Полная версия
Сара уселась за стойку регистрации, поставив перед собой гостевую книгу. Её потрёпанная кожаная обложка выглядела внушительно и почти мистически: золотистый орнамент по краям был частично стёрт, а кожа потемнела от времени и прикосновений множества рук. Книга излучала ауру странной значимости, будто внутри хранились не просто записи, а нечто большее – следы жизней людей, которые переступали порог гостиницы «Эклипс».
Она провела пальцем по обложке, ощущая её шероховатость, и на мгновение почувствовала себя так, будто эта книга наблюдает за ней, живая и осознающая.
Стоило открылть книгу, как запах старой бумаги, слегка отдающий пылью и чернилами, наполнил воздух. На первых страницах располагались записи, касающиеся персонала гостиницы. Их каллиграфически выведенные имена смотрели на неё с лёгким укором, будто напоминали, что теперь она часть этой истории.
– Ну что ж, начнём, – пробормотала Сара, доставая ручку.
Она нашла пустую строку в разделе «Персонал» и медленно начала писать своё имя.
«Сара Кейн.»
Едва чернила коснулись страницы, её рука будто застыла. На мгновение она почувствовала странное напряжение, пробежавшее по пальцам, как лёгкий электрический разряд. В голове всплыла мысль, которую она не могла отогнать: пиши аккуратно, без ошибок.
Сара продолжила выводить буквы, но с каждым движением ей казалось, что она пишет не совсем сама. Будто невидимая рука подталкивала её, направляла линию за линией. Почерк вышел необычайно аккуратным, словно она тренировалась неделями.
– Что за… – прошептала она, рассматривая своё имя, идеально вписанное в книгу.
Она быстро подписала оставшиеся строки с должностью и датой начала работы, стараясь не обращать внимания на странное чувство, будто за ней кто-то наблюдает.
Закрыв раздел персонала, Сара начала листать книгу дальше. Имена гостей, их даты прибытия и номера комнат тянулись в хронологическом порядке, словно нить, связывающая гостиницу с её прошлым.
В глаза бросались несколько записей, каждая с необычной пометкой: кто-то уезжал раньше положенного срока, кто-то оставался дольше. Некоторые страницы были испещрены странными каракулями на полях, словно гости хотели что-то сказать, но так и не решились.
Наконец, Сара добралась до текущих записей. Как оказалось, гостиница «Эклипс» пустовала, за исключением двух постояльцев.
– Лиам Рендал, номер 203, – пробормотала она, читая вслух. – Моника Уайт, номер 206.
Сара закрыла книгу и отложила её на стойку.
В это время она услышала лёгкие шаги, раздавшиеся где-то в глубине коридора. Сара подняла голову, чувствуя, как её сердце замерло в ожидании.
Первым в вестибюль вошёл высокий мужчина с чёткими чертами лица и угрюмым взглядом. Его чёрный костюм был идеально выглажен, а галстук затянут ровно на ту степень, которая граничила с комфортом. Мужчина посмотрел на Сару так, словно уже устал от всего на свете.
– Доброе утро, – произнёс он хрипловатым голосом.
– Доброе утро, мистер Рендал, – ответила Сара, надеясь, что её голос звучит достаточно дружелюбно.
Он кивнул, но, не добавив ни слова, направился в сторону столовой, откуда доносился слабый аромат свежезаваренного кофе.
Следом за ним появилась ещё одна фигура. Девушка в капюшоне, который почти полностью скрывал её лицо, ступала легко, почти бесшумно. Она была одета в простую чёрную толстовку и джинсы, а её руки были спрятаны в карманы.
– Доброе утро, – робко произнесла Сара.
Девушка остановилась, слегка повернув голову в её сторону.
– Доброе, – коротко ответила она, после чего, избегая зрительного контакта, направилась следом за мистером Рендалом.
Сара почувствовала, как внутри нарастает напряжение. Эти двое казались полными противоположностями: один угрюмый и властный, другая – замкнутая и почти невидимая.
Когда они исчезли из поля зрения, Сара расслабилась и позволила себе обдумать произошедшее. Ей хотелось понять, что связывает этих двоих. Возможно, они даже не знакомы, просто случайные гости, оказавшиеся в гостинице одновременно.
Она вернулась к стойке и снова открыла гостевую книгу. Их имена смотрели на неё, выведенные аккуратным почерком предыдущего администратора.
«Лиам Рендал.»
«Моника Уайт.»
Почему эти записи заставляли её чувствовать себя так странно? Может быть, дело в необычной атмосфере гостиницы, где всё казалось одновременно знакомым и чужим?
Она решила, что спросит миссис Грейс о постояльцах позже, но пока предпочла заняться текущими делами, надеясь, что работа поможет ей отвлечься от странных мыслей.
Первый час за стойкой прошёл относительно спокойно. Сара привыкала к новому месту, вникая в детали своей работы. Однако где-то на краю её сознания продолжала копошиться мысль о том, что «Эклипс» скрывает в себе больше, чем можно увидеть на первый взгляд.
Гостевая книга лежала перед ней, притягивая её взгляд, словно маня вернуться к её страницам.
Глава 3. Имя без лица
День действительно выдался спокойным, что для Сары было неожиданным и даже немного настораживающим. Вроде бы всё складывалось идеально: атмосфера гостиницы располагала к уединению, постояльцы были малочисленны и не доставляли проблем, а миссис Грейс и Роберт не забрасывали её ворохом обязанностей. И всё же, где-то глубоко внутри теплилось ощущение, что это затишье лишь временно.
За обедом миссис Грейс, как и утром, проявила свою неизменную заботу. Её голос был мягок, как масло на горячем тосте, а улыбка – такая, которую сложно было бы назвать неискренней. Она вынесла на стол домашний пирог, испечённый специально для гостей, и настояла, чтобы Сара попробовала его первой.
– Ну же, милая, – сказала она, склоняя голову набок, словно мать, уговаривающая ребёнка съесть последний кусок. – Я готовила с любовью, разве ты меня разочаруешь?
Сара не могла не отметить, что пирог был удивительно вкусным, а сама миссис Грейс, казалось, воплощала образ идеальной домоправительницы – добродушной, улыбчивой, с неизменной энергией в каждом движении. В контрасте со строгостью Роберта, с миссис Грейс она чувствовала себя максимально комфортно. Её заботливость напоминала Саре о детстве, о тех временах, когда кто-то ещё заботился о ней, а не наоборот.
И всё же, несмотря на домашний уют, исходящий от миссис Грейс, в её улыбке было что-то… Будто она пыталась доказать, что идеальна, так сильно, что сама в это не верила.
Когда гости наконец разошлись по своим комнатам, Сара предложила помочь с уборкой, хотя и заранее знала, что ответ будет отрицательным.
– Может, я всё-таки помогу? – предложила она, осторожно беря стопку тарелок, чтобы не выронить.
– Нет-нет, дорогая, – отмахнулась миссис Грейс, ловко перехватывая посуду. В её руках даже тяжёлые тарелки выглядели лёгкими, словно она привыкла обращаться не с керамикой, а с перышками. – Ты уже сделала достаточно. У каждого свои обязанности, и твоя работа – заботиться о гостях, а не о столах.
– Но мне совсем не сложно, – упорствовала Сара, ощущая лёгкое неудобство от своей бесполезности.
Миссис Грейс замерла на долю секунды, и её взгляд изменился. Добрая улыбка никуда не исчезла, но в глазах появилась холодная искорка, как свет фонаря, упавший на лезвие ножа.
– Я знаю, милая, – мягко произнесла она, наклонившись ближе. Её рука легла на плечо Сары – жест заботливый, почти материнский, но почему-то от этого касания по спине пробежал холодок. – Только пойми, здесь всё устроено так, как должно быть. У каждого своё место, свои задачи. Если мы начнём путать их, то и порядок нарушится. А без порядка «Эклипс» не сможет… жить.
Последнее слово прозвучало тихо, почти шёпотом, но от него на мгновение сдавило грудь, как от внезапного порыва ветра.
Миссис Грейс тут же распрямилась, улыбнулась снова, и тяжесть момента растворилась. Сара наблюдала, как хозяйка, с той же лёгкостью и энергией, ловко справляется с уборкой, словно и не было этого странного разговора.
Сара взяла кружку с чаем и вернулась за стойку. Сидя там, она смотрела на миссис Грейс, словно пытаясь уловить что-то в её движениях. Но та, казалось, полностью растворилась в работе, будто всё, что было сказано, существовало только в её голове.
К вечеру гостиница снова погрузилась в молчание. Сара решила выйти на крыльцо, чтобы немного освежиться. Осенний воздух был прохладным и влажным, насыщенным запахом хвои и земли. Закатное солнце заливало окружающий пейзаж мягким оранжевым светом. Вокруг раскинулись холмы, укрытые густым лесом, который выглядел почти чёрным в сгущающихся сумерках. Подобно живой стене, он оберегал это место от внешнего мира. Где-то вдалеке слышался крик ночной птицы, нарушающий почти гнетущую тишину. Сара чувствовала, как гостиница за её спиной словно прячется в темноте, становясь частью окружающей природы.
Она присела на деревянную скамью, стоявшую у входа, и оглядела гостиницу. Она вспомнила, как впервые увидела это место. Тогда ей казалось, что оно будет её убежищем. Но сейчас, стоя здесь, она поймала себя на мысли, что «Эклипс» больше похож на затерянный остров, отрезанный от остального мира.
На мгновение ей показалось, что она слышит шорох в лесу, но, прислушавшись, Сара поняла, что это всего лишь ветер, игравший с листьями.
– Как же здесь спокойно, – прошептала она себе, сжимая в руках чашку чая, которую принесла с собой.
Но где-то глубоко внутри она знала, что «спокойно» в этом месте – понятие относительное.
Когда часы пробили одиннадцать, Сара решила сделать небольшой обход здания, как ей советовали Роберт и миссис Грейс. Эта процедура казалась бессмысленной: гостей было мало, здание пустовало, а звуки, издаваемые гостиницей, казались такими же привычными, как шум старого дома. Её уже не пугала тишина гостиницы, она даже начала привыкать к скрипу половиц под своими шагами.
Поднимаясь на второй этаж, она услышала звук, который заставил её остановиться. Это был тихий, еле различимый шёпот, доносящийся из-за угла коридора.
Сара замерла, прислушиваясь. Звук был похож на разговор, но слов разобрать было невозможно. Сердце забилось быстрее. Она сделала несколько шагов вперёд, чувствуя, как под ногами скрипит пол.
– Эй, есть кто-нибудь? – позвала она, но её голос прозвучал слишком тихо, будто сама гостиница поглощала звук.
Шёпот не прекратился.
– Ау? – повторила Сара, пытаясь придать голосу уверенности.
Она медленно подошла к углу и заглянула за него. Дверь комнаты 201 была открыта настежь.
Сара почувствовала холодок, пробежавший по спине. Это было странно: она точно помнила, что все номера были закрыты, кроме тех, в которых находились постояльцы.
Она сделала шаг вперёд, пытаясь убедить себя, что ничего страшного не происходит.
– Извините, – произнесла она, заходя в комнату.
Внутри было темно, свет проникал только из коридора, очерчивая контуры мебели. Комната выглядела заброшенной: на кровати не было белья, в воздухе витал лёгкий запах сырости.
– Эй, есть тут кто-нибудь? – позвала она снова, её голос дрожал.
Ответом ей была тишина.
Сара осторожно осмотрела номер. Всё выглядело на своих местах, но её не покидало чувство, что она здесь не одна. Она быстро вышла, чувствуя, как её сердце бьётся в горле.
Когда она захлопнула дверь и повернулась, то заметила движение на другом конце коридора.
Мистер Рендал стоял в дверном проёме своей комнаты. Он накинул пальто поверх домашней одежды и выглядел так, будто собирался куда-то идти.
– Добрый вечер, мистер Рендал, – сказала Сара, стараясь скрыть своё волнение.
Он посмотрел на неё, но ничего не ответил. Вместо этого мужчина аккуратно закрыл за собой дверь и направился к лестнице, ведущей вниз.
Сара наблюдала за ним, чувствуя, как внутри снова нарастает тревога.
«Куда он идёт?» – подумала она.
Рендал двигался уверенно, не замечая её. Через несколько секунд его фигура скрылась в тени лестницы.
Сара задержалась на месте, борясь с желанием пойти за ним. Но вместо этого она направилась к ресепшену, решив, что завтра спросит у Роберта или миссис Грейс, почему дверь комнаты 201 оказалась открыта и куда мистер Рендал мог отправиться так поздно.
Вернувшись за стойку, Сара не сразу заметила что-то необычное. Она была слишком поглощена своими мыслями. Тревожные образы комнаты 201 и фигуры мистера Рендала, исчезающего внизу лестницы, мелькали у неё в голове. Однако, усевшись на свой стул и бросив взгляд на стойку, она ощутила, как холодок пробежал по спине.
Гостевая книга была открыта.
Сара прекрасно помнила, что закрыла её перед тем, как отправиться на обход. Она всегда старалась держать всё в порядке – это помогало ей чувствовать контроль над ситуацией. Но теперь книга лежала раскрытой, страницы мягко перелистывались от лёгкого сквозняка, будто сами по себе.
Она потянулась за книгой и увидела, что на одной из страниц появилась новая запись.
«Томас Картер» – имя было выведено чётким почерком, который показался Саре до боли знакомым. Оно будто бы было её собственным.
Сара нахмурилась и медленно провела пальцем по странице, где записывались данные гостей.
– Что за… – прошептала она, не в силах закончить мысль.
Имя стояло на сегодняшнюю дату. Под ним значилось: «номер 201».
Почерк выглядел идеальным. Сара смотрела на буквы, и её охватило неприятное чувство. Да, это был её почерк. Тот самый, которым она вывела своё имя в книге сегодня утром, когда миссис Грейс провела для неё инструктаж.
Она отчётливо помнила, как держала ручку, как аккуратно старалась не нажимать слишком сильно, чтобы не размывать линии. Но вот в чём загвоздка: она не записывала этого имени.
Сара перевернула несколько страниц назад и вперёд, и нигде не нашла никаких пометок, которые могли бы объяснить происхождение этой записи.
– Нет… я бы запомнила, – пробормотала она, пытаясь унять дрожь в голосе.
Она подняла взгляд на стойку, где висели ключи. Её сердце заколотилось сильнее.
Ключ от номера 201 – тот самый, дверь которого она видела открытой всего несколько минут назад – висел на своём месте. Нетронутый.
Сара провела рукой по волосам, пытаясь собраться с мыслями.
– Это невозможно, – прошептала она, оглядываясь по сторонам, будто надеясь, что кто-то объяснит, что происходит.
Может быть, это шутка? Но кто мог её разыграть? Ни миссис Грейс, ни Роберт не производили впечатления людей, способных на подобное.
Она посмотрела на книгу ещё раз. Имя «Томас Картер» притягивало её взгляд. В голове всплыла мысль, что, возможно, это имя уже значилось в книге раньше, и она просто не заметила его.
Но дата…
Дата заезда была сегодняшней.
Сара почувствовала, как воздух вокруг будто сгустился. Странное ощущение, что за ней кто-то наблюдает, заставило её оглянуться. Но вестибюль был пуст.
– Наверное, я просто устала, – тихо сказала она себе, словно пытаясь успокоить собственное сознание.
Она аккуратно закрыла книгу, стараясь не смотреть на страницу с новым именем, и поставила её обратно на место.
– Завтра разберусь, – решила она, потирая виски.
Сара понимала, что напряжённость первого рабочего дня и странные события могли подорвать её здравомыслие. Всё происходящее выглядело неправдоподобным. Возможно, она просто неправильно интерпретировала всё это?
Она поднялась со стула и взглянула на часы. Было уже ближе к полночи.
– Лучше пойти спать, – сказала она вслух, будто убеждая саму себя.
Она погасила свет за стойкой, ещё раз бросив взгляд на закрытую гостевую книгу. Она всё ещё лежала на своём месте, безмятежно неподвижная.
Сара поднялась по лестнице, стараясь не думать о том, что только что произошло. Её ноги ощущали каждый скрип ступеней, а тишина вокруг стала почти оглушительной.
Подойдя к своей комнате, она вошла внутрь и закрыла дверь на замок. В голове всё ещё звучали эхо её мыслей: «Почему я не помню, как написала это имя? Или это вообще не я?»
Она прилегла на кровать, но сон не приходил. Всё казалось слишком странным, чтобы быть случайностью. Но ответов на свои вопросы она так и не нашла.
Глава 4. Я не понимаю
Утро началось с крайне неуютного ощущения в груди. Спалось Саре действительно плохо: воспоминания о странных событиях прошлой ночи не давали ей покоя. Гостевая книга с её загадочной записью «Томас Картер» и видение мистера Рендала, покидающего свою комнату и направляющегося на улицу, были слишком свежи в её памяти.
Она поднялась с кровати, накинула уютный кардиган поверх футболки и спустилась в вестибюль, надеясь, что завтрак и утренние хлопоты смогут отвлечь её от тревожных мыслей.
В столовой уже разносился запах свежезаваренного кофе и слегка поджаренного хлеба. Сара заметила мистера Рендала, который сидел за одним из столов у окна. Он был всё таким же угрюмым, как и вчера: сутулые плечи, плотно сжатая челюсть и взгляд, устремлённый в точку где-то за пределами окна. На столе перед ним стояла чашка кофе и газета, которую он лениво пролистывал.
Набравшись смелости Сара подошла к нему.
– Доброе утро, мистер Рендал, – поздоровалась она, стараясь, чтобы её голос звучал как можно дружелюбнее.
Он поднял взгляд, холодный и равнодушный, и лишь слегка кивнул в ответ.
– Надеюсь, вы хорошо спали, – продолжила Сара, присаживаясь на соседний стул без приглашения.
Рендал приподнял бровь, но ничего не сказал, только сделал очередной глоток кофе.
– Я хотела спросить… – начала она, чувствуя, как внутри поднимается напряжение. – Вчера ночью я видела, как вы вышли из своей комнаты.
Рендал приспустил газету и посмотрел на неё с недоумением.
– Что вы сказали? – его голос был низким и немного резким.
– Вы выходили из своей комнаты. Я видела, как вы шли вниз по коридору и потом спустились по лестнице, – объяснила Сара.
Рендал отложил газету на стол, скрестил руки на груди и насмешливо прищурился.
– Вы, должно быть, ошиблись, мисс. Я всю ночь был в своей комнате.
– Нет, я точно видела вас, – настаивала она. – Это было около полуночи, я проверяла комнаты, и вы…
– Слушайте, – перебил её Рендал, его голос стал более грубым. – Я не знаю, что вы там себе напридумывали, но я никуда не выходил. Может, вы выпили лишнего и вам что-то померещилось?
Сара застыла.
– Простите, что? – переспросила она, её голос задрожал.
– Я сказал, что вам, возможно, стоит завязывать пить, – спокойно, но с колючей издёвкой повторил он. – Особенно на рабочем месте. Это может плохо кончиться, знаете ли.
Его обвинение поразило её, как пощёчина. Сара почувствовала, как кровь приливает к её лицу.
– Я… я не пью, – возразила она, чувствуя, как нарастает возмущение.
– Правда? – Рендал наклонился ближе, его голос стал тише, но от этого ещё более угрожающим. – Тогда как вы объясните, что видели меня там, где меня не было?
Он откинулся на спинку стула и ухмыльнулся.
– Должно быть у вас просто бурная фантазия. Или вы слишком устали.
Сара стиснула кулаки под столом, изо всех сил стараясь сдержаться.
– Я не уставшая, и мне ничего не мерещилось, – ответила она твёрдо. – Я видела вас, и это было совершенно точно.
Рендал снова ухмыльнулся, но на этот раз его улыбка была холодной, лишённой какого-либо дружелюбия.
– Вот что я вам скажу, мисс, – сказал он, поднимаясь из-за стола и беря свою газету. – Вам лучше сосредоточиться на своей работе, а не лезть не в своё дело.
Он сделал шаг назад и добавил:
– А то в следующий раз можете наткнуться на что-то, чего вам видеть не стоит.
Сара осталась сидеть за столом, не в силах сдвинуться с места. Слова Рендала продолжали звучать у неё в голове, как эхо. Её руки слегка дрожали, а сердце колотилось, как бешеное.
Она не знала, что её больше взволновало: его грубость, явная ложь или скрытая угроза в его последних словах.
Поднявшись со стула Сара медленно вернулась за стойку ресепшен. Её взгляд невольно упал на гостевую книгу. Она казалась ей теперь ещё более странной, будто что-то внутри подсказывало, что она знает ответы на её вопросы, но не хочет их выдавать.
В голове Сары закрутились новые мысли. Кто такой Томас Картер? Почему мистер Рендал так резко отрицает то, что она видела? И что, в конце концов, происходит в этом месте?
Она сидела за стойкой регистрации, покачивая ногой под столом. Перед ней лежала раскрытая гостевая книга, края её потрёпанной кожаной обложки притягивали взгляд, а внутри, словно гнетущий напоминатель о прошлой ночи, выделялось имя «Томас Картер».
Она не могла избавиться от странного чувства, будто эти слова написала не она, хотя почерк явно принадлежал ей. В голове крутились мысли, пытаясь выстроить хоть какую-то логическую цепочку: если она не записывала это имя, то кто?
Её размышления оборвал мягкий, но отчётливый звук шагов. Роберт скользил по коридору, держа в руках тонкую папку с документами, словно она была чем-то гораздо более значимым, чем просто бумага. Его уверенная походка и выправка казались слишком механическими, как будто каждое движение было тщательно отрепетировано.
– Доброе утро, Роберт, – окликнула его Сара, поднимая голову от стойки. Она приложила усилия, чтобы голос звучал бодро, почти весело, но внутри у неё всё сжалось.
Он замедлил шаг, повернул голову, посмотрел на неё поверх плеча, как если бы оценивал, стоит ли тратить на неё своё время, и коротко кивнул.
– Доброе утро, – его голос звучал ровно, без капли эмоции, как холодный ветер, скользящий по пустым улицам.
Сара уловила эту трещину – момент, когда он не отвернулся сразу. Это был её шанс.
– Роберт, могу спросить кое-что? – Она выпрямилась, положив ладонь на стойку, словно этот жест мог придать её словам больше веса.
Он развернулся, но остался стоять на прежнем месте, как будто между ними пролегала невидимая линия, которую он не собирался пересекать.
– Коротко, – его тон был сдержанным, но рука, держащая папку, напряглась, как будто вопрос мог оказаться слишком личным.
Сара указала на потрёпанную гостевую книгу, лежавшую на стойке, её пальцы слегка дрожали.
– Вы случайно не знаете, кто записал Томаса Картера?
На долю секунды его лицо изменилось. Неуловимая тень удивления скользнула по его чертам, как молния в грозовом небе, но почти сразу исчезла, уступив место привычной холодности.
– Не сейчас, милочка, – сказал он, голос его стал на тон ниже, а взгляд – жёстче. Он развернулся с такой точностью, будто это был отточенный жест, и направился дальше по коридору, не добавив ни слова.
Его уход оставил в воздухе странное напряжение, будто за ним тянулся след чего-то невидимого и тревожного.
Сара несколько секунд в недоумении смотрела ему вслед, пока его шаги не затихли за углом. Она вздохнула, чувствуя, как раздражение растёт внутри. Но отказываться от попыток узнать правду она не собиралась.
Через минуту она обратила внимание на миссис Грейс. Домоправительница как раз убирала со стола после завтрака, энергично протирая столешницу влажной тряпкой. Её движения были отточенными, как у человека, делающего эту работу десятилетиями. Каким она, собственно, и являлась.
– Миссис Грейс! – позвала её Сара, подходя ближе.
Женщина подняла голову, её лицо осветила добрая улыбка.
– Доброе утро, милая, – сказала она, возвращаясь к своему делу.
Сара скрестила руки на груди и решительно спросила:
– Я хотела бы узнать… Вы случайно не записывали имя Томаса Картера в гостевую книгу?
Миссис Грейс замерла на долю секунды, прежде чем продолжить вытирать стол.
– Томас Картер? – переспросила она, словно пробуя эти слова на вкус.
– Да. Оно появилось там вчера ночью. Почерк мой, но я точно этого не делала, – Сара старалась не выдать волнения в голосе.
Миссис Грейс засмеялась мягким, почти музыкальным смехом и махнула рукой, будто отгоняя несущественный вопрос.
– Ох, милая, гостевая книга иногда сама знает, кто ей нужен, – сказала она с таким же добродушным выражением.
Сара нахмурилась.
– Что это значит? – уточнила она.
– Это значит, что иногда вещи просто случаются, – ответила миссис Грейс, приподняв плечи и явно уклоняясь от прямого ответа.
Она закончила вытирать последний стол, взяла поднос и направилась в сторону кухни. Сара осталась стоять посреди зала, ощущая себя крайне глупо.
Возвращаясь к стойке, она чувствовала себя так, будто перед её носом захлопнули дверь. Причем методично, несколько раз. Роберт отказался отвечать, миссис Грейс в своём типично лёгком тоне дала понять, что ничего не объяснит.
Она снова посмотрела на гостевую книгу, её страницы будто слегка шелестели на сквозняке, которого, казалось, и не было. Но имя Картера притягивало её взгляд, как запретный знак.
– Что здесь происходит? – пробормотала Сара себе под нос.
