Невесты Драконов. Огненный феникс.

Это вроде бы мелочь, но была последней каплей моего иссякающего уважения к этому мужчине.

Какая странная, бунтарская мысль. Почему она сформировалась в моём мозгу только сегодня? После страстного, эротического сна?

Так, надо бы перестать думать об этом. Налила себе ещё кофе и села за книгу.

Глава 3. Открытие.

Макс пришёл только в девять сорок три и какой-то весь нервный и взъерошенный. Это на него непохоже.

Я не стала подходить к нему. Даже не смотрю в его сторону. Письмо с готовой статьёй у него в почте, а новой главы "Затворницы Демона"у меня пока нет. Так что я сижу тихо, как мышка в своём углу, и лихорадочно выдавливаю из себя строки, описывающие опасную атмосферу ночного леса, кишащего волками оборотнями.

– Алиса, зайди ко мне пожалуйста.

Я высоко подпрыгиваю в кресле и, не мешкая выполняю просьбу своего шефа.

Зайдя к нему в кабинет, с порога тараторю, поясняя парочку пикантных мест в статье.

– Макс, там имеется ввиду фразеологический оборот. Мне нужно было как-то оживить текст. Конечно это не яд, а…

– Лиса, сядь!

Не могу понять выражение его лица, устремленного на меня, из-под сморщенного тяжёлым взглядом лба, но подчиняюсь. С Максом у нас отличные взаимоотношения, мне странно видеть его таким взволнованным и таинственным одновременно.

– Я не по статье, там всё супер-супер гуд. У меня к тебе срочное дело.

Макс трет виски, навалившись всем корпусом на стол. На какое-то мгновение мне кажется ему не хорошо, но тут он резко поднимается с загадочной, даже слегка глуповатой улыбкой на лице.

– Мы выиграли в конкурсе!

– Не поняла – настала моя очередь «глуповато» улыбаться.

– Ну помнишь я говорил тебе, пару месяцев назад, что хочу отправить твой синопсис "Затворницы"на конкурс сценариев новой киностудии в Петербурге?

– Ну да, но я так поняла, что ты передумал… – недоверчиво взираю на Макса.

– Там конец слишком размыт и неоднозначен. И ты молчал всё это время…

– Нет я отправил! – Макс с выпученными глазами медленно качает головой в подтверждающем жесте – Отправил и забыл за него.

Снова эта глуповато – ошарашенная ухмылочка.

– А мы выиграли! Выиграли понимаешь!

– Ты понимаешь чем это может для нас обернуться? Это новые возможности для нас. Выход на новый рынок. Объемы, возможности, связи…Он встал и начал ходить по кабинету взад и вперёд, широкими, размашистыми шагами.

Я примерно представляю, но молчу, с интересом наблюдая за его потугами. Лихорадочно бегающие глазки, словесный поток возвышенно-крамольных мыслей, красное лицо, покрытое испариной…

– Дополнительное финансирование! Крупные клиенты и богатые спонсоры – сально улыбается и потирает руки.

Я недоверчиво взираю на него.

– Ааа! Не Бери в голову. Я беру это всё на себя. А с тебя… – трехсекундное пафосное молчание – Книга! И чем скорее, тем лучше.

– Ну ты же знаешь, я пока на середине, и…

– Ничего не хочу слышать! Никаких статей, и лишних телодвижений! Садись и работай.

Макс прислушался к офисному жужжанию. Недовольно поморщился, и, схватив меня за плечо, стал выталкивать из своего кабинета.

– Езжай! Быстренько езжай домой! Там, в тишине и покое, пиши, пиши и пиши. И пока не будет ещё готовы хотя бы три главы, даже не думай здесь появляться!

Наконец он вытолкнул меня окончательно, придав при этом, напоследок, небольшого ускорения.

Я не стала спорить и сопротивляться. Взяла сумку и пошла в машину. Снежный буран, знатно потрепал мои распущенные волосы, пока я шла на стоянку. Только сидя в машине, я до конца осознала грандиозную новость.

Моё творчество, неожиданно, было оценено по достоинству. Это так волнительно. На меня вдруг снизошла вся степень ответственности и азартного возбуждения. Макс прав – надо писать и писать. Чем скорее я закончу книгу, тем больше времени у меня будет на редактуру. Нельзя тянуть при таком шансе – он выпадает далеко не всём, и уж точно не так скоро.

Набрала Варюшке смс, с просьбой добраться домой на автобусе, а Ваню заберет Антон. Сама же, вдохновлённая и окрыленная, помчалась к дому… Почти не сворачивая. По дороге только заехала в алкогольный магазин, и купила бутылочку красненького. Нужно отметить такую новость, и разогреть воображение.

Подъезжая к дому, я заметила машину Вики. Моя местная подруга, ну «типо».

Она живёт по соседству. Иногда заходит в гости, и праздники вместе отмечаем, да и Варюшке она нравится. Красивая, энергичная брюнетка, очень общительная и улыбчивая – самозанятый лэшмейкер.

Не вовремя конечно, ну ничего, глотнём винца, да и попрощаемся. Долго сидеть не могу – время дорого. Пообещала Максу на этой неделе закончить пятую главу.

Захожу домой, а в голове ключевая сцена, с ранением моего Демона, при спасении главной героини, из лап коварного соперника. Хочется её как-то необычно подать, с чувством, с перцем, с изюминкой, с душой и всё такое…

Что это дома? Музыка громко и запах… Странный, приторно сладкий. Вика похоже переборщила с духами.

– Антон! – тишина, если можно так выразиться при этой звуковой атаке саундтрека из «Пятьдесят оттенков серого» – Вика?

На кухне никого. О! Антон готовил! Пахнет вкусно. И вино! У нас не было – похоже Вика с собой привезла.

Из глубины дома послышались странные звуки, ядовитой догадкой отравившие мои мысли. Что это? Стоны?

Я нахмурилась, остановилась на секунду. Оно мне надо? Может лучше не ходить туда? Выключу музыку, налью себе вина и просто буду ждать, когда они выползут? Ассоциации сразу нарисовали картину ползучих гадов. Захотелось затоптать их. Раздавить. Придушить собственными руками.

Злость толкала меня – с каждым шагом закипая и ускоряясь, я, в бешенстве, влетаю в спальню, не заботясь, о том, что дверь громко ударится о стену. Посыпалась штукатурка, но я не обратила внимания. Как вы думаете, что я обнаружила в нашей с Антоном спальне?

Да нет, не то, что бы я сильно удивилась. Сейчас, разглядывая полуголые тела, я даже, как будто бы, вздыхаю с облегчением. Красавчик, искушающий меня всё это время во сне, проявился сегодня, и я настолько остро ощущаю наше с ним единство, что не могу не думать о нём. Я хочу его. Хочу снова быть с ним, пусть даже во сне.

Испуганный голос Антона выводит меня из оцепенения. Неужели мне придётся пройти через всё это? И что прикажете делать с неверным мужем? Прогнать или дать возможность оправдаться?– Алиса!?

– Ты же сказала, что вечером только будешь! – обида послышалась в его голосе. И так смешно мне стало, от этой наглости, и тупости, и типичности ситуации…

– Ну … Ах, хххахахахаааааа… простите хаааааахха – ха, что помешала!.. Хаааахаха… Ооооо ййй немогу!! Не хотела, правда!Я прыскаю звонким, истеричным смехом. Пытаясь взять себя в руки, и победить свой припадок, я решила съязвить.

Слезы смешались с хохотом. Я прислонилась к стене. Вика неспешно, с видом Шамаханской царицы, натягивала свои вещи.

– Живее! – утирая слезы, тороплю её "величество"– Надоело лицезреть твою наглую рожу у себя дома! Пошла вон!

– Ладно, Антоша, я позже позвоню – нахалка наклонилась к моему бесхребетному, растерянному муженьку, и поцеловала его прямо в губы.

Знала бы она, что он сегодня, буквально ими ублажал меня с утра? Фууу, а если он также и меня целовал, после их с Викой любовных лобызаний. Бееее. Меня передёрнуло. Я снова начинаю закипать.

– Антошу прихвати с собой, он всё равно здесь долго не задержится!

Смерив меня презрительным взглядом, Шамаханская зараза продефилировала мимо в прихожую. Ах как ноги чешутся одарить её волшебным скоростным пендалем. Но, побоявшись замараться, я переключила свой злобный взгляд на муженька.

– Алиса…

– Антон! – я пытаюсь снять грязное, замаранное предательством, постельное бельё.

– Одень штаны! – я вытолкала его из постели – Одевайся и катись отсюда!

– Алиса, милая, я ошибся. Не знаю как, но… Она настойчивая… И… Вика видит меня и чувствует, как никто. А ты совсем изменилась здесь. Перестала смотреть на меня. Вроде бы смотришь, но сквозь… Вечно занята своими мыслями, летаешь в облаках, и я уже не чувствую страсти между нами. Ты вроде здесь, но мыслями далеко и не со мной…

В коридоре послышались крики Виктории и приглушенные удары.

Антон, как есть голый, кинулся к ней. Я последовала за ним. Коридор длинный и плохо освещенный, но в конце, в прихожей было достаточно светло, чтобы увидеть Викторию бледную, с растрёпанными волосами, всю в кроваво-красных потеках.

Я сначала подумала она упала, но обо что она могла так покалечиться?

Антон подбежал к своей любовнице, и помог ей встать. Она тут-же пришла в себя и забилась в истерике. Круглые, не в меру выпученные глаза её, лихорадочно метались по комнате в поисках чего-то. Я подошла ближе и услышала сильный запах алкоголя. Приглядевшись стало понятно, что на ней вино, а не кровь.

Рядом валялась полупустая бутылка, Пино, купленного мной час назад по случаю удачного контракта, на ещё даже не написанную книгу.

Ооо! Вот это действительно разочаровывает.

Что ж за день сегодня!? Эта стерва украла мужа! Попыталась стащить вино, да не удержалась, упала и вылила его на себя? Странно, я его не открывала, а она тоже по времени не смогла бы так быстро управиться.

– Вы чокнутые! – вопила воровка – Ваш дом проклят, и вы вместе с ним! Это была последняя капля! Я подам на вас в суд, за попытку убийства. И ещё побои. За нанесение мне ущерба! Сначала моя одежда, потом машина, теперь шуба…

Я устало закатила глаза, что она мелет? Начинаю выталкивать её прямо в закрытую дверь. Честно признаться, не поняла, как так получилось, но наполовину полная бутылка моего красненького, оказалась в воздухе. В очень странной для произвольного полёта форме, она, словно зависнув над сыплющей угрозы Викторией, толстым дном угодила прямо в открытый рот. Послышался чëткий звук удара и выбитый зуб упал на входной коврик.

Вика застонала, закрыв рот руками. Наконец входная дверь резко распахнулась, а моя, теперь уже бывшая подруженька, неестественно быстро вылетела через неё. Перескочив пару ступенек входной лестницы, она приземлилась на карачках у ворот.

Странности на этом не закончились. Было абсолютно безветренно, но шуба Виктории задралась словно наполненный парус и вместе с хозяйкой покатилась по заледенелой корке на тропинке. Пара метров скольжения и залитая вином, испуганная, с выбитым зубом, "Шамаханская зараза", рыдая и невнятно бормоча, врезалась в металлическую калитку.

Мне, немного стало жаль её. Я оглянулась на Антона.

– Ты не собираешься помочь ей?

– Я?.. – он было ринулся вперёд, но спохватившись своей наготы замешкался, поскользнулся в луже моего красненького, и смачно приземлился на свой тощий зад.

Я даже, кажется, услышала хруст костей. Или это были половые доски?

Громко стеная и изрыгая ругательства, Антон потихоньку пополз от порога в комнату.

Я возвела горе очи, и направилась на выручку несчастной Вике, пытавшейся устоять на ледяной поверхности дорожки, открывая калитку. Я уже была на подходе, как моя бывшая подруга наконец справилась, и, резво так, похромала к своему ярко-бордовому Рено.

Махнув на неё рукой, я глянула на часы и вернулась в дом. Скоро Варюшка должна приехать. Слава богу она не видела всего этого дурдома. Ей конечно нужно будет сразу все рассказать. Или подождать Ваню, и поведать им сразу обоим? За Ваней к пяти часам, так что есть ещё четыре часа поработать над книгой и подумать, как корректнее донести до детей историю предательства их отца.

Расстройство, от всего этого сумбурного дня, выкачало из меня последние силы. Я написала Варваре смс, подобрала остатки вина и залпом их выпила.

Из комнаты доносились скулёж и стенания. Но мне совсем не хотелось туда идти. И Вика и Антон, они оба получили то, что заслужили. Я доверяла мужу. И в мыслях не было застать его в такой ситуации. Вика тоже не вызывала подозрений. Или может Антон прав, и я просто не замечала их? Не видела и не смотрела. Совсем перестала думать о муже как о мужчине. И этим самым оттолкнула его от себя, прямиком в объятия к этой предательнице?..

Нет! Хватит оправдывать их! Это не повод для предательства, тем более в моём доме, в моей собственной постели! В жизни семьи бывает всякое. У нас бывали времена и по хуже, но мы всегда поддерживали друг друга. Я на многое закрывала глаза, старалась оправдать и замотивировать Антона. А он, видите ли не выдержал моей отстраненности! Ну так и сам бы поборолся за моё внимание. Вечно сложит лапки на брюшке и лежит – себя жалеет, ждёт когда Алиса прибежит и всё решит.

Ну вот Я снова закипела и, чтобы отвлечься, взяла ноутбук и направилась в аппендикс дома, упирающийся прямо в гору.

Что за странное все-таки сторонние?

Скорее всего планировались ещё постройки. Внутри горы. Интересное архитектурное решение, так и осталось кричащей загадкой этого дома. Длинный, витиеватый, расширяющийся в сторону горы коридор, сложенный из толстого, светлого кирпича, и белой глины, вперемешку с золотистой соломой. Внутренние, стены были не обработаны, придавая этому тоннелю магическое, древнее своеобразие.

Единственное из убранства – красная ковровая дорожка, с золотыми нашивками по бокам, да декоративная пальма в большом глиняном горшке. Ещё, при въезде, я бросила у самого подножия горы кресло-мешок и поставила журнальный столик – это моё своеобразное рабочее место. Несмотря на то, что здесь не было отопительных труб, в этом закутке оставалось всегда тепло и светло. Мне нравилось здесь работать.

Я села в кресло-мешок и открыла ноутбук. Мысли не могли сконцентрироваться на сюжете книги, они всё время путались, и возвращались в реальность.

Что теперь делать с Антоном? Как быть? Может он сам уйдёт к своей Шамаханке? А как отреагируют на это дети? Варюшка и так переживает подростковый кризис. Она безумно любит отца – это разобьет её сердечко. Есть также вероятность, что она будет винить во всем меня.

А Ванюша? Отец для мальчика – пример во всём. Они часто гуляют, и, когда позволяет настроение Антона, играют вместе. Он тоже будет скучать и страдать.

Ну как же мне это всё развидеть? Как забыть и простить? Лучше было бы остаться на работе и всё оставить как прежде? До поры до времени. Как говорится, сколько верёвочке не виться…

Я захлопнула ноутбук. Невозможно было выдавить из себя ни крупинки фантазии, о страстных скитаниях Затворницы, по таинственным лесам своего Демона.

Надо поговорить с Антоном, и прийти к какому-то решению.

Смотрю на пустой бокал чая. И когда я успела его выпить, ни разу не притронувшись. Такое часто происходит в последнее время. Вещи теряются и находятся в неожиданных местах, а иногда и вообще, их больше не видим.

Тапочки, расчёски, посуда… Может я схожу с ума, но Варюшка тоже жалуется на такие "приколы".

Тянусь к бокалу и понимаю, что не чувствую тяжести руки, она проходит насквозь кружки, оставляя на коже ощущение небольших вибрирующих импульсов, как при ультразвуковой чистке кожи.

Я прислушалась к себе. Мне не больно, никакого дискомфорта, только взгляд затуманивается и снова это двойственное зрение. Картинка в картинке. Стена из горного камня исчезла. На её месте образовалась слабо освещённая пещера, с факелами и металлическими, тонко скованными цепями, от факела к факелу, словно многоуровневые бусы.

Мое невесомое тело, сильным сквозняком всасывает в пещеру. Я пытаюсь зацепиться руками за кресло и журнальный столик, но итог тот же, что и с кружкой – кроме электрического импульса не чувствую ничего.

Влетев в пещеру, наоборот, мои пальцы врезаются в холодный и мокрый камень. Я резко останавливаюсь и оглядываюсь назад. Светлый коридор аппендикса видится не чётко. Он размыт какой-то воздушно-водной преградой. Что это со мной? Глюк? Или нервное помешательство? А может всё реально? И мой повторяющийся сон, настиг меня в жизни?

Достаю из кармана телефон – час тридцать. Отлично, значит ещё есть три часа до сада. Можно оглядеться, возможно это просто завуалированный потайной вход.

Из глубины пещеры послышались звуки чьего-то голоса. Значит это не сон. Нужно выяснить, кто у нас в соседях.

Я пошла на звуки голосов. Они приближались и становились всё громче, всё агрессивнее. Стало понятно, что на том конце пещеры, происходит чья-то ссора. Я резко останавливаюсь, нерешительно взирая на яркий свет, в конце моего пути, и оглядываюсь назад. Сумрачный, голубоватый свет окутал начало входа в пещеру. Его почти не было видно, а звуки ссоры всё нарастали. Я посмотрела на домашние тапочки, перепачканные землёй и чём-то блестящим. Хорошо ещё я не стала переодеваться!

– Без меня у тебя ничего не выйдет! Я нужен тебе – ты не можешь этого отрицать!

Голоса чётко доносились до ушей, врезаясь в нервы агрессивно-властным тоном спорящего. Неудобно конечно, но любопытство взяло вверх, и я, крадучись, приблизилась к краю каменной стены тоннеля.

Я замираю, когда мелкий камушек вылетает из под моей ладони, и тихонько пристукивая, катится по необработанному краю скалы.– За мои услуги тебе придётся платить. Либо…

Послышалось негромкое шипение, и какое-то время оглушительная тишина вынуждает меня прижаться к пещере, практически в печататься в неё.

– Хватит! У нас нет времени! Он проснётся с минуты на минуту! Что тогда будем делать? А если узнает, что это мы освободили старого духа Северной башни? Ты же не думаешь, что он нам это просто так спустит с рук?

Послышались звуки, сродни шуршанию фантиков.

– Тебя, возможно, ещё простит. Отдаст как и всех, за кого-то из своих остомандов… Ну а меня прикончит на месте!

– Я даже догадываюсь, за кого он меня выдаст! – громкое шипение наполнило пещеру, вызвав у меня крупные мурашки страха на затылке – Этот мерзкий полукровка Арсений! Брррр. Он давно на меня свой выпученный единственный глаз положил. Уж лучше – смерть. Чем жить в пещере остоманда, демона-полукровки.

Голоса стали постепенно затихать. По видимому их владельцы поспешили покинуть комнату через другой выход. Вместе с голосами ушёл и яркий свет.

Я выглянула из своего укрытия – никого. Пустая комната, заставленная глиняными горшками разных форм и размеров, шерстяными мотками разноцветной пряжи, толстыми и длинными древесными обрубками, большими вёдрами, литров по сто каждое, огромные метлами, несуразного вида чугунными сковородками и другой странной утварью.

Рука устала держать факел, затекла от напряжения, когда я подслушивала незнакомцев. Положила свой средневековый фонарик на торчащий из не обтесанной стены, серебристый выступ.

Где это я? – только подумала, как взгляд мой наткнулся на глиняный горшок, причудливой формы, такой как в моём сне. В этих горшках, расположенных в небольших, выдолбленных прямо в стенах купального грота, горела какая-то жидкость.

Меня осенило, я действительно попала в свой сон. А может я сплю, и мне всё это снится? Тогда не стоит бояться – мои сны в основном эротично, романтично заряжены, и не вызывают негативных эмоций. Вот только бы не проспать садик. Ну, Варюшка разбудит, как приедет из школы.

Господи, о чем я думаю во сне?

Раз уж я определилась с нереальностью своего состояния, пойду разыщу того высокого красавчика, с тëмно-медными волосами. Он всегда с такой нескрываемой страсть взирает на меня, будто я – ходячий миллион долларов!

По старой памяти смущаюсь своих запретных, для замужней женщины, мыслей. Но потом одергиваю себя. Воспоминания о предательстве мужа, подстегивают меня. Я иду к двери, но у самого порога слышу за спиной раздирающий грохот металлической посуды.

Обернувшись на звук, прямо чувствую, как отвисшая до пола челюсть, придавила ногу. Варвара!? Что она делает в моём сне?

– Мама? Где это мы? – словно прочитав мои мысли, дочь, с непривычным в последнее время энтузиазмом, озирается.

– Как ты здесь оказалась?

– Просто пошла за тобой.

Варюшка пожимает плечами.

– Вернее по каменной стене шла рябь, как по воде. А внутри, как за полупрозрачной занавеской, твоя спина – Варвара подняла на меня свои большие, зелёные как у Антона глаза, и с напором повторила – Где это мы, мам?

Я протянула руку и коснулась её плеча. Худое и тёплое. Значит это не сон. Меня пробрал озноб. Я притянула дочку к себе и обняла.

– Не знаю милая? Но раз ты здесь, значит это реальный мир. Нам нужно выбираться от сюда. – я снова взяла свой средневековый фонарик и направилась к пещере – Иди за мной – скомандовала я и дочь без лишних слов, и, уже привычного ворчания, последовала рядом.

Мы вернулись прежним путём. И на удивление без происшествий.

С Варварой мы решили вечером обсудить наше сегодняшнее небольшое путешествие. Мне нужно было обдумать увиденное? Придать этому, какое-то логическое объяснение, прежде чем самой объяснять дочери, что это за место.

Глава 4. Дом с привидениями – мой дом!

Наш новый дом полон тайн и загадок. Не успевала я удивляться одной странности, как на её месте появлялась другая. Ещё это несвоевременное предательство Антона, как будто бы у измен есть специальное время… Антон, кстати, так и не вышел из нашей комнаты. Но охи вздохи прекратились и Я, со спокойной душой, уехала в садик за Ванечкой.

Он не хотел расставаться со своей новой воспитательницей, поэтому пришлось пообещать заехать в торговый центр. Блин! Надо было отправить в сад Антона! Время идёт, а я за сегодня не написала ни строчки. Так не пойдёт. Решено, весь вечер посвящу своей книге. Главное, чтобы Антон помог с ужином и детьми.

При мысли о том, что я… Да что там я? Дети могут потерять отца, непрошенные слезы побежали из глаз. Мы как раз отъезжали от торгового центра, и я крутила головой выезжая с парковки. Ваня заметил мои слезы и принял их на свой счёт.

– Мама, я больше не попрошу игрушку, обещаю. – он испуганно сморщил своё ангельское личико – Даже и у папы не попрошу.

Даже! Господи, как тяжело. Я улыбаюсь сыну сквозь слезы, а для себя решаю, что ничего пока не скажу детям. Мы решим этот вопрос. Я не собираюсь прощать Антона, пока. Но и торопиться с решениями не буду.

С Ванюшей мы приехали домой уже по темну. Конец марта, день заметно прибавился, но сегодня что-то быстро стемнело. Видимо сама природа чувствовала всю тяжесть моего состояния и напустила на небо темно серых туч.

Антон с Варварой сидели на кухне в полной тишине.

Неужели он рассказал Варваре? Как он представил эту ситуацию? В какой форме донёс до неё эту… совсем не детскую проблему? Ругаю себя, за то, что не предупредила Антона не разговаривать с детьми без меня.

– Вы чего притихли? – мы зашли с Ванюшкой в кухню и волосы зашевелились на голове от увиденного – Что за?

Серое полупрозрачное нечто висело в центре кухни, практически полностью поглощая свет от лампы. Бесформенное, но вполне материальное, оно явно имело недобрые намерения, выражавшиеся в тихой, злобной ауре, наполнившей кухню.

Также, если приглядеться, можно было обрисовать нечёткие формы округлых глаз, с рваными острыми краями и чёрный, словно застывший в истеричном, молчаливом крике, ужасающе огромный рот.

Я взяла Ваню на руки и крепко сжала. Он тоже видел этот призрак, но почти не выказывал страха.

Зато на лицах Антона и Варвары отразился первобытный ужас, который искажал их лица, по мере приближения к ним призрака. Ни секунды не сомневаясь, я бросилась на перерез. Сместив Ваню на левое бедро, я выкинула вперёд правую руку, подсознательно вложив в этот жест всю силу и напор противостояния, вызванного беспокойством, за своих близких.

Сначала я почувствовала небольшое тепло, на всей поверхности ладони, а через секунду, вся моя правая рука была охвачена еле видимым огнём. Призрак молниеносно отшатнулся, заметался по комнате и сжавшись в дальнем, противоположном от нас углу, начал издавать щелкающие, и одновременно, злобно подвывающие звуки. Его рот, или что-то типа этого, начал расширяться поглощая самого себя, пока не поглотил полностью, оставив лишь чёрное, постепенно тающее пятно.

– Это что за хрень у нас твориться?

Я резко обернулась к Антону и Варюшке, встряхивая горящую руку, чтобы сбить с неё прозрачно голубоватое пламя. Мне не было больно, но руку слегка покалывало.

Варвара расплакалась и крепко обняла отца. Мне стало не по себе, от того, что я повысила на них голос.

– Что-то много впечатлений за один день!

Мы все на взводе и в шоковом состоянии от пережитого, стали обниматься и плакать. Ванюша тоже расплакался, хотя держался до последнего.

– Мне кажется оно прилетело из открытого входа в ту мистическую пещеру. Мам?

Я скорее почувствовала, нежели услышала чьё-то присутствие. Колебания шли по всему периметру.

– Что это? Землетрясение?

Остальные недоверчиво, с долей испуга смотрели на меня.

– Ты о чём, мам?