Истории – психологические практики.

Все это-результат большого труда. Это должно занять достаточное место в моем восприятии себя. Потому что я знаю, что, если не буду этого делать осознанно – место автоматически опять займут самокритик и ощущение никчемности, такие вот они у меня прокачанные. Я намерена не дать им захватить власть.»

Достаточно важно, чтобы выставить границы

У Лины был день, который начинался совершенно обычно – работа, пара отчётов, планёрка, несколько срочных писем.

После обеда ей позвонила подруга:

– Лин, как-то так получилось, что мне нужна помощь… ты случайно не можешь забрать меня из женской консультации? У меня после процедуры голова кружится, я боюсь ехать одна.

Лина за подругу очень испугалась, надо было ехать, но… что сказать начальнику? Как объяснить, как посмотрят: не ребенок же, не мама, а… подруга… А если не объяснять? А если спросят?…

Переживание и волнение за подругу заставили Лину действовать решительно и быстро, ведь нужно было ехать, но эта решительность была только наружной. Внутри пылала целая буря переживаний: волнение, спешка и страх столкнуться с реакцией окружающих, особенно руководителя, у которого придется отпрашиваться.

Для нее это была достаточно важная причина, чтобы перестроить остальные дела.

Она глубоко вдохнула, закрыла вкладки, встала из-за стола и максимально спокойно сказала руководителю:

– Филип Петрович, у меня появился важный личный вопрос и мне необходимо срочно уехать. Не могу сказать детали, но это, правда, серьезно. Я обязательно закрою свои задачи вечером из дома.

И (что, серьезно, так можно было?) – он просто кивнул: – Конечно, Лина. Делайте, как вам удобно.

Лина помогла подруге, посидела с ней ещё полчаса в кафе, дождалась, пока та станет чувствовать себя лучше.

Вечером она спокойно сделала всё, что нужно было по работе, а перед сном она задумалась о том, что сегодняшний день подсветил ей, как достаточно бывает внутреннего решения того, что для тебя важно, а что- нет. И тогда это освобождает не только от страха, неудобства того, что кто-то с тобой не согласится, осудит, но и даже объяснять не нужно.

"Эти «обстоятельства», которые, вроде как «заставили» меня выбрать важное – на самом деле просто сняли с меня необходимость оправдывать своё решение. Я просто сделала решительный шаг и организовала все так, как мне надо. Интересно получается: чтобы я разруливала обстоятельства под себя, мне нужны "критические ситуации"?

А, может, нет? Может, если я смогла сегодня – я могу всегда? Что мне нужно для этого?…

Во-первых, пожалуй, не додумывать за других их интерпретации и мысли обо мне. А что нужно для того, чтобы не додумывать? Возможно, не бояться последствий того, что может быть, если они, все-таки будут додумывать. Возможно, быть уверенной в том, что с последствиями я справлюсь. Возможно, все вместе или ничего из этого… Тут надо поразмыслить. Что еще? Подобрать нужные слова – так, чтобы сказать о себе достаточно уважительно, но при этом не слишком раскрывать детали и не уходить в оправдывание. Это отдельное направление работы, думаю, стоит обсудить с моим психологом, что это у меня так срабатывает. Но я чувствую, что что-то нащупала – какую-то дорожку, ниточку, которая ведет меня к расширению, освобождению, здоровой возможности оставаться в отношениях с людьми, но не сковываться страхом себя проявить.»

Легкость, свобода и … ее безмятежность – всё было на месте.

Контакт с собой в сложной ситуации

Лина сидела на краю дивана с телефоном в руке.

Звонок должен был быть важным, и, конечно, его еще и нужно было дождаться.

Как всегда.

Секунды растягивались, как резинка, которая вот-вот щёлкнет по пальцам. Внутри всё начинало подрагивать – знакомое волнение, смешанное с тревогой. Та самая дрожь, которую она знала почти наизусть.

Она поймала себя на том, что плечи подняты, шея каменная.

Как будто вся она превратилась в «готовность» – даже если ничего делать пока не нужно.

Лине не нравилось это.

Она положила телефон рядом – не слишком далеко, чтобы не тревожиться, но достаточно, чтобы позволить себе выдохнуть.

И медленно наклонила голову вправо, мягко поглаживая и растягивая мышцы шеи и плеча, мягко растирая и массажируя их. «Испуг и стресс «сидят» здесь»

И Лина очень мягко выдохнула, будто отпуская что-то, что все это время держала.

Потом – наклон влево.

Ещё один выдох.

И снова.

С каждым движением в теле появлялось пространство и воздух.

Как будто она осторожно протирала запотевшее стекло – не всё сразу, но достаточно, чтобы увидеть: напряжение уходит не быстро, но верно.

«Насколько возможен контакт?» – услышала она внутри себя.

И поняла: ровно настолько, насколько я позволяю себе быть сейчас здесь, в шее, в плечах, в дыхании.

Телефон молчал, но сейчас за это молчание так не угнетало.

Она почувствовала, как из мышц чуть-чуть выходит то самое нервное дрожание – как пар из чашки горячего чая.

И вместе с ним ослабевает ожидание.

Оно всё ещё есть, но уже не давит, не толкает, не сжимает внутренности.

«Что может помочь контакту?»

– Мягкость. Даже если всё внутри хочет спешить.

Лина подняла голову, повернула её вправо, влево…

Шея стала тёплой, живой. Плечи опустились.

Лине удалось ясно ощутить: какой бы ни был этот звонок, сейчас я с собой, и это – опора.

Когда телефон, наконец, зазвонил, она уже не вздрогнула.

Внутренний критик

Лина снова попалась в ловушку внутреннего критика. Он был язвительный, нетерпеливый, немножко измотанный.

Сначала она хотела спорить с ним, объяснять, что он неправ. Обычно именно так и происходило: она пускалась во внутренние диалоги, как будто пытаясь убедить кого-то в том, что она в чем-то не виновата или где-то достаточно старалась или что она права…

Но в этот раз Лине удалось увидеть: ей важен отдых. Вот, почему это все запустилось. Она чувствовала себя уставшей, а дел много, и вот так у нее, бывает, срабатывает: совсем не по той теме, с которой связана усталость, начинает работать «внутренний критик».

Например, накопилось много работы и она чувствует, как бы ей хотелось расслабиться с масочкой на волосы, сделать эпиляцию, маникюр и педикюр, и она начинает себя чувствовать неухоженной, некрасивой, ей кажется, что все вдруг начинают ее такой видеть и она начинает себя ругать, что запустила себя, что вот же, обещала себе, что будет приучать себя к регулярной заботе о своей внешности и здоровье, не занимается спортом, не питается правильно и по кругу, по кругу…

Это всегда значит, сто она в стрессе, и он может быть связан с теми мыслями, которые приходят, а может и не быть связан.

«Да мне просто стоит пойти погулять по морозному воздуху минут 20. Потом закончить дела. А в выходные можно будет заняться тем, чего хочется для настроения, ну, например, устроить себе спа-программу фулл-боди – от кончиков пальчиков до кончиков волос».

Она мысленно дала внутреннему критику чашку горячего чая и сказала: «Отдохни, а я сама справлюсь. Ты, конечно, для меня стараешься, но методы у тебя так себе».

Счастье в маленьких радостях

Солнечный луч упал на край стола – тонкой золотистой полосой.

Это длилось всего секунду, всего одну секундочку.

Такую живую, долгую, яркую.

Лина любила то свое состояние, в котором она могла замечать такие мелочи. Они всегда были в пространстве вокруг – но, то появлялись в поле внимания, то испарялись, отступая в тень.

Когда мир светился маленькими искрами – это означало, что Лина находилась в ресурсном, спокойном состоянии. Она была открыта к тому, что происходит вокруг нее, и при этом это не делало ее проницаемой или уязвимой.

Заметить, выбрать свое отношение, взять себе или отпустить.

Заметить солнечный луч. Улыбнуться. Взять радость. Переключиться в рабочие задачи.

Поднять градус радости

На новогоднем елочном базаре продавались разные сувениры и Лина зависла у прилавка со свечками – в красивых баночках и с невероятными ароматами. Запах печенек? Или запах мандаринок? Лина выбрала несколько свечей и решила, что будет каждый день до нового года зажигать свечу для уюта, приятного настроения, состояния праздника.

Дома она заварила травяной чай, зажгла свечу с запахом хвои и укрылась мягким шерстяным пледом.

Лина выбрала музыку и включила ее негромко, фоном— и позволила себе сидеть без мыслей, а в контакте с ощущениями.

Она чувствовала, что градус радости внутри поднимается. Что это? Действие эгрегора – на подходе к празднику я заражаюсь его предвкушением у людей, пространства, витрин и киосков? Или это я создаю себе это состояние сама? Или все вместе? В общем-то нет разницы, но есть интерес и удовольствие. Пусть это продолжается.

Легче, но не проще

Лину всегда ставили в замешательство идеи минимализма.

С одной стороны, он ее эстетически привлекал: и в том, что связано с интерьером или стилем и в том, что связано с организацией дел. Лине нравилась эстетика спокойного размеренного порядка.

Но, в то же время, Лина выросла в ситуации тотального дефицита, в котором хорошее, а уж тем более роскошное, ощущалось недостижимым и даже каким-то осуждаемым, а размеренность в делах ассоциировалась с бездельем.

Так, в Лине неизменно боролись стремление к спокойствию с тревогой из-за подспудного чувства вины за безделье, а стремление к эстетике минимализма со стыдом из-за ощущения бедностию

Зная это за собой, Лина хотела, все же, прийти к спокойному и радостному проживанию своей жизни в хорошем качестве – и в ее наполненности делами и событиями, и в ее материальном воплощении. И сегодня Лина решила, что хороший путь – это путь маленькими шагами. Одно дело, один проект, одна задача. Как можно сделать их легче, проще, не снижая (и даже, возможно, повышая) качества, очищая от излишней, ненужной суеты?

Точка отсчета – в тебе

Утром захотелось зависнуть в медитации перед зеркалом.

Лина смотрела на себя, как если бы видела впервые. Как если бы она была инопланетной душой, которая прямо сегодня втелесновалась в это тело.

Как ты живешь? Какие у тебя привычки?

Как ты выглядишь?

Лина разглядывала свои глаза, лицо, морщинки, растрепанные волосы – как если бы она не знала о том, как она должна выглядеть, как если бы сквозь ее сознание не проходила никакая информация о стандартах красоты, возрастных изменениях, правильном и неправильном, принятом и непринятом.

Как если бы быть ею – это был подарок, который она получила и вдруг она осознала его прямо сейчас.

Как если бы она знала только одно: начало координат – вот здесь. Это себя ты пришла воплотить в этот мир, и ты идешь его познавать и преобразовывать из этой точки.

Твой опыт, твои навыки, знания, твои травмы – все это «карты», которые тебе раздали, и которыми с сегодняшнего дня тебе предстоит сыграть в увлекательную игру – проживание себя самой.

Осмысление пути на ходу

Захотелось осмыслить проходящий месяц, ведь он был назначен месяцем осознанности и настройки.

Каждый день Лина возвращает внимание внутрь себя: в свое состояние, чувства, мысли…

Что уже проделано? Сколько энергии соткано ею для того, чтобы дни удавались, чтобы в них выделялось место и время для таких важных задач – встречи с собой.

Когда-то она не удавалась. Лина помнит те сложные моменты, когда рабочие вопросы или конфликты дома выбивали из этого намерения, когда не было ни сил ни желания даже думать о каких-то практиках, и они казались бессмысленной ненужной затеей.

Но бывали и другие дни, когда Лина могла вспомнить о том, чтобы просто подышать с вниманием к себе.

А бывали дни, когда она видела результат этих постоянных, регулярных попыток встречи с собой: это чувство ни с чем не перепутать. Чувство, что все правильно, что ты в порядке. Да, вихри жизни существуют и будут существовать и нужно будет находить в них решения, возможности и силы. Но вот это ощущение: я есть, я в порядке, все так, как должно быть – оно дорогого стоит. И пусть оно не всегда доступно. Но даже тогда, когда с ним невозможно соединиться – очень помогает понимание, что эта временная невозможность организована текущими процессами, и что невозможность ощутить контакт не означает его отсутствия. Это как знать, что у тебя есть сердце – независимо от того, чувствуешь ты его биение в моменте или нет, – ты всегда знаешь, что оно есть.

Создание праздника каждый день

Не пора ли устраивать мини-праздник каждый день?

Зачем ждать одного большого праздника – это раз.

Большой праздник будет больше, если его наполнить мини-праздниками – это два.

Большой новогодний праздник – это праздник в разделении с близкими – это три.

А чтобы что-то разделить, это нужно создать.

Так размышляла Лина, зажигая свечу и вкладывая в это не просто намерение ритуала для расслабления и спокойствия, но для создания нужного настроя.

«Волшебный свет и аромат – пусть они поработают на мое состояние, на приближение чуда, на взращивание доброго, хорошего, лучшего из того, что возможно."

Еще один мини-праздник – через уют

Сегодня Лина решила устроить себе мини-праздник через созерцение уюта. Она выключила яркий свет, включила гирлянду, достала любимый плед и сделала какао с маршмеллоу.

Это была не подготовка к чему-то большому – это было создание атмосферы здесь и сейчас.

Она сидела в тишине и смотрела на мерцающие огоньки, которые отражались в окне.

Состояние спокойствия легко отличить от любого другого состояния – попытки остановиться, замирания, усталости…

Лина заметила, что есть тонкая разница в том, как ощущает себя каждая мышца, каждый нерв.

Если обратить внимание в то, как ощущается лицо – можно заметить, что мимика разглаживается, и немного ощущается легкая улыбка. Плечи ощущаются легкими, и при этом живыми. Руки, ноги расслаблены, не подергиваются и не чешутся, и при этом явственно ощущаются, особенно, если перевести внимание и как бы изнутри попробовать ощутить разные участки тела.

Состояние радостного спокойствия отличается от всех других еще больше.

Но, чтобы научиться различать эту разницу, нужно расслабленное, и вместе с тем ювелирное внимание. Радостное спокойствие делает тело легче, как если бы уменьшилась сила тяжести. В этом состоянии отдых настолько продуктивный, что можно засчитать час такого отдыха за 2.

10 минут домашнего праздника стоят того, чтобы их устраивать, во всех смыслах: и в преддверии праздника и для наполнения себя отдыхом – попутно и неспешно.

Мандаринковая медитация

Лина осталась на кухне одна. Вечер был тихий, предновогодний, с тем особым воздухом, когда мир будто замедляется и разрешает чувствовать чуть больше обычного.

На столе лежал мандарин и Лина вспомнила практику изюмной медитации. Пожалуй, можно сейчас уделить ей время: и праздник прочувствовать и замедлиться.

Она не спешила.

Сначала она рассматривала мандарин -как если бы видела впервые. Пупырышки на кожуре были неровными, крупными, и очень заметными (нужно сходить к косметологу- мелькнула у Лина ассоциация с порами кожи, и она, улыбнувшись, вернула внимание в медитацию).

Лина взяла мандарин в ладони, медленно повернула, ощупывая – удивляясь, как много ощущений можно заметить, если не торопиться и намеренно не знать заранее, что будет дальше. Теплый и немного прохладный. Вот тут прохладный, а подержишь- уже теплый, и через пару секунд опять прохладный. Гладкий и одновременно неровный…

Ногтем большого пальца Лина надорвала кожуру и моментально почувствовала резкий аромат- яркий, сочный, густой. Алина задержала вдох, наблюдая, как кожура отходит, как белые прожилки тянутся и отпускают, как мандарин постепенно раскрывается, становится уязвимым, открытым.

Она отделила одну дольку. Медленно. Аккуратно. Поднесла к лицу и вдохнула аромат ещё раз – теперь тоньше, теплее. Пальцы чувствовали её упругость, лёгкое сопротивление оболочки.

Она чуть сжала – и внутри отозвалась сочность, как в водном матрасе.

Лина поднесла дольку к губам, прикоснулась, как в легком поцелуе, ощущая мягкую поверхность («похожа на нос кота, когда он трется об меня утром, только больше»).

Лина закрыла глаза и медленно, чуть замедляя инстинктивное движение, откусила кусочек, ощущая, как сок вместе с кусочком вызывают слюноотделение, наполняют рот приятным нежным сладким вкусом, аромат меняется с внешнего на внутренний- теперь, как будто Лина изнутри пахнет мандаринкой. Лина вспомнила уроки биологии и представила себе структуру клетки, повертела перед глазами ту часть дольки, которая осталась в руке, порассматривала ее.

Она жевала медленно, позволяя каждому всплеску вкуса разливаться, замечая, как тело откликается – мягким теплом где-то глубже, чем язык.

Она не спешила глотать. Замечала рефлекс, но намеренно растягивала время.

Лина чувствовала, как долька исчезает, как вкус остаётся ещё на мгновение – и только потом медленно проглотила.

Я сейчас – это уже какое-то "после"

Сегодня Лина решила написать себе благодарность – самую честную, без кокетства. Она села за стол и перечитала свой декабрь: все маленькие шаги, все тихие усилия, всю работу души, которую никто не видит.

Она проделала и делает большую работу. Снаружи эта работа вплеталась в новые решения, новые поступки, новые слова… Она была неочевидной для непосвященного внешнего наблюдателя, но внутри, Лина знала, это был огромный труд и ей хотелось провести его инвентаризацию, чтобы для самой себя увидеть масштаб проделанной работы, признать его и присвоить.

У Лины долгое время не было понимания, что именно стоит за этим словом – «присвоить». Есть разница между «просто понять», что именно ты делаешь и «стать человеком, который это сделал».

Ощутить себя не как «до», а как «после» и сделать это «после» новой точкой отсчета. Лина, которая создавала себе островки спокойствия, пусть и на пять минут в день, которая создавала себе пространство для практики, та Лина, которая вспоминала о своих границах и умела себя балансировать во время конфликтов – это другая Лина, чем до этого всего. Лина «после» прекрасно помнит, как это – растрачивать свои ресурсы, и знает, что проделанная работа тоже может «размазаться», «раствориться» в повседневности. Это очень обидно и больше так не хочется. Каждая минута жизни и каждое жизненное усилие для Лины настолько важны, что больше растрачивать она ничего не собиралась.

Итак, как себя чувствует та Лина, которая проделала эту огромную работу и чем ее самочувствие отличается от того, которое было бы без этой работы?

Лина ощутила, как ее спина остается прямой и при этом расслабленной. Плечи, осанка – Лина сидит прямо и спокойно дышит, и при этом ощущает спокойствие. Ощущение внутреннего достоинства. Лина ощущает, как она сидит- она ощущает тяжесть своего тела на кресле, соприкосновение кожи с тканью одежды. Эта Лина умеет сосредотачиваться на своих ощущениях, потому что ее границы настолько важны, что она умеет назначать важным даже такое упражнение, как осознавание собственных телесных ощущений. Эта Лина ощущает себя значимой. Она занимает место в пространстве – ровно столько, сколько нужно. Это значимое, важное место и оно – ее. Лина ощущает гордость за себя, за привелегию проживать свой опыт, за то, с чем она уже разобралась лучше, чем могла бы раньше и уверенность, что и дальше будет только лучше и лучше.

Лине нравилось то, что происходит. И ее больше не беспокоило то, что очень сложно объяснить тем, кто никогда не проходил подобный путь – что меняется и что она делает. Это такая тайна для посвященных. Лина посвятила себя в свою тайну и она знает ей цену.

И снова уют, спокойствие и предпраздничное настроение

Сегодня вечером Лина решила устроить себе маленькое рождественское укрытие.

Она завернулась в плед, включила новогодний фильм и позволила себе полностью погрузиться в атмосферу праздника. Не думать о делах, не анализировать, не торопиться. Просто чувствовать – тёплый воздух, уютное одеяло, мерцающие огоньки. Дома уже чисто, почти весь новогодний декор готов, остались только лишь некоторые детали.

Она почувствовала, как в теле рождается мягкое расслабление, будто кто-то осторожно снимает напряжение. Это было похоже на лёгкое чудо, на возвращение в детство, где всё просто.

Дикие танцы

В этот вечер Лина вдруг поняла: просто сидеть и «осознавать» – уже мало.

Тело просило другого языка.

Она включила музыку. Громкую, ритмичную, такую, где басы проходят прямо через грудную клетку и живот, где звук пронизывает насквозь, где ты не слушаешь музыку – ты становишься музыкой.

Она встала босыми ногами на пол.

Холодноватый. Настоящий.

Закрыла глаза – и позволила телу начать первым. Комната наполнилась вибрацией, Лина отпустила всё, что было в голове и в теле, она просто позволяла своему телу быть в резонансе.

Плечи качнулись, как будто стряхивая чужие надежды, чужие взгляды, чужие мольбы, чужие ожидания, чужие «надо»…Таз мягко пошёл в сторону – не специально, не красиво, а так, как ему хотелось. Музыка вела её, а не наоборот. Лина перестала думать о том, как выглядит, она сливалась с движением, она была движением, движение шло изнутри…

Спина выгнулась, руки поднялись вверх, скользнули по воздуху, словно по коже.

Она ощущала тепло внизу живота, живое, пульсирующее.

Ощущала, как грудь свободно поднимается на вдохе, как дыхание становится глубже, как оно перестает ощущаться и тоже сливается с движением.

Лина крутилась, трясла головой, позволяла волосам разлетаться.

Она была дикой, несуразной, необузданной, странной, уродливой, яростной…

Она танцевала, пока не устала, не ощутила приятное изнеможение – такое, как когда ты не чувствуешь ни напряжений ни грузов, только расслабление и желание отдохнуть.

Лина сменила музыку и стала замедляться. Медленно, почти лениво – провела ладонями по бокам, по талии, по бёдрам, как будто пересобирала себя заново, лепила свои формы в гибкую, лоснящуюся кошку после дикой ненасытной охоты.

«Вот ты где», – мелькнула мысль.

Ушли усталость, напряжение, накопленные за год слова, которые она не сказала, решения, которые дались слишком дорого. Пот стекал по спине, кожа горела, и в этом было что-то очень живое, очень-очень честное и интимное – как встреча с собой без свидетелей.

В какой-то момент она рассмеялась – тихо, хрипловато.

От удовольствия. От свободы. Сегодня она не просто стряхнула год с плеч.

Она вытанцевала его из себя.

И это было невероятно хорошо.

Практика "Внутренний центр"

Сегодня спокойный день и он подходит, чтобы актуализировать практику внутреннего центра.

Лина старалась регулярно ощутить свой центр – как ее учили на психологической группе – но это не всегда удавалось.

Хорошо, что она перестала по этому поводу загоняться, потому что ей удалось поверить ведущей группы в том, что это нормально, когда не получается, и нужно просто продолжать. Она положила руку на живот и представила маленькую тёплую точку глубоко внутри.

И эта точка вдруг стала пульсировать, будто живая. С ней Лина чувствовала себя устойчивее, будто вокруг может случаться что угодно, а она всё равно в центре своей оси.

Она шла по улице, держась за этот внутренний источник тепла, и её шаги стали мягче, увереннее. Мир вокруг был шумным, движущимся, ярким. А внутри – спокойствие и ее Безмятежность.

Три радости дня

Сегодня Лина решила собрать три радости дня. Она не думала, что найдёт что-то особенное – день был обычным.

Но вот звук снега под ногами.

Вот свет фонаря, который дрожал на ветру.

Вот запах свежего хлеба, который она купила по пути домой. Каждая радость была маленькой, но вместе они создавали ощущение праздника, который никогда не уходит.

Так просто! Лина сделала фотографии этих моментов – не для соцсетей, а для себя (но в соцсетях поделилась).

Волшебство декабря

Сегодня Лина много думала о том, что было самым важным в этом декабре.

Она перебрала все письма, все маленькие открытия, все внутренние движения… и поняла: волшебство декабря – не в огоньках, не в музыке, не в ожидании. Оно – в том, как она научилась быть мягче к себе. Как вернула себе дыхание, опору, тёплые касания жизни.

Лина почувствовала, что стала ближе к себе, чем была месяц назад. Она записала: «Я нашла волшебство внутри. И возьму его с собой в новый год». И внутри всё согрелось.