Память

Анрис Фэвел

Память

1. МОЙ СОН. 26 лет.

Закатное солнце заполняло просторную комнату с мебелью из темного дерева, я всматривалась в своё отражение в зеркале и не могла поверить в то, что это происходит, ведь на мне было роскошное белое платье, расшитое бисером, и я выходила замуж человека, которого так давно ждала. Я полюбила его ещё в юности, полюбила его веснушки на носу, светлые глаза, загорелую кожу, лучезарную улыбку и невероятные сильные объятия. Я любила чувства, которые возникали во мне рядом, любила ту себя, которой я становилась, хотя последнее время я была кем-то другим. И это странное чувство не покидало меня, меня также не покидало чувство, что я делаю что-то неправильно, будто закрываю какую-то боль этим действием. Но что я прикрывала, я не знала, поэтому я просто улыбнулась себе в отражении и глубоко вздохнула.

- Веселей. – послышался звонкий голос моей подруги, которая вручила мне букет из красных роз, которые я даже не любила.

- Знаешь… - запнулась я. – Я будто иду не той дорогой. – я осмотрела цветы, а после комнату, которая будто на старом телевизоре мелькнула.

- Твоя - это целоваться в туалете за вопросы по контрольной? – усмехнулась Ксандра. – Может, ты и не верила в любовь, но любовь верила в тебя, так что выше нос и иди к своему жениху. Перед свадьбой все сомневаются.

- Почему ты вспомнила школьные контрольные? – я развернулась к ней.

- Потому что ты их помнишь. – подруга стала серьезной, а её карие глаза отчего-то стали тревожными. – Я могу пойти вместо тебя. – проговорила Ксандра, подойдя ближе.

- Что? – возмутилась я. – Замуж? – рассмеялась я в ответ. – Шутница.

Со своим будущим мужем я встретилась, когда мне было 18 лет на выпускном. Это было лучшее лето в моей жизни, я была нужной, любимой, была частью его жизни. Мы почти сразу потерялись в этом неудобном городе, и встретили спустя 8 лет. И в этот раз мы решили ни в коем случае не теряться, и он сделал мне предложение. Мы организовали свадьбу буквально за несколько недель. Это было странно, но я была согласна, ведь я так хотела вновь ощутить то, что было так давно. И мне неважно было какой букет цветов будет у меня в руках, неважно какое платье я в итоге надену, и кто будет на моей свадьбе, важно было одно – он. Хотя порой я бы очень желала быть не настолько одинокой в этой комнате. Ксандра была моей подругой ещё в школе, мы с ней тоже на много лет «терялись», но отчего-то я была уверена, что она просто спутник и свидетель определенных действий. А кто действительно мне был бы сейчас важен и нужен – это мой отец. Он называл меня «карамелькой» за мой цвет волос, видел во мне красоту и интеллект, видел меня настоящей, принимал и любил, это была безусловная любовь, и я так скучала.

Но времени было в обрез, поэтому я прошла по коридору к задней двери большого дома и остановилась, чтобы собраться с духом. Может, я всё же ошибаюсь? Ведь здесь даже нет моего отца? Но там за дверью уже стоит мой идеал, два его брата и священник и теперь я больше никогда не буду одна, поэтому я улыбнулась сама себе и вышла из дома. Солнце уже почти село, на лужайке стояла самодельная арка из веток березы, под ней стоял какой-то седой скрюченный священник и ОН. Я неспешно подошла к арке, и мой идеал тут же взял меня за лицо в свои ладони и крепко поцеловал в губы, это была сдержанная страсть, его страсть, мы широко улыбнулись друг другу и послышался голос.

- Тэфи! Тэфи! – где-то прокричал мой отец.

- Отец? – тревога заполнила моё сердце, я посмотрела в сторону дома, но никого не было. – Папа! – уже громче позвала его я, но в ответ тишина.

Темнота поглощала сад, фонари не загорались, я оказалась в каком-то странном темном лесу, небо озарялось светом, как будто скоро взойдет солнце. Моего мужчины не было рядом, не было ни братьев, ни священника, но рядом стоял другой. Незнакомец был высоким тощим в черном фраке, он не отрывал от меня взгляд и широко улыбался своими гнилыми зубами, один глаз без зрачка, второй же, карий, обведен черной краской. Позади него на задних лапах, будто люди, стояли звери в человеческий рост. За их спинами вставало солнце, слышалось пение птиц, а где-то вдалеке пел мужской голос, тихо так, прерывисто, словно убаюкивая меня.

- Кто в озере, Тэфи? – спросил он.

- Что? – лишь спросила его я.

- Кто вошел вместо тебя? – он вновь спросил, рассматривая моё лицо.

- Ты моя! – прорычал голос с другой стороны и резко запахло гарью.

Страх сковал моё тело и посмотрела в сторону дома и увидела огромное черное существо с красными светящимися глазами.

И я открыла глаза, вскрикнув от парализующего страха.

Это был всего лишь сон, ночной кошмар, я проснулась у себя дома, голубые шторы прикрывали яркий солнечный свет, который тут же поблек и исчез. Моя комната была пыльной и разрушенной, увешана старыми постерами мифических животных и иллюстраций леса в рамках, нежно василькового цвета краска на стенах облупилась, а на высоком, широком, разбитом комоде из светлого дерева стояли пыльные рамки с фотографиями. Сон казался таким реальным, но я осознавала, что настоящая реальность вовсе не равна моей мечте, кажется, ничего не было даже около моей мечты. Портреты в рамках на комоде не казались мне знакомыми, я осматривала лица, и так и не найдя ответы в своей памяти отвернулась и закрыла глаза, мне хотелось вернуть то состояние во сне, но ничего не получалось.

Мой отец всегда был рядом, он помогал мне чем мог и как мог, он гордился мной и в то же время я раздражала его. Он был прекрасным кулинаром, экспериментировал, находил интересные рецепты напитков и с удовольствием готовил их, применяя новые формулы в своих кофейнях по городу. Отец был увлеченным человеком, и желал мне счастья, но я не знала, как ему объяснить, что не могу быть просто счастлива, это было сложно. Он часто говорил мне, что беспокоится за меня, после аварии он хотел спрятать меня, и я это чувствовала. Я мечтала влюбиться, найти друга, найти кого-то, кто сможет разделить со мной то, что внутри, но идеальные парни только в снах.

Встав с кровати, я поняла, что ужасно вымотана, моё тело ныло, будто у меня была высокая температура, в голове, будто не мои мысли говорили о том, что я потеряла всё, у меня ничего нет, кроме старой отцовской квартиры и собственных снов.

Недолго думая, я направилась в душ, мне хотелось смыть с себя ощущение финала этого сна, и всего, что я там видела и чувствовала. И даже тот красавчик у свадебной арки казался мне слишком идеальным, таких не бывает. Воды в кране не было, после долгих попыток добиться потока, ничего не вышло. Разозлившись я пнула, корзину с бельем и сильная боль прошлась по моей ноге, я подняла левую брючину и увидела красный жгущий шрам в виде букв «моя», подняла правую брючину и увидела такой же жуткий обжигающий шрам: «ты».

- Ты моя? – спросила я сама себя. – Нет, я своя.

Кожа на животе ныла, я подошла к зеркалу и подняла свитер, там виднелись свежие шрамы бордового цвета, будто зашили наспех, непрофессионально и криво, но зашили. На комоде стояли пыльные рамки с фотографиями, но я не могла разобрать лиц, они словно были неподвластны мне.

Я чувствовала себя скверно, подошла к окну и посмотрела на улицу: промозглый густой туман, тишина, никого, похоже уже глубокая осень. Долго рассматривая улицу, я заметила крышу своей школы. Да, школа была в моей памяти очень ярко, помню старшие классы, но что было потом?

В кухне я нашла свой паспорт: Тэфили Бланш. Мне сейчас 26 лет, это я точно помню, но что произошло за последние 8 лет? Куда делись мои 8 лет? Злость от тщетных попыток что-то вспомнить начинала давить мне на виски, я подошла ещё раз к комоду и взглянула на фотографии. Мне снился отец, но как же он выглядит, кто я такая и что произошло. Ничего не выходило и просто прорычав, я долбанула руками по комоду.

- Ненавижу! Ненавижу! – прокричала я. – НЕ НА ВИ ЖУ! – я прокричала последнее по слогам и слезы покатились по щекам. – Что со мной произошло? - после чего села на кровать и громко завыла от желания вспомнить. – Даже воды нет! Что происходит? Я хочу в душ. – продолжала рыдать я, осознавая, что дело не в душе, но в тот момент мне казалось, он смог бы облегчить мои страдания.

Глубоко вздохнув, я опустила глаза и увидела колье из красных граненых бусин, которое виднелось за комодом, яркое, блестящее. Вытащив его оттуда, я с печалью осмотрела украшение, так и не понимая, кому оно принадлежало и, какую историю имело, может оно было моим, а может, чужим.

- Наверное, моё. - сдвинув брови, я оглядела колье. – Возьму с собой. – я положила его в карман брюк. – Надо дойти до ресторана отца… - задумчиво проговорила я сама себе и вышла в коридор, дабы обуться и надеть пальто.

2. ТЭФИЛИ. 17 лет.

Тэфили проснулась в своей спальне ранним осенним утром, сквозь голубые шторы пробивался солнечный свет, на стенах висели постеры с мифическими животными, а на комоде из светлого дерева стояли фотографии Тэфи и её отца.

- Пааааап! Паааап! Ты дома? – прокричала девушка, не отрывая взгляд от фотографий.

Девушка видела странный сон, в котором она плыла на лодке, а после упала в реку и оказалась в туманном городе, где не было ни души.

Тэфи умылась, быстро надела черную короткую юбку и черную водолазку и присела перед зеркалом, раскрыв свою косметичку. В отражении, девушка вновь посмотрела на фотографии на комоде, и подумала о матери.

В квартире пахло корицей и медом, а на холодильнике висела записка: «Мне нужно бежать, у нас сегодня банкет. В холодильнике сэндвичи, на столе свежезаваренный чай с медом и корицей. Удачи в школе. P.S. Не огрызайся с мадам Метильей, она наш друг.» Тэфи уже накрашенными темными тенями и бордовой помадой лишь закатила глаза. Она обулась в коридоре и взглянула на свою комнату через отражение в зеркале коридора, и тут же не разуваясь зашла к отцу в комнату и вытащила из шкафа большой толстый альбом с фотографиями. Под подушкой девушка заметила какую-то синюю книгу, но быстро глянув на часы, Тэфи поняла, что опаздывает и быстро вытащив из альбома строе фото, выскочила из спальни. На коричневой фотокарточке были изображены девушка, мужчина средних лет и пожилой дедушка, а сзади пером было написано: Эрима, Айко, Илайн, это были мать Тэфили, дедушка и прадедушка.

Девушка шла по осенним тротуарам в бордовом плаще, она рассматривала деревья и небо, Тэфи любила эти краски, спокойную размеренную обстановку, странное приближение к холодному забытью. Осеннее солнце всегда было ласковым и отливало золотом благодаря оттенкам деревьев, воздух на улице был прохладным и в то же время теплым.

У главного входа в школу было уже пусто, кажется, уже прозвенел звонок на первый урок и сейчас главное - прокрасться в класс и сесть за последнюю парту. Тэфили старалась быстро, но тихо подняться по лестнице и юркнуть в класс, как вдруг на верхнем этаже послышались шаги.

- Тэфили! – грозно проорала женщина, увидев опоздавшую ученицу на лестнице.

- Гадство… - прошептала Тэфи, и тут же мило улыбнулась.

- Ты где шляешься?! – она склонилась над школьницей.

В памяти Тэфили сразу же пронеслись слова отца с записки: она наш друг. Такого друга врагу не пожелаешь.

- Доброе утро, мадам Метилья. – Тэфили тошнило от этой женщины, во рту всё сохло, и кружилась голова, но она стоически улыбалась учительнице.

- Что у тебя случилось? Или ты думаешь, что можно вот так просто приходить, когда вздумается?

- Ни в коем случае, мадам Метилья. Но дело в том, что это личное. – продолжала улыбаться Тэфили, от мадам Метильи пахло духами вперемешку с жареной рыбой.

- Личное? У тебя нет ничего личного! Если у тебя причин нет, то я вызову твоего отца в школу! – прорычала женщина.

- Мадам Метилья, разве «женские дни» не являются личным? – Тэфили уже улыбалась через силу, ей было уже невмоготу стоять перед этой женщиной, слышать этот запах и оправдываться.

Мадам Метилья чуть расслабила плечи, она была огромной тучной женщиной, старалась следить за собой, но это выглядело очень плохо: наклеенные ресницы, криво накрашенные губы и цветастое платье в обтяжку, через которое были видны все складки. Она была глубоко несчастной женщиной и всё, что она могла это кричать на учениц в коридоре школы, в которой она преподавала. Да, она была порой отвратительной, но она была женщиной, поэтому ответ Тэфили немного расслабил её напряжение.

- А… - раздался короткий звук. – На сегодня прощаю, но тебе уже пора научиться жить с этим и подобные дни никак… Слышишь? НИКАК! – она буквально прокричала эти слова. – Не должны влиять на твою жизнь.

Мадам Метилья была неприятной, пугающей женщиной, она часто унижала девушку с тех самых пор, как та вернулась в школу после аварии, учительница часто говорила, что Тэфи никак не должна была выжить. Но откуда она это взяла и неужели так сложно принять то, что Тэфили смогла? У Тэфи в голове не укладывалось, что вот так просто можно ненавидеть ребенка за то, что он выжил в аварии. Отец убеждал дочь в том, что у учительницы тяжелая судьба, её муж ушел к её сестре, которая похожа на Тэфи, и поэтому у неё просто ассоциация.

В школе Тэфили старалась быть очаровательной и властной, умной и хитрой, лицемерной и наглой. Светлоглазая, изящная, она носила короткие юбки и ботинки на каблуке, флиртовала с мальчишками, девчонки же обходили её стороной, кроме совсем юных, которые буквально фанатели по её темному макияжу. Тэфили красила губы темной помадой и всегда находила способы «выйти сухой из воды», она была яркой, но в то же время тихой, о ней мечтали одноклассники, и она использовала их мечты себе во благо. В туалете, она часто курила сигареты и могла поцеловать того, кто не оставил её в беде, особенно часто это был её одноклассник Томэр. Бывало заходило всё немного дальше, например, приходилось показать лифчик, но Тэфили никогда не заморачивалась по поводу этики или морали, она поправляла помаду и продолжала улыбаться.

- В этом мире парни пользуются девчонками, значит я буду пользоваться ими. – проговорила Тэфили, затягиваясь сигаретой в туалете. – А те дуры, только и делают, что шипят мне в след. Ненавижу школу. Что плохого в том, что я выживаю? – рядом стояла подруга Тэфили – Ксандра в яркой-розовой блузке с воланами и роскошными волнистыми волосами цвета какао.

- Уверена, будет ещё любовь у тебя. – улыбнулась Ксандра.

- Она уже была. – Тэфи вздохнула и затушила сигарету о раковину. – Надо прекращать.

- Что? Целоваться рефераты или показывать лифчик Томэру? – Ксандра улыбнулась себе в отражении.

- Курить.

Тэфили хотела верить в любовь, она мечтала о ней, но реальность казалась ей совсем иной, порой она смотрела на мечтательную воздушную Ксандру и желала быть ей. Она бы очень хотела верить в хорошее, но почему-то эту веру она спрятала глубоко-глубоко в себя и решила, что выгоднее быть такой, какая она сейчас.

В то утро Тэфили была победительницей в борьбе с ненавистной ей учительницей, но в борьбе с моралью и этикой пока не получалось.

- Эй, Тэфи. – повернулся к ней Томэр. – У меня есть ответы на контрольную.

- Как классно. – хищно улыбнулась ему девушка. – В таком случае буду рада обсудить с тобой контрольную, когда тебе будет комфортно.

- Конечно. – парень словно растекся по стулу и хитро улыбнулся в ответ.

На следующий день Тэфили написала контрольную работу хорошо и ей этого было достаточно. Каждый выживал, как мог, и никто не смел её осуждать - такая философия была ей близка.

- Привет… - несмело послышался голос рядом с Тэфи, когда та считала количество алых бусин, вытащенного колье из мешочка.

- Привет. – улыбнулась Тэфили парню из параллельного класса, и тут уже убрала колье обратно, и положила его в свою сумку.

- Я нашел тебе материалы для презентации, вот держи. – он дал ей папку с какими-то вырезками. – Надо просто приклеить их на ватман, ну и там построить связь…

- Как здорово! – воскликнула Тэфили. – Огромное тебе спасибо! Что ты хочешь в ответ? – она ласково улыбнулась.

- Простой сдай работу на отлично, буду горд за тебя. – он улыбнулся ей.

- Горд? – переспросила она.

- Неправильно выразился… - и тут он запнулся и быстро ушел.

Тэфили посмотрела вслед юноше, а потом на папку с вырезками, настроение слегка подпортилось.

- Какой милый. – послышался голос Ксандры позади. – Вот видишь есть хорошие парни, которым ничего не нужно от тебя в ответ.

- Он был бы горд! – резко проговорила Тэфи. – Я сейчас, что на дне? Мной нельзя гордиться? Он мне что отец?

Поздним вечером Тэфили уже лежала в кровати, когда послышался грохот входной двери. Отец вернулся домой, уже было поздно, и Тэфи лежала и всматривалась в портрет отца на комоде, она скучала по нему ежедневно, но гордость не давала показать ей, как сильно она нуждается в нем.

- Тэфи? – раздался шепот в щелочку её двери. – Тэфи, ты спишь? – уточнил он.

- Почти. – еле слышно ответила Тэфи.

- Ты была в школе? – также тихо спросил отец.

- Да.

- И как там дела? Мадам Метилья не рычит?

- Рычит, как всегда. Но она же нам друг.

- Верно, друг. – ответил отец, послышались его удаляющиеся шаги.

- Таким друзьям место в могиле. – прошептала девушка.

Глава 3

МОЙ ТУМАН

Мне захотелось уйти, уехать куда-то подальше, увидеть другой мир. Вероятно, где-то в другом городе, области, стране я смогу найти себя, осознать, кто я, или найти того мужчину из сна. Мне хотелось убежать, куда угодно лишь бы больше не оставаться в этом месте, в этой квартире, в которой я не являлась собой, в городе, который будто заставляет меня делать неправильный выбор ежечасно.

Солнце снаружи странным образом исчезло, как и мой сон и его больше не было, на улице стоял густой туман и не было ни единой души. Мне нравилось жить здесь, но мне не нравилось, кем делает меня это место, оно словно ломает что-то внутри меня. Я снова взглянула на разбитые портреты, на них люди улыбались мне, посмотрела на, недавно найденные, бусы, и подумала, что они могут стать частью меня новой, и вероятно помогут смириться со мной прошлой. В голове словно ничего не задерживалось, в жизни будто не было смысла, я старалась найти его, но упускала из вида, точно путаясь в клубах тумана, что разросся за окном в виде разлитого молока. Поэтому я достала рюкзак, кинула туда консервы из кладовки, надела теплую одежду, отцовское пальто и вышла из квартиры.

На улицах было тихо, октябрьский туман будто обнимал меня, когда я шла по пустым тротуарам. Так я прошла через дворы, через свою старую школу к реке. Легкая рябь на воде и совершенно никому ненужные разбитые лодки. Недолго думая, я села в одну из них и поплыла вдоль берега. Я надеялась на новые возможности, на шанс новой жизни, исполнение снов.

Туман простирался до самого горизонта, я гребла и будто слышала шепот с берега, он что-то говорил мне. Странная духота вокруг, мне стало дурно, тело будто горело, сняв пальто, я продолжала грести. «Огонь поглощает убийц, а туман и болота прячут их». - говорил чужой голос в моей голове.

Силы словно были на исходе, голова кружилась, я умылась прохладной водой из реки и посмотрела на берег. Сквозь белую пелену я смогла разглядеть светлые дома на возвышенности, будто на высоком холме, и чем ближе я подплывала к берегу, тем лучше я могла разглядеть сквозь густую дымку здания. Это был город, но он казался точно пустым, даже ветра не было. Пытаясь разглядеть местность, увидеть хоть какое-то движение, огоньки в окнах или услышать голоса людей, я поднялась во весь рост и тщательно всматривалась. Внезапно моя лодка резко ударилась о что-то, от неожиданного столкновения я потеряла равновесие и упала в воду.

Темнота. Я открыла глаза, вода была зеленой, мутной, болотистой, но что-то сверху освещало дно. Странным образом, воздуха мне хватало, но меня тянуло вниз. Я огляделась, и увидела вокруг в водорослях запутавшихся людей, они были бледны, их глаза были закрыты, а тела словно стремились наверх, и всё же водоросли цепко опутали их и держали под водой. Утопленники, плененные зеленой смерть, среди всех этих мертвецов я заметила знакомое лицо, это была женщина. Неспешно дно утягивало меня вниз, я старалась плыть наверх изо всех сил, внизу я заметила ярко-голубых змей, они копошились поверх чьего-то тела, объемные браслеты на руках которого сверкали даже в мутной воде. Вмиг чья-то рука сверху схватила меня за шкирку и вытащила из воды.

Я вынырнула у берега реки, подтянувшись за лодку, и нащупав бетонный выступ, в который врезалось моё судно, вылезла. Передо мной была река, широкая, прохладная и голубая, в ней не было и намека на водоросли или муть. Пытаясь осмыслить то, что произошло, я поняла, что вылезла на широкую лестницу, что спускалась к воде с берега. Лодка еле заметно качалась на воде, я схватила свои вещи из неё и пошла наверх.

Темнело. Кто-то помог мне выбраться из воды, поэтому я пыталась найти глазами хоть какое-то движение, наконец-то вдали я заметила темный силуэт.

– Эй! – прокричала я ему. – Это вы спасли меня? Я хотела поблагодарить… и… и… – глубоко вздохнув, я замолчала, силуэт не двигался.

Вода взбодрила меня на какое-то время, жар отступил, но увиденное не покидало мои мысли. Я направилась вдоль реки в сторону предполагаемого спасителя, одежда неприятно прилипла к коже, я выжала концы свитера, который отяжелел от воды, и попыталась снова сконцентрироваться на звуках, но в ответ лишь молчание. Приблизившись, я поняла, что, то был не человек, а дерево. Туман продолжать сопровождать меня, а улицы были тихими и пустыми.

– Боже, как я устала. – мне снова стало душно. – Где все люди? – я продолжала разговаривать сама собой.

Местность была похожа на парк, вдалеке показалось светлое здание с высокой башней, цветные стекла, огромная массивная дверь. Внутри был огромный зал с лавками, а в конце зала полукруглый выступ с алтарем – это была церковь. Там, где был алтарь стояла очень высокая мраморная скульптура божества – мужчина в роскошных украшениях, на его плечах сидел огромный орел, расправив крылья, мужчина распростер свои объятья и улыбался, в одной руке он держал бусы, в другой кувшинообразный цветок на котором сидел паук.

– Светлый демиург… - прошептала я.

Здесь я была в безопасности, это была церковь Светлого Демиурга. Люди продолжали в него верить, несмотря на молчание божества. О нем было написано множество книг, его учения и его философия до сих пор почитаются, тысячи лет назад он помогал людям, но затем исчез. Его брат Темный демиург продолжал прославлять его деяния, время шло, а Светлый Демиург больше не отвечал на молитвы смертных. Увидеть его церковь было редкостью, но в моем городе были люди, которые не просто чтили его, они верили в него всем сердцем, иначе, если б они не верили, наш город давно превратился бы в мир демонов. И в этот момент я поняла, что я не нашла другой мир, а выпала из лодки в том же городе, в своем родном Рэнэрлессе, я будто толклась на одном месте. Отчего-то я помню эту церковь, я бывала здесь пару раз. А значит, мир оставался для меня прежним, только теперь он был укутан в теплый туман.

В каком-то темном кабинете с книгами я нашла плед в шкафу, сняв мокрую одежду, я завернулась в него и присела на кушетку, мне снова стало странно тяжело, жар и нехватка воздуха, и я, положив голову на мягкий подлокотник, уснула.

– Тэфили… - послышался мужской шепот в тишине.

Я приоткрыла глаза в каком-то странном истощенном состоянии, кто-то нес меня на руках, в полудреме я увидела мужской силуэт, он опустил взгляд, но я не смогла рассмотреть лица, и всё же его запах был знаком мне, он пах горькой цитрусовой цедрой. Я была обессилена и поэтому просто закрыла глаза.

Глава 4

ВЕРА

– Тэфи, поторопись! – прокричал отец.

Тэфи сидела перед зеркалом в своей спальне и черным карандашом прорисовывала нижнюю слизистую глаза, после чего быстро схватила помаду бордового цвета.

Отец вошел в её комнату и обратил внимание на комод, на нем стоял их совместный портрет, а сверху была воткнута фотография матери со своим отцом и дедом.

– Ты взяла фотографию мамы из моего альбома? – уточнил отец.

– А? – Тэфи не сразу поняла, о чем он говорит и посмотрела в отражении зеркала на отца. – Да, я взяла. Надеюсь, ты не против.

– Она была такая лучезарная … - он улыбнулся, не отрывая взгляд от снимка. – Поверить не могу, что она поклонялась Смерти…

– Что? – обернулась Тэфили.

– Что? – переспросил её отец, осознав, что сказал, что-то лишнее.