Где-то во времени. Часть 2

– Гони-гони! – заорал я, ухватившись второй рукой за крепление пассажирских кресел.

Мезенцев не заставил себя долго упрашивать, и буханка тут же рванула с места.

Я не знал, как подобный трюк выполняли герои боевиков, но на практике это оказалось очень больно. Руки дернуло с такой силой, что я буквально услышал, как захрустели суставы и затрещали растянувшиеся сухожилия.

Но, не успела машина проехать и одного метра, как в борт со всей силы ударил обезумевший ловчий. Челюсти вцепились в распахнутую дверцу, мгновенно промяв тонкий металл. Боковое стекло лопнуло, осыпавшись градом сверкающих осколков. Механическая тварь уперлась всеми лапами в землю и, похоже, даже зацепилась за нее хвостом, превратившись в самый настоящий якорь.

По ушам ударила резкая какофония, состоящая из грохота металла, лязга и визга механизмов. Воздух тут же заполнился незабываемым запахом горящего сцепления. Взвыли гусеницы. Гарик разразился отборным матом. Боливар резко изменил направление движения и с грохотом врезался правой передней фарой в корпус ржавой машины. Пассажирскую дверцу вырвало из креплений, и она чуть не прибила меня, промелькнув в нескольких сантиметрах над головой. Монстра отбросило назад, но он оказался к этому готовым, быстро стабилизировав себя мельтешением механических лап.

Всё произошло за считанные секунды. Ловчий мгновенно растерзал оторванную дверцу мощными челюстями. После удара об легковушку буханку довернуло так, что задняя часть уперлась в противоположную машину. Гарик неистово крутил руль и дергал рычаг переключения передач, пытаясь вырвать Боливара из ловушки, в которую тот угодил.

Тем временем кхуман отбросил в сторону измятую дверцу и помчался вперед. Страшно даже представить, в какой кровавый фарш я бы превратился, не ударь Гарик по газам и не подставь под челюсти монстра дверцу буханки.

«Не успею до „Сайги“ добраться», – промелькнуло в голове.

И тут взгляд упал на полиэтиленовый пакет, который так и лежал под крайним пассажирским сиденьем.

– Находит по запаху! – воскликнул я и тут же схватил сверток, переворачиваясь на спину.

Вцепившись пальцами в теплый полиэтилен, я со всей силы рванул руки в разные стороны, разрывая пакет. Пальцы заскользили по тягучему материалу, пока грязные ногти не проковыряли глубокие борозды.

В нос тут же ударил резкий запах протухшей на жаре мочи, словно я снова оказался в туалете плацкартного вагона времён перестройки. Недолго думая метнул сверток прямо в надвигающегося монстра.

Ловчего отделяла от меня всего пара метров, когда летящий пакет угодил прямиком в лязгающие челюсти. В воздух тут же полетели ошметки полиэтилена и обрывки джинсов. Я сам не знал, на что рассчитывал, но атака возымела ошеломляющий результат.

Уже спустя секунду кхуман остановился и неистово закружился на месте. Капканы замерли, а единственный манипулятор бестолково заскреб по корпусу, пытаясь нащупать и скинуть все прилипшие обрывки протухших портков. Кажется, большая часть содержимого пакета попала на те самые решетки, через которые тварь засасывала окружающий воздух.

– Отлично! – долетели хриплые крики радости и грохот крыши автобуса, на которой прыгали незнакомец с Вишняковым. – Ты его ослепил! Надо добить, давай сюда!

– Тохан, сюда смотри! – крикнул Вишняков.

Я задрал голову. Вовка указывал на предмет, зажатый в руке смуглого парня. Я не мог толком разглядеть, что это, но решил полностью довериться другу.

– Давай сюда, Тохан, быстрей! – не унимался Вишняков, прыгая на самом краю крыши автобуса. – Быстрей, чтоб тебя! Пока тварь не очухалась!

Других вариантов всё равно не было. Даже если я успею забраться в салон и схватить Вовкин автоматический дробовик, это всё равно не даст гарантии уничтожения ловчего. Ведь тот попросту свернется в бронированный клубок или и вовсе спрячется в своих тоннелях, а я только впустую сожгу драгоценные патроны.

– Лезь на крышу! На землю не наступай! – бросил я Мезенцеву и, наконец-то, поднялся на ноги.

Боль тут же дала о себе знать, прострелив электрическими импульсами от поясницы до пяток. Я невольно выругался и заковылял в сторону автобуса.

– Сейчас я его грохну!

Гарик бросил руль и схватил автомат, изворачиваясь на сидении так, чтобы было удобно стрелять сквозь проём вырванной дверцы.

– Не надо! – я отмахнулся. – Лезь на крышу! Патроны береги! У Бабаха есть план!

– Какой, к чёрту, план?!

– Бабахский!

Я быстро обогнул ржавый автомобиль. Тем временем ловчий перестал кружиться и замер на одном месте. Активный манипулятор продолжал выдергивать из капканов обрывки вонючих ошметков. Судя по всему, протухшие на жаре миазмы оказались особенно едкими. Монстр явно улавливал мои шаги, но вот навестись как следует уже не мог.

Загудели механизмы, и жуткая тварь стала стремительно приближаться, петляя из стороны в сторону. Я сдавленно выругался и, пересиливая боль, заковылял к автобусу.

Восприятие времени снова растянулось. Я что было сил переставлял ноги, но вечерний воздух сопротивлялся движениям, словно превратившись в густой кисель. В то же время меня не покидало странное, находящееся где-то на краешке восприятия чувство, что чего-то не хватает.

Толком не успев затормозить, я с грохотом врезался в борт пыльного ЛиАЗа.

– Давай, бросай ему! – Вовка хлопнул незнакомца по спине и тот быстро разжал пальцы.

– Закинь под него! – продолжал кричать Вишняков, выпучив глаза. – Бросай и прыгай, мы подхватим!

Я вытянул руки и поймал знакомый зеленый цилиндр. Никакой ошибки быть не могло. Грязные пальцы сжимали самую настоящую РГД-5. Вид такой штуковины нисколько меня не смутил, так как однажды наш препод по ОБЖ всё же снизошел до того, чтобы действительно провести несколько более-менее внятных уроков. И на одном из них как раз и рассказывал об устройстве гранаты, даже дав покрутить в руках учебные образцы.

Ловчий стремительно приближался. Лязгали челюсти, гудели механизмы. Ослепляющее действие протухших портков сходило на нет, и монстра всё меньше и меньше бросало по сторонам.

Вишняков и незнакомец разразились отборной матерной бранью. Вовка с грохотом плюхнулся на живот и свесил руку с крыши автобуса. Я только и успел, что развернуться и прижаться спиной к обшарпанному борту.

Все мысли куда-то исчезли. Осталась лишь тупая боль в спине и руках, а также ноющие ощущения в области почек из-за чрезмерного выброса адреналина. Я прижал спусковой рычаг и потянул за кольцо. Сделать это не так-то просто, реальные усики чеки оказались намного крепче учебных, но всё же поддались. Я опустил руку с зажатой гранатой и, переступив с ноги на ногу, приготовился к тому, чтобы метнуть ее как можно точнее. Впрочем, метнуть – слишком громкое слово.

Ловчий, поднимая пыль, летел вперед. Лапы вырывали комья земли вместе с травой. Надрывно гудели моторчики и приводы. Отключившийся манипулятор бестолково волочился по земле, а второй продолжал скрести по корпусу в поисках прилипших обрывков. Я отвел руку назад и легко махнул навстречу кхуману, разжав пальцы.

Сквозь окружающий шум было хорошо слышно, как со стальным звоном отлетел спусковой рычаг. Граната, практически не вращаясь, медленно устремилась к механическому монстру. Я тут же развернулся и, подпрыгнув, схватил Вовку за руку. Боковым зрением я успел заметить, как РГД-5 скрылась из виду, затерявшись среди темных очертаний корпуса монстра.

Но ловчий и тут оказался не так-то прост. Машина явно поняла, что я применил против нее какое-то оружие. Тварюга тут же сбавила скорость и сделала несколько резких рывков вперед-назад, видимо, пытаясь понять, куда делался брошенный цилиндр. Этого времени оказалось достаточно, чтобы я уперся ногами в борт ЛиАЗа и, стиснув зубы от болевых ощущений, попытался подняться, увлекаемый наверх Вованом.

– Помогай! – прохрипел Вишняков.

– Руку давай! – тут же подключился незнакомец.

Я судорожно вскинул вверх ладонь. В этот момент подошвы китайских кроссовок проскользнули по обветшалой краске борта, и я безвольно повис, стуча коленками по обшивке автобуса. Идея использовать оконный проем как приступку оказалась полностью нежизнеспособной, так как я пытался забраться с уцелевшего стекла. В голове была только одна единственная мысль о том, что в любое мгновение может раздаться взрыв.

Ловчий, сообразив, что жертва ускользает, решил атаковать. Парни на крыше почти синхронно издали сдавленный мат и, рывком втянули меня наверх. В это же мгновение борт автобуса содрогнулся от мощного удара монстра.

Незнакомец плюхнулся на задницу, и я, оказавшись наполовину втянутым, заскреб пальцами по ровной крыше, пытаясь найти хоть что-то, за что можно зацепиться. Вишняков, успев обложить матом мою неуклюжесть, тут же схватился за брючный ремень и потащил на себя.

– От края отойдите, живо! – крикнул парень.

Стоило только ногам полностью очутиться на крыше, как я тут же последовал его совету, перекатившись на противоположную сторону автобуса. Вишняков последовал моему примеру, и в этот миг граната взорвалась.

ЛиАз содрогнулся от ударной волны. В воздух взметнулись клубы пыли и обрывки какого-то тряпья. В ушах повис ужасный звон, словно кто-то огрел палкой по надетому на голову ведру. В ноздри ударила резкая вонь горящей органики и изоляции. Противоположный от нас край крыши со звоном пробили мелкие осколки. Сверху посыпались поднятые комки земли и обрывки каких-то тряпок. Автобус, который сначала качнуло от источника взрыва, теперь потянуло в противоположную сторону, и он сильнее накренился на пострадавший борт. Спустя секунду всё было кончено.

Я, с трудом переводя дыхание, сел и осмотрел себя на предмет ранений. Спина и руки сильно ныли, но, похоже, всё цело.

«И кому в голову пришло так эту тварь назвать? – подумал я, смахивая с лица выступивший пот. – Ловчий, придумают же такое… Неужели всё обошлось?»

– Парни, чтоб вас, вы живы?! – долетел сквозь звон в ушах крик Мезенцева.

Я приподнялся и посмотрел в сторону буханки.

Игорь с автоматом наготове стоял на крыше, переводя быстрый взгляд с развороченного борта автобуса на нас и обратно.

– Да! – ответил я. – Тварь не шевелится?!

– Нет! Ее разворотило на несколько кусков! Сука, вот это план! Бабах молодец!

– Бабах всегда молодец! У него был план! Вовка решил сделать большой бабах!

– Конечно, я же Бабах! – живо подключился Вишняков, расплывающийся в победоносной улыбке.

Мезенцев засмеялся, показывая поднятый вверх большой палец.

– Ты-то как? – спросил я, поворачиваясь к Вишнякову.

Голос сильно дрожал, а руки совершали множество ненужных действий, смахивая с одежды грязь, словно это сейчас было действительно важно.

– Нормально! – отозвался он, выдав поток матерной брани, суть которой сводилась к тому, что он чуть не обделался. – Куртку жалко. Смотри, что эта тварь сделала!

Бабах поднялся на крыше и раскинул руки. Один рукав выглядел нормально, а второй был оторван почти под самое плечо. Видимо ткань была какого-то хитрого плетения, потому что вместо ожидаемых лоскутов, разорванный край выглядел очень ровным, словно отсеченным резким взмахом самурайского меча. Только лишь длинные нити, торчавшие из обрывка, выдавали, что это не так.

– Ничего, так даже круче смотрится! – громко ответил я, похлопывая по звенящим ушам.

– Я вас как увидел, засомневался поначалу, – радостно подключился к диалогу незнакомый паренек, широко улыбаясь. – Смотрю, одежда вроде бы как старики говорили. Черная форменная. Нет, думаю, быть не может! Чтобы спустя десятки лет и странники снова вернулись…

Я перестал осматриваться и посмотрел на него. Загорелое лицо незнакомца расплывалось в улыбке. Выглядел он вполне обычно, хотя в чертах лица и разрезе глаз прослеживалось что-то азиатское. Я почему-то подумал, что и говорить он должен с характерным акцентом. Но это было не так. Говорил парень почти так же, как и мы. Разве что иногда слишком твердо произносил некоторые согласные, словно собираясь кашлянуть. Дополняли образ хрипловатого советчика кроткие волосы, отливающие в лучах вечернего солнца матовыми бликами, нос с небольшой горбинкой и тонкие губы. Издалека я назвал его телосложение худощавым, но это не совсем так. Да, парень не качок, и объем бицепса не шел ни в какое сравнение и Гариковскими «банками», но он был в разы крепче, чем мы с Вовкой вместе взятые.

Под бронзовой кожей перекатывались и бугрились сухие, проработанные мышцы, опоясанные сетью толстых жил и вен. Теперь стало понятно, как ему удалось столь быстро втащить на крышу мою тщедушную тушку.

– Еще смотрю, со стороны Тихих Холмов едут, – радостно продолжал он. – Думаю, быть такого не может! Ведь туда давным-давно никто не суется! А потом ты так глупо высунулся, и тебя ловчий потащил. Нет, думаю, точно придурки какие-то! Сейчас их быстро закарачат. Просто одежду нашли где-то на старом складе, вот и всё. А когда ты стрелять в него начал, я уже точно был уверен, что вы и не странники вовсе. Но потом третий ваш машину быстро на возвышенность загнал и первым же выстрелом ловчему силовое реле выбил. Быть не может, думаю! Да еще и оружие как у странников. Ну нет, таких совпадений не бывает, можно ему гранату доверить. То есть тебе!

Парень улыбнулся еще шире и ткнул в меня пальцем. Он говорил с такой скоростью и радостью, что, наверное, его не смог бы перебить даже Бабах. Я еще не до конца осознал всё произошедшее, поэтому изобразил дежурную улыбку и согласно кивнул.

– Подожди, – всё же вклинился Вишняков. – Тебя как зовут хоть?

– Рагат! – парень сделал ударение на последнем слоге имени и протянул руку. – Вот это действительно великий день! Странники вернулись! А как к вам обращаться?

– Кибер! – внезапно сказал Вован, представительно расправляя плечи.

– Кибер? А я подумал Бабах…

– Так тоже можно, но лучше Кибер.

– Старики всегда говорили, что у странников имена особенные! – улыбнулся наш новый знакомый и посмотрел на меня, явно ожидая, что я тоже представлюсь.

«Блин, Бабах! – мысленно воскликнул я. – Какой еще, к чёрту, Кибер? Или ты это так выполняешь пункт три нашего устава? Хитро, я тогда…»

– Тохан, – буркнул я, так ничего и не сообразив, за что тут же поймал на себе укоризненный взгляд Вишнякова.

Да, наверное, Вовка был прав, и я должен был успеть что-то сообразить. Но в ушах до сих пор звенели отголоски взрыва, а тело ныло от множества полученных ушибов. Лодыжка отзывалась ноющей болью, а по спине струился пот. Грудь нервно вздымалась от сбитого дыхания, но я всё же пытался сообразить, как будет правильно дальше вести диалог и какой пункт нашего устава следует выполнять.

– А что ты такое в него бросил, что он с ума сошел? – Рагат крепко пожал мою руку. – Мудрое решение, как раз время выиграл!

– Портки! – засмеялся Вовка. – Кто бы мог подумать, что они еще на что-то сгодятся!

– Хорошие джинсы были, – растерянно протянул я. – Постирать, так и сгодились бы…

Адреналин схватки начинал понемногу отпускать. Но меня всё же не покидало назойливое чувство, что чего-то не хватает, и я упускаю из внимания что-то очевидное.

– А знаете, когда я точно понял, что вы – странники?

Я помотал головой.

– Когда увидел, как ты ему закинул гранату прямо в стык нижней бронеплиты и воздушного фильтра. Тут уже точно никаких сомнений не осталось! Я бы так не смог. Даже кони бы не смогли! Совсем не верится! А скорость движений какая! Это надо так успеть ноги выставить, чтобы в пасть к нему не угодить!