Моя любимая колючка. Книга о подростках для родителей и всех, кто рядом

Моя любимая колючка

Книга о подростках для родителей и всех, кто рядом

Анастасия Вожакова

…Моей дочери, Злате Эстер, из-за которой я решилась писать эту книгу.

© Анастасия Вожакова, 2025

ISBN 978-5-0068-7097-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Меня зовут Анастасия, и я – нет, не мама подростка. Моя дочь-младенец прямо сейчас лежит в своей кроватке и мирно сопит, давая мне написать эту книгу. Все, что я пишу здесь, лично мне понадобится еще не скоро.

Я клинический психолог, и работаю как с подростками, так и с их значимыми взрослыми: родителями, бабушками и дедушками, учителями и нянями.

Так получилось, что с подростками я начала работать давно, проводя для них групповые сессии и занятия: для того, чтобы обучить их выражать свои мысли и эмоции, не бояться собственного мнения, уметь отстоять себя, не стесняться любить этот мир и, главное, себя.

За это время была личная терапия, курсы, классы и группы. И я с уверенностью могу сказать: мне очень нравится общаться и работать с подростками и их семьями.

Если прямо сейчас вы думаете: «что она может знать о подростках, если сама еще не была его родителем», ваш вопрос вполне понятен.

Действительно, иногда нам может казаться, что только тот, кто прошел через определенный опыт, может в полной мере овладеть вопросом. Но, во-первых – это одно из когнитивных искажений (ведь согласитесь, стоматологу не обязательно нужно было когда-то иметь больные зубы, чтобы сейчас вы прислушались к его рекомендациям).

А, во-вторых: я работаю с очень большим количеством подростков и их родителей в рамках своей частной практики. Здесь, в этой книге, вы будете видеть некоторые их истории (написанные с их разрешения и опубликованные абсолютно анонимно).

Поэтому я предлагаю вам посмотреть на эти знания как на те, которым можно дать шанс. Не обязательно верить в них безоговорочно, просто попробуйте взять для себя какие-то из них: в начале те, которые покажутся самыми подходящими прямо сейчас.

Сомневаться – это абсолютно нормально, особенно, когда речь идет о том, чтобы сделать лучше жизнь вашей семьи.

В научном мире публикуется все больше и больше исследований, на которые мы можем опираться. Мир не стоит на месте, а человек имеет свойство развиваться. Возможно, что-то написанное здесь, со временем потеряет свою актуальность, но одно, я надеюсь, останется прежним – принципы бережного и уважительного отношения к людям, в том числе, растущим.

Вас, кто сейчас держит эту книгу в руках, я призываю на те редкие свободные минуты, когда получается в суете дней читать ее, вспоминать и себя в подростковом возрасте. Представлять те переживания, которые были в вашей жизни, отмечать, что кажущиеся сейчас незначительными проблемы тогда казались катастрофой.

Быть подростком – значит чувствовать все на максимум. Это может быть прекрасно, а может сильно пугать. Моя задача, дописав и «передав» эту книгу вам, сделать так, чтобы вы лучше поняли того ребенка, ради которого вы читаете эту книгу. А еще позаботиться о вас и снизить тревожность, которая может переполнять вас в моменты волнения за того, кто прямо сейчас становится взрослым.

Проходить путь сепарации тяжело: и для взрослого, и для ребенка. И если раньше вы его замечали не так сильно, то сейчас можете видеть все большую пропасть между вами с каждым днем сильнее и сильнее. Сохранить отношения – задача взрослого человека, и довольно большой риск.

Давайте мы пройдем этот путь вместе с вами рука об руку. Я постараюсь максимально просто объяснить, что прямо сейчас происходит в голове (и иногда других частях тела) маленького взрослого. И дам некоторое количество практических заданий, которые будут направлены на то, чтобы укрепить ваши взаимоотношения. Ну что, рискнем?

Дисклеймер

В книге приведены примеры из моей терапевтической практики. Они служат иллюстрацией общих закономерностей, а не описанием конкретных людей. Все личные данные изменены, а сами тексты созданы в соответствии с принципами конфиденциальности и уважения, принятыми в профессиональном сообществе.

Я хочу поблагодарить каждого из тех, кто оказался частью этой истории. Находясь на этих страницах, вы помогаете «любимым колючкам» и их родителям понять, что они не одни.

А это иногда бывает самым важным, что есть в мире. Знать, что где-то есть тот, кто тебя поймет.

Часть 1: Развитие ребенка

Глава 1. Как все начиналось

От нуля до года

Вспомним прошлое?

Если вы читали или смотрели фильмы о Гарри Поттере, то я предлагаю испытать тот же опыт, что и главный герой – заглянуть в «омут памяти». А с теми, кто еще не встречался с малышом, мы попробуем наоборот подсмотреть будущее.

Почему это важно? Потому что многое из того, что сейчас происходит с вашим ребенком, было предопределено его самыми первыми месяцами. Понять этот путь – значит лучше понять его сегодняшние реакции, страхи и потребности.

Ваш ребенок совсем малыш. Возможно, вы увидели его, когда он впервые вздохнул и открыла глаза, а, может быть, чуть позже. Сейчас он еще не понимает, где находится. Он плохо видит, его пугают громкие звуки, его успокаивает только голос мамы, еда и объятия.

Всего через полгода он уже умеет делать не только фантастические для его возраста движения (переворачиваться, пытаться сесть, ползти и многие другие), но и становится заметно старше ментально. К своим шести месяцам он учится отличать вас от других взрослых, звать вас на своем «птичьем» языке и считывать ваши эмоции. На последнем мы остановимся подробнее.

Все эти полгода малыш развивал эмоциональный интеллект. Этот тот вид реакций, который помогает нам считывать эмоции других людей и отвечать на них своими. Попробуйте прямо сейчас вспомнить какую-нибудь недавно произошедшую с вами ситуацию, когда вы без слов поняли, что хотел сказать вам ваш собеседник. Его мимика, движения, даже дыхание дали вам сигнал, который вы смогли интерпретировать определенным для себя образом.

Это все стало возможным, потому что когда-то вы, как и ваш ребенок, начали тренировать ваш эмоциональный интеллект. В этом человеку помогает амигдала или, так называемое, «миндалевидное тело» – участок мозга, который ответственен за считывание эмоций [1].

Амигдала, гиппокамп и префронтальная кора головного мозга, о которых мы будем много говорить

Проблема маленького мозга в том, что не все его отделы функционируют так, как необходимо, не все они связаны между собой. Так, амигдала, которая должна считывать все эмоции и помогать нам испытывать наши, во взрослом возрасте связывается с корой головного мозга, которая посылает сигналы об окружающем мире [1,2].

«Сейчас ты тревожишься, потому что твоя жизнь в опасности» или «твоя тревога бессмысленна, тебе ничего не угрожает», – «говорит» амигдале кора головного мозга.

У малыша до 3 лет этой связи нет [2]. Поэтому тревогу, которую он видит у мамы, так легко он перенимает на себя и начинает тревожиться в ответ.

На самом деле, такой эволюционно-обусловленный механизм в этом возрасте гораздо полезнее. Ведь если бы мы перенеслись на много тысячелетий назад, ребенок, увидевший суету и тревожность, начал бы плакать, а значит мама быстро бы его заметила и взяла на ручки, в безопасность, спасая от того, чего боятся его соплеменники.

Сейчас у нас нет необходимости спасаться от хищников, поэтому этот механизм кажется чем-то отяжеляющим жизнь родителей, а не наоборот. Поэтому чем спокойнее значимый взрослый, особенно, до 3 лет, тем лучше это для ребенка: ведь это самый эмпатичный возраст человека [3].

Именно поэтому фразу «счастливая мама – счастливый малыш» мы теперь слышим так часто. Она не отменяет того факта, что необходимо ухаживать за ребенком и закрывать всего его потребности. Это всего лишь напоминание о том, что любой значимый взрослый в жизни ребенка сможет быть достаточно терпеливым, только если у него на это будет ресурс. А потому его важно периодически восполнять.

Кстати, обсудим и значимых взрослых. Сейчас молодые родители негласно (а иногда очень даже гласно с громкими спорами) делятся на два лагеря: «ребенку нужна только мама» и «ребенку нужно как можно больше воспитателей». Истина, как всегда, где-то посередине.

Мама, действительно – самый важный человек в жизни ребенка. Но иногда эту роль может исполнять и… папа!

Не будем голословными и посмотрим вновь на малышей, только теперь на малышей обезьян. Эксперимент, который я опишу, до сих пор считается довольно жестоким, поэтому очень впечатлительным читателям я предложу вариант не читать следующую часть, а дам спойлер. В результате этого эксперимента выяснилось, что ребенку любовь нужна так же сильно, как и потребность в закрытых физиологических потребностях. При этом не так важно, кто эту любовь ему дает.

«Проволочная мама»

Итак, пятидесятые годы прошлого века и только-только зарождающаяся детская психология. Да, ее появление стало возможным благодаря таким жестоким экспериментам, как тот, про который вы узнаете прямо сейчас.

Гарри Харлоу, молодой ученый, проводивший свои исследования, в том числе, с известным психологом Абрахамом Маслоу (создатель пирамиды потребностей А. Маслоу), выкупает здание рядом с университетом. Он заселяет его приматами и называет «Психологической лабораторией приматов».

Про его детство мы знаем не много, но незавершенная автобиография говорит нам: его мать всегда была к нему очень холодна. С этим, как было тогда принято, он связывал свои депрессивные эпизоды. Да: тогда было очень популярно винить в этом исключительно матерей.

В любом случае, какой бы ни была природа его диагноза, он начал изучать его. Впрочем, даже его современники называли это не изучением, а «мучением» обезьян. К себе он относился не более бережно и лечил себя электроконвульсивной терапией (попросту – электрошоком).

Что же было с его подопытными? Один из самых тяжелых для представления современного человека экспериментов – «Яма отчаяния». Камера, в которой он держал приматов годами, изучая их поведение и состояние. Суть была в том, чтобы постараться помочь им уйти от депрессии, когда они выходили на свободу. Попытки не увенчались успехами.

Но вернемся к эксперименту, который важен нам для понимания того, что главнее для вашего ребенка: удаление голода физического или эмоционального. Тогда считалось, что любовь к ребенку не обязательна и может даже быть вредна, если проявляется чрезмерно.

Харлоу брал макак со второго дня после рождения. Он отлучал их от матерей: и те, и другие кричали от страха. Сотрудники его лаборатории не всегда могли выдержать эти душераздирающие крики.

Что случалось с обезьянками, которых забирали от матерей? В ходе эксперимента, ученые заметили, что макаки начинают проявлять особый интерес к марлевым подгузникам на полу их клеток. Он сжимали их своими лапками, кричали при замене подгузников на другие и даже чаще погибали, если их не оказывалось на полу.

«Комфорт контакта может быть очень важной переменной в развитии привязанности младенца к матери», – позже было написано в отчете. Это положило начало эксперименту «Природа любви» с двумя «матерями» [4].

Первая была сделана из куска дерева, покрыта губчатой резиной и обтянута коричневой хлопчатобумажной махровой тканью. Лампочка позади нее излучала тепло. Она была теплой, мягкой, никогда не кричала на своего ребенка и не била его. Из ее «груди» текло молоко. Вторая была такой же, но не теплой и мягкой, а проволочной, чтобы избежать комфорта от прикосновений к ней.

Слева: проволочная «мама», справа: более теплый ее аналог. Credit: PHOTO RESEARCHERS, INC. / SCIENCE PHOTO LIBRARY

Обезьянки предпочитали первую «маму», даже когда ее лишили «груди». Ко второй они приходили только за тем, чтобы поесть. Чем взрослее становился малыш, тем больше времени он проводил с первой «мамой».

Получается, гипотеза, которая главенствовала до этого, о том, что грудной ребенок обращается к маме только за едой, была ошибочной. «Проволочная мать биологически адекватна, но психологически некомпетентна», – заключалось в отчете [4].

Credit: PHOTO RESEARCHERS, INC. / SCIENCE PHOTO LIBRARY

Позже ученый вспоминал, что однажды лицо женщины, которой он рассказал об исследовании, «внезапно озарилось: «Теперь я знаю, что со мной не так, – сказала она. – Я всего лишь проволочная мать».

Что еще было важным в этом эксперименте? Без взаимодействия с другими обезьянами, выращенные ненастоящими «мамами» макаки, при перемещении в среду сородичей, вели себя агрессивно по отношению к другим, калечили себя и не могли общаться с соплеменниками [5,6]. Таким образом стало понятно: необходимо с самого рождения быть «среди своих». И тут мы с вами можем вспомнить про формирование эмоционального интеллекта.

Эксперимент становился все более жестоким, но мне бы не хотелось описывать здесь весь его ужас. Я привела его в пример только для того, чтобы показать: ребенку важен мягкий и теплый значимый взрослый, который может его кормить, давать нежность и показывать эмоции и поведение, которого от него будут ждать другие для будущей социализации.

Получается, это может быть не только мама. Важно, чтобы этот человек как можно скорее появился в жизни ребенка и находился в ней постоянно. А, значит, если папа (или любой другой взрослый) тоже хочет быть по-настоящему значимым, он должен очень активно проявлять любовь и заботу о своем «детеныше» с самого начала.

Вымотанная же, не имеющая возможности дарить свою любовь, мама – не самый лучший вариант. Поэтому помните, что отдыхая время от времени, и имея силы на вовлеченное взаимодействие с вашим ребенком, вы принесете ему гораздо больше пользы, чем если со временем вы превратитесь в уставшую «проволочную маму».

Исследование Харлоу кажется далеким от наших будней: жестокий научный эксперимент, клетка, крошечные обезьянки, проволока, страх. Но на самом деле, его смысл пугающе близок. Каждый родитель хотя бы раз чувствовал себя «проволочной матерью»: колючей, холодной, уставшей, с ледяной не выпитой чашкой кофе.

Это случается, когда мы стремимся быть идеальными, когда прокручиваем в голове чек-листы из «лучших практик», а не слышим себя и ребёнка. Когда жертвуем собой ради «развития» малыша. Когда сравниваем своё родительство с чужим в соцсетях и стыдимся быть просто рядом. Когда боимся просить и получать помощь.

Но ключевая правда этого эксперимента – в том, что ребёнку важнее контакт, чем совершенство. Важнее присутствие, тепло, эмоциональная доступность. Не стерильная, безошибочная забота, а живая, устойчивая и откликающаяся близость.

Как называл это педиатр Дональд Вудс Винникотт – «достаточно хорошая мать» [7]. Она делает все, что в ее силах, но знает, что может совершать ошибки. Потому что она не идеальна и устаёт. Но такая мама все равно остаётся рядом, обнимает, смотрит в глаза и произносит: «Я рядом. И я тебя люблю».

От года до трех

Каждый кризис – это испытание для родителей. Совсем недавно ребенку было в этом мире все абсолютно понятно, как тут появились новые вопросы, новые задачи и понимание того, что мир может быть устроен по-другому.

Появляющиеся до этого «скачки роста» (изменение физического и эмоционального состояния ребенка во время изучения новых навыков) проходили довольно быстро. Было достаточно не поспать несколько ночей, и вот ребенок снова похож на себя, а не на маленького кричащего гремлина.

После года родителей ждет новый сюрприз: кризисы становятся менее частыми, но более длительными и яркими. Ребенок начинает сепарироваться, все еще невероятно сильно нуждаясь в родителе рядом.

Его начинает раздражать ваше близкое постоянное нахождение с ним, и, при этом, пугает ваше отсутствие. Он уже хочет заговорить с вами, но все еще не может. Он понимает, что его действия не безграничны.

Мир становится более враждебным: то ударит дверь, то поцарапает кошка, то пол окажется слишком жестким для падения. Каждый кризис ребенка – это преодоление, ему нужно много сил на это, поэтому нервная система не справляется. Но это нормально. Главное, чтобы она справлялась у родителей.

В минуты отчаяния, когда вам кажется, что ребенок делает это «специально» полезно вспомнить, что он пока еще не может делать что-то назло вам. Его мозг все еще не работает так, как у взрослого. Даже если ребенок лежит на полу и рыдает, он делает это не чтобы выбесить вас. Просто его мир каждую минуту переворачивается с ног на голову.

Как это я не могу пойти зимой на улицу в одних трусах? Ведь в моей голове не сочетается холод на улице и то, что я именно я испытаю дискомфорт!

Почему мама не может дать мне шоколадку, от которой я отказалась 2 минуты назад, и она ее съела? Ведь я сейчас захотела ее по-настоящему!

Периоды яркого упрямства имеют примерные возрастные границы: в год, три, семь лет и в подростковом возрасте.

Чем обусловлено то, что в 3 года ребенок начинает выражать свое недовольство, ведь вы точно хотите для него как лучше? В этом возрасте ребенок не принадлежит себе, ведь вы даже не можете оставить его наедине с собой по причинам безопасности.

Смена планов (а ребенок очень зависит от распорядка дня и его следованию) приводит ребенка в замешательство: что-то не так. Если вы заранее не подготовили его, рассказав о своих планах, у него развивается тревожность. Это пока не та тревожность, которая мучает взрослого человека, но приятного все-таки мало.

Чтобы снизить негативный опыт, попробуйте проговаривать ваши планы ребенку, даже если они кажутся привычными для вас. Например: сейчас мы почистим зубки, примем душ, наденем твою любимую пижаму, расчешем волосы, почитаем книжку, и ты ляжешь спать, а завтра с утра после завтрака мы поедем к бабушке. Утром важно повторить планы, даже если вы о них упоминали накануне.

Мозг ребенка пластичен, он может не обратить внимания или не запомнить того, что вы говорили ему ранее. Это займет минуту вашего времени, но сильно поможет вам обоим.

Зная о психологическом развитии ребенка больше, легче переживать эти кризисы. Тогда вы станете не его врагом, а его защитником. Ведь его и правда необходимо сейчас защитить. Иногда даже от себя самого.

В этом возрасте ребенок должен начать учиться обозначать свои границы. Теперь он не всегда хочет обниматься и целоваться. Не всегда готов делать с вами то, что вы хотите предложить. И это важный этап, чтобы в дальнейшем научиться говорить «нет» и другим людям.

Если потребности ребенка в личных границах не находят отклика у близкого взрослого, в дальнейшем ему будет сложно принять, что его «нет» имеет значение. Поэтому именно близким важно реагировать по-взрослому на отказы. Это позволит малышу понять, что он не обязан соглашаться на все. В конце-концов, правило «Всегда говори «да» принесло пользу только главному герою в одноименном фильме.

Если вы недостаточно терпеливы, ждете от ребенка поведения взрослого и думаете, что он что-то делает назло вам, а не потому что устал, перевозбудился или просто не знает, как выразить свои мысли и чувства, ребенок будет отвечать все большим упрямством.

Попробуйте рассказать ребенку правила вашей «игры», по которым вы живете дома. Несмотря на распространенное мнение о том, что рамки вредят малышу, это не так. Без понимания того, что можно, а что нельзя, ребенок наоборот начинает теряться. Он не может отличить то, что он может сделать, а чего не может. Поэтому ваша задача обозначить ему границы, но при этом дать свободу выбора внутри них.

Одна из игр, которая может подойти в возрасте около 2—3 лет и старше – светофор. Вы можете на доске или ватмане разделить пространство тремя цветами: красный, желтый и зеленый.

Красный – то, что ни в коем случае нельзя делать. Это то, что точно навредит ребенку, и вы это знаете. Например: нельзя переходить дорогу без взрослого, пытаться засунуть палец в розетку или идти куда-то с незнакомцем. Ребенок должен знать эти правила назубок, поэтому постарайтесь не переусердствовать и добавить в этот сектор только те правила, которые действительно на сто процентов под запретом.

Если правило можно обсудить – это желтый цвет. Например: не есть конфеты без обсуждения с вами или не смотреть мультики без разрешения. То есть это те правила, которые могут подвергаться изменениям при каких-то условиях.

Ну и зеленый цвет: то, что ребенок сам волен выбирать. Например: какую одежду он будет носить или какую игрушку он захочет купить, когда вы предложите.

Правила могут меняться в зависимости от семьи и возраста ребенка. Чем старше он становится, тем больше категорий переходит в зеленую зону, давая ему возможность строить свою жизнь самостоятельно. Но и тем сложнее может быть обсуждение красной зоны.

После трех и до семи

Ребенок становится все старше, кризисы проходят уже не так ярко. Он начинает осознавать, как устроен этот мир. Он снова может стать ласковым, снова может обниматься с вами и подпускать к себе чаще.

Упрямство может проявляться, но теперь, до наступления семи лет, это уже больше про черту характера. И здорово: значит он не станет делать того, чего не захочет, в будущем.

Вы можете давать все больше выбора, но помнить о том, что его все еще может быть трудно сделать, потому не нагружайте ребенка теми задачами, которые ему сложно решить.

Не нужно спрашивать, что сегодня приготовить всей семье на обед. Но можно уточнить, хотелось бы ему больше курицу или рыбу. Привлекайте к бытовым делам ребенка почаще. В этом возрасте ему еще нравится проводить с вами как можно больше времени, особенно, если вы превращаете это в игру.

Нужно пойти на прогулку, а ребенок противится, потому что заигрался в конструктор? Попробуйте уточнить, что именно он строит, возможно, для его замка можно найти деревья и собрать для этого веточки в парке?

Чем больше ребенок делает что-то через свой собственный интерес, а не потому что вы так сказали, тем охотнее он на это согласится. А еще не бойтесь дать время для свободной самостоятельной игры. Пусть он сам придумает, чем ему заняться: почитать книгу или порисовать. Пусть все инструменты будут у него в легком доступе, чтобы вам не пришлось доставать альбом с антресоли и сдувать с него пыль.

В этом возрасте хорошо побольше рассказать о своем теле и о том, как оставаться здоровым. Но не получится научить ребенка чему-то не на своем примере, особенно, давая двойные послания, в которых он может запутаться.

Если вы рассказываете ребенку про то, что важно есть здоровую еду, и вы не едите фаст-фуд, а потом всей семьей после прогулки идете есть его, делая из этого особый повод, у ребенка закрепится эта связь. И в дальнейшем он не поймет, почему ему так хочется «запрещенки», и почему он винит себя каждый раз, после того, как радуется ей.

То же самое с гаджетами: если вы говорите ребенку сделать что-то еще кроме пролистывания ленты соц. сетей, проверьте, когда сами последний раз убирали телефон из рук дольше, чем на час.

Эмоциональный контакт: мост между родителями и ребенком

Скорее всего, вы и до прочтения этой книги понимали, насколько важна способность родителей быть чуткими к потребностям ребенка и создавать атмосферу безопасности и поддержки.

Это и есть эмоциональный контакт. Он включает словесные и невербальные проявления внимания: улыбки, объятия, зрительный контакт и ласковые слова. Исследования показывают, что теплый эмоциональный контакт способствует развитию уверенности в себе, эмпатии и устойчивости к стрессу у детей.

Как укрепить эмоциональный контакт?

Вместо того чтобы сразу давать советы, слушайте ребенка и задавайте уточняющие вопросы. Например: «Ты выглядишь грустным. Хочешь рассказать, что случилось?».

Когда родители активно слушают своего ребенка, они показывают ему, что его мнение важно, что его чувства и переживания принимаются всерьез. Это помогает детям чувствовать себя уверенно, развивает их уверенность в себе и способствует улучшению их социальной адаптации. Активное слушание включает внимание не только к словам ребенка, но и к его невербальным сигналам, таким как интонация, выражение лица и жесты.

Важно, чтобы родитель оставался нейтральным и не осуждал чувства ребенка, даже если они кажутся странными или нелепыми. Когда дети ощущают, что их действительно слушают, они становятся более открытыми к общению и готовы к конструктивному разрешению проблем в семье.