Странники

– Хорошо, – почти спокойно сказала Эмилия. – Тогда расскажите, чем именно я такая особенная.

– Я не знаю, – просто ответил Вазир.

Едва начавшая успокаиваться Эмилия вспыхнула снова.

– Не знаете? И всё равно уверены в этом? Может, знаете того, кто знает? Или, может быть, того, кто знает того, кто знает?

Эмилия понимала, что ведёт себя некрасиво, даже по-детски. Но совладать с собой не могла. Вазир, казалось, на эту реплику совершенно не обиделся – и это разозлило её ещё сильнее. Выдохнув, она откинулась на спинку кресла и сделала глоток из бутылки, почти не почувствовав вкуса.

– Я понимаю вашу реакцию, Эмилия. Вы имеете на неё полное право. То, что вы особенная, я знаю со слов того самого странника. И хотя никаких доказательств этого он мне не приводил, я ему верю. И, поверьте мне, не просто так: моё доверие он заслужил за долгие годы. В любом случае, у вас будет возможность поговорить с ним лично, если вы этого захотите.

Такого поворота Эмилия почему-то не ожидала, хотя организовать такую встречу было бы самым логичным и честным шагом со стороны Вазира. Но если в логичности поступков этого чиновника она не сомневалась ни секунды, то насчёт честности уже не была так уверена.

– Когда?

– Завтра. – Только по тому, как Вазир откинулся на спинку кресла, Эмилия поняла, что всё это время он сам находился в напряжении, ничуть не меньшем её собственного. – Вообще, эта встреча была запланирована на сегодня, но сорвалась… по определённым причинам.

Меньше всего Эмилии хотелось провести бессонную ночь, размышляя, какие откровения её ожидают завтра, но был ли у неё выбор? Может, и был. Дать отсюда дёру в такую уютно-знакомую, переполненную людьми и смогом Москву и напрочь выбросить из головы все эти больные фантазии. Только вот Эмилия знала себя достаточно хорошо, чтобы понимать – забыть эту историю у неё не получится.

– Может, вы мне хотя бы просто объясните, что от меня нужно? Вы же меня не только для этой встречи пригласили?

Вазир как-то грустно посмотрел на Эмилию. Словно на ребёнка, не понимающего, почему нельзя съесть ещё одну конфету перед ужином.

– Я бы действительно хотел поговорить об этом завтра. Не сомневайтесь, я расскажу всё, что знаю, и все возможные… давайте назовём это вариантами сотрудничества. И я обещаю, что у вас будет полная свобода выбора. Не захотите участвовать или даже просто общаться – можете встать посреди разговора, послать меня к чёрту и отправиться домой. Или на прогулку… Кстати, – внезапно оживился мэр. – У вас уже была возможность погулять по Некмэру? Это очень, очень красивый город!

– Нет, – Эмилия даже слегка опешила от такого перехода.

– Вот! Время ещё не самое позднее, вполне успеете посмотреть центр. Я вам выделю провожатого.

Видимо, выражение лица девушки было настолько красноречивым, что мэр поспешно добавил:

– Не тех терминаторов в форме, разумеется. Кого-нибудь, кто привык работать с людьми… эээ… ну вы поняли.

Эмилия чувствовала себя слишком усталой для прогулки, но отказаться от подобного гостеприимства выглядело не самым разумным поступком. Да и что это будет за путешествие, если она так ничего и не увидит? Тут ей пришёл на ум ещё один практичный вопрос, который она немедленно адресовала мэру.

– Вы бы мне что посоветовали: отправиться на ночь домой или переночевать тут, в гостинице?

Денег, тем более местных, у Эмилии не было, но она не сомневалась, что уж этот вопрос мэр как-нибудь решит. Удивительно, но при всём объёме стресса, который она здесь получила, домой ей возвращаться совершенно не хотелось. По идее, ей бы хватило одной минуты, чтобы очутиться в своей собственной, уютной постели, но почему-то даже мысль об этом вызывала тяжёлое чувство усталости.

– Вы, наверное, ещё не прочувствовали, – с лёгкой улыбкой ответил мэр, – раз задаёте подобный вопрос. Адреналин, я понимаю. Вы походите, прислушайтесь к себе, сами быстро поймёте, что домой вам путешествовать сейчас не стоит. Перемещения между мирами отнимают чертовски много сил. Два подряд – выжмут вас досуха, вы просто не сможете завтра оказаться здесь снова.

Эмилия кивнула. Путешествия в Пустыню не были такими уж изматывающими, но переход сюда явно отличался. У неё всё ещё оставалось много вопросов, но она решила с ними повременить. Частично из-за усталости, но больше из-за того, что на её главные вопросы Вазир ответить не мог или же отказывался. Чувствуя, что её уже понемногу начинает клонить в сон, Эмилия села прямее и доброжелательно кивнула мэру.

– Ладно уж. Давайте сюда вашего провожатого.

***

Провожатым оказался высокий темнокожий парень по имени Эльмир. Он был чуть старше Эмилии и поначалу ей даже нравился, но ровно до того момента, пока она не заметила, что юноша её как-то побаивается. Пару-тройку раз она пыталась разговорить его на какие-то отвлечённые темы, но, глядя, как тот зажимается и с трудом подбирает слова для ответа, отказалась от этой идеи.

На этом фоне ей было вдвойне интересно, почему Вазир не пригласил её на свою же вечеринку, организованную в парке. Объяснить это можно было десятком причин, но Эмилию не отпускало параноидальное ощущение, что мэр не хотел, чтобы она с кем-либо общалась. И даже провожатого ей подобрал соответствующего.

Вечер был по-летнему тёплый, но совершенно не душный. И скоро Эмилия, уже уставшая строить в уме теории заговоров, стала просто впитывать впечатления от этой, пусть и странной, но определённо приятной прогулки. Некмэр оказался завораживающе красивым местом. Она всё пыталась сравнить его с каким-нибудь земным городом, где успела побывать, но найти ассоциации удавалось лишь для отдельных кусочков.

Оранжевые черепичные крыши напоминали ей Флоренцию, а трава и деревья – сочную средиземноморскую зелень Чинкве-Терре. Но если внешне Некмэр где-то и был похож на Италию, то по ритму жизни гораздо сильнее походил на Стамбул: хаотичное движение всего и вся – уличных кошек, голубей, машин и, разумеется, прохожих. Словно энергия города не давала людям спокойно прогуливаться по улицам, а заставляла их быть шумными и деятельными.

При этом, несмотря на многолюдность, ощущения толпы у Эмилии не возникало. Может, потому что люди вокруг были вежливы, и даже большие весёлые компании, завидев идущих навстречу, послушно выстраивались гуськом на тротуаре. Так что Эмилии не приходилось лавировать между ними, как это постоянно случалось с ней в Москве.

Она любила вот так вот гулять по улицам городов, где оказывалась впервые. И ей всегда было немного жаль, что она совершенно не разбирается в архитектуре, да и, честно говоря, не хочет разбираться. Даже барокко от готики никогда не могла отличить. Для неё было подлинным мучением, когда одна из подруг, с которой они нередко вместе смотрели фотографии из путешествий, то и дело вставляла: «А вот эта арка – абсолютно классический признак…» или «Видишь вот эти лесенки? Наверняка конец семнадцатого века, максимум – начало восемнадцатого…». Одно время Эмилия даже пыталась читать какие-то статьи и смотреть видеоблоги на эту тему, но обычно её начинало клонить в сон уже на второй минуте – просто было неинтересно. Имеет же она право чем-то не интересоваться?

Тут она задумалась: а чем, собственно, она интересуется в этой жизни? Эмилии много чего нравилось – музыка, живопись, кино, книги, животные. Даже некоторые люди. Но ничего системного. Ничего такого, про что она могла бы сказать: «Да, в этом я разбираюсь». Или хотя бы: «Я на пути к этому». Многие из её друзей относили себя к какой-либо группе. Один – спортсмен-экстремал, другая – фанатка византийской культуры. А она? Эмилия пыталась приткнуть себя хоть в какой-то «кружок», но никаких ассоциаций найти не могла.

И вот теперь она – странник. Но что это значит – быть странником? Если она посетит ещё десяток или даже сотню других миров, кем она станет? Курьером? Но кому нужна посылка в другие миры, если лишь единицы умеют перемещаться между ними? И если верить Вазиру, таскать эти посылки тоже дано не каждому. «Давай к нам!» – говорили они. «Ты особенная», – говорили они. Эмилия как-то быстро для себя решила, что, чем грузить себя подобными размышлениями, лучше просто гулять по городу.

Пару раз она останавливалась напротив баров, просто потому что ей нравился экстерьер и ощущение веселья, неизбежно царившее вокруг подобных заведений. Эльмир каждый раз заметно нервничал, разве что не бледнел, словно не сопровождал Эмилию по поручению мэра, а пригласил её на свидание без рубля в кармане. Да и чёрт бы с ним, всё равно шампанское ей там не нальют. Есть ей не хотелось – и это тоже было к лучшему. Мэр пообещал оплатить заказ еды в номер, а вот про кафе и рестораны даже не упомянул, что прекрасно вписывалось в параноидальную теорию Эмилии. Усталость, как физическая, так и эмоциональная, всё больше давала о себе знать, и, погуляв чуть больше часа, она попросила своего спутника проводить её до отеля. На его лице отразилось настолько нескрываемое облегчение, что Эмилия едва удержалась от троллинга – сделать вид, что передумала, и попроситься в ближайший паб.

До отеля они дошли минут за пятнадцать. Эмилия отдала девушке на ресепшн письмо мэра. Это было что-то вроде поручительства, и Вазир её заверил, что такая бумажка надёжнее денег и паспорта. В этом у Эмилии стали появляться некоторые сомнения, когда она заметила, что работница то и дело бросает на неё любопытные взгляды. Паранойя уже начала разгораться с новой силой, но потом Эмилия подумала, как она сейчас выглядит: молодая девушка в вечернем платье и без вещей, одна заселяется в отель. И даже письмо Эльмир ей отдал уже прощаясь, потому что ей его положить было просто некуда. Так что гость она была действительно странный.

Всё это совершенно не мотивировало на дальнейшие путешествия. Тут-то ей помогли, а что она будет делать в менее дружелюбном мире – без денег, документов и знакомых? Она уже начиталась и наслушалась достаточно страшных историй о том, как туристы теряли свои вещи за границей, и желанный отпуск быстро превращался в ночной кошмар. Но за границей можно хотя бы обратиться в полицию или консульство, позвонить друзьям. Расскажи ей кто-нибудь ещё вчера, что умеет путешествовать в иные миры, но беспокоится о таких вот «мелочах», – и Эмилия назвала бы этого человека занудой и тряпкой, однако на своём опыте проблемы понимаешь быстрее.

Номер оказался небольшой, но опрятный и на удивление современный, что заметно контрастировало со старинным фасадом и классическим холлом отеля. Эмилия картинным движением взмахнула рукой, словно бросая свою несуществующую сумочку в кресло, и рухнула на кровать. Та мягко спружинила, бережно принимая уставшую Эмилию в свои объятия. Несколько минут она так и лежала, разглядывая потолок, но быстро поняла: если продолжит в том же духе, то просто уснёт. С наигранным стоном она поднялась с кровати и отправилась прямиком в душ. А, вдоволь наплескавшись и немного придя в себя, она почувствовала звериный голод.

Полистав меню, она выбрала салат, по описанию напоминавший ей «Цезарь», и какой-то воздушный, непонятно из чего состоявший десерт. Хотела было заказать напиток, но, увидев в списке уже знакомый ей квакус, решила обойтись чаем, благо он и так уже лежал на столике в номере. Мини-бар она даже открыть не рискнула, поскольку не знала, включит ли отель выпитое в счёт для мэра или потребуют с неё при выселении. Эмилия позвонила на ресепшн, и, несмотря на позднее время, заказ приняли и принесли уже минут через двадцать.

Салат оказался действительно вкусным, хоть и совершенно непохожим на «Цезарь». Чай – странноватым, но терпимым. Десерт напомнил ей фруктовый щербет, чего ни по названию, ни по описанию угадать было невозможно.

Отхлёбывая чай у открытого окна, она смотрела на улицу и из последних сил боролась с сонливостью. По освещённым улицам гуляли разномастные компании. То и дело до Эмилии доносился чей-то весёлый смех, и ей казалось преступлением просто так взять и закончить этот вечер, однако усталость понемногу брала своё. Эмилия вздохнула, поставила чашку на прикроватную тумбочку и забралась под одеяло. Подумала, что перед сном надо бы поразмыслить, как себя вести на завтрашней встрече, – и тут же уснула.

Эмилия снова стояла у подножия вулкана, по щиколотку в лаве. Чёрные хлопья вулканического пепла падали с неба, но над самой землёй взлетали обратно, гонимые потоком раскалённого воздуха, порождённого жидким огнём, щедро стекавшим с неровных, выщербленных временем склонов. Пепел кружился в причудливых вихрях, словно почерневшая вдруг снежная буря, безуспешно пытаясь найти покой над горящей землёй. Эмилии вдруг подумалось, что примерно так должна выглядеть зима в аду, но мысль была какой-то отвлечённой – как если бы она пыталась не забыть поставить будильник на раннее утро после того, как провалила серьёзный экзамен.

Как и в прошлый раз, она не ощущала ни жара, ни даже тепла. Кружившийся пепел не щекотал её кожу и не попадал в глаза. Будто бы в шлеме виртуальной реальности, она стояла, не чувствуя раскалённую лаву, плавившую камень под её ногами, и не ощущая, как горячий воздух, клубившийся вокруг неё, сжигает всё вокруг. Не чувствуя страха.

Сначала ей показалось, что слух, как и осязание, тоже пропал, но потом до неё стал доноситься какой-то странный нарастающий гул. И почему-то этот гул вызывал у неё раздражение, щедро приправленное тревогой. Эмилию вполне устраивало, что она не слышит грохот извергающегося вулкана, как и шипение лавы под ногами. Всё – словно кто-то включил голливудский фильм-катастрофу с выключенным звуком. И только гул звенел у неё в ушах, так настойчиво и неприятно, как будто хотел напомнить о существовании чего-то, о чём Эмилия совершенно не хотела вспоминать.

Она бы хотела просто смотреть, как огненные ручьи бегут с самого верха, превращаясь у подножия в горящие реки; как пепел внезапно собирается в крохотный локальный смерч и, пролетев десяток метров, снова распадается на отдельные вихри. Но гул всё звенел и звенел у неё в ушах, прося её оглядеться и вспомнить.

Не выдержав, Эмилия закрыла ладонями уши, плотно прижав их к голове, и гул затих. Какие-то секунды она наслаждалась тишиной, а потом тот же шум появился снова. Сначала еле слышный – настолько тихий, что Эмилии показалось, будто она сама его выдумала. Но он становился всё громче и громче, пока не начал звучать даже более отчётливо, чем до момента, когда она прижала ладони к ушам. Эмилия знала, что ей не избавиться от этого звука. Даже если порвать себе барабанные перепонки, оглохнуть, он всё равно найдёт её. И тогда Эмилия закричала.

Глава 6. Амир

Уже в такси Амир понял, что выбрал галстук, совершенно не подходящий к его тёмно-синему костюму. Домой возвращаться было поздно, на встречу с мэром он и так уже еле успевал. К тому же помощница Вазира, или кем она там была, сказала ему, что встреча неофициальная и дресс-кода как такового нет. Так что он просто снял галстук и бросил его в портфель.

– Душно?

Амир даже не сразу понял, что таксист обращается к нему.

– Если душно, я кондиционер включу. Так обычно не включаю – клиенты жалуются, что дует им.

– Спасибо, мне не душно.

Судя по несвойственной таксистам Некмэра вежливости, водитель был не прочь поболтать, чего Амиру совершенно не хотелось. Обычно он был не против поговорить со случайным знакомым, но сейчас намеренно дал вежливый и лаконичный ответ, намекая, что не расположен поддерживать беседу.

– Дело ваше, меня кондиционер не напрягает. Некоторые, знаете, чуть ли не в драку лезут, если включить. А другие, наоборот, возмущаются, что деньги заплатили, а сервис им оказывают не полностью. А недавно я одну пару подвозил – так парень попросил включить кондиционер, а девица его…

Над тем, что его может ждать на встрече, Амир уже не думал. После случившегося в пабе всё казалось каким-то блеклым и ненастоящим, зыбким. Как, например, человеческая жизнь. В том числе и его собственная. Наверное, этот парень, называвший себя Пиратом, тоже переживал по каким-то важным для него поводам. Тоже строил планы. Может быть, даже тоже считал, что самое страшное, что с ним завтра может случиться, – это визит к врачу по поводу внезапно заболевшей печени. И вот теперь он мёртв. Просто потому…

– Вас где высадить? – вопрос таксиста вырвал Амира из закрутившегося вихря размышлений. – Может, там, у ресторанчика?

Амир намеренно назвал не адрес резиденции мэра, а просто близкую к нему точку, планируя дойти до самого здания пешком. Но сейчас они стояли на светофоре в десятке метров от нужных ему ворот, а времени до начала встречи оставалось всего ничего.

Амир вышел из такси и направился прямиком к воротам, почти физически ощущая на себе взгляд, которым его провожал таксист. Через пару секунд за его спиной взвизгнули шины, и такси рвануло вниз по улице – несколько быстрее, чем можно было ожидать даже от самого лихого водителя.

Ещё год назад ему пришлось бы жать кнопку коммуникатора и объясняться с охраной, рассказывая, кто он такой и почему хочет войти, но недавно почти все государственные резиденции автоматизировали, и распознавшая гостя камера услужливо открыла перед ним ворота.

Первым и не самым приятным сюрпризом для Амира стала вечеринка, вовсю бурлившая на территории парка. Совмещать подобные мероприятия и встречи, пусть даже неофициальные, было не принято. Скорее всего, это означало, что встречу пришлось назначить стихийно, и Амиру это не сулило ничего хорошего. Одно дело, если Вазир посчитал его связи и опыт полезными для очередного государственного проекта, и совсем другое, если планировалось «тушить пожар». К тому же его слегка покоробило, что он не оказался в списке приглашённых. Не на встречу – на вечеринку. Только за первые пять минут он насчитал с десяток гостей, с которыми обычно пересекался на всех значимых светских мероприятиях в Некмэре.

Высокая черноволосая девушка, стоявшая за одним из столиков, увидела Амира и приветливо помахала ему рукой. Девушку он не вспомнил, поэтому просто помахал в ответ и торопливо прошёл мимо. Он не мог вспомнить, когда последний раз чувствовал себя настолько паршиво, а необходимость продираться через компании веселящихся людей делала всё только хуже.

Вдруг Амир резко остановился прямо посреди дорожки, и в него едва не влетела бодро шагавшая позади пара. Извинившись, он отошёл в сторону и продолжил наблюдать за сценой, которую совершенно не ожидал увидеть. Чуть впереди, метрах в двадцати от него, стояла стройная девушка среднего роста с длинными рыжими волосами. Амир не обратил бы на неё особого внимания, но кое-что выделяло её в толпе. А именно – пара здоровенных жандармов, которые вели себя так, словно собирались арестовать опасного преступника. Разве что кобуру пока ещё никто не расчехлил.

Даже на расстоянии девушка выглядела напряжённой – её явно тяготило присутствие представителей правопорядка. Рядом с девушкой и жандармами стояла компания подростков, каждый из которых смотрел на происходящее с удивлением не меньшим, чем испытывал сам Амир.

Перекинувшись с девушкой и подростками всего несколькими фразами, жандармы отправились в противоположную Амиру сторону. Рыжеволосая девушка послушно плелась с ними, не оглядываясь.

Увидев подобную сцену на любом другом мероприятии, Амир бы предположил, что девушка была незваной гостьей и вычислившая её охрана просто препровождала нахалку к выходу. Но попасть в резиденцию мэра без приглашения было попросту невозможно. Несмотря на отсутствие видимой охраны на входе, парк вдоль и поперёк просматривался камерами, и даже у белки не было бы шанса проскочить незамеченной. Да и девушку жандармы вели явно не к выходу.

Ситуация была любопытной, но не настолько, чтобы отвлечь Амира от собственных проблем – до предполагаемой встречи с Вазиром оставались считанные минуты. Окликнув официанта, он поинтересовался, в какой части парка находится сама резиденция, и выяснилось, что идти ему нужно ровно в том же направлении, куда жандармы уводили девушку. Пока Амир размышлял, обогнать ли ему этот странный конвой или, наоборот, подождать, пока они отойдут подальше, всё внезапно решилось за него.

Какой-то высокий темнокожий парень отошёл на край дорожки, провожая жандармов взглядом, и приветливо помахал Амиру – как старому знакомому. В отличие от «Пирата», парня он вспомнил почти сразу. Не имя, правда, но точно знал, что тот работает в администрации мэра, возможно, даже его личным помощником. Первая хорошая новость за сегодня: хотя бы не придётся блуждать по парку в поисках нужного дома.

– Амир! Рад вас снова видеть. Меня зовут Эльмир, я секретарь второго ранга у Вазира. Может, помните, мы с вами встречались на благотворительном приёме недавно…

– Разумеется, я вас помню. Вы были со своей девушкой… – тут Амир понял, что забыл не только его имя. – Вы не могли бы проводить меня до резиденции? Встреча уже начнётся с минуты на минуту, и я не хотел бы…

– Извините, – максимально деликатно перебил его секретарь. – Как раз поэтому я и здесь. Дело в том, что один из участников встречи… один из ключевых участников… не смог сегодня приехать. И, к моему огромному сожалению, встречу пришлось перенести на завтра.

«А что, так можно было?» – мысленно чертыхнулся Амир. Он машинально сунул руку во внутренний карман пиджака, но вспомнил, что бросил курить чуть меньше года назад. Хотя идти на эту встречу ему не хотелось изначально, её перенос был ещё хуже. Состояние неведения порядком трепало нервы, и продлевать эту агонию ещё на сутки Амиру совершенно не хотелось. Стрелять в гонца, однако, смысла не было, и, поблагодарив Эльмира, он сосредоточился на том, чтобы провести вечер максимально эффективно и не дать себе окончательно погрязнуть в депрессии. А именно – отправился на поиски ближайшего бара.

***

Небольшая стойка из красного дерева уютно притаилась под роскошным ветвистым кедром. Барных стульев было всего три, но и они пустовали: гости предпочитали раскиданные по парку столики. Амира это более чем устраивало – сейчас для него был не лучший момент, чтобы поддерживать старые связи, не говоря уже о налаживании новых. Два бармена в белых рубашках работали за шестерых, смешивая коктейли и щедро кидая лёд в напитки. Один из них с тоской посмотрел на Амира, когда тот взгромоздился на стул: видимо, такой клиент не особо вписывался в накопившуюся очередь заказов. Натренированной рукой он за пару минут смешал мохито, бросил три кубика льда в бокал с бурбоном и, почти не глядя, наполнил два стакана квакусом. Закончив с напитками, он повернулся к Амиру.

– Виски, сто. Двa кубика льда, – опередил его Амир, не дожидаясь дежурного приветствия.

Бармен кивнул и, пробежавшись опытным взглядом по костюму Амира, выбрал виски из средней ценовой категории. Амир не возражал. В разные и далеко не худшие моменты жизни он сам выбирал и более дешёвые бренды, а сейчас качество напитка стояло для него не на первом месте.

Амир разглядывал тающий в янтарной жидкости лёд, лениво вращая тяжёлый четырёхугольный стакан подушечками пальцев, а потом сделал деликатный глоток, осушив стакан наполовину. Виски обжёг горло, оставив на языке щиплющее послевкусие. Приятное тепло растекалось в животе, обещая, что паршивое настроение не останется с ним надолго. Амир понимал, что алкогольное опьянение – это веселье, взятое в кредит, но сейчас занял бы и больше, если бы мог.

Минут через десять он попросил повторить заказ. Игнорируя недовольный взгляд бармена, Амир разглядывал ряды бутылок на полках, выискивая незнакомые марки. Таких почти не было. В юности он любил экспериментировать и из каждого похода в бар устраивал соревнование по дегустации. Какое-то время это даже играло ему на руку во время его первых длительных отношений. Пока его девушка называла друзей Амира алкашами, его собственные пятничные состояния она объясняла тем, что он просто «намешал». Амир чуть улыбнулся этим воспоминаниям, но потом его блуждающий взгляд наткнулся на ряд бутылок с ромом. Улыбка исчезла; он моментально опрокинул в рот остатки виски и снова попросил повторить.

Иногда возле стойки оказывались какие-то люди или небольшие компании, но никто надолго не задерживался. Кто-то получал свой напиток и сразу исчезал, кто-то начинал его пить за стойкой и исчезал позже, увлекаемый подошедшими друзьями. Пару раз кто-то из них начинал было разговаривать с Амиром, но его хмурый вид и односложные ответы быстро завершали общение.

Где-то на середине четвёртого стакана за стойкой оказалась пара молодых женщин, тут же заказавших два мохито и попросивших у Амира сигарету. Привычно ответив, что не курит, он зачем-то добавил, что количество спирта в его организме делает курение рядом с ним небезопасным. Неожиданно шутка вызвала у девушек восторг, и между ними тремя завязалась лёгкая необременительная беседа.

Хотя поначалу он общался с обеими подругами, постепенно одна из них – высокая брюнетка в чёрном коктейльном платье – оттянула внимание на себя, задавая вопросы и что-то рассказывая. Амир поддерживал беседу, иногда «залипая» то на её длинные стройные ноги, то на вырез в декольте, и даже не заметил момента, когда её подруга куда-то исчезла.