о судьбе Дэвида, а то и меньше, потому что Дэвид, по крайней мере, реальный, а этот идиотский частный детектив… Одному Богу только известно, существует ли он на самом деле, или это только лишь порождение буйной фантазии той дамочки, которая заявилась ко мне вчера в офис… Да ты же сам мне вчера говорил, что это – имя какого-то персонажа из детективных книжек в мягкой обложке…

– Не совсем, – пробормотал Дон, и ухмыльнулся какой-то непонятной, не то виноватой, не то удивляющейся какому-то дурацкому недоумению улыбкой – Я вчера перепутал. Этого парня из книжек зовут не Шин Тейк, а Тин Шейк.

– Что? Шейк Консервных Банок? Что за бредовое имечко?

Ухмылка Дона стала ещё шире, и он поднял взгляд на неё. Выражение лица у него было как у ребенка, устроившего какой-то невинный фокус с своим родителям.

– Это потому что он – персонаж из детской книжки, – объяснил он – Моей дочери пару месяцев тому назад исполнилось восемь лет, и мы купили ей книжку про этого Тин Шейка. Он – ворона, живущая в Мусорном Мегаполисе, и звать его – Потрясатель Консервных Банок…

– И он – частный детектив?

– Да.

– И что же он там расследует на этой своей… Помойке?

– Если верить Лиссе, то воюет с крысиной мафией и их жутким главарём, который жаждет устроить из его родной мусорки нечто вроде древней восточной деспотии…

– Какой кошмар… И ты даешь читать своей дочери читать этакую дрянь, про криминальные войны крыс с воронами за власть на помойке?

– Боже, да она сама у меня его выпросила! Эта хренотень сейчас очень популярна, найти томик, наверное, можно в любом ларьке с периодикой, да и все её друзья уже читают, говорят, что очень весело…

– Ну, мальчишке, быть может, это и весело, но девочке… Ладно. Так ты этим самым хочешь сказать мне, что этот самый Шин Тейк – а не Тин Шейк – может быть не таким уж и вымышленным?

– Я не знаю, вчера, по крайней мере, его существование казалось мне весьма фиктивным, но сегодня…

– Что – сегодня? – удивилась она – Неужели факт осознания того, что вчера ты просто перепутал имя этого типа с именем персонажа детской книжки, для тебя поменял так много? Ты сказал, что такого парня нет даже в картотеке того отделения, которое находилось в районе, в котором он работал!

– А почему оно должно было обязательно там быть? Далеко не все жители города имеют личную карточку в полицейских архивах…

– Так, – она резко и раздраженно взмахнула руками – Давай забудем об этом парне, сейчас нас должен волновать совсем не он, а Дэвид. У тебя есть полупенни, чтобы забросить его в таксофон, и сделать из его будки звонок в отделение полиции Хасзета?

– Не знаю, – пробурчал Дон, явно недовольный тем, что его заставляют отклониться от заинтересовавшего его плана – Наверное, есть…

– Вот, поищи, и сделай полезное дело. Хватит заниматься хрен знает чем, так мы не найдем Дэвида никогда, и нам очень крупно повезет, если к тому времени, как мы развернём в Хасзете какие-то толковые поиски, тот просто вернется в Джонстаун, и выяснится, что он просто ездил туда по своим делам…

Вздохнув, Дон с кислой миной встал с места и стал охлопывать себя по карманам. Наконец-таки, после двадцати-тридцати секунд поисков он выудил из своего кармана нечто, похожее на полупенни, и, слегка подбросив его в воздух и поймав, вместе с ним направился куда-то в правую часть зала ожидания, там, где находился ряд будок из металла и прочной пластмассы, очевидно – таксофонов.

Она же, оставшись одна, устало откинулась на спинку скамьи и стала ждать, когда он вернется обратно, с хоть какими-нибудь новостями.

После того, как Дон рассказал ей о том, что перепутал этого дурацкого Шина Тейка с вороной-сыщиком из детской книжки, её сердце стало биться гораздо более ровнее, а в голове немного прояснилось… Хотя никаких очевидных причин для этого у неё, если подумать, не было. Да, кое-чего ей эти слова Дона всё-таки разъяснили, хотя бы дали возможность сделать кое-какие догадки, например, насчет его странного поведения – можно было предположить, что вчера, совершив настолько идиотскую ошибку, он сначала сделал её (а ещё тот факт, что никаких людей по имени Шин Тейк не содержится в полицейских картотеках) основополагающей в теории о том, что кто-то желает не то разыграть, не то подставить Кейт за счет поисков вымышленного человека, а потом, осознав всё это, опять же, мог страшно устыдиться этого, даже подумать, что благодаря своим глупым, не продуманным домыслам он разрушает частную следовательскую карьеру Кейт, а теперь, когда где-то в окрестностях Хасзета пропал их общий старинный друг Дэвид Гроссман, и Дону понадобилась помощь Кейт, хотя бы просто для того, чтобы она знала об этом, он волей-неволей был вынужден поставить себя в дурацкое положение, при котором он, ещё вчера отговаривая её от поездки в Хасзет, сегодня был должен уговаривать её съездить в Хасзет… Сознавая, что ведёт себя по-дурацки, и тем не менее, вынужденный вести себя по-дурацки, мало кто сможет продолжать вести себя естественно, как ни в чём не бывало, тем паче это было сложно для Дона, который вообще плохо умел что врать, что притворяться, что держать нужную мину при ненужной игре, и возможно, всё это было прекрасным объяснением его сегодняшним странным манерам, но… Почему же он, ко всему прочему, теперь ещё и пытался переубедить её насчет необходимости поисков этого треклятого Тейка? Конечно, тут этот вопрос должен был стоять, пожалуй, не так, скорее, почему он пытался намекнуть ей на это, но ведь суть от этого особенно не менялась… Может быть, если мы пойдем по его следам… Следам? Да что за идиотская чушь? Какие следы могут быть в Хасзете у этого несчастного Тейка? Что у них есть на него вообще? Да, допустим, можно предположить, что об этой пропаже в полиции Хасзета знают гораздо больше, чем о Дэвиде, который вдруг ни с того, ни с сего исчез в их городе буквально вчера, и об этом-то ей так старательно и пытался сообщить Дон, просто она не дала ему толком договорить… Но с какого-такого переполоху Дон взял, что следы Тейка (если таковые вообще имеют место быть в природе) могут пересекаться со следами Дэвида настолько часто, что один, несомненно, должен будет вывести их на другого? Хасзет – небольшой городишко, почти в два раза меньше Джонстауна, но дел для частного детектива или у представителя любого другого связанного с борьбой с криминалом ремесла там может найтись более, чем предостаточно, и предполагать, что Дэвид пропал там по тем же причинам, что и Тейк – это было почти тоже самое, что и пытаться найти наугад звезду на полуденном небе. Да и не хотелось ей искать этого Тейка, совершенно не хотелось, особенно сейчас, после всех вчерашних событий и видений. У неё, в отличие от Дона, предчувствия бывали, и самые настоящие, о которых не будешь поминать всякий раз, когда тебе потребуется лишний довод для доказательства собственной правоты. И интуицией она, как и всякая женщина, так же мало-мальски, но владела. Сейчас она, например, подсказывала Кейт, что впутываться в делишки этого самого Тейка им совершенно ни к чему, так как ни толку, ни добра им от этого не будет…

– Вот, смотри сама, – вдруг раздался над самой её головой голос Дона, и она, вздрогнув, от испуга чуть было не соскочила со скамьи. Рядом с ней шлепнулось что-то одновременно легкое и твердое и плоское – она дернула головой в эту сторону, и увидела, что это – яркая и блестящая книжка с цветным рисунком на покрытой пластиковой пленкой обложке. Надпись крупными буквами на ней гласила: «Тин Шейк, Вороний Детектив», а чуть пониже, меньшим шрифтом было подписано: «Против Собачьего Барона» – Не пожалел денег, чтобы ты удостоверилась.

– Ты, – она взяла книжку в руки, и стала всматриваться в рисунок на ней – Ты занимался делом, или бегал по магазинам детских товаров? Что там с Хасзетской полицией? Ты им звонил?

– Да, – на физиономии Дона было успокаивающе-гордое выражение – Звонил, и не безрезультатно. Они сказали, что Дэвида действительно видели в их городе, что он искал подходящий отель в их Восточном районе…

Она продолжала рассматривать обложку книги, тонкой, едва ли большей, чем на полторы сотни страниц. Картинка на ней была вполне ожидаемой, даже можно сказать, стереотипной – сытая, круглоглазая ворона с искажённым в довольной ухмылке большим, чуть загнутым вниз клювом, с коричневой, широкополой до карикатурности «федоре» на голове, и с чем-то вроде водяного пистолета в одном каком-то уж чересчур оперенном крыле обеими лапами попирала какого-то облезлого зверя, напоминающего стареющего волка с расслабленным галстуком на шее – ничего особенного, однако ей почему-то немедленно показалось, что с этой картинкой что-то не так…

– Отель? – переспросила она у Дона – А какие там у них есть отели вообще?

– Там нет отелей, там только несколько дешевых гостиниц, – сообщил ей Дон – Семь, или восемь, что-то около этого. Какая из них находится именно в Восточном районе, я не в курсе, но полиция Хасзета, знаешь ли, оказалась на диво проворной, и они уже навели справки о Дэвиде во всех гостиницах города.

– И? – обложка книги была темно-синей, почти черной, стилизованной под бульварный нуарный роман конца прошлого десятилетия, над вороной в шляпе расцветал малиновый рассвет, а под полуволком-полукойотом расплывалась, будто лужа, фиолетово-сиреневая дымка; и, если взглянуть на эту картинку вскользь, то могло показаться, что поверженный хищник будто бы плавает в ней, как в придорожной канаве, полной дождевой воды – Они его нашли?

– Нет, к сожалению. Но ты правильно настояла на том, чтобы я всё-таки позвонил им. В одной из гостиниц он всё-таки появлялся, зарегистрировал своё имя, а потом куда-то исчез… Среди ночи, не дав им там ни возможности взглянуть на свои удостоверения личности, ни возможности вручить ему ключ от номера. Всё, что у них там о нём есть – так это его имя и фамилия в книге приема, и ничего более. Он, судя по всему, лишь планировал остановиться там, но в последний момент передумал, и исчез, пока портье копался в своих бумагах.

– Они сказали тебе, что это за гостиница? – спросила она у него, продолжая рассматривать книжку о приключениях бравой вороны по кличке Трясун Жестянками – Где она там находится и как её название?

– Ну, конечно же! Гостиница называется «У Старого Парка»… Она правда, оказалась не в Восточном, а в Северо-Западном районе, но…

Она, наконец, отложила книжку в сторону, и взглянула на Дона прямо. Спросила:

– А ты хорошо ориентируешься в Хасзете? Хоть раз там бывал?

– Да, бывал пару раз, – ответил он – Думаю, что без чужой помощи мы сможем там сориентироваться.