Полная версия
Хранительница вернулась и вложила шкатулку в руки женщины. Стоило ту открыть, как раздалась негромкая музыка, а внутри закружилась маленькая изящная балерина.
Леди залюбовалась тонкой работой мастера. Прислушавшись, она удивлённо шепнула:
– Это же “Сильфида”… Мой любимый балет! А я ведь была балериной, – она подняла полные грусти глаза, – до рождения дочери… Жаль, что уже поздно…
– Никогда не поздно! – приняв шкатулку обратно, Элери положила её в аккуратную коробочку, сделанную Тонком, – это подарок от нашего магазина. Кстати, едва не забыла! – открыв скрипучий деревянный ящик стола, Элери достала оттуда два листка бумаги и два конверта, – у нас есть волшебные часы, исполняющие желания в новогоднюю ночь. Вы можете написать свои!
Девочка схватила листок и ручку и с готовностью взялась выводить неровные печатные буквы, а её мама, склонившись над листком, задумалась.
– Никогда не поздно! – Элери глянула ей прямо в глаза, и она, улыбнувшись, начала что-то писать.
Когда гостьи вложили свои письма в конверты, хозяйка запечатала их сургучом, который заранее подготовил Эмбл, и, вернув конверты, показала щель в нижней части часов, куда следовало опускать письма.
– В ночь на первое января всё начнёт сбываться! – она произнесла это уверенным тоном, но с удивлением почувствовала, как невидимый обруч сжал её сердце, когда мама и её малышка бросили конверты в часы.
Едва дверь за ними закрылась, Элери выдохнула:
– Надеюсь, всё-таки ещё не поздно.
Тонкая стрелка часов дрогнула и сделала шаг вперёд, на долю секунды отстав от времени…
День был насыщенным: магазин почти не пустовал. Посетители шли друг за другом, а иногда и сразу по несколько человек. Гномы едва успевали спрятаться. Один раз Пик замер ровно в центре прохода и кто-то его случайно пнул. После этого он беспрестанно причитал, потирая ушибленную ягодицу.
К концу рабочего дня Элери едва передвигала ноги от усталости и уснула сразу же, как голова коснулась подушки.
– Это был не снежок.
– А? – девушка приоткрыла глаза, пытаясь сфокусировать взгляд. В изголовье кровати сидела Фьёна.
– То, что пролетело мимо твоего уха – это был не волшебный снег. Я видела. Он был серым и холодным… Какая-то тёмная сила.
Элери силилась сосредоточиться на словах феи, но глаза предательски закрывались.
– Давай… завтра… поговорим… – с трудом выдохнула Хранительница и провалилась в сон.
Глава 3. Странности
– Так что ты хотела вчера сказать? – за завтраком Элери внезапно обратилась к Фьёне.
Та испуганно оглянулась и сделала большие глаза. Несколько гномов и фей бросили на неё любопытные взгляды, но промолчали.
– Давай позже поговорим… – Фьёна откусила сэндвич с джемом, всем своим видом давая понять, что не готова к беседе.
На лбу Элери залегла морщинка.
– Ребят, быстренько заканчиваем завтрак – и за работу. Надо глянуть, как дела в магазине после вчерашнего дня и, всё, что нужно, привести в порядок.
Волшебные помощники заторопились, проглатывая плохо прожёванные куски пищи и запивая горячим лунным чаем. Работы действительно предстояло ещё больше, чем вчера: проверить, всё ли исправно, всего ли хватает, навести порядок и чистоту.
– Фьёна, помоги, пожалуйста, убрать со стола, – обратилась Элери к фее, когда остальные начали потихоньку выходить из кухни.
Та кивнула и взялась уносить пустые чашки.
Когда, наконец, пухленький Норболт доел седьмой бутерброд и вперевалку вышел из кухни, Элери нетерпеливо подскочила к Фьёне:
– Говори скорее, пожалуйста! Чуть с ума не сошла, пока дождалась, когда все разойдутся!
– Я вчера сказала, что мимо твоего уха пролетел не волшебный снежок.
– Что?! – Элери не поверила ушам, – то есть, это не проказы гномов?
– Абсолютно точно!
– Но что тогда?
– Я не знаю. Это было что-то серое, похожее на ком из дыма. Но холодное. Когда оно пролетело, снежинки пошли хаотичными завихрениями… Как будто какая-то тёмная сила проникла в магазин.
– Но… – Элери поникла, – а куда оно тогда исчезло?
– Не знаю, – Фьёна расстроенно пожала плечами, – я взлетела к потолку, но оно уже скрылось. Целый день я оглядывалась, надеясь уловить ещё раз хоть одно движение – но нет…
– Значит, это нечто до сих пор в магазине… – Элери почувствовала, как живот скрутило от волнения.
– Скорее всего.
– Надо предупредить остальных.
– Нет! – Фьёна явно уже обдумала это, – боюсь, что если нас всех охватит страх, то не останется энергии на магию. И тогда…
– Тогда магазин не сможет работать… И получится, что я не справилась с ролью Хранительницы в первый же год, – нижняя губа Элери задрожала, и Фьёна, уже пожалевшая, что рассказала всё, нежно коснулась плеча девушки:
– Не переживай. Пока мы ничего не знаем про эту тень. Ну, и чем бы она ни была – у тебя есть мы. Так что в любом случае вместе со всем разберёмся!
– Спасибо, – Элери шепнула это одними губами, пытаясь совладать с подкатывавшими слезами, и заторопилась в магазин, чтобы удостовериться, что неведомая тень не разрушила его за ночь…
Однако, к огромному облегчению Элери, всё выглядело ровно так же, как и вчера. Правда, снова было прохладно, но Фернан уже активно разжигал пламя в камине.
– Как дела, ребят?
– Порядок!
– Всё хорошо! – понеслись с разных сторон жизнерадостные голоса.
– А у тебя? – Элери подошла к молчавшей Люмине, которая внимательно оглядывала одну из гирлянд.
– Да, в целом, всё нормально, – фея сосредоточенно перебирала пальчиками каждый сантиметр шнура, – но почему-то с утра на этой гирлянде не горело два огня.
– Что?! – Элери переглянулась с подлетевшей к ним Фьёной.
В этом не было бы ничего удивительного, если б гирлянда была обычная. Но волшебные гирлянды Люмины никогда не гасли. Ни разу за всё время. А тут за одну ночь сразу две лампочки!
– Да ничего страшного! – фея обернулась к Элери и увидела её озабоченное лицо, – всякое ведь бывает. Наверное, где-то я пропустила нужное заклинание, и магия иссякла. Я уже всё наладила. Посмотри: все фонарики работают.
– Ну хорошо, – Хранительница почувствовала, как плечи чуть опустились, – если вдруг заметишь что-то непонятное, сообщи, ладно?
– Хор… – фея, вернувшаяся было к осмотру шнура, с подозрением глянула на девушку, – а что такого непонятного я могу увидеть? – её голос зазвучал напряжённо.
– Ну-у-у, – Элери прикусила нижнюю губу, – мало ли. Может, это Пик вчера расхулиганился и попал снежком в гирлянду. Я его приструню.
– А, вон ты о чём. Ладно, – Люмина вернулась к своим делам.
В этот миг с гомерическим хохотом Пик пробежал мимо, мигая ушами и пуская цветные клубы дыма.
– А вот и необычное, – Люмина, подняв бровь, глянула на гнома.
Элери рассмеялась: этот шалун не особо помогал в работе по магазину, но всегда умудрялся поднять настроение.
Тут же раздались волшебные колокольчики, флейты, скрипки – всё в лучших традициях Нового года, – и от приятной мелодии стало ещё радостнее.
– Спасибо, Мелисса, – Элери с благодарностью глянула на фею, настраивающую музыку.
Та, приложив руку к груди, с улыбкой склонила голову.
– А кто-нибудь знает, что с Пиком?
Норболт, неспешно посыпавший товары волшебным порошком из большой шкатулки, флегматично ответил:
– А, это он съел волшебного порошка.
– Что?! – Элери опешила, – это безопасно? И когда он перестанет пускать дым?
– Безопасно! – Норболт зевнул и погладил себя по животику свободной рукой, – до завтра должно пройти…
– То есть, сегодня мы будем ночевать в клубах дыма? – недовольно пробурчал Эмбл, чей вигвам стоял рядом с вигвамом Пика.
– Не переживай, – подлетела Кристель, держа в руках малюсенькую кружку с напитком цвета северного сияния.
Фея искала глазами Пика:
– Мой коктейль должен его остудить. Уши, может, и не перестанут мигать, но дым за пару часов закончится… А, вот и ты! – фея подлетела к гному, лежащему в коляске для кукол, и выпускающему кольца сине-зелёного дыма то из одной, то из другой ноздри, – на, выпей.
– Зачем это? – Пик с подозрением глянул на стакан в руках Кристель, – вдруг ты хочешь меня отравить?
– То есть, несъедобный волшебный порошок ты попробовать не побоялся, а напиток, который я готовлю уже добрую дюжину лет – так сразу отрава?! – фея нахмурилась, – пей, я сказала!
– Ну, ла-а-адно, – нехотя протянул малыш и сделал несколько глотков, – а что будет?
– Дым твой пройдёт!
– Вот ещё! – Пик убрал кружку ото рта, – мне он нравится!
– Ох, а как понравится покупателям гном, который мигает ушами и пускает цветной дым. А ну как какой-нибудь мальчишка утащит тебя?! Что тогда делать будешь?
По личику Пика промелькнул страх, и он залпом допил сияющий напиток.
– Вот то-то же! – фея забрала пустую кружку и, пролетая мимо Элери, подмигнула, – как я его, а?
Хранительница незаметно подняла большой палец вверх.
– Ух ты, а снова стало теплее. Фернан, твой камин, как всегда, бесподобен! – Элери закатала рукава свитера.
Вдруг её взгляд упал на Твилло, сидящего на стульчике в самом углу магазина. Всегда весёлый гном сейчас хмурился, поглаживая стену и что-то нашёптывая.
– Твилло? – Элери, бесшумно подойдя к гному, опустилась на колени, – что происходит?
Гномик вздрогнул от неожиданности:
– Я не знаю, – его лицо выражало крайнюю степень озабоченности, – магазин говорит, что ему холодно.
– Но Фернан уже растопил камин… – между бровями Хранительницы появилась морщинка.
– Дело не в этом… Я не до конца понимаю. Магазин говорит что… он остывает изнутри, словно в его сердце попала глыба льда…
Элери задрожала и опустила рукава.
– Значит, Фьёна права, – шепнула девушка.
– В чём права? – Твилло вскинул взгляд на хозяйку, но она не успела ответить: дверь магазина распахнулась.
– Поговорим вечером, – Элери заспешила к покупателям, – доброе утро! Добро пожаловать в магический магазин!..
*
День был таким же активным, как и вчера. В перерывах между покупателями Элери замечала, что Фьёна, как и она, внимательно оглядывается, ища взглядом неведомую тень. Но ничего не происходило.
– Может, нам показалось? – пока посетителей не было, Хранительница налила себе кружку карамельного эликсира, чтоб подкрепиться.
– Не знаю, – Фьёна парила рядом, – хотелось бы, конечно… – но она не успела закончить фразу: колокольчики над входом снова зазвенели, и фея быстро нырнула за прилавок.
Дверь аккуратно открылась и в магазин бесшумно зашёл бледный, с почти прозрачной кожей, мальчик лет двенадцати. Он был так худощав, что зимняя куртка висела на нём, словно балахон, хотя по рукавам было понятно, что она подобрана по размеру.
Мальчик робко заозирался, оглядывая волшебные витрины, затем замер напротив коробки с пазлом, на котором был изображён скачущий по лугу конь с сияющей развевающейся гривой.
– Ох-х-х, – тихий голос гостя звучал восхищённо.
– Любишь лошадей? – Элери негромко подошла к нему.
– Да, очень! – мальчик продолжал любоваться картинкой, затем отпрянул, – ой, здравствуйте! Да я так… Э-э-э-э… зашёл посмотреть… если можно.
– Конечно же, можно! – хозяйка улыбнулась максимально ободряюще, – ты можешь оставаться здесь, сколько хочешь, – и ушла за прилавок, чтобы больше не смущать ребёнка.
– Угости его, – шепнула Лисель, протягивая Элери марципановую звезду.
– Он застесняется и убежит, – Элери отстранила десерт.
– Угости-угости! – поддержала подругу Кристель, поднося кружку с зимним шоколадом.
Элери пару секунд с сомнением наблюдала за гостем, затем, взяв тёплый напиток и сладость, вернулась к нему:
– Угощайся, на улице сегодня морозно, – не успел мальчик вскинуть на хозяйку испуганный взгляд, как та поспешила добавить, – это бесплатно, не переживай! Подарок от нашего магазина.
Только после слова “бесплатно” робкий гость расслабился и принял кружку, а звезду тут же распаковал и с положил в рот, после чего расплылся в блаженной улыбке.
Элери вновь вернулась за прилавок и сделала вид, что занимается своими делами, украдкой глядя на мальчика.
Он останавливался везде, где были лошади: его интересовали конструкторы, сувениры, статуэтки и даже игрушки, хотя казалось, что он довольно взрослый для них. Волшебный шар со всадником на гарцующем коне мальчик держал в руках особенно долго – затем со вздохом вернул на полку.
Обойдя весь магазин и подойдя к прилавку, маленький гость протянул Элери кружку из-под зимнего шоколада:
– Спасибо большое! Очень красиво у вас тут!
– Я рада, что ты к нам забрёл, – Хранительница произнесла эти слова абсолютно искренне, – но постой! – она протянула мальчику лист бумаги, – ты можешь написать своё самое искреннее желание и опустить в ящик под часами, вон туда. Часы исполнят его.
– Правда? – мальчик улыбнулся.
– Самая настоящая правда! Этим часам уже несколько сотен лет, – Хранительница склонилась к его уху и произнесла последнюю фразу полушёпотом, словно это был секрет, – и они каждый Новый год исполняют все желания, которые им доверяют!
– Ух ты-ы-ы! – глаза маленького посетителя вновь засияли, но, взяв в руки бумагу и ручку, он вдруг замер. Он всё больше и больше хмурился, и Элери не выдержала:
– Я видела, как ты смотрел на лошадей.
– Ой, нет, – мальчик махнул рукой, – я бы, конечно, хотел заниматься конным спортом, но я не справлюсь. Родители говорят, что я слишком маленький и лёгкий, и лошадь сбросит меня в два счёта. Хотя недалеко от нас есть ипподром, и я каждый день бегаю туда хотя бы на полчаса. Работники уже знают меня и разрешают кормить лошадей… Знаете, какой там есть жеребец? Белый-белый, как снег! Обожаю его! – вся робость юного гостя внезапно улетучилась. Он говорил вдохновенно и звонко.
Слушая его, Элери невольно заулыбалась:
– Напиши это желание! Оно настоящее, а, значит, сбудется!
– А если я всё-таки не справлюсь? – огонёк в глазах ребёнка снова погас.
– Ты справишься! Я абсолютно в этом уверена!
Вздохнув, он склонился над листком бумаги и медленно написал несколько фраз. Элери вложила записку в конверт, запечатала сургучём и вернула ему:
– А теперь опусти конверт в прорезь под часами!
Мальчик подошёл к часам и, чуть помявшись, бросил туда конверт.
– Ну, спасибо Вам большое! До свидания! – он ещё раз обернулся и вышел.
Едва дверь за ребёнком закрылась, по магазину пронёсся пронзительный крик.
Элери бросило в жар.
– Что случилось?!
Вокруг стеллажа с волшебными шарами уже успели собраться почти все феи и гномы.
Фелия с ужасом смотрела на один из шаров, а Сольви, обняв её одной рукой, другой гладила по голове:
– Ну, не переживай. Приведём его в порядок, ничего страшного.
Элери перевела взгляд с фей на шар: Он почти полностью изнутри покрылся толстым слоем льда – и лишь через малюсенький просвет можно было смутно разобрать гарцующего коня в снежном буране.
– Что это значит? – Элери подняла глаза на фей.
– Я… я не знаю, – Фелия всхлипнула, – это какая-то тёмная магия. Мои шары никогда себя так не вели… Боюсь, это плохой знак…
Хранительница поискала глазами Фьёну, и та, перехватив взгляд Элери, отрицательно покачала головой.
Девушка вздохнула:
– Постарайтесь его починить, ладно? Если не получится, дайте знать.
Фелия кивнула.
– Я помогу, – добавила Сольви.
Глава 4. Шаг назад
– Долго ты ещё будешь валять дурака?! Если так и дальше пойдёт, мы просто отстраним тебя ото всех дел!
Элери выглянула из-за стеллажа. Рокки, багровый, как зимний закат, что есть мочи кричал на Пика. Тот так низко опустил голову, что, казалось, хочет слиться с полом.
– Что он опять начудил? – миролюбиво поинтересовалась девушка.
– Заколдовал мои шоколадки, чтобы они исчезали, представляешь?! – произнёс старший гном с неподдельным возмущением, – я только пытаюсь укусить – а она испаряется!..
– Ну-у-у, шоколадки – это, конечно, святое! – хихикнула Элери, возвращаясь к своим задачам. До её слуха ещё долго доносились гневные тирады старшего гнома.
Минут через пятнадцать Пик, всё такой же понурый, плёлся за Бриком в сторону внутреннего входа, таща тяжёлый чемодан с инструментами.
– Сегодня он со мной, – ответил Брик, перехватив взгляд Хранительницы, – идёт ремонтировать кресло пра-пра-прадеда.
– Но оно же… – Элери хотела сказать, что не подлежит восстановлению, но Брик сделал большие глаза.
– Это приказ Рокки. Он сказал, чтоб Пик не возвращался, пока не восстановит кресло.
Элери тяжело вздохнула. У гномов, конечно, своя иерархия, но ей показалось, что такая форма наказания не совсем честная.
– Фернан, до открытия четверть часа, а в магазине всё ещё холодно, – заметила Элери, поёжившись, – хворост не сырой?
– Хворост отменный, – нахмурился Фернан, – сжёг уже вдвое больше, чем обычно.
– Подкидывай ещё, – отозвалась Ария, – на моих узорах сегодня ледяные иголки в сантиметр длиной. Никогда такого не было.
Фернан поплёлся за очередной связкой хвороста, когда к Элери подошёл Дорин:
– Я осматривал игрушки. Глянь, что увидел.
С тяжёлым предчувствием Хранительница пошла за гномом. На одной из витрин была наледь, словно туда всю ночь дул ледяной ветер.
– Ох-хо-хо! – протянула хозяйка, – Рокки! – старый гном подошёл к Хранительнице, – при тебе когда-нибудь такое бывало? – Элери подняла его на заледеневшую полку.
– Вот это да! – брови гнома почти сошлись над переносицей, – никогда в жизни! Надо проверить окна.
– Кто сказал про окна? – отозвалась Сольви, – окна в полном порядке, я только что всё проверила.
– Тогда откуда взялось это? – Рокки кивнул на замороженный участок витрины.
На лице феи отразилось недоумение.
– Я же сказал вчера, что магазин мёрзнет, – недовольно пробурчал Твилло.
Фьёна, молчавшая до этого, выпалила:
– Значит, всё-таки дело в этой тени!
– Какой тени?
– Что за тень? – понеслись со всех сторон вопросы.
Фьёна глянула на Элери.
– Рассказывай, – бросила та и присела прямо на пол.
Когда история с тенью стала общеизвестной, на минуту воцарилась полная тишина.
– А я-то думал, почему мои ароматы не такие яркие, как раньше, – задумчиво проговорил Глум, – решил, что старею и нюх уже не тот.
– А у меня упаковочная бумага уже трижды рвалась, – добавил Тонк, – никогда такого не было.
Выяснилось, что у каждого из помощников что-то шло не так, но всем казалось это мелким и незначительным. И вдруг стало ясно, что вкупе проблемы очень даже большие.
Элери поникла:
– Я не представляю, что делать.
– Не хочешь позвонить родителям? – аккуратно спросил Лиррик.
– Чтобы они поняли, что я провалилась в свой первый же декабрь? Рокки, может, всё-таки было что-нибудь такое у родителей или у деда? – с надеждой глянула она на гнома.
– Ни разу, – тот покачал головой, сочувственно положив руку на предплечье Элери, – я с таким не сталкивался.
В этот миг раздался стук в дверь.
Девушка бросила быстрый взгляд на время:
– Десятый час, а мы не открылись! Мортен, давай ключи. Проблемы будем решать после!
Работа пошла своим чередом, и Элери в суматохе почти забыла о возникших трудностях. Только редкие замечания покупателей о том, что в магазине прохладно, вызывали неизменное чувство тревоги в душе.
Ближе к вечеру в Магический Магазин зашла девочка. Как раз в это время Мелисса поставила фортепианные мелодии, и всё помещение погрузилось в гармоничный покой.
– Ой, какая красивая музыка! – с широкой улыбкой протянула юная гостья, едва переступив порог, – я очень люблю пианино, – она доверчиво посмотрела на Элери, – только не играю, к сожалению.
– Почему же? – Элери заметила, что пальчики девочки двигаются в такт мелодии.
– Если мы дома поставим пианино, будет слишком шумно. А моя бабушка не переносит шум… Ну, и у нас в городе нет музыкальных училищ. Поэтому, чтобы учиться профессионально, надо будет оставить родителей и уехать. А они говорят, что не переживут этого.
– Знаешь, в чём секрет настоящих желаний? – Элери подошла к девочке и немного склонилась к её уху, – в том, что они всегда исполняются, не мешая другим.
Хранительница ненадолго задумалась, вспомнив, как впервые услышала этот урок от дедушки: именно он научил её, что желания, идущие из сердца, всегда несут благо.
– Но как же? Если бабушка не любит шум, она и не полюбит его…
– Разве же музыка – это шум? – Элери подмигнула маленькой гостье и вернулась за прилавок.
“А вдруг её бабушка действительно терпеть не может музыку?” – эта мысль предательски просочилась в голову в тот момент, когда Элери посмотрела на часы пра-пра-прадеда…
Секундная стрелка задрожала и сделала шаг назад. Хранительница моргнула, не поверив своим глазам – но часы шли, как положено.
– Покажется же такое, – выдохнула Элери, стараясь унять грохочущее сердце: если часы сломаются, вся магия, исполняющая желания, исчезнет – и все письма с гостей останутся без ответа. Такого не должно произойти ни в коем случае!
Когда юная покупательница, выбрав волшебный шар с пианисткой и бросив в ящик своё желание, ушла, Элери кинулась к Лиррику:
– Пожалуйста, пока никого нет, проверь часы! Мне сейчас показалось, – хозяйка перешла на шёпот, чтоб не напугать остальных, – что они сделали шаг назад.
Ни слова не говоря, гном бросился к магическому артефакту и вернулся через несколько минут:
– Они как будто отстали на долю секунды: их стрелки идут не в такт с моими наручными, как раньше. Но при этом механизм абсолютно исправен.
– Уф, – Элери с облегчением выдохнула, – надеюсь, я просто не докрутила один из оборотов во время завода… Я не представляю, что будет, если они сломаются.
– Не переживай, милая! – Лиррик похлопал Элери по кисти, – они не могут сломаться. В них живёт вся магия, на которую был способен твой пра-пра-прадед. А ты прекрасно знаешь, что таких сильных чародеев, как он, мир не видывал!
– Надеюсь… – снова повторила Элери, чувствуя, что слова гнома не убедили её: магазин тоже раньше не мёрз, игрушки не ломались, а гирлянды не гасли: и все были уверены, что это невозможно.
Глава 5. Ночь дружбы
– А где Пик? – Элери оглядела рядок гномов за столом.
– Ну и хорошо, что его нет! – пробурчал Фернан.
– Да, без него куда спокойнее, – зевнув, протянула Сольви.
– Не зовите его, пожалуйста, – пискляво попросила Мелисса.
– Ну уж нет, ребят, так не пойдёт! Он один из работников, и должен быть на месте! Если вас не устраивает то, что он юный и задорный, так разберитесь в себе! – Элери многозначительно глянула на Рокки и, отставив кружку с чаем, пошла на второй этаж в библиотеку.
Аккуратно приоткрыв скрипнувшую дверь, Элери тихо позвала:
– Пик? Ты тут?
Никто не откликнулся.
Зайдя внутрь, хозяйка разглядела в сумраке полуразвалившееся кресло, на котором под старым клетчатым одеялком спал гном, обложенный десятком книг со сказками и весёлыми историями.
Элери засмеялась: малыш, как всегда, всех обхитрил, даже наказание превратив в удовольствие.
– Пик, – она аккуратно тронула гномика, – вставай, уже утро. Все завтракают.
– Как утро? – гном сел на кресле и, зевая, потёр сонные глазки, – а я чинил вчера это кресло, чинил… А оно не чинится… Рокки опять будет ворчать.
– Не будет, – Элери ободряюще улыбнулась, – он знает, что оно не подлежит ремонту.
– А, ну тогда хорошо… – внезапно глазки гномика сделались круглыми, – как это, не подлежит? А чего он тогда отправил меня чинить его?
– Ну-у-у… – Элери помялась, – просто ты шалишь много. И Рокки… В общем, не шути с шоколадом, это для него святое.
– А, вот оно что! – Пик захихикал, – зато я тут такие книги хорошие нашёл. Почитай на досуге, – гномик слез с кресла и принялся натягивать сапожки, – настроение поднимают.
– Да разве ж оно у тебя бывает плохим? – рассмеялась Элери.
– Вчера, вот, было – все в магазине, с покупателями, а меня отправили в ссылку. Знаешь, как обидно?!
Болтая, они спустились на кухню, где остальные уже допивали чай.
– Ребят, а знаете, какой сегодня день? – жизнерадостно пропищал Пик, не заметив несколько скривившихся лиц, – день дружбы! Помните же?
– Кто ж не помнит! – пробурчал под нос Дорин.
– Мы тут вообще-то намного дольше тебя, – задрав острый носик, ответила Лисель, – и куда лучше помним наши праздники.
– Ну, это здорово! Тогда как отметим его? – Пик почти приплясывал от нетерпения.
– Некогда отмечать, – бросил Рокки, – работать надо!
– Днём – работать, а ночью можно и отметить! – малыш не унимался.
– Ночью спать надо, – протянула Ария.
– Да не будьте вы занудами! Я предлагаю сходить на каток!
