Секрет Лилит

«Подрежешь дроу уши?» – возник вопрос в голове. Где ж ты был, помощник, когда остроухий подкрадывался со спины? Я ухмыльнулась. Цитадель плохо действует на психику, раз в голове зазвучали голоса. Да еще и не с самыми благовидными призывами.

«В зависимости от поведения. Может и подрежу».

«Дерзкая и кровожадная. Мне нравится».

Но Сэммуэль и слова гадкого не сказал. Он стоял близко, нарушая личные границы и нервируя. Ментор внимательно всматривался в лицо, словно пытался прочесть мысли. На мгновение я испугалась, что дроу способен на это. Чего только не хватало, так это ментора-телепата.

Ощущая давление от близости Сэммуэля, я неосознанно вжалась в подоконник. Наверно, он заметил движение, потому что сразу отпрянул, хмурясь. Будто сам не заметил, как вторгся в чужие личные границы.

– Я поговорил с мейстером, – сообщил Сэммуэль и деловито взял тяжелые книги с подоконника. Я вопросительно приподняла бровь, и он ответил на невысказанный вопрос. – Провожу до комнаты, иначе подглядывания затянутся до ужина. Воины могут тренироваться часами.

– Я не подглядывала, – заявила я, стараясь идти вровень с Сэммуэлем.

«Оправдываешься?»

«Даже не думала».

– Мне все равно, – равнодушно ответил ментор и повел плечом. – Мейстер считает, что мы сможем помочь тебе с сейд разрушения. И выпускать темную сейд в Норн без подготовки было бы глупо. Поэтому ты остаешься в Цитадели.

– А что считаете вы?

– Что тебя здесь быть не должно. И, говоря «здесь», я не имею в виду Цитадель, Зоя. Абисс два года не приводил сейд других миров. Местные, как правило, не вызывают волнения источника. Империя и Дворы оставались спокойными, а гильдия не совала любопытный длинный нос в дела Цитадели. Все были довольны. Твое появление всколыхнуло Норн. Охранные артефакты отозвались на энергию хаоса, гильдия наверняка уже переполошилась… Вопрос времени, когда Цитадель получит письма Императора и наместников Дворов. А гильдия, скорее всего, и вовсе отправит делегацию.

– Что за Дворы? – поинтересовалась я. Библиотекарша упоминала Неблагой Двор. Но Сэммуэль говорил в множественном числе. Не упуская момент, постаралась узнать больше.

– Наш мир – это Империя во главе с Императором. Он и Совет – основная власть Норн. Цитадель и Абисс – центр – мы в сердце Империи. На юге находится столица – Тезаурус, а также Южное море, небольшие города и деревни, – терпеливо начал объяснять Сэммуэль. – Есть территории в составе Империи, которыми управляют отдельные народы. Мрачные пустоши и Серые скалы на востоке – владения дроу – зовутся Неблагим Двором. Радужный лес на северо-западе – родина фейри и оборотней – Благой Двор. Между наместниками Дворов и Императором хлипкий мир, но постоянно плетутся интриги, и тянется теневая вражда. Тонкости взаимоотношений ты легко найдешь в книгах. Цитадель – единственное место, где предрассудки сходят на нет. На одинаковых условиях обучаются все расы – люди, фейри, оборотни и дроу.

– К сейд относятся иначе и здесь, – задумчиво проговорила я, Сэммуэль хмуро кивнул. Мы дошли до лестницы, но дроу не спешил. Он замедлил шаг, чтобы объяснить ключевые положения Норн. Я мысленно поблагодарила судьбу.

– Четыре расы, три факультета – сейд-искусства, жречество, военное дело. Сейд – самый малочисленный факультет. Но именно сейд-одаренные представляют угрозу спокойствию как Империи, так и Дворов.

– Абисс приводит сейд с какой-то целью?

– У источника свой замысел. Воины нужны для защиты и войны. Они охраняют Империю, заставляя оставаться подданных Дворов в пределах выделенных территорий. Воины верны Императору, они – его мощь и поддержка. Многие после Цитадели идут в регулярную армию или на службу к высокопоставленным советникам, жрецам или представителям гильдии сейд. Кто-то становится охотником… Для адептов военного факультета открыты все дороги. Жрецы принадлежат культу источника. Они используют энергию, преобразовывают ее, слышат зов Абисс. Жрецы – посредники между Империей и Дворами. Они не служат никакой власти, только Абисс. Свободные художники, одинаково почитаемые в любой провинции Норн. А сейд… Путь сейд-одаренных ограничен. Есть, конечно, гильдия, но, чтобы попасть туда, нужно обладать высоким уровнем энергии или необычной силой. В Совете Императора за всю историю было не больше трех одаренных одновременно, сейчас и вовсе один. После Цитадели сейд оказываются на вольном пути, ограниченные собственной сущностью. Сейд непросто в этом мире, Зоя. Появление адепта хаоса обязательно станет проблемой. Мне, как и гильдии, это не нравится.

Сэммуэль закончил речь, и я помрачнела. Теперь понятно раздражение и недовольство ментора. Я, не желая, стала причиной вероятных проблем целой касты Норн.

– Искренне, – задумчиво произнесла я. Хорошее настроение испарилось. – Я вам не нравлюсь.

– Мне мало кто нравится, – честно ответил Сэммуэль. – Если откровенно, мне не ты не нравишься, а возможные проблемы из-за твоего появления. Гильдия наверняка захочет лично посмотреть на носителя хаоса. А я не люблю, когда мои адепты оказываются под слишком пристальным вниманием.

– Посмотреть? Будут ставить эксперименты? – ужаснулась я, представляя картины из фильмов о безумных ученых. Становиться подопытной крысой не хотелось.

– Надеюсь, до этого не дойдет, – спокойно ответил дроу, и я сильнее заволновалась. Он не опроверг предположение. Значит, опыты возможны. – Гильдия сейд – важная часть Империи. Но их методы…

– Что с ними?

– Мне больше не нравятся, – туманно заключил Сэммуэль. Я зацепилась за слово «больше», размышляя, мог ли ментор иметь личные дела с гильдией. Наступила тишина. Сэммуэль молчал, а я размышляла о своей участи. Зачем, с какой целью Абисс выбрал меня?

– Что такое источник? – задала вопрос. Сэммуэль перевел взгляд, и я поразилась глубине его глаз. У Истрид – чистокровной дроу – глаза лавандового оттенка – почти лиловые. В коридоре я видела пару темных эльфов с черными и оранжевыми радужками. Но союз человека и дроу подарил Сэммуэлю необыкновенный изумрудный цвет. Может быть, поэтому я подумала об эльфах, а не об их темных собратьях? Сущность дроу в менторе выдавали только заостренные уши и еле заметное фиолетовое свечение бледной кожи. Остальное досталось от человека. – Мейстер говорил, что Абисс – чистая энергия. Но что это, и откуда возникло?

– Задаешь вопросы, ответы на которые займут ни один вечер, – слабо улыбнулся Сэммуэль. Показалось, что эта улыбка почти дружелюбная. – Лучше беспокойся о хаосе. Каждый дар особенный. Но сейд разрушения – это то, что давно не появлялось в Норн. Хаос непредсказуем, – произнес ментор, а мы тем временем дошли до комнаты. – В Цитадели обучаются преимущественно адепты стихий и легких энергий. Я отдаю предпочтение хилерам, ясновидящим и другим с приставкой «ясно». Они с трудом могут навредить окружающим. Но представь, во что выльется неконтролируемый выброс огня?

– Такое случалось? – заинтересовалась я, перебивая. Сэммуэль недовольно фыркнул.

– Ни раз. На факультете тринадцать сейд. Четверо третьекурсников, еще шесть учатся второй год. Новеньких трое вместе с тобой. Но даже от такого малого числа сейд полно шума и неразберихи. Боюсь представить, что устроишь ты. Хорошо хоть в Цитадели не осталось сейд Сатурна. У этих тяга к одержимости и договорам, что провоцирует приступы агрессии, любовь к театральщине и голоса в голове.

– Голоса? – тихо переспросила я, стало тревожно. Ведь голос в голове появился в Цитадели! Закусив губу, задумалась. Все неспроста. И если голос – не разбушевавшаяся фантазия, то это может быть опасно. Куда приведут посторонние голоса?

«В библиотеку, например. Еще пару часов назад ты не жаловалась».

«Пару часов назад все казалось нереальным. Даже сейчас кажется таким», – проворчала я мысленно. Голос тут же ответил.

«Реально то, во что веришь. Веришь, что не сошла с ума?»

«Голоса в голове – признак шизофрении».

«Или развитого воображения и наличия особой энергии».

«Особой энергии?»

Тишина. В ответ я ничего не услышала, зато, наконец, обратила внимание на заинтригованно наблюдавшего Сэммуэля. Он приподнял темную бровь, на губах в кое-то веки не оказалось грозной усмешки. Кажется, ментор заинтересовался. Он внимательно всматривался в мое лицо, заставляя чувствовать неловкость.

– О чем ты думала? – спросил Сэммуэль, я растерялась. Для начала – хорошо, что он все-таки не телепат, иначе не задавал бы таких вопросов. Рассказать, как есть? Но тогда на мне точно поставят крест. Или не крест. Что тут ставят на одержимых? Отправят на костер? Да ну, вздор какой! Сэммуэль продолжил допытываться. – Вид у тебя был такой… будто в голове происходит диалог.

Еще никогда дроу не был так близок к правде, а я – к провалу. Неловко улыбнувшись, пожала плечами.

– Девичьи мысли, ничего интересного.

– Да? Ну ладно, – с подозрением косясь, ответил Сэммуэль. – Дверь открой.

Ключа от комнаты у меня не было, поэтому с утра я ее не запирала. Войдя внутрь, увидела на столе золотой ключик. В голове таилась кладезь сказочных историй. Вспомнилась та, что о деревянном мальчике и черепахе. У него тоже был золотой ключик. Его ведь не сожгли в финале? Не помню.

«Не сожгли».

«Уф, спасибо».

«Отблагодаришь иначе. Убери остроухого из нашей комнаты».

Рассмешило вот это «нашей» комнаты. Знакомьтесь – Зоя, а это голоса в голове. И да, это наша комната.

«Голос, а не голоса. Я один».

Спасибо и на этом. Где это «тут», и кто этот «я» мне, конечно, не сообщили.

Сэммуэль положил книги на стол, но уходить не спешил, осматриваясь. Я последовала примеру. Оказалось, что в комнате кто-то был, потому что на стуле появилась внушительная стопка темной одежды, на полках – тетради и канцелярские принадлежности, а на столе сверток, из которого виднелись свечи. Обычные восковые свечи приятного медового оттенка. Я заинтересовалась, а вот любопытство Сэммуэля сошло на нет.

– Считай обучение в Цитадели шансом начать жизнь заново, – произнес Сэммуэль. Ему явно не нравилась идея моего пребывания здесь, но и мне быть экспериментальным грызуном не улыбалось. – Работе с энергией хаоса буду учить я. Но сначала – основы. Тренировки повысят выносливость, знание трав и их сочетаний поможет в травничестве. На медитациях ты научишься контролировать себя. Полная концентрация и контроль над эмоциями. И тогда, возможно, – ментор с сомнением скривился, – у нас что-то выйдет.

– Вы обучали кого-нибудь с таким сейд? – поинтересовалась я. Хотелось бы знать, выживали ли грызуны после опытов. А еще – насколько компетентен на вид молодой ментор в подобных вопросах.

– Нет, – покачал головой Сэммуэль, – но я был знаком с сейд, обладающей хаосом.

Мне не понравилось прошедшее время в словах дроу.

– Закончилось хорошо? – вырвалось у меня. Горечь в голосе ментора отозвалась странной ноющей болью в сердце. В голове четко послышалось легкое покашливание, как будто ком в горле застрял.

– Все закончилось, – неопределенно ответил Сэммуэль, не желая вдаваться в детали.

– Какой у вас сейд, Сэммуэль? – спросила я, не поддаваясь панике, которая зарождалась внутри. Дроу снова вздрогнул, когда я назвала его имя. Любопытная реакция. Его тут только ментором зовут что ли?

– Достаточно сильный, чтобы справиться с тобой, – коротко ответил дроу и хищно улыбнулся.

– Так вы помогли той другой сейд?

Сэммуэль не ответил. Я затихла. Молчание значило одно. Все закончилось плохо для сейд с энергией разрушения. А как закончится для меня?

«Не будешь рисковать – все будет хорошо. Поменьше слушай чужие мнения, разбирайся сама. Остроухий может быть полезным, но его мнение не важней всего на свете».

«Странно, что ты не посоветовал слушать тебя».

«И меня слушай, но мозги не отключай. Нет ничего более печального и обреченного, чем одаренный сейд без мозгов».

– Расписание, – дроу вынул лист бумаги из кармана и положил поверх книг, а потом направился к двери. – Завтра в первую очередь отправишься на медитации. Это ежедневные занятия. Помогут с контролем и концентрацией.

– Сэммуэль, – вырвалось у меня, и ментор застыл. Не обращая внимания на странную реакцию, я продолжила, пока запал смелости не иссяк, – благодарю за помощь с транспортировкой книг, – я перевела взгляд на стол, – но есть просьба.

– Что еще?

Пропустив мимо ушей враждебную интонацию, я улыбнулась. Искренне, кстати. Что он говорил про одержимых? Театральщина? Получайте!

– У меня есть свечи, но нет источника огня.

С тяжелым вздохом Сэммуэль вернулся к столу, достал свечу, установил в подсвечник и легким щелчком пальцев зажег огонь.

– Совсем скоро ты научишься этому.

– Вы – сейд огня? – вырвалось у меня. Догадка стала такой явной, что сдержать любопытство не было сил.

– Отдыхай, Зоя, – ответил Сэммуэль, а потом ушел прочь, не дожидаясь ни благодарности, ни дополнительных вопросов.

Я положила на ладонь маленький золотой ключик, ощущая холод металла. Приятно. И вовремя. Цитадель полна адептов разных рас и демонических котиков. Не хотелось бы, чтобы комната стала проходным двором. Хоть мое мнение о гутгинах не было плохим, я бы не хотела спросонья увидеть мохнатую морду. Так недалеко до сердечного приступа. А умирать мы раньше времени не хотим.

«Не хотим, это ты верно подметила».

«Тихо!» – шикнула я на голос в голове, а потом закрыла дверь изнутри. Теперь никто не побеспокоит. Хотя кому в голову пришло бы беспокоить новенькую сейд?

Вытащив стащенную с полки Сэммуэля книгу из-под рубашки, я заинтересованно прочитала название: «Семьдесят две причины работать с бесами. Легион».

– Что? – я недоуменно перечитала название. И вот эту книжку заставили меня стащить?

«Отличная книга, талантливый автор. И ритуалы рабочие», – самодовольно заявил голос в голове.

«Так ты – бес?» – спросила и откинула книгу на кровать, словно она была грязной или заразной. Черт, я все-таки одержимая?

«Не одержимая, а одаренная», – усмехнулись в ответ. – «И не бес, а демон».

Я заставила себя перестать думать. От слова «совсем», но, кажется, все еще слышала в голове смешки. Демонические смешки. Скинув одежду, пошла в душ. Вода – вот что смоет стресс, а, может, и избавит от одержимости.

Старательно вспоминая молитвы, включила прохладный душ, с наслаждением отмываясь от волнений дня. Прошло не меньше получаса, прежде чем я почувствовала бодрость. По внутренним часам время шло к ужину, и я не собиралась пропускать последний шанс на сегодня подкрепиться. Замочив потрепанные вещи, осмотрела выделенную одежду. Все было черным или темно-серым, но жаловаться не приходилось – размер подошел идеально. Кто-то славно потрудился, чтобы я не чувствовала себя плохо в новом мире.

Сначала мелькнула мысль о Сэммуэле, но я тут же рассмеялась в голос. Вряд ли недовольный ментор позаботился бы о таких мелочах, как предметы первой необходимости для новенькой на факультете. А вот мейстер мог оказаться тем самым добродетельным персонажем. Что ж, спасибо тому, кто бы это не сделал.

Выбрав брюки и легкую кофту, я посмотрела в зеркало в ванной. Черный цвет делал меня бледной. Хотя на его фоне волосы красиво струились медной волной. Аккуратные черты лица, большие серые глаза, искусанные от напряжения губы… Я выглядела испуганной. Несмотря на это, заставила себя улыбнуться отражению. Улыбка вышла слабая. Закрыла глаза и погрузилась в себя. Пару минут тишины и правильного дыхания приведут в порядок. Как только ненужные мысли исчезли, почувствовала теплую волну, прокатившуюся по телу. Внутри восторженно запищали темные щупальца. Перед мысленным взором появилась темнота и звезды, искрящиеся серебром. Ощущая, как вокруг скапливается энергия, автоматически плавно взмахнула рукой. Тело напряглось и натянулось, словно тетива. Через мгновение резкий звук заставил открыть глаза.

Зеркало треснуло. По углам клубились тени, а внутри меня темные щупальца ликовали. Трещина аккуратно разделила зеркало на две равные части. Я вглядывалась несколько минут, прежде чем отвернуться. Смотреться в разбитое зеркало – к беде.

«Хаос? Это он?» – мысленно задала я вопрос. Хотя все еще не верила, что разговариваю с демоном в собственной голове.

«Да», – пришел лаконичный ответ.

Уже на пути в столовую до меня дошла пугающая и одновременно любопытная мысль. В части разбитого зеркала цвет серых глаз потемнел. Обман зрения или плохое освещение?

После ужина меня ждало чтение книг. Но в подкорке сознания отчетливо пульсировала мысль только об одной. И это пугало.

«Нет смысла бояться. Уверяю, тебе понравится».

Глава 3. Сделка

«Легион – сила, существующая сквозь время. Власть Легиона распространяется не на страны и города, но на миры. Изначальные тринадцать – первые князья Легиона – могут перемещаться между мирами. Как правило, они меняют насиженное местечко в том случае, если ощущают всплеск темной энергии в слоях миров. Несмотря на то, что изначальные тринадцать обладают огромным потенциалом энергии, им не по силам воплотиться в новом мире без помощи жриц Легиона. Но последние из жриц сгинули слишком давно. Поэтому правда такова, что даже изначальные тринадцать остаются не воплощенным в реальность сном».

(с) Эдгар А., труд «Семьдесят две причины работать с бесами: Легион», личная библиотека ментора сейд-искусств Цитадели – Сэммуэля А.

В этот раз я нашла большой зал самостоятельно. Вошла в мощные двери и неторопливо прошла к столу с ребятами в темном. Буквально кожей ощущалось, как смотрят остальные адепты, но я намеренно не обращала внимания. Парень с волчьими ушами из числа воинов показательно шумно вдохнул воздух, когда я проходила мимо. Желтые глаза сверкнули, на губах появилась хищная улыбка, обнажая острые клыки.

«Оборотень?»

«Блохастая псина», – надменно подтвердили в голове.

Я смерила оборотня холодным взглядом и прошла мимо. Сэммуэля за столом преподавателей не оказалось.

– Тебе идет черный, – без приветствия заявил Дан, приглашая сесть рядом. Отказываться от возможных союзников я не собиралась, поэтому благодарно улыбнулась и приняла приглашение.

Гутгины принесли ужин, но особого аппетита не было. Я остановилась на фруктовом салате и кружке приятно пахнущего чая. Через пару минут к нам с Даном присоединилась Истрид и грациозно приземлилась на скамью.

– Ментор занимался тобой, – Истрид с обвиняющими нотками в голосе ткнула наманикюренным пальчиком в мою сторону, – какого демона он злой, как гончая пустошей?

– Тоже встретил его перед ужином. Явно не в настроении, – согласился Дан, уминая булочку. – Выяснили направление силы?

Я помедлила с ответом. Кричать на каждом углу о том, что несу разрушение, не хотелось. Но и лгать я не желала. Не со лжи начинаются дружеские отношения.

– Что тут выяснять? Видно же, что стихийница, – фыркнула Истрид. Я непонимающе приподняла бровь, и девушка пояснила. – Я чувствую энергию, а твоя такая сильная и… свежая. С утра было непонятно, но ментор разбудил твой сейд. Кожей ощущаю водоворот энергии. Как море в шторм, как ураган и сильнейший ветер. Такая буйная и неспокойная! Мурашки по коже от тебя. Так бы и попробовала.

Я поперхнулась, Истрид улыбнулась и сверкнула лавандовыми глазами. Во взгляде отчетливо проявился голод, от которого по коже пробежал холодок. Дан тихо рассмеялся и покачал головой.

– Такая ты чертовка, Ис. Не смущай ее.

– И не думала, – хитро продолжила Истрид, но все же перестала смотреть на меня, как на сочный стейк.

– Сейд учатся по одинаковой программе? – переводя тему, поинтересовалась я.

– Конечно, нет, – ответил Дан. – Но пересекаться будем. Старшекурсники часто участвуют в лекциях первокурсников, работают с ними в группах на проектах, повторяют пройденные материалы. В принципе адепты всех факультетов и курсов так или иначе пересекаются друг с другом. Например, и жрецы, и сейд иногда тренируются с воинами. В оранжереях царствуют адепты жречества, но и там проходят занятия для воинов и сейд. Вне зависимости от факультета адепт должен разбираться в травах и суметь применить их. Разнятся только специализации… Что там у тебя завтра с утра?

– Медитации.

– Ага, общий урок, – кивнул Дан и сразу же объяснил. – Не только сейд необходим контроль и умение останавливать мысленный поток. Если нам это нужно для управления силой, то воинам – для тренировки ума, а жрецам для контроля над используемой энергией. Связи, Зо, все взаимосвязано. Поэтому Цитадель уникальна.

– Значит, вы тоже пойдете на медитацию? – с неловкой улыбкой поинтересовалась я. Не то, чтобы мне необходима команда поддержки. Но присутствие Дана и Истрид придало бы дополнительной уверенности. Все же они не воротили нос и спокойно отвечали на вопросы.

– Нет, Зо, ты не затащишь нас на бесполезные медитации. Мы третьекурсники, – насмешливо напомнил Дан. – Уроки медитации в нашем случае добровольны, но не обязательны.

– Не собираюсь тратить время, – фыркнула Истрид и слизнула малиновый джем с губ. Дан на мгновение завис, зрачки расширились. Мне показалось, что я увидела, как волоски на его руке встали дыбом. Дроу улыбнулась, но ничего не сказала.

– Жрецы тоже нас не любят? – спросила я и нашла глазами Мирона – приятеля Анники. Вопрос привел Дана в чувство, хотя взгляд оставался горящим. Похоже, игривость Истрид не давала ему покоя. Между ними чувствовалась особая связь, но явно далекая от романтических отношений.

Мирон с добродушной улыбкой общался с сокурсниками. Золотистая кожа сверкала в свете волшебных шаров. От каждого движения веяло спокойствием и умиротворением, и я задумалась. Какой расе принадлежит Мирон? Он не был человеком. Я не заметила звериных ушей оборотня, как и характерного для дроу синеватого или фиолетового оттенка кожи. Уши хоть и были заостренными, но не сильно. Значит, фейри? Удивительно, но именно фейри оказались наиболее похожими на людей. Хотя в их облике явно прослеживалась магия.

– Нас никто не любит, Зо, – твердо повторила Истрид. – Ни жрецы, ни воины, ни мирные жители Норн.

– Но почему? – уже отчаявшись услышать конкретный ответ, проговорила я. Истрид скривилась и отвела взгляд. Дан устало вздохнул и наклонился ближе.

– Ты все узнаешь из учебников, но объясню кратко… Норн живет много веков – развивается, эволюционирует. Народы дружат, воюют, обмениваются знаниями. Живут. Империя спорит с Дворами за власть, авантюристы покоряют Южное море, а ученые бьются над загадками Абисс. Меняется правление, Совет, наместники Дворов, верхушки гильдии и братств. Только источник остается неизменным в круговороте времени. Энергия дает силу всему в Норн. Источник питает землю и воду, дарует солнце, ветер, дождь и снег. Абисс – величайшее сокровище, которое не должно быть утеряно, – Дан говорил тихо. Так, чтобы слышали только мы с Истрид, хотя она демонстративно рассматривала маникюр. – Воины призваны в Норн, чтобы защищать. У них повышенная выносливость, сила, талант к оружейному мастерству. Жрецы чувствуют энергии, сведущи в травах и исцелении. Но это просто навыки. В сейд-одаренных течет энергия источника, и именно это делает нас особенными. Мы можем отточить владение оружием и изучить травничество, сравниться по знаниям и мастерству с воинами и жрецами. А сила источника все также будет течь в крови. Это делает сейд опасными. Своей силой мы способны помогать Абисс и миру, питать озеро, делая его сильнее. Но можем и забрать энергию. Это опасно и наказуемо. Поэтому в Империи и при Дворах к сейд относятся с опаской. Никогда не знаешь, что взбредет в голову очередному одаренному.

– Кто-то пытался забрать энергию источника? – прошептала я, ощущая необъяснимый страх.

– Не единожды, Зо, – кивнул Дан. – Последний раз – восемнадцать лет назад. Это стоило Норн множества жизней. Мир оказался на краю гражданской войны. Дворы взбунтовались, Империя ослабла. Земля у источника пропиталась кровью… Сейд-одаренные амбициозны, ненасытны. Неудивительно, что все вокруг считают, что от нас одни проблемы. Потому что это правда. Ты можешь сделать тысячу хороших дел, но возжелавший могущества сейд разрушит это в один миг. Хилер лечит, творит добро и вряд ли захочет большего могущества, потому что его сейд не агрессивен. С помощью хила не получится свергнуть власть или уничтожить армию. Но стихийник станет опасным для всех без исключения, если в его власти будет источник. Представь, что может сотворить сейд, если в его силах будет уничтожить деревню взмахом руки?

Дан замолчал, я уставилась на свои руки, пытаясь осознать сказанное. Дар сейд – не благословение. Это угроза всему живому. Понятно, почему Сэммуэль надеялся на то, что у меня будет легкая энергия. Потому что обладатель такого сейд никогда не возжелает большего.