Танец Песчаного златоцвета. Том 2

– Как иначе.

– Никак. И я благодарна за это. Вижу, ты следуешь моему совету, это льстит.

– Напрасно. Не обольщайся.

– Не буду, – с ласковым смехом пообещала она.

Тризар представил, как она смотрит на несчастного Сельчо своим пронизывающим взглядом всезнающей красавицы. Алия умела как воодушевлять мужчин, так и опускать с неба на бренную землю.

Внизу послышали чужие шаги, Сельчо быстро попрощался с Алией, и они разошлись. Тризар сделал шаг к лестнице, не задумываясь о том, что делает, и опомнился. Обругав себя влюбленным ослом, он направился прочь из дворца. У него было достаточно дел. Однако произошедшее заставило его задуматься, и уже на следующий день он решил выделить себе пару часов отдыха. Он знал, что новость о том, что он во дворце, разлетится в мгновение ока, и ждал. Если его расчет верен (а Тризар почти никогда не ошибался и дело не в его самомнении), то Алия придет. Ей же надо как-то все вынюхать здесь. Ничего, он змей Эграла всегда видел насквозь и даже чувства не помешают раскусить Алию. Он ждал ее… но не знал, что она придет так скоро!

Он как раз лежал на широкой тахте и читал, когда перед ним появилась она. Он сразу почувствовал ее присутствие, хотя шаги ее были почти беззвучны. Подняв взгляд от книги, Тризар на несколько минут любовался прекрасной женщиной, явившейся к нему. На Алии было платье из довольно простой ткани, зато искусно вышитое черными нитями, которые красиво отливались на изумрудном шелке. Лиф подчеркивал высокую грудь, одновременно скрывая ее от жадного взгляда мужчины, зато ему позволили полюбоваться ее светлым плоским животом, который так и хотелось начать целовать.

Вдоволь насмотревшись, Тризар оторвал взгляд от прекрасного тела и перевел его на лицо. Алия хорошо играла роль наложницы, сейчас даже он не мог понять, что у нее на уме. Выражение холодной вежливости скрывало все, а чуть опущенный взгляд таил в себе пустоту… или целый мир.

Вопросительно изогнув бровь, Тризар принялся ждать. Признаться, он не отказал себе в удовольствии посмаковать этот момент: гордячка, которая ему с легкостью отказывала, вынуждена теперь просить и ластиться к нему. Как лицемерно. Ну, ничего, он ее перевоспитает. Она нужна ему, он ее не отпустит, теперь вопрос лишь во времени.

– Яркого солнца вашей жизни, мой господин, – произнесла она своим мелодичным бесстрастным голосом, скромно сложив руки перед собой. – Позвольте обратиться к вам с просьбой.

«Интересное начало», – подумал Тризар и махнул рукой, призывая ее продолжать.

– Я прошу вас позволить мне пользоваться библиотекой.

Несколько секунд Тризар размышлял над тем, что он услышал. Признаться, он начал сомневаться в своем безупречном эльфийском слухе.

– Библиотекой? – переспросил он. Если бы он не знал точно, что такие шутки совершенно несвойственны Алии, он бы точно решил, что она над ним издевается.

– Да, мой господин, – в той же манере прилежной рабыни ответила Алия.

– Тебе так этого хочется? Тогда попроси меня, – улыбнулся Тризар так, что даже полная дурочка поняла бы, на что он намекает. Сев на тахте, он выжидательно посмотрел на нее.

По лицу Алии пробежала тень. Казалось, она еще больше заледенела, когда произнесла:

– Прошу простить меня за беспокойство, которое я вам причинила, мой господин. Если вы не расположены дать мне разрешение, я удалюсь.

С этими словами она, не дожидаясь его разрешения, развернулась и направилась вон из комнаты. Тигром взметнувшись с тахты, Тризар в два шага нагнал ее, поймав в свои объятия. Стоило ему только коснуться ее, как она замерла, кажется, даже дышать перестала. Тризар положил ей руку на ключицу, осторожно, но крепко прижимая к себе, а второй ладонью коснулся мягкого живота. Ее кожа была такой нежной и гладкой, такой чувствительной.

– Тише, цветочек, не злись, – прошептал он. – Разве ты сама этого не хочешь, а?

– Я уже озвучила, чего я желаю, мой господин, – спокойно ответила Алия, только стучащее сердце выдавало ее с головой. – Если вы не намерены…

– Намерен, намерен, – успокоил ее Тризар, усмехаясь и целуя ее в нежно-розовую раковинку ушка. – Теперь мне с тобой еще интереснее, даже не думал, что ты умеешь читать.

Он так и не понял, как ей удалось выскользнуть. Конечно, держал он ее некрепко, однако подобные приемы выхода из захвата знакомы ассасинам, но никак не наложницам, даже любимым самим королем.

– Я польщена, – холодно ответила Алия, глядя Тризару прямо в глаза, и добавила быстро: – Мой господин.

Он демонстративно поморщился.

– По-моему, я уже говорил тебе, что не нужно мне этих "господинов", – напомнил он.

Она очень выразительно показала лицом удивление, а потом вежливое недоумение.

– Мой повелитель? – предложила она, и он вновь поморщился. – Хозяин? Властитель? Все нет? А мой львенок?

– Тьфу, демон, Алия! – выругался Тризар, добавив еще пару неприличных выражений. Его аж перекосило. – Только не последнее!

Он заметил, как блеснула улыбка в ее глазах, как чуть оттаяла ледяная маска.

– И, вообще, никаких этих глупых обращений. Для тебя я Тризар. Цветочек?

Алия смотрела на него каким-то странным, непонятным ему взглядом.

– Вы мой господин, – напомнила она.

Он закатил глаза.

– Ты казалась мне умнее. Мне повторить?

– Нет нужды, я всего лишь проявляла должное почтение, – отозвалась Алия, и он прямо увидел, почувствовал, как она готовит язвительное замечание. – В благодарность за приятный прием в вашем дворце мне хотелось сделать вам приятное. Но раз у вас такие вкусы…

– Как всегда, больно кусаешься, змейка, – усмехнулся Тризар.

Теперь настал черед Алии морщиться.

– Вам так нравятся мои прозвища? – поинтересовалась она.

– Тебе, – напомнил он. – Тризар.

Алия замерла, взгляд ее застыл, словно она принимала решение, а потом она произнесла:

– Хорошо, Тризар, как пожелаешь. Но тогда и я – Алия. А не цветочек, змейка, лапочка и другая живность из твоего богатого воображения.

Он громко рассмеялся. Такая Алия, живая и непреклонная, нравилась ему куда больше, ее слова возвращали его в те времена, когда он нагло приставал к ней в коридорах королевского дворца.

– Как скажешь, малышка… Ах, да, Алия, – паясничал он, развлекаясь от души. – И прости за чтение, я не хотел тебя обижать, действительно удивлен, что ты умнее, чем я думал.

Выражение ее лица ясно подсказало ему, что он сказал что-то не то.

– Благодарю, Тризар, – сухо ответила она, пристально наблюдая за ним, как бы он не приблизился к ней. – Я могу идти?

– А ты больше ничего не хочешь? – многозначительно спросил он.

На ее лице вновь проступило недоумение, сменившееся маской вежливости.

– Нет.

Он вздохнул и отпустил ее. Стоило ей уйти, как он упал в ближайшее кресло и задумался о вечном – о том, как прекрасно звучит его имя в ее устах, как приятно держать ее в объятиях, и как ему теперь избавляться от возбуждения. И какого демона она от него сбежала?! Вновь отказывает ему, пусть и не так открыто. Но почему? Если во дворце она поступала умно, не поддаваясь его обаянию (в которое Тризар свято верил), то сейчас она должна была предпринять все возможное, чтобы соблазнить своего нового хозяина. А она сбежала! Выпросила разрешение и оставила его один на один с мыслями о ней… Если только это не очередная уловка. Чем дольше держишь на расстоянии, тем сильнее чувства. Решила его приучить?

«Не переживай, милая, я тебя переиграю», – мысленно пообещал Тризар.

***

– Сельчо.

Рыжий прохвост оторвал взгляд от своего несчастного листка пергамента, куда он записывал все нужды и расходы господина.

– Да?

– Приведи Алию. Сегодня вечером. И позаботься, чтобы ужин был хорошим. Меня до следующего полудня не беспокоить, – приказал Тризар, заплетая волосы. Тяжелая коса с бусинами упала на спину, и мужчина принялся искать какую-нибудь рубашку или накидку. Где-то он ее видел. Вот проклятье! Штаны находились куда быстрее!

Сельчо молча подал ему чистую одежду и, кивнув, исчез. А Тризар серьезно задумался. Он был натурой увлеченной – это их семейная черта – и, заинтересовавшись чем-то, отодвигал на задний план все прочие дела. Сейчас этим "чем-то" стала для него Алия, вытеснив из его головы даже мысли об Эграле, контрабанде и верном Кардоже, подозрительном Летиэсе, купцах-шакалах, кружащих вокруг него, ассасинах, преследующих его самого и его рабов. Всего одна женщина смогла настолько увлечь его, что он почти терял разум. Как же он хотел ее! Безумно, страстно, до зубовного скрежета! Хотел ее, ее тело и душу, чтобы она любила его так же неистово и страстно, чтобы была лишь с ним! Это был демонический огонь, который выжигал из него все живое. Он сходил с ума и одновременно сохранял ясность рассудка. Он колебался, волновался, не мог решить. Он сам себя не узнавал, но… Но все это происходило внутри него, а своими мыслями и переживаниями он ни с кем делиться не собирался. Для всех вокруг он оставался веселым Тризаром, беспечным магом и наместником, который держал весь Эльтарел в стальном кулаке.

Алия так и не навестила его больше, хотя прошла неделя. Тризар не умел ждать и решился действовать первым. Для этого и нужен был ужин в романтической обстановке. Он готов был подыграть Алии, чтобы ускорить процесс собственного соблазнения. Она никуда не денется, ей придется выполнять поручение Эграла, а он собьет ее с пути истинного.

***

К Тризару Алия шла, как на казнь. Ей хватило их короткого разговора – до сих пор на коже горели его прикосновения. Она собиралась, готовилась к вечеру с ним, а на душе чувствовалась тяжесть. Ее воротило о мысли о том, что она будет с Тризаром этой ночью, что станет одной из его наложниц. Ведь ей, глупой, хотелось любви… Смешно! Она совершенно запуталась, уже не знала, что делать. Чувства затмили разум, не давали ответа, как же ей поступать. И вот она собиралась к Тризару, зная, что ее ждет. Она ожидала этого, знала, что наступит момент, когда он позовет ее к себе, а ей нужно будет изображать любовь и страсть, как с Эгралом.

Очередное платье, вышитое самолично, коснулось разгоряченной кожи. Этот наряд Алия сшила из двух, еще и украсила отдельно. Красивая ткань – голубая и темно-синяя – сплетались, образуя причудливые узоры. Как и всегда, Алия оставляла простор для воображения, скрывая необходимый минимум так, что загадка появлялась там, где ее быть не могло. Золотые волосы были уложены в прекрасный водопад, она вплела в них всего несколько ниток бус. Еще пару штрихов, неотразимая улыбка – и Алия готова покорять мужчину. Если бы он еще не был Тризаром…

Сельчо исполнил приказ господин с точностью и умом: он поселил Алию весьма близко от хозяйских покоев, однако, чтобы добраться до них, надо было постараться – их с Тризаром разделяло три этажа, несколько крутых пролетов лестницы и длинный коридор. А визуально они действительно жили совсем рядом. Сельчо ко всему подходил с выдумкой и энтузиазмом.

Совершив недолгое, но довольно трудное путешествие – косые взгляды слуг не поднимали ей настроение, – Алия оказалась перед входом в покои Тризара. Как же странно. Ей казалось, что она поняла его еще при первой встрече, но сейчас он удивлял ее, совершая неожиданные поступки. И ей оставалось задаваться вопросом: то ли она настолько потеряла голову от чувств, что не могла больше доверять себе, то ли изначально неправильно просчитала Тризара?

Покои наместника Эльтарела по размеру соответствовали королевским, что было неудивительно. Зато внутри обстановка разительно отличалась от того, что привыкла видеть Алия у Эграла. Еще первый раз побывав здесь, она отметила, что у Тризара имеется вкус и чувство меры – здесь не было вычурной, вульгарной роскоши, которая могла испортить любые дорогие вещи, – однако слугам наместника явно не под силу было победить страсть хозяина создавать вокруг себя хаос. Рабы убирались, а Тризар проносился по покоям ураганом, мешая все и раскидывая. Причем это была не безалаберность, а именно легкомыслие. Тризар был натурой настолько увлеченной, что мог забыть о других вещах. К примеру, о том, что одежда висит в гардеробной. Алия слушала стенания слуг и улыбалась. Рабы очень любили своего хозяина и прощали ему его вечный беспорядок, который он устраивал каждый день. Алия и сама начинала проникаться симпатией к Тризару. Он представал перед нею с другой стороны, как заботливый хозяин. Как наместник и политик, он был жесток, беспощаден и расчетлив, но к своим приближенным он относился с явной симпатией, заботясь о них куда больше, чем того следовало ожидать от знатного господина.

Пройдя через несколько комнат, больше напоминающих залы, Алия оказалась в гостиной, где ее ждал ужин, свечи и довольный Тризар.

Помня о его просьбе, она не стала начинать обращение с формальностей, а сразу произнесла:

– Ты желал меня видеть.

– И не только, – заигрывая, ответил Тризар. Иногда он вел себя так дурашливо! – Садись, поешь, выпей. Поговори со мной. Наложницы ведь должны развлекать своего господина.

– Так тебя нужно развлечь? – поинтересовалась она с намеком, опускаясь напротив и стараясь не смотреть на Тризара. Он же, как всегда, был одет до невозможности небрежно и оттого красиво. Он притягивал ее сильнее, чем изящный и чинный Эграл. Темно-каштановые волосы были заплетены в косу, кажется, на манер северян, лишь бусы были данью уважению здешним традициям. Несколько прядей уже выбились из прически и падали на лицо, заставляя Тризара периодически хмуриться. У Алии так и чесались руки расплести этот растрепанный ужас и заплести волосы нормально. Ей хотелось за ним поухаживать… Забытые Боги, как она до этого дошла!

Одежда Тризара тоже не выдерживала никакой критики. Светлые штаны подвернуты до колена, словно у какого раба, а сверху накинута лишь безрукавка, распахнутая на груди. Именно туда – на грудь – Алия старалась не смотреть. Стоило ей только увидеть смуглую кожу, к которой так манило прикоснуться, как внизу живота тяжелело и хотелось, до безумия хотелось мужчину, сидящего напротив. А он с таким веселым беззаботным видом смеялся над нею, ее словами и выбором десерта.

– Не хочешь еще сладкого?

– Нет, благодарю. Вдруг я поправлюсь и перестану тебе нравиться.

– А ты мне нравишься?

– Если ты думал, что в прошлый раз я не почувствовала, как у тебя на меня встал, то ошибаешься.

– Это был нож.

– Отговорки столетней давности.

– Неужели ты настолько стара?

– Не старее тебя.

– Мне можно, я мужчина.

– Хорошо, когда есть подобное оправдание. Удобно.

– Мне не нужны оправдания, я достаточно хорош и без них.

– Всего лишь хорош?

Тризар усмехнулся и самодовольно заметил:

– Конечно, великолепен, но судя по твоему выражению лица, ты по-настоящему не ценишь меня и свое счастье.

– Сейчас съем еще один персик и начну ценить, – не скрывая иронии, пообещала Алия.

– Сильно не увлекайся.

– Боишься, что я переоценю тебя.

– Это невозможно, – рассмеялся этот павлин. – Я всего лишь боюсь, что ты съешь годовой бюджет Эльтарела.

– А вот ты меня уже переоцениваешь.

– Я искренен и честен, – ответил он более низким голосом, глазами пожирая Алию. Он всеми доступными способами намекал на свой интерес, оставалось только снять штаны и продемонстрировать ей себя великолепного.

– Это хорошо, нужное качество для правителя целого города, – похвалила Алия, "не замечая" всех его намеков.

По мрачному лицу Тризара сразу становилось понятно, что кто-то не любит обломов.

«А не надо со мной играть, – зло подумала Алия. – Я и так тебе принадлежу. Так возьми меня без этих разговоров. Но нет, тебе так неинтересно, ты будешь играть со мной, как кот с мышью, наслаждаясь моим унижением. И не лги мне, что тебе не по нраву эта прелюдия».

– Где же ты родилась, что умеешь читать? – вдруг спросил Тризар после получасового молчания. Становилось понятно, что этот мужчина так просто не отстанет и по короткому пути не пойдет.

– Недалеко от Эльтарела, в одном из оазисов.

– А, помню, ты говорила, – заметил Тризар, уделяя больше внимания мясу и вину, чем Алии. Зато слова его удивили ее. – У тебя был очень просвещенный хозяин.

– Нет, я сама научилась читать, намного позже, – задумчиво произнесла она, наблюдая за тем, как Тризар доливает себе вина. Он предложил и ей, но она отказалась

Он бросил на нее удивленный взгляд, но развивать тему не стал, разве что отметил:

– У тебя неплохой эльфийский, почти без акцента. Тоже сама?

Алия, которая знала, что у нее прекрасный эльфийский без акцента, ядовито ответила:

– Мужчины научили.

– Это хорошо, что они тебя научили, – похохатывая, ответил Тризар. – Может, покажешь?

– Тебе прочитать стихотворение на эльфийском? Знаешь, у вас очень красивый язык, его величеству нрав…

– Не надо, – отрезал он.

Вновь потянулись минуты молчания, когда Тризар придумывал очередной повод намекнуть на секс, а Алия готовилась с невинным видом отражать удары. Хватило неугомонного наместника только на четверть часа, после чего все пошло по проторенной дороге. Примерно так и развлекались два взрослых нелюдя, пока часы не показали Алии достаточно убедительное время, чтобы уйти. Тризар нехотя отпустил ее, так напрямую и не приказав остаться и ублажить его.

Алия хотела бы сказать, что победа осталась за ней, но чувствовала себя слишком уставшей и разбитой, поэтому мысленно она согласилась на ничью. Учитывая обстоятельства, ее это вполне устраивало…

…а вот Тризара нет. Он был возмущен! Какого демона творит эта проклятая Богами наложница?! Она не только не пыталась откровенно его соблазнить, она общалась с ним дерзко и даже холодно. И если ее острый язычок он обожал, то вот последнее его настораживало. Это новая тактика? Хочет распалить его чувства? Так куда больше! Если бы не его принципы, не желание добиться любви Алии, он бы давным-давно взял ее прямо на той самой тахте, где она просидела весь вечер, покачивая изящной ножкой! Он, конечно, не понаслышке знал о женском коварстве, но это переходило все разумные границы. Она отказывала ему раз за разом, словно бы не понимая его неприличных намеков. Она! Наложница Эграла! Песчаный златоцвет, которая прославилась своими мужчинами!

Тризар был зол, очень зол, но не отступил. Он предпринял еще несколько попыток. За следующие две недели Алия пять раз ужинала у него, но дальше увлекательных бесед у них так и не зашло. На шестой раз Тризар не выдержал. После долгого спора о причинах плохой продажи инжира в этом году в Эльтареле, он понял, что их отношения заходят куда-то не туда.

– Ты будешь меня соблазнять или нет?! – не выдержал Тризар, который всегда презирал условности.

Ответом ему стали округлившиеся глаза Алии. Впрочем, она быстро взяла себя в руки и вежливо(!) поинтересовалась:

– Что желает, мой господин? Мне раздеться? Станцевать?

Он заскрипел зубами, яростно сжимая кулаки. Даже вороватые чинуши Эльтарела не вызывали у него таких чувств.

– Не нужно, – процедил он. – Я, кажется, просил обращаться ко мне по имени.

– Но ведь настала пора сбросить маски, не так ли? – холодно поинтересовалась она. – Вы же мой господин, вы желаете меня, ждете, когда я – как вы там говорили? – запрыгну к вам в постель.

Их взгляды скрестились. Сейчас его одновременно одолевали два сильных чувства – любовь и ненависть. Он любил, страстно и неистово любил сидящую перед ним женщину, но она не принадлежала ему так, как он этого хотел. Она была его рабыней, но она не была его возлюбленной. Он хотел, чтобы она сама отдалась ему, чтобы признала, что любит. Она ведь не любила Эграла, лишь была предана ему. Так почему она так отчаянно цеплялась за верность своему прошлому господину? Почему продолжала играть с чувствами самого Тризара?

– Ты свободна.

Она поднялась, глаза ее пылали ледяным огнем. Она была прекрасна в своей ярости, строя из себя оскорбленную невинность. Как же он желал ее, неистово, до боли в окаменевшем члене. Все его мысли были лишь о ней, ее тело и лицо преследовало его. Он сходил с ума, утопал в огне Глубин, но не мог победить свою любовь.

Глава 3. Добровольный отказ

Фигура в черных одеяниях быстро шла по косым улочкам на окраине Эльтарела. Ночью район возле порта редко засыпал, там продолжала бить ключом жизнь, не самая приятная и возвышенная (а чаще грязная и грубая). А вот дальше, уходя вглубь города, вверх по холму, встречались тихие места. Именно туда направлялся ассасин. У него были здесь дела, которые он наконец закончил и мог отправляться домой. Пора было исчезать, пока его не заметили…

Ударившись о невидимую преграду, ассасин упал, но тут же вскочил, вытаскивая из-за спины парные клинки.

– Не стоит, Нараш, сталь тебя не спасет, – раздался за спиной знакомый голос.

Нараш резко развернулся, вскидывая руку с мечом, но та вдруг разжалась сама по себе, и клинок упал в остывающий песок.

Из темноты вышел пустынный эльф в светлых одеждах. Нараш сразу узнал эту демоническую улыбку, появляющуюся на лице у наместника Эльтарела каждый раз, когда он в чем-то отказывал ассасинам. А это он делать любил. Уже давно в Эльтареле шла незримая война между ставленниками короля – ассасинами – и магами во главе с наместником. Тризару удалось привлечь на свою сторону не только товарищей по магическому ремеслу, но так же торговцев, да и простой люд его любил. Ассасинам приходилось непросто, особенно в последнее время.

– Наместник? – выказал удивление Нараш, все еще сохраняя невозмутимый вид, хотя внутренне готовился к драке, драке жестокой и, возможно, на смерть. – Вы заплутали по дороге во дворец?

– Не надо хамить мне, Нараш, не трать на это последние минуты своей жизни, – посоветовал Тризар спокойно. Нараш знал цену этому тону – наместник уже все просчитал и расставил ловушку. Он пришел убивать, и у ассасина нет шансов.

Быстро оглянувшись, как раненный, загнанный зверь, Нараш крепче сжал оставшийся в правой руке клинок.

– И чем же я вызвал неудовольствие наместника? Вся моя жизнь – это исполнение приказов короля, и если вам что-то не нравится, наместник, то обращайтесь к его величеству.

– Как раз недавно обращался, не помогло, – зло усмехнулся Тризар, подходя ближе. Нараш не видел, но чувствовал, что во тьме переулка скрывается еще два мага. Тризар – рисковый эльф, но не настолько, чтобы не прикрыть себе спину.

– Жаль. Но меня это не касается.

– Да, вас, ассасинов, ничего не касается, – произнес Тризар, и в голосе его прозвучала угроза. – Вы творите, что душе угодно, не боясь наказания и прикрываясь волей короле. Но вы забываете, что в Эльтареле правит не Эграл.

– Власть его величества распространяется на всю пустыню, – возразил Нараш, прекрасно понимая, что лишь на пару секунд оттянул смертельную агонию.

– Вот в этом и проблема, – неожиданно развеселился Тризар. – Будет предсмертная просьба?

– Что б ты сдох, Тризар, долго и мучительно! – выкрикнул Нараш и тут же рухнул в песок. Он задыхался, хватаясь руками то за горло, то за воздух, бездумно махая ладонями и пытаясь позвать на помощь. Лицо его вздулось и посинело. Он издал еще несколько хрипов, дергаясь на песке, а потом затих.

Тризар развеял заклинание и приблизился к телу. Вроде бы мертв… Еще один взмах руки – и тело Нараша рассыпалось прахом, который быстро смешался с песком.

– Вот и все, – пробормотал себе под нос Тризар. – Последний ублюдок, вынюхивающий у моего дворца, мертв. Представляю, как взбесится Эграл, он-то будет знать, кто избавился от его пешек.

Последняя мысль порадовала Тризара, и он, веселый, направился во дворец в сопровождении своих верных магов – не все были под каблуком у Шериэна, главы Байокра, многие служили наместнику Эльтарела.

Уже подходя ко дворцу, Тризар задумался о том, чтобы навестить Алию. Его гордость проигрывала влечению, и сегодня он решил уступить своей слабости. В конце концов, он все равно добьется своего, так почему бы не ускорить процесс? Тем более он почти перестал злиться на Алию, и у него было такое замечательное настроение. Надо его испортить. Решено.

***

Алия задумчиво листала книгу, мысли ее были далеки от реальности. Увы, опять их занимал Тризар. Все чаще Алия стала замечать, что при мыслях о наместнике она едва ли не улыбается. Его топорные намеки и пошлые комплименты сомнительного качества не делали ему чести, однако вызывали некоторые вопросы. Алия серьезно задумалась над поведением Тризара. Она бы никогда не поверила, что такой опытный мужчина, как наместник Эльтарела, у которого был гарем не меньше, чем у короля, и который прославился своими любовными связями по всему Шарэту, вдруг начал соблазнять ее в манере семнадцатилетнего юнца. По итогу долгих размышлений Алия пришла к трем выводам: либо слава Тризара, как любовника, преувеличена из-за его богатства и знатности, либо с ней он решил не стараться вовсе, либо он над ней издевается. Был еще четвертый вариант, самый лестный, но его Алия отмела сразу и, чтобы не загружать голову глупыми мыслями, от которых портится настроение, обратилась к проверенному способу – занялась сложным и долгим делом. У нее была одна маленькая страсть (помимо мужчин, драгоценностей, шелков и восхищения собою) – она любила учить языки. К сожалению, раньше на это занятие у нее оставалось совсем мало времени. Теперь же ситуация изменилась, и Алия решила совместить приятное с полезным – покопаться в какой-нибудь книге на еще неизвестном ей языке и отвлечься от мыслей о недоступном для нее мужчине. К счастью, его библиотекой она могла пользоваться (благодаря нескольким минутам унижения) и уже наведалась туда несколько раз. Сегодня ее выбор пал на толстенький том с непонятными закорючками.