Сказки о малышке-волшебнице Мафер

Тот моргнул.

– Летающих карет не существует, – отрезал он строго. – Лицензия выдается на управление самолётом или вертолётом, а космонавтам – на полёт ракеты. Для несуществующих летающих карет ничего не требуется…

– Вот и отлично! – обрадовалась Мафер, радостно хлопнув в ладоши.

И в ту же секунду карета – мягко, легко, будто была воздушным шариком вместо тяжёлой тыквы – поднялась в воздух. Сначала чуть-чуть, оторвав колёсики от асфальта, потом выше, выше, пока не повисла на уровне десятого этажа. Ветер зашумел в занавесках, волосы Мафер взметнулись, а у солдат-помидоров на миг задрожали шпаги.

Ошарашенный полицейский и весь народ вокруг замерли. Кто-то икнул. Кто-то сжал сумку, словно боялся, что карета сейчас ещё и заговорит. А она – взяла и взлетела, как будто это самое обычное дело.

Кучер-худышка хлестнул коней, и те, не ощущая под копытами дороги, поскакали по воздуху так, как будто действительно мчались по земле. Воздух перед ними рассекался волнами, ритм их шага отдавался эхом в вечернем небе.

Жители Винтертура такого не видели никогда и, по правде говоря, видеть не хотели. Одни закричали: «Это колдовство!», другие схватились за головы. Некоторые решили, что это галлюцинация от переутомления, и кинулись в аптеку просить капли от нервов. Полицейский засунул свисток в рот, набрал воздух в грудь, уже собираясь регулировать… что? Воздушное движение? Но вспомнил, что в воздухе он не главный, да и карета уже исчезла за крышами – свисти, не свисти, толку нет.

Тем временем Мафер и Кабаносик смотрели вниз. Город казался игрушечным – маленькие домики, крошечные фигурки людей, копошащиеся, как муравьи, поднятые лица, полные удивления и страха. Внизу слышались крики – восторженные, испуганные, обиженные, все перемешанные в один странный хор.

– Мяу… натворили мы дел, – протянул кот, поёживаясь. – Лучше нам вернуться, пока нас не опознали.

Если честно, Кабаносику и вовсе не нравилось летать. Лазить по крышам – другое дело, там всё понятно, твердо под лапами. А здесь… слишком много неба, слишком мало земли. И падать отсюда ну совсем не хотелось.

Люди-овощи, сопровождавшие экипаж, никаких чувств не испытывали. На месте страха у них было пустое пространство. Они сидели прямо, неподвижно, как вырезанные из мягкого пластика фигуры.

– Точно, дружок мой, – согласилась маленькая волшебница, погладила кота по голове и пожелала, чтобы экипаж взял путь обратно.

И карета, послушавшись, начала мягко снижаться, как лёгкий воздушный плод, возвращающийся на гряду.

Не прошло и пяти минут, как карета мягко, словно огромная птица, потерявшая интерес к полёту, спустилась с неба и вкатила во двор. Колёса едва коснулись земли, как всё вокруг пошло вспять: кучер, едва соскочив на траву, вытянулся, будто таял под солнцем, и снова стал обычной худой морковью, упавшей рядом с грядкой; солдаты-помидоры плюхнулись на землю и раскатились в стороны, тяжело покачиваясь, будто сердились, что их лишили оружия и службы. Их красные пузатые тела больше не держали шпаг, не стояли в строю, а просто лежали, как овощи, какими они и были.

Карета дернулась, встрепенулась, будто вздохнула напоследок, и в одно мгновение съёжилась, втянув колёса, фонари, сиденья, двери и люстру – пока не превратилась в обычную оранжевую тыкву, слегка помятую после приключений. Платье принцессы на Мафер исчезло, не оставив даже блёстки, и снова стала на девочке её обычная одежда – джинсы, рубашка и спортивные туфли.

И ничто вокруг больше не говорило о чудесной прогулке в небо. Лишь один свидетель и соучастник приключения не успел вернуться к нормальности – Кабаносик. Он шипел от удовольствия, катая помидоры по огороду, словно яркие блестящие мячи, а сам при этом подвывал, будто объявлял огород своей личной спортивной площадкой. Кот носился между грядками, оставляя за собой след из травинок и довольного мурчания.

Оказалось, вернулись вовремя, потому что из дома вышла Маргарет, протирая руки о фартук. Старушка улыбалась так тепло, будто и правда только что думала о них.

– О-о-о, мои дорогие, не скучаете? – сказала она, глядя на довольного кота. – Вижу, коту весело в моём саду. Идём, Мафер, я приготовила вкусный суп, поешь.

Она повела девочку в гостиную, усадила за стол. На нём в тарелках дымился суп – густой, ароматный, золотистый, с плавающими кусочками моркови, картофеля и ароматными зелёными листочками, а сверху вился тёплый пар, пахнущий домом и теплом. Мафер взяла ложку и, попробовав суп, почувствовала, как внутри распускается мягкое, уютное чувство – точно так же, как распускается бутон тёплым утром.

В это время по телевизору шли новости. Взволнованная дикторша, с горящими глазами, говорила быстро, словно боялась, что чудо исчезнет, если говорить медленнее. На экране показывали трясущуюся видеосъёмку, снятую кем-то на телефон.

– Сегодня в городе появился необычный экипаж, – торопливо произносила женщина. – По словам очевидцев, по главной улице мчалась карета, похожая на ту, что встречается в старинных сказках. Прохожие утверждают, что она была ярко-оранжевой, с фонарями, с лошадьми и кучером. Однако самое невероятное – карета взлетела в воздух и исчезла среди облаков. Мы получили десятки звонков и видео от жителей города! Эксперты пока не дают комментариев…

За кадром слышались крики: «Вот она! Смотрите, смотрите!» – затем небо, размытые силуэты и ржание, которое могло быть просто звуком ветра.

Мафер сжалась, как маленькая мышка, увидевшая кота, и тревожно посмотрела на Кабаносика. Кот сидел на коврике, шевелил хвостом и недовольно щурился на экран, словно опасался, что вот-вот там появится и он, и его хозяйка – и тогда что? Как всё объяснять?

Но тут фрау Майли захохотала.

– Ой, чего только журналисты не придумают! – воскликнула она. – Вечно сказки, небылицы в их репортажах! И даже мультфильм про карету сняли, ха-ха-ха…

Мафер вздохнула с облегчением. Старушка ничего не поняла – и слава Богу.

Не успели они закончить обед, как в комнату вошла мама Течи. Едва переступив порог, она заговорила быстро:

– Ох, не поверите! Весь город говорит о какой-то карете, о принцессе… Может, это цирк приехал? Или выступление артистов передвижного театра?

– Да-да, в новостях об этом сообщали, – махнула рукой фрау Майли. – Мне кажется, всё это ерунда.

– Да-да, я тоже так подумала, – подхватила Течи. – Как моя малышка?

– Прекрасно провели время, – радостно сказала старушка. – Занимались огородничеством, читали сказку про Золушку. А потом я приготовила обед. Хотите попробовать мой суп?

Течи не отказалась, села за стол и после первой ложки восхитилась:

– Прекрасно! Дайте рецепт, я буду готовить такой же дома.

Мафер сидела тихо-тихо, радуясь, что никто даже не упоминает о тыкве-карете. Только Кабаносик хмыкал и хитро щурился – ведь он-то знал, что у маленьких волшебниц приключений много, и это только начало. Он подтянул хвост к лапам, свернулся клубком и лениво подумал:

«Мяу… ну ничего. Завтра будет новый день. А где Мафер – там и чудеса».

И так закончилась эта сказка – тихо, уютно, под аромат домашнего супа и под довольное мурлыканье кота, который лучше всех знал: приключения ещё впереди.

(26 декабря 2015 года, Элгг,Переработано 24 ноября 2025 года, Винтертур)

Как Мафер в Африке отдыхала

Однажды в гости к Мафер пришла Нэнэ – маленькая африканка с кудрявыми волосами, весело подпрыгивающими, когда она смеялась, и глазами цвета тёплого шоколада. Ей было шесть лет, на год старше Мафер, и она сразу наполнила комнату солнечным светом и радостью. Но пришла Нэнэ не одна: с ней была её мама – высокая, изящная женщина с глубокими глазами, в которых светилась забота. В длинном пальто и мягком шарфе она оживлённо разговаривала с мамой Мафер о работе, поездках, рецептах и планах на будущее, совсем не замечая, что разговоры взрослых детям совсем неинтересны.

Тем временем мамы отпустили девочек поиграть в сад. Зима стояла уже настоящая: солнце светило, но не грело, а все деревья, трава и кусты были покрыты белой искрящейся коркой снега, словно мир укрылся мягким, хрустящим одеялом. Мороз розовел щеки девочек, и при каждом выдохе из их ртов вырывался лёгкий пар. В тёплых пальто, сапожках, варежках и вязанных шапках бегать и бросаться снежками было непросто, но идей для зимних развлечений хватало.

Кот Кабаносик, пушистый и упитанный, кружил вокруг девочек, изредка шипя и мяукая:

– Мяу-у-у… ш-ш-ш…

Мафер умела понимать каждый его совет, а Нэнэ смеялась, думая, что кот просто забавный питомец. Девочки сами знали, как лепить снеговика и строить снежные замки.

Они скатали два больших снежных кома, аккуратно соединили их, уплотнили снег руками. Нэнэ вставила морковку вместо носа, Мафер выбрала для глаз блестящие угольки. Из небольших снежных шариков они сделали руки и ноги, закрепив их на туловище. Снег осыпался, варежки промокали, но девочки смеялись и творили дальше.

– Ох, как здорово! – улыбнулась Нэнэ, когда снеговик наконец обрел форму.

– Да, мне тоже нравится, – согласилась Мафер, глядя на своё творение и раздумывая, что ещё можно придумать.

И тут Нэнэ сказала задумчиво:

– Знаешь, Мафер, в моей стране нет снега.

Мафер удивилась:

– Никогда?

– Никогда, – ответила Нэнэ. – У нас жара, пустыня, савана. Там живут жирафы и верблюды, львы и носороги, в озёрах плавают крокодилы и гиппопотамы. Снег встречается лишь высоко-высоко в горах, очень далеко от нас.

– Ой, как интересно! – воскликнула Мафер. – Я тоже хочу в Африку!

– Но мы же здесь, в Винтертуре, а до Африки нужно лететь много часов, – печально сказала Нэнэ. – Зато я видела настоящую швейцарскую зиму и мне здесь тоже очень нравится.

Мафер задумалась. Ей так хотелось увидеть далекий континент, о котором Нэнэ рассказывала столько интересного! Но мама Течи никогда бы не отпустила её туда одну. И тут у маленькой волшебницы появилась идея.

– Нэнэ, давай устроим Африку в нашем саду, прямо здесь! – предложила она.

Подружка удивленно нахмурилась:

– Это как?

– Очень просто, – ответила Мафер, не рассказывая о том, что умеет волшебство. – Просто скажи, как выглядит Африка.

Нэнэ задумалась и стала оглядываться.

– Э-э-э, у нас растут пальмы с бананами, – начала она объяснять.

Мафер посмотрела на три деревца в саду – тополь, ясень и дуб. Листьев на них уже не было, ведь зимой деревья как будто спят, а ветки покрывала хрустящая белая корка снега. Она осыпалась мягкими хлопьями, словно природа создала ледяные облака на каждой веточке, переливаясь на солнце серебристо-белым сиянием. «Хочу, чтобы они стали пальмами», – подумала Мафер тихо, чтобы Нэнэ не услышала.

И вдруг деревья начали меняться: белый снег на ветках растворился, ветви вытянулись вверх и покрутились, листья стали широкими и длинными, золотисто-зелёными, а с верхушек свисали гроздья бананов. Лёгкий ветер колыхнул новые кроны, и аромат тропиков мгновенно наполнил сад. Глаза Нэнэ округлились от изумления.

– Ой, смотри! – воскликнула она. – Как это произошло?

– Это магия, – улыбнулась Мафер. – Похожи на пальмы?

– Конечно, конечно! – запрыгала Нэнэ от радости. – Они даже пахнут как настоящие пальмы!

Кот Кабаносик наблюдал за чудесами с подозрением. Его пушистая спина подрагивала, а усы дрожали: привычный сад вдруг превратился в тропический уголок, и любимые снежные дорожки исчезли под зеленью.

– Мяу, – промяукал он, но Мафер успокоила:

– Не беспокойся, я потом всё верну на место! Сделаю, как было.

Кот фыркнул и отошел подальше. Снег, покрывающий землю, был его стихией, здесь он любил кататься и гоняться за снежками, а теперь всё казалось странным и чужим.

– А что ещё есть в Африке? – спросила Нэнэ.

– Там живут фламинго – это длинноногие птицы с ярко-розовыми перьями и изогнутыми клювами… и есть попугаи, которые повторяют за человеком слова, – ответила Мафер, оглядевшись.

На камне неподалёку сидел ворон, наблюдавший за Кабаносиком, который пытался скатать из снега шар. Рядом воробей клевал зерна, что оставила ему утром соседка старушка Матильда. Она всегда заботилась о животных, особенно зимой, чтобы никому не было холодно и голодно.

– Придумала! – сказала Мафер и прошептала своё желание.

Ворон мгновенно превратился во фламинго: его длинные розовые ноги и яркое перо расцвели, шея изящно изогнулась, а клюв принял характерную форму. Воробей стал разноцветным попугаем с зелёными, синими и красными перьями, который забавно клевал зерно, но уже казался частью африканской сцены. Нэнэ хлопала в ладоши – теперь сад действительно походил на Африку.

– Только жирафа не хватает! – заметила она.

– О-о-о, это не проблема! – сказала Мафер и посмотрела на Кабаносика. Через секунду кот превратился в жирафа, правда, не больше двух метров в высоту. Волшебница специально сделала его невысоким, чтобы он не заглядывал в окна соседей и никого не смущал.

Кабаносик недовольно мяукнул:

– Мяу-у…

Хотя жирафы обычно не мяукают, маленький волшебный жираф говорил по-своему, а Мафер поняла, что он хотел бы стать тигром. Но тигры в Африке, как пояснила Нэнэ, не водятся; есть только львы. А если в сад выйдут мамы девочек, они испугаются и закричат дикими голосами, так что превратить кота в льва было опасно.

– Останешься жирафом, мой дружок, – твёрдо сказала Мафер, и коту пришлось согласиться.

– В Африке жарко, – напомнила Нэнэ. – Там сидят на плетёных стульях и пьют соки из манго и ананасов!

Это было правдой, и Мафер решила сразу добавить реализма в сад. Солнце поднялось высоко и стало палить так, что снег начал таять, капли стекали с веток пальм, почва подсохла и треснула, а на земле появились первые яркие цветы – оранжевые, красные и жёлтые, словно маленькие солнечные огоньки. Лепестки были тонкие и блестели на солнце, напоминая летнее тепло, хотя пальмы слегка колыхались на ветру, а фламинго прогуливался рядом, величественно вытягивая ноги и изящно изгибая шею. Попугай тараторил вслед за Мафер разные слова, а жираф раскачивал шеей, высматривая сверху возможную опасность – вредных собак, с которыми у Кабаносика была вечная вражда.

Потом появились стол, стулья и прозрачные стаканы со свежим соком из манго. Девочки скинули пальто, шапки и сапожки, устроились поудобнее, взяли стаканы и через трубочки медленно потягивали сладкий ароматный напиток. Сок был прохладный и густой, оставляя сладкий привкус на губах, а летний африканский свет и тепло делали этот момент особенно уютным.

– Это лучше, чем в детском саду! – призналась Мафер Нэнэ, улыбаясь.

– Конечно, лучше, – согласилась Нэнэ. – В саду нужно делать то, чего не хочется, а в Африке ты сам себе хозяин: что хочешь, то и делаешь!

– Что ещё есть в Африке? – поинтересовалась Мафер.

– Змеи и слоны… – ответила Нэнэ.

Создавать змей Мафер не хотела – рептилии ей совсем не нравились. А вот слоны… Её взгляд упал на старенький «Пежо» соседки Матильды, на котором та обычно ездила за продуктами в магазин. Озорной блеск загорелся в глазах Мафер, и Нэнэ сразу поняла, что сейчас произойдёт магия.

И точно, не успела африканка моргнуть, как автомобиль начал медленно трансформироваться: металл растянулся и расширился, колёса превратились в массивные ступни, двери сложились и сформировали туловище, а из крыши выросли изящные слоновьи уши и длинный гибкий хобот. Так появился металлический слон: он шагал как робот, с тихим скрипом и гулом, но выглядел живым и создавал атмосферу настоящей Африки. Девочки радостно захлопали в ладоши. Слон аккуратно ходил рядом с садом, по асфальту, не трогая траву и пальмы, словно понимал, что здесь всё ещё нужно беречь маленький волшебный мир.

Попугай прыгал с камня на камень и весело тараторил слова, что слышал от людей:

– Аф-ри-ка! Аф-ри-ка!.. Ба-на-ны!.. Ба-на-ны!.. Кро-ко-ди-лы!..

– Ах, да, чуть не забыла! – воскликнула Нэнэ. – У нас в Африке по деревьям прыгают мартышки!

И она запела:

«Прыг-скок, с ветки на ветку,

Бананы и смех, и весёлый бег!

Мартышки пляшут, солнце блестит,

Африка зовёт, смех вокруг звучит!

Танцуй, прыгай, скакалочка моя,

Весёлая Африка всегда для тебя!»

– О-о-о, это хорошо! – согласилась Мафер. Она заметила двух жаб под камнем, и в одно мгновение они превратились в маленьких озорных обезьян.

Но мартышки оказались настоящими проказницами: они тут же запрыгнули на пальмы, срывали бананы и швырялись ими во все стороны. Один банан попал в голову Нэнэ, другой – в ногу Мафер, оставив смешную капельку сока и мягкое прикосновение.

– Эй, прекратите! – закричали девочки, но какой там! Мартышки разгулялись не на шутку: они забрасывали бананами слона, жирафа, балконы соседей и даже окна. Бам! Бам! Бам! – шум поднялся такой, что переполох был неминуем.

Слон ревел, топая металлическими ступнями, жираф (Кабаносик!) мяукал возмущенно, попугай тараторил странные пиратские ругательства (кто его этому научил – было непонятно), а фламинго щёлкал клювом и хлопал крыльями, словно пытаясь держать порядок.

Девочки понимали, что если выглянут соседи, скандала не миновать, а объяснять мамам, что это была «Африка в саду», придётся долго. И Мафер решила действовать:

– Хочу, чтобы всё стало по прежнему! Хлоп!

Волшебство сработало мгновенно: жираф снова превратился в Кабаносика, слон – в старенький «Пежо», попугай стал воробьём, фламинго – вороном, а пальмы вернулись к своему зимнему облику: тополь, ясень и дуб покрылись снегом, ветки блестели морозной коркой. Солнце перестало палить, ветер стих, и начался лёгкий снежок, который мягко опускался на землю, покрывая её пушистым белым покрывалом.

Девочки быстро надели пальто, варежки и шапки, чтобы не простудиться. Кабаносик сердито фыркал, обходил хозяйку стороной, недовольно помахивая хвостом – его обидело, что его жирафье тело снова исчезло, и теперь он снова был обычным котом.

– Ох, жалко, что мы так мало в Африке побывали, – сокрушенно сказала Мафер.

Нэнэ ободряюще улыбнулась:

– Ничего, может, в следующий раз на самом деле слетаем в Африку, только не одни, а с родителями.

– Да, хорошо.

В этот момент в лоб Мафер прилетел снежок. Он был маленький, но плотный, и при ударе слегка щекотал кожу, оставляя след мокрого снега на лице.

– Ой, что это?! – вскричала она, закрывая голову от другой атаки.

Нэнэ закричала в ответ:

– Ой, смотри! Мартышки!

Подняв голову, Мафер увидела двух обезьян, которые почему-то не превратились обратно в жаб. Наверное, волшебство забыло их или мартышки оказались слишком далеко от действия магических сил. Теперь они весело прыгали по крышам домов, с криком перебегали с одной на другую и метали снежки вниз в прохожих. Снежинки рассыпались в воздухе, словно сверкающие ледяные бусинки, а обезьянки смеялись так звонко, что казалось, будто и мороз не способен их остановить. Им было весело, и, к удивлению девочек, им совершенно не холодно.

– Ладно, пускай остаются такими, – решила Мафер. – Может, их потом в зоопарк заберут!

Девочки вернулись из сада в дом. Дом был тёплым и уютным: мягкие ковры на полу, на окнах занавески с цветочными узорами, по полкам расставлены книги и игрушки, а на кухне витал аромат свежего печенья. Мамы уже закончили пить кофе и удивлённо смотрели на дочек.

– Мафер, ты загорела! – сказала мама Течи, недоумевая. – Как это возможно зимой?

Мама Нэнэ улыбнулась и добавила:

– Да, словно была в Африке.

Девочки рассмеялись. Ну, не станешь же объяснять взрослым, что на самом деле они были в Африке, только здесь, в пяти метрах от дома, в своём волшебном саду, где пальмы росли, фламинго прогуливались, жираф смотрел с высоты, а металлический слон шагал рядом, словно настоящий.

Мафер и Нэнэ знали одно: настоящая Африка живёт не только на континенте, но и в их воображении, и там можно побывать в любое время – стоит лишь захотеть, закрыть глаза и позволить волшебству случиться.

И девочки улыбались, вспоминая свои приключения, пока за окном снова падал мягкий снег, покрывая сад белым пушистым ковром и приглашая к новым зимним забавам.

(17 декабря 2015 года, Элгг,Переработано 24 ноября 2025 года, Винтертур)

СКАЗКИ ИЗ ВОЛШЕБНОГО СУНДУЧКА

СКАЗКИ ИЗ ВОЛШЕБНОГО СУНДУЧКА

В одном городе жила-была девочка по имени Лиза. У нее были большие, словно утреннее небо, голубые глаза, золотистые волосы, которые нежно спадали на плечи, и улыбка, способная согреть любого. Она была любознательной и умной, всегда задавала вопросы обо всем вокруг, слушалась родителей и тщательно выполняла свои обязанности: ходила в первый класс, делала уроки, убирала в комнате, мыла посуду, и никогда не забывала о маленьких радостях жизни. Каждую ночь любимая бабушка, седовласая и с морщинками, как мягкие складки старого бархата, присаживалась у кровати внучки и рассказывала ей сказки. Бабушка обладала особым голосом – теплым, глубоким, с легким шепотом, который будто обнимал и защищал, а глаза ее искрились тихой мудростью и добротой.

Сказки были чудесными: волшебство оживало в словах, далекие острова простирались за горизонтами, чудо-рыба могла исполнять желания, ковры-самолеты уносили в облака, а джин из лампы Аладдина появлялся в самый неожиданный момент. Каждая история была поучительной, доброй, с маленькими тайнами и загадками, которые Лиза пыталась разгадать. Девочка ждала ночь с нетерпением, трепетно засыпала под звуки бабушкиного голоса, и в темноте, освещенной мягким светом ночника, ее глаза сияли от ожидания новых чудес.

Но счастье длилось недолго. Бабушки не стало, и мир Лизы потемнел. Сердце девочки сжималось от тоски, и в доме стало пусто и тихо. Ей очень не хватало родного и доброго человека, и каждый вечер она всматривалась в темноту своей комнаты, будто надеясь увидеть бабушку снова. Прошло несколько месяцев, но память о бабушке была слишком яркой, чтобы раствориться.

Однажды, когда Лиза искала старые игрушки на чердаке, она наткнулась на старый сундучок: дерево его было темное, потемневшее от времени, с металлическими уголками, покрытыми ржавчиной, а замок был украшен вычурной резьбой и паутиной. Лиза осторожно открыла его и увидела внутри стопку старинных книг с переплетами из потертой кожи и страницами, исписанными от руки аккуратным, старомодным почерком.

– Ого! – воскликнула Лиза. – Это должны быть сказки от бабушки! Я узнаю ее почерк!

Она торопливо схватила одну из книг и принесла в свою комнату: маленькое, уютное помещение с книжными полками, где стояли разноцветные коробки с игрушками, на столе – карандаши и тетради, а на стенах висели рисунки, которые Лиза рисовала сама. Кровать была уставлена мягкими подушками, на одеяле лежала любимая кукла, а свет лампы мягко разливался по комнате, создавая атмосферу уюта и безопасности.

Когда девочка открыла книгу, из страниц вылетели маленькие магические искорки, которые закружились вокруг нее, освещая комнату переливами разноцветных огоньков, словно приглашая Лизу в мир новых чудес и приключений.

– Привет, Лиза! – сказали искорки. – Мы – сказочные персонажи, и мы здесь, чтобы рассказать тебе наши истории. Нас сочинила твоя бабушка, и теперь мы хотим рассказывать истории каждую ночь, как это делала твоя бабушка.

Лиза была в восторге. Она села на кровать, и искорки начали превращаться в маленьких фей, эльфов и гномов. Феи были крошечные, с прозрачными крылышками, переливавшимися всеми цветами радуги, их волоски сияли золотом, серебром и огненно-рыжими прядями. Эльфы были стройными, с острыми ушами и зелеными глазами, в их одежде смешивались лесные оттенки – от мха до коры деревьев. Гномы же были невысокими, крепкими, с густыми бородками и яркими жилетами, на которых блестели медные пуговицы. Все они оживленно смеялись, кружились и шептали друг другу свои истории, словно спеша поделиться с Лизой чудесами своего мира.

– Однажды, в далеком лесу, жила принцесса Алиса, – начала свой рассказ одна фея. Она была самой миниатюрной из всех, с волосами цвета солнечного заката и крошечной короной, усыпанной крошечными кристаллами. – Она была самой красивой принцессой во всем королевстве, но у нее была одна проблема – она была заперта в высокой башне злой ведьмой. Принцесса Алиса мечтала об освобождении и о приключениях вне темных стен своей тюрьмы.

Лиза слушала сказку с волнением, представляя себя в роли принцессы Алисы. В воображении она видела высокую каменную башню, окруженную густым лесом, где деревья были такими высокими, что их вершины терялись в облаках. Она представляла себя на балконе, с волшебной метлой в руках, как вдруг метла оживает и несет ее прочь, над лесами, реками и долинами. Злая ведьма могла лишь смотреть вдали, не в силах догнать юную принцессу, которая летела все дальше и дальше, пока мир не разверз свои тайны перед ней.