Реальность простит чудеса

– Ой! – вздрогнув от резкого звука, воскликнула медсестра. – Наверное, сквозняк.

– Скорее всего, – согласился я и, демонстративно помахав зажатым в кулаке зарядным устройством, зашагал в сторону своей палаты.

– Пожалуйста, – почти шёпотом ответила мне вдогонку девушка, продолжая стоять на месте.

Кажется, я начинал привыкать к подобному поведению окружающих нас людей.Видимо, выжидала, когда между нами увеличится дистанция настолько, чтобы она могла вернуться на свой пост в одиночестве – без лишних дискуссий с назойливым пациентом. А может, она просто боялась меня… нас – выживших.

Сразу в палату я не пошёл. Уселся на один из диванчиков, стоявших в небольшом ответвлении коридора, заканчивающегося тупиком без окна.

«То, что нужно», – подумал я, на всякий случай оглядевшись по сторонам. Сперва извлёк из кармана прихваченные с вещевого склада часы и принялся их рассматривать. Выглядели они необычно, на мой взгляд: изрядно потёртый широкий кожаный браслет чёрного цвета, корпус, скорее всего, отлитый из меди. Прямо под выпуклым стеклом, слегка подёргиваясь и еле заметно светясь, располагалась красно-синяя стрелка – наподобие тех, что устанавливались в компасы. Под ней, как и положено классическим часам, были стрелки: секундная, минутная и часовая. В пластине циферблата, украшенного рисунком восходящего солнца с лучами во все стороны, имелись четыре прямоугольных поля: два с датами и два – с цифрами, напоминающими координаты.

Я достал свой смартфон, открыл приложение «Карты». В строку «Поиск на карте» вбил координаты и замер в изумлении. Синяя точка на карте появилась ровно на том корпусе больницы, где мы сейчас находились.

Совпадение? Не думаю.

– Как дела?

Я быстро спрятал часы в карман. Посмотрел на стоявшую передо мной Алису.

– Нормально, – ответил я, двигаясь вбок, чтобы девочка могла присесть рядом. Если хочет, конечно.

– Интересная вещица, – она вопросительно изогнула бровь. – В том контейнере, из которого ты её достал, лежали ведь не твои вещи, верно?

– Тсс, – я приложил указательный палец к губам. – Откуда…

– Сон, – ответила она, не дав мне задать вопрос. – Я… я… видела, как ты их стащил. Ещё… – она глянула в сторону сестринского поста, – …видела, как одна из медсестер болтала про нас по телефону с подругой. Типа, странные они, но не такие, как этот неизвестный, что лежит в коме. Она говорила, что им даже доплачивают премию, чтобы работали без лишних вопросов.

– Ты беспокойно спала, – сказал я. – Ворочалась и разговаривала почти всю ночь.

– Это я с вами пыталась говорить, – девочка опустила глаза и закусила губу, будто размышляя, стоит ли рассказывать мне остальное. – Но вы меня не замечали, словно я призрак.

– Призрак?

– Ну, типа того, – туманно ответила она. – Призрак, пришедший из прошлого, чтобы заглянуть в будущее. Вот, к примеру, сейчас подойдёт Анатолий и позовёт нас в столовую.

Я заглянул за её спину и увидел идущего к нам водителя автобуса.

– Вы чего тут сидите? – спросил он. – Пойдёмте. Остальные уже в столовой. Поешь рыбки, будут ноги прытки, – он погладил себя по животу, давая понять, что пора бы подкрепиться.

– На ужин уха? – поинтересовался я, не улавливая сути сказанного.

Анатолий пожал плечами.

– В любом случае нужно поесть. Пошли, – позвал я Алису, поднимаясь с дивана.

– Угу, – девочка согласно кивнула, и мы дружно направились в столовую.

В этот раз все шестеро сели за один стол. Для нас было накрыто заранее, словно сотрудники столовой не хотели лишний раз пересекаться с нами.

Кувшин с компотом, стаканы, чайник с кипятком, вазочки с витаминным салатом и тарелки: в каждой порция пюре и рыбная котлета – всё это уже стояло на столе.

Я хотел было попросить меню, чтобы сделать другой заказ, но, думаю, сотрудники столовой вряд ли оценили бы шутку.

Молчаливая женщина в фартуке всё же подошла к нашему столу и поставила по центру корзинку с хлебом. Не глядя на нас, она буркнула себе под нос что-то вроде «приятного всем аппетита» и поспешно удалилась, вернулась на кухню.

– Сейчас мы начнём знакомиться ближе – каждый расскажет немного о себе, – сказала Алиса, пододвигая поближе вазочку с салатом.

Поймав вопросительные взгляды, пояснила:

– Видела всё это сегодня, во время дневного сна. И уже знаю наперёд кто и что расскажет. Но вы-то не знаете, поэтому давайте разговаривать.

– Ты ясновидящая? – удивился я, вспоминая, как она подошла ко мне недавно в коридоре.

Ведь девочка наверняка знала, чем я занят и что лежит в моих карманах.

На мой вопрос Алиса лишь дёрнула плечом:

– До аварии не была, – она взяла вилку и принялась уплетать салат.

– А что, неплохая идея, – высказалась Антонина. – Ведь мы друг о друге ничегошеньки не знаем. Начнём по старшинству. Как вам такой план? – она глянула на мужа, тот одобрительно прикрыл глаза.

Остальные молча кивнули.

– Мы с Виталиком недавно оформили пенсию и собираемся уезжать из Нового Уренгоя. Буквально на следующей неделе планировали отправить контейнер с вещами, – начала она рассказывать. – Решили поселиться на юге, в Сочи. Так сказать, погреть косточки на старости лет. Там у нас имеется небольшая квартирка, с балкона которой открывается замечательный вид. Хотелось бы, конечно, свой дом, но увы… – она заправила за ухо прядь волос и поправила ворот пижамы.

– Всех денег не заработаешь, – вступил в разговор Виталий, гладя жену по плечу. – А возраст даёт о себе знать. Север мы, конечно, любим. По-своему. Но… хватит. Пусть молодёжь теперь добывает газ, нефть и изучает недра богатой земли, нашей матушки-России.

Повисла небольшая пауза.

– Они всё сказали, что считали нужным на данный момент, – сказала Алиса, перевела взгляд на Анатолия и кивнула, приглашая его быть следующим.

– Анатолий Иванович Головин, – начал водитель автобуса. – Как вы знаете, за рулём в момент аварии был я, – он развёл руками. – Ума не приложу, что за облако возникло там, на мосту. Чертовщина какая-то, ей-богу. За многолетний стаж вождения подобная ситуация у меня впервые. А ведь я с молодости за баранкой, и аварий не было и в помине. Раньше жил в Екатеринбурге и работал дальнобойщиком в крупной компании, занимающейся грузоперевозками. Всю нашу огромную Россию исколесил, много чего повидал. Но такое – впервые, – он тяжело вздохнул.

– Никто вас не винит, – сказал я. – Лично видел это странное светящееся облако. И уверен, вы сделали всё, что от вас зависело. Главное, что все мы живы.

Сидевшие за столом согласно закивали.

– Теперь ты, – Алиса улыбнулась мне.

– Меня зовут Глеб. Фамилия – Вольнов. Со второго класса живу здесь, в Новом Уренгое. Работаю в нефтедобывающей компании. Должность: ведущий инженер в отделе информационных технологий. В тот самый вечер ехал к другу на чашку кофе, но, как видите, в итоге пью с вами компот в столовой больницы.

Напряжённые лица сидевших за столом смягчились, некоторые даже улыбнулись.

Алиса указала рукой на Веру, давая понять, что пришёл её черёд рассказывать о себе.

– Солнцева Вера Алексеевна, – представилась девушка. – Местная. Родилась в Новом Уренгое. Мужа и детей нет. И в нынешней ситуации начинаю думать, что это даже к лучшему, – её большие глаза наполнились слезами.

Я протянул Вере салфетку, она взяла её и принялась вытирать скатывающиеся по щекам слёзы.

– Петрова Алиса Александровна, – представилась девочка. – Мне пятнадцать лет. Живу в южной части города с родителями и младшим братом. Учусь в девятом классе первой школы и планирую поступать в филиал Уральского колледжа на дизайнера, – она окинула сидящих за столом пристальным взглядом и, подняв со стола телефон, спросила: – Читали уже новости о нас?

Все пятеро вопросительно уставились на неё.

– Весь инет пестрит инфой о выживших в этой «странной аварии на мосту», – пояснила девочка.

Она подошла к окну, отодвинула в сторону жалюзи, ткнула указательным пальцем в стекло.

Мы все подошли и посмотрели туда, куда она указывала. Сразу за территорией больничного комплекса, вдоль забора стояли микроавтобусы. Судя по надписям на них, можно было сделать вывод, что они использовались для перевозки оборудования и персонала на места событий, а также для создания и трансляции прямых эфиров на телевидении. Там же стояли и обычные, гражданские, автомобили. Внутри каждого сидели люди. Сдерживающим фактором для всех этих сотрудников СМИ и зевак являлся шлагбаум, преграждающий въезд на территорию больничного городка, и полицейские, дежурившие возле него и у входа в здание, где мы находились.

«Ну и дела», – подумал я.

Мы снова уселись за стол и принялись за еду, переваривая заодно и полученную информацию.

– Давайте, я создам чат, – предложила Алиса. – Добавлю всех вас в него, и будем там делиться всякими новостями. О расследовании, например. Много чего имеется интересного, и я закину в эту группу ссылки. Скажу сразу: видела во сне, что все согласятся, кроме Анатолия.

Анатолий хотел было оправдаться, но Алиса опередила его.

– Знаю-знаю. Вы пользуетесь кнопочным телефоном и не приемлете всех этих лишних наворотов и интернетов. Так?

Выпучив от удивления глаза, Анатолий согласно кивнул.

– Я даже знаю, как назову нашу группу, – радостно сообщила Алиса. – Но из вежливости всё же спрошу. Есть идеи или доверитесь мне?

– Мы не против любого твоего варианта, – отозвалась Антонина за себя и за мужа. – Идея с чатом хорошая. Сами-то мы вряд ли чего найдём в интернете. Слишком далеки от всего этого, – она махнула рукой.

– Отличная идея, – высказался я и продиктовал Алисе свой номер телефона.

Добавив всех в чат, девочка громко объявила:

– Готово! Теперь будем на связи двадцать четыре на семь.

Я разблокировал свой смартфон, посмотрел на название созданной ею группы – «Вторая жизнь».

Оригинально.

Пробежавшись глазами по непрочитанным сообщениям в мессенджерах, решил пока на них не отвечать. Много было вопросов: от коллег, от друзей и с незнакомых номеров. Открыл электронную почту. Как и ожидалось, там меня ждали десятки непрочитанных писем. В основном, писали журналисты, желающие взять у меня интервью. Даже предлагали нешуточные суммы за эксклюзивный материал. В одном из писем мне прислали ссылку – приглашение на недавно созданное сообщество «ВКонтакте». Оно называлось «Выжившие на мосту». Судя по числу подписчиков, тема была более чем актуальной и интересной для тысяч пользователей этой соцсети.

Не ожидал, но, похоже, у нас появились фанаты.

Либо я схожу с ума, либо с ума сходит весь остальной мир.

– Кажется, нам лучше продолжить обсуждение в палате, – сообщил я, взглядом указывая на выглядывающих с кухни сотрудников столовой.

Мне показалось, что одна из них снимала нас на камеру – тайком, чтобы мы не начали возмущаться. Потом сольёт видео проворным журналистам, и наша «тайная вечеря» будет выложена на всеобщее обозрение с заголовком наподобие: «Выжившие на мосту не зомби, раз едят обычную пищу».

Организованной группой, мы, не проронив больше ни слова, вернулись в свою палату. Плотно прикрыли дверь.

– Для начала загружу-ка я одно любопытное видео в нашу группу. Это «пушка», и вы должны это увидеть, – сообщила шёпотом Алиса. – Его специально замедлили и обработали, сделав более чётким, – добавила она.

Заинтриговала.

Мы расселись по своим кроватям, и уставились на экраны телефонов, в ожидании обещанного контента. Как только в группе появился видеофайл, я тут же нажал кнопку «просмотр». Судя по ракурсу, снято оно было из ехавшей по встречной полосе машины. Сперва посреди дороги появилась вспышка света, напоминающая зависшую в воздухе шаровую молнию. Затем она начала стремительно разрастаться в размерах и окутываться туманом, прячась в нём, словно в коконе. Можно было отчётливо разглядеть появившуюся в центре светящейся сферы фигуру человека, увидеть, как он выпадает из неё на асфальт, прямо на колени, затем резко встаёт, оборачивается и всматривается в свет позади.

По моей спине, от копчика и до самого затылка, побежали мурашки, когда в центре сферы я увидел появившуюся руку… или даже нет… огромную лапу с когтями. При этом пальцев я насчитал – шесть. Все они были длинными и необычайно узловатыми. К собственному удивлению, я прекрасно все видел, несмотря на сгущающуюся вокруг сферы дымку.

Тот, кто обработал данное видео, был мастером своего дела: он замедлил и приблизил этот момент. Следом за лапой показалась приплюснутая лохматая морда с широко разинутой пастью.

Видео прервалось.

На экране появилась надпись: «Данные изъяты с сервера».

Все молча переглянулись.

– Я знаю, что там дальше… – сказала Алиса. – Там потом появится автобус. Ударившись об отбойник, он собьёт этого странного человека. Затем яркая вспышка света в момент столкновения заполнит собой всё, не позволив разглядеть деталей происходящего после…

– Монтаж, не иначе, – заключил Анатолий.

– Прямо сцена из фантастического фильма, – прокомментировала Алиса. – Но это не постанова, а реальность. И мы с вами тому свидетели.

– Всё как в кино, только в реальности, – нараспев добавил я.

– Боже всеми-илостивый, – протянула Антонина и перекрестилась. – Демоны адовы к нам пожаловали.

– Не надумывай раньше времени, – Виталий прижал жену к себе и погладил по голове.

– Ты весь горишь, – сказала Антонина мужу и, поцеловав его в лоб, добавила: – Надо измерить температуру.

– Мне тоже что-то нехорошо, – сообщила Вера. – Голова гудит. Наверное, из-за всей этой неразберихи. Нервы шалят. Да и слишком много информации. Утомляет, если честно.

Она помассировала кончиками пальцев виски, затем залезла под одеяло, словно желая спрятаться от внешнего мира. А может, ей просто хотелось побыть наедине со своими мыслями. И это понятно. Лично мне тоже было о чём подумать, особенно после просмотренного только что.

А ещё я помнил о томике, прихваченном с вещевого склада. Жутко хотелось его поскорее изучить.

Я тоже залез под одеяло, аккуратно достал томик из-под пижамы и принялся листать. Как я и думал, это была записная книжка, наподобие тех, что используют в офисах для заметок. Разлинованные страницы были заполнены главным образом ровными столбиками: в первый были вписаны координаты, во второй – дата и время. Третий – содержал какие-то надписи, выведенные каллиграфическим подчерком. Прочитать их не удалось – они были на незнакомом для меня языке. Ради интереса я наугад выбрал несколько координат с разных страниц и вбил их в приложение «Карты». Было любопытно узнать, что там находится. Первые вбитые мной координаты соответствовали координатам древнего города Аркаима, вторые – Молёбской аномальной зоны, возле деревни Каменка, в Пермском крае, третьи – били точно в центр Бермудского треугольника.

Ну дела. Что бы это всё значило?

Словно зачарованный, я принялся листать заметки с самого начала. Вбивая координаты двух-трёх мест с каждой страницы, я смотрел, что там находится. Точка за точкой я разглядывал на карте города, горы, поляны, селения… Мне пришлось прибегнуть к помощи поисковых систем в браузере, чтобы почитать о некоторых местах более подробно.

– Утро вечера мудренее, – сказал Анатолий, подходя к выключателю. – Для рыбалки мало страсти – нужны снасти. Отдых нужен, я имею в виду, – пояснил он.

– Что это? – спросил я, указывая на деревянную фигурку, что болталась на цепочке, зажатой в его кулаке.

Анатолий улыбнулся, глаза заискрились.

– А, это… – он поднял руку, чтобы я мог разглядеть получше. – Сам сделал. Моё любимое хобби – резьба по дереву.

– Выглядит круто, – оценил я творение Анатолия.

Фигурка действительно была выполнена мастерски. Это был монах размером с шахматную фигуру. Свободная мантия до пола, украшенная витиеватыми узорами, опущенная голова, скрытая капюшоном и видневшиеся из широких рукавов, сложенные в лодочку ладони. Казалось, он молился.

– Вот, – сказал Анатолий, разжимая пальцы. В ладони его оказался слегка погнутый ключ. – Всё, что осталось от моего автобуса, – добавил он тихо.

Взгляд его стал грустным.

Я понимающе кивнул.

– Ладно, – Анатолий махнул рукой. – Спать пора ложиться. Нет у нас сейчас возможности докопаться до истины. Да и режим, понимаешь ли… – он кивнул на светильник, что висел над моей кроватью: мол, воспользуйся им, коли хочешь ещё почитать.

Щёлкнув выключателем, Анатолий пожелал всем добрых снов.

– Спокойной ночи, – в один голос отозвались Антонина и Виталий.

Видимо, остальные успели уснуть за то время, что я просматривал записи неизвестного человека с моста и общался с Анатолием.

Чувствуя, как отяжелели веки, я решил, что утро вечера мудренее. Да и хорошо тут спалось. То ли атмосфера сказывалась, то ли принятое после ужина успокоительное. А может, и всё сразу.

Похоже, я уже подсел на этот расслабляющий коктейль: стакан кефира и голубая капсула – пора бы завязывать с этим делом.

Закрыл глаза. Тело начало расслабляться, дыхание становилось более медленным и глубоким. Сознание затуманивалось, мысли теряли ясность. Привет мир снов!

Шагая по чёрному от сажи асфальту, я поднял голову, осмотрелся и понял, что стою посреди моста. Светящаяся сфера, парящая в воздухе, притягивала меня, словно магнит. Я посмотрел на наручные часы – те самые, прихваченные из ячейки № 58. Их циферблат источал белый свет, стрелка компаса, подёргиваясь, указывала в сторону сферы. И я, словно повинуясь неведомым силам, направился к ней. Из сферы высунулась когтистая лапа. Узловатые пальцы шевельнулись, один из пальцев задвигался, сгибаясь и разгибаясь, он подзывал, приглашал меня подойти ближе. И я, вновь повинуясь, подошёл практически вплотную. В этот момент из непроглядной стенки сферы вырвалось ещё с дюжину точно таких же лап. Они обхватили меня за плечи, за ноги и резким сильным рывком втащили внутрь.

– А-а-а-а! – донесся откуда-то крик Алисы.

Я открыл глаза, спрыгнул с кровати и попытался оценить обстановку в палате. Девочка сидела в своей кровати с закрытыми глазами и, покачиваясь из стороны в сторону, кричала с надрывом, словно одержимая:

– Будет пожар! Погибнет один из нас! Огонь заберёт мужчину!

К ней подбежала Вера. Она села рядом, прижала Алису к себе и начала гладить её по спине, приговаривая:

– Тише, тише, девочка. Это всего лишь дурной сон. Всё будет хорошо. Успокойся. Тише, тише.

Анатолий включил свет. Виталий и Антонина тоже проснулись и подошли к кровати Алисы.

Девочка наконец-то открыла глаза. Она была растеряна и напугана, и по её щекам текли слёзы.

– Один из вас завтра погибнет, – всхлипывая, сообщила она, глядя то на меня, то на Анатолия, то на Виталия. – Все, что мне приснилось вчера ночью и сегодня днём, сбылось. А значит и это произойдёт.

– Выходит, во сне ты видишь предстоящие события? – уточнил я на всякий случай.

Сейчас мне хотелось ошибаться в своих выводах.

– Не уверена, но, походу, да, – она шмыгнула носом и добавила: – Полный отстой – видеть будущее, если оно ужасное.

– Хочешь, посижу с тобой, пока ты не уснёшь? – предложила Вера.

– Спасибо, – ответила Алиса. – Но не нужно. Спать я пока точно не собираюсь.

Она достала из-под подушки наушники, вставила их в уши и включила на телефоне музыку. Прижавшись спиной и затылком к спинке кровати, девочка обняла поджатые к груди колени и закрыла глаза.

– Будем максимально аккуратными, – предложил Виталий. – Это я и про завтра, и вообще…– он закашлялся.

На лбу его поблёскивали капли пота, лицо было бледным.

– Ложись в кровать, – попросила мужа Антонина. – Тебе нужно отдыхать. Будет хуже – позову медсестру. А насчёт этих предсказаний… – она глянула на Алису. – Завтра будем разбираться с вопросами насущными. Глядишь, и не сбудется ничего. Мало ли, что могло во сне привидеться ребёнку.

Снова щёлкнул выключатель.

Глядя на угасающий на потолке светильник, я вдруг осознал: нельзя просто брать и откладывать всё на завтра, ведь завтра не обещано никому. Но и в данный момент было совершенно непонятно, где искать ответы на появляющиеся вопросы и есть ли для этого хотя бы завтрашний день.

Я верил Алисе. А ещё прекрасно понимал, что покинуть мир живых может любой из находящихся теперь в палате мужчин. Эта мысль занозой засела в сознании.

Сна не было ни в одном глазу, поэтому я решил почитать закачанную в телефон книгу. Между прочим, там тоже рассказывалось о снах, но это совсем другая история.

Глава 4. Спаситель

Раннее утро вторника выдалось унылым.

Впрочем, судя по отражению в зеркале, моё довольно гладкое и бодрое лицо ничем не выдавало действительного внутреннего состояния. И тут было чему удивляться, ведь спал я, откровенно говоря, немного и притом плохо.

То будили выкрики Алисы, то снились дурацкие сны: бугрящийся туман, светящаяся сфера, вылезающие отовсюду монстры. Кроме этого, довольно много времени накануне я уделил изучениям координат, записанным в блокноте Неизвестного. Ну и, разумеется, я бесконечно мысленно прокручивал в голове сказанное Алисой: «Один из вас завтра погибнет».

Жуть.

Почистив зубы, я ещё раз умылся холодной водой.

«Пусть всё будет хорошо», – обратился я к реальности.

Мне нравилось разговаривать с ней. И я всеми силами старался принимать правила игры этой капризной персоны. Конечно же, выражаясь фигурально. Я понимаю, что это немного смахивает на шизофрению, но зато так мне никогда не бывает одиноко.

Дверь в палату приоткрылась, и внутрь заглянула одна из поварих.

– Завтрак! – выкрикнула она и тут же исчезла.

Дружно проголосовав за то, чтобы не идти в столовую, мы решили позавтракать в палате. Тут и взглядов любопытных меньше, и никто не слышит наших разговоров. Вера и Алиса сходили в столовую и принесли оттуда два подноса: на одном стояли гранёные стаканы с какао, на втором – аккуратная пирамидка из свежеиспечённых рогаликов. Ароматная и хрустящая выпечка в форме красивых завитков, посыпанных сверху пудрой, оказалась с моей любимой начинкой – шоколадной.

Приятно начинать новый день с вкусного завтрака.

Настроение улучшилось.

Дурные мысли отступили прочь.

В палату вошёл Дмитрий Андреевич в сопровождении следователя и двух полицейских – тощего высокого молодого парня и полного седовласого предпенсионного возраста мужчины.

Забавно смотрелась эта парочка. Внешне абсолютно разные, они, казалось, великолепно дополняли друг друга.

Я невольно усмехнулся этой мысли.

– Доброе утро! – поздоровался с нами Владислав Егорович. – Если вам есть что добавить к данным ранее показаниям, готов выслушать прямо сейчас, – он окинул нас, молчавших теперь выживших, пристальным взглядом.

Всем своим видом мы демонстрировали, что рассказывать нам больше совершенно нечего.

– Поня-ятно, – протянул он и добавил: – В любом случае вы знаете, где меня можно найти в ближайшее время.

– В моём кабинете, – пояснил и без того очевидное Дмитрий Андреевич, подняв указательный палец.

Имел он в виду, разумеется, кабинет главврача на восьмом этаже.

Мы молча кивнули.

– Что ж… Тогда не смею задерживать и отвлекать от утренних процедур и сборов, – сказал следователь и, развернувшись на каблуках, покинул палату, оставив у входа своих коллег, полицейских.

Я обратил внимание, что следователь тоже выглядел сонным, не отдохнувшим, но одежда на нём, как и полагается, была чистой и идеально отглаженной, а во взгляде присутствовала всё та же цепкость и целеустремлённость, что и накануне. Вот что значит профессионализм!

– Ознакомился с результатами ваших вчерашних анализов, – громко произнёс Дмитрий Андреевич. – В общем, выписываем всех из этой палаты, кроме Виталия. Эм-м… В соответствии с просьбой его жены, Антонины, она останется вместе с мужем, чтобы помогать присматривать за больным. Не переживайте, разберёмся, откуда у него такая высокая температура, – заверил он нас.

– Ваша верхняя одежда и личные вещи – на вещевом складе. В конце коридора, – сообщил полицейский, тот, что помоложе. – Когда вы соберетесь, мы сопроводим вас до микроавтобуса, что стоит на улице, у входа в здание.

Он обвёл нас взглядом и, убедившись, что всем всё понятно, продолжил:

– Было принято решение вывезти вас с территории больничного комплекса незаметно. Каждого на всякий случай доставят прямо до дома. Если у вас появится необходимость связаться с нами, у вас имеется визитка Владислава Егоровича. Он на связи денно и нощно. Уверяю.

– Говорите потише, пожалуйста, – попросила Антонина Игоревна. – Мой муж только что уснул.

– Конечно-конечно, – переходя на шёпот, ответил ей молодой полицейский. – Простите, бога ради. Не заметили.

Вот это, я понимаю, культура и уважение к старшим! Хотя со стороны происходящее выглядело… забавно. Смущенные полицейские, уступающие напору пожилой женщины – не то, что мы привыкли видеть в обычной жизни. Впрочем, я допускаю, что приказ не накалять обстановку и обходиться с выжившими понежнее им отдало руководство. И тут уж у служителей закона выбора не было.