Гостевая книга

Её взгляд невольно поднялся вверх, на лестничный пролёт. Шёпоты исходили с верхнего этажа. И хотя её сердце начинало колотиться от страха, она не могла остаться внизу, притворяясь, что ничего не происходит.

Поднимаясь по лестнице, Сара ощущала, как с каждым шагом воздух вокруг неё становится холоднее. Свет, пробивающийся из окон, казался тусклым, будто что-то поглощало его.

Когда она дошла до второго этажа, шёпоты стихли. Теперь весь коридор был погружён в гробовую тишину. Её взгляд тут же упал на дверь номера 201. Она была приоткрыта.

Сара замерла. Воспоминания о предыдущем визите в этот номер накатывали волнами тревоги. Образ её собственного отражения, странно застывшего в зеркале, всплыл в голове, заставляя её сомневаться, стоит ли идти дальше.

– Всё в порядке, – прошептала она себе, как будто эти слова могли придать ей уверенности.

Но ничего не было в порядке. И всё же она подошла ближе, замедляя шаги, пока не оказалась перед дверью. Сара глубоко вдохнула и осторожно толкнула её.

Она ожидала увидеть ту же картину, что и в прошлый раз: аккуратная комната с кроватью у окна и чемоданом на ней. Но всё было иначе.

Кровать теперь стояла у противоположной стены, будто её кто-то специально передвинул. Одеяло было небрежно сброшено на пол, а подушки лежали в беспорядке. Чемодан, который она видела на кровати в прошлый раз, бесследно исчез.

– Что за чертовщина… – прошептала Сара, чувствуя, как её руки покрываются мурашками.

Она медленно вошла внутрь, оглядываясь по сторонам. Комната казалась чужой, словно всё в ней было слегка не на месте, будто кто-то пытался скопировать её, но сделал это не совсем точно.

Пол поскрипывал под её шагами. Сара подошла к кровати, провела рукой по её краю, будто проверяя, реальна ли она, и перевела взгляд на окно. Шторы были слегка раздвинуты, впуская холодный дневной свет.

В углу комнаты стояло зеркало, которое она заметила ещё в прошлый раз. Тогда оно казалось обычным, хотя её отражение в нём вело себя странно. Но теперь зеркало изменилось.

Его поверхность была покрыта трещинами, которые расходились от центра и образовывали узор, напоминающий ветвистое дерево. Сара подошла ближе, не сводя глаз с этих причудливых линий.

Она не могла понять, что именно привлекало её внимание. В трещинах была какая-то зловещая симметрия, словно они были не результатом повреждений, а частью какого-то замысла.

– Что с тобой случилось? – прошептала она, сама не понимая, почему говорит с зеркалом.

Её рука невольно потянулась к нему. Когда её пальцы коснулись холодной поверхности, трещины начали медленно ползти дальше, словно зеркало ожило.

– Нет… – Сара резко отдёрнула руку, но было уже поздно.

Трещины разрастались, распространяясь по стеклу с пугающей скоростью. В какой-то момент ей показалось, что за ними что-то шевелится, будто кто-то или что-то пыталось пробиться наружу.

Сара отшатнулась от зеркала, споткнулась о край ковра и едва не упала. Её сердце бешено колотилось. Она больше не могла находиться в этом номере и бросилась к двери, оглядываясь через плечо. Ей казалось, что зеркало наблюдает за ней, что оно втягивает комнату в какую-то неведомую тьму.

Выбежав в коридор и резко захлопнула за собой дверь, Сара привалилась к ней спиной, стараясь успокоиться. Но её руки продолжали дрожать, а в ушах всё ещё стоял звук разрастающихся трещин.

– Что происходит? – выдохнула она, обхватив себя руками.

Ей хотелось сбежать, оставить эту гостиницу и забыть обо всём. Но что-то удерживало её здесь, словно сама гостиница не хотела её отпускать.

Она вытерла испарину со лба, осмотрелась по сторонам и поспешила вернуться вниз, надеясь, что привычная обстановка ресепшена сможет вернуть ей чувство реальности.

Вернувшись на ресепшен, она всё ещё ощущала напряжение от недавнего визита в номер 201. Её мысли роились, как встревоженные осы: трещины в зеркале, исчезнувший чемодан, странное ощущение присутствия. Она бросила взгляд на гостевую книгу, лежащую открытой на стойке, как будто кто-то недавно её листал.

– Нет, я ведь оставила её закрытой, – пробормотала Сара, нахмурив брови.

Книга была слегка повернута наискосок, и её пожелтевшие страницы открылись на новой записи.

«Кэтрин Холл. Номер 207. Дата заезда: сегодня.»

Сара замерла, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Запись снова была сделана её почерком.

– Этого не может быть, – прошептала она, пробегая глазами по строкам.

Номер 207. Она точно знала, что никто туда не селился. Ключ висел на своём месте на стойке. И снова этот странный диссонанс – новое имя, но пустота, как будто кто-то невидимый въехал в гостиницу.

Сара взяла ключ от номера 207 и скорыми шагами направилась к лестнице. Её шаги эхом отдавались в коридорах, где казалось, что воздух становится всё более тяжёлым.

Поднявшись на второй этаж, она остановилась перед дверью 207. Снаружи всё выглядело обычно. Металлический номерок слегка блестел в тусклом свете ламп.

Сара вставила ключ в замочную скважину, повернула его, и дверь открылась с мягким щелчком.

Внутри её ожидал сюрприз.

Номер не был пуст. В отличие от запустения, которое она видела в других номерах, здесь всё выглядело так, будто кто-то действительно въехал.

На кровати лежали аккуратно сложенные книги. Рядом стояла большая дорожная сумка, слегка приоткрытая, из которой выглядывали аккуратно сложенная одежда и пара ботинок. На прикроватной тумбочке лежали личные вещи: расчёска, футляр для очков, даже тюбик с кремом для рук.

Сара подошла ближе, прикоснулась к обложке одной из книг. Это был потрёпанный экземпляр старого романа. На титульной странице было написано имя: «Кэтрин Холл».

– Кто ты такая? – выдохнула она, оглядывая комнату.

Воздух здесь казался пропитанным присутствием, но не было ни малейшего намёка на человека. Она подошла к окну, посмотрела на улицу, но не заметила ничего необычного.

Сара наклонилась к сумке, но тут же отпрянула, как будто её пронзило холодом. Ей вдруг стало невыносимо находиться в этой комнате.

Закрыв за собой дверь, Сара замерла в коридоре, пытаясь восстановить дыхание. Её взгляд скользнул вдоль стены, и она заметила тонкую трещину, пересекающую угол напротив номера 207.

Трещина выглядела свежей, словно здание только что слегка покачнулось. Ещё одна деталь, которую она не могла проигнорировать.

Спускаясь вниз, Сара обратила внимание, что в других местах гостиницы начали проявляться подобные изменения. Углы некоторых стен казались неровными, словно не выдерживали внутреннего давления. В одном из зеркал на лестничной площадке она мельком заметила своё отражение, но оно выглядело размытым, неестественным.

Её сердце заколотилось быстрее.

Спустившись в холл, Сара заметила миссис Грейс, которая проходила мимо со стопкой свежевыглаженного белья. Женщина напевала себе под нос мелодию, выглядя абсолютно спокойной.

– Миссис Грейс, – окликнула её Сара, подходя ближе.

– Да, милая? – Грейс обернулась с добродушной улыбкой.

– Вы заметили… трещины? На стенах, в углах? Они выглядят свежими. И ещё зеркала… с ними что-то не так, – голос Сары звучал нервно, но она старалась говорить как можно спокойнее.

Грейс усмехнулась, по-матерински посмотрев на Сару.

– Ох, трещины? Да они тут уже давно, дорогая. Всё никак не вызову мастеров, знаете ли, вечно что-то мешает.

– Но… они выглядят… новыми.

– Не переживай, это просто старое здание. – Грейс махнула рукой, будто отгоняла назойливую муху. – Оно иногда «плачет», как я это называю. Привыкаешь со временем.

Сара хотела сказать ещё что-то, но осеклась. Тон Грейс был настолько расслабленным, что это сбивало с толку. Как можно игнорировать такие вещи?

– Хорошо, – пробормотала она, чувствуя себя так, будто говорит с невменяемым человеком.

Грейс улыбнулась и вернулась к своим делам, а Сара осталась стоять на месте, понимая, что гостиница явно хранит больше тайн, чем она могла представить.

Глава 7. Первое исчезновение

На следующее утро своего пребывания в гостинице Сара заметила, что одиночество, которое сперва казалось ей чем-то давящим и непривычным, начало приобретать странную притягательность. Она сидела за стойкой регистрации, облокотившись на гладкую поверхность и лениво перелистывая страницы старой книги, которую успела прихватить из своей комнаты.

Книга, в кожаном переплёте, пахла пылью и временем, как будто её хранили в каком-то сундуке на чердаке. Слова на страницах были выцветшими, местами трудно различимыми, но это лишь добавляло им очарования.

– Странно, – подумала Сара, переворачивая ещё одну страницу. – Как легко я отвыкла от телефона.

С первых минут своего прибытия сюда, когда её телефон потерял сигнал, Сара чувствовала себя отрезанной от мира. Это было тревожно, как если бы кто-то выдернул её из привычной реальности. Но за эти несколько дней она начала замечать, как хорошо обходиться без постоянных уведомлений, без всплывающих сообщений с предложением купить новую пару туфель или скачать приложение, которое якобы изменит её жизнь.

– Тишина, наконец-то, – пробормотала она, улыбнувшись.

Единственным источником звуков были поскрипывающие половицы в холле, лёгкий стук посуды из кухни и скрип оконной рамы от ветра. Это место, со всеми его странностями, начинало казаться ей… каким-то уютным.

Когда часы на стене пробили восемь, Сара подняла взгляд от книги. В холле появилась знакомая фигура мистера Рендала. Он спускался по лестнице с таким видом, будто мир вокруг – не более чем досадное недоразумение.

– Доброе утро, мистер Рендал, – привычно произнесла Сара, с лёгкой улыбкой смотря на него поверх книги.

Рендал буркнул что-то невнятное в ответ, даже не замедлив шаг. Его строгое лицо, как и раньше, выражало недовольство, а в руках он сжимал портфель, словно это был щит, который защищал его от любого взаимодействия.

– И вам доброго утра, – тихо добавила Сара себе под нос, глядя, как он исчезает в дверях столовой.

Время тянулось медленно. Сара закрыла книгу, закладка мягко скользнула между страницами, точно указывая, куда ей вернуться позже. Она потянулась, выгибая спину, и вновь посмотрела на часы.

Ресепшен стал её тихой крепостью, где она могла наблюдать за редкими посетителями гостиницы. Роберт мелькал где-то вдалеке, будто его дела всегда находились за пределами её досягаемости, миссис Грейс, как всегда, хлопотала в своей неизменно добродушной манере, а Рендал методично читал свою газету за столом в углу столовой.

Сара вдруг поймала себя на том, что её мысли возвращаются к её старой жизни. Городская суета, постоянные звонки, бесконечные напоминания. Здесь всё это казалось настолько далеким, будто она наблюдала за собой прошлой через запылённое стекло.

– Чего мне не хватает? – задумалась она. – Даже кофе здесь лучше, чем в любой кофейне.

Когда стрелки часов показали половину девятого, а это значит, что время завтрака подходит к концу. Рендал встал из-за стола, сложил газету, аккуратно оставил её на краю стола и направился обратно в свою комнату.

Сара смотрела ему вслед, но её взгляд остановился на лестнице, ведущей наверх.

– А где же Моника?

Эта мысль пришла внезапно. Обычно девушка появлялась в столовой тихо и незаметно, прячась за своим капюшоном, почти растворяясь в пространстве. Но сегодня от неё не было и следа.

Сара встала со своего места и прошлась к дверям столовой, на секунду заглянув внутрь.

– Никого, – сказала она себе, нахмурив брови.

Она вернулась за стойку и начала перебирать карточки с номерами комнат, убедившись, что номер Моники, 206, был зарегистрирован. Ключ от номера висел на месте, что было странно. Обычно постояльцы брали ключи с собой.

– Может, она плохо себя чувствует? Или просто решила остаться в номере? – размышляла Сара, пытаясь найти логичное объяснение.

Однако что-то в этом утре казалось неправильным. В воздухе ощущалась странная тяжесть, словно тени в углах стали чуть глубже, а свет – чуть тусклее. Сара взглянула на свои руки, лежащие на стойке, и заметила, что пальцы слегка дрожат.

– Это всё нервы, – попыталась она себя успокоить. – Ничего странного не происходит.

Но мысль об отсутствии Моники не отпускала её. Даже странная ухмылка, которую Сара краем глаза заметила накануне утром, когда девушка проходила мимо, теперь казалась ей зловещей, как будто скрывала за собой нечто большее.

Сара не знала, что делать. Она могла бы подняться и проверить номер Моники, но что она ей скажет, если та действительно там?

– Простите, вы не спустились на завтрак, и это меня беспокоит? – пробормотала Сара, представляя неловкость ситуации.

Тем не менее, чувство беспокойства не отпускало её. Она решила подождать ещё немного, надеясь, что Моника всё-таки выйдет из своей комнаты. Но время шло, а гостиница становилась всё более безмолвной.

Сара долго сидела за стойкой, переминая ключ от номера 206 в пальцах. Её разум искал отговорки, чтобы не вмешиваться: «Моника, наверное, просто ушла на прогулку. Или решила спать весь день. Может, она вообще не любит завтракать?»

Но эти мысли не приносили успокоения. Что-то в этой ситуации не давало покоя.

– Ладно, хватит, – тихо произнесла Сара, поднимаясь со стула и глядя на ключ, словно на какую-то запрещённую реликвию. Весь путь к лестнице казался ей каким-то бесконечно долгим. Каждый скрип ступеней под её весом звучал громче, чем обычно, будто весь мир затаил дыхание, наблюдая за её действиями.

Когда Сара подошла к двери номера 206, она остановилась. Вокруг было странно тихо, настолько, что было слышно, как её собственное дыхание отдаётся эхом в пустом коридоре. Она нерешительно подняла руку и постучала.

– Моника? Это Сара.

Ответа не было.

Сара подождала, глядя на дверь, словно та вот-вот начнёт двигаться сама по себе. Затем постучала снова, чуть громче.

– Моника, вы там? Всё в порядке?

Тишина.

Сара глубоко вздохнула, её ладони начали слегка потеть. Она положила руку на ручку двери, осторожно проверяя – закрыто. Это было ожидаемо, но почему-то только усилило её тревогу.

– Прости, Моника, но я должна проверить, всё ли с тобой в порядке, – пробормотала она, будто извиняясь перед пустотой.

Она вставила ключ в замок, повернула его, и с тихим щелчком дверь отворилась.

Сара зашла внутрь, стараясь двигаться как можно тише, будто боялась потревожить кого-то. Или что-то. Комната была почти такой, какой она её представляла: аккуратная, но минималистичная. Немногочисленные вещи Моники лежали в привычном беспорядке, который так характерен для тех, кто старается не привязываться к месту.

На кровати аккуратно лежала её куртка. На тумбочке стояла бутылка воды и телефонная зарядка, но самого телефона не было. В углу стоял небольшой рюкзак, чуть приоткрытый, так что было видно ноутбук и блокнот.

– Где же ты? – прошептала Сара, оглядывая комнату.

Она медленно прошлась по комнате, внимательно осматривая всё вокруг. Подошла к кровати, осторожно потянула за край одеяла, будто ожидая увидеть там что-то ужасное. Ничего.

Заглянула под кровать. Пусто.

На столе лежали несколько предметов: резинка для волос, пара карандашей и открытка. Сара наклонилась, чтобы рассмотреть её поближе. Открытка была старой, пожелтевшей, на ней был изображён городок, который она не узнала. На обратной стороне не было никаких записей, только странное пятно, напоминающее потёк чернил.

В шкафу висела пара джинс и платье. На полке стояли туфли, сложенные аккуратно, носками к стене.

Сара снова оглядела комнату. В ней не было ничего подозрительного. Никаких следов борьбы, никаких странных вещей, которые могли бы навести на мысль о произошедшем.

– Просто исчезла, – пробормотала она, отступая к двери.

Перед выходом её взгляд упал на зеркало, висевшее над комодом. Оно было чистым, без трещин или пятен, обычное зеркало, но что-то в нём заставило Сару задержаться.

Она подошла ближе, всматриваясь в своё отражение. Всё казалось нормальным. Её собственное лицо, слегка уставшее, но узнаваемое. Сара провела рукой по волосам, наблюдая за движением отражения. Всё было в порядке.

Сара глубоко вздохнула, ощутив, как на её плечи давит невидимый груз.

– Всё нормально, – сказала она себе, подбадриваясь.

Она развернулась, бросив последний взгляд на комнату, и вышла, плотно прикрыв за собой дверь. Её шаги эхом отдавались в коридоре, когда она спускалась обратно к стойке ресепшена.

Однако мысль об этом пустом номере не отпускала её. Где могла быть Моника? Почему всё казалось настолько неправильным?

Когда в поле зрения появился Роберт, Сара моментально напряглась. Он шёл через холл с какой-то папкой в руках, выглядя занятым, но, как всегда, невозмутимо спокойным.

– Роберт, можно вас на минутку? – позвала она, стараясь звучать как можно более дружелюбно.

Он остановился, вздохнул, словно она только что отвлекла его от чего-то крайне важного, и повернулся к ней.

– Что такое, Сара?

Она почувствовала, как внутри всё сжимается от напряжения, но постаралась улыбнуться.

– Я хотела спросить о Монике… Вы случайно не знаете, куда она могла подеваться?

Роберт слегка прищурился, будто обдумывая ответ.

– Она уехала рано утром, – сказал он, пожимая плечами. – Собрала вещи и ушла.

Сара нахмурилась.

– Уехала? – переспросила она. – Но её вещи всё ещё в номере.

Роберт посмотрел на неё так, будто она задала какой-то глупый вопрос.

– Наверное, забыла что-то. Ты же знаешь, как бывает. Люди спешат, оставляют мелочи.

Сара кивнула, хотя внутри всё кричало о том, что это неправда. Она помнила, как Моника спустилась на завтрак всего день назад, как её тёмный капюшон скрывал лицо, а странная улыбка промелькнула, когда она проходила мимо. Ничто в её поведении не указывало на то, что она собирается уезжать.

– Странно, – пробормотала Сара. – В книге указано, что она должна была выехать через три дня.

Роберт пожал плечами, не выражая ни малейшего интереса.

– Люди иногда меняют планы, Сара. Это не повод для беспокойства.

Он уже собирался уйти, но Сара продолжила:

– Вы уверены, что она сказала вам, что уезжает?

Его взгляд стал холодным, как лезвие ножа.

– Ты сомневаешься в моих словах? – его голос звучал ровно, но в нём ощущалась скрытая угроза.

Сара поняла, что зашла слишком далеко, и быстро сделала шаг назад, чтобы не накалять обстановку.

– Нет, конечно, – произнесла она, натянуто улыбнувшись. – Просто странно, вот и всё.

Роберт кивнул, словно признавая разговор оконченным, и развернулся, чтобы уйти.

Стоило Роберту скрыться из виду, Сара выдохнула, словно выплыла на поверхность после долгого погружения. Её сердце колотилось, а руки слегка дрожали. Она не могла избавиться от мысли, что он солгал.

Поднявшись из-за стойки, Сара открыла гостевую книгу. Быстро пролистав страницы, она нашла запись о Монике. Там чёрным по белому значилось: «Моника Уайт, номер 206» и дата выезда – ровно через три дня.

Сара внимательно изучала строки, как будто они могли раскрыть какую-то тайну. Всё выглядело абсолютно обыденно, никакой подозрительности. Но это лишь усиливало её тревогу.

Закрыв книгу и сложив руки перед собой, она уставилась на пустой холл. В её голове начали складываться кусочки странных событий последних дней.